Месть ей к лицу

– Я к тебе сейчас приеду.

– Ну, хорошо…

– Только не пугайся моего внешнего вида, – предупредила я.

– А что с твоим видом? – еще более озадаченно спросила моя подруга.

– С ним все в порядке. В общем, сама все увидишь. Давай жди. – И я отключилась.

Убрав сотовый в сумку, я покинула дамскую комнату.

Выйдя из ресторана и остановившись возле входа, я осмотрелась. На площадке стояло несколько машин, и только в одной из них я сумела разглядеть человека. Я уже была уверена, что без сопровождения мне попасть домой не удастся. Вот только я домой ехать не собиралась. А за рулем большого черного внедорожника наверняка сидел человек Баклана, скорее всего, его личный водитель. Что ж, с одной стороны, это было неплохо и не шло вразрез с моими планами. Ведь надо же им выяснить, где я живу.

Невозмутимо пройдя мимо внушительных размеров машины, я подняла руку и остановила первое попавшееся авто.

– В «Богемию». Ту, что в загородной зоне, – бросила я шоферу, но, наткнувшись на его вопросительный взгляд, достала пятисотенную купюру и помахала ей перед его носом.

Вопросов больше не последовало, и мы, тронувшись, выехали на основную дорогу. Я напряженно всматривалась в боковое зеркало, однако первое время никакого преследования засечь не сумела. Внедорожник, который, по моему предположению, принадлежал Баклану, с места так и не тронулся и уже исчез из поля зрения. Я уже было собралась вздохнуть, не зная только, спокойно или, наоборот, разочарованно, как вдруг на первом же перекрестке увидела вдалеке, метрах в ста пятидесяти, ту самую машину, которая недавно стояла возле ресторана. Так и есть – это именно тот внедорожник. Кажется, меня уже подцепили на крючок…

После того как мы миновали еще два поворота, мне уже не приходилось в этом сомневаться. На приличном расстоянии, но все же, несомненно, внедорожник преследовал нас. На всякий случай, чтобы проверить это окончательно, я попросила водителя затормозить возле одного магазина. Сохраняя дистанцию, внедорожник тоже остановился.

Когда мы остановились возле отеля «Богемия», я некоторое время еще посидела в машине, делая вид, что никак не могу найти обещанную пятисотенную. И что же я такая растяпа, и куда же я интересно ее засунула. Ах да, нашла, вот она. Я протянула купюру водителю, уже начавшему подозрительно на меня посматривать.

В тот момент, когда внедорожник медленно и, как мне показалось, равнодушно проехал мимо нас и остановился возле соседнего здания, я стремительно выпорхнула из машины.

Наверняка водитель внедорожника будет ждать до победного, скорее всего, даже всю ночь. Однако я знала, что долго тут не задержусь. Надеюсь, Стас как можно быстрее решит вопрос с квартирой и я отправлюсь по тому адресу, который он мне продиктует.

Я не просто так выбрала именно этот загородный отель. В нем работала администратором моя хорошая знакомая Людмила. До этого она трудилась в той же должности в гостинице «Волжская». А потом перебралась в более престижное место – парк-отель «Богемия» в загородной зоне. К слову сказать, это целая сеть, состоящая из пяти отелей.

Поднимаясь по длинной белой лестнице, ведущей ко входу в парк-отель «Богемия», я с удовольствием вдыхала свежий воздух, насыщенный запахом многолетних елей, росших по обе стороны дорожки.

Хоть Людмила и была предупреждена о моем необычном виде, она все равно сильно удивилась.

– Да, Татьяна, интересная у тебя работа, ничего не скажешь, – произнесла она и усмехнулась. – Значит, говоришь, тебе просто надо укрыться?

– Да, я думаю, это не надолго. И не переживай, ничего опасного в этом нету, по крайней мере для тебя, – заверила я подругу.

– Да я и не переживаю, – ответила та и пожала плечами. – Значит, номер ты снимать не будешь?

– Нет. Да и ни к чему светиться по своим документам. К тому же сейчас меня зовут Полина.

– Полина? Ну надо же. – Людмила снова усмехнулась. – Тогда я предлагаю посидеть у меня в подсобке, попить чаек.

* * *

Стас действительно не заставил себя долго ждать, он позвонил мне часа через полтора после того, как я вошла в «Богемию». Квартира для меня была готова, располагалась она в Промышленном районе. Стас продиктовал мне адрес и сообщил, что ключ от квартиры лежит под ковриком. Вот и отлично, не вижу больше смысла задерживаться в отеле, да и Людмилу напрягать своим присутствием не хотелось. Поблагодарив ее за помощь и пообещав в свободное время забежать к ней с тортом, я вызвала такси и вышла из здания отеля.

Я осмотрелась. Внедорожник, преследовавший меня, все так же стоял на том месте, где и был изначально. При желании я могла без особых проблем уйти от преследования, но это в данный момент не входило в мои планы. Уходить от слежки я не собиралась намеренно. Убивать меня прямо сейчас, не выяснив, кто я такая и что за диск хочу продать Баклану, они не станут – в этом я была уверена. А вот узнать мой адрес им необходимо. Так что пускай следят себе на здоровье – все равно после того, как будет закончена операция, я и близко не подойду к этой квартире.

Когда таксист притормозил возле нужного мне подъезда, я так же, как и в прошлый раз, немного задержалась в салоне, ища в своей сумочке деньги. На это раз внедорожник не проехал равнодушно мимо нас, а остановился у соседнего дома, расположенного прямо напротив моего. Весьма выгодная позиция для наблюдения.

Я, конечно, не трусиха, но те несколько минут, пока я поднималась вверх по ступенькам на четвертый этаж, показались мне бесконечно длинными и… беспокойными. Именно в этот момент я почувствовала настоящую опасность. И с чего я, собственно, решила, что они не собираются пристрелить меня прямо сейчас? Откуда я знаю, что за рулем преследовавшей меня машины сидит всего лишь обыкновенный шофер, а не тот парень, который стреляет сначала в сердце, а потом в голову?

Мысли эти промелькнули у меня в голове в считаные секунды, но усилием воли я приказала себе расслабиться и успокоиться. Нет, не будут они действовать так быстро. Это получается, надо убивать каждого, кто вызывает хоть малейшее подозрение в опасности намерений. И Баклан еще не видел диск. А вдруг видел! Ведь времени прошло уже достаточно. Нет, Татьяна, успокойся, он точно захочет с тобой еще раз завтра встретиться и решить этот вопрос каким-то иным, более мирным способом или, наоборот, начнет угрожать, пытаясь запугать. А вдруг согласится выплатить деньги? Нет, это точно отпадает, сумма слишком большая, даже для такого крутого чувака, как Баклан. Да и отпускать такого опасного свидетеля уж точно не стоит. Где гарантия того, что я не оставила себе еще одну копию этой записи…

Успокоилась я окончательно лишь после того, как наконец захлопнула железную дверь и два раза повернула ключ в замке. Разувшись и сбросив кожаный плащ прямо на пол, я подошла к окну. Отодвинув край занавески, увидела, как внедорожник разворачивается и отъезжает.

Я подошла к зеркалу и оглядела свое отражение. Откинув с лица темную прядку, отметила, что побледнела слишком сильно. А ведь это только начало…

Квартира оказалась очень просторной, хоть и однокомнатной. В холодильнике я обнаружила запасы продуктов на любой вкус. И самое главное, прямо на столе стояла пачка моей любимой «Арабики». Спасибо Станиславу, не забыл о моей слабости. Но… вначале душ. С каким наслаждением я сбрасывала с себя все эти одежды – джемпер, второй джемпер, водолазку, – от которых мое бедное тело устало и вспотело. И с каким упоением я стояла под упругими струями воды, чувствуя, как они смывают с меня все тревоги и усталость.

Облачившись в большой махровый халат, висевший в ванной комнате, я прошлепала на кухню и принялась за кофе. Этот процесс доведен у меня до автоматизма. Налив нужное количество воды в турку, я довела ее до кипения, а потом высыпала в нее кофе. Главное, не передержать турку на огне, иначе вкус будет уже не совсем тот, к которому я привыкла. Как только шипящая пенка поднялась до краев турки, я сняла ее с огня и поставила на стол, накрыв крышкой, пусть отстаивается.

Сев за стол, я взяла в руки сотовый и набрала номер Гордеева.

– Татьяна, ты на месте?

– Станислав, да, я на квартире. Первая часть операции завершена! Все, диск у Баклана, и они подцепили меня на крючок. Теперь якобы мои координаты засвечены, так что нападения можно ждать в любой момент. Стас, теперь надо действовать оперативно и заняться подготовкой следующего этапа, и как можно быстрее.

– Какого следующего этапа? – вяло, с напускным равнодушием протянул на том конце Гордеев. Видимо, он решил пошутить и таким вот образом меня развеселить, но тактика и время были выбраны явно не самые удачные.

