Помоги проекту - поделись книгой:
Высадка шла весело, с огоньком. Кто в такой момент обращает внимание на излишне тяжелые ящики? Дальнейшее представлялось волшебно простым: нежитей - долой, имущество - в машины, недовольным - в лоб. Руководил нашествием коренастый, бритый под ноль колдун в чине капитана. А правильный вожак - что? Не только силен, но и предусмотрителен!
Поэтому первым делом на ящиках расстелили карту.
- Мы тут, - капитан ткнул пальцем в бумагу. - Вот здесь ребята Чечера нашли большое поместье, но внутрь их охрана не пустила. Фома на территории уже был, может, еще что-то... - боевой маг глубокомысленно прищурился. - В общем, мы войдем без проблем - живых там остаться не должно. Вот здесь городишко, наши с местными уже стакнулись - база будет. Всякое дешевое барахло им снесем.
- Если Чечер тут уже шарил...
- Чечер с севера шел, потом к мысу Крик возвращался. А нас с этого пляжа снимут! Мы дальше продвинемся. Босс говорил, логичнее идти к горам - там поселения крупнее. На юг - берег поднимается, бухт нет, народу, соответственно, тоже... Ладно, еще поспрошаем.
Под разгрузку прибыла очередная шлюпка и разговоры прекратились. У ящиков остался только один скучающий сторож, все внимание которого занимали прибрежные кусты. На скрип досок и шорохи за спиной он обратил внимание не сразу... А когда посмотрел, неучтенные пассажиры уже вовсю улепетывали прочь. Реакция на бегущую цель у черных стереотипна: боевой маг напрягся, высвобождая Источник, наполняя силой смертоносное плетение... но вовремя разглядел мишень и едва сам в себя файербол не засандалил.
- Слышь, Бакор, - поделился он своим потрясением с командиром. - У нас в ящике с портками двое белых вывелись!
- Не может быть!
Пресловутый ящик внимательно осмотрели.
- Так, - упер руки в боки капитан Бакор. - Да тут половины вещей не хватает! А ну, семафорь флотским - пусть у себя ищут.
К тому моменту, когда перепрятанные Лучиано вещи нашли, а о детях снова вспомнили, ловить кого-то на берегу было уже бесполезно.
Депешу от Зертака старшему координатору доставил армейский спецкурьер. Своей рукой, на гербовой бумаге генерал извещал Ларкеса, что двое искомых белых высадились-таки в И'Са-Орио-Те. Ждать от черного извинений было бессмысленно, но намеки на будущие услуги в письме звучали. Старший координатор постучал уголком плотной бумаги по краю стола и в который раз задумался, как Саталу удается справляться со своим многочисленным потомством. До сих пор Ларесу казалось, что ничего хуже двух черных близнецов не бывает.
"Вот сейчас увидимся, заодно и спрошу!"
Глава 25
Позже Саиль не раз удивлялась, как им удалось остаться в живых в те, первые дни на восточном побережье, потому что все ее скудные знания, все то, что она шепотом рассказывала Лучиано, сидя в кузове ингернийского грузовика, оказалось абсолютно бессмысленно - ступив на землю Са-Орио, они угодили в ад.
Ругань возмущенных колдунов еще не стихла вдали, когда на путешественников напали черноголовые. Печатных Лучиано отвадил запросто - хлопнул в ладоши и закричал "Хо!". Саиль даже испугаться не успела.
- Уф, здорово ты их!
Лучиано легкомысленно пожал плечами:
- Я просто использовал чью-то закладку - им всем полагается испытывать страх по команде. А что они от нас хотели?
Этого Саиль сказать не могла - все тонкости священного Уложения отец ей никогда не разъяснял (может, не успел, а может, не рассчитывал, что ей когда-нибудь придется путешествовать в одиночку). Поэтому постигать истину им пришлось на практике - буквально уткнувшись в разлагающийся труп. От самого зрелища ее избавил мужественный Лучиано, но запах на дороге стоял такой, что Саиль едва не упала в обморок.
- Что там? Что случилось?
- Убийство, - Лучиано был нехарактерно бледен, но держался молодцом. - Одет как те, кто к нам подбегали... Наверное, нужно сообщить об этом кому-то?
