- Возьмите его с собой, - сказал он миссис О'Коннор, которая успокаивала своих детей.

Она молча взяла ружье. Ей ничего не надо было объяснять.

Несколько женщин не хотели разлучаться с мужьями.

- Я без тебя не поеду, Билл.

- Ох, да не дергай ты меня сейчас ради Христа! Я же тебе сказал, что скоро приеду. Наберись терпения.

- Вы все скоро встретитесь в Тандалуке, - уверял их Макартур. - Мы отвезем женщин с детьми и сразу же вернемся за мужчинами. Ты, что ли, поведешь "бедфорд", Пэдди?

- Нет, я подожду, когда вы вернетесь. Мне надо запереть дом и окатить стены водой. А ты, Стив?

- Я останусь и помогу тебе, - ответил Стив.

- Вторую машину поведет Чарли Эриксон, - сказал Блю. Он повернулся к Чарли. - Возвращайся как можно скорей. Гони вовсю. Помни, что мы тебя ждем.

Грузовики выехали на дорогу. Мужчины молча смотрели им вслед. Потом собрались в тесную группу и обменялись несколькими фразами. Настроение у всех было тревожное.

Подымался ветер.

Пожар двигался на юг, к Тандалуку, оставляя лесопилку Баррета в стороне, однако фронт пламени неудержимо расширялся. Горящий кусок коры упал на землю возле бревенчатой стенки, и трава моментально вспыхнула. Вскоре занялась и лесопилка. Все рабочие уехали отсюда примерно час назад. Бороться с огнем было некому. Через несколько минут от строений лесопилки осталась лишь дымная груда углей.

Пожар раскинулся на три мили в ширину. Он заливал огнем долины и карабкался по склонам холмов. Языки пламени, слизывая подлесок, как бы подтягивали за собой основную лавину огня. Когда огонь уходил вперед, густые заросли скраба, превращенные в путаницу светящихся древесных скелетов, темнели и рассыпались, устилая почерневшую землю светло-серой золой.

Раскаленный воздух устремлялся вверх, дымные тучи окутывали кроны деревьев, а под ними бесновалась прожорливая огненная зыбь. Гейзеры пылающего смолистого газа вздымались вверх и, рассыпаясь, прошивали черные клубы дыма мгновенно исчезающими красными прожилками.

Над этим разливом огня возвышались гигантские горные рябины. Их кроны судорожно трепетали, сотрясаемые рвущимися к небу волнами раскаленного воздуха. Порой выхлесты пламени дотягивались до сочной листвы и сразу же гасли. К утру четверга пожар еще не достиг той силы, когда раздуваемое ветром пламя мгновенно высушивает кроны деревьев, зажигает их и превращается в верховой пал, перед которым человек бессилен. Огонь сжирал пока только заросли кустарника, беснуясь у подножия высоких деревьев. Он докатился до вершины гряды над Тандалуком к полудню - и здесь ему впервые пришло на помощь знойное дыхание северного ветра.

Обитатели леса в панику убегали от пожара. Над Тандалуком, громко перекликаясь, пронеслась огромная стая попугаев. Опаленные и почти ослепшие от дыма вомбаты вылезали из нор и неуклюже трусили через дорогу, отделяющую Тандалук от лесного массива. Кенгуру огромными скачками мчались вниз по склону к спасительным лугам за рекой, которая огибала поселок. На полузатопленных в воде сучьях собирались полчища насекомых. Там, где сучья уходили под воду, они сбивались в черную массу и замирали, осторожно повЬдя усиками. Над ними сгущались облака дыма, и небо постепенно закрывала черно-серая пелена.

Поднявшийся ветер сбил направление огня. Пожар, не дойдя до Тандалука, перекинулся через шоссе и углубился в лес, примыкающий к лесопилке. Тандалукские добровольцы-пожарники не смогли его остановить. Их грузовики, громко сигналя, чтобы не столкнуться на окутанной дымом дороге, умчались к поселку.

Ветер крепчал - знойный, дышащий огнем северный ветер. Дымный воздух был напоен смолистым запахом пылающих эвкалиптов. Пожар неумолимо набирал силу. Яркие паучки пламени с трескучим шорохом взбегали по стволам деревьев. Иногда их скачущая пробежка опаляла древесные кроны. Мелкие ветки мигом высыхали и вспыхивали. С гудящим ревом огонь охватывал вершины деревьев. Верхние и нижние волны пламени все чаще смыкались. Вскоре завеса огня стала сплошной - она поднялась на несколько сот футов вверх.

Верховой огонь двигался теперь впереди низового. Рвущийся вверх горячий воздух, закручиваясь огненными смерчами, обламывал пылающие ветки, и они взлетали над лесом. Ветер валил молодые деревца.

Пламя, словно войско с распущенными знаменами, продвигалось вперед. Огонь победно гудел, уничтожая все преграды на своем пути. Перед пожаром катилась волна раскаленного воздуха, ревущая и грохочущая, как сотня поездов, когда они мчатся по каменному тоннелю. Ветер уносил вперед горящую листву и кусочки коры. Они разжигали огненные озера за милю от основного пламени. Озера сливались в бушующее море, над которым собирались тучи смолистого газа. Настигаемые верховым палом, они взрывались, перебрасывая сгустки огня через гребни холмов. Горел, казалось, сам воздух.

Деревья вспыхивали, как просмоленные факелы. Неистовый жар мгновенно высушивал листву, и древесные кроны превращались в огненные знамена.

По лесу мчались красногривые дикие кони. Рев огня, подобно слитному грохоту лошадиных копыт, катился к Тандалукской лесопилке.

Блю услыхал этот рев. Он отбросил кирку, которой прокапывал новое русло для текущего с холма ручейка, и побежал к пансиону. Прихватив на веранде несколько сырых одеял, он торопливо спустился по ступеням крыльца и увидел Пэдди со Стивом - они выскочили из дома Пэдди и смотрели в сторону гряды Сплиттерс, над которой клубились густые облака дыма. Неожиданно Пэдди рванулся к своему дому, потом вдруг замер и бегом вернулся к Стиву. Он озирался, как дикий зверь, попавший в западню. Сейчас, когда надо было мгновенно принять жизненно важное решение, он совсем растерялся.

Стив был по-обычному спокоен. Взяв у Блю несколько одеял, он быстро спросил его:

- Река или убежище?

- Вокруг реки слишком много кустов. Убежище надежней. - Он глянул на Пэдди и добавил: - Делай, что скажет Стив, Пэдди.

- Мой бумажник! - воскликнул тот. - Он остался дома, там все наши документы.

- Ступай, возьми его, живо!

Пэдди бросился к двери и скрылся в доме.

- Я присмотрю за ним, - сказал Стив. - А ты куда?

- Захвачу остальные одеяла. - Кивком головы Блю показал на веранду пансиона. - А потом сразу в убежище.

- Только не задерживайся.

К реке по склону холма бежали несколько рабочих. Один из них, державший клетку с канарейкой, крикнул:

- Спускайтесь к реке! Вы задохнетесь в убежище.

Густой дым, подгоняемый северным ветром, быстро затоплял долину. Люди, едва различимые в дымном мареве, громко перекликаясь, бежали к реке.

- Сюда, Джим!..

- Сюда, у реки не сгоришь!..

В некоторых голосах слышалась забота о товарищах, в некоторых - только страх.

Блю схватил оставшиеся одеяла и тяжело побежал к лесопилке, где у подветренной стены копошились какие-то смутные фигуры. Приблизившись, он разглядел несколько рабочих, нагруженных домашним скарбом.

- Бросайте ваше барахло! - заорал он. - Берите одеяла, закрывайте головы. Валите к убежищу. Через пару минут придет черная мгла. Быстрей!

- Дым скоро подымется, - сказал молодой рабочий, который ни разу не видел лесного пожара, - и мы укроемся у реки.

- Да бегите же, так вашу... - рявкнул Блю, стараясь перекричать все усиливающийся рев. Они побежали к реке. Все, кроме одного.

- А, черт! - Блю схватил человека за плечи и принялся трясти. Тот бессмысленно смотрел на него пустыми глазами.

- Пожар там, внизу. - Он лепетал, как ребенок, потерявший мать.

И в эту секунду их накрыла черная мгла. Она опустилась мгновенно-дымная, душная, непроглядная темень.

Несчастный безумец истошно завопил и бросился бежать. Блю остался во тьме один. Он упал на землю, прикрылся одеялом и, задыхаясь, прижался губами к земле.

Рев огня оглушал его. Он слышал глухие взрывы, треск, тяжелые удары падающих деревьев.

Прижимаясь лицом к земле, он медленно, с трудом дышал. Через несколько минут темнота рассеялась. Воздух осветился кровавым отблеском огня.

А потом вершины холмов полыхнули открытым пламенем.

Черная мгла застигла Стива и Пэдди на пути к убежищу. Они бежали вдоль узкого, искусственно углубленного ручья, который струился к реке чуть ниже входа в убежище, - над водой дым был не таким густым.

Черная мгла опустилась на них словно тяжкий, плотный туман. Придавленные знойным удушьем, они легли на землю и свесили голову к журчащему ручью; только тут, над самой водой, оставалась полоска годного для дыхания воздуха. Однако даже и здесь их легкие опалял горячий смолистый дым.

Пэдди не шевелился. Его парализовала тяжелая дымная темень. Он чуть слышно прохрипел: "Помоги" - и неестественно, окостенело застыл.

Стив приподнялся и ободряюще крикнул: - Не бойся! Держись за меня. Мы доберемся туда ползком.

Он пополз вверх, держа голову как можно ближе к земле. Пэдди, вцепившись ему в пятку, чтобы не сбиться с пути, двигался следом. Рефлекторно подчиняясь Стиву, он безоговорочно и быстро выполнял все его приказы. Стив уводил его от смерти.

Они по-пластунски протискивались под дымной завесой, ежеминутно прижимая губы к земле, чтобы набрать в легкие отфильтрованного влажным грунтом воздуха.

Убежище стало заполняться людьми, как только послышался рев пожара, претворивший людские страхи в проворные инстинктивные действия. Никто не разговаривал. Люди сидели на земляном полу, обмотав головы мокрыми полотенцами, чтобы защититься от дыма, вползавшего в убежище всякий раз, когда появлялся очередной беглец.

Какой-то человек проскользнул между свисающими с крыши одеялами, и дымное облако ворвалось в землянку. На руках человек держал собаку; она была тяжелая, и он с трудом опустил ее на земляной пол.

- Закрой эту чертову дыру! - раздался чей-то раздраженный окрик.

- Он чуть не подох, бедный Старикашка Дик, - проговорил человек с собакой. Ему было лет сорок, и все звали его Черным Алеком. В молодости он был брюнетом, но теперь волосы у него поседели и свисали с головы, словно пожухлая болотная трава. Он поддернул мешковатые брюки, но старые подтяжки не держали их, и слишком длинные штанины сразу же сморщились гармошкой. Черный Алек перебивался на лесопилке случайными заработками.

Старикашку Дика, приблудного пса, подкармливали все рабочие. Он был очень дряхлый и двигался с большим трудом, но повсюду таскался за Черным Алеком.

Сейчас он обессиленно прижался к полу и, широко открыв пасть, придушенно всхрипывал. Черный Алек опустился рядом с ним на колени и обеими руками приподнял ему голову.

- Дайте воды, скорей, - крикнул он. Кто-то протянул ему жестяную флягу, и он влил немного воды в открытую пасть Старикашки Дика.

- Несчастное отродье, - проговорил Алек. - Совсем его доконал этот проклятый дым. Пес конвульсивно дернулся и затих.

- Вставай, Алек, - сказал человек, подавший ему флягу. - Ты и, сам-то едва живой. - Он протянул Черному Алеку мокрое полотенце. - На вот, обмотай голову, отдышись.

Но Черный Алек не смог подняться. Он приник лицом к земле, ловя ртом воздух. Теперь он думал только о своем собственном спасении.

Хриплые звуки затрудненного дыхания наполняли убежище. Укутанные одеялами люди прижимали губы к земляным стенам, искали в них трещины, чтобы вобрать в легкие побольше воздуха. Дым выедал им глаза, по их щекам ползли медленные слезы.

Когда пришла черная мгла, они повалились на пол. Темнота ввергла их в панический ужас. Машинист, стоя на коленях и припав лбом к земле, бормотал "Отче наш".

Кое-кто отчаянно ругался - проклиная свою беспомощность, свое бессилие. Остальные угрюмо молчали.

И каждый думал, что спастись теперь можно только там, куда уехали их жены, а здесь всех их ждет неминуемая гибель.

Неожиданно одеяла у входа раздвинулись, и в землянку вместе с облаком дыма ввалились Пэдди и Стив.

Никто им не обрадовался, не произнес ни слова приветствия. Полузадохшиеся люди просто не могли говорить.

Пэдди обессиленно сел, привалился спиной к стене и безжизненно свесил голову вниз. Стив накинул на него; одеяло, окатил водой из ведра, потом опустился на колени и прижался лицом к стене.

Он все еще стоял на коленях, когда землю озарило кроваво-красное сияние. Он поднялся, подошел к выходу и, обмотав голову мокрым полотенцем, потому что в землянке сразу же стало нестерпимо жарко, выглянул наружу. Дым развеялся.

- Ух ты черт! - воскликнул один из рабочих, посмотрев поверх его плеча. - Похоже, все небо горит.

- И надо же нам, дуракам, было здесь остаться, - тоскливо сказал другой. - Все утро проваландались. А-а, черт, заполыхали мои дровишки.

- Пэдди, посмотри на свой дом, - позвал товарища Стив. - Иди сюда скорей. Посмотри.

- Не могу, - простонал Пэдди, - хоть убей, не могу. - Он по-прежнему сидел у стены. - Горит, да?

Языки пламени, словно огненные кнуты, с треском рассекали открытое пространство над лесопилкой. Когда они дотягивались до бревенчатых стен, дома не просто вспыхивали - они взрывались. Листы оцинкованного железа взлетали на пятьдесят футов вверх. Они крутились, подобно искореженным пропеллерам; восходящие потоки воздуха подхватывали их, относили в сторону и швыряли на землю. Трещали и корежились толстенные бревна. Дома превращались в огромные пылающие костры, а потом их накрывала пелена основного пламени.

Штабеля досок горели ослепительным белым огнем, распространяя вокруг себя неистовый жар. Через минуту от этого жара запылала и сама лесопилка, а еще через минуту она взорвалась, как пороховая бочка, выбросив высоко вверх разодранные баки из-под горючего и кислородные баллоны. Они странно медленно взмыли в воздух, с секунду покружились на гребне гигантской огненной волны и снова рухнули в полыхающую преисподнюю.

Ревущее пламя, лишь на несколько минут задержалось над лесопилкой. Северный ветер подхватил его, и длинные языки огня перекинулись по воздуху через узкую речку.

За секунду до этого Стив торопливо сдвинул одеяла у входа в убежище.

- Подходит! - выкрикнул он и, схватив ведро, облил одеяла, выплеснул остатки воды на скорчившихся людей, а потом быстро лег и прижался лицом к земле.

Рев огня, летящего над убежищем, довел людей до истерического безумия. Кто-то пронзительно взвизгнул. Кто-то оторопело вскочил на ноги.

- Горим! - завыл Черный Алек. Он рывком поднялся с пола, бросился к выходу и заскреб непослушными пальцами по мокрым одеялам. Стив тоже вскочил и двинул его кулаком в челюсть. Алек свалился и начал протяжно стонать.

Рев усилился; люди в ужасе зажимали уши ладонями, пытаясь как можно глубже вдавиться в землю. Глаза у всех были зажмурены. Некоторые, словно кролики, рыли землю руками.

А потом завеса огня ушла, и послышалось легкое потрескивание догорающих углей.

Блю лежал ничком. Когда черную мглу прогнали отсветы пламени и дым развеялся, в прозрачном воздухе отчетливо проступили все строения лесопилки. Блю вскочил на ноги и как саваном обмотался одеялами. Потом бросился к низкому баку с водой и окунул в него одеяла. Выхватив их из воды, он отбежал на открытое место и закутался с головой.

Он стоял совершенно неподвижно, напоминая серый замшелый пень, и с мокрых одеял на землю капала вода. Толстая влажная ткань немного охлаждала раскаленный воздух, и Блю мог дышать, не обжигая легкие.

Потом на него обрушился рев пожара. Метнулись вниз гибкие полосы огня. Они свешивались, как стремительные, жадные змеи, с объятого пламенем неба, бешено захлестывались вокруг Мокрых одеял и улетали за реку вместе со струями горящего смолистого газа. Вода, пропитавшая одеяла, быстро испарялась. Дождавшись секундного разрыва в огненной пелене над головой, Блю снова бросился к баку и окунул два верхних одеяла в горячую воду. Потом бегом вернулся на прежнее место, ощущая на плечах влажную тяжесть толстой материи.

Три раза проделывал он этот смертельный трюк. Три раза приближался к пылающей лесопилке и возвращался на старое место.

Когда рычащий огонь перекинулся за реку, Блю не пошевелился, страшась вернуться к жизни и сделать первый шаг, - ему казалось, что он рассыплется, как обуглившийся пень.

Здесь его и нашли люди, прятавшиеся от огня в убежище. Когда пожар ушел, они вылезли наружу и несколько минут стояли неподвижно, с ужасом разглядывая оставленные пожаром груды углей. Потом кинулись искать товарищей. Тут-то Пэдди и заметил недвижимую, закутанную в несколько одеял серую фигуру.

- Господи! Это, наверно, Блю!

Стив первый подбежал к нему. Он сбросил одеяла и обнял товарища.

- Я думал, ты сгорел, - сказал он, не скрывая слез.

- Я тоже, - глухо сказал Блю. - Я тоже так думал. - Он прижался к плечу Стива; его сотрясала мелкая дрожь. - Я чуть не сварился... вода в одеялах... кипяток... - Он с трудом держался на ногах.

Взяв его с двух сторон под руки, Стив и Пэдди спустились к реке. Здесь почти не было дыма, хотя чуть выше, там, где еще недавно стояли дома, тихо дотлевали груды углей.

- Посиди пока тут, - сказал Стив. - Нам надо разыскать остальных. С тобой-то все будет в порядке. Ты просто посиди здесь, отдышись.

Стив и Пэдди присоединились к остальным рабочим. Те продолжали искать товарищей. Слышались встревоженные крики:

- Где ты, Джо?..