Вещий

— И долго собираешься вести такой образ жизни? До холодов? А дальше – закаляться ледяными обливаниями вместо мытья?

— Вообще-то, я в колледж поступать собирался. Но не здесь, — сказал Аллен. — У меня в соседней кантине знакомый работает. Обещал договориться с пилотами, чтобы взяли меня. Куда-нибудь, где крупные верфи. На Бахальян, например. Или Лоронар.

— Неблизко. Бесплатно могут не взять, — покачала головой женщина. — Официант! Ещё чая!

— Продам что-нибудь, — Аллен похлопал по рюкзаку. О том, что немного денег у него есть, он решил не упоминать.

Подскочил официант, принёс чай.

— И счёт, — добавила женщина.

— Извольте, — в руках официанта появился датапад, не тот, с которым он принимал заказы, а полностью прозрачный за исключением тонкой серебряной рамки по краю. — Подпишите, госпожа. С вас…

Женщина достала из-под плаща портмоне, такими пользовались здесь многие, в том числе, и Бдадли. При этом полы на миг распахнулись, и Аллен успел увидеть её стройную талию и пряжку широкого ремня. Но не это привлекло его внимание. С обеих сторон от пряжки на ремне висели два одинакового вида изогнутых предмета. Любой фанат "Звёздных войн" сразу догадался бы, что это такое. Рукояти световых мечей!

Титаническим усилием Аллен сумел сохранить благодушное выражение лица. Она что, джедай? Да ну, разве джедаи выглядят так? В фильмах они, скорее, похожи на монахов, ну, кроме Секуры, но она секс-символ Ордена, ей положено. А чёрное обычно носят совсем другие адепты. Вроде Дарт Мола. Как она там сказала, когда его перевязывала? Известная поговорка, только вместо "собаки" подставила "джедая". Бли-ин, так она, наверное, сит! Странно, страха не было. Совсем. В самом деле, не съест же она его прямо здесь. А через пять минут они разойдутся каждый в свою сторону. И слава богу. Ситов он не любил ещё со времён классической трилогии Четвёртого-Шестого эпизодов. После двух фильмов-приквелов героический облик Ордена джедаев тоже несколько поблёк, однако, адепты Тёмной стороны от этого не стали казаться Аллену более привлекательными. Если выбирать между ними, он предпочёл бы не связываться ни с теми, ни с другими.

— Что тебя так удивило? — спросила, между тем, женщина.

— Э-э… Ваш ремень. Вы служите в армии? — прикинулся он наивняком.

— Нет, в другой организации.

Точно сит, подумал Аллен, а вслух сказал:

— Женщины обычно носят что-то…

— С узорчиками и плетением? — понимающе улыбнулась она. — Не люблю. А армейский ремень удобен, на нём всё помещается. Послушай, Хайден Кристиансен. Хочу тебе предложить. Полетели со мной. Тебе, в самом деле, надо учиться. Что-то такое в тебе есть, я такие вещи чувствую.

Да неужели, подумал про себя Аллен. А, может, действительно, чувствует? Похлопал глазами и снова под дурачка спросил:

— Может, я одарённый какой?

— Хм, — прищурилась женщина. — А что, вокруг тебя происходят странные вещи? Предметы двигаются сами собой? Ты наблюдаешь за чем-то, думаешь "сейчас произойдёт то-то", и оно происходит?

— Н-нет.

— А как с азартными играми? Рулетка, кости? Бывало так, что тебе везло много раз подряд? Нет? Может быть, у тебя необычно быстрая реакция? Тоже нет? Тогда вряд ли у тебя Дар. Ну-ну, не кисни! И без Дара люди неплохо живут, — женщина вздохнула и продолжала: — Почему-то все, кто не владеет, считают, что это приносит могущество, власть. На самом деле, чаще всего получается вот такой клубок проблем, — она показала руками шар размером с голову. — Как спутавшиеся змеи, и каждая норовит ужалить побольнее.

— Вам, наверное, лучше знать, — вежливо кивнул Аллен. — Но, если у меня нет никакого Дара, тогда зачем я вам?

— Зачем? — она взяла его за подбородок, оценивающе заглянула в глаза. — Найду я тебе применение, не волнуйся.

