Отражение

— На самый крайний случай — тебе достаточно будет выбраться из холда, добраться до ближайшего компьютера с интернетом — и ты сможешь связаться со мной. Хотя ты права — нужно выяснить, смогу ли я в случае чего до тебя добраться…

Мне передалось волнение девушки: оставлять Ми одну мне очень, просто очень не хотелось бы. И дело не в пресловутом шарме (хотя и в нём тоже) — просто, пусть мы и всё делали вместе, но у меня уже был опыт самостоятельной жизни в «мире людей», а вот у моей партнёрши аналогичного опыта по «магическому миру» набралось три с небольшим часа — не считая тепличных условий свободной от учеников школы. Я-то не потеряюсь, если что, а вот моя партнёрша после устроенного матерью незабываемого путешествия не может рассчитывать даже на Рукс. И помочь некому… стоп. Я дебил!

— Ми! Я знаю, что делать: нам… тебе просто нужны школьные друзья!

18

Дружба. Всё просто и понятно. Ага.

— Хорошо относиться к окружающим, помогать по мере возможностей…

— Причём, чем больше времени происходит общение, тем больше шансов подружиться. И тем больше помощь и сильнее совместно пережитые ощущения, — я и Ми добросовестно пытались обобщить всё, что знали по поводу обзаведения друзьями. — В школе и ВУЗе, таким образом, получаются практически идеальные условия, и друзья появятся сами собой…

М-да.

— Или не появятся, — самокритично закончил я. Признаться, с точки зрения обзаведения друзьями, я свою учёбу в университете не рассматривал. И уж тем более — в школе. Скорее, сделал всё, чтобы дружба ни с кем не появилась. Не специально, конечно, просто у меня была Цель, и на тупое «совместное времяпрепровождение» с одноклассниками вне уроков времени просто не оставалось. А уж переживать «совместные сильные ощущения» путём совместного распития спиртных напитков у кого-нибудь на квартире «пока родители в отъезде», курить втихаря или делать ещё чего-то столь же интеллектуальное — нет, спасибо, как-нибудь без меня. С каким огромным облегчением я расставался с «родной школой» — не передать! И это при том, что ко мне все там довольно благожелательно относились — шарм помогал. Может, просто не повезло со сверстниками?

— Ну… Макс — твой друг, — напомнила мне Ми. — Он сам так говорил.

— Боже упаси! — я испытал смутное желание перекреститься, только представив себе общение с Сумских вне занятий. Да у меня голова взорвётся!

— Ты своим одногруппникам часто помогаешь…

— Ради хорошего отношения. Ты же сама знаешь. Тем более, нам же это ничего не стоит… — отмахнулся было я, но внезапно понял, на что указывает мне партнёрша: — стоп. Ты хочешь сказать — я сам не даю окружающим стать моими друзьями?

— Ну… да, — кивнула суккуба.

Есть повод задуматься. Серьёзно задуматься.

* * *

Локальная сеть школы «Карасу Тенгу» после ознакомления с ней вызывала примерно те же ощущения, что и реальная территория «академии»: огромный размах и половина не доделана, не работает, или работает, но не так. Кабуки не поскупился — в библиотечном разделе нашлись электронные учебники для старшей школы на всех самых распространенных языках мира, включая даже греческий (Ми некоторое время развлекалась, пытаясь на нём читать). Кроме того, с ноутбука можно было воспользоваться полудюжиной электронных энциклопедий и вдвое большим числом толковых словарей и справочников, увязанных единой поисковой системой: в чём-то даже поудобнее Википедии и иных общедоступных интернет-сервисов. Выхода в интернет, правда, не было, но в принципе с таким набором софта он был и не особо нужен. К сожалению, данных о «магическом мире» тоже не было никаких — ни в форме учебников, ни в справочниках. То ли не успели загрузить (полагаю, в отличие от «человеческого» софта их было просто не купить), то ли их в принципе не перевели в цифровую форму. Нацуро упоминала, что в библиотеке будет читальный зал и «настоящие книги», и даже показала помещение — пока пустое, тёмное и со свисающими с потолка змеями электрических кабелей…

Хотя и того, что было в сети, вполне хватило: Мирен влипла в то, что в интернете называют «вики-эффект». Переходишь по заинтересовавшей ссылке в любопытной статье, потом по второй и третью открываешь прочесть позднее… А потом удивляешься: когда это день успел закончиться? Пришлось выгонять партнёршу на обед чуть ли не пинками, да и в столовке она не отрывалась от ноута — нашла иллюстрированный прекрасными фотографиями атлас живой природы и пропала для мира, только периодически дёргая меня восторженными воплями: «смотри, какая птичка! Кошечка! О… А это что?» Впрочем, с атласами у меня, похоже, вообще… карма.

* * *

— О! Ты его всё-таки достал! — Алёна вцепилась в «фолиант» анатомического атласа с видом, будто ждала этого всю жизнь.

— Достал, достал, — я вздохнул. Вопрос спорный, кто кого больше достал: таскать с собой книгу приличной толщины и размерами с альбом для черчения оказалось удовольствием сильно ниже среднего. А уж как меня провожали взглядами другие студенты, когда я шёл по коридорам родного ВУЗа с полосатой клеёнчатой сумкой в руках — больше «вместилище знаний» никуда нормально не помещалось…

— Круто! — девушка разглядывала фотографии препаратов органов брюшной полости так, как будто это было как минимум утерянное века назад священное писание. — Ну что, я беру в общагу?

— …

Собрать большую часть группы после последней пары оказалось не так уж сложно: как ни крути, а анатомия — один из самых сложных предметов в учебном курсе. Нужно не просто запомнить тысячи наименований различных частей мышц, костей и внутренних органов, но и уметь их найти, причём не только на картинке. Атлас с высококлассными фотографиями (большая часть с нескольких ракурсов) в этом плане оказался действительно бесценным помощником — потому что альтернативой была самостоятельная работа с настоящими препаратами, мало того, что воняющими формалином, так ещё и практически никак не размеченными. Как мы упарывались во время первого семестра — и это только с костями и мышцами, где, как выяснилось чуть позже, всё просто и логично. И чётко видно, как оказалось… По сравнению со срезами головного мозга или там печени. М-да. В общем, Alma Mater совсем не зря закупила в библиотеку фотоатласы, пусть и в ограниченном числе, и не зря старшекурсники посоветовали их достать. Вот только…

— Кому ещё чаю? — Алёна на правах хозяйки комнаты бухнула на видавший виды табурет исходящий обжигающим паром пластмассовый электрочайник. — Пакетиков у нас много! А кружки — не обращайте внимание на цвет, мы их просто редко моем.

— Угу… Перелистывай.

— Погоди!

— Нет, давай дальше!

Я беззвучно выдохнул, и в который раз пихнул Макса локтем в бок. Против привалившейся, фактически, повисшей на моём плече с другой стороны Насти я ничего не имел, хотя сосредоточиться на книге, а не на тактильных ощущениях было… немного сложно.

— Я нашла! — Инга, радостно размахивая полной кипятка кружкой, ткнула пальцем в страницу. Кровать — больше сидеть в комнате жилого блока общежития было просто негде, так как оба наличных табурета оказались заняты необходимыми вещами вроде кружек и самого атласа — горестно скрипнула, отмечая перемещение веса пятерых студенческих тел. Громкий стук столкнувшихся лбом и чудом перехваченный у пола чайник. Налаживание дружеских отношений открылось для меня с совершенно неожиданной стороны…

* * *

— Дима-а-а!

Глаза. Монитор. Пять утра… Чёрт. Сегодня же суббота… Какое счастье, что мне хватило мозгов принести книгу на занятия в пятницу. Занимались мы до десяти вечера… «Занимались», ага. Нет, где-то до восьми вечера мы действительно учили, а вот потом — старательно обпивали Алену на «безлимитную» заварку и тупо трепались — правда, атлас лежал раскрытый рядом, типа «мы учимся». Общажники пересказывали истории старшекурсников — оказывается, они тут плотно общаются, особенно те, кто из одних и тех же школ выпустились. Остальные не отставали — хорошо так посидели… Книгу, несмотря на отчаянное сопротивление, я всё-таки унёс… Пока домой добрался, пока то-сё…

— Ми?

— Дима-а! У меня тут соседка в комнату напротив въехала!!! Что делать?!

Боже…

19

— …Я слышала, её Мао привёл! Сказал, что у неё уже есть соседка по этажу. Что делать?! — была бы небольшая комната жилого модуля чуть больше — и Ми металась бы от стены к стене, а так — просто замерла точно в центре помещения.

— Во-первых, не кипешить, — я некоторое время тщетно пытался понять, что мне кажется странным, но спросонья никак не мог сообразить. — И вообще, с чего ты всполошилась?

— Она же моя соседка! Я должна с ней подружиться! А если я не смогу?!

Дела… Кажется, без кофе опять не обойтись.

— Даже если не подружишься — ничего страшного…

— Если с ней не подружусь — то как с другими?! — кажется, с восприятием логики у моей партнёрши от волнения стало совсем туго. И угораздило же меня ляпнуть на счёт дружбы… Хотя идея, надо признать, вполне здравая. А Мирен, кстати, хоть и разнервничалась, свои эмоции не перевела в шарм… Тьфу, блин! Это всё утро и недосып.

— Ми! Ты суккуба, блин! Ты даже с землеройкой подружиться можешь, не то, что с чело… с демоном или магом!

Подействовало: девушка замерла, а на меня выплеснулась целая волна облегчения.

— Дима, ты гений!

Ага, гений с головной болью. Уже вскипятив чайник и заливая растворимую бурду водой, я вдруг понял, что меня обеспокоило. В эмпатическом диапазоне через ощущения Ми я «слышал» шелест-шевеление упомянутых землероек, слабые отголоски эмоций просыпающихся строителей-ремонтников («„мать-мать-мать“, — по привычке ответило эхо»), но только не ощущения живого человека из соседнего помещения. М-мать…

* * *

— Но…

— Ты сама сказала — соседка не выходила.

— Но как я?..

— Ми. Просто постучи!

— А вдруг она откроет?

Как приятно оконное стекло холодит лоб…

— Скажешь чистую правду: хочешь познакомиться с будущей одноклассницей.

— А вдруг она не откроет?!

— Всё ещё проще: прогуляешься в школьную администрацию.

— Но…

У меня много терпения. Целое море терпения…

— Ми. Вдруг ей действительно стало плохо? — надеюсь, не до смерти. А то будет отличное начало нового дня. — Хочешь, я сам?

Мирен очень, очень хотела свалить на меня процедуру «первого контакта» с представителем соседней комнаты — я это прекрасно чувствовал. Но пересилила себя, справедливо рассудив, что отступив в первый раз от потенциального знакомства с незнакомым сверстником, вряд ли облегчит себе общение с однокашниками в дальнейшем. Кроме того, уголком сознания она понимала, что если я возьму управление, то мы перестанем что либо чувствовать, а если соседка действительно спит, и не проснётся от стука до конца — можно будет, почувствовав это, незаметно свалить…

— Давай!

— Тук-тук-тук, — дверь комнаты только кажется цельнодеревянной, звук глухой. И… тишина. Во всех смыслах.

— Ещё раз.

В этот раз суккуба постучала увереннее. С тем же результатом.

— Мне идти к Кабуки?

— Наверн… М-мать!

Дверь — совершенно беззвучно и резко — распахнулась! На пороге комнаты, обставленной один в один с комнатой моей подруги, обнаружилась искомая соседка. Полностью одетая — сна ни в одном глазу. И живая-здоровая… Кажется. Потому что ментальный фон от неё по-прежнему не шёл.

* * *

Есть такая поговорка: «один ум — хорошо, а два — лучше». Очень справедливая поговорка — могу ответственно заявить, опираясь на собственный опыт. Бывает множество ситуаций, в которых одни люди теряются, пугаются или просто оказываются дезориентированными, а другие реагируют быстро и правильно. И наоборот. Мы с Ми научились пользоваться своим преимуществом давным-давно, благо — время было. Ситуации, когда мы оба не знали, что делать, тоже были — но в количестве буквально по пальцам пересчитать. Сегодня добавилась ещё одна.

Казалось, что само время внезапно остановилось — настолько статичной была наблюдаемая мною через глаза Ми картина: открытая дверь в соседнюю жилую комнату на этаже и стоящая в проёме девушка. Молодая, низкого роста — ниже моей подруги на целую голову — с азиатскими раскосыми глазами и с длинными прямыми чёрными как смоль волосами, забранными на макушке в тугой хвост-пучок. Девушка не двигалась, спокойно и совершенно неподвижно смотрела на Ми и, как мне сначала почудилось — даже не дышала. Не двигались ни зрачки, которые у живого человека всегда чуть-чуть, да смещаются, ни мимические мышцы на лице, не дрожали губы и крылья носа — словно в дверном проеме стояла идеально раскрашенная под живого человека гениально вылепленная статуя, или кукла в полный человеческий рост…

— Привет.

Ми дёрнулась, а я натурально подпрыгнул, хорошо хоть кофе уже давно допил и чашку подальше отставил. И судорожно вдохнул — оказывается, пока я смотрел на живую всё-таки соседку Ми, рефлекторно задержал дыхание.

— П-прив… ет… — с трудом выговорила последний слог суккуба, потому что ожившая на время произнесения короткого слова девушка вновь замерла, как будто во мгновение ока окаменев. Как ролик, поставленный на паузу. Краем сознания я отметил, что эмоциональных ощущений от собеседницы Ми так и не возникло.

— …Я-а… Мирен… твоя соседка… — больше по инерции, чем сознательно выдала моя партнёрша, пока я пытался инстинктивно пытался сбросить странное оцепенение, возникающее при взгляде на черноволосую, — …хочу с тобой подружиться!

Последняя фраза, словно сильнейшее заклинание, разбила наваждение. Мне, несмотря на всё напряжение ситуации, захотелось приложить ладонь к лицу, а у соседки-«статуи» дрогнула бровь и пробилась самая первая эмоция — лёгкое, скептическое недоумение. Я, в каком-то смысле пребывая в голове блондинки, знал, что произошло: когда черноволосая сказала «привет» — выдала заранее заготовленную «речь», то, что собиралась сказать в случае, если соседка откроет на стук. Но реакция азиатки так выбила её из колеи, что, пробормотав начало, она сразу же выпалила и самый конец.

— Я Куроцуки. Из клана Нанао, — вероятно, немного поколебавшись (внешне и в эмоциях это никак не отразилось), сообщила наконец соседка Ми. Видимо, название клана что-то такое должно было сказать собеседнику — по крайней мере, иначе бы японка (имя характерное для японского языка, до того разговор шёл на английском) не стала бы выделять свою фамилию отдельной фразой. Впрочем, додумать возникшую мысль я просто не успел: Ми, моментально поклонившись в традициях современного этикета страны восходящего солнца, сразу же ответила:

— А я Мирен Родика, я суккуба!

Тонкая чёрная идеально накрашенная бровка поднялась выше, и от Куроцуки опять повеяло… чем-то. Слабый эмоциональный фон не читался — слишком много в нём было всего намешано. Впрочем, через несколько секунд эмоции всё-таки пропали, а бровь вернулась в свое первоначальное состояние.

— Хорошо, Мирен-сан, я буду твоей подругой, — невероятно серьёзно произнесла японка, церемонно поклонилась, и закрыла дверь, оставив Ми стоять в коридоре соляным столпом. И что это такое было?

* * *

— Я вела себя, как полная дура, да? — Ми захлопнула дверь своей комнаты, и тут же сползла по ней спиной на пол, закрыв лицо руками.

— Не о том думаешь, — я раз за разом прокручивал в голове только что закончившийся предельно странный разговор, — прежде всего — ты опять не сорвалась.

Скорее всего потому, что эмпатия суккубы просто не «видела» цель — но этого моей подруге совсем необязательно знать…

— О! — мой ответ заставил Мирен отвлечься от переживаний. — И правда…

— А ещё она согласилась стать твоей подругой.

— Но ведь это — только слова?.. — Ми и сама была не уверена, как реагировать на произошедшее. Отсутствие эмоциональной реакции у собеседницы, по которой можно было определить её отношение к собственному ответу, сбивало с толку. Правда, не так уж сильно — всё-таки, когда я общаюсь с кем-то, мы тоже не чувствуем отклик…

— Ты сообщила свой род, а она всё равно захотела дружить, — вот оно, нащупал! — Кстати, обратила внимание, что она назвала только имя и фамилию, но не свою принадлежность к роду демонов или магов?

— А, да…

— Наверное, в магическом мире не принято себя… идентифицировать, — в очередной раз мысленно помянув Родику-старшую по матери, констатировал я.

— Я всё-таки вела себя, как дура! — тут же опять расстроилась Ми.

— Да нет же. И потом, ты же сама читала в романах и в манге — неловкие ситуации при знакомстве только сближают.

— Угу… — шмыгнула носом суккуба, и я немедленно «прижал её к себе». Но успокоить не успел — теперь постучали в дверь комнаты Ми, заставив мою подругу подскочить.

— Да? — В коридоре обнаружилась Куроцуки Нанао собственной невысокой персоной.

— Друзья вместе ходят принимать пищу, — невозмутимо уведомила она. — Пойдёшь со мной завтракать?

На самой границе восприятия эмпатией Ми почувствовала… смущение? Да, точно оно.

— Конечно!

Опять, едва «слышимое»… Благодарность и удовлетворение? Может, в романах и манге действительно можно иногда найти что-то полезное?

20

Выходные, начавшиеся так бестолково, прошли нормально. Аж прям как что-то необычное на фоне событий последних дней… Куроцуки, так шокировавшая меня и Ми, при более длительном общении оказалась неплохой и, не в обидном смысле, достаточно обычной девчонкой. По-человечески обычной, я имею в виду. После нескольких часов, проведённых с Мирен, «мёртвость» Нанао в плане проявления эмоций сильно уменьшилась, практически пропала — не будь первоначального «представления», мы с партнёршей вообще не заметили бы за ней каких-то особых странностей. Слово за слово (в диалог я практически не вмешивался, только следил) суккуба рассказала новоявленной подруге про себя, за вычетом историй с зеркалами и их последствий, разумеется. В ответ мы услышали историю жизни Нанао-тян (она сама в какой-то момент разрешила себя так называть). Тоже до предела банальную — с поправкой на страну проживания и некоторые особенности семейного менталитета.