– Стас, прекрати придуриваться! Видеокамеры, люди, оружие, этот чертов бронежилет – в общем, все то, что ты мне обещал!

– А, ты об этом, – не унимался Гордеев, – да я как-то совсем об этом забыл.

– О чем ты забыл?! Послушай, Гордеев, мне не до шуток! – наконец возмутилась я. Несмотря на то, что чувствовала – Стас просто разыгрывает меня, ни о какой забывчивости в данном случае не может быть и речи. Он провоцировал меня на возмущение, и я легко поддалась на провокацию.

– Ну не злись, Татьян. Кстати, не слабый внедорожник у Баклана, а? И цвет такой угрожающе-черный. Прям бр-р-р… Кстати, а что ты делала в «Богемии»? Решила там устроить временное пристанище? Надеюсь, свои документы на имя Тани Ивановой ты там не засветила?

– А ты откуда… Подожди, Стас, ты что?.. – до меня наконец дошел смысл сказанных слов, и я облегченно вздохнула. Это значит, что Станислав, а точнее кто-то из его людей, все это время держал меня под наблюдением. Однако как профессионально это было сделано, я даже ничего не смогла заметить. Или просто была зациклена на преследовавшем меня внедорожнике.

– Ну конечно, – засмеялся он в трубку, – неужели ты думала, что я тебя без присмотра оставлю? И видеокамеры уже установлены там, где надо. И люди уже вокруг твоего нового жилища нашпигованы везде, где только можно. Ты, кстати, ничего не заметила?

– Не заметила, – честно ответила я. – Да что я могла заметить, у меня коленки от страха подгибались.

– Ну и хорошо, что не заметила. Уж если ты этого не сделала, значит, и никто не сделает. Ты ведь у нас профессионал!

– Спасибо, – без эмоций поблагодарила я. – Ну и что мне теперь прикажешь делать?

– Сиди дома и никуда не высовывайся. Я к тебе позже подъеду, а может, уже завтра утром. Точнее, уже сегодня. Да, Татьян, уже поздно, отдыхай. Не буду тебя тревожить среди ночи. А с утра привезу тебе новый модный металлический прикид. Ничуть не хуже, чем от… как там этого кутюрье французского зовут, который все свои модели из железных проволочек делает?

– Пако Рабан, – усмехнулась я.

– Точно! Так ты с Бакланом на завтра договорилась?

– На завтра, на это же время.

– Вот и хорошо. Так что успокойся и ложись спать, утро вечера мудренее, как сказал… Кто это сказал, Татьян? Может, Аристотель?

– Царевна-лягушка это сказала, а не Аристотель. Читать больше надо, а не прикидываться интеллектуалом, – с усмешкой ответила я, а потом неожиданно добавила: – Приезжай ко мне, я без тебя не усну.

На том конце трубки воцарилось молчание. Честно говоря, я и понятия не имела, каким образом последняя фраза слетела у меня с языка. Но слово не воробей, а извиняться и оправдываться я не собиралась. Черт бы побрал его серые глаза и мужественный подбородок, покрытый густой щетиной, подумала я в очередной раз с чувством досады. Сейчас он извинится и скажет, что, к сожалению, приехать не сможет. Я была в этом уверена.

– А со мной уснешь? – наконец услышала я его внезапно чуть охрипший и подсевший голос. – Я ведь сказки рассказывать не умею.

– Я тебя научу…

Мой кофе уже остыл. Я просидела без движения несколько минут, уставившись в одну точку. Потом, внезапно очнувшись, направилась в ванную снимать линзы. Именно сейчас я вспомнила, что забыла их снять. Этот процесс оказался намного проще, чем их надевание.

А потом все же пошла на кухню, подогрела кофе и пила его медленными глотками из большой чашки, пока не раздался звонок в дверь.

* * *

Я проснулась утром от запаха кофе. Говорят, что это бодрящий аромат, который заставляет пробудиться ото сна человека даже в том случае, если он, мягко говоря, не совсем выспался. И я с этим полностью согласна. Хотя поначалу отмахивалась от этого запаха как от назойливой мухи, слишком уж хотелось спать, но бодрящий аромат все же победил.

– Татьяна, просыпайся, – услышала я голос.

Но я зачем-то ушла с головой под плед и отодвинулась подальше, к противоположному краю кровати.

– Вставай, Татьяна, – снова услышала я ласковый голос.

– Который час? – поинтересовалась я прямо из-под пледа.

– Половина одиннадцатого.

– А ощущение, что мы только что легли, – жалобно простонала я. – Я не хочу вставать, – решила я покапризничать.

– Это ничего, что я к тебе лицом?

Пришлось высунуть голову из-под пледа и приоткрыть один глаз.

– Как вкусно пахнет кофе, мне точно придется встать.

– Я знал, что тебя сможет реально разбудить.

– Я раскусила твое коварство.

– Коварство? В чем?

– Ты знал, с помощью чего меня можно вытащить из объятий Морфея, в которых я, между прочим, пребывала последние часа три или четыре. Лично для меня это был слишком маленький срок, чтобы полноценно выспаться.

– И кофе – это только начало, – усмехнулся Стас.

Я удивленно на него посмотрела, еще больше высунувшись из-под пледа.

– Кофе – это твоя маленькая слабость. Я уже это понял. Но ты, как настоящая женщина, должна обожать примерять обновки.

– Да, я – настоящая женщина, – дурашливо ответила я.

– Я не сомневаюсь.

– Еще бы ты сомневался. Думаю, сегодняшняя ночь была тому подтверждением. Какие еще обновки? – спросила я специально без всякого выражения.

– Те самые, от Пако Рабана. Железные обновки, то есть не совсем железные. Да посмотри сама. И пойдем пить кофе, а то остынет.

Лениво потянувшись, я поняла, что проснулась окончательно. Поднявшись с дивана, направилась было в ванную комнату и тут увидела эту самую обновку. На кресле лежал бронежилет. Он был таким, каким я его себе и представляла – тонкий сплав металла, сверху покрытый тканью, он в точности соответствовал пропорциям моей фигуры, а по бокам имелись лямки на липучках, при помощи которых можно было его закрепить и отрегулировать размер.

Да, интересная вещичка… Как настоящая женщина я собралась было тут же его примерить, но представила вдруг себя со стороны – дама неглиже и в бронежилете, с заспанными глазами и растрепанными волосами. Я громко расхохоталась.

– Это что тебя так рассмешило? – поинтересовался из кухни Стас. Но я не отвечала, не в силах произнести ни слова, а продолжала смеяться.

Появившись в дверном проеме, Станислав сперва внимательно, медленным и серьезным взглядом окинул меня, потом посмотрел на бронежилет и все понял. Мы принялись смеяться вместе и долго не могли остановиться. Наконец, отдышавшись, я произнесла:

– Интересная картинка получилась бы, правда?

– Не то слово! Я как-то об этом сразу не подумал, когда предложил тебе примерить обновку.

– Не говори, а я решила, ты соригинальничал. Кстати, а откуда он вообще здесь взялся? Его же не было, когда мы уснули…

– Как в сказке, да? – улыбнулся он. – В той самой сказке про Царевну-лягушку! Помнишь, она тоже периодически то снимала, то надевала свою лягушачью шкурку. И была то прекрасной принцессой, то…

– Ну ты и сказочник, Гордеев, – сказала я и без всякой злобы кинула в него подушкой.

А за чашкой кофе с бутербродами, приготовленными Стасом, я выяснила, что, пока спала, Гордеев связался по телефону со своим братом-омоновцем, и тот доставил мой новый наряд прямо сюда на квартиру.

– А почему я не слышала, как он приходил, как звонил в дверь? – засомневалась я.

– Потому что он не звонил в дверь. И не заходил. Я строго-настрого запретил ему это делать. Он только поскребся, как мышка, я открыл дверь, он мне просунул то, что принес, и отчалил. А мне удалось сохранить твой драгоценный сон.

– И давно это было?

– Да какая разница.

– Большая.

– Татьяна, ну зачем…

– Отвечай, – потребовала я. – А то у меня складывается ощущение, что ты вообще не спал.

– Ну, немного я поспал, не переживай, – отмахнулся Стас. – И вообще, отоспаться еще успею.

– Послушай, Стас, а как ты думаешь, – я сделала паузу и перестала улыбаться, дав понять, что хочу сменить тему разговора, – Баклан клюнет?

– Я думаю, да, – ответил он, став сразу серьезным.

– А вдруг он просто отдаст мне деньги, заберет диск и даже не подумает меня убивать.

– Да ты что. – Стас улыбнулся. – Какая досада! Да уж, есть о чем беспокоиться. Девушка боится, что ее не захотят убить. Со стороны нас послушать – получается настоящий клуб самоубийц, как у того принца, как его звали?