Нф-100: Vita cyclus

- Глупенький, - сказала Лилия и хихикнула. - Я научу те┐бя, как нужно это делать.

Гарри встал с кресла и, подойдя к Лилии, нежно обнял ее и поцеловал.

- Я самый счастливый мужчина на свете, - прошептал он ей на ухо.

- А я - самая счастливая женщина, - ответила она, в свою очередь обнимая мужа.

В этот приятный день Гарри не спускался в лабораторию, он все время провел с Лилией. Днем они гуляли по зеленым план┐тациям, а вечером отправились к причалу, у которого стоял 'Бесстрашный'.

Небо было чистым, и на нем мерцали яркие звезды, словно перешептывались между собой, рассказывая друг другу о радости молодых супругов. Полная луна стояла так низко, что казалось, что до нее можно дотянуться рукой, достаточно лишь встать на носочки. Теплый, едва ощутимый бриз приятно освежал.

Гарри и Лилия долго любовались величавым парусником. Он выглядел в лунном свете как мифический несокрушимый исполин, охраняющий покой славного города.

- Он прекрасен, - сказала Лилия, любуясь кораблем.

- Он бесподобен, - гордо добавил Гарри Смит. - Не могу даже представить, как бы сложилась моя жизнь, если бы у меня не было 'Бесстрашного'. Я с детства мечтал о путешествиях, и этот корабль - воплощение моих грез. Он сделал мою жизнь да┐же интереснее, чем я мог бы когда-нибудь вообразить. Теперь же он для меня бесценен! Он подарил нам счастье стать родителями!

- Это самое главное, Гарри, - заметила Лилия. - Дай Бог, чтобы все было хорошо и у нас родился крепкий и здоровый ребенок.

- У нас будет малыш, - словно для того, чтобы в этом на┐верняка утвердиться, сказал Гарри.

64

Лилия обняла его и прижалась головой к его груди. Гарри то┐же обнял жену и глубоко вдохнул, ощущая безмерное счастье.

- Жизнь с каждым днем становится все интереснее и доро┐же сердцу!

- Мне сейчас так хорошо, Гарри, не хочется сходить с этого места. Так бы и стояла здесь с тобой в обнимку, пока ноги держат.

- У меня есть предложение, от которого ты не сможешь от┐казаться, - улыбаясь, сказал он.

- Да, и какое же? - поинтересовалась Лилия, заглядывая в глаза мужу.

- Мы многие недели спим на корабле, когда странствуем по свету. Так что же мешает нам сегодня, когда мы этого хотим, не уходить домой, а провести эту ночь на 'Бесстрашном'? - Гар┐ри поцеловал Лилию, и они снова окинули взглядом корабль, выглядящий безупречно и благородно в мягком свете луны.

- Трудно представить, Гарри, другое желание, осуществле┐ния которого мне хотелось бы так же сильно, - переводя взгляд с 'Бесстрашного' на своего мужа, сказала Лилия.

Гарри взял ее руку в свою и повел жену к кораблю. Оказав-шись на палубе, они прошли в каюту, где чувствовался самый приятный запах на свете. Корабль пахнул, если так можно выра┐зиться, а именно так и необходимо выразиться, если речь идет о запахе, ощутить и увлечься которым может лишь самый заядлый искатель приключений, самый ненасытный путешественник, ведь только такой человек может узнать этот сводящий с ума аро┐мат. Это был запах всей Земли, 'Бесстрашный' пропитался им, и именно этот запах остро ощутили Смиты, вспомнив те счастли┐вые моменты их совместной жизни, когда они, побуждаемые зо┐вом своих сердец, оказывались в самых красивых, а порой опас┐ных и труднодоступных уголках нашей планеты. Эти воспомина┐ния пробудили горячее желание у супругов. Они поцеловались, потом обнялись, и их тела сплелись в любовном порыве.

65

Эту ночь они провели на корабле - первую ночь после дня, когда узнали, что станут родителями. Эта ночь стала для Гарри и Лилии самой прекрасной в их жизни. О ней они будут часто вспоминать, лаская сердца самыми милыми, трогательными и счастливыми воспоминаниями.

Наутро Гарри, по привычке, проснулся рано, приготовил за┐втрак и сварил кофе, ароматный запах которого и разбудил Ли┐лию.

