Помоги проекту - поделись книгой:
- Скорее - проклятье, - не согласился Ларкес. - Непонятно только, по какой ветви семьи оно передается. Но не сомневайтесь, будь ваша дочь одна, ее мы тоже искали бы. Просто сама она далеко не ушла бы.
- Брат... спровоцировал их? - Амиши попытался ухватить суть.
- Косвенно, несомненно, да. Малолетние олухи насмотрелись на этого прохиндея и решили, что им тоже можно.
Амиши общался с изгоняющими всю сознательную жизнь, но мысли подражать им у него никогда не возникало. Во всем происходящем чудилась какая-то недосказанность. Уезжая в Михандров, он ожидал, что ему придется просить и умолять, лично ходить и спрашивать, но по дороге лейтенант объяснил, что со всех, замешанных в деле, уже сняты показания. Допустим, белые способны помочь нищему чужаку бескорыстно, но почему в поисках принимает участие столь высокое руководство?
- Вы мне врете. Это нехорошо.
Эмпатка прихватила поднос с чаем и подобралась ближе.
- Мы не врем! - торжественно объявила она. - Вопрос о том, как старший брат повлиял на младшего, открыт, но согласитесь - так ловко обставить побег смог бы не всякий взрослый.
- Вы от меня что-то скрываете! - Амиши отпихивался от очередной чашки чая и отчаянно пытался проявить твердость. Даже ему, пастырю с двадцатилетнем стажем было нелегко было сопротивляться такому напору. - С моей дочерью произошло что-то ужасное, я знаю!
- Не каркайте! - ущипнула его эмпатка.
Амиши понял, что надо бежать.
- Да вы не волнуйтесь так, - вмешался в происходящее прекраснодушный лейтенант. - Лучиано - умный мальчик, к тому же - инициированный маг. Он не позволит, чтобы с Саиль произошло что-то плохое. Главное, чтобы они действительно в империю не попали.
- А они... могут? - похолодел Амиши.
Господин Ларкес снова поморщился:
- Нет, не могут. Теоретически. Гражданским кораблям путь в империю закрыт. Все военные объекты надежно охраняются.
- Но?..
- Движение между континентами все-таки есть, - признал колдун. - А мелкие поганцы настроены решительно. У нас есть такой генерал Зертак, каждую неделю отсылающий за море до десятка боевых групп. Эти... достойные чародеи не заметят на своем корабле слона, даже если покрасить его в розовый цвет и снабдить колокольчиком. Вся надежда на сопровождающих.
- Ну, если они действительно встретятся с Тангором... - начал развивать тему лейтенант.
- Без шансов, - пресек его самодеятельность старший координатор. - Он в И'Са-Орио-Те с весны. К сожалению, мы не можем.... - тут черный осекся и принялся разминать пальцы каким-то странным жестом. - ... дать знать... В общем, ловить паразитов надо здесь!
Амиши хотел было возмутиться (его девочку ни разу еще не называли ТАК), но не нашел в себе сил спорить. Эмпатка оставила в покое чашки и поволокла его в "очень приличный пансион", отдыхать.
Ларкес убедился, что Кевинахари плотно взяла са-ориотца в оборот и резких действий с его стороны не допустит. Он не стал акцентировать внимание окружающих на странном построении фраз в письме: "я увидел", "сразу почувствовал", "явственно различил". Это ведь не оговорки. Неужели Ингернике снова счастье подвалило - провидец появился? Причем - малолетка. Зато - условно лояльный. Такого кадра Ларкес не мог упустить!
"Редкий талант обязательно приставят к делу - либо мы, либо Искусники, либо са-ориотцы (что тоже не хорошо). И сам Тангор где-то болтается... Случайно ли?"
Разум твердил старшему координатору, что путешествие белых закончится вполне бесславно и беглецы скоро будут водворены в интернат, но интуиция подсказывала иное. Ларес мысленно ругнулся (опять придется лезть в долги!) и позвонил секретарю генерала Зертака - где бы не шастали предприимчивые белые, кораблей им не миновать. В бдительности контрабандистов черный не сомневался, а вот военных требовалось хорошенько стимулировать...
Глава 24
Новое путешествие по Ингернике потрясло Саиль. Оказалось, что в прошлый раз она ничего не видела, не слышала и не чуяла, словно завороженная! Теперь же огромный мир прорвал созданную вокруг нее оболочку, прикоснулся к коже своей шероховатой поверхностью, проник в ноздри запахом дыма и шпал, замельтешил в глазах пробегающим мимо ландшафтом. Стук колес приблизился, раздробился на монотонное гудение, глухие удары, скрипы и лязги. Пространство разделилось на опасные и безопасные зоны, постоянно дрейфующие в зависимости от положения семафоров.