По спине Аллена пробежал холодок. Он знал, что состоятельные женщины в возрасте частенько проявляют интерес к молоденьким мальчикам. Вон, у всем известной Примадонны муж на восемнадцать лет моложе. Роль "содержанца" Аллена не прельщала абсолютно. К тому же, она ещё и Тёмная, кто знает, какие извращения могут прийти ей в голову? Пересилив себя, молодой человек приветливо улыбнулся и сказал:

— О'кей, почему бы нет. Раз уж я планирую делать карьеру, надо с чего-то начинать.

Едва они оказались на улице, Аллен незаметно, из-под опущенных ресниц, огляделся и прикинул план действий. Наверное, вот там будет удачно. В нужный момент он замедлил шаги, приотставая от женщины, чтобы она не могла до него дотянуться своей длинной рукой. Отстал ещё немного и со скоростью спринтера рванул в намеченный переулок, стараясь обогнуть как можно больше прохожих и прикрыться ими. Свернул в щель между домами, на мусорный бак, с него через забор, по участку, к калитке, ногу на выступающий короб магнитного замка и снова на улицу. Фух, оторвался! Теперь переждать немного и поскорее валить с планеты. Хоть на чём, хоть куда, главное, чтобы не нашла.

Он не подозревал, что женщина и не собирается его искать. С сожалением поглядев вслед его сверкающим пяткам, она огорчённо покачала головой:

— Дурачок, дурачок. Что ж, как хочешь Видно, у тебя свой путь.

У этого парня, настоящего имени которого она не успела выяснить, были хорошие, честные глаза. И что-то ещё, неясная тень – нет, не способностей к Силе, конечно, а слабое прикосновение, память о чём-то давнем, времён войны. Жаль. Он, наверняка, мог бы стать отличным специалистом в компании, не важно, пилотом, инженером или кем-то ещё. В его возрасте быстро обучаются. Но не захотел. Значит, так тому и быть. Женщина вздохнула, привычным жестом смахнула с глаз каштановую чёлку и двинулась своей дорогой, к стоянке, где был припаркован её корабль.

* * *

Не рассчитывая более на помощь "зелёного друга" из кантины, Аллен пробрался на корабельные стоянки сам, благо сделать это было нетрудно. В высоченном заборе, разделяющем космодром и свалку, имелось несколько прорех. Когда вывозили очередную груду мусора, и дыра становилась видна, её заделывали, а за соседней кучей тут же появлялась новая. Отсюда, с бетона – простите, пермакрита – лётного поля, казалось, что ряды стоянок уходят в бесконечность. Наверное, оттого, что припаркованные на поле разномастные корабли возвышались над прохожими, как многоэтажные дома, закрывая горизонт. Неужели среди них не найдётся такого, что стартовал бы в ближайшее время и направлялся в нужную сторону? Возле некоторых звездолётов возились техники, местные, портовые. Аллен начал интересоваться у них, но вскоре понял свою ошибку. Техническое обслуживание – это ведь не на полчаса и не на час, в автосервисах на Земле вон по сколько времени возятся, а космическая техника посложнее будет. Спрашивать надо либо экипажи, либо заправщиков.

— Не кажется, что бежишь от своей удачи? — раздался над ухом знакомый дребезжащий тенор. Аллен дёрнулся в сторону, разворачиваясь, выругался про себя: чтоб тебя, опять этот гуру! На сей раз тип в плаще восседал на козлах репульсорной платформы с решётчатым кузовом. Сквозь решётку виднелись наваленные стопками небольшие контейнеры с продуктовыми маркировками.

— Слушай, откуда ты всё знаешь?! — воскликнул Аллен.

— Много лет прожито, много туннелей прорыто, — пожал плечами тип. Теперь Аллен разглядел в тени капюшона бледное пятно лица, крупный нос и странно блестящие металлическим блеском длинные волосы. — Ты не ответил.

— Нет, не кажется, — проворчал Аллен. — По мне, эта "удача" сулила только большую кучу проблем.

— А ты хотел как? Спокойно и ровно, без приключений? Не скучно ли будет?

— Приключения и проблемы – не одно и то же.

— Ошибаешься. Обычно они ходят одной галереей.

— Ты, дядя, большой философ, как я погляжу.

— Нет, совсем не большой. Так, маленькое хобби, не умереть от скуки. Собираешься улетать?

— Допустим.

— Садись, поехали. Покажу, кто скоро отлетает.

— Тебе и это известно?

— Хе-хе. Продукты экипажу подвозят перед стартом.

Аллен почувствовал себя котёнком, которого тыкали мордочкой в блюдце с молоком, а он упирался и вырывался. Однако, что-то не позволяло воспользоваться добрым советом, самолюбие, что ли?

— А скажите лучше, на каких кораблях вы уже побывали, — предложил он. — Они скорее взлетят, наверное.

— Хм, разумно, — собеседник кивнул капюшоном. — Запишешь или запомнишь?

— Запомню.

— Смотри, — тип в плаще повернул к нему экраном датапад. — Отмечено синим. Мы – вот здесь.

— Угу. Понял… — и добавил, помолчав: — Спасибо.

— Ерунда. Я даже знаю, на чём ты улетишь, — собеседник тронул рукоятку, и платформа полетела дальше, набирая скорость. Аллен уже не услышал, как разносчик буркнул себя под нос два слова: "След аравака".

Следующий час Аллен выписывал зигзаги по лётному полю. Вперёд, направо, пропустить два корабля, налево, прямо, снова направо, поговорить вот с этим и ещё с тем… Пространственное воображение у него всегда было отменное, и расположение синих квадратиков на схеме он запомнил неплохо. К сожалению, пока он общался с экипажами, один из помеченных кораблей успел включить репульсоры и взлететь, но Аллен не унывал. Приемлемый вариант у него уже имелся. Тригалис. Об этой планете он слышал ещё в кантине Бдадли от пилотов. Колония, основанная кореллианцами, где собираются охотники за наградой, контрабандисты и даже пираты. Там оказию в любом направлении можно найти гораздо быстрее, чем здесь, на Авераме. Второй пилот грузовика, отправляющегося в систему Тригалиса, был не прочь взять пассажира за разумное вознаграждение, и сказал, что на раздумье у Аллена полчаса. Скорее всего, именно этот корабль имел в виду бледнолицый разносчик, говоря, что знает, на чём он улетит. Однако, стоило обойти ещё несколько соседних кораблей, вдруг повезёт ещё больше. Как вдруг он услышал знакомое название. Набу. Так, а это тоже может быть вариант! Цивилизованная планета, довольно густо заселённая, миллиарда четыре, что ли, если он правильно помнил данные из сурсбука. Наверняка – активные торговые отношения, иначе блокада Торговой Федерации не была бы для них таким тяжёлым ударом. Скорее всего, оттуда есть и регулярное сообщение с Центральными Мирами… В общем, неплохой пересадочный пункт, рассуждал Аллен, пытаясь убедить себя, что им движет холодная логика. А вовсе не детское желание увидеть воочию планету из фильмов, где она так красиво показана.

Дождавшись, пока астронавт у пандуса корабля закончит разговаривать с местным жителем – по виду это был мелкий торговец-коробейник – Аллен подошёл и спросил, скоро ли они стартуют. Астронавт, которому на вид было лет двадцать пять, не больше, перебросил во рту жвачку, окинул молодого человека оценивающим взглядом и в типично одесской манере ответил:

— А ты с какой целью интересуешься?

— Узнать, берёте ли пассажиров, и не поздно ли. Вы ведь до Набу летите?

— Вообще-то, до Баннистара. Набу промежуточный пункт. Но взять можем. Подкинь десяточку, поговорю с капитаном.

— Поговорить со мной пассажир может и самостоятельно! — донёсся сверху уверенный низкий голос. — А тебя, Реттиб, я уже предупреждал.

— Каждый хочет жить получше, а без денег это затруднительно, — развёл руками парень. По его ухмылке было понятно, что предупреждения капитана он всерьёз не воспринимает. — Прикажете пропустить, сэр?

— Пропусти.

Капитан, плотный мужчина среднего роста в светлом форменном кителе и коричневых брюках, судя по рядам мелких костяных рожек на голове, относился к виду забраков. Он тоже смерил Аллена взглядом, сказал:

— У тебя наличные или карта?

— Наличные, господин капитан.

— Тариф в салоне – двести за перелёт и пятьдесят за питание, если пожелаешь. Койка в каюте…

— Сэр, салон меня устроит, — максимально учтивым тоном остановил его Аллен. — Сколько займёт перелёт?

— Меньше суток.

— Тогда и питание тоже не нужно, — Аллен полез за деньгами.

— Это помощнику, потом, — отмахнулся "первый после бога". — Проходи по коридору, он покажет тебе место.

— Сэр! — окликнул снизу Реттиб. — Кажется, едут!

— Проклятые толстосумы, даже к отлёту вовремя явиться не могут, — капитан одёрнул китель и двинулся вниз по пандусу, напялив на лицо любезную улыбку настолько фальшивого вида, что Аллен невольно прыснул в кулак.

— Проходи, проходи, парень, — ворчливо сказал ему синекожий дурос в таком же костюме, как у капитана.

— Помощник – это вы? — спросил молодой человек. — Капитан сказал, оплату внести вам.

— Да, вот здесь пересчитаем. Ровно двести. Твоё кресло – пятый ряд, номер три.

Кресла в салоне располагались примерно так же, как и в самолёте – тройками, с проходом посередине, с той разницей, что рядов в коротком помещении было всего восемь, а стены имели обратный наклон. Иллюминаторами служили довольно длинные вертикальные полосы транспаристила, совсем как жабры акулы, на них Аллен обратил внимание ещё снаружи. С кресла номер три, возле прохода, разглядеть что-то в эти окна почти невозможно, и это было вдвойне обидно, так как дальше к корме целых два ряда оставались пустыми. Соседями Аллена оказались длиннорогий чагрианин, совершенно такой же, как вице-канцлер Мас Амедда из первых фильмов, и ещё более странное существо с головой, похожей на сюрреалистический вариант венецианской маски баута, вылепленной почему-то из цемента. Похожая фактура была у рож пришельцев в "Гостье из будущего". Цементнолицый сидел неподвижно, как изваяние, чагрианин возился в раскрытой сумке, лежащей на подвесной полке перед ним. Судя по длинным кронштейнам, полка была опущена из вон того отверстия в потолке. Интересно, как она опускается? Продолговатую кнопку на подлокотнике, подписанную "БАГАЖ" Аллен нашёл почти сразу. Кнопка засветилась сначала жёлтым, затем зелёным, и полка над креслом номер три опустилась настолько, что дала возможность Аллену загрузить на неё свой рюкзачок. Затем послушно убралась в потолок по повторному нажатию. Ну, так вообще отлично! Аллен вытянул ноги вперёд – расстояние между креслами позволяло – и усмехнулся. Разносчик-философ сказал, что знает, на чём он улетит. Наверное, имел в виду тот грузовик до Тригалиса. Интересно было бы заценить выражение его лица, узнай он, что Аллен летит совсем в другом направлении. Этот маршрут даже женщина-сит не просчитала бы.

Между тем, корабль запустил двигатели – их звук отдался в обшивке басовитой нотой – и оторвался от лётного поля. Чагрианин в кресле рядом включил экран, вделанный в спинку переднего ряда, засунул под мясистые височные отростки плоские наушники, соединённые чёрной плоской лентой, и запустил какое-то телевизионное шоу. Экраны в салоне были плохонькие, в кантине у Бдадли маленький головизор возле барной стойки давал куда лучшие цвета и глубину изображения. Кажется, показывали детективный сериал, действия было мало, а диалогов много. Вникнуть в суть происходящего без звука нечего было и думать, и Аллен бросил это бесполезное занятие. Окна-щели салона окончательно потемнели, должно быть, корабль вышел из атмосферы, звук двигателей стал глуше. Неожиданно на переднюю переборку упали резко очерченные полосы света: это местное светило заглянуло в салон с левого борта. Прошло ещё несколько минут. Салон заполнило низкое, постепенно повышающееся в тоне гудение, снаружи замельтешили белые полосы, оборвался звук досветовых двигателей. Остался лишь шелест воздуха в вентиляции, да тонкий звон на грани слышимости, такой издаёт преобразователь напряжения в метро. Правда, вибрация никуда не делась, наоборот, она стала как-то отчётливее, словно Аллен сидел в автобусе, мчащемся по загородному шоссе. Буднично и неромантично, в общем. Надо немного позаниматься, что ли, пока батареек хватит, подумал он, доставая датапад. В это время через салон, как раз, проходил шустрый мистер Реттиб.

— Скажите, — наудачу обратился к нему Аллен, — у вас можно зарядить устройство?

— Такое – можно. Кабель есть? Такой не подойдёт, у нас "тип 2". Сейчас принесу переходник.

Часа через два в салоне появилась стюардесса – не живая, понятно, а дройд. Остановившись в дверях, она объявила на базик звенящим механическим голосом:

— Уважаемые дамы и господа! Напитки бесплатно, спиртное за наличный расчёт. Угощайтесь.

Повторила фразу на каком-то другом языке и, поскрипывая единственным колесом, двинула перед собой репульсорный сервировочный столик с напитками. Аллен взял большой стакан газировки, подкрашенной светло-зелёной эссенцией, спросил, есть ли ещё обычная вода.

— Имеется, — дройдесса выдала ему прозрачный пакет вроде тех, в которых продают майонез и кетчуп. Внутри плескалась вода. Теперь Аллен мог вообще ни о чём не беспокоиться до конца полёта. От однодневного поста ещё никто не умирал. Всё, хватит думать о еде. Учиться, учиться и ещё раз учиться! Так он и просидел за учебниками до того момента, когда та же стюардесса начала разносить ужин пассажирам, которые оплатили питание. Двоим она задала какой-то вопрос, подкатившись к Аллену, повторила и ему:

— Желаете каф или травяной настой?

— Что за настой?

— Лёгкое тонизирующее, безвредно для всех видов хуманов. Если собираетесь поспать, рекомендую его.

— Нет, лучше каф, я ещё почитаю.

Потягивая из конусообразной чашки пахучий и терпкий напиток, чем-то напоминающий одновременно земной кофе и цикорий, Аллен услышал разговор странной пары, что сидела справа. На существо в кресле номер пять он обратил внимание, только войдя в салон корабля, и почти сразу отвернулся, настолько жутко выглядело это чудовище. Походило оно на человека с кошмарным осьминогом-мутантом вместо головы. Рот-клюв из трёх роговых "зубов", щупальца вокруг него, справа и слева – трубки сифонов, точь-в-точь как у земных головоногих, и то ли уши, то ли жабры. Больше Аллен в ту сторону старался не поворачиваться, только когда разносили напитки, разглядел женщину в дальнем, шестом кресле. Твилека. Красивая, как ангел. Круглое лицо с правильными мягкими чертами, приятный тёмно-оранжевый цвет кожи. А как она двигалась! В общем, ни дать, ни взять иллюстрация к космическому варианту сказки "Красавица и чудовище". Сейчас урод уговаривал красотку, прищёлкивая острыми "зубами":

— Ты должна поесть. Хотя бы, немного.

— Не могу, — отвечала твилека высоким, хрустально-чистым голосом. — У них ужасный гипердрайв, всё так дрожит, что меня мутит.

— В таком случае, пойди к врачу, возьми лекарство. К прилёту на Заправочную Баннистер ты должна быть свежа и иметь наилучший вид. Иначе твой покупатель оштрафует меня за порчу товара.

Товара? Товара?? Она, что, рабыня??? Хотя, да, твилечек и при Республике вовсю продавали в рабство, а уж при Империи и подавно.

— Эй, — тронул Аллена за плечо подошедший со стороны кормы Реттиб. — Жрать хочешь? Приглашаю поужинать, чем звёзды послали.

— Десяточку сразу накинуть или потом? — осведомился Аллен.

— Чудак, я от души, бесплатно. Не деликатесы, но всё же. Идём, идём.

В кормовой части нижней палубы, как раз за салоном и туалетами, располагалось несколько служебных помещений и небольшой отсек с круглым отверстием в полу, ведущим в прозрачный блистер оборонительной турели. Реттиб уселся на край опорного "погона", свесил ноги и принялся раскладывать рядом с собой еду.

— Это что, готовые завтраки? — спросил Аллен, наблюдая, как он открывает запаянные контейнеры.

— И завтраки, и всё остальное. Рабочие рационы, ну, знаешь, для шахтёров, монтажников, буксировщиков, кому в столовую далеко ходить. Компания нам их бесплатно выдаёт. Большие чины брезгуют, с камбуза питаются, а я не гордый, мне капитал копить надо. Не до могилы же летать простым матросом.

— Пахнет хорошо, а выглядит так себе, — сказал Аллен, попробовал один из прессованных брикетов. — Да и на вкус…

— На вкус дерьмо, но есть можно, — усмехнулся Реттиб.

— Всё время этим питаться, наверное, нельзя, желудок испортишь.

— В общем, да, но я же только в рейсах так. А прилетаем на конечный пункт, иду в кантину, где продукты хорошие и повар человеческий.

Некоторое время они жевали: брикеты были довольно плотными, временами вязкими, как мармелад из холодильника, временами хрустящими, как сухарь.