– Комендант города, говорит король.

Дифор прикрыл ладонью не очень почтительную усмешку. Жак внимательно посмотрел на черную коробочку портативной радиостанции, бросил злобный взгляд на своего друга и нажал на кнопку включения питания. Рация разразилась воплями и скрипами помех.

– Из подвала не возьмет, – предположил Дифор.

Жак покрутил колесико настройки и, когда сквозь шум прорвались обрывки фраз, громко крикнул:

– Говорит король, вызываю коменданта!

– Не до тебя сейчас! – рявкнула рация голосом коменданта. – Свяжись со мной позже.

Лицо короля медленно вытянулось. Он и раньше предполагал, что его подданные не страдают излишним чинопочитанием, но чтобы настолько явно игнорировать своего монарха… Это уже не лезло ни в какие ворота.

– У него сейчас дел по горло, – заступился за коменданта Дифор. – Справимся.

– Надо выбираться самим, – согласился Жак. – Помнишь историю Фарна Второго?

– Того самого принца, который испугался кошки? Ее каждый ребенок знает.

– Вот именно. Четыреста лет прошло, а никто не забыл. Не хочется прославиться таким же образом. Мертвый барон загнал в подвал лучших бойцов Эстеи! – Жак посмотрел в окно. Прямо в его лицо уставилось искаженное до неузнаваемости лицо Санчеса. Барон торжествующе оскалился. По желтым зубам и заскорузлым потрескавшимся губам потекла бурая слюна.

– Санчес, – позвал его Жак. – Помнишь меня?

В горле монстра что-то булькнуло и слюна еще обильней закапала на мостовую.

– У них должны быть уязвимые места, – предположил Дифор, выглядывая через плечо короля. – Глаза не защищены твердой кожей, – он поднял свой лучемет. – Если я попаду ему в глаз, то это наверняка серьезно снизит его боевые качества.

– Постой, – остановил Дифора король. – Кажется, он хочет что-то сказать.

Нечленораздельное бормотание дарлока становилось всё быстрее и громче. Он явно пытался выговорить какую-то фразу, но окостеневшие голосовые связки плохо его слушались. Жак напрягся, стараясь расшифровать поток шипящих звуков.

– С такого расстояния я не промахнусь, – Дифор тщательно прицелился.

– Король, – слово, которое изрыгнул дарлок, заставило Жака отшатнуться. Никто и никогда не слышал, чтобы эти монстры говорили. Возможно, с ними просто не пробовали вступить в контакт? Перепуганные люди сразу начинали стрелять, несмотря на то, что перед ними были их же сородичи, порой даже родственники, пораженные тяжелой болезнью.

– Да, барон, я тебя слушаю, – четко выговаривая каждую букву, произнес Жак.

– Король Тинор Четвертый умрет сегодня! – прорычал монстр.

Острый лазерный луч вонзился в выпученное глазное яблоко дарлока. Дифор больше не стал сдерживать себя и теперь с довольным видом наблюдал за результатами своего выстрела. Существо, бывшее прежде бароном Санчесом, с визгом каталось по булыжникам, прижав руки к лицу.

– Ты поторопился, – буркнул Жак. – Он не договорил.

– Я боялся, что он отойдет на безопасное расстояние. Старые дарлоки соображают не хуже людей, – Дифор взглянул на индикатор заряда батарей, вмонтированный в рукоятку лучемета. – Не до утра же нам здесь сидеть.

В руке короля внезапно ожила рация.

– Ваше величество, – голос коменданта с трудом прорывался через шорох помех и по тембру напоминал голос дарлока. Жак приготовился выслушать многоэтажные извинения коменданта за допущенную им невежливость, но старый вояка сделал вид, что ни о чем не помнит. Он сразу перешел к делу, и монарх мгновенно позабыл о неполученных извинениях.

– Король, дарлоки прорвались в город, – доложил комендант.

– Сколько их? – Жак подкатил маленький бочонок к окну, влез на него и начал протискиваться на улицу. Дарлок не обратил на него никакого внимания. Бывший барон лежал на тротуаре, прижав колени к животу, и тихо скулил.

– Много! – В голосе коменданта прозвучали истерические нотки. – Они смели два заградительных отряда. Блокпост у публичной библиотеки уничтожен. Никто из моих парней не выходит на связь.

Жак закряхтел от напряжения. Окно оказалось слишком узким для него. Дифор уперся руками ему в ягодицы и попытался вытолкнуть короля на свободу. Деревянная рама жалобно затрещала, но выдержала. Король застрял намертво.

– Перебрось солдат из других районов, – прохрипел король.

– Дарлоки лезут на все крепостные стены! Это хорошо спланированная военная операция! – заверещала рация. – У меня нет солдат!

– Стал бы ты выходить со мной на связь, если бы мог справиться сам! – рассвирепел Жак. – Повешу, скотина!

Дифор прекратил свои попытки выпихнуть короля и чем-то грохотал в подвале. Похоже, передвигал бочки. Зато дарлок перестал хныкать и с интересом посмотрел уцелевшим глазом на застрявшего Жака. На его губах расцвела по-детски счастливая улыбка. Король шумно сглотнул ком в горле.

– Какие будут указания, ваше величество? – прошелестела рация.

«Идиот, ты сам знаешь, что выход только один», – подумал Жак, с раздражением вспоминая, какого великого полководца корчил из себя комендант на вчерашнем совещании.

– Примени артиллерию! – проорал Жак в микрофон.

– По жилым кварталам? – возмутился комендант. – Там же могут быть люди!

– Вот именно! Я беру все грехи на себя! Открывай огонь немедленно!

В этот момент король почувствовал сильнейший удар по своей задней части. Дифор нашел выход из затруднительного положения. Он забрался на винную бочку и одарил сюзерена роскошным пинком. Жак, как пробка, вылетел из окна прямо в объятия барона. Дарлок незамедлительно вцепился королю в горло. Его единственный глаз горел от восторга и ярости. Резким ударом сложенных вместе рук Жак опрокинул врага на спину. Ничуть не обескураженный, нелюдь снова кинулся в атаку. Яркий лазерный луч преградил ему дорогу. Дифор вылез из подвала и при помощи бластера пытался отогнать назойливого барона. Он слегка двигал стволом бластера сверху вниз, даже не пытаясь поразить Санчеса. Дарлок на секунду задумался. Где-то в глубине его переродившихся нервных клеток жил страх перед лучевым оружием. Этой короткой заминки хватило Жаку, чтобы достать свой «эстрих». Прицелиться он не успел. Дарлок прыгнул вперед. Горячий лазер скользнул по его шкуре, не причинив никакого вреда. Король метнулся в сторону, споткнулся и распластался на мостовой. Через секунду ему на спину обрушилась тяжелая туша барона. Санчес поднял кулак, намереваясь одним ударом разбить голову короля. Дифор не стал дожидаться, пока чудовище расправится с его повелителем, ловко запрыгнул дарлоку на плечи и, обняв барона, вонзил ствол бластера ему в глазницу. Через мгновение капитан надавил на курок. Тело Санчеса выпрямилось, словно освободившаяся пружина. Из груди вырвался предсмертный вой. Монстр с грохотом каменной лавины обрушился на землю рядом с Жаком.

Отброшенный на десяток метров Дифор почти минуту лежал неподвижно. Затем он, пошатываясь, встал на ноги и помог подняться Жаку.

– Надеюсь, барон займет подобающее ему место в звездных чертогах небесного короля, – пробормотал Жак, потрогав кончиком сапога неподвижного Санчеса. – Если все дарлоки такие, как этот, то мы можем заказывать себе погребальные костры.

– Барон и при жизни был очень сильным воином, – Дифор сунул свой лучемет за пояс. – Помню, как-то на турнире он гонял меня по всей арене.

– Как же, как же. Над тобой тогда потешался весь Глогар, – усмехнулся Жак. – Я думал, ты предпочтешь навсегда забыть об этой истории.

– Такое не забывается, – вздохнул капитан. Он склонился над бароном и попытался перевернуть его на спину. Негоже аристократу валяться на улице, уткнувшись носом в булыжники.

– Кстати, всегда хотел тебя спросить, из-за чего тогда у вас вышла ссора. На боевые поединки просто так не вызывают. – Жак даже не сделал попытки помочь другу в его возне с дважды покойником. Он чувствовал, что еще не вполне оправился от болезни, и боялся потерять равновесие. Дифор, конечно, друг, но всё-таки он подданный и наверняка любит почесать язык по поводу слабостей повелителя.

– Так из-за чего ты не поладил с бароном? – снова спросил Жак, так как Дифор сделал вид, что не услышал его в первый раз.

– Тебе лучше не знать об этом, твое величество, – пробурчал капитан, старательно пряча лицо.

Король уже захотел по своему обыкновению взять друга за горло и слегка потрясти, но на соседней улице послышались громкие разрывы. Комендант всё-таки выполнил приказ, но похоже, что сделал он это слишком поздно. Нелюди добрались до центральной части города, и если они такие же устойчивые к механическим повреждениям, как барон Санчес, то артиллерия не поможет защититься от этих тварей.

– Нам лучше вернуться, – предложил Дифор, показывая на подвальное окно. – Так будет безопаснее. По-моему, у них не очень хорошее зрение и мы сможем спрятаться.

Очередной взрыв громыхнул в двух кварталах от особняка Санчеса. Железная болванка, начиненная порохом, врезалась в изящное здание текстильного склада. К небу взметнулись обломки кирпичей, бревен и горящие обрывки льняных тканей. Розовые стены дома покрылись трещинами и тяжелой волной обрушились на мостовую.

– Нет, – категорически заявил Жак. – Я должен знать, что происходит. Раньше дарлоки никогда не вели себя так. Они индивидуалисты, а сейчас, создается впечатление, будто у них появилось чувство коллективизма. Самое плохое, если кому-то удалось научиться ими управлять. Тогда нам останется только спешно эвакуироваться куда угодно и на каких угодно условиях.

Нахмурившийся король направился к вычурному особняку Санчеса и, не утруждая себя открытием массивных дверей, запрыгнул в разбитое окно. Дифор неодобрительно покачал головой и последовал за ним. Что поделаешь, если его друг никогда не слушал разумных советов и в конце концов всегда оказывался прав? Наверное, монаршая кровь благотворно влияет на мозги. Всё-таки мудры были предки, когда додумались клонировать первого Короля.

Воздух раздирал вой летящих снарядов. Судя по канонаде, по городу работал Лебединый бастион. Комендант сделал глупость и поручил обстрел центрального квартала самому плохо обученному подразделению. Мальчишки, едва окончившие курс молодого артиллериста, способны разнести вдребезги и дворец короля, и главный штаб, вместе с заседающим в нем комендантом.

Дифор догнал Жака уже на вершине парадной лестницы, ведущей в гостевые залы на втором этаже. Некогда роскошные внутренние помещения родового гнезда Санчесов представляли собой весьма жалкое зрелище. Роскошные фотогобелены были разорваны в клочья и свисали со стен длинными узкими лохмотьями. Все древние гридерские статуи, которыми так кичился барон, разбиты на мелкие осколки и аккуратными кучками лежат рядом с постаментами. Дорогая мебель изрублена в щепки. Совершенно непонятно, кто и зачем устроил здесь весь этот беспорядок. Карантинные отряды ломают только двери. Всю остальную обстановку они сжигают из огнеметов. Заниматься вандализмом у карантинщиков просто нет времени и сил. Эти парни и так едва держатся на ногах. А здесь кто-то сознательно и последовательно уничтожал всё, что могло представлять хоть какую-то ценность. При этом неизвестным варварам приходилось порой прилагать неимоверные усилия. Нужно было потратить немало труда, чтобы разбить огромную малахитовую вазу на кусочки, каждый из которых меньше самой мелкой медной монетки.

Дифор и Жак прошли по длинной галерее. С двух сторон на них взирали заключенные в грузные резные рамы предки баронов Санчесов. Все лица безжалостно испорчены. Кто-то тщательно поглумился над каждым портретом. Глаза выколоты, уши вырезаны, а губы накрашены томатной пастой. Неужели это совершил Санчес, так гордившийся своими пращурами? Невероятно, но больше некому! У всех остальных жителей столицы слишком много забот, чтобы столь оригинальным способом знакомиться с коллекцией баронской живописи.

– Раньше считалось, что переболевшие немочью полностью утрачивают разум, – тихо пробормотал Дифор. – Но, кажется, это не совсем так.

– Что ты сказал? – не оборачиваясь, спросил Жак, который уже начал карабкаться на следующий этаж по крутой лестнице для прислуги.

– Ты думаешь, на крыше будет безопаснее, чем в подвале? – осведомился Дифор и выдернул лучемет из кобуры. Он точно знал, что в обойме остался заряд только на пять секунд непрерывной стрельбы, и даже если Жак поделится с ним своим боезапасом, длительный бой им не выдержать.

– Оттуда лучше видно, – пояснил король и плечом выдавил дверь, ведущую на чердак.

Дифор без возражений последовал за ним. Не склонный к безумной отваге в одиночку, он становился отчаянно смелым рядом со своим другом. Взметнув в воздух густое облако многолетней пыли, они пересекли чердачное помещение и выбрались на крышу через слуховое окно. Под их ногами загрохотало листовое железо, выкрашенное в ядовито-зеленый цвет. Особняк Санчеса был одним из самых высоких зданий в городе, и обзор отсюда открывался великолепный. Дифор невольно залюбовался пейзажем. Сверху город выглядит совсем иначе, чем с земли. Если смотреть отсюда, то крыши домов превращаются в фасады, а чердачные окна в парадные двери. Перед друзьями раскинулась огромная равнина, сотканная из угловатых косых плоскостей. Сильный порыв ветра заставил Дифора подогнуть ноги и присесть. Капитан не любил высоты, хотя и тщательно скрывал это.

Жак уверенно подошел к самому краю крыши и достал из нагрудного кармана плоскую пластину бинокля.

– Пригнись, – посоветовал ему Дифор, немного смущенный своей позой перепуганного новобранца.

– Дарлоки не умеют стрелять, – буркнул король, прикладывая бинокль к глазам.

– Твои вояки тоже не умеют, – саркастически заметил капитан. Ему очень не нравилось место, где они сейчас находились, и он едва сдерживал себя от того, чтобы, вежливо извинившись, не спуститься вниз.

– Ты прав, – согласился Жак и, присев на корточки, продолжил обозревать окрестности.

Со всех четырех сторон горизонт застилали клубы черного дыма. Комендант не соврал – город брали приступом. Канонада доносилась отовсюду. Король прислушался. Он точно знал, что в его распоряжении есть пять пушечных батарей, но сейчас он слышал только четыре. Пятая находилась у северных ворот. Неужели дарлоки ее уничтожили? Не может быть! Их мыслительный аппарат не способен связать работу артиллерии и разрывы снарядов. Они могут понять, что их убивает, если стрелять в них из лучемета в упор. Любой другой способ убийства слишком сложен для них. Возможно, внимание дарлоков привлекли люди, обслуживавшие пушки?

Король всмотрелся в сторону северных ворот. Небо в том направлении было чистым. Значит, солдаты не кипятят в чанах смолу и не выливают ее на головы приблизившихся слишком близко монстров. А если они этого не делают, значит, они, скорее всего, мертвы. Жак тяжело вздохнул и перевел взгляд к линии пожаров, тянущихся вдоль проспекта Первой Коронации. Горели библиотека и университет. Пылали опера и стереотеатр. Король привстал, чтобы получше рассмотреть происходящее, но свист снарядов заставил его снова присесть. На этот раз артиллеристы поразили купол обсерватории. Жак громко выругался. Он хорошо помнил, сколько сил ему пришлось потратить, чтобы добиться завершения строительства этого здания.

– Ваше величество. – Дифор положил руку на плечо Жака. – Надо уходить.

– Я еще не всё увидел! – Король раздраженно стряхнул дружескую ладонь.

– Они идут сюда.

Жак оторвался от окуляров и посмотрел вниз. Стройная колонна дарлоков двигалась по Огуречному бульвару. Правильный прямоугольник остановился, словно по команде, прямо напротив дверей особняка Санчеса. С другого конца улицы двигался еще один отряд. Монстры шли как на параде. Синхронно переставляя ноги и взмахивая руками.

– Не может быть, – прошептал Жак. – Этого просто не может быть.

На поясе короля ожила рация.

– Противник прорвался по проспекту Коронации, – захлебываясь, сообщил комендант, – и сейчас находится в районе, где расположена ваша резиденция.

– Я в курсе! – крикнул Жак в микрофон и торопливо перебрался на противоположную сторону крыши.

Дарлоки окружали дом. Двойное кольцо выстроилось на тротуарах и в сквере рядом с особняком.

– Я приказал прекратить огонь, – прохрипела рация.

– Большое спасибо, – Жак нажал на кнопку и швырнул портативную радиостанцию Дифору.

– Я полагаю… – торопливо выговорил капитан, поймав на лету ценный прибор.

Жак сделал несколько глубоких вдохов, на мгновение закрыл глаза и, вернув себе самообладание, вопросительно посмотрел на своего друга.

– Я полагаю, что они пришли за тобой, – договорил Дифор.

– И что ты предлагаешь? – угрюмо поинтересовался король и посмотрел на новый отряд дарлоков. – Не важно, за кем они пришли, мы всё равно в ловушке.

– Выход есть.

Пока одни монстры замыкали кольцо вокруг особняка, другие начали проникать в здание. Твари действовали очень последовательно. Невольно возникало чувство, что у них есть план, и они в точности его выполняют. Возможно, у них даже появился руководитель.

Послышался звон разбиваемых окон и треск выламываемых дверей. Жак сунул бинокль в нагрудный карман и нарочито неспешно застегнул его на «молнию». Дифор молчал.

– Не томи, показывай выход, – попросил Жак, когда пауза, необходимая для демонстрации отчаянной смелости, миновала и можно было заняться спасением своей шкуры, не рискуя прослыть паникером.

– При одном условии, – угрюмо пробурчал Дифор и нахмурился.

– Какие могут быть условия? – вспылил Жак. – Они сейчас будут здесь! Вопрос идет о жизни и смерти.

– Это и есть вопрос жизни и смерти.

– Ладно, говори уже. – Жак деловито перезарядил лучемет. Немного подсаженную в бою с Санчесом батарею он положил в карман, а свежую воткнул в рукоятку «эстриха».

– Ты не будешь меня ни о чем спрашивать, когда я выведу тебя отсюда, – выпалил Дифор и сделал шаг назад. Он хоть и был старым другом короля, но ставить ему условия никогда прежде не решался.

– Хорошо, не буду. Выводи, – поторопил его король и направил ствол лучемета на чердачное окно. Топот дарлоков раздавался уже у них под ногами. Вибрация от их шагов по перекрытиям передалась листовому железу и сквозь толстые подошвы коленям короля. Почувствовав неприятную дрожь, Жак переступил с ноги на ногу и хмуро взглянул на мнущегося Дифора.

– Я тебя сейчас пристрелю, – тихо пообещал он капитану.

– Следуй за мной, – сказал Дифор и, разбежавшись по крыше, прыгнул вниз. Жак вспомнил, что рядом с особняком Санчеса стоит дом главного королевского шута. Он был точно таким же по цвету и очень близок по архитектуре, что рождало множество анекдотов и шпилек в адрес барона. Дом шута был на один этаж ниже логова барона, вот только расстояние между домами составляло не меньше двадцати шагов. Не каждый спортсмен решится на подобный прыжок. Однако Дифор решился. Значит, и королю не пристало трусить.

Рама чердачного окна с треском вылетела на крышу. Вместе со звоном разбитого стекла послышался рык монстра. Твари были совсем рядом, и времени на размышления не оставалось. Положившись на свою удачу, король последовал за капитаном, даже не взглянув, куда предстояло прыгать. Карниз ушел из-под ног. Промелькнула улочка, забитая дарлоками. Жак выставил вперед руки и вцепился пальцами в край балкона на втором этаже дома шута. Еще полметра, и он бы свалился прямо в лапы нелюдей.

Дарлоки радостно взвыли. В следующую секунду король почувствовал, как чьи-то когти схватили его за лодыжку. Жак судорожно сжал пальцы. Сильнейший рывок едва не разорвал его пополам. Через перила свесился Дифор и поймал короля за шиворот. Воротник затрещал. Еще один дарлок влез на плечи первого и обхватил Жака за пояс. Дифор выхватил из кобуры лучемет и несколько раз нажал на курок. Хватка чудовищ ослабла, и король взлетел на балкон. Дифор уже выбил дверь в комнату, и его спина мелькнула где-то в коридоре.

Жак бросился за ним. За спиной слышались шаги дарлоков. Им потребовалось всего несколько секунд, чтобы взобраться на второй этаж. Дифор устремился вниз по лестнице. Король не отставал. Неожиданно бравый капитан остановился, и Жак чуть не сбил его с ног. Дифор целился из бластера в невидимую Жаку цель и давил на курок. Лучемет молчал. Со стороны могло показаться, как капитан Дифор играет в детскую игру и стреляет из игрушечного пистолета. Не хватало только услышать, как капитан закричит противнику: «Ба-бах! Ты убит!»

Жак оттолкнул капитана в сторону и выстрелил. Дарлок заверещал и повалился на ковер. Похоже, эта тварь, в отличие от барона Санчеса, не могла выдержать выстрел из лучемета.

Дифор схватил короля за локоть и потащил его вниз, в подвал.

– Куда?! – закричал Жак, быстро описав лучом бластера конус и отправив на тот свет еще пару дарлоков.