Перед Саиль предстали задворки: запасные пути, чердаки, машинные дворы и ангары. Теперь она увидела все то тайное движение, скрытую жизнь, окружающую поезда: путейских рабочих, обходящих составы, кочегаров, заправляющих котлы водой, вагоны, таранящие друг друга на сортировочных горках, суету маневровых паровозов. Люди управляли движением железных громадин, словно загоняли в ворота упрямых быков, а для пассажиров просто "поезд приходит по расписанию". Это слово (точнее, обрывок фразы, прозвучавшей из динамиков), стало неким ключом к пониманию, аллегорией происходящего. Саиль открылось сердце Ингерники, сотворенное из чугуна, магии и пара.
Три дня они ехали, меняя тормозные площадки на платформы с просмоленными бочками и вагоны с живыми коровами, потому что пассажирские поезда Лучиано решительно забраковал.
- Но Петросу ты сказал...
- С Петросом будут говорить эмпаты, - растолковал Лучиано. - Я до сих пор не понимаю, как много они могут вытянуть из человека по одной лишь оговорке. К тому же, на всех станциях чугунки есть телеграф.
Да, телеграф в данной ситуации будет даже важней.
Ростерк они миновали ночью - просто перескочили из одного состава в другой. И пусть все пространство сортировочной заливал голубой свет, сердце Саиль все равно замирало. Кто бы мог подумать, что она решится выйти за порог в такое время! Есть здесь отвращающие знаки или нет - без изгоняющего не скажешь, а ночной гость о визите предупреждать не станет...
- Еще один день! - Лучиано с трудом переводил дух. - Завтра все решится.
Саиль постеснялась спросить - что, просто достала из сумки карманное зеркальце и постаралась привести себя в приличный вид (выглядели они как два бродяжки). Лучиано пересчитывал оставшиеся деньги - не платя за проезд, им удалось неплохо сэкономить.
- Семьдесят шесть крон! - гордо сообщил мальчик. - Надо будет купить еду и одежду, все равно в империи их не потратить.
- И кастрюльку, - добавила Саиль (насколько она помнила, тато немало повозился, разыскивая на кухне подходящую). - Готовить придется самим.
- Ха! Тогда: котелок, спички, соль, - начал перечислять Лучиано. - Нож и какой-нибудь крупы. Фляжку...
Как мужчинам удается определить, что именно пригодится в дороге, Саиль сказать не бралась, но до сих пор Лучиано ни разу не ошибался.
Кое-как накарябав список необходимого на бумажке из-под пирожков, мальчик спохватился:
- Ты меня поправляй, если что!
Сердце Саиль екнуло:
- В смысле?
В ее глазах происходящее выглядело чудесной сказкой - юный волшебник, тайное пророчество, ведущее их вперед - а сказку принято слушать внимательно, не пытаясь переписать сюжет. Девочка шла вперед с легким сердцем, в глубокой уверенности, что автор все предусмотрел. Где-то в другой реальности существовали бдительные жандармы, тревожные телеграммы, портреты пропавших на газетных страницах и встревоженные учителя. Обо всем этом она не переживала, потому что не задумывалась.
- Ну, этот мой дурацкий талант, - свои способности Лучиано ругал часто и со вкусом. - Подсказывает, если что-то происходит не так, но никак не объясняет - почему. Со стороны может оказаться виднее! В конце концов, все провидцы нуждались в толкователях.
Такой подход Саиль могла понять.
Утром четверга состав, почти целиком состоящий из опечатанных вагонов и платформ с топливными брикетами, довез их до самого моря и доставил бы в порт, но Лучиано оказался против:
- Надо купить вещи. И вообще, поезд, наверняка, будут досматривать.
Саиль послушно спустилась на землю и завертела головой, пытаясь понять, куда они попали.
Тут все было новым - одуряюще пахнущие креозотом шпалы, еще не покрывшийся ржавым налетом щебень, длинный грузовой пакгауз и запертое здание вокзала (маленький рыбацкий поселок, которому чугунка буквально свалилась на голову, еще не приспособился к такому соседству). Потихоньку зарастал травой строительный хлам, убранный с глаз долой, да так и позабытый. Всего в десятке метров от насыпи земля опрокидывалась вниз и пологим склоном уходила к каменистому берегу. Там, ближе к воде, расположился собственно Винклерт.
- Какая-то странная планировка у этого города, - пробормотала Саиль.
- Думаешь, она у него есть? - встрепенулся Лучиано и оказался, вероятно, прав.
Подумать только, а ей по-первости военно-морская база показалась неустроенной и шумной! Вот ведь шутка Всевышнего. Да моряки были еще ничего, вольные рыбаки - вот где фестиваль! Саиль не могла провести ни одной прямой линии через это скопление домов, сараев, сушащихся сетей и пасущихся коз. Однако Лучиано предлагал найти у этого хаоса центр и низ...
Тропинка то появлялась под ногами, то исчезала. Куры, нехотя, убегали с их пути, козы щурились в след, петухи агрессивно горланили. Нестриженные изгороди (а это вообще изгороди?) хватали Саиль за юбку, не хуже иных собак. Люди в селении, несомненно, были, но все оказались чем-то заняты и на глаза не попадались. Тем не менее, мелочную лавку они нашли, не иначе, ведомые интуицией провидца.
Лучиано оглядел ценники, удовлетворенно кивнул и выложил на прилавок свой список:
- Нам заплечный мешок и вот эти вещи.
Около начищенной медной кассы сидел человек с неприятно внимательными глазами. Список у Лучиано он взял, но нести заказанное не спешил.
- А где ваши родители? - ласково поинтересовался торговец.
- Остались на лодке, - с готовностью сообщил Лучиано и мотнул головой куда-то за спину. - Папа спорит с офицером. Почему-то на нашем старом месте нельзя ловить рыбу! А мы же с собой взяли только бутерброды...
Взгляд торговца потеплел, он не только продал им все необходимое, а сверх того вручил подарок - моток прочной лески.
- Ты, наверное, заворожил этого человека!
- Нет, - вздохнул Лучиано. - Иногда умение смотреть по сторонам помогает не хуже волшебства. Когда кто-то вешает на стену чучело трески, в его увлечениях можно не сомневаться.
Ну, конечно! И местным, наверняка, не впервой ругаться с офицерами из-за рыбалки. Почему Саиль сама о таком не подумала?
Девочка попыталась представить себе, как видит мир Лучиано, какие силы заставляют его шагать и поворачивать, хмуриться и вздыхать. Почему они идут именно сюда? Гм... А куда? Дорожка вдоль берега ведет одна, свернуть некуда. А как они определят конец пути? О! В самом неудобном месте тропинку перегораживает забор с новенькой табличкой: "Проход воспрещен" Судя по всему, туда-то им и надо. Наверное, она и сама смогла бы найти путь, если бы ей хватило смелости побродить пару дней вдали от жилья. И ведь не поймешь, ведет ли их Судьба или просто здравого смысла у Лучиано больше... Так, кажется, они нашли обход.
Морская база в Винклерте оказалась решительно не готова к штурму. Нет, обычно-то военные объекты Ингерники отлично охраняются, в ход идет весь доступный арсенал - магия, алхимия, бдительные часовые, но... Несколько разных подрядчиков, разные сроки сдачи работ, сбои с логистикой, мудрые мысли, приходившие в голову высокого начальства с большим опозданием, в общем, с одной стороны забор базы подходил к полотну чугунки вплотную, а с другой - оказался еще не возведен. Ворот пока даже не намечалось. И часовых тоже, потому что караул должен был выставлять постоянный гарнизон, еще не въехавший в свои казармы, а заставить моряков охранять рельсы было не проще, чем боевых магов - подметать плац. Да и смысл? Когда народу вокруг - только местные рыбаки и все друг друга знают. Комендант не счел сообщение о пропавших детях поводом поднимать охрану в ружье (это ведь не диверсанты!), персоналу просто велели смотреть в оба, расписание караулов не изменилось, набор защитных амулетов - тоже.
Поэтому единственным свидетелем преступления стал путейский рабочий, а проще говоря - стрелочник. Работяга как раз был занят выковыриванием из поворотного механизма очередной ракушки (чайки, будь они не ладны!). Прочистив зазоры и убедившись, что механизм работает, он выпрямился и вытер со лба пот (весна, что б ее!).
Мимо по шпалам с сосредоточенным видом шагали двое детей.
- Эй, малыши, вы куда?
- К тете! - хором пропели те, а девочка указала куда-то вперед, видимо, для наглядности.
- Давайте-ка быстро с путей! А если - поезд?
Дети, с готовностью, кивнули и ускорили шаг. То, с какой стороны забора они прошли, в памяти стрелочника не отложилось.
К последнему рывку отчаянные путешественники готовились, сидя в зарослях сирени. Да, да, той самой.
- Уф, а я уж думал - промахнулись! - просветлел лицом Лучиано.
Саиль кивнула - надо признать, что сирень была не самым распространенным на побережье растением. Эти кусты явно посадила человеческая рука, и она же оформила окатанными морем булыжниками маленький родник, из которого они напились и наполнили новую флягу. Девочка в который раз подивилась, от какой мелочи иногда зависит судьба: железнодорожная насыпь прошла всего в пяти метрах ниже заброшенного источника.
Из тени благоухающих ветвей Лучиано изучал облюбованную ингернийской армией часть бухты. Как и помнила Саиль, порт был не велик, но не грязен, скорее - еще не отмыт, как не очищенная от стружек заготовка (облагораживать территорию базы предстояло проштрафившимся солдатам). Момент, когда алхимическое преобразование безликих ангаров в сосредоточие необоримой силы завершится, был недалек, но корабли в бухте уже стояли - нужды флота не могли ждать до окончания строительства. Это давало путешественникам шанс.
- Те два корабля - слишком маленькие, им в океане делать нечего, - объяснял Лучиано. - Тот, что у ближнего пирса, похоже, вообще на ремонте. А вот тот дальний, смотри! У него на палубе грузовики под тентом!
Саиль покивала - что-то такое там действительно виднелось.
- На него пойдем!
Хорошо, конечно, но только - как? День в самом разгаре, порт полон людьми - солдатами, механикусами, моряками. Все они что-то переносят, разгружают и монтируют, несколько мастеров собрались кучкой и строят планы (а может, просто сплетничают между собой). У входа на причалы пристроились шлагбаум и полосатая будка, там, привалив тяжелые арбалеты к стене, позевывает охрана (до смены караулов оставалось полчаса). Поверх невзрачной полевой формы остро взблескивают защитные амулеты.
Как пройти через это столпотворение к выбранному кораблю, Саиль не представляла. Их обнаружат и остановят, прямо сейчас.
- А теперь - возьми меня за руку и не отпускай. И - НИЧЕГО НЕ ГОВОРИ!
Всем своим существом Саиль поняла - Лучиано начал ворожить. И реальность отозвалась, словно бы проснулась и потянулась.
Они вылезли из кустов и пошли к причалам по узенькой тропинке, проложенной патрулями. Свежий ветер с моря танцевал вокруг и пел:
"Все хорошо, все идет, как надо!"
"Все в порядке", - отзывались из-под пирса волны.
"Вы спокойны, вы счастливы".
"Радуйтесь!" - кричали птицы в небесах.
"А нас тут нет".
Расслабленные, умиротворенные люди продолжали заниматься своими делами, негромко переговариваясь и смеясь. На проходящих мимо детей они бросали, в лучшем случае, один беглый взгляд. Но перед сходнями выбранного Лучиано корабля на ящиках сидели трое страшных людей в черном, причем, так занимательно: каждый по отдельности и, в то же время, все вместе. Их песнь ветра волновала приблизительно как котов - церковная проповедь (счастье, в их представлении, имело слишком странную форму).
Но для этих стражей у юного мага был готов другой подход.
- Наш дядя - мастер Ругель, - объявил Лучиано назидательным тоном. - Он заставляет машины работать! Мы несем ему обед.
Саиль быстро закивала, стараясь сдержать панику. Страшные люди потеряли к детям интерес.
- Откуда ты узнал, что здесь работает мастер Ругель? - шепотом поинтересовалась она у Лучиано.
- Я и не слышал про такого никогда, - пожал плечами юный маг. - Главное, что и они не представляют, кто именно заставляет машины работать.
Через полчаса тройка нерадивых сторожей ушла на обед, ничего не сказав сменщикам о попавших на корабль детях.
Ах, с какой радостью экипаж "Стремительного" расставался со своими драгоценными пассажирами! То есть, капитан и раньше знал, что черные - наглые и вороватые существа, но не до такой же степени! Чтобы тырить печенье, жрать его под одеялом и при этом считать себя взрослыми людьми... Но спорить с дюжиной колдунов (к тому же, неплохо подготовленных физически) не решался даже боцман. В результате, недостачу продуктов на камбузе решили списать на крыс, а всякие ценные мелочи объявить смытыми за борт.
А уж как рады были свинтить с корабля боевые маги! Кровь черных будоражили мысли о добыче, запах новых земель и вкус свободы. Непонятные претензии вечно чем-то недовольного капитана просто не достигали их сознания. Куратор, полтора месяца любовавшийся на изнывающих от жадности колдунов, склонен был на все забить. И вот оно, побережье империи. Добрались!
Поделиться книгой: