Направляющая сила ума

Какие основные мотивы движут родителями при выборе имени ребенка?

Как имя, данное ребенку, влияет на его характер и взаимоотношения с окружающими, на отношение к самому себе, на карьеру, судьбу?

А как сам человек влияет на свое имя?.. И это вопрос не праздный…

Много раз мне приходилось сталкиваться с трудностями и конфликтами, возникающими у родителей, ждущих ребенка или уже родивших и спорящих между собой, как назвать. Дело доходит подчас до серьезных ссор, иной раз и до развода на этой почве. Папа, например, хочет назвать сына традиционно именем деда — своего отца. А мама, допустим, в честь любимого дяди, любимого доктора или любимого артиста.

Кто-то вынужден уступить. И случается, что уступка не проходит даром, а сказывается и на отношении уступившего к своему ребенку. Дитя оказывается уже и не столь желанным и не столь любимым, каким было бы, если бы имя получило то, какое хотелось маме или папе. Одним этим сразу предопределяется крупная данность судьбы…

Как правило, родители стремятся назвать ребенка, исходя из СВОИХ предпочтений, если не сказать предрассудков, из СВОИХ желаний, из СВОЕЙ субъективности. И, как правило, не привносят в свои желания и решения ничего, что касалось бы истинных интересов ребенка, ЕГО будущего, ЕГО отношения к имени, ЕГО самочувствия с тем именем или иным. Родители в большинстве субъективны, эгоистичны, и присвоение ребенку того или иного имени может оказаться лакмусовой бумажкой их ограниченности.

Особенно явственно эта вопиющая субъективность вылезает, когда родители начинают оригинальничать в выборе имени. О смешных и печальных казусах в этой области много писалось, останавливаться на них ради забавы не хочется, но все же вспомню один очень уж характерный и вместе с тем из ряда вон выходящий случай.

Когда я был молодым аспирантом, приятель мой однажды прибежал ко мне и с горящими глазами предложил: «Хочешь пойти послушать лекцию и получить за это деньгу?» Я подумал, что ослышался. Обычно ведь людям платят деньги за чтение лекций, а не за их слушанье. «Деньги дадут», — подтвердил приятель. — «Ты будешь слушать, а лектор тебе за это заплатит. Это его условие. То ли он сумасшедший, то ли миллионер, то ли и то и другое»…

Как было отказаться от такого заманчивого предложения голодному аспиранту? В тот же вечер мы сидели в небольшом зале человек на сто, битком набитом. Лекцию читал мощный, тяжелоатлетического телосложения человек, уже немолодой. Фамилию его я не запомнил она была самая обыкновенная. (По Интернету только что нашел: Кузнецов). А вот имя запомнилось на всю жизнь: ПОБИСК. Как думаете, что имя сие означало?..

Слушая лекцию, а она была посвящена светлому будущему человечества и состояла из нагромождений философских, экономических, математических и физических терминов, нам почти сплошь непонятных, — мы с приятелем все гадали, что же могло означать имя лектора. Когда в конце лекции дело дошло до слушательских вопросов, мы этот вопрос задали в записке — и не одни мы! — Лектор собрал бумажки с вопросом об его имени в отдельную кучку, помахал ими в воздухе и спокойно сказал: «Всегда примерно вот такая пропорция вопросов задается о моем имени. Это закономерность». И далее последовал длительный монолог о том, что такое закономерность вообще. В конце монолога Побиск тайну своего имени все же раскрыл. «ПОколение Борцов И Строителей Коммунизма. Это имя дали мне мои родители. Дело было в 20-ые годы».

Лекция закончилась, каждый слушатель получил на выходе свой двадцатник, немалые по тем временам денежки, да еще халявные. С довольно странным ощущением шли домой… Получилось, что лектор оправдал и утвердил свое имя: и лекцией своей, и оплатой слушателей, которые ему были, очевидно, очень нужны. Откуда брал Побиск деньги на просвещение народных масс, осталось загадкой. Кто-то сказал, что он, дескать, держит подпольный бизнес. По другим сведениям, более близким к истине, Побиск успел провести десять лет в сталинских лагерях, а потом заработал крупные деньги как изобретатель. По облику человек этот напоминал титана эпохи Возрождения, и было ясно, что этот большой корабль, может быть, даже космический, плыл именно так, как его назвали…

