Теория государства и права: Учебник

Выделяют полное и частичное освобождение от правовой ответственности. Понятие «освобождение от правовой ответственности» надо отличать от понятия «исключение правовой ответственности».

Различие между указанными понятиями состоит в том, что если освобождение от правовой ответственности предполагает снятие обязанности претерпевать меры государственно-принудительного воздействия за совершенное правонарушение, то с исключением правовой ответственности связывается недопустимость правовой ответственности.

Нетождественность освобождения от правовой ответственности и исключения ее состоит в том, что в первом случае правонарушение имеет место в действиях лица, тогда как во втором — состав правонарушения отсутствует.

В российском законодательстве перечислены обстоятельства, исключающие противоправность деяния.

При определенных условиях действия, обычно квалифицируемые как правонарушения, могут не обладать этими свойствами, если имеются обстоятельства, исключающие противоправность деяния. Одним из таких обстоятельств является необходимая оборона. Для признания необходимой обороны в качестве правомерной требуется, чтобы был соблюден ряд условий, относящихся как к нападению, так и к защите.

Важно подчеркнуть, что институт необходимой обороны носит межотраслевой характер. Природа института необходимой обороны раскрывается не только в ст. 37 УК РФ, но и в ст. 1066 ГК РФ «Причинение вреда в состоянии необходимой обороны», а также в ст. 19 КоАП.

Другим обстоятельством, исключающим юридическую ответственность, выступает крайняя необходимость. Этот институт предусмотрен уголовным, гражданским и административным законодательством. Крайняя необходимость — устранение опасности, угрожающей интересам государства или личности, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена

другими средствами и если причиненный вред является менее значительным, чем вред предотвращенный.

Согласно ст. 1067 ГК РФ «вред, причиненный в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, угрожающей самому причинителю вреда или другим лицам, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена иными средствами, должен быть возмещен лицом, причинившим вред.

Учитывая обстоятельства, при которых был причинен такой вред, суд может возложить обязанность его возмещения на третье лицо, в интересах которого действовал причинивший вред, либо освободить от возмещения вреда полностью или частично как это третье лицо, так и причинившего вред».

Крайняя необходимость по уголовному законодательству имеет другую природу. В соответствии со ст. 39 УК РФ, «не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом, интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости». При этом «превышением пределов крайней необходимости признается причинение вреда, явно не соответствующего характеру и степени угрожавшей опасности и обстоятельствам, при которых опасность устранялась, когда указанным интересам был причинен вред равный или более значительный, чем предотвращенный». Такое превышение, по вполне понятным причинам, влечет за собой уголовную ответственность только в случаях умышленного причинения вреда.

Причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление (ст. 38 УК РФ) — также не является преступлением и выступает самостоятельным обстоятельством, исключающим уголовную ответственность.

Физическое или психическое принуждение — как обстоятельство, исключающее преступность деяния, впервые в России получило регламентацию в уголовном законодательстве. «Не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в результате физического принуждения, если вследствие такого принуждения лицо не могло руководить своими действиями (бездействием)», — гласит ст. 40 УК РФ. Если вследствие физического принуждения лицо не могло руководить своими действиями, т.е. действовать избирательно, и в результате этого причинило вред правоохраняемым интересам, ответственность исключается, поскольку лицо действовало (бездействовало) под влиянием непреодолимой силы, исключающей мотивированное поведение и вину. Так, связанный и избитый сторож не может охранять вверенный ему участок.

Обоснованный риск — важное обстоятельство, исключающее юридическую ответственность и направленное на развертывание гражданской инициативы, на принятие нестандартных, эффективных решений. Статья 41 УК РФ гласит:

1. Не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам при обоснованном риске для достижения общественно-полезной цели.

2. Риск признается обоснованным, если указанная цель не

могла быть достигнута не связанными с риском действиями (бездействием) и лицо, допустившее риск, предприняло достаточные меры для предотвращения вреда охраняемым уголовным законом интересам. .

3. Риск не признается обоснованным, если он был заведомо сопряжен с угрозой для жизни многих людей, с угрозой экологической катастрофы или общественного бедствия».

Исполнение приказа или распоряжения — обстоятельство, исключающее юридическую ответственность специального субъекта: военнослужащих, сотрудников органов внутренних дел, ФСБ, налоговой полиции и некоторых других категорий государственных служащих.

