Дорога после заката

Платформа целиком на пандус не проходила, однако, до первых домкратов её продвинуть удалось. А потом – столкнуть четыре бочки из восьми на поверхность пандуса. Жестом приказав Осоке разворачивать платформу, аркона вновь включил привод рампы. Осока, мигом поставив платформу наизготовку бочками вперёд, оглянулась на лифты. Нет, ребят куаррена и Хардина не видать. Похоже, предупреждению они не вняли. Может, ещё и оплату за эту западню надеются получить? Что ж, свою голову не приставишь.

Характерный звук заставил девушку повернуть голову. Прокалывая наружную силовую стенку, в ангар вплывал имперский штурмовой челнок. Осока скорее почувствовала в Силе, чем увидела, что на подходе ещё три. К счастью, рампа начала открываться. Времени раздумывать и маскироваться не было. Призвав Силу, джедайка толкнула четыре оставшиеся бочки по рампе вверх и крикнула:

– Закрывай!! Стартуй, Суги, старт!!!

Пронзительно взвизгнули репульсоры, DX-5 оторвался от палубы и, подбирая опоры, устремился к выходу в космос. Последнее, что увидела Осока перед тем, как проём рампы сомкнулся – штурмовиков, прыгающих из бортовых люков первого челнока. Затем, в темноте грузового отсека, сквозь гул двигателей стали слышны щелчки плазменных выстрелов, бьющих в обшивку. Корабль задрожал, проходя сквозь поле, и все звуки разом смолкли.

– Нужно максимально быстро перелить топливо, – сказала Осока. – Хотя бы половину, иначе на сверхсвет не уйдём.

– Разумеется, но шланг у нас всего один, – пожал плечами аркона.

– Тогда я в турель, – Фани метнулась в коридор. – Будем держаться, пока не заправим.

– Лучше возьми на себя дефлекторные щиты, – удержала её Осока. – Стрелять буду я, у меня лучше получится.

Застёгивая плечевые ремни на маленьком, неудобном креслице стрелка, Осока видела, как Суги закладывает глубокий вираж вокруг станции. Не понадобилось включать прицел, чтобы увидеть, от кого она пытается уйти. Имперский звёздный разрушитель, вышедший из-за ближайшего из трёх естественных спутников Трогана. Стрелять главным калибром имперцы не станут, не попадут, другое дело турболазеры. А дефлекторный щит у DX-5 откровенно паршивый. Впрочем, в данной ситуации импам выгоднее захватить корабль тракционным лучом и получить «преступников» живьём. Спастись от этого можно было лишь одним способом: держать станцию между собой и разрушителем и как можно быстрее сблизиться с планетой. Осока запитала прицел, на блистере замельтешили голографические искры, сложились в рой отметок. Истребители, эскадрилья, идут звеньями. В клещи зажимаете? Ладненько.

– Суги, переворот! – сказала Осока в гарнитуру интеркома. – Они выгоняют нас вверх, не ведись на это.

– Сообразила уже.

Сектор обстрела вбок был довольно узок – мешали продолговатые кожуха, в которых скрывались верхние цистерны для инерта и плазменные досветовые двигатели. И именно в стороны отпрянуло центральное звено имперцев после первых же очередей турели.

– Ты что делаешь?? – снизу на неё смотрели большие глаза Эль-Леса. – Платформа поднимается!

Он перебросил рычажок с левой стороны сиденья стрелка в переднее положение, и домкраты приподняли прозрачную сферу на добрых полметра.

– Ну, извините, все модели знать нельзя, – Осока теперь уже свободно провернулась вместе с турелью по горизонтали, и её трасса угодила в один из СИД-истребителей. Вспышка на ионизаторной панели-колесе была видна отчётливо. Напарник подраненного имперца шарахнулся в одну сторону, сам обстрелянный – в другую. В следующее мгновение несколько вспышек лазерного огня размазалось о дефлекторный щит с другого борта. «Двустволка», поравнявшись с их кораблём, летела боком, плюясь огнём. Ну, это уже наглость! Осока до упора дала рукоятку влево. Хатт, какой неточный привод… Ничего, имперец сам загнал себя в ловушку, из такого положения у него был единственный манёвр, на сближение. Две плазменные строчки раскололи шарообразную кабину СИДа. Мигнула красным колечком другая отметка, Осока, словно отмахиваясь мечом, довернула стволы – и второй истребитель лишился половины правого ионизатора. Минус два с половиной! Остальные отпрянули в стороны, пара попыталась подойти со стороны брюха, но тут не подкачала Суги, закрутив корабль в медленное вращение вокруг продольной оси. Осока чувствовала, где находится подбитый истребитель. Он не уходил на базу, держался рядом с напарником. Как известно, каждый сам роет себе яму. Джедайка повела стволами и, в момент, подсказанный Силой, вдавила гашетки. Веер плазменных выстрелов брызнул в направлении пары, ведущий на исправном истребителе увернулся, а на месте подранка вспухло облако взрыва. И всё же, девять противников – очень много, порой слишком много, чтобы остаться в живых.

А, может быть, пусть стреляют?

Имперские истребители пошли в новую атаку. Огонь их становился всё плотнее, мешая огрызаться турели «Телгорна» – ведь через дефлекторный щит импульсы не проходят, дройдека и та вынуждена выводить дульные срезы за пузырь защиты.

– Отставить! – скомандовал вдруг командир эскадрильи. – Он подбит.

И действительно, корабль-беглец резко клюнул носом, плазменные двигатели выбросили несколько беспорядочных вспышек пламени, и он начал «сыпаться» вниз, в атмосферу. Экипаж предпринимал все усилия, чтобы не превратиться в болид, они включили передний щит на полную мощность, и поле пока что защищало корпус от нагрева, но стоит пилоту ошибиться, и не поможет даже щит. Имперский капитан приказал одному звену безопасно погасить скорость и следовать за беглецами, сам с оставшейся четвёркой продолжал дрейфовать в пустоте, обгоняя преследуемых. И, лишь убедившись, что они вошли в плотные слои атмосферы, повёл подчинённых вниз, наперерез. Репульсоры у этого рыдвана, скорее всего, в порядке, следует принудить его приземлиться в обжитых местах, где наёмную сволочь без проблем возьмут штурмовики. Он ещё не знал, что именно это решение через сутки приведёт его в трибунал.

– Увязли! – торжествующе воскликнула Осока. – Форсаж!

Ошибка имперского командира эскадрильи заключалась в том, что лишённые полей «двустволки» в атмосфере неспособны к быстрому разгону. Когда беглец внезапно рванулся вперёд, они потеряли на выход из стратосферы почти полторы минуты, позволив «Телгорну» оторваться на несколько тысяч километров. Разумеется, в пустоте они были быстрее, значительно быстрее, но всё равно не успевали. Слишком далеко был и разрушитель, точность наведения его турболазеров не позволяла поразить столь ничтожную цель на таком расстоянии. Канониры, правда, честно попытались, паля в белый свет, как в децикред, до последнего мгновения, когда сотни литров энергоносителя ухнули по широким нагнетательным трубам в полость корабельного генератора, разгоняя субатомные процессы в ядре гиперпривода «Телгорна», и звёзды вокруг него превратились в смазанные полосы.

Видеопанель в конторе маклера на кометной станции «Пойнт Надир» крутила по кругу файлы последних выпусков новостей.

– Вероломное убийство на орбитальной станции Троган Имперского Инквизитора Турча и двух аудиторов Налогового Департамента красноречиво свидетельствует, – прекрасно поставленным голосом вещала привлекательная дикторша-толотианка, – что под прикрытием корпорации «Объединённые предприятия Сартран» скрывался преступный синдикат, наряду с экономическими махинациями проводивший подрывную работу против властей Империи…

Изображение толотианки исчезло, пошли кадры хроники: арестованные наёмники, экипажи кораблей в униформе, среди них, кажется, мелькнуло лицо Рэя Квина с кровоподтёком на щеке, не иначе, парень до конца сопротивлялся фараонам. Крупно показали несколько физиономий.

– В числе задержанных сотрудников так называемой корпоративной службы безопасности, – продолжала диктор за кадром, – террористы Иб Креакву, Сласк и Рако Хардин. Последний известен организацией покушения на нашего Императора в период Войны Клонов. Имперское Министерство Права объявило корпорацию «Сартран» ликвидированной, её имущество – национализированным. Сотрудники корпорации, не замешанные в преступлениях против Империи, после надлежащего расследования получат выходное пособие и все положенные компенсации за внезапное увольнение.

– Да-да, кто за пособием к нам придёт, тот у нас и останется, – съязвил маклер-деваронец. – Своего не отдадут и чужого не упустят.

– Две тысячи кредитов за информацию о том, кто организовал провокацию на Трогане, – сказала Суги.

– По рукам. Как выясню – пришлю тебе на ящик. Оплата по получении.

– Не смотри на меня так, – забрака покосилась на Осоку, будто и в самом деле могла видеть выражение её глаз сквозь тёмное стекло маски. – Нас наняли, значит, должны заплатить, что обещали. И потом, я намерена вернуть свой корабль или содрать за него компенсацию.

– У тебя теперь есть другой, – напомнила Осока.

– Не у меня, а у тебя, – возразила Суги – Это ведь ты его так удачно выбрала.

– Дамы, то есть, документы оформляем на… – уточнил деваронец.

– Хонс, – ответила забрака.

– Хорошо. Мисс Хонс, дайте мне какой-нибудь ид, который будете предъявлять в портах. Спасибо. Как назовёте судно?

– Даже не знаю, – задумалась Осока. Действительно, как назвать этого уродца, похожего на два старых контейнера с ближайшей городской свалки с кое-как прикрученной к ним кабиной? И тут вспомнила каменные статуи мифических чудовищ, что в древности водружали на крыши храмов для защиты от злых духов. Вот подходящее слово!

– Пусть будет «Горгулья», – сказала она.

Наёмники Империи

1

Мой драккар тасует звёзды

Словно колоду карт

Созвездия – это просто

Лишь точки координат.

Не стоит искать решения

В пространстве добра и зла.

Зависит мировоззрение

От курсового угла.

На Норулак решили садиться ночью. Ну, как решили: Осока сказала, Суги кивнула, и весь разговор. Остальные участники команды просто промолчали, как и тогда, когда тогрута, которую трое из них знали как наёмницу по кличке Хонс, впервые объявила, что нужно слетать в эту систему. Только панторанка Фани снова попыталась получить больше информации:

– И всё же, я не понимаю, зачем нам лететь на эту всеми забытую планетку. Намекни, хотя бы, что будем делать?

– Намекаю: ничего, – усмехнулась Осока. – Переночуем и улетим.

– А тогда смысл?

– Любопытной Бастиле в кантине нос открутили, – выдала Осока старинную джедайскую поговорку. – Наберись терпения, в своё время всё узнаешь.

– Ой-ой, прямо женщина-загадка!

– Ну, что ты! Загадки разве такие? Ты, например, видела моё лицо и всё ещё жива… Хотя, будешь надоедать, могу это исправить.

– Да ну тебя к хаттам! – фыркнула доблестная фанатка Кэда Бейна и удалилась.

– Считаешь, зря я с ней так? – спросила Осока у Суги, заметив выражение её лица. Забрака пожала плечами:

– Может, зря, может, нет. Не хочешь подпускать её ближе? Я ведь вижу, у тебя симпатия к панторанцам. Парень?

– Подруга. Она сейчас заседает в Имперском сенате.

– Уверена? Фани, вроде бы, говорила, что нынешний Сенатор от Панторы – мужчина.

– Хм. Неужели Чучи не выбрали на новый срок? Надо выяснить.

Местное светило скрылось за отрогами ближних гор, и в долину пришла ночь. Команда с аппетитом поужинала вокруг костра, а Пумбус Хиевайди по прозвищу Ковш даже подумывал улечься спать на свежем воздухе, однако, правило не игнорировать доступный комфорт всё же победило. Устроились так же, как во время перелёта: Суги и Осока – на лежанках в задней части рубки, парни – в единственной каюте, Фани – на диване в гостиной, по её собственному выражению, «как набуанская королева». Дождавшись, пока остальные заснут, Осока бесшумно прокралась на корму, откинула рампу, вышла из «Горгульи» и двинулась в известном одной ей направлении.

Когда она приехала в эту долину месяц назад, было чувство, что она хоронит кого-то из близких. Осока тогда не знала, как скоро сможет вернуться и вернётся ли вообще, поэтому за время поездки от городка космопорта много чего успела передумать. Сейчас идти было совсем близко. Так же, как тогда, над горами перемигивались звёзды, складываясь в странный узор, остро пахло травами и чем-то сладким, должно быть, ночными цветами. Вот и камень, приметный валун со скошенной вершиной. В древности по здешним местам, видимо, прошёл ледник, он и оставил после себя десятки таких глыб. Осока зажгла аварийный фонарь-генератор. Тогруты, к сожалению, не могли похвастаться таким хорошим ночным зрением, как, например, катары или фаргулы, при свете звёзд они различали лишь контуры предметов, приходилось пользоваться осветительным прибором, в ночи заметным издалека. Трава вокруг камня и мох на нём выглядели нетронутыми, это хорошо. Девушка вытянула руки, коснулась замшелой поверхности камня, затем отступила, сосредоточилась, обращаясь к Силе. Глыба массой больше десяти тонн вздрогнула, качнулась… и опрокинулась на бок, открывая прямоугольную яму в каменистой почве. Там, на дне, лежала репульсорная платформа. На ней, притороченное крепёжными лентами, уместилось всё, что Осока оставила себе от «Ночного Ястреба». Генераторы дефлекторных щитов, теперь пригодятся. Рехены – навигационный и от системы стабилизации. Пилотские кресла. В Храме джедаев не одобряли сентиментальности, но не могла она поступить логично и бросить их вместе с кораблём. При мысли о том, что вот в эти два кресла, помнящие её друзей, сядут какие-нибудь мерзкие пираты и работорговцы, будут нечистыми своими руками браться за эти рукоятки управления, в душе её поднималась буря возмущения. И Осока, потратив целый час на демонтаж, увезла их с собой. В самом центре платформы, прикрытая от посторонних глаз спинками кресел и слоем изолирующего материала, была закреплена самая важная и ценная вещь, что у неё имелась на сегодняшний день. Перед тем, как включить репульсоры платформы, она не удержалась и погладила сквозь плёнку округлый бок предмета, лежащего в стапельной рамке.

Невольно вспомнилось, как уходил в свою первую и последнюю экспедицию «Бумеранг» – специально доработанный под исследовательские цели фрегат типа «Освобождённый». Он стоял на стапелях секретного дока, похожий на уменьшенный в размерах разрушитель «Зверолов». За счёт демонтажа части вооружения в его корпусе разместили дополнительные сенсорные системы, лаборатории. В ангаре «Бумеранга» вместо штурмовых «Нерфов» стояли четыре «атмосферных прыгуна» и два разведчика А-24 «Ищейка», пригодные как для исследования планет, так и для прощупывания безопасного пути в гиперпространстве. А на спине фрегата, перед центральным хребтовым выступом, был закреплён небольшой кораблик с длинным ланцетовидным носом, сферической задней частью и короткими крылышками. «Эспада». Корабль-невидимка для проникновения к артефактам, защищённым древними оборонительными системами. Посланец, способный возвратиться на базу самостоятельно из Неизвестных Территорий. Куда они, собственно, и направлялись. Целью экспедиции была Раката-1 или Лигон, как называли свою планету сами вымершие жители. А более конкретно – технологии древней Империи Раката, основанные на причудливом переплетении машинерии и Силы. Совет и Служба Технической Информации надеялись, что именно они помогут победить, наконец, сепаратистов. На «Бумеранге» летели три десятка существ. Одиннадцать членов экипажа, шестнадцать учёных и три молодых джедая, включая её, Осоку Тано.

Провожающих было немного: представители Службы, от Храма – Великий магистр и Джокаста Ню, трое Сенаторов – Бэйл Престор Органа, Падме Амидала, Рийо Чучи. Йода сказал несколько напутственных слов, хранительница Библиотеки вручила кристаллы с кодами и записями одного из древних джедаев касательно языка и письменности ушедшей в небытие империи. Падме и Рийо обнимали Осоку, не скрывая слёз, просили быть максимально осторожной, «а не как обычно». У девушки тогда болезненно сжалось сердце. Что-то недоброе почувствовала она впереди. Но тогда так и не поняла, что видит живой бывшую королеву Набу в последний раз. Знал ли об отлёте Осоки Учитель Скайуокер, она не спросила, решив, что увидится с ним позже, после возвращения, чтобы он, наконец, смог оценить её самостоятельность и зрелость. Вот только возвращение оказалось отнюдь не триумфальным… Помнила Осока и последние мгновения изыскательского фрегата. В этот момент она проводила съёмку с большой высоты и отчётливо видела всё на мониторе. «Бумеранг» погиб просто и неожиданно, как для стороннего наблюдателя уходят в прыжок корабли. Над местом посадки, где только что был чистый и прозрачный воздух, видимость миллион на миллион, вдруг сгустилась серая мгла. Окутала корабль и растаяла вместе с ним, оставив на ровном прежде поле из чего-то вроде пермакрита звездообразный разлом. Осока хотела снизиться и уже наклонила нос «Эспады», когда Сила сказала ей: берегись! В экипаже уцелевшей «ищейки» джедаев не было, пилот и двое учёных, и напрасно Осока кричала по связи «стой», «уходите оттуда». Пилот не послушал. Фонтан огня, вырвавшийся из разлома, слизнул разведчик, словно костёр – мотылька, а вслед за этим провал стал шириться, поглощая окружающие здания загадочного комплекса, который они так и не успели изучить. Позднее Осока не раз думала об этом мгновении и пришла к выводу, что площадка, выбранная начальником экспедиции для очередной стоянки, была не чем иным, как опытным полем древней научно-исследовательской базы. Что за установки испытывали там ракаты, не узнает уже никто и никогда. После катастрофы, унёсшей двадцать девять жизней, джедайке оставалось только одно: взять курс назад, на обжитые миры, благо цистерны с энергоносителем были полны, всегда полны, согласно инструкции. А в системе Бакура свой, вроде бы, фрегат республиканской постройки встретил её огнём главного калибра…

Ощущение постороннего присутствия возникло у девушки внезапно. Это не был кто-то из команды, нет – совершенно чужие существа. И они приближались слишком быстро для пешеходов. Гадство, не успела. Кто-то пролетал мимо и решил завернуть на огонёк. Гасить фонарь было поздно, поэтому она оперлась локтями на край ямы и стала смотреть в ту сторону, откуда приближался тёмный силуэт небольшого лэндспидера, обозначенный прожектором и парой позиционных огней.

– Кто это у нас тут? – спросил грубый голос. – Маленькая тогрута что-то прячет?

– Не, братан, ты ошибся чутка, она клад нашла, – возразил другой голос.

– И не такая уж она маленькая, вполне есть, за что подержаться, – добавил третий. Рожи всех трёх владельцев голосов, хоть и принадлежали к разным видам, были одинаково бандитскими, как и четвёртая, молчаливая. Пираты, скорее всего, на Норулаке у них несколько баз.

– Короче, крошка, – продолжал первый пират, – у меня к тебе предложение. Будешь с нами ласкова – и мы оставим тебе что-нибудь из этого клада. Откажешься – возьмём силой. И клад, и тебя. Даю подумать. Одну минуту.

Осока вздохнула. Субъекты подобного пошиба, как правило, непроходимо тупы. Любой капрал-клон бы насторожился, увидев такую мизансцену: молодая женщина, одна, у ямы два на три, ни рабочих дройдов, ни лопаты, ни вырытой земли поблизости не видно. Рядом каменюка размером с два спидера, бок перемазан грунтом. Ну, неужели не подозрительно? Должна же им быть свойственна здравая осторожность?

– А вы уверены, что Сила – на вашей стороне? – двусмысленно спросила она, холодно глядя в глаза первому.

– Чего-о?

– Того. У меня встречное предложение. Вы уезжаете своей дорогой и остаётесь живы. Откажетесь – умрёте все. Даю подумать, тридцать секунд. Мне некогда.

Заржали. Ну, как знаете, жизни ваши. А вот вылезать из спидера вам никто разрешения не давал. Не дожидаясь окончания времени ультиматума, Осока Силовым прыжком взвилась прямо из ямы, приземлилась на капот спидера. Самого наглого и главного бандита она разрубила пополам, заколола водителя, что так мечтал «подержаться». Молчаливый, которого она определила как самого опасного, именно таким и оказался. Он успел не только достать бластер, но и выстрелить, лишь подсказка Силы позволила Осоке отбить импульс огненным лезвием. Ему она снесла голову. Последний живой пират глядел на неё вывалившимися из орбит глазами, в них отражались две полосы огня – зелёная и золотистая.

– Пощади… – прохрипел он. Осока покачала головой и уколола его в сердце. Оставлять в живых бандитов, видевших её мечи, было нельзя. Каждый уцелевший джедай являлся дорогостоящим товаром, ни один уголовник не устоит, обязательно попытается продать Империи. В конце концов, она их честно предупредила, а на нет и суда нет.

Зажужжали репульсоры грузовой платформы, потом взвыли натужно, поднимая груз из ямы, и снова перешли на ровный, едва слышный звук, когда под ними появилась ровная поверхность. Возле корабля Осока первым делом внесла кресла, уложив в грузовом отсеке рядом с пустыми бочками. Затем подняла секции пола в коридоре и перетащила туда вместе со стапелем золотистый эллипсоид стигиевого ядра – основу наиболее совершенной из известных в Галактике систем маскировки. И среди специалистов его мало кто видел воочию, а многие вообще не верили в его существование, и немудрено. За всю историю Галактики известно не более двадцати таких ядер, из них способных скрыть объект крупнее истребителя – шесть. До современности сохранились в исправном состоянии три больших – на «Ятагане», «Рапире» и вот это, от «Эспады» – и девять малых. Кроме того, ядро не шапка-невидимка из сказки, его нужно правильно подключить к генераторам дефлекторных щитов, без действующего образца с этим не каждый физик справится. Поэтому-то Осока и сохранила генераторы «Ястреба». На них имелись все нужные соединения и отводы, сделанные гениальным механиком Технической службы Ордена, мастером Казданом Паратусом, в их прошлую встречу в трущобах станции Центропункт. Где-то теперь маленький гений, и жив ли он? Панели легли на своё место, до поры до времени укрыв «козырной туз» Осоки от любопытных глаз. Теперь можно занести остальное.

– Ах, вот оно что! – воскликнула вышедшая из гостиной Фани, увидев в руках тогруты навигационный компьютер. – Так бы и сказала, что у тебя на этой планете тайник. Помочь?

– Если хочешь. Там ещё два блока и фонарь. А генераторы в последнюю очередь поднимем, на рампе.

К тому времени, как проснулись остальные, девушки закончили погрузку. И на рассвете «Горгулья» покинула Норулак. Невдалеке от места её посадки остался лишь пустой лэндспидер. Громадный камень вновь стоял на своём месте, накрывая яму, куда сбросили трупы незадачливых бандитов. Они, конечно, не заслужили столь шикарного надгробия, зато и искать их в этом месте не будет никто.

Ремонт и модернизацию «Горгульи» Суги предложила делать на Лантиллисе, и Осока была полностью согласна. У лантиллианцев есть не только верфь, но и неплохие ремонтные доки, а их профессиональная ассоциация – Космическое братство – славится своей честностью, законопослушностью, в то же время, никогда не выдаёт «политических». В отличие от КТГ (ш) – Кореллианской торговой гильдии (шовинистов), в Братство могут вступать не только местные уроженцы и экипажи кораблей, построенных местными верфями, поэтому членские кристаллы ассоциации имелись и у Суги, и у Осоки. Более того. Принявший их бригадир механиков был бреганцем, а Осока знала его родной язык. В своё время, набирая «обязательную десятку» местных наречий для изучения, она пометила и этот, с хитрым прицелом: у него было много общего с древнейшим Храмовым языком, известным Осоке с детства. Кстати, к Храму джедаев этот язык отношения не имел, как ошибочно думали некоторые, он появился задолго и до джедаев, и до разделения видов. Иначе как объяснить, что на нём читали молитвы не только люди, но и синитины, и Осокин народ, тогруты? У себя на родине тогруты и в разговор на базик вставляли древние слова, говорили не «fall», а «пад», не «blood», а «крави», не «fire», а «агни». Сейчас, услышав от чужачки уверенную и чистую родную речь, бригадир растаял и готов был исполнить любой каприз. Подвинуть секции пульта, чтобы меньше загораживали обзор? Добре. Не занимать вот этот кабельный лоток? Отложим в соседний. Дополнительный посадочный свет? Купите лампы, поставим… Фани, заметив такое дело, тоже попыталась проявить дружелюбие, однако, бригадир и его подчинённые, окинув взглядами её ковбойскую внешность, особого энтузиазма не проявили, были лаконично-вежливы, и не более. Буркнув что-то насчёт любителей экзотической красоты и экзотической красоты на любителя, она с гордым видом удалилась. Разошлись постепенно и другие наёмники. Тогда-то Осока приступила к «работам повышенной секретности». Толстые жгуты проводов легли в специально освобождённые лотки, сто сорок одна жила от каждого из генераторов щита, пара жёстких, негнущихся кабелей питания, управляющие линии. Все разъёмы на стапеле ядра, кроме силовых, были одинаковыми, для правильной сборки требовалась либо схема… либо фотографическая память джедая. Одну за другой Осока разбирала тоненькие жилы и вставляла их в гнёзда в той самой последовательности цветов и полосок, в которой вынимала их месяц назад. Наконец, подала питание. На управляющей панели, пока лежащей на полу коридора, вспыхнул зелёный светлячок, вслед за ним с некоторой задумчивостью, как всегда, стали загораться синие огни контрольных цепей. А сквозь едва заметные «булавочные» отверстия в корпусе ядра стал пробиваться необычный серый свет. Работает! В таком режиме дефлекторные щиты превращаются в маскировочный кокон, не позволяющий обнаружить корабль ни в оптическом, ни в радиочастотном диапазоне. Правда, по опыту «Ночного Ястреба», маск-система скрывала не все излучения. Работа генератора, система искусственной гравитации, даже установки регенерации воздуха нарушала скрытность, не говоря уже о досветовых двигателях. Всё оттого, что ядро изначально рассчитывалось на корабль, по форме близкий к вытянутой пирамиде, а «Ястреб» вписывался, скорее, в цилиндр, «Горгулья» – в эллипсоид.

Осока как раз закончила прокладывать кабель управления и прикручивала в рубке панель, когда пришёл бригадир. Обычно улыбчивое лицо его было хмурым.

– Хозяйка, с гиперприводом дело дрянь, – медленно произнёс он. – Сделали всё, что могли, но он настолько изношен… По-хорошему надо ставить новый.

– А по-плохому? – Осока заглянула ему в глаза. – Вы же прекрасно знаете стоимость гипердрайва. Придётся вернуть торговцу вооружение, чтобы его купить. А без пушек мы – мишень. Летать на нём как-то можно?

– То-то и дело, что «как-то». Мотиватор искрит, чуть что, на выходе будут лететь вспомогательные узлы. Запчасти, конечно, стоят гроши… Вот что, давай-ка посчитаем.

Дилемма состояла в том, что для покупки гиперпривода приходилось отказываться не только от дополнительной передней турели, но и от замены верхней, а её менять было необходимо. Из существующей мог стрелять, разве что, джедай, обладающий сверхчувствительностью и способностями к предсказанию – приводы не годились никуда. Хорошо хоть сами бластерные орудия могли ещё послужить. Прикинув так и этак, бреганец согласился, что летать с искрящим мотиватором и исправными пушками лучше, чем купить новый гиперпривод и отдать его вместе с кораблём первому же завалящему пирату.

– Есть идея, – сказал он. – Вы знакомы с ремонтными дройдами серии WIM?

– Видела, но плотно не сталкивалась, – развела руками Осока. – Они обычно используются в энергохозяйстве на больших кораблях.

– Вот я бы Вам советовал приобрести такого. Настроим, и будет делать мелкий ремонт в реальном времени. Всё лучше, чем самому с паяльником…

– Не напоминайте, – поёжилась Осока, вспомнив Мортис, где она за одну ночь трижды разбирала гиперпривод. – А где его купить?

– Поищите объявления в местных магазинах через Сеть.

Бреганец был настолько добр, что прошёлся с Осокой по выбранным объявлениям и помог выбрать наиболее дешёвого, но наименее изношенного WIM – небольшого многорукого дройда, способного пролезть по узким техническим каналам, срастить кабели, перепаять чип и тому подобное. У него имелись четыре опорные конечности для передвижения, четыре рабочих манипулятора… точнее, у данного экземпляра их осталось три, крепление четвёртого было повреждено, за счёт чего торговец и делал скидку. Однако, это не имело решающего значения, поскольку ещё четыре универсальных манипулятора, пригодные как для лазания по колодцам, так и для рабочих операций, были исправны. К внешним коммуникационным портам ремонтника подключили пару совсем маленьких, с ладонь, крабообразных механизма, каждый из которых сам по себе не являлся дройдом, скорее, программируемым манипулятором на беспроводном «поводке». Их у бреганца было в избытке, и он отдал «крабов» Осоке за стоимость запчастей, ушедших на восстановление.

– Здесь была баталия? – поинтересовалась она.

– Да, давно, до Империи, – кивнул бригадир. – Пару месяцев назад в астероидном поясе нашли разбитый «Зверолов», это всё с него выгребли.

Суги, увидев дройда, заинтересовалась:

– С приобретением?

– Да, пришлось взять, чтобы самим не ремонтироваться, – махнула рукой Осока. – Не астромех, конечно, но тоже что-то.

– Астромеху в таком тесном корабле развернуться негде будет, – сказала забрака. И сообщила: – А я нам работёнку нашла. Платят средне, зато энергоноситель за счёт заказчика.

– Чего же мы ждём? Грузитесь, и летим.

Заложив лихой вираж над доком, «Горгулья» покинула атмосферу и взяла курс на ближайшую область перехода. Это позволяло сэкономить от одной четверти до одной трети энергоносителя, необходимого на пуск гипердрайва, что выливалось в ощутимую сумму. В отличие от джедая, наёмник, как и коммерсант, обязан считать каждый кредит, чтобы в один прекрасный день не оказаться у разбитого корыта. За прошедшие четыре года Осока очень хорошо этому научилась.

…Фабрика была оборудована системами безопасности по последнему слову техники. Простым обиходным языком это означало, что предприятие превратили в полномасштабный укрепрайон. Для его штурма требовалась как минимум десантная рота… или группа наёмников из шести бойцов. Не потому, что каждый наёмник в драке стоит полувзвода десантуры, просто у них разная тактика. Солдаты, скорее всего, штурмовали бы территорию методом прорыва: подавить огневые точки, атака – и сопротивление сломлено. Действия Суги и её группы выглядели примерно так же, но только выглядели, слишком мало у неё было личного состава. Интенсивным обстрелом из ракетомётов пробили персональные щиты установленных на башнях стационарных бластерных репитеров – трёх из четырёх на этой стороне. После очередных попаданий эти самые опасные огневые точки замолчали. После чего наёмники принялись методично давить «станкачи» охраны. Тот, кто руководил обороной, поступил по шаблону, он усилил атакуемый участок резервом с дополнительными станковыми бластерами, возможно – снял их с других участков. Хотя Суги на это особо не рассчитывала, не совсем же они там чайники со свистками. В тот момент, когда со стены заговорили два свежих «станкача», она подала сигнал. Затаившиеся у другой стены Ковш и Серипас четырьмя реактивными снарядами подавили ещё одну башню, стремительным броском достигли стены и перемахнули её. Вспыхнула перестрелка.

– Защита с тыла, придётся повозиться, – доложил по связи Серипас.

– Добрось пару гранат вот сюда и сюда, – велела Осоке Суги, указывая на деке участок стены. – С подрывом над.

– Не лучше ли за?

– Лучше. Сможешь?

Осока только фыркнула. Через секунду термобариическая граната перелетела гребень стены и канула за неё так, будто сила тяготения на той стороне вдесятеро превышала нормальную. Грянул взрыв. Охранникам, прячущимся от Ковша и Серипаса за выступом башни, настал конец. Тотчас следом отправилась вторая граната, смяв ударной волной последний станковый бластер. Ответный огонь стих. Но ничего ещё не было кончено. Уцелевшие охранники, включая тех, кто находился на других стенах, укрылись в кубическом корпусе заводоуправления. Это здание сильно не понравилось Осоке ещё при изучении схемы фабрики. В жизни оно впечатляло ещё больше. Толстые стены, оконные проёмы, защищённые мощными ставнями, сильно покатая пирамидальная крыша. Настоящий донжон, а не контора. Вокруг него могли взлететь на воздух хоть все цеха и энергостанция до кучи – заводоуправление выдержало бы. Защитники предприятия заклинили приводы ставен второго и третьего этажа в таком положении, чтобы между створками остались узкие бойницы, да ещё прикрыли защитным полем и вели плотный огонь по прилегающим площадкам. Ближе всего к заводоуправлению можно было подойти со стороны столовой. Здесь и обосновалась группа. Разъяснений обстановки не требовалось никому. Пока держится контора, предприятие нельзя считать захваченным, а значит, и задание не выполнено.

– Ну-ка, Серипас, посигналь им, хочу перекинуться парой слов с их старшим, – сказала забрака.

Канал связи, используемый охраной, они выявили ещё в самом начале и, хотя не могли ни подслушать – он шифровался, а на подбор кодировок требуется изрядное время – ни заглушить его, передать сигнал не составляло труда. Серипас внутри своего костюма трижды нажал клавишу, и в эфир ушли короткие шумовые всплески.

– Что ты хочешь, наёмник? – прорезался в комлинке голос с той стороны, теперь он шёл открытым текстом, минуя криптоблок.