- Доброе утро, - нежно улыбаясь, сказала она, выходя на палубу, где Гарри уже накрыл на стол.

- Очень доброе утро, родная, - ответил он, взглядом при┐глашая жену к столу.

У обоих после ночи разыгрался волчий аппетит, поэтому ели супруги практически молча.

- Бесподобно, - сказала восхищенная вкусом завтрака Ли┐лия, допивая крепкий кофе. Гарри был гурманом, но он любил не только вкусно и сытно поесть, но и сам изумительно готовил.

- Хм, - довольно произнес он, напуская на себя важный вид. - Кто готовил! - добавил Гарри с ноткой хвастовства.

- Ты, мой капитан! - невероятно чувственно ответила Ли┐лия, блеснув глазами, в которых Гарри мгновенно прочитал ог┐ненную страсть.

Он немедленно встал с кресла и подошел к жене, поднял ее на руки и без всяких слов, которые в данном случае были про-сто ни к чему, понес ее в каюту, где они провели ночь.

Только вечером супруги отправились домой, где их ждали родные. Этот вечер они провели все вместе. Гарри и Лилия рас┐сказывали родителям о своем путешествии, вручая им приве┐зенные подарки и просматривая снятое видео.

Со следующего утра Гарри с еще большим рвением продол┐жил изучение метеорита, но теперь он стал подниматься из лабо┐ратории к обеду, после которого час гулял с Лилией во дворе до-

66

ма. Еще час он с женой гулял после ужина, а ночью приходил раньше обычного, и Лилия успевала дождаться его возвращения.

Шли месяцы, беременность протекала благополучно, до родов оставалось уже около двух недель. Живот у Лилии, разумеется, округлился, и Гарри с особым умилением наблюдал за женой. Но изменения во внешности Лилии не ограничивались увеличив┐шимся животом. Ее сердце полнилось материнской любовью, и это чувство отражалось во всех чертах ее милого лица.

Ее любовь к мужу крепчала ежедневно, как и материнские чувства к малышу, которого она носила под сердцем. Гарри бо┐готворил жену, как никогда ранее демонстрируя ей свои чув┐ства. В течение этих двух недель он почти не уделял времени работе, не считая двух-трех часов ранним утром, когда Лилия еще спала. Но стоило ей проснуться, и Гарри тут же оказывался рядом, готовый исполнить любое желание милой супруги. Раз┐умеется, он не бегал за Лилией по пятам, но был в постоянной доступности, чего не скажешь о тех моментах, когда он спускал┐ся в свою лабораторию.

Весь дом полнился приятным и радостным ожиданием по-явления первенца у Лилии и Гарри. Они уже знали, что у них будет мальчик - наследник как добрых традиций славной се-мьи Смит, так и крупнейшего состояния. Бабушки и дедушки кружили по комнатам, каждый день демонстрируя своим де-тям, которые со дня на день сами станут родителями, куплен-ные для малыша одежды и игрушки. Гостеприимный дом всегда был полон гостей, в том числе и детишек, но к рождению малы┐ша в нем готовились впервые. Радостный для хозяев и гостей дом вот-вот станет еще более счастливым.

Пришел день, когда у Лилии начались схватки, и счастливое ожидание сменилось некоторым волнением. Желая немного от┐влечься от беспокойных мыслей, Гарри отправился на 'Бес┐страшный', где занимался всем, что только придет в голову.

67

В полдень, когда он был весь в работе, раздался телефонный звонок, который буквально встряхнул его сознание.

- Да, - коротко сказал он, отвечая на вызов.

- Сынок, у меня родился внучек! - воскликнул его отец, чей всегда уверенный голос дрожал от накатывающих слез радости.

- Боже, какое счастье! - крикнул Гарри, сжимая кулаки в радостном волнении. - Я через несколько минут заеду за вами, поедем поглядим на моего сынишку. - Он закончил разговор и тут же выехал за родителями.

Менее чем через тридцать минут Гарри со своими родителя┐ми и родителями Лилии стоял под окном палаты, где находи┐лась молодая мама с самым маленьким представителем рода Смитов. Гарри кинул в оконное стекло камушек, привлекая внимание Лилии. Спустя мгновение она появилась у окна и, увидев замершего в нетерпеливом ожидании счастливого мужа и его и своих родителей, отошла вглубь палаты, вернувшись че┐рез несколько секунд с малышом. Когда Лилия показала кро┐хотное личико новорожденного Смита, волна эмоций захлест┐нула ее родных. Бабушки и дедушки смахивали слезы с широко улыбающихся радостных лиц. Что до Гарри, то он буквально за┐стыл в изумлении, не отводя глаз от личика своего малютки-сы┐на. Сердце молодого папы затрепетало. Гарри еще никогда не был так счастлив, как в этот момент, когда его любимая женщи┐на, его славная спутница и верная жена держала на руках их сы┐на, в чьих жилах смешалась кровь обоих родителей. Гарри пере┐вел взгляд на Лилию, чье лицо светилось счастьем. Она улыбну-лась ему такой милой и нежной улыбкой, от которой у него на душе стало еще теплее. Он улыбнулся ей в ответ, их взгляды встретились, и в течение нескольких секунд они успели без слов передать столько тепла и любви друг другу, что этого невоз┐можно описать никакими словами. Лилия послала Гарри воз┐душный поцелуй, он отправил ей такой же нежный ответ.

68

Еще несколько минут полюбовавшись ребенком, все родные молодой мамы на прощание засыпали ее воздушными поцелуя┐ми, потом не торопясь вернулись к машине и отправились домой.

Через два дня Лилия с малышом тоже вернулась в поместье.

Мальчика назвали Сэмюэлем.

- Сэмюэл Смит! - гордо сказал Гарри, нежно и осторожно беря ребенка на руки, когда они с Лилией остались наедине в своей комнате. - Как ты себя чувствуешь, милая? - участливо добавил он.

- Как никогда хорошо, папочка! - радостно ответила она.

Гарри расплылся в нежной и доброй улыбке, целуя жену и

сына.

В тот же вечер, как и полагалось, великое событие - рожде┐ние малыша - было отпраздновано, и на ужин были приглаше┐ны все жители небольшого крестьянского поселка, располо┐женного неподалеку от дома Смитов.

Как быть?

Гарри продолжал свою работу, связанную с исследованием ме┐теорита, но первый месяц он чуть ли не каждый час прибегал к жене и ребенку узнать, как они себя чувствуют, и, убедившись, что все хорошо, целовал их и снова спускался в лабораторию. Вся родня заботилась о Сэмюэле с безграничным вниманием и неизмеримой любовью.

Так прошел год. Мальчик рос, и по истечении этого времени он уже уверенно держался на ногах, топая по комнате с таким важным видом, будто уже почувствовал себя главным в доме.

В каком-то смысле так и было. Слова 'папа' и 'мама' уже два месяца радовали слух родителей, а также бабушек и дедушек.

Гарри с утра до вечера проводил в лаборатории, изучая мете┐орит, и это занятие поглотило его практически без остатка. Он

69

работал сутками напролет, порой даже засыпал в лаборатории в поздние ночные часы, совершенно утомившись от постоянных и кропотливых исследований. За прошедшие с момента обнару┐жения метеорита один год и девять месяцев ему удалось от┐крыть многие тайны космического странника. Он полностью выделил составные компоненты метеорита, отделив их друг от друга. Из почти трехсоткилограммовой глыбы полезными ока┐зались около двухсот двадцати килограммов, представленных различными металлами с необычными свойствами. Как уже удалось установить Гарри, эти металлы были легче воды, но при этом каждый из них превосходил в твердости любой металл земного происхождения; будучи смешанными с другими метал┐лами, они были способны менять их свойства, находясь в спла┐ве даже в мизерных пропорциях, а также отражали, пропускали через себя или поглощали все известные виды излучения.

Такого материала человечество не знало. Он был известен только Гарри Смиту, которому посчастливилось найти метео-рит, подаривший ему столько важных научных открытий. Но он твердо решил не раскрывать никому тайны своей находки, иначе ему пришлось бы отдать метеорит на изучение в государ┐ственные структуры, где он мог бы остаться навсегда или, что хуже всего, быть использован с неблаговидными целями. Но Смит думал не только о том, какие еще свои свойства метеорит может ему открыть, - больше всего его беспокоила мысль о том, что космическое тело несет какое-то послание. Разумеется, Гарри это чувствовал лишь интуитивно, но этому совсем не поддающемуся изучению и измерению ощущению он доверял, так как интуиция еще никогда не вела его по ложному пути. Он доверял своему чутью и был верен ему. Однако то, для чего же ему открылась тайна метеорита, он все еще не понимал, и это его беспокоило, заставляя каждый день задаваться многими во┐просами в надежде отыскать один заветный ответ.

70

Гарри представлял, как использует эту случайную, а может, и не случайную находку, сделанную на маленьком и затерянном острове в Тихом океане. Добавляя к земным металлам те метал┐лы, которые выделил из метеорита, он может создать сплав огромной массы, обладающий практически теми же свойства┐ми, какие присущи чистым металлам, выделенны м из метеори┐та. По сути, метеоритные металлы были не совсем металлами, хотя они, безусловно, отвечали всем характеристикам , с помо┐щью которых ученые определяют вещество как металл.

'Это межзвездный код, космическое послание!' - повторял про себя Гарри, напрягая свой могучий мозг. Мысли лихора┐дочно проносились в его голове, он отбрасывал одно предполо┐жение, склоняясь к другому, но в следующий момент возвра┐щался к первому либо, отбрасывая все, принимался рассматри┐вать третье. 'Это определенный код! Но какой? Что мне должно открыться?' - спрашивал он сам себя.

Гарри эти металлы казались чем-то наподобие ДНК живых клеток. ДНК - нуклеотидная последовательность, в которой закодирован генетический код клетки. Если ДНК одной клетки внедрить в другую клетку, то эта клетка, на основе чужой ДНК, синтезирует компоненты, которые, внедряясь в ее структуру, сделают эту клетку похожей на ту, из которой взяли ДНК. Так же и эти металлы словно бы несут в себе генетический код кос┐мической природы, делая из земных металлов совершенно нео┐бычные, метеоритные, или же космические металлы, свойства которых противоречат земным условиям.

Из сплава, полученного путем добавления метеоритных ме┐таллов к земным, можно сконструировать абсолютно непрони┐цаемый даже для ядерного излучения бункер, в котором могут укрыться тысячи человек. Если ядерная война все-таки прои┐зойдет, то в этом бункере найдут убежище на многие годы его родные, друзья и еще несколько сотен людей. Еще одну группу

71

людей можно укрыть в бункере под его домом, ведь его лабора┐тория представляет собой убежище, способное много месяцев функционировать в автономном режиме. Но, как он сам неод┐нократно говорил - и Гарри так действительно считал, - по┐сле глобальной ядерной катастрофы на Земле наступит ядер┐ный апокалипсис, который приведет к гибели практически все┐го живого на планете и продлится многие годы, тысячелетия. Для чего тогда прятаться в бункере, который обезопасит гор┐стку людей всего лишь на несколько месяцев. Ведь дальше их ждет пустота, гибель от голода. А скорее всего люди, если им удаст ся выжить, спрятавшись в бункере, и потом выйти после катастрофы на поверхность, увидят, что погибло все живое, и умрут от отчаяния , не успев не то что проголодаться, а даже ис┐пытать жажду.

Гарри пришел к выводу, что это не выход, нужно что-то другое.

'Откровение обязательно придет! - уверял он себя. - Но я сомневаюсь, что мы должны будем прятаться! Бежать - воз-можно, но не прятаться!'

Он часто задавался вопросом, что же придумать, возможно ли спастись хотя бы крохотной части человечества. Между тем жизнь шла своим чередом, и никаких военных действий или апокалипсиса не предвиделось. Даже Гарри не видел ничего угрожающего, что могло бы спровоцировать военное противо┐стояние, а уж тем более ядерную войну. Однако его неотступно преследовала навязчивая мысль, что беда обязательно придет и что к ней необходимо быть готовым.

Он размышлял над различными вариантами использования выделенных из метеорита металлов: 'Можно создать космиче-ский корабль и отправить его на орбиту Земли на несколько лет. Это бы сработало, если бы людям довелось провести в кос┐мосе пять лет, ну, пусть десять, а после вернуться на полностью очистившуюся от сажи и пепла планету. И вновь увидеть голу-

72

бое небо, горящее золотом Солнце сквозь прозрачную атмосфе┐ру, окунуться в чистый океан или море, выпить чистой родни┐ковой воды, наблюдать в дикой природе красивых животных и птиц. И снова строить дома, сеять хлеб, растить детей. Но нет! Ничего этого не будет на Земле даже через тысячу лет. За то вре┐мя, что они будут двигаться по орбите вокруг планеты, люди должны будут обзавестись потомством. Но корабль сможет вместить только следующее, может быть, еще одно поколение, но не больше, так как на всех просто не хватит места. Придется препятствовать беременностям и рождению детей, но это не осуществимо. В массе своей большинство людей не поймут тя┐жести ситуации. Многие будут рожать, не обращая внимания на последствия бесконтрольного роста популяции в замкнутом пространстве. Некоторые позаботятся об ужесточении правил, и беременным станут делать аборты принудительно. Но в праве ли кто-то решать такие вещи? Как к этому отнесутся беремен-ная женщина и ее супруг? Некоторые будут скрывать беремен┐ность или ожесточенно бороться с ее запретом. И когда женщи┐на будет на большом сроке беременности, у кого поднимется рука сделать уже не аборт, а совершить убийство маленького человечка? При таком развитии ситуации детей будет стано┐виться больше, а места на корабле оставаться все меньше'.

Гарри прокручивал в уме все, что когда-либо читал, слышал или видел. Вспоминал реальные, исторически достоверные слу┐чаи, когда в экстремальных условиях от дикого голода люди ели друг друга.

Он воображал, что создаст космический корабль и что из это┐го может получиться: 'Если представить, что численность людей на корабле увеличится до критической цифры, то чем это может обернуться. Высока вероятность того, что начнется смертоубий┐ственная война за выживание, в ходе которой люди будут руко┐водствоваться единственным принципом - каждый сам за себя!'

73

Эти мысли ужасали Гарри Смита, глубоко нравственного че┐ловека. 'Если это все-таки произойдет, - размышлял он, - то, скорее всего, люди разделятся на несколько враждующих группи┐ровок, в каждой из которых их будет объединять определенное убеждение. Война между этими группами будет вестись до тех пор, пока для оставшихся людей не освободится место, пока им не будет хватать еды и воздуха на корабле. Но через время людей, по естественным причинам, снова станет больше того количе┐ства, на какое рассчитаны условия жизни на корабле, - и война за выживание разразится вновь и будет вестись по тем же жесто┐ким правилам, которые диктуют инстинкты самосохранения и сохранения своих детей и родных. Этих составляющих вполне достаточно, чтобы операция по спасению человечества преврати┐лась в самую провальную затею за всю его историю. При таком раскладе последняя надежда на спасение самоуничтожится!'

Возникая одна из другой, мысли его сливались в течение не┐дель и месяцев долгих раздумий, превращаясь в ряд печальных откровений. Гарри Смит думал: 'Земля дает человечеству воз┐можность процветать как виду, но этот вид, внося изменения в гармоничное и идеальнейшее устройство планеты, губит ее, тем самым ограничивая себя в возможном процветании, ставя под сомнение саму возможность дальнейшего развития и жизни. Людям трудно проецировать частное на общее, поэтому мно┐гие, даже те, кто считаются успешными людьми, не в состоянии увидеть, насколько некоторые их поступки губительны для окружающего мира. 'Не руби сук, на котором сидишь', 'Не плюй в колодец, пригодится воды напиться' - известные по┐словицы отражают пагубность деяний, направленных против их деятеля, но не напрямую, а опосредованно. Ни одно другое животное, кроме человека, не делает ничего, что может навре┐дить представителям его вида в целом. Наоборот, все в их дея-тельности, включая механизмы адаптации, инстинкты, развива-

74

ющиеся в результате эволюции, наделяют других животных те┐ми навыками, которые обусло вливают их более вероятный успех на пути к развитию и процветанию их видов'.

И действительно, у людей, отличающихся, казалось бы, более совершенной нервной деятельностью от других животных, все наоборот. Человек, за счет способности к выбору, движимый своими потребностями, которые не всегда согласуются с зало┐женными в него природой и призванными ему помогать выжи┐вать инстинктами, способен вопреки здравому смыслу и соб┐ственному благу совершать поступки в корне неправильные и губительные. Причем действенность некоторых из этих поступ┐ков может длиться в течение нескольких поколений, наследую┐щих от предков по типу преемственности их губительное нача┐ло. Не абсурдна ли сама мысль о таком положении вещей?

Гарри вспомнил сказку, в которой описывалось, как человек, долго летевший на большом орле, срезал свою плоть, скармливая ее птице, когда та изнемогала от голода, чтобы долететь туда, ку┐да ему было необходимо попасть и куда его могла донести только эта птица. Этому человеку обязательно нужно было лететь, и он отрезал от своего тела куски. А если представить, что на этой птице летят два человека, не связанных родственными, семейны┐ми или иными чрезвычайно прочными связями? Тогда, без со┐мнения, в абсолютном большинстве случаев тот, кто сильнее, воспользуется телом второго, чтобы, скармливая его голодной птице, благополучно добраться до желаемого места. Есть ли лю┐ди, которые ради собственного спасения стали бы терзать свое тело, если эту пытку можно переложить на другого человека?

'Что же тогда делать? - раздумывал Гарри Смит. - Как быть? Конечно, может, ничего и не произойдет, может, нечего и опасаться? Но я не могу быть беспечным теперь, когда у меня есть жена и ребенок и я должен думать об их будущем. Тем бо┐лее что я никогда не ошибался в прогнозах. А сегодня более чем

75

достаточно данных, чтобы с высокой степенью уверенности предположить, что Землю ждет трагедия, которую люди сотво┐рят собственными руками'.

Подобные мысли не оставляли Смита. День ото дня он раз-рабатывал все новые планы спасения, все больше анализировал объективные факты.

'Чтобы с максимальной пользой использовать столь дивный и необыкновенный дар маленького острова, - размышлял он, - благодаря которому у меня появились сын и надежда на то, что он переживет меня, я должен приложить все усилия, да┐бы обеспечить Сэмюэлу будущее. Я должен сделать все, на что способен и на что у меня хватит сил и средств. Ведь это чудо, что по воле судьбы и желанию Лилии мы с ней высадились на один из миллионов островов в Тихом океане, где испытали, можно сказать, впервые за семь лет совместной жизни, неудержимое желание стать родителями, а затем на двух гектарах песка нат┐кнулись на метеорит, пролежавший в этом месте миллион лет!..'

Эти мысли то и дело возникали у Гарри Смита в течение двух лет, но он не был параноиком. Трезвый анализ и интуиция под┐сказывали ему, что атомная беда случится, а поэтому требова┐лось предпринять все меры, способные предоставить хотя бы крошечной части человечества возможность выжить. Если же он ошибается, и будущему человечества ничто не угрожает, так это славно. Он молил Бога, чтобы его предположения оказались ошибочными.

Гарри не говорил ничего о своих опасениях Лилии и пытался скрывать от нее свою озабоченность, но внимательная супруга заметила, что его постоянно что-то беспокоит. Утром, когда Гарри проснулся, но еще не встал с постели, она решила узнать, что его тревожит.

- Гарри, что случилось? - с ноткой волнения произнесла она. - В последнее время ты сам не свой.

7В

- Все нормально, просто работаю много. Видимо, усталость дает о себе знать, - он попытался принять безучастный вид, поцеловал Лилию и сел в кровати, уже собираясь подняться.

- Усталость? Насколько мне известно, тебе не знакомо это ощущение, - Лилия коснулась спины мужа, давая понять, что намерена продолжить разговор.

Она немного помолчала, а потом, когда Гарри повернулся к ней лицом, добавила совершенно серьезным тоном:

- Гарри, я волнуюсь за тебя. Ты знаешь, что мне еще хуже от того, что ты держишь меня в неведении.

- Лилия, я ничего не утаиваю от тебя...

- Гарри, - перебила она мужа, - прошу тебя, расскажи мне, почему ты такой в последнее время?

- Я действительно ничего не скрываю от тебя, дорогая, - мягким тоном произнес он, и Лилия поняла, что Гарри сейчас говорит правду.

- Но ведь что-то тебя беспокоит?