Парацельс Маггроу и торговец драконами

В тронный зал вбежал высокопоставленный вампир.

– Слушаю вас, мой господин, чего изволите? – он покорно склонил перед Люциферусом голову и торжественно добавил: – ваше могущество.

Верховный колдун указал кончиком своей палочки в сторону окна.

– Что это за крики на улице?

– Это собрался ваш народ, мой повелитель. Они просят вас казнить всех предателей и поскорее расправиться с ненавистной для вас Атлантией. Сделано всё, как вы и приказали.

Люциферус улыбнулся.

– Вызвать ко мне главного палача, – грозно приказал он.

Главный палач по имени Сейбл в это время находился недалеко, в приёмной верховного колдуна. В последние дни он всегда был рядом, ожидая вызова своего повелителя. Как только он услышал, что необходим верховному злу, то тут же вбежал в тронный зал.

– Чего желает ваше могущество? – хрипло произнёс главный палач.

– Казнить всех, кто сегодня был у меня, – приказал Люциферус. – Всех, кто оставил кровь на этом граните, – уточнил он, указав кончиком палочки на пол.

Главный палач остолбенел.

– Чего ждёшь? – раздражённо спросил Люциферус. – Немедленно приступить к казням.

– Ваше могущество, – взволнованно сказал Сейбл, – именно сегодня было слишком много приговорённых, и все звери накормлены до отвала. Мы можем возобновить казни только через двое суток, когда они опять проголодаются.

Верховный колдун поднял глаза вверх, как бы обдумывая, что делать с теми, кого он только что осудил.

– Ну что же, – медленно вымолвил он, – значит, их судьба будет ещё хуже. Отправить всех в адиадские каменоломни, – зашипел он.

Главный палач изменился в лице, гримаса ужаса говорила о том, что лучше бы приговорённых казнили сегодня вечером. Ему, конечно, не было их жаль, он просто представил, что тех ждёт. Дрожь пробрала главного палача.

– Но прежде чем ты их арестуешь и отправишь на вечные муки, – в голосе Люциферуса слышалось удовольствие, – принеси мне их волшебные палочки, я их уничтожу.

– Будет сделано, ваше могущество, – Сейбл учтиво поклонился и вышел из зала.

Слушая крики толпы, доносящиеся с улицы, его могущество улыбнулся…

– В мире нет незаменимых людей, – торжественно произнёс он. – Вон сколько их, желающих служить мне.

* * *

Тем временем Парацельс вглядывался в хрустальный шар. Он был поражён увиденным в Горгуландии.

– Как легко этот злобный колдун отдаёт приказания для расправы, – с грустью сказал он.

Орланд Маггроу сочувственно поглядел на юношу.

– Я понимаю тебя, сынок. Тебе непривычна такая жестокость, но в тёмном мире это нормально. Зло там обычное дело. К твоему сведению, все те, кто сейчас подвергся репрессиям, принесли много бед не только нашей стране. Те, кто уползал на коленях из тронного зала, оставляя на граните свою кровь, убили много наших людей. Я узнал всех, кто находился там. Это ужасные люди. Их жестокость граничила с безумием. Они все должны были понести заслуженное наказание, если бы нам удалось арестовать их. Конечно, не так жестоко, как поступил с ними Демонис. Но всё же верховный колдун сделал за нас нашу работу, обрушив на их головы свой гнев. Все они заслужили это, потому что их злоба и безнаказанность направлялась не только на нас, но и на жителей Горгуландии. Чтобы угодить своему правителю, они истребили многих. Теперь кара настигла их.

– Значит, не зря Милла Майер спасла профессора. Этим она наказала тех, кто причинил столько зла, – успокоился Парацельс.

– Так бывает, – ответил великий магистр. – Иногда случай приносит невероятные плоды. Хотя, насколько я знаю, ничего просто так не бывает. И всё случайное не случайно. Однажды и ты поймёшь это.

– Как ты думаешь, почему люди пришли на площадь перед дворцом, чтобы требовать казни всех этих министров? – недоумевал Парацельс. – Тот вампир произнёс фразу «как вы и приказали», выходит, Люциферус желал, чтобы его народ был на площади и кричал пожелания, которые он сам хотел услышать. Почему эти люди на площади делают это? Почему они так преданы верховному колдуну?

– Видишь, в чём дело, – ответил Орланд, – в Горгуландии жесточайший террор, и народ кричит не из-за любви к своему повелителю и не из-за преданности ему. Люди кричат, поддерживая Люциферуса, потому что они боятся его. Вслушайся в их голоса, они переполнены страхом. Ведь каждый, кто по приказу верховного колдуна находится в этой толпе, наверняка думает: если он здесь, на площади, и требует казнить неверных слуг, то Люциферус пощадит его, если вдруг придёт его черёд. Но правда в том, что тот, кто боится Люциферуса, даёт ему невероятную власть над собой. И чем больше его страх, тем больше Люциферус имеет власти над ним. И этот любой из толпы не понимает, что в этот момент он становится его рабом, и как только раб оказывается ненужным, в Горгуландии его убивают. Погоди, – сказал Орланд, – что-то опять происходит.

Парацельс и великий магистр вновь стали вглядываться в хрустальный шар.

* * *

В тронный зал вошёл главный палач, неся целую охапку волшебных палочек. Люциферус взял их, пересчитал. Ему хватило мгновения, чтобы определить, какая палочка кому принадлежала. Он улыбнулся, убедившись, что в его руках оружие тех, кого он только что приговорил к вечным мукам. Верховный колдун подошёл к камину и бросил в него волшебные палочки. Они вспыхнули синим пламенем, было видно, как из них уходит магическая сила, которая когда-то вершила зло. Люциферус вновь вызвал слугу, вампир Шендель немедленно к нему явился.

– С кем сегодня я ещё должен встретиться? – спросил верховный колдун.

– К вам пришли ветераны, они воевали на границе с Атлантией.

– Что им от меня нужно? – в голосе властелина прозвучали грозные нотки.

– Они пришли просить еды. Говорят, что они калеки, работать не могут, и поэтому они, – ехидно произнёс вампир, – голодают.

После этих слов шар наполнился дымом.

* * *

– Что же ответил верховный маг? Колдуны Люциферуса опять перекрыли информационный поток в наш шар. Придётся вновь поработать нашим волшебникам-мудрецам. Надеюсь, в ближайшее время им удастся справиться с новым закрывающим заклинанием. Буду ждать их доклада. Но пока надо подумать над тем, что говорил вампир. Вот его слова: «Они требуют казнить всех предателей и поскорее расправиться с Атлантией, сделано всё, как вы и приказали», – Орланд изменился в лице. – Вот оно что, верховный колдун сам подстроил все требования толпы, для того чтобы…

– Ему надо казнить как можно больше высокопоставленных чиновников, – прервал отца Парацельс, – потому что ему нужны деньги. После смерти всё их имущество переходит в казну верховного колдуна.

– Правильно, – кивнул Орланд и добавил: – Но если ему нужны деньги, да ещё и в таких количествах, значит, он готовится к чему-то очень серьёзному.

– Он готовится к войне против нас, – одновременно сказали Парацельс и Орланд Маггроу.

– Чиновники, которые были сегодня в тронном зале, достаточно богаты. Этого хватит, чтобы Люциферус начал затяжную войну с нами, и по всему видно, что верховный колдун думает, что у нас есть в лучшем случае только опытный образец сверхбыстрой метлы, он не знает, что наши войска научились не только управлять мётлами, но и мастерски воевать, летая на них. Сегодня же соберу военный совет, – закончил верховный маг.

Неожиданно неизвестно откуда появилось привидение, старый Бертон прилетел, как всегда, вовремя.

– Уважаемый Леонид, – распорядился верховный маг, – собери генералов на военный совет, и как можно скорее. Нам надо обсудить один важный вопрос.

– Немедленно лечу, – ответило привидение. – Кстати, вас обоих ждут внизу, в обеденном зале. Стол накрыт.

– Спасибо, дорогой друг, – ответил Орланд. – Поторопись, если сможешь, мне нужны все генералы, которые сейчас свободны.

Привидение исчезло в стене.

– Как дела с приобретением бронехвоста? – обратился отец к Парацельсу. – Такой дракон нам очень понадобится. Теперь я понимаю, насколько ты был прав и дальновиден, когда затевал это дело.

Парацельс посмотрел на отца с благодарностью:

– Я постоянно жду, когда Балакур вызовет меня, – ответил юноша. – Каждый день несколько раз я смотрю, не появилась ли надпись на моей карточке, но пока ничего нет.

– А сегодня ты смотрел её? – спросил Орланд.

– Смотрел, прежде чем прилететь в замок. Но – увы. Возможно, торговец передумал продавать дракона, уже столько времени прошло. Может быть, его напугали события, происходящие в стране.

Отец посмотрел на сына сочувственно, но решил подбодрить его:

– Не думаю, что Балакуру что-то угрожает. Он не так прост, как кажется. Много столетий его семья обладает неизвестной силой, которая оберегает род Дериксов. Их драконы лучшие в Горгуландии, да что там, они лучшие во всём мире. Уничтожив Балакура, Люциферус уже нигде не сможет купить товар столь хорошего качества. Этот торговец нужен всем. Даже главный палач покупает драконов только у него. Сейблу проще казнить того, кто напишет донос на торговца, чем причинить Балакуру вред. Думаю, у торговца ещё нет нужного дракона, возможно, время ещё не пришло.

– Время пришло, – юноша держал карточку, на которой было написано: «Прилетайте завтра к ужину, постарайтесь не опоздать, скоро мы вылетаем на охоту, я жду Вас». – Прошу простить меня, отец, – уважительно сказал Парацельс, – но я должен завтра отправляться в путь. Меня ждут.

– Хорошо, что у тебя ещё есть немного времени, – ответил верховный маг, – и один вечер ты сможешь побыть дома. Сейчас отобедаем в кругу семьи, матушка давно тебя не видела. Соскучилась она, и думаю, уже ждёт тебя с нетерпением. А завтра отправляйся на охоту и выполни своё предназначение.

Парацельс не стал возражать. Великий магистр накрыл хрустальный шар шёлковой тканью и, взяв сына за руку, как это было в детстве, отправился с ним в обеденный зал, где был накрыт большой стол. Все домашние собрались там и с нетерпением ожидали юношу.

Глава седьмая

Полёт в экспедицию

Долетев до владений Балакура Дерикса, Парацельс сбавил скорость и, как только показалась крепость, опустился очень низко, так, чтобы охрана крепости могла его хорошо разглядеть. Он летел медленно, практически у самой земли, внимательно просматривая всё вокруг. На вражеской территории осторожность никогда не была излишней. Облетев крепостные стены два раза, он не заметил никакой опасности. Всё было, как и в прошлый раз, когда он впервые прилетел сюда. Крепость охранялась хорошо, грозные башни придавали ей неприступный вид. Охрана, находящаяся на крепостных стенах, пристально наблюдала за его полётом и вела себя спокойно. И это говорило о том, что уклад жизни тех, кто находился внутри крепости, за последнее время не изменился. Значит, посторонних в ней не было. Под посторонними Парацельс подразумевал офицеров тайной стражи, которые могли бы устроить засаду для поимки их врага, если бы торговец выдал им тайну юноши. Случись подобное, и приобретение боевого дракона стало бы для Парацельса невозможным. Но сейчас никаких причин для беспокойства не было. Парацельс приземлился у крепостных ворот. Метлу он поставил у стены, и она зрительно слилась с ней. Никто не смог бы обнаружить её, даже если бы ему пришлось карабкаться по этой стене.

Парацельс постучал в огромные ворота. Открылось смотровое окно:

– Я лично встречаю вас, – услышал Парацельс голос Балакура. – Мне только что сообщили о том, что кто-то прибывает, и я понял, что это вы.

В окне показалось улыбающееся лицо торговца.

– Прибыл мой личный помощник, – громко объявил он так, чтобы слышали все окружающие, – немедленно открыть ворота.

Заскрипели засовы, цепи, петли – ворота открылись. Парацельс прошёл в крепость. Здесь кипела работа: шли приготовления к будущей экспедиции. Собирались тюки с тканями для навесов, загружались сумки, кожаные сундуки с всевозможной поклажей. Снаряжались транспортные драконы, готовились лётные кибитки, которые рабочие-зомби под руководством людей должны были крепить на спинах драконов. В приготовлении к полёту было задействовано много как людей, так и зомби. Вся внутренняя территория крепости напоминала большой муравейник. Много людей и множество зомби трудились сообща, и нигде не было видно огромных надсмотрщиков с плетьми, потому что у торговца их никогда не было.

– Я очень рад, – тихо и взволнованно заговорил Балакур, – что вы успели к нашему отлёту. Если бы вы не прибыли до завтрашнего утра, то нам пришлось бы отправляться на охоту без вас. Прошу, пройдите в мой дом, отдохните перед дальней дорогой, – учтиво предложил хозяин крепости. – Там накрыт стол, можете хорошенько отобедать. Для вас уже приготовлена одна из спален, сегодня переночуете в моём доме, а завтра отправимся в путь. Я выбрал вам комнату с большим балконом. Если почувствуете опасность, то сможете упорхнуть из крепости в мгновение ока, – шутливо добавил он.

Балакур понимал, что сыну Орланда Маггроу неуютно оставаться в Горгуландии, в стране, которая являлась для него вражеской территорией.

– Не волнуйтесь, – тихо сказал торговец, – кроме меня, никто не знает, кто вы. И нам вместе придётся пробыть в Горгуландии несколько дней, пока мы не добудем нужного дракона. Так что если хотите получить то, что вам необходимо, придётся смириться с неудобствами и погостить в нашей стране несколько дней. Меня же прошу простить – мне необходимо смотреть за тем, как идут сборы. Я должен быть уверенным в успехе нашего дела.

Балакур хлопнул в ладоши, и к ним подошла прекрасная молодая девушка. Она была одета в длинное, почти до самой земли шёлковое платье, на голове красовался довольно большой головной убор, часть лица закрывала прозрачно-воздушная вуаль.

– Это моя служанка Латина, она составит вам компанию в моём доме и позаботится о вас.

Латина поклонилась гостю, сложив ладони перед собой, и учтиво предложила:

– Мой господин, я провожу вас, следуйте за мною.

Она направилась в дом, Парацельс послушно пошёл за ней.

В доме, в центре обеденного зала стоял большой массивный стол, уставленный разными блюдами. Напитки находились в необычайно прозрачных хрустальных сосудах, вся посуда была изготовлена из чистого золота. Стулья из красного дерева были обтянуты перламутровыми тканями и напоминали небольшие троны. Стены украшали старинные картины в дорогих золоченых рамах.

– Чего вы желаете, мой господин? – нежным голосом спросила Латина.

– Я бы выпил воды, – попросил Парацельс, – просто чистой воды.

Служанка наполнила золотой кубок чистой водой и протянула ему. Парацельс стал медленно пить. Он, не отрываясь, рассматривал картины, которыми были украшены стены. Картин было много, и все изображали драконов разных пород на службе людям. На одной из картин красовался дракон породы церберус, охраняющий замок. Он находился на площадке самой большой смотровой башни. Его взгляд был направлен в небо, вероятно, именно оттуда могла грозить опасность. Драконы этой породы предназначались для охраны важнейших объектов – дворцов, крепостей, замков от непрошеных гостей и от тех, кто мог прилететь к замку в ночном небе на мётлах или на драконах. Церберусы отлично видят в темноте, их слух идеальный, а чужой запах они могут учуять на большом расстоянии. Бесполезно приближаться к строению, если его охраняет подобный дракон. Смертоносный огонь из его пасти сжигал метлу и врага, прилетающего на ней.

На другой картине был изображён почтовый дракон, который нёс в своих лапах свёрнутый пергамент. Дракон махал своими перепончатыми крыльями, а глаза его излучали любовь и доброту. Вероятно, на картине был изображён момент, когда дракон-почтовик нёс послание хозяину от его любимой семьи. Все почтовые драконы были ласковыми созданиями. Они всегда радовались, доставляя корреспонденцию. А когда отдавали её адресату, ласкались, сложив крылья, или прыгали, размахивая ими, выпрашивая угощения за свой труд.

На полотнах также были изображены и смертоносные драконы породы меггатрон – монстры, закованные в драконьи доспехи. Их грозный вид не сулил ничего хорошего. Меггатроны всегда были страшным оружием в боях, как на земле, так и в небе. Под облаками во время боя им практически не было равных, за исключением только одного дракона – гигантского бронехвоста. Ему единственному не требовалась защита, его кожа сама была сродни стали. Один только вид гигантского бронехвоста вызывал ужас у других драконов и повергал их в бегство. Поэтому для войны, чтобы противостоять меггатронам, так необходим был боевой дракон.

Парацельс с интересом разглядывал картины, но ни на одной не видел дракона своей мечты – гигантского бронехвоста. На многих картинах были изображены схватки драконов. Это были состязания дракона с драконом, а также дракона с другими чудовищами, такими, например, как перлиоты – огнедышащие гигантские змеи. Обычно против дракона выставляли двух подобных змей. Считалось, что в таком случае силы противников уравнивались.

Разглядывая картины, Парацельс не заметил, как пролетело время. От их созерцания его отвлекли шаги. В обеденный зал вошёл Балакур.

– Вы хорошо поели? – спросил он своего гостя.

– Я не голоден, – ответил тот. – Я с удовольствием выпил воды, для меня этого достаточно.

– Что же, – сказал торговец, – если вы не возражаете, я покажу вам, что представляет собой экспедиция. Думаю, вам будет интересно узнать, на чём мы туда отправимся и кто будет нам помогать.

Гость немного задержался у одной картины: на ней был изображён дракон, из пасти которого вылетал огненный столб пламени.

– Осторожно, – предупредил Балакур, не подходите близко, у дракона очень жгучее пламя.

– Прекрасная картина, – восхитился Парацельс. – Это горбатый арагал?

– Да, это именно он, – подтвердил торговец. – К сожалению, этих драконов в природе осталось очень мало. Они почти полностью истреблены. В своё время на них был огромный спрос. Их использовали для поддержания пехоты. Пламя этих зверей – мощное оружие. Но они и очень уязвимы. И как только против арагалов стали использовать подземные ловушки, их почти всех истребили. Драконы очень нежные создания. Их надо беречь. И плохо, когда их используют для войны, – с грустью добавил торговец.

– Вы забыли про бои драконов, – неожиданно вставил Парацельс. Он сам не ожидал от себя такой наглости.

– Бои драконов, – не согласился Балакур, – это не то, что война. Во время войны убийства драконов исчислялись сотнями за день. А в драконовых состязаниях гибнет всего один, редко когда два. Война уносит жизни тысяч этих прекрасных животных.

Парацельс увидел, как Балакур изменился в лице. Вероятно, воспоминания о войне так подействовали на него. Хозяин дома какое-то время стоял опечаленный, но вдруг вздрогнул, как бы отрешившись от своих тяжёлых мыслей. Пора было идти смотреть, как готовятся к экспедиции.

Парацельс и Балакур вышли из дома. Огромная площадь перед ним напоминала, как и было сказано выше, огромный муравейник. Люди, драконы, зомби, пожитки. Всё было в движении. Сборы подходили к концу.

– Осталось закрепить кибитки на спинах драконов и загрузить груз. Это сделают завтра утром. Как раз успеют к моменту, когда вы проснётесь. Мы полетим вон на том драконе, – Балакур указал на одного из драконов. – Он хоть и немолодой, но самый опытный и полетит во главе каравана. Вы же, как мой гость и по совместительству помощник, займёте первое место в моей кибитке. Мой помощник всегда должен лететь на драконе, на котором нахожусь я. Но вы ещё и мой клиент, поэтому я уступаю вам первое место. А второе место я оставил себе, вы не будете возражать? – пошутил Балакур.

– У вас двухместные кибитки? – удивлённо спросил Парацельс.

– Да, – спокойно ответил торговец. – Наши транспортные драконы очень сильны. Мы их специально готовим для этого. Ни один другой торговец драконами не сможет предоставить вам таких мощных животных. Такой товар есть только у меня, он лучший. К тому же на драконе с нами полетят ещё погонщик драконов и зомби. Но они не будут лететь в кибитке, им не нужны удобства. Погонщик станет управлять вожжами, находясь у драконьей шеи, а зомби достаточно колец, которые закреплены на задней стенке кибитки. Он будет держаться за них руками и прекрасно перенесёт полёт, сидя, как и погонщик, на самом драконе.

Парацельс с восхищением смотрел на работу, которая продолжалась без остановки. Более двух десятков драконов готовились в путь. Огромное количество вещей должно было перекочевать в погрузочные кибитки. Погонщики, охотники-следопыты, подсобные рабочие, а также рабочие-зомби – все подготовились к будущей экспедиции. Парацельс, наблюдая за этим, не заметил, как наступил вечер.

– Прошу вас, пройдёмте в дом для ужина, – услышал он голос торговца. – В этот раз я не принимаю отказов. Попробуйте блюда, которые готовит мой повар, я думаю, они вам очень понравятся.

За ужином время пролетело быстро. Торговец проводил своего гостя в его комнату, сам же отправился руководить подготовкой к экспедиции, которая должна была принести ему необычайное богатство.

* * *

Рано утром в комнату Парацельса постучали.