Статья 42 УК РФ устанавливает: «Не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам лицом, действующим во исполнение обязательных для него приказа или распоряжения. Уголовную ответственность за причинение такого вреда несет лицо, отдавшее незаконные приказ или распоряжение.

Лицо, совершившее умышленное преступление во исполнение заведомо незаконного приказа или распоряжения, несет уголовную ответственности на общих основаниях. Неисполнение заведомо незаконных приказа или распоряжения исключает уголовную ответственность». .

Казус — еще одно обстоятельство, исключающие юридическую ответственность. Речь идет о ситуациях, когда в деянии лица присутствуют все признаки состава правонарушения, но отсутствует вина.

Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием предусмотрено ст. 75 УК РФ. «Лицо, впервые совершившее преступление небольшой тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если после совершения преступления добровольно явилось с повинной, способствовало раскрытию преступления, возместило причиненный ущерб или иным образом загладило вред, причиненный в результате преступления».

Рассматриваемый вид освобождения от уголовной ответственности является факультативным. Решение об освобождении от уголовной ответственности лица, совершившего впервые преступление небольшой тяжести, принимает орган дознания, следствия, прокурор либо судья с учетом не только характера и степени общественной опасности совершенного деяния, но также характера действий виновного, свидетельствующих о его деятельном раскаянии, и степени их активности.

Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ).

Лицо, впервые совершившее преступление небольшой тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Освобождение от уголовной ответственности в связи с изменением обстановки (ст. 77 УК РФ).

В уголовном законе фиксируется: «Лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если будет установлено, что вследствие изменения обстановки это лицо или совершенное им деяние перестали быть общественно опасными».

Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности.

Статья 78 УК РФ гласит: «Лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекли следующие сроки: __

а) два года после совершения преступлений небольшой тяжести;

б) шесть лет после совершения преступлений средней тяжести;

в) десять лет после совершения тяжкого преступления;

г) пятнадцать лет после совершения особо тяжкого преступления».

Особое место среди оснований освобождения от юридической ответственности и наказания занимают акты амнистии и помилования.

Амнистия объявляется Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации в отношении индивидуально не определенного круга лиц (п. «е» ч. 1 ст. 103 Конституции РФ). Поводы для амнистии бывают самые различные.

Актом об амнистии лица, совершившие преступления, могут быть освобождены от уголовной ответственности. Лица, осужденные за совершение преступлений, могут быть освобождены от наказания, либо назначенное им наказание может быть сокращено или заменено более мягким видом наказания, либо такие лица могут быть освобождены от наказания.

С лиц, отбывших наказания, актом об амнистии может быть снята судимость. Как правило, амнистия не распространяется на лиц, совершивших тяжкое и особо тяжкое преступление, неоднократно осужденных к лишению свободы, злостно нарушающих режим во время отбывания наказания.

В соответствии с нормами международного права акт амнистии не может распространяться на преступления, в отношении которых не существует срока давности.

Согласно ст. 4 Конвенции ООН (1968 г.) о неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества Россия как участвующее в ней государство обязана принять «любые законодательные или иные меры, необходимые для обеспечения того, чтобы срок давности, установленный законом или иным путем, не применялся к судебному преследованию и- наказанию» за указанные выше преступления.

Помилование, в отличие от амнистии, имеет более узкое содержание. В соответствии с п. «в» ст. 89 Конституции РФ осуществляет помилование Президент РФ. Статья 85 УК РФ устанавливает: «Помилование осуществляется Президентом Российской Федерации в отношении индивидуально определенного лица. Актом помилования лицо, осужденное за преступление, может быть освобождено от дальнейшего отбывания наказания либо назначенное ему наказание может быть сокращено или заменено более мягким видом наказания. С лица, отбывшего наказание, актом помилования может быть снята судимость».

Акт помилования является юридическим основанием, обязывающим соответствующие правоохранительные органы выполнить содержащиеся в нем предписания.

Помилование может быть применено к любому осужденному. Смертная казнь в порядке помилования может быть заменена пожизненным лишением свободы или лишением свободы на срок двадцать пять лет (ч. 8 ст. 59).

Уровень эффективности юридической ответственности зависит от соблюдения ряда условий: высокой общей, политической и правовой культуры работников государственных органов и населения; высокого качества законодательства; наличия нравственных, правовых, политических противовесов произволу власти; наличия материальных, организационных, кадровых возможностей для исполнения законов; доверия народа к государству, его законодательным, исполнительным и судебным структурам.

Глава 29 ЗАКОННОСТЬ И ПРАВОПОРЯДОК

1. Понятие законности и правопорядка

В советской юридической науке сложилось и стало господствующим понимание законности как строгого и неуклонного исполнения законов и подзаконных нормативных актов всеми субъектами советского права — государственными органами, общественными организациями, должностными лицами и гражданами. Такое понимание законности было доминирующим в монографической литературе и в тех или иных вариациях кочевало из учебника в учебник вплоть до последнего времени.

При анализе вышеприведенного понимания законности прежде всего бросается в глаза, что в нем акцент делается на исполнение норм права и обходится вопрос о самом их содержании. И это не случайно, поскольку оценка содержания закона с позиции общепринятого понимания законности, как правило, не допускалась, была рискованной для господствующей партийно-государственной элиты.

На первое место при характеристике законности ставился принцип верховенства закона, под которым понималась его высшая юридическая сила в иерархической Системе правовых нормативных актов. Сам же закон трактовался в сугубо позитивистском аспекте, без какой-либо его оценки с позиций общих принципов права, общечеловеческой морали, международно-правовых норм и стандартов. Законы рассматривались как акты, выражающие возведенную в закон государственную волю, под которой декларировалась воля пролетариата в союзе с трудящимся крестьянством, либо волю всего народа. Хотя ясно, что воля трудящихся находила выражение в законах государства настолько, насколько она совпадала с волей правящих партийно-государственных кругов.

Для понимания законности как неотъемлемого качества правовой системы в целом, особого состояния общественной и государственной жизни, режима функционирования правового государства существенное значение имеет содержательная характеристика самих норм права (конституции, законов, подзаконных, включая ведомственные, актов и др.) их аксиологическая оценка. Содержание законности составляет не само наличное законодательство (пусть даже совершенное с точки зрения юридической техники), а такое законодательство, которое адекватно воплощает правовые принципы, общечеловеческие идеалы и ценности, насущные потребности и интересы человека, объективные тенденции социального прогресса.

Законность означает идею, требование и систему (режим) реального выражения права в законах государства, в самом законотворчестве.

Если быть объективным, то нельзя не видеть усилий ряда советских ученых связать проблему законности с законотворчеством, распространить режим законности и на эту сферу деятельности государства. Однако эти попытки не оказали существенного влияния на общепринятое понимание законности.

В традиционном понимании законности и ее принципов содержалось известное противоречие: с одной стороны, утверждалось верховенство закона, с другой, принижалось его значение, т.к. в сфере правоприменения речь уже шла о нормах всех правовых актов, безотносительно к их происхождению. Понимание законности как исполнения всех нормативно-правовых актов, всех правовых норм, установленных или санкционированных государством, объективно принижало значение закона в системе нормативно-правовых актов государства. Закон низводился до уровня подзаконного акта. И не случайно в литературе получило широкое распространение понятие законодательства в широком смысле, охватывающего не только законы, принимаемые высшими органами государственной власти, но и другие акты,-в частности, постановления Советов Министров (правительств) Союза ССР и союзных республик. Этот взгляд лег, в частности, в основу содержания Свода законов СССР, который наряду с законами СССР включал и постановления Совета Министров СССР.

Закон занимает особое место в системе нормативно-правовых актов. Он обладает рядом юридических и иных свойств, не присущих другим нормативным актам. Нивелирование закона в системе нормативно-правовых актов государства следует преодолеть и признать, что законность есть исполнение закона и только закона. Это требование в равной мере относится как к органам всех ветвей государственной власти, принимающим в рамках своей компетенции законы и подзаконные акты, так и к непосредственным исполнителям законов — должностным лицам.

Профессор М.С. Строгович полагал, что сущность законности составляет соблюдение и исполнение именно законов. Из этого,

по его мнению, вытекает и необходимость соблюдения и исполнения подзаконных актов, соответствующих законам, изданным на основе закона, в соответствии с законом и во исполнение закона[265].

В юридической науке были робкие попытки найти компромиссное решение. Суть его заключалась в предложении различать два понятия законности — широкое и узкое. Узкое понятие законности означает требование соблюдать законы государства, широкое — не только законы, но и все подзаконные акты.

Сущностное понимание законности и правопорядка связано еще с одним важным критерием их отграничения друг от друга. Это касается определения субъектов законности и правопорядка.

В свете традиционного понимания законности ее субъектами являются все субъекты права. Должностные лица, следовательно, поставлены в один ряд с гражданами и другими лицами, т.е. здесь нивелируется повышенная опасность нарушения закона со стороны должностного лица в сравнении с опасностью нарушения закона, совершаемого гражданином.

В свое время профессор Н.Г. Александров предлагал компромиссное решение. Он не ставил в один ряд нарушения закона, допускаемые гражданами и должностными лицами. Законность в широком аспекте, по его мнению, означает требование соблюдать законы всеми субъектами права. Законность, понимаемая в узком аспекте, означает соблюдение законов именно должностными лицами государства, т.е. законность распространяется только на деятельность государственного аппарата[266].

Законность как раз и состоит в том, что должностные лица выполняют требования законов, выявляют нарушения закона, пресекают их, восстанавливают нарушенные права и привлекают виновных к юридической ответственности; Законность поэтому обязательно должна характеризоваться наличием эффективного механизма защиты действия законов государства, в том числе защиты прав и законных интересов граждан, других субъектов права.

Нарушения законов, совершенные гражданами и другими лицами, не означают, что эти лица выступают в качестве нарушителей законности. В этом случае речь идет о нарушениях правопорядка в обществе. Это, разумеется, не освобождает граждан от юридической ответственности за любое правонарушение. Граждане могут участвовать в выявлении нарушений должностными лицами закона и, следовательно, законности, способствовать ее обеспечений и упрочению.

Законность, в том числе конституционная (конституционность), есть система реально действующего права. Это означает следующее.

1. Наличие в обществе и государстве правовой конституции, правового законодательства. Иными словами, это означает, что действующие Конституция и законы адекватно выражают идеальное право, правовые принципы, общечеловеческие ценности, правовые идеалы свободного демократического общества и правового государства. С этой точки зрения законность точнее было бы определить как правозаконность (правоконституционность). В плоскости практической государственной деятельности правозаконность наряду с прочим означает соответствие Конституции и других законов принципам и нормам международного права, международным стандартам, неотчуждаемым и неотъемлемым правам человека.

2. Наличие и действие строго иерархической правовой системы, в основе которой лежит принцип верховенства закона, т.е. соответствие закону всех подзаконных нормативных актов.

В иерархии системы правовых нормативных актов Конституция и другие законы обладают высшей юридической силой. Это качество диктует требование непротиворечивости подзаконных актов содержанию Конституции и других законов.

3. Полное и точное осуществление, реализацию (в разнообразных формах) Конституции и других законов в действиях должностных лиц органов всех ветвей государственной власти, органов местного самоуправления, объединений граждан, как тех, которые призваны обеспечивать пользование гражданами и другими лицами предоставленными им правами и свободами, так и тех, кто по закону должен защищать указанные права и свободы в случае их нарушений либо при наличии конфликтов между гражданами и должностными лицами.

4. Всестороннее обеспечение (гарантирование) и эффективную защиту действия Конституции и других законов. Эта система юридической защиты включает как систему государственного контроля и надзора за действием законов, так и систему индивидуальной защиты со стороны граждан и других лиц своих прав и свобод, законных интересов.

Наличие приведенных выше элементов и составляет содержание законности (правозаконности) как системы реально действующего права в свободном демократическом обществе и правовом государстве.

Конституционность (конституционная законность) означает идею, требование и систему (режим), во-первых, реального выражения права в Конституции общества и государства, в самом процессе подготовки, принятия, введения в действие, изменения и дополнения Конституции как правового нормативного акта высшей юридической силы в правовой системе государства; во-вторых, верховенство Конституции, т.е. соответствие Конституции всех законов и подзаконных нормативных актов; в-третьих, полной и точной реализации Конституции органами всех ветвей государственной власти, органами местного самоуправления, должностными лицами, объединениями граждан; в-четвертых, всестороннего обеспечения и эффективной охраны (защиты) действия Конституции. v

Правопорядок — многоаспектное, многоуровневое понятие и представляет собою урегулированность общественных отношений, участниками которых могут выступить физические лица (граждане и др.), разнообразные органы всех ветвей государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, объединения граждан и т.д. Такая урегулированность осуществляется компетентными органами прежде всего в самом законе, во всем массиве правовых нормативных актов. Это есть идеальная конструкция (модель) урегулированности общественной и государственной жизни. Без реализации юридических норм эта конструкция урегулирования остается на бумаге. Реализация юридических норм есть процесс формирования правопорядка. Реализация юридических норм не происходит автоматически. Она требует известного обеспечения и охраны (защиты) в случаях правонарушений. Правопорядок может быть рассмотрен как конечный результат действия юридических норм, как выражение правомерного поведения субъектов общественных отношений. Тесно связаны с правопорядком понятия конституционности и законности. Они в- значительной части по своему содержанию пересекаются, но полностью содержание правопорядка не исчерпывают.

Правопорядок означает также идею, требование и систему (режим) реально действующего права. Однако в отличие от законности (конституционности) правопорядок означает следующее.

1. Наличие в обществе и государстве правового массива подзаконных нормативных актов, а также соблюдение принципов права в самом подзаконном (ведомственном) нормотворчестве.

Главное в содержании правопорядка применительно к сфере ведомственного нормотворчества заключается не только в его полноте, беспробельности, непротиворечивости, но и в оценке его с точки зрения последовательной реализации и воплощения в нем права, адекватно отраженного в нормах конституций и других законов, направленных на обеспечение неотъемлемых прав и свобод человека, на достижение социальной справедливости, сочетания личных, общественных и иных интересов.

Нарушением правопорядка является принятие ведомственных актов (приказов, инструкций, положений и др.), которые противоречат правовым принципам подзаконного (ведомственного) нормотворчества. К сожалению, в условиях тоталитарного режима такая практика получила широкое распространение. Она была связана с ущемлением интересов и прав граждан в угоду ведомственным интересам. К примеру, в системе МВД СССР и республик нередко издавались ведомственные акты, не соответствующие (как в целом, так и в отдельных частях) Конституции и законам, и даже законы не распространяли своего действия на личный состав органов внутренних дел до тех пор, пока не принимался соответствующим министром внутренних дел приказ о введении закона в действие в подчиненной ему системе подразделений и служб внутренних дел.

Ведомственные акты конкретизировали нормы закона, создавая по существу новые правила поведения как материального, так и процессуального характера. Ведомства не были заинтересованы в инициировании законодательной инициативы. Они восполняли пробелы в нормативном регулировании самостоятельно. Сфера ведомственного регулирования была обширной и имела тенденцию к расширению.

2. Наличие и действие принципа иерархии по юридической силе в подсистеме подзаконных нормативных актов.

3. Полное и точное соблюдение, исполнение и использование конституционных положений и норм законов российскими гражданами, иностранными гражданами и лицами без гражданства. Правопорядок включает осуществление, реализацию подзаконных нормативных актов всеми субъектами права — органами всех ветвей государственной власти, органами местного самоуправления, объединениями граждан, должностными лицами, гражданами и другими физическими лицами.

4. Всестороннее обеспечение и эффективную охрану (защиту) действия всего массива подзаконных нормативных актов.

2. Обеспечение и охрана законности и правопорядка

Различие между «обеспечением» и «охраной (защитой)», по нашему мнению, состоит в том, что обеспечение законности, правопорядка связано с гарантированием положительной реализации законов (юридических норм), с их упрочением, профилактикой возможных правонарушений, а охрана (защита) законности, правопорядка — с нарушениями последних, с восстановлением законности, правопорядка.

Обеспечение законности, правопорядка. Система обеспечения законности, правопорядка представляет собой структуру мер, направленных на гарантирование (создание условий) положительной реализации законов (юридических норм) как должностными лицами, так и гражданами, на упрочение законности, правопорядка и, наконец, на профилактику нарушений законности, правопорядка, т.е. состоит из трех блоков: а) гарантирование законности, правопорядка, б) упрочение законности, правопорядка, в) профилактика нарушений законности, правопорядка. Такое деление обусловлено характером системы влияющих на функционирование должностного лица и поведение граждан условий и факторов социальной среды, которые могут быть как положительными (гарантии), так и отрицательными (причем самого разного свойства и содержания — материально-производственные, экономические, политические, духовные, правовые и др.).

Гарантирование и упрочение законности, правопорядка предполагает формирование,, создание и совершенствование, развитие гарантий законности, правопорядка в деятельности органов государственной власти, органов местного самоуправления, объединений граждан, их должностных лиц. Под гарантиями законности, правопорядка понимаются положительно действующие условия, факторы и средства как внутри той или иной госструктуры, так и вне ее.

Следует различать общие (экономические, политические и духовно-культурные) и специальные (правовые, психологические и управленческие) гарантии. Правовые гарантии как вид специальных гарантий включают: а) меры по совершенствованию законодательства; б) меры выявления правонарушений законности; в) меры защиты; г) меры ответственности; д) меры надзора и контроля за состоянием законности, правопорядка; е) меры профилактики нарушений законности, правопорядка.

Надзор и контроль за состоянием законности, правопорядка включают: контроль в системе органов государственной власти, в том числе внутриведомственный контроль; конституционный и другие виды судебного контроля; прокурорский надзор; общественный контроль.

Профилактика нарушений законности, правопорядка означает выявление причин и условий правонарушений, устранение указанных причин и условий, ликвидацию всех тех негативных факторов, явлений и процессов, которые ведут к правонарушениям. В числе такого рода факторов — экономическая и политическая нестабильность, низкая правовая культура населения, должностных лиц, деформация профессионального правосознания, установка должностных лиц на приоритет целесообразности перед законностью и т.д.

Система охраны (защиты) законности, правопорядка включает выявление несоответствий праву (правовым принципам, международным стандартам) законов и подзаконных нормативных актов, правонарушений в законо(нормо)творчестве и в правоприменении, их немедленное пресечение, приведение в действие средств защиты и восстановления права, законности и правопорядка, привлечение к юридической ответственности виновных правонарушителей.

Нарушения законности, правопорядка. На вопрос о том, всякое ли правонарушение должностного лица является нарушением законности, в литературе дается однозначно утвердительный ответ. Однако с позиций предлагаемого нами понимания законности ответ этот не может быть столь однозначно положительным, поскольку не всякое нарушение закона, а тем более подзаконного нормативного акта, можно квалифицировать как нарушение законности. Свидетельством этого служит ряд положений действующего российского законодательства. Например, не влекут отмену приговора суда несущественные нарушения норм уголовно-процессуального законодательства (п. 3 ст. 342 и ст. 345 УПК РСФСР). В Гражданском процессуальном кодексе предусмотрены ситуации, когда нарушение норм процессуального и материального права не является основанием к отмене решения (см. ст. 310 ГПК РСФСР).

Представляется, далее, что законность не исключает возможности судебных ошибок, равно как и ошибок в других видах правоприменительной деятельности. Однако в научной литературе вопрос о природе допускаемых правоприменительной практикой ошибок, как правило, не рассматривался и широко не обсуждался (проблема судебных и иных ошибок в правоприменении обычно ставится лишь на страницах периодической печати). В теории права этот вопрос решался так: ошибки недопустимы, и всякая ошибка есть нарушение законности. Тем самым создавалась иллюзия безошибочности «социалистического» судопроизводства.

На наш взгляд, нарушением законности следует признавать не просто нарушение закона, которое может быть ошибкой в правоприменении, а тенденцию, линию в противозаконном поведении должностного лица. Поэтому, к примеру, определение меры административного взыскания без учета личности правонарушителя (вынесение штрафа в максимальном размере) в конкретном случае не будет составлять нарушение законности, но аналогичные факты, взятые в единстве, могут вскрыть определенную тенденцию, линию поведения должностного лица при определении меры административного взыскания без учета личности правонарушителя. Именно эта закономерность противозаконного поведения должностного лица и явится нарушением с его стороны законности.

Нарушение законности всегда означает причинение существенного вреда правам и законным интересам граждан и других лиц, общественным и государственным интересам.

Нарушениями закона и одновременно нарушениями законности сотрудниками государственных, в том числе правоохранительных органов, органов местного самоуправления, по нашему мнению, являются: нарушения норм Конституции и других законов (наиболее распространенным видом здесь выступают нарушения конституционных прав, свобод и законных интересов граждан и других лиц, незаконное предоставление гражданам и другим лицам льгот и преимуществ, незаконное освобождение граждан и других лиц от несения обязанностей); преступления должностных лиц, совершенные при исполнении служебных обязанностей (получение взятки, злоупотребление должностным положением и др.). В то же время отдельные нарушения закона должностными лицами, как представляется, не следует признавать нарушениями законности, а именно: несущественные нарушения норм закона, например, процедурного характера; преступления и другие правонарушения, совершенные должностными лицами вне связи с исполнением ими своих служебных обязанностей, т.е. когда они выступают в качестве граждан. Такого рода преступления, к примеру, в практике органов внутренних дел и других правоохранительных органов квалифицируются как чрезвычайные происшествия.

Также не являются нарушениями законности: нарушения должностными лицами норм, содержащихся в ведомственных актах; нарушения служебной дисциплины, т.е. нарушения правил несения службы и невыполнение приказов начальников; отдельные случаи проявления грубости, нетактичности, невнимания должностных лиц к людям и т.д., т.е. нарушения норм морали, этики должностного поведения и т.п.

Однако если подобные явления — грубость, чванство, равнодушие к судьбе человека и т.п. — становятся нормой поведения сотрудника государственного органа либо органа местного самоуправления, то в Российской Федерации это уже является нарушением конституционных обязанностей со стороны государственных органов, органов местного самоуправления, объединения граждан, их должностных лиц, относится к человеку, его жизни и здоровью, личной неприкосновенности и безопасности, другим правам и свободам, чести и достоинству как к высшей ценности. Согласно действующей Конституции Российской Федерации, «человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства» (ст. 2).

Правонарушения органов, объединений граждан, их должностных лиц, не являющиеся одновременно нарушениями законности, посягают на правопорядок, являются нарушениями правопорядка. Они также недопустимы, как и более тяжкие правонарушения — нарушения законности.

С управленческих позиций организация системы обеспечения и защиты законности, правопорядком означает, во-первых, определение состояния законности, правопорядка в той или иной структуре государственного аппарата, звене местного самоуправления, во-вторых, выработку мер, направленных на профилактику правонарушений, защиту законности, правопорядка и их упрочение. Речь идет о планировании, координации, об осуществлении принятых решений и контроле за их выполнением.

Большое теоретическое и практическое значение имеет выработка единых критериев оценки состояния законности, правопорядка, а также системы показателей для ее определения применительно к деятельности государственного аппарата и его отдельных органов, подразделений и служб, звеньев местного самоуправления, Следует знать и уметь пользоваться разнообразными источниками информации о правонарушениях, выявлять их, если они не были учтены официально, к примеру, в статистической отчетности. Для анализа динамики и структуры правонарушений важно выработать методику обнаружения, выявления в ходе инспектирования, контрольных и иных проверок такого рода нарушений со стороны руководителей подразделений.

Организация системы обеспечения законности в деятельности государственных органов включает также: анализ допущенных нарушений законности, причин и условий их совершения, разработку мер по профилактике таких нарушений; совершенствование мер защиты законности в деятельности государственных органов; разработку мер по укреплению законности: совершенствование служебной подготовки, управленческой деятельности; включение в перспективные и годовые планы комплексных мер по обеспечению законности в служебной деятельности; формирование практических навыков и умений обеспечения законности в процессе как обучения, так и выполнения служебных обязанностей. Правильно организовать систему защиты и обеспечения законности можно лишь при обязательном учете уровней, иерархии той или иной системы государственных органов, ее внутренних и внешних связей.

Если быть реалистичным, то надо признать, что отраслевая система управления в целом, как и составляющие ее органы и подразделения, не всегда заинтересованы в раскрытии объективной картины состояния законности, тем более — в выявлении ее нарушений, т.е. в самоизобличении. Поэтому очень важное значение в защите и упрочении законности имеет внешний по отношению к отраслевой системе надзор и контроль, осуществляемый органами государственной власти, прокуратуры, суда и др. В то же время объективная необходимость упрочения отраслевой системы требует, чтобы с нарушениями законности внутри нее велась борьба собственными силами и средствами. Особую роль в этой связи имеют вышестоящие органы, а также внутриведомственный контроль.

Система обеспечения и охраны (защиты) правопорядка в целом наряду с системой обеспечения и охраны (защиты) законности должна быть дополнительно сориентирована на граждан и других физических лиц.