Имя есть знаковое лицо — пароль, с которым отождествляешь себя и с которым отождествляют тебя — пожизненно носимая одежда души. Одни носят одежку обычную, типовую, ничем не выделяющуюся, и этим довольствуются — о таких можно сказать, что не имя красит человека, а человек имя, да и смотря еще во что красит. Другим безвыборно достается одеяние на особицу. Оно может быть и роскошным, и редкостно элегантным и благородным, и неожиданно милым, и забавно-смешным, и кричаще-вычурным, и нелепым до уродства включительно…

Необычное имя — всегда вызов и риск. Вызов общепринятым стереотипам, вызов судьбе. Риск, заложенный в самую сердцевину, в первооснову бытия и сознания родившегося человека…

А сперва — человечка, маленького и беспомощного. Как человечек справится с этим риском? С пожизненно носимым платьем своей души — как сживется?

Можно вспомнить нескольких необыкновенных людей с необыкновенными именами, людей ярких и успешных, оправдавших, если можно так выразиться, свои имена. К примеру, прекрасный актер Авангард Леонтьев. Леонтьевых много, а вот Авангард один. Не знаю, комфортно ли чувствовал себя мальчик по имени Авангард в школе, студент по имени Авангард в институте, но сейчас, видя и слыша взрослого состоявшегося человека с этим именем, можно сказать, что имя ему вполне подходит и, кажется, даже нравится, как и нам, зрителям.

Безусловно степени свободы в выборе имени зависят и от общества, в котором мы живем — от менталитета, обычаев, даже моды… Имя, кажущееся сегодня очень редким, завтра будет до оскомины банальным… Это то, что сейчас произошло со свежими когда-то Максимами, Денисами, и вот-вот произойдет с Данилами, Гаврилами, Егорами, Степанами, Дарьями, которых уже едва ли не больше, чем традиционнейших Марий, Екатерин и Наташ. Так что и редкость, и оригинальность имени — вещи весьма относительные. И тем не менее, всегда есть то, что выходит за всякие грани.

Вполне понятно, что родителям хочется дать ребенку имя, как-то выходящее из привычной безликости бесконечных Наташ, Катерин, Сергеев, Андреев, а в прошлом — Иванов. Ведь имя — это то, что должно как-то отличать человека от других, не правда ли? А с другой стороны, имя с древних времен стало определять принадлежность человека к определенному клану, семье, определенному социальному статусу.

Дворянам пушкинских времен никак не могло прийти в голову назвать своего сына, скажем, Агафоном или, допустим, Евстафием. Подобная выходка была бы приравнена по меньшей мере к сумасшествию. Так называли простых крестьян, отсюда и фамилии с этими корнями. И это говорит о том, что вольно или невольно, давая имя, люди в большинстве своем ориентируются на представления и ожидания окружающих — если не на стандарты, то на какие-то рамки своей социальной среды, от и до. Степени свободы в выборе имени традиционно ограничены, но были и исторические сезоны, когда эти степени свободы резко менялись. Как раз в революционные времена каких только имен не давали. Тогда появились женщины по имени Электрификация, Идея, Сталина, Ленина, а среди мужчин замелькали Марлены (Маркс и Ленин), Мэлсы (Маркс, Энгельс, Ленин, Сталин), а попозже Электроны, Кванты, Нейроны…

Что мы скажем, например, об имени Идея? Если отвлечься от его конкретного значения, то звучит совсем неплохо, звуковая ассоциация с Орхидеей — красивейшим цветком в мире… Но что сказать, если это имя сочетается с неподходящей фамилией? Я побывал на одном из родительских форумов, где упомянули некую Идею Глупову. Фамилия Глупов — и так-то «не бей лежачего», да тут еще и Идея… Вот уж удружили родители своей девочке…

Завершая эту беседу, далеко не исчерпавшую свой предмет, хотел бы задать родителям, помышляющим о редком или оригинальном имени для своего ребенка, такие вот наводящие вопросы.

Уверены ли вы, что имя, которое вы даете ребенку:

— понравится в дальнейшем ему самому;

— не будет вызывать насмешек или излишних вопросов со стороны того окружения, в котором ему вероятнее всего предстоит жить, начиная с детского сада и первых классов школы;

— хорошо сочетается с фамилией и отчеством;

— достаточно гармонично и не тяжеловесно звучит, удобопроизносимо;

— не содержит в себе чрезмерной претенциозности, пафосности, каких-то завышенных ожиданий, которые могут связаться с именем и которые трудно будет оправдать (я знал, к примеру, человека, которого звали Принц, и это был далеко не красавец, и белого коня не имел, не говоря уже о белом Мерседесе);

— если имя дано из религиозных соображений или как раньше делалось батюшками — по случайному выбору в Святцах, не окажется ли неблагозвучным до постыдности, как например ни в чем не повинное имя Акакий, которое Гоголь дал своему широко и печально известному герою. Надо причем заметить, что имя Акакий носили и весьма достойные, сильные и яркие люди, как, например, великий грузинский актер Акакий Хорава. Но тут выручало именно то, что он грузин, и имя тем самым входило в другой акустико-смысловой ряд.