В тот момент они еще верили, что происшедшее - несчастный случай, но это был лишь первый обнаруженный ими труп. Мертвые черноголовые валялись везде - прямо на дороге, в канавах, кустах, по одному и смердящими кучами.
- Что происходит? - рыдала Саиль. - Давай вернемся!
- Что происходит, я не знаю, но нам пока ничего не грозит, - напряженно хмурился Лучиано. - Безумие какое-то! Ты действительно хочешь повернуть?
Бог испытывает ее! Саиль отчаянно помотала головой и пошла вперед, плотно зажмурившись.
Волшебное путешествие стремительно превращалось в нереальный кошмар. Береговой тракт вел их из долины в долину, через мелеющие речки, мимо тщательно подготовленных к сухому сезону полей и аккуратно опечатанных амбаров. Над плодородными нивами висел сладковатый запах смерти. Всюду, оставив привычные дела, шныряли черноголовые, тощие, грязные и какие-то больные. Они сбивались в стаи, нападали друг на друга и дрались насмерть. Один раз они с Лучиано застали жуткую сцену: взрослые окружили группу из десятка подростков, забили их мотыгами и деловито заровняли тела в землю.
- Останови их!!! - Саиль выкручивалась из цепко удерживающих ее рук.
- Как?!! Они не будут слушать слова! Саиль, они как рыбы, идущие на нерест, птицы, летящие на юг! Ими движет замысел, чтобы изменить его, моей магии недостаточно!
- Замысел? - ужаснулась Саиль.
Прозрение было подобно удару молнии. Замысел, печатные! Черноголовые вовсе не были безумны, они выполняли вложенный в них приказ, волю пастырей.
"Ох, папа..."
И он тоже делал подобное, не надо себе врать. Не странно теперь, что и близких людей он бросил с такой дивной легкостью! Кого она любила, кто на самом деле скрывался за знакомым лицом? Белым не свойственно врать, они, если и обманываются, то - искренне, но сказать Лучиано про отца-пастыря Саиль не могла - ужас от увиденного пережимал горло.
Возможность сбежать они упустили - корабль уплыл, колдуны уехали - им ничего не оставалось, как идти вперед, надеясь, что плодородный доль (напоенная ручьями с гор равнина) скоро кончится, и деревни черноголовых останутся позади. Саиль двигалась, словно в бреду, а Лучиано (без году волшебник) время от времени отчаянно пытался что-то наворожить. После последнего раза им в подарок принесли оторванную человеческую голову. Мальчика весь вечер рвало желчью, однако попыток он не оставлял.
Душевные переживания плохо сказываются на одаренных, не важно, маги они или нет. Еще немного и они растворились бы в окружающем хаосе, но как-то незаметно береговой хребет придвинулся к морю, возделанных земель стало меньше, и впереди забрезжила надежда.
Ближе к горам сбор урожая еще не завершился и самоубийственное поветрие среди печатных только-только вызревало, но первые жертвы уже были принесены: в ложбинке у ручья топорщились знакомые коричневые холмики - снимать друг с друга одежду черноголовые не пытались. Трупы лежали кучно, может, несчастные прятались здесь, или магия просто не позволила им уйти дальше... Саиль отвернулась, старательно глядя себе под ноги, а вот Лучиано неожиданно сбросил мешок и ринулся вниз.
- Не трогай, не трогай это!!!
- Здесь есть кто-то живой!
- Оставь их!
Но Лучиано не слушал. Отбросив брезгливость, он руками ворочал изувеченные тела, пытаясь отыскать нечто, различимое только для волшебника.
Саиль не могла смотреть. "Это не люди" - уткнувшись лицом в колени твердила она себе. - "Не люди - не люди - не люди! Они только внешне похожи, а внутри - другие. Это рыбы, птицы. Какое мне дело до дохлых рыб?"
- Есть! - прихватив что-то маленькое, Лучиано карабкался обратно. Саиль замерла, готовясь встретить новый кошмар.
Младенец! Крошечный, едва ли нескольких дней от роду, завернутый в коричневую тряпку - кусок рубахи, задубевший от спекшейся крови. Крови матери, своим телом закрывшей дитя от убийц.
Малютка проснулся и захныкал. Затянувшая разум муть разлетелась вдребезги, собственные беды мигом вылетели у Саиль из головы.
- Ой! Он хочет есть!!! - всполошилась девочка. - Что же нам делать?!!
- Позаботиться о нем, конечно.
- Но у нас же нет молока!
- Придумаем что-нибудь.
Думать Лучиано устроился тут же, посреди дороги, сев в пыль и обхватив руками вещевой мешок. Саиль отошла к обочине, на траву, выбросила грязную тряпку, обмыла младенца из фляги и завернула вместо пленки в одну из своих рубашек (спасибо, тетя, ты так многому меня научила!). Она верила в своего провидца. Впервые за неделю кошмара у них появилась возможность что-то изменить, и они не упустят ее, ни за что!
Где-то через четверть часа Лучиано встал и решительно закинул мешок за плечи.
- Придется идти в деревню, - постановил он.
К делу подготовились серьезно: вещи спрятали у дороги (на случай, если придется быстро бежать), в ближайшей роще Лучиано отыскал длинную суковатую палку. Магию он призвал заранее, и пошел вперед, молчаливый и сосредоточенный, читающий одному ему видимые следы.
Встречать их высыпала целая толпа с вилами и граблями в руках (господь всемогущий, грабли-то им зачем?!!), но юный маг встретил ее без трепета. Он продемонстрировал черноголовым палку, то ли - угрожая, то ли - призывая ко вниманию, а потом пошел по кругу, совершая руками сложные, несимметричные движения.
- Скажи им, что нам надо, - бросил он Саиль.
- Молока!
- Еще раз, медленнее.
- Мо-ло-ка-а! - раз за разом повторяла Саиль, юный маг выполнял странный, ни на что не похожий танец, а печатные стояли, обратив на них бессмысленные лица-маски.
Потом произошло немыслимое: с лица черноголового, стоявшего к Саиль ближе всего, сползла вечная улыбка. Теперь перед девочкой стоял человек средних лет, с умными, внимательными глазами. То, к какой народности принадлежал младенец, от него не укрылось.
Староста (это наверняка был он) повернулся к соплеменникам и разразился быстрой речью на той странной мешанине слов, слогов и жестов, от которой пастыри безуспешно отучают черноголовых уже не одно поколение ("Не могут говорить как нормальные люди!" - возмущался Тай'Амиши). Молока им все-таки не дали. Вместо этого староста вручил юному магу дойную ослицу - очаровательную скотинку с белой мордой и выразительными ресницами. Саиль не ожидала, что черноголовые знают такие тонкости, возможно, им тоже приходилось выкармливать младенцев чужим молоком. Правда, позже выяснилось, что ослица обладает скверным нравом и омерзительно громким голосом, норовит сжевать что-нибудь не то и больно кусается. Но это были проблемы решаемые.
Уходя из деревни, Саиль несколько раз оглядывалась. Староста стоял, глядя им вслед, привычная улыбка медленно возвращалась на его лицо, и от этого, почему-то, на душе становилось особенно горько.
Двое белых уходили из доля Фатхо, унося с собой единственного уцелевшего среди черноголовых ребенка.
Мудрый Хо (тридцать пять лет от роду - глубокий старик), задумчиво почесал кучерявый затылок. Изводившее его последние дни желание очищать землю от лишних ртов куда-то ушло. Вот и славно! Значит, в поход на соседнюю долину они не пойдут. И запасы зерна в опустевшей общинной кладовой он пополнит, да хоть бы из ближайшего амбара. И, если что - пастырь так велел! Пойди, найди того пастыря...
Глава 26
Путь через отроги Понтиакских гор был спокойным, вольным и... голодным. Зелень в местах, где ночных гостей никто не беспокоил, росла мелкими и каким-то испуганными клочками, обреченно дожидающимися неизбежного конца, про что-то плодовое и съедобное просто речи не шло. Вылизанные дождями и ветром скалы напоминали ячеистый панцирь диковинной многоножки. Обожженные увиденным чувства медленно оживали, а вот запасы крупы, наоборот, быстро заканчивались. О том, что в доль Фатхо следовало бы раздобыть продуктов, не задумался даже Лучиано, чему Саиль была только рада - пища, побывавшая в руках черноголовых, казалась ей отравленной. Но комплексы комплексами, а есть хотелось сильно.
Выручало молоко, не допитое малышом Пере и дары моря, за которыми с каждым днем приходилось лезть все дальше. Сначала спуск к берегу занимал минут пятнадцать, потом - полчаса, в какой-то момент они на два дня задержались возле удобной тропинки, восстанавливая силы и готовясь к следующему рывку. Довольной жизнью выглядела только ослица - Саиль явно не казалась ей серьезным грузом, а пастись всеядная скотина могла на любых колючках.
Мерзопакостный характер таланта Лучиано снова дал о себе знать.
- Куда-то не туда мы идем, - беспокоился провидец.
- А куда надо? - изумилась Саиль (кроме берегового тракта, дорог на побережье не было).
- Хороший вопрос... - Лучиано долго шуршал картами, сопел, хмыкал, а потом обхватил руками гудящие виски. - Да что ж такое, в самом деле!
- Объясни мне, - предложила Саиль.
- Нам нужно в Миронге, это туда, - Лучиано махнул рукой вдоль тракта. - Но каждый шаг приближает нас к западне! Я даже знаю, что нам грозит - вокруг большого города обязательно собираются... нехорошие люди. Особенно - в такое время. И, в то же время, нам туда нужно!
Саиль покачала головой - все это было для нее слишком сложно.
- Хочешь сказать, что нам нужно в город, но притом нельзя идти в город?
- Да, как-то так... - Лучиано глубоко задумался. - Идти... А если - плыть? Может, удастся пробраться в Миронге морем?
К предложению поискать деревню рыбаков Саиль отнеслась скептически - за пределами плодородных долей восточное побережье империи было относительно безлюдным. Владельцы кораблей предпочитали крупные гавани, вроде того же Миронге, а прочим не хватало средств, чтобы заплатить изгоняющим за защиту. Но Лучиано этот довод отметал:
- Море - само по себе защита, только пользуйся. Главное - за окрестностями следить.
Как можно уследить за окрестностями, представляющими собой нагромождение скал и осыпей, Саиль не представляла, и остальные са-ориотцы, очевидно, тоже. В общем, поселений на берегу им не попадалось. Тем временем, к голоду добавился полузабытый страх - нежити. Очередная площадка для караванов оказалась непригодна для ночевки.
- Видишь тот серый налет? - куда надо смотреть, бдительный Лучиано показывал концом палки. - Нам такое в школе показывали! Ночью здесь был фома. Закрепиться в реальности ему не удалось, но отвращающие амулеты, определенно, не сработали.
- Что же делать? - похолодела Саиль.
- Бежим к морю!
Они ломанулись вниз, скользя по почти вертикальному склону, цепляясь за редкие кусты и сбивая лавины камней. На берег уже легла тень, короткий южный вечер стремительно переходил в ночь.
Лучиано методично поливал морской водой пятачок четырех метров в диаметре.
- Ты уверен, что это поможет? - устало спросила Саиль (волноваться хотя бы еще чуточку больше она не могла).
- А как же! Нежити не проявляются в живом теле, в воздухе и в крутом рассоле, а если они не попадут окончательно в наш мир, то и напасть на нас не смогут.
- Так просто?
- Да! Я ведь говорил, море - само по себе защита. Вдали от побережья без отвращающего амулета не выжить. Верь мне! Я ведь родился в Краухарде.
Это место, которое Лучиано не однократно поминал, представлялось Саиль некой мрачной цитаделью, стоящей на границе всего. Любой, выросший там, становился кем-то легендарным. Знать так много о повадках ночных гостей, не являясь изгоняющим! Должно быть, краухардцы настолько суровы, что колдуны им просто не нужны.
Лучиано закончил, и Саиль немедленно перенесла свои пожитки на еще влажный песок. Ослицу втащили на просоленную землю и привязали к камню покрупней (строптивая скотина вела себя на удивление прилично). Саиль забралась в позаимствованный у армейских магов спальный мешок и твердо сказала себе, что разницы нету: что развалины постоялого двора, что соленый круг на пляже - безопасность иллюзорна. Либо - повезет, либо - нет.
Утром они были все еще живы.
А вот вернуться на тракт тем же путем не представлялось возможным (от мысли, что вчера они спускались по такой крутизне, Саиль становилось дурно). Скалы уходили прямо в небо!
Поделиться книгой: