Кавказец

– И много подобных примеров вам известно?

– Достаточно. Да хоть та же станица Ессентукская в двенадцати верстах отсюда, по дороге на Кисловодск. Никто не придает этому населенному пункту иного значения, кроме как того, что она одна из многих в ряду второй линии Кавказских укреплений. А между тем там есть несколько источников воды, которой казачки пользуются, чтобы нормализовать работу желудка и кишечника. Эти источники, кстати, уже лет двадцать назад изучены и описаны, вот только никто пока лечебницу там не завел. Но первыми обратили на них внимание именно казаки, еще когда в тех местах стоял обычный пост. Так что я, возможно, и не медик, но в некотором роде практик и, уж поверьте, дурного вам не посоветую.

Не сказать, что помещик проникся словами Сергея, но разговор за столом о болячках – вполне нормальное явление на водах. Потому беседа все-таки завязалась. А вскоре к ней присоединилась и не выдержавшая Виктория Сергеевна. Детям ничего не оставалось, кроме как завтракать в ожидании, когда же наконец можно будет встать из-за стола. Все верно, к чему молодым и здоровым все эти разговоры о болячках. Нет, к родителям они не то что с почтением, а даже с любовью, но ведь дети им не могут помочь и приехали сюда не для лечения.

Продолжая беседу, из-за стола переместились на террасу, где была расставлена плетеная мебель. Надо заметить, что, несмотря на кустарное изготовление, она была довольно удобной и как нельзя лучше подходила для подобных посиделок. К тому же отсюда открывался прекрасный вид на гору Машук, пейзаж, который еще не успел приесться постояльцам. Шейранов же был готов любоваться ею и Бештау постоянно.

Тем временем дети изъявили желание осмотреть город. Причем молодые люди наотрез отказались воспользоваться коляской. Ну что же, городок небольшой, правда, несмотря на это, для осмотра достопримечательностей не помешал бы гид. Признаться, Шейранов думал, что Темляков с радостью воспользуется возможностью произвести впечатление на девушку.

Сергей Федорович не мог все время держать молодого человека в черном теле. Просто не хотел. Потому время от времени уступал ему право первенства, иначе он и вовсе отвыкнет от самостоятельности. Оказывать подобную медвежью услугу тому, кого он уже считал для себя близким человеком, Шейранов не собирался.

Однако Темляков его удивил, не проявив никакого желания присоединиться к молодежи или взять над ними шефство. Вместо этого он предпочел остаться с их родителями. Впрочем, ларчик просто открывался. Сергей Григорьевич решил произвести хорошее впечатление на старшее поколение. Если советы его второй сущности помогут им в их борьбе с недугом, это куда надежнее откроет путь к сердцу красавицы. Причем как с ее стороны, так и со стороны отца и матери.

– Знаете, Иван Петрович, я бы посоветовал вам прямиком отсюда направиться в Кумагорку. Есть тут, не далее как в тридцати верстах, казачий пост, – предложил Шейранов, решив не разочаровывать своего подопечного. – Правда, дорога не особо наезженная, места там унылые, необжитые, с удобствами вообще все очень сложно, но не думаю, что это столь уж важно. В конце концов, вы сюда не на отдых прибыли, а на лечение. Но зато тамошний источник отличает куда большая эффективность. Он описан и использовался еще со времен Екатерины Великой. Просто располагается в неудобном и глухом месте, поэтому им практически и не пользуются. Да и не надо вам столь уж долго принимать ванны. Две недели, по пятнадцать минут, этого вполне достаточно. Вы можете узнать об этом источнике у доктора, он подтвердит мои слова. Правда, может усомниться в длительности процедур, но мой вам совет, не слушайте его, казаки знают о том источнике куда больше, потому что практический опыт – это великая сила.

– Вы так убежденно об этом говорите, что невольно хочется вам поверить.

– И лучше вам мне верить. Чрезмерно злоупотреблять теми водами нельзя. Тот источник насколько силен, настолько же и коварен. Именно поэтому я и предлагаю воспользоваться полувековым опытом казаков.

– Ну а как быть с питьем из местного источника? Ведь нам с супругой и оно прописано.

– Никаких сложностей. Налейте воду в бутылку и заткните пробкой. Главное, чтобы не поступал воздух, и тогда вода не протухнет. Берите с собой и пейте столько, сколько прописал доктор.

– Вот так все просто?

– Уверяю вас, тут никаких сложностей.

Иван Петрович вооружился пером и бумагой, после чего написал записку доктору и отправил с посланием одного из своих слуг. Вскоре тот вернулся с ответом доктора. Тот подтвердил сведения относительно кумагорского источника. Однако считал своим долгом проинформировать о возможных опасностях как путешествия, так и нахождения там. Не забыл упомянуть и о том, что для питья та вода не годится. Ну и на всякий случай расписал график приема ванн. В конце концов, какая ему разница, где будет лечиться его больной, ведь плата идет за назначение лечения.

– Но как же нам в таком случае быть с детьми? – всполошилась Виктория Сергеевна.

Как видно, больные ноги доконали ее окончательно, если перспектива провести две недели в дикой глуши не вызвала у нее никакой негативной реакции. В этом отличие лечебных курортов от мест отдыха. Сюда люди приезжают лечиться. А уж коль скоро решились на трудную и в прямом смысле этого слова опасную поездку на Кавказские воды, то привела их сюда серьезная нужда, и никак иначе.

– А что с ними может здесь приключиться? – пожал плечами Сергей. – Обещаю взять их под свое крыло и показать все местные достопримечательности. Опять же два экипажа вам там не понадобятся. Оставьте одного слугу с легким экипажем здесь. Он и за ребятами присмотрит и при случае надобности сможет отвезти.

– Но как же быть Ариночке? Ведь с нами только Глаша. Мне без нее никак не обойтись, – покачала головой супруга помещика.

– Не переживайте, Виктория Сергеевна, моя Марфа прекрасно сможет ей услужить, – поспешила вмешаться Варвара Петровна.

Вот так, в одночасье, было принято решение о поездке на Кумагорский пост. Признаться, Сергей Федорович даже не ожидал, что Веснин окажется мужчиной столь решительного характера. А Темляков, тот вообще взглянул на богатого соседа другими глазами, всерьез начав его уважать. Причем понимал, что это чувство у него останется, несмотря на отношение того к возможным ухаживаниям молодого офицера за его дочерью. Во всяком случае, сейчас он искренне в это верил.

А вот Шейранов сомневался. Все же у них разное положение, хотя Темляков и дворянин. Если уж в его слое смотрят, из обеспеченной ли семьи избранник дочери или избранница сына, то о нынешних реалиях и говорить нечего. Однако Сергей Федорович предпочитал не просвещать по этому поводу своего подопечного. К чему? Он и сам все должен понимать.

Вопрос с эскортом до места лечения решился сам собой. Дело в том, что как раз к концу разговора появился Пархоменко. Казак с товарищами еще с вечера отправился по следам псыхадзэ. Нужно же было выяснить все доподлинно. Ведь появление этих бандитов вблизи Пятигорска – явление отнюдь не рядовое.

– А чего эскорт? Возьму кума, и мы вдвоем за десять рублей доставим вашу милость на место в целости и сохранности. Жилье там есть. Конечно, не такие хоромы, но вполне приличная мазанка имеется. За пятьдесят рублей казаки уступят ее прям бегом. Сомнительно, чтобы там был кто-то еще. Насчет обратной дороги не переживайте, казаки с поста сопроводят. И на месте вполне безопасно, там два десятка стоят, а это сила серьезная. Разве только со скукой бороться вам там придется. Учтите, за пределы поста вас никто не выпустит.

– Значит, завтра на рассвете, – подытожил Веснин.

– А как скажете, ваша милость. На рассвете, значит, будем на рассвете. Ваше благородие, я тут вам сказать хотел.

– Прошу меня простить, – тут же поднялся Сергей и направился за казаком.

Тот заговорил, только когда они оказались у ворот, где Александра поджидал его кум, держа его лошадь под уздцы. Такая же косая сажень в плечах, и так же с первого взгляда угадывается как медвежья сила, так и кошачья ловкость. Сергей, не чинясь, поздоровался с ним и с вниманием посмотрел на Пархоменко.

– Словом, беда, Сергей Григорьевич. Не знаю, где и кому ты успел перейти дорогу, да только те воины аллаха приходили именно по твою душу. То, что они псыхадзэ, тут к гадалке не ходи. И то, что могли тебя взять в плен, а не стрелять издали, тоже правда. Словом, они шли тебя убивать. И еще. Ты теперь с опаской ходи, потому что у тебя кровники появились.

– Это еще с какой радости? – удивился Сергей. – Насколько я знаю, если погиб в бою, то за убитого не мстят.

– Мстят за всех, не сомневайся. Только если в бою и не пойми кто убил, то можно просто убить первого попавшегося с вражьей стороны. А если известно имя, то непременно именно его достать нужно.

– Ясно. Ну, спасибо, успокоил.

– Да ты не тушуйся так, ваше благородие. У меня, чай, тоже не один кровник, и ничего, жив-здоров. Ты только не забывай, что кому-то жить мешаешь, оно и обойдется.

– Спасибо, я учту.

Поговорив с казаком, вернулся к Весниным. Виктория Сергеевна раздавала поручения слугам. Вот так, не успел супруг принять решение, а она уже воплощает его в жизнь. Деятельная женщина, а главное – расторопная и далеко не глупая. Остается только удивляться, как смогла довести болячку до такого состояния. Хотя… Как в его мире говорили – живем на Кавказе и не лечимся. Он готов подписаться под каждым словом, а тут из далекого Тамбова, и до железной дороги дело еще не дошло. Ну и чему удивляться?

– Иван Петрович, я что еще хотел сказать, чтобы вы не оказались в неловкой ситуации, – подойдя к главе семейства, вновь заговорил Сергей. – В России принято говорить рубль, подразумевая ассигнации и особо выделяя рубль серебром. У нас на Кавказе наоборот, говорят рубль, подразумевают серебро и особо выделяют ассигнации.

– Спасибо. Своевременное уточнение.

– Это что же, ваши разбойники за тридцать верст пути с нас возьмут тридцать пять рублей ассигнациями? – Не выдержав, возмутилась Виктория Сергеевна.

– Без этих разбойников я бы не советовал вам отправляться в подобное путешествие. Вспомните, с какой поклажей я вернулся со вчерашней охоты, – покачав головой, возразил Сергей.

– Погодите, но тогда получается, что за проживание в какой-то халупе мы должны будем заплатить сто семьдесят пять рублей, в то время как за сезон в этом просторном доме вместе со столом восемьсот, – не унималась жена помещика.

– Увы, но другого жилья там просто нет, – пожав плечами, ответил подпоручик.

Хоть молодому Темлякову и было приятно общение с Весниными, Шейранов прекрасно понимал, что пора и честь знать. А в частности, заняться столь внезапно образовавшимся у него арсеналом. Уж оружие-то выставлять на продажу ему ничуть не зазорно. Кстати, Пархоменко заверил, что отыщет покупателей на штуцер, гладкий карабин Сергея, пистолеты, оба седла и лошадь. Сейчас как раз пришла пора экипировать казацкую молодежь, так что найдутся те, кто не откажется сделать это с помощью реализуемых офицером трофеев. Все дешевле получится, чем покупать новое.

А вот с оружием, изукрашенным серебром и самоцветами, дела обстояли куда сложнее. Казак такую дорогую вещь мог взять только как трофей. Поэтому тот же Пархоменко предложил снести это оружие в оружейную лавку или найти покупателя на него среди прибывших на лечение. Находились среди них любители диковинок, таких, чтобы с историей.

В лавке оружейника Темляков был уже во второй раз. Впервые, когда покупал себе оружие взамен утраченного при ранении. Антон и не подумал снабжать его, вертись, мол, как знаешь. Но тогда он смог позволить себе только кремневые образцы. Причем далеко не новые, а порядком пользованные. Пришлось отказаться даже от бывших в употреблении переделок под капсюля. Цена разнилась вдвое, а его финансы, как говорится, пели романсы. Не то что сейчас.

Лавка располагалась на западной окраине. Понятное дело, все же курортный город. Но без оружейной лавки здесь никак нельзя. Даже если забыть об опасности, которая тут вовсе не эфемерна, эти места просто рай для охотников: кабан, медведь, косуля, барсук, волк, лисица, о мелкой дичи и говорить не приходится. В лесах есть даже соболь и куница. Опять же прибывшие на воды почти обязательно должны увезти с собой в качестве сувенира хотя бы кавказский кинжал. Это самый ходовой товар, покупают многие, причем обязательно пару, чтобы симметрично расположить на настенном ковре.

В лавке было человек шесть. Это весьма многолюдно для такого городка. Впрочем… Вон у прилавка уже расплачиваются две женщины, приказчик вручает им удлиненный сверток, должно быть, кинжал, а то и пара.

Трое офицеров. Двое из них молоденькие подпоручики, наверняка только-только получили звание. Эти завороженно вертят все те же кинжалы, им это пока еще в диковинку. Третий, опирающийся на трость, поручик. Этот уже видел жизнь, кровь и гарь сражений. И интерес у него сугубо практический. Присматривается к паре капсюльных пистолетов, без изысков, но надежных и внушающих уважение.

Последний господин из штатских, но по всему видно – богат. И рассматривает он весьма дорогую игрушку. К слову сказать, в свое прошлое посещение Сергей ничего подобного не видел. Наверняка к началу сезона хозяин обновил ассортимент. Одно то, что ружье выставлено не просто так, а в футляре, уже говорило о том, что цена у него более чем серьезная. А из местной публики подобные деньги на оружие выкинуть никто не может, только из среды приезжих.

– Здравствуйте. Чем могу быть полезен? – заметив нового посетителя, поинтересовался хозяин лавки.

Вообще-то Сергей сильно удивился подобной реакции. Ладно бы тот направил к нему приказчика, так как сам в этот момент явно обхаживал господина с двустволкой. Или мог предоставить подпоручику возможность ожидать своей очереди. Так нет же, рискуя обидеть именитого покупателя, переключился на молодого офицера в мундире, явно построенном местным портным. Это заметно, знаете ли.

– Здравствуйте. Мне сказали, что я могу продать через вашу лавку кое-какое оружие, случайно оказавшееся у меня на руках.

– А это не менее случайно – не карабин и пистолеты с серебряной насечкой и изукрашенные шашка с кинжалом дамасской стали? Те самые, что принадлежали псыхадзэ и взятые вами как трофей.

Господин, рассматривавший ружье, обернулся и с любопытством посмотрел на Темлякова. Оба подпоручика впились взглядами в того, кто вчера буквально взбудоражил курортный городок, и не только его. Поручик окинул героя слухов с головы до пят и вернулся к своим пистолетам. Похоже, ему хотелось их приобрести, но никак не удавалось договориться со своей бережливостью. Даже обе женщины остановились в дверях, чтобы посмотреть на того самого офицера.

Ясно. Все тут продумано до мелочей. Так что нечему удивляться. Сегодня Сергей гвоздь сезона, так что реакция купца вполне оправдана. Правда, где-то даже нарочита.

– Вы, я вижу, хорошо осведомлены, – ухмыльнувшись, ответил Сергей. – А отчего вы решили, что я их не оставлю себе, а вам предложу образцы попроще?

– По нашей прошлой встрече я понял, что вы не тщеславны, а практичны. Об этом же говорит и ропот жителей окраинных домов, которых вы пугаете ежедневной стрельбой вот уже целых два месяца. А я еще тогда удивлялся, зачем вам нужно столько свинца и пороха.

– Да, тренировки прошли не впустую, – не стал вдаваться в подробности Сергей. – Ну что же, тогда извольте взглянуть.

С этими словами Темляков выложил на стол чехол из овечьей шкуры, в который был упакован принесенный им на продажу товар. Господин опустил двустволку в футляр и придвинулся поближе. Как видно, его заинтересовало нарядное оружие.

– А чехол тоже принадлежал псыхадзэ? – поинтересовался он у Сергея, чем сразу же себя выдал.

Дорогое оружие – это, конечно, хорошо, но оружие с историей – это уже совсем другое дело. Его можно будет демонстрировать своим гостям с гордостью, так, словно этот трофей был добыт им лично. Дай ему волю, так он, может, еще и черепа черкесов выварил бы или заспиртовал их головы целиком. Еще более предметно получится.

– Да, это так. Чехол, карабин и пистолеты принадлежали одному из них, кинжал и шашка другому, – подтвердил Сергей.

– И вы их продаете? – уточнил господин.

– А на что они мне? – резонно ответил Сергей. – Кому как, а по мне, ложе здесь неудобное, ружье не прикладистое, к тому же кремневое. Я с куда большим удовольствием заменю его на нечто менее вычурное и более практичное.

– И сколько вы за него хотите?

– Вообще-то я как раз и пришел сюда, чтобы посоветоваться и прицениться.

– За все даю пятьсот рублей. Серебром, разумеется, – тут же выдал господин, явно подразумевая, что торг тут неуместен.

Сергей даже слегка растерялся от такого напора. Сам не зная почему, он посмотрел на оружейника, тот, в свою очередь, слегка подмигнул едва дрогнувшими веками. Либо у него нервный тик, либо он предлагает согласиться. А вот поручик, не стесняясь, слегка закатил глазки, словно желая сказать: эка кому-то улыбнулась удача. Вообще-то Сергей и так понимал, что цена достаточно велика и торг действительно не уместен. Повезло же нарваться на любителя или коллекционера.

– Однако, – покачав головой, произнес он, придвигая свое имущество по столу к неизвестному господину.

Тот без лишних разговоров полез во внутренний карман сюртука и извлек оттуда весьма пухлый бумажник. Отсчитал тысячу семьсот пятьдесят рублей ассигнациями, в результате чего практически полностью лишился своей наличности. После этого попросил приказчика упаковать его покупку.

– Господин Темляков, у меня будет к вам просьба, – произнес купивший.

– Все, что в моих силах.

– Не могли бы вы предметно рассказать, как и что происходило?

– Вы имеете в виду показать на месте?

– Да.

Ну точно коллекционер с придурью. Таким мало иметь вещь, нужно еще непременно знать ее историю, причем в деталях. С другой стороны, чем бы дитя ни тешилось. Отчего бы и не исполнить его просьбу после такой выгодной сделки. Опять же Сергей Федорович привык уважать тех, кто мог целиком и полностью отдаться своему делу или увлечению. Условившись о выходе на завтра, они распрощались.

Едва обретя свободу, Сергей тут же нацелился на странную двустволку, все еще лежавшую на прилавке в своем футляре, выстланном изнутри красным бархатом. Отчего странную? Так ведь стволы у нее расположены вертикально. Не такое уж и частое явление для этого времени. И уж тем более если судить по тому, что он успел рассмотреть. Похоже, стволы эти были не поворотные, как это обычно принято у кремневых образцов, а неподвижные. Ну очень похоже на его вертикалку, оставшуюся в родном мире.

При ближайшем рассмотрении Сергей убедился в том, что первое впечатление не было обманчивым. Хотя стволы и располагались вертикально, курки были установлены как на обычной двустволке-горизонталке. Разве только зазор между ними и брандтрубками[1] был поменьше. Ну и соответственно два спусковых крючка. Форма непривычна, так что нужно будет немного приноровиться. Но это не фатально.

Заглянул в стволы. Калибр чуть больше полутора сантиметров, но зато оба ствола нарезные. Получается двуствольный штуцер. Нет, он теперь это оружие просто не выпустит из рук. Сомнительно, чтобы в этом мире он мог приобрести что-то более совершенное. От таких подарков судьбы не отказываются.

Молодые офицеры смотрели на Темлякова с неподдельной завистью. Ведь они теперь точно знали, что у него есть деньги на приобретение этого английского чуда. И то, как он вцепился в штуцер, говорило о том, что оружие только что обрело хозяина. А вот раненый поручик его выбор не одобрил.

– Не советую, – покачав головой, возразил он. – Слишком тонкая работа, требующая бережного обращения. Эта игрушка только для богатеньких любителей острых ощущений. В горах такой штуцер может сыграть с вами злую шутку. А на Кавказе все рано или поздно участвуют в военном походе.

– Напрасно вы так, это настоящее английское качество, – вступился за свой товар лавочник.

– Все-то вам нахваливать заморские товары. Да по мне вот эти тульские пистолеты куда надежнее, и уронить не страшно, не подведут. А подобные утонченные штучки… Хорошая отделка и красивый вид еще не делают их оружием. Примите мой совет, молодой человек, берите товар тульского оружейного завода. Качество и надежность проверенные временем и Кавказом.

Ну что тут скажешь. Шейранову частенько доводилось сталкиваться с теми, кто не принимал ничего иностранного, всячески расхваливая отечественное. Признаться, сам он не был махровым сторонником всего иностранного, просто предпочитал качественные вещи.

К примеру, у него в сейфе стояли пять стволов отечественного производства. И вовсе не потому, что он считал себя патриотом. Просто эти образцы вполне удовлетворяли его. Но в то же время ездил он на немецкой машине, носил одежду в основном турецкого производства и в больницу старался выбивать оборудование из-за границы. Так что быть патриотом своей страны и оголтело кричать на всех углах: «Российское – значит, отличного качества!», совсем не одно и то же.

В данном конкретном случае Шейранов не разделял мнения поручика. Как это ни обидно, но зарубежные товары и впрямь отличает качество, и в том, что этот штуцер не только нарядно выглядит, но и качественно изготовлен, никаких сомнений. Впрочем, в отношении оружия Сергей все же предпочел бы отечественного производителя. Что ни говори, а русские оружейники делают свои образцы из расчета на бездарное и прямо-таки варварское обращение. Но в англичанине подкупали два ствола, да еще и со столь удобным размещением. А в связи с низкой скорострельностью местных образцов это был чуть ли не определяющий аргумент.

– Я считаю, что возможность иметь два точных выстрела вместо одного стоит того, чтобы обращаться с оружием чуть бережнее, чем обычно, – покачав головой, озвучил мнение Шейранова Темляков.

– То есть вы купите этот штуцер? – уточнил поручик.

– Без капли сомнений. Я немного разбираюсь в этом вопросе. Однако благодарю вас за то, что не остались сторонним наблюдателем.

– За что благодарить, коль скоро вы остались при своем мнении. Любезный, я возьму эти пистолеты, – явно потеряв интерес к удачливому собеседнику, подозвал лавочника поручик.

Поскольку Сергей не спешил, дав понять, что он тут еще задержится, лавочник спокойно обслужил двух молодых офицеров, ожидаемо купивших по кинжалу с серебряной насечкой. Не дамаск, конечно, но, без сомнения, сталь приличная. Хозяину лавки дурная слава ни к чему.

– Андрей Федорович, я вот мучаюсь в догадках, почему это вы с порога стали нахваливать мой товар? – когда они наконец остались одни, не считая приказчика, поинтересовался Сергей у лавочника. – Купив его у меня, вы смогли бы заработать, а так остались с носом.

– Да как вам сказать… Понимаете, есть такие покупатели, которых нужно порой подтолкнуть к покупке. Этот господин был уже почти готов приобрести данный штуцер, но его смущала высокая цена. Все же двести рублей серебром – это серьезно. Вот я и решил ему помочь решиться, задев его самолюбие. А вышло так, что подложил самому себе свинью. Он чуть не полчаса вертел в руках штуцер, разве на зуб не пробуя, но сразу же выложил неприличную сумму за ваши трофеи. Смею заверить, он изрядно переплатил. А не боялся бы, что вещички из-под носа уйдут, купил бы дешевле, и я заработал бы. Но для подобных людей это несущественно. Уж я-то знаю. Ну и за вас могу только порадоваться, потому как никто не дал бы вам подобной цены.

– Согласен.

– Ну так как, будете брать? Или цена действительно неприличная?

– Буду! – решительно произнес Сергей. – А еще такой же красавец есть?

– Помилуйте, товар дорогой, работа штучная, куда мне было везти два образца. Тут если один удастся продать за сезон, уже прекрасно. Но зато у меня есть пара кавалерийских пистолетов этого же мастера. И что-то мне говорит о том, что они вам понравятся.

С этими словами Андрей Федорович обернулся и потянул с витринной полки деревянный футляр, похожий на тот, что лежал перед Сергеем, разве значительно короче и шире. Шейранов и раньше его заметил бы, да только все его внимание было сосредоточено на штуцере, уж больно не хотелось, чтобы его увели.

Мастер, изготовивший все три образца, и впрямь был один и тот же. Пара кавалерийских пистолетов конструктивно один в один походили на штуцер, разве только пистолетная рукоять и стволы короче раза в три. Но главное даже не это, а два обстоятельства, которые делали эту покупку чрезвычайно удачной. Первое – это то, что у пистолетов и штуцера были одинаковые калибры. Не примерно одинаковые, чем здесь никого не удивишь, а полностью идентичные. И второе: стволы пистолетов также были нарезными.

Ну и еще немаловажная деталь. К пистолетам полагался один приклад. Крепился он к рукояти с помощью крюка в верхней части ложа и вполне удобного для невооруженной инструментом руки винта в нижней. Установка занимала не более нескольких секунд, после чего пистолет превращался в эдакий мини-карабин.

Надо ли говорить, что цена в те же двести рублей, но уже за пару пистолетов, Темлякова ничуть не остановила. Он вообще пребывал в уверенности, что удача поливает его из рога изобилия. Ну и еще предположил, что к этому приложил руку Антон. Правда, последнее все же сомнительно.