Короче говоря, давая имя ребенку, пожалуйста, не позабудьте внимательно, осмотрительно и надолго поставить себя на его место.

См. Агрессия, Аппетит, Армия, Аутизм, Вина (чувство), Внешность, Гиперактивность, Гомосексуализм, Ложь, Насмешки, Разлука, Самооценка, Усыновление, Школа

ВОТы

Как быть, если от ответа не легче?

Как быть, когда ответ на вопрос в общем-то понятен, но легче от этого не становится?

Для начала усомниться в том, что ответ понятен. Попробовать понять по-другому. Задать еще парочку вопросов. Желательно и себе…

А еще вспомнить, что не все ответы предназначены для облегчения (состояния, жизни…). Ответ — не обезболивающее, не снотворное.

У ответов могут быть и познавательные, и развивающие задачи.

В психотерапевтических беседах часто бывает так, что к улучшению состояния человека, к исцелению ведет долгий путь диалога, когда вопросы и ответы подобны порожистому потоку, где-то текущему даже и вспять… Психологическая помощь — не волшебная палочка, передаваемая врачуемому, а тяжелый совместный труд. Иногда труд этот похож на то, как одна машина тащит на буксире другую — но долго ведь это продолжаться не может: машине, которая тянет, тоже приходится и заправляться, и ремонтироваться… Лучше дело идет, если и тот, кого тащат, включает хоть самую малую скорость, чтобы продвигаться вперед.

Что-то мы все о грустном, давайте рассмотрим случай повеселей.

ЭНДИ ХЭПП или поиск себя

шуточная песенка

После многочисленных и бесплодных попыток стать бабочкой, майским жуком или хотя бы навозным,

Червяк к Психологу пришел:

— Мечтаю выйти на пластинке, хоть где нибудь, хоть на соринке. Хочу продать себя на рынке, а не берут. Не те морщинки, не тот размер, что на картинке, и не умею делать шелк. — Ну, это не беда, Червяк. Поди, купи себе улыбку, сядь на крючок, проведай рыбку, и рыбка сделает ошибку, с тобой станцует краковяк. — Не выйдет, я ведь не брюнет, и денег нет, и ветер сдунет, и рыбка на меня не клюнет, а подплывет и в рожу плюнет, хотя и рожи тоже нет. — Ну, это не беда, Червяк. Мужайся, ты Червяк хороший, на червяка вполне похожий. Прожить без рожи можно тоже, хвостом вращая так и сяк. — Не выйдет, видимость не та. Такую крохотную крошку ни в суп не кинуть, ни в окрошку. Вот если б вырасти немножко, я превратился бы в глиста. — Ну, это ни к чему, Червяк. Испортишь мясо и тушенку, устроишь в брюхе напряженку. Уж лучше заберись в душонку. хоть в чью нибудь… — Да будет так! И вправду, если ты Психолог, в чужую душу путь не долог. Хоть с виду чайник и тюфяк, Червяк в накладе не остался. Червяк в Психолога забрался. Вот так себя нашел Червяк.

См. Доверие (телефон), Письмолечение, Потоковость, Решение, Самопомощь, Я (отношение к себе)

Истиной живут, ее не преподают.

Герман Гессе

Самый непобедимый человек — это тот, кому не страшно быть глупым.

Василий Ключевский

Вымогательство (системное)

Что в вымени тебе моем, или как вести себя с власть имущими?

Я предприниматель, и ежедневно и ежечасно сталкиваюсь с вымогателями всех мастей и рангов. О нет, это не бритые парни с битами (хотя и такое бывало), это монополисты или госслужащие. Люди, которых невозможно обойти и которые смотрят на тебя как на дойную корову.

Менты, таможня, ГАИ — жесткие варианты, всем знакомые; но есть и более «мягкие»: монополисты, без договора с которыми ты не можешь жить или вести бизнес. «А вы не забудете поздравить нас с профессиональным праздником?» «Вы должны внести предоплату, в 10 раз превышающую возможные убытки!» «Мы имеем право рассматривать документы 12 месяцев».

Постоянные предложения отстегнуть от огромных доходов (знаем-знаем, не прибедняйтесь…).

Каждый раз ярость разрывает на куски!

Есть ли приемы, позволяющие скомкать вымогательские сценарии?

Вымогательство монополистов «всех мастей и рангов», всеобъемлющая коррупция — вопрос системный, больной для всего нашего государства.

Образ жизни вкруговую: с меня дерут — и я деру, все друг дружку доят — и я дою. Бессмысленно и себе дороже каждый очередной раз разрываться на куски яростью, хотя более чем понимаю ваши эмоции, сам к ним склонен.

Рациональнее — хладнокровно рассмотреть систему вымогательства как наличную реальность. Спокойно понимать: это климат, это природа и ее фауна, это менталитет; универсальных «приемов» нет или только один: занимать должность, на которой не ты зависим, а зависимы от тебя.

Система работает по своим правилам, с минимальным пространством для исключений, и каждый раз, входя от системы в зависимость, ты автоматически подпадаешь под категорию «правило», вероятность стать исключением минимальна. Да, наверное, она все-таки есть, некая возможность попасть в «исключение», но это узкая щелочка, угольное ушко, через которое приходится протискиваться верблюду твоего интереса…

Сие вовсе не значит, что на встречу с Системным Вымогателем нужно идти, заранее сгорбившись, как овечка на заклание или как послушная корова, и с покорной дрожью подставляться под дойку.

Каждая конкретная ситуация может решаться конкретно; а это возможно только при холодной голове, при должной степени внутренней отстройки от происходящего. Только при таком настрое-отстрое в каждом отдельном случае вы будете видеть перед собой не просто очередного Непобедимого Системного Вымогателя, но живого человека с его психотипом и индивидуальными особенностями, — ставить будете не только обобщенный социальный диагноз «вымогательство» (правило), но и индивидуально-психологический, дающий уже некие шансы на исключение…

В «Азбуке здравомыслия», а ранее в «Искусстве быть другим» я дал несколько вариантов «сценария срыва сценария» в случаях агрессии в ситуациях уличного нападения или принуждения со стороны превосходящей силы. Вникнув в психологическую суть, в содержательное ядро этих сценариев, вы убедитесь, что они равно применимы, хотя и в иных оболочках, и в ситуациях «системных» наездов, включая и типичные случаи вымогательства, описанные вами.

Недавно мне рассказали историю, приключившуюся с одним нашим бизнесменом, отправившимся в Грецию на заработки. Перед отъездом он нанял учителя греческого языка для возможных переговоров. Парень был не шибко грамотный и не разобрался, что учитель учил его не современному греческому, а какой-то смеси древнегреческого с нижегородским.

И вот там, на месте, перевозя изрядную сумму денег и дорогой товар, он подвергся нападению местных бандитов. Те давай его грабить. А ему ничего не оставалось, как на языке, который успел выучить, обратиться к ним с увещевательной речью. И вдруг бедолага-бизнесмен увидел, как у грабителей полезли на лоб глаза. Потом они расхохотались, показали друг другу недвусмысленный, во всем мире одинаковый знак: покрутили пальцами у висков. Затем покровительственно похлопали горемыку по плечу и добродушно отпустили.

Парень не сразу врубился, что же, собственно, произошло. А произошло вот что: они приняли его за пациента, сбежавшего из психушки. Ибо заговорил он с ними на языке древней Одиссеи и Илиады, прочитав какие-то очень возвышенные строки. «Ныне, о воины, встретили вы собрата по тяжким доспехам. О мужи благородные, да отпустите вы своего сотоварища с миром, и да вернут вам боги благодеяния ваши сторицей», — что-то вроде этого.

Припоминается ли мой вариант уличного сценария «сумасшедший»? А что, если экспериментально опробовать что-то подобное и в условиях современного системного вымогательства? Обратиться, например, к чиновнику, внимательно глядя в глаза и широко улыбаясь, со следующими словами:

— Дойная корова к свиданию готова! Что в вымени тебе моем? О чем мы песенку споем? Соизвольте намекнуть — сколько бабок отстегнуть?

Наряду с этим — и даже одновременно, в одном флаконе! — можно ненавязчиво ввести в подтекст или же выставить прямиком и другой вариант, блефовый — «за мной сила», в смысле большая волосатая лапа. Непринужденная наглость легкая победительная усмешка, наводящая реплика…

Все это требует полного, самозабвенного вживания в роль, а для этого нужны многовариантные репетиции, предварительный тренинг.

Общее же условие успеха, как я сказал уже, — внутренняя отстройка: пренебрежение к успеху, оставление результата.

Пробуйте! — может быть, найдете какие-то свои ударные варианты.

Мне лично, как психиатру, представляется, что вариант «сумасшедший» — самый надежный…

См. Агрессия, Армия, Ложь, Насмешки, Преступность, Школа

Ты можешь и не заметить, что у тебя все идет хорошо, но налоговая служба напомнит.

Пьер Данино

Гиперактивность

Что скрывается за диагнозом «гиперактивность»?

Гиперактивность — насколько серьезен такой диагноз? Что за ним скрывается?

На мой взгляд, это один из примеров псевдодиагноза — пустого обзывания непонимаемого явления вместо распознавания его природы, механизмов и причинно-следственных связей.

Гипер — значит повышенный, активность — понятно. Количественная оценка, не более.

Дети, которые ведут себя более активно, более подвижны, чем другие; дети шустрые, непоседливые, непослушные, любопытные, шаловливые, озорные — этим вот самым диагнозом, этой приставкой ГИПЕР сваливаются в одну кучу с детьми неуправляемо-аутичными, хаотичными, агрессивными…

И все только потому, что взрослым неудобно, когда ребенок очень подвижен, активен, энергичен и не очень послушен. Взрослым удобны дети пассивные и легко подчиняемые. Взрослые не понимают, почему природа ребенка не желает подчиняться их нормам, ориентированным на сидячесть и моторную ограниченность. Не понимают и не желают понять, что активность нормального ребенка и должна быть повышенной, что это основное условие его здоровья и полноценного развития.

Да, подвижный энергичный ребенок может, если его предоставить самому себе, разнести целый дом, сделать это в одну минуту. Но почему же это надо считать болезнью, причем тут диагноз?.. Зачем глушить психику и эндокринную систему риталином, как это в массовом порядке, увы, делается на Западе и как пытаются кое-где делать у нас?

Бывают дети больные, активность которых беспорядочна и не сулит преимуществ для развития. В таких случаях гиперактивность есть просто составная часть общей симптоматики состояния ребенка, его болезни, которую нужно распознавать и лечить — лечить ребенка с его болезнью, а не гиперактивность саму по себе.

Но таких детей среди тех, кому ставится пресловутый диагноз, лишь меньшинство. По моим наблюдениям, не более одной четверти — одной пятой. Остальные относятся к категории неудобно-здоровых.

Я тоже был гиперактивным ребенком, за что и был исключен в свое время из пионеров, имел двойки и тройки по поведению, был на грани исключения из школы… Я и сейчас гиперактивный, и слава Богу!

См. Аутизм, Воспитание, Ложь, Саморегуляция, Школа

Гомосексуализм

Можно ли вылечить гомосексуализм?

Мне 14 лет. Думаю, что я гомосексуалист. Можно ли это исправить и лечится ли это?

Ясно определившийся гомосексуализм, как правило, изменить нельзя. Это такая же данность человека, как право— или леворукость. И слово «лечится» здесь просто не применимо, потому что гомосексуализм — не болезнь, а тип сексуальной ориентации, ее еще называют «нестандартной».

Но тебе еще только 14 лет. В этом возрасте сексуальная ориентация редко проявляется с полной определенностью. У подростков довольно часто эта ориентация остается еще неопределенной, невыявленной, двойственной — и то, и се. А определяется попозже, годам к 17–18 или даже иногда еще позже. Я учился в мужской школе, без девочек, и хорошо помню, как с началом полового созревания у всех у нас, мальчишек, появился наряду с интересом к девчонкам, которые были где-то далеко, сексуальный интерес и друг к другу. Некие игры такого содержания, иногда и взаимный онанизм, чего греха таить. Все это постепенно, что называется, рассосалось. У большинства, как и обычно, выявилась стандартная сексуальная ориентация, и лишь у немногих точно в том проценте, как это бывает и везде, выявился гомосексуализм.

Так что не спеши определяться. Если окажется, что ты гомосексуалист, это не трагедия, а просто данность судьбы, которую нужно суметь принять. Это особый мир, мир «сексуальных левшей», довольно большой человеческий мир. Он сосуществует с миром «правшей», и так было всегда, значит, можно предполагать, это зачем-то нужно.