Если посмотреть вокруг

— Ну, что ты скажешь о нашей работе? — спросил меня крестовик.

Я сказал, что мне очень понравилась его работа.

— Да, наша паутина не только красивая, она еще и очень полезная…

— Уж не для лечения ли? — ехидно спросил я, вспомнив легенды о пауках.

— Глупости, — серьезно ответил крестовик, — наша паутина полезна тем, что в нее попадают одни из самых вредных и опасных животных — мухи. Не знаешь разве, сколько болезней разносят эти твари? Больше 60 болезней, и среди них такие опасные, как брюшной тиф, дизентерия, бруцеллёз. И если бы не мы, пауки, мух было бы во много раз больше. Не веришь? Да, конечно, стрекозе можно верить, а нам, паукам, никто не верит. Так уж всегда. А вот ученые в Англии утверждают, что мы уничтожаем мух и прочей нечисти чуть ли не больше, чем все другие насекомые, вместе взятые. Не знаю, так это или нет, проверить не могу, но то, что нас, пауков, очень много и что мы ужасно прожорливые хищники, это факт! Даже здесь, в этом лесу, нас очень много! Тут ведь не только крестовики живут, тут и других пауков полным-полно. Да вот, зачем далеко ходить — посмотри-ка!

Я посмотрел, куда указывал крестовик, и увидел между ветками куста паутину. Но натянута она была не отвесно, как паутина крестовика, а висела вроде гамака. Я подумал было, что в такую паутину не скоро попадется добыча. В сеть крестовика мухи, не заметив ее, просто влетают с разгона. А тут… И вдруг… Что такое? Муха, летевшая над растянутой паутиной, неожиданно, будто споткнувшись обо что-то невидимое, упала прямо в сеть. Тотчас же из укрытия выскочил хозяин сети и утащил добычу в свое убежище.

— Это паук-прядильщик. Он убивает свою добычу ядом и утаскивает в укрытие.

Сначала я не обратил внимания на слова крестовика, а старался понять, почему муха сразу упала в сеть, обо что она споткнулась. Я подошел к сети прядильщика и лишь тут увидел, что над ней отвесно натянуты тончайшие нити. Не только я их не замечал — их не замечали и насекомые, пролетающие над сетью. Теперь все ясно. Насекомые не видят натянутых нитей, ударяются о них и падают в сеть. Вдруг я вспомнил слова крестовика о яде.

— Как ты сказал? — спросил я его. — Этот паук ядовит?

— Конечно. И мы, крестовики, тоже.

— Но ты же говорил, что вы не опасны.

— Не опасны для людей. А для насекомых очень даже опасны. Иначе как же мы могли бы охотиться? Ну, мы, крестовики или прядильщики, куда ни шло. А вот те, кто не плетет сетей?..

— А есть и такие?

— Сколько хочешь! Посмотри хотя бы вон на того паука.

Я увидел небольшого паучка. Его выдавал только белый кокон на спине.

— Это паук-бродяга, — сказал мой собеседник, — своего дома у него нет, и детишек он всегда носит с собой, в белом мешке-коконе. Его так и прозвали — мешконос. Подожди-ка… Смотри.

Я увидел, как мешконос вдруг замедлил бег и стал осторожно подкрадываться к какой-то мушке. Он так ловко прижимался к земле, что я подумал: очень точно прозвали таких пауков — пауки-волки. Вот он подкрался к добыче почти вплотную и, рванувшись, схватил муху.

— Каждый охотится, как умеет, — заметил крестовик.

Потом он показал мне, пожалуй, самых любопытных охотников среди пауков. Этих паучков — они небольшие, темно-серые или бурые с белыми пятнышками — много бегало по стене нашего дома и по заборам. Но раньше я как-то не обращал на них внимания. И зря. Эти паучки — они называются скакунчиками — здорово выслеживают добычу. Однако, в отличие от волков, не подкрадываются очень близко, а делают довольно длинные для таких крошек прыжки и ловко вскакивают мухе на спину. Следить за ними очень интересно, и я бы, наверное, долго мог смотреть, как охотятся скакунчики, но крестовик позвал меня:

— Вот сколько мы увидели только за пять минут! И все-таки не познакомились с одним из самых интересных пауков — нашим подводником!

Паук-подводник

Мы подошли к уже знакомой мне луже. В ней, как и вчера, плавали водолюбы, крутились вертячки, ползали по дну личинки стрекоз. Было тут множество и других обитателей, но сейчас меня интересовал паук-подводник. Чтоб увидеть его, пришлось низко склониться над лужей и долго всматриваться.

Наконец я увидел довольно большой, величиной с грецкий орех, белый колокол, прикрепленный к какой-то водоросли. Это и был дом водяного паука.

Строит водяной паук свой дом так: под водой около водорослей ткет паутину вроде навеса. Ткет так же, как и другие пауки, — выпускает из своих паутинных бородавочек жидкость, и в воде она превращается в паутину. Конечно, все время паук под водой находиться не может — время от времени он всплывает, набирает в легкие воздух и снова опускается под воду, чтоб продолжать работу. Но вот крыша готова. От нее к той части водоросли, которая поднимается над водой, паук протягивает «дорожку» — паутинку. И поднимается по ней на поверхность. Тело паука покрыто мелкими волосками и тоненькой пленкой. Волоски и пленка «захватывают» воздух — он как бы прилипает к ним, — и паучок спускается вниз. Оттого, что он весь «облеплен» крошечными пузырьками воздуха, паучок под водой блестит, кажется серебряным. Поэтому у него есть еще имя — серебрянка. Спустившись под воду, он забирается под паутину и там освобождается от воздуха. Капелька воздуха поднимается вверх, но застревает в паутине. А паучок уже спешит на поверхность и, захватив новую порцию воздуха, опять спускается. Постепенно под паутинной крышей набирается много воздуха. Он поднимает крышу, и она становится похожей на колокол — точно такой, какой я и увидал с помощью вертячки. В этом колоколе паук живет: отдыхает, поедает добычу, которую ловит в воде. Если он, плавая, захочет подышать, то поднимается на поверхность вплавь. Если ему надо натаскать воздух в колокол, то пользуется он для этого своей «паутинной дорогой». Интересно, что паук-серебрянка в воде, вокруг своего дома, развешивает сети — вроде тех, какие развешивают пауки «сухопутные».

Уходя из леса, я думал о том, как мы мало знаем о пауках. Я дал себе слово, что обязательно разузнаю о них что-нибудь еще.

Глава третья, дополнительная.

Я сдержал слово

Пауки и люди

Разговаривая со мной, крестовик сказал: «Мы помогаем людям не только тем, что уничтожаем множество насекомых». Но сказал он это как-то вскользь, объяснять ничего не стал, и я не обратил внимания на его слова. Вспомнил я о них, когда прочитал вот какую любопытную историю.

Известному инженеру Сэмюэлю Броуну поручили построить мост через бурную реку Твид, протекавшую в Шотландии. Строить мосты для Броуна было не внове, но тут был совсем особый случай: берега реки и ее дно оказались такими, что ни опор, ни быков не поставишь. К тому же мешало бурное течение… Броун ходил по берегам реки и никак не мог придумать, как все же построить мост. Однажды он провел у реки всю ночь. Под утро, усталый, он лег отдохнуть под деревом и уснул. Проснулся, когда солнце уже было высоко и в солнечных лучах серебрилась тонкая нить, протянутая между двумя ветками дерева. С реки дул ветер, но нить только слегка покачивалась да чуть-чуть провисала или натягивалась. Броун несколько минут смотрел на нить и вдруг вскочил на ноги.

— Вот, — воскликнул он, — это же мост! Настоящий висячий мост! — и бросился к дому.

Вскоре через реку Твид был переброшен мост — первый висячий мост, сконструированный Броуном благодаря подсказке паука.

Ну, это, конечно, случайность, что Броун увидел паутину и понял, как надо строить мост. Но то, что паутина не качалась и не рвалась от ветра, вовсе не случайно. Инстинктивно паук натягивает нить так, что она чуть-чуть провисает в спокойном состоянии, а при ветре натягивается, но не рвется. К тому же и сама паутина хоть и тоненькая, но довольно прочная.

Люди издавна присматривались к паутине, пытаясь ее как-нибудь использовать. Ведь есть такие пауки, паутина которых выдерживает нагрузку в 90 граммов. Это только одна паутинка. А если сплести несколько, то будет очень прочная нить, из которой можно сделать, например, замечательные рыболовецкие сети. Но как сплести сеть из паутины? Это же, наверное, очень трудно! А вот жители некоторых островов Тихого океана научились получать такие сети без всякого труда. Для этого надо только сделать раму и отнести ее в лес, где живут пауки. Паук очень быстро находит раму и начинает плести в ней паутину. К утру паутина готова, и рыбак получает прекрасную сеть, которая может выдержать нагрузку в три и даже пять килограммов!

Ну, раз можно из паутины делать рыболовные сети, то нельзя ли попробовать сделать из нее одежду? Оказывается, еще лет двести назад люди пытались заставить пауков служить себе. Это было заманчиво: ведь с кокона шелковичного червя можно получить лишь 900 метров нити, а паук может дать нить длиной в три с половиной километра. Правда, она в 20 раз тоньше нити шелковичного червя и в несколько тысяч раз тоньше обыкновенной швейной нитки.

Вся паутина, которую паук может выпустить за жизнь, весит 32 миллиграмма. Значит, для того чтоб собрать килограмм паутинной нити, надо заставить тридцать тысяч пауков целиком отдать всю свою паутину. Практически же потребуется пауков гораздо больше: чтоб получить полкилограмма паучьего шелка, надо собрать примерно 700 тысяч пауков. Один монах умудрился получить 673 грамма паучьего шелка. Но для этого ему потребовалось 34 года! И все-таки попытки использовать паутинные нити для изготовления одежды делались.

Так, однажды французскому королю Людовику XIV были преподнесены чулки и перчатки из паутины. Такие же перчатки получила жена германского императора Карла VI. Лет пятьдесят назад во Франции создали даже специальную паучью ферму, чтобы получать паучий шелк. Но ферма просуществовала недолго: невозможно было прокормить этих прожорливых существ — надо было бы создать десятки ферм, где бы выращивались мухи, комары и прочая живность, которыми питаются пауки.

Ну что ж, может быть, это и правильно — пусть пауки живут в лесу и плетут свои сети для ловли вредных насекомых. А одежду мы будем делать из других нитей.

Пауки, астрономия и медицина

В журнале «Юный натуралист» — в майском номере за 1935 год — было напечатано такое объявление: «Государственный астрономический институт имени Штернберга просит всех юннатов помочь астрономам собирать для них коконы пауков, в которых пауки откладывают свои яички… Паутинная нить коконов незаменима при фотографировании звезд…»

Интересное объявление, правда? И странное: фотографирование звезд и паутинная нить — какое они имеют друг к другу отношение?

Оказывается, самое прямое.

Сфотографировать звезду гораздо труднее, чем человека: объектив аппарата должен быть наведен на нее в течение нескольких часов. Если бы речь шла о фотографировании земных предметов, все было бы очень просто: навел аппарат, открыл затвор и уходи. Но ведь звезда вне Земли. А сама Земля все время движется. Навел объектив на звезду, а через час его уже надо поправлять — Земля повернулась и звезда «съехала в сторону». Астрономам нужны приспособления, которые помогали бы подправлять трубку телескопа, чтобы фотография не смазывалась. Такое приспособление придумали: металлическая рамка с натянутыми посредине, крест-накрест, двумя нитями. Звезда должна находиться в самом центре, на пересечении нитей. Чуть-чуть сдвинется она с центра, и сразу ясно: трубку телескопа надо поправить. Да, приспособление-то придумали, и совсем не сложное, а сделать никак не могли. Дело в том, что рамка с нитями вставлена в телескоп и астроном видит ее через сильные увеличительные стекла. Через эти стекла даже тонкая нить будет казаться толщиной в палец, и никакой звезды из-за нее не увидишь. Думали-думали ученые и решили использовать паутину. Но не всякая еще подойдет: та, из которой пауки плетут свои сети, и то слишком толста. А вот коконы, которыми они оплетают свои яички, сделаны из тончайших паутинок. Это оказалось как раз то, что надо. И до сих пор паутина верно служит астрономии.

Врачи тоже используют паутину, но совсем для других целей.

Помощниками медиков пауки стали случайно.

Один немецкий профессор, изучавший жизнь пауков, дал своим подопытным немного снотворного. Не для опыта, нет. Просто профессор любил поспать, а пауки, как назло, просыпались очень рано и начинали свою работу, за которой профессору необходимо было наблюдать. И вот для того чтоб пауки спали подольше, ученый стал давать им снотворное. Пауки и правда стали просыпаться позже. Но рисунок сети после принятия снотворного начал меняться. Мало того, рисунок менялся в зависимости от принятого пауками лекарства. При этом каждому лекарству соответствовал свой, постоянный и несравнимый с другими, рисунок.

Тогда паукам стали давать крошечные дозы ядовитых веществ. Появлялись новые рисунки.

Каждому яду соответствовал определенный рисунок.

И тут ученые поняли, какую огромную помощь могут оказать пауки медикам и следователям. Ведь бывает так: умер человек, а от чего, определить невозможно. Похоже, что отравился. Но это надо доказать. И еще надо узнать, чем отравился. Вот тут и «вызывают» на помощь паука. Ему дают капельку крови умершего человека. Через некоторое время паук начинает плести сеть. Если человек действительно умер от отравления — значит, в крови был остаток яда. И значит, сеть паука будет не обычная, а такая, какую он может сплести, приняв этот яд. У врачей есть специальные альбомы с фотографиями паутин, сделанных пауками после принятия разных ядов. Паутину паука, попробовавшего капельку крови умершего, сравнивают с фотографиями, находят схожую и получают точный ответ, от какого яда умер человек.

Про пауков, которые у нас не живут

В нашем лесу я не мог, конечно, увидеть всех пауков, и увидеть всех вообще невозможно — ведь на земном шаре их чуть ли не 15 тысяч видов. Они разные, живут в разных местах, и способы охоты у них тоже очень разные. Вот о них-то я и расскажу.

Ядовитый каракурт, из-за которого у пауков столько неприятностей, подстерегает добычу, прячась в ямках, за камешками. Но он не прыгает на нее, как пауки-волки или скакунчики. У каракурта есть своеобразное «лассо». Это тонкие, очень липкие нити, которые вырабатываются специальной желёзкой. Появилась добыча, и желёзки сразу заработали — началось выделение клейкой нити. А задние ноги каракурта, на которых имеются специальные щеточки, пришли в движение — они метнули «лассо». Метнули очень точно. Вслед за первым полетело второе, третье, и скоро жертва уже вся опутана клейкими нитями.

«Лассо» или «аркан» есть и у другого паука — жителя Южной Америки — подадора. Это длинная паутинка с клейкой капелькой на конце. Паук сидит в засаде, ждет. А паутинка уже приготовлена — она прикреплена к передней ноге паука. Вот пролетела мимо муха. Паук, не двигаясь с места, метнул ей вслед паутинку, и муха заарканена: клейкая капелька крепко прикрепила ее к паутине.

Огромному, длиной сантиметров 12–14, пауку-птицееду ни сети, ни аркана не надо. Он и так добывает себе пищу — различных насекомых, а иногда даже ящериц и мелких птичек. (За это и прозван птицеедом.) Однако враги есть и у него. Чтоб защититься от них, птицеед выпускает тучу стрел в приближающегося неприятеля. Стрелы эти — крохотные щетинки, которыми покрыто тело паука. При приближении врага паук поднимает кверху задние ноги и начинает ими быстро-быстро чесать спину. Щетинки взлетают в воздух, и тот, кто хоть раз уже имел с ними дело, во второй раз не захочет: попадая на кожу человека или животного, щетинки вызывают очень неприятные ощущения, могут вызвать даже воспаление.

Я расскажу еще о двух пауках-охотниках, живущих на острове Мадагаскар.

Один из них — маленький паук, называемый садовым ткачиком. Он очень дружит с растением — кувшинкой напетес. Впрочем, вряд ли кувшинка рада такой дружбе. Дело в том, что кувшинка эта — растение насекомоядное. Насекомые летят на яркие цветы кувшинки, на ее запах, садятся на листья. А листья ее похожи на кувшин с крышкой. Стоит насекомому попасть в этот кувшин, как крышка захлопывается. И вот паук-ткачик осторожно, так, что крышка не падает, пробирается в кувшин, устраивает там маленький помост из паутинки и ждет. Появилось насекомое. Но кувшинке, поймавшей его, оно не достается: насекомое становится добычей паука. Снова открывается крышка, снова ждет насекомого голодная кувшинка. Но когда насекомое появляется, опять повторяется то же самое. И так до тех пор, пока паучок не насытится. Тогда он выбирается из кувшина до следующего дня.

А вот другой мадагаскарский паучок. Кроме паутины, он вьет еще толстый «канат». «Канат» этот всегда наготове: если в паутину попадает слишком крупное насекомое, которое может порвать сеть, паук хватает «канат» и быстро связывает добыче ноги.

У пауков есть еще множество способов охоты. Это прожорливые хищники. А раз так, значит, и очень полезные. Кроме, конечно, ядовитых и опасных для человека.

Для чего еще нужна паутина

Осенью часто можно увидеть длинные, шелковистые нити, летящие по ветру. Поймай такую нить и рассмотри ее. Возможно, на ней ничего не будет. Но вполне вероятно, что ты увидишь на ней маленького паучка. Паучок, конечно, не будет ждать, пока ты его рассмотришь, и сразу же постарается удрать. Так что будь внимательным.

«Ах ты бродяга непослушный, — может быть, подумаешь ты, — удрал от папы и мамы, и вот унесло тебя ветром!»