На тебя, моя душа, век глядел бы не дыша… (сборник)

Суета сует

Все куда-то я бегуБестолково и бессрочно,У кого-то я в долгу,У кого – не помню точно.Все труднее я дышу –Но дышу, не умираю.Все к кому-то я спешу,А к кому – и сам не знаю.Ничего, что я один,Ничего, что я напился,Где-то я необходим,Только адрес позабылся.Ничего, что я сопяМчусь по замкнутому кругу –Я придумал для себя,Что спешу к больному другу.Опрокинуться в стогу,Увидать Кассиопею –Вероятно, не смогу,Вероятно, не успею…1982

«В пятнадцать лет, продутый на ветру…»

В пятнадцать лет, продутый на ветруГазетных и товарищеских мнений,Я думал: окажись, что я не гений, –Я в тот же миг от ужаса умру!..Садясь за стол, я чувствовал в себеСвятую безоглядную отвагу,И я марал чернилами бумагу,Как будто побеждал ее в борьбе!Когда судьба пробила тридцать семьИ брезжило бесславных тридцать восемь,Мне чудилось – трагическая осеньМне на чело накладывает сень.Но точно вызов в суд или в собес,К стеклу прижался желтый лист осеннийИ я прочел на бланке: ты не гений! –Коротенькую весточку с небес.Я выглянул в окошко – ну нельзя ж,Чтоб в этот час, чтоб в этот миг уходаНисколько не испортилась погода,Ничуть не перестроился пейзаж!Все было прежним. Лужа на крыльце.Привычный контур мусорного бака.И у забора писала собакаС застенчивой улыбкой на лице.Все так же тупо пятился в окноЗнакомый голубь, важный и жеманный……И жизнь не перестала быть желаннойОт страшного прозренья моего!..1984

«Не о том разговор, к ак ты жил до сих пор…»

Не о том разговор, как ты жил до сих пор,Как ты был на решения скор,Как ты лазал на спор через дачный заборИ препятствий не видел в упор…Да, ты весело жил, да, ты счастливо рос,Сладко елось тебе и спалось,Только жизнь чередует жару и мороз,Только жизнь состоит из полос…И однажды затихнут друзей голоса,Сгинут компасы и полюса,И свинцово проляжет у ног полоса,Испытаний твоих полоса…Для того-то она и нужна, старина,Для того-то она и дана,Чтоб ты знал, какова тебе в жизни ценаС этих пор и на все времена.Ты ее одолей. Не тайком, не тишком,Не в объезд – напрямик и пешком,И не просто пешком, то бишь вялым шажком,А ползком, да еще с вещмешком!..И однажды сквозь тучи блеснут небеса,И в лицо тебе брызнет роса–Это значит, что пройдена та полоса,Ненавистная та полоса…А теперь отдыхай и валяйся в траве,В безмятежное небо смотри…Только этих полос у судьбы в рукаве –Не одна, и не две, и не три…1984

Пенсионеры

Сидят на дачах старенькие ВОХРыИ щурятся на солнце сквозь очки.Послушаешь про них – так прямо волки,А поглядишь – так ангелы почти.Их добрые глаза – как два болотца –Застенчиво мерцают из глазниц,В них нет желанья с кем-нибудь бороться,В них нет мечты кого-нибудь казнить.Они не мстят, не злятся, не стращают,Не обещают взять нас в оборот–Они великодушно нам прощаютВсе камни в их увядший огород.Да, был грешок… Такое было время…И Сталин виноват, чего уж там!..Да, многих жаль… И жаль того еврея,Который оказался Мандельштам…Послушать их – и сам начнешь стыдитьсяЗа слов своих и мыслей прежний сор:Нельзя во всех грехах винить статиста,Коль был еще и главный режиссер.…Но вдруг в глазу, сощуренном нестрого,Слезящемся прозрачной милотой,Сверкнет зрачок, опасный, как острога.Осмысленный. Жестокий. Молодой.И в воздухе пахнет козлом и серой,И загустеет магмою озон,И радуга над речкой станет серой,Как серые шлагбаумы у зон.Собьются в кучу женщины и дети.Завоют псы. Осыплются сады.И жизнь на миг замрет на белом светеОт острого предчувствия беды.По всей Руси – от Лены и до Волги –Прокатятся подземные толчки……Сидят на дачах старенькие ВОХРыИ щурятся на солнце сквозь очки…1987

Анонимщикам

Пошла охота, знать, и на меня –Все чаще анонимки получаю…Я всем вам, братцы, оптом отвечаю,Хотя и знаю ваши имена.Какой опоены вы беленой,Какой нуждой и страстью вы гонимы,Сидящие в засаде анонимы,Стократно рассекреченные мной?..С какой «великой» целью вы в ладу,Когда часами спорите в запале,Попали вы в меня иль не попали,И если да – когда ж я упаду?..Но если даже я и упадуИ расколюсь на ржавые запчасти –То чье я обеспечу этим счастьеИ чью я унесу с собой беду?..Вот снова пуля срезала листвуИ пискнула над ухом, точно зуммер.А я живу. Хвораю, но не умер.Чуть реже улыбаюсь, но живу.Но – чтобы вы утешились вполнеИ от трудов чуток передохнули –Спешу вам доложить, что ваши пули –От первой до вчерашней – все во мне.Не то чтоб вы вложили мало сил,Не то чтоб в ваших пулях мало яда –Нет, в этом смысле все идет как надо,Но есть помеха – мать, жена и сын.Разбуженные вашею пальбой,Они стоят бессонно за плечами, –Три ангела, три страха, три печали,Готовые закрыть меня собой.Я по врагам из пушек не луплю,Не проявляюсь даже в укоризне,Поскольку берегу остаток жизниДля них троих – для тех, кого люблю.И ненависти к вам я не таю –Хоть вы о ней изрядно порадели! –Вы не злодеи, вы – жрецы идеи,Нисколько не похожей на мою.А кто из нас был кролик, кто – питон,Кто жил попыткой веры, кто – тщетою –Все выяснится там, за той чертою,Где все мы, братцы, встретимся потом…1987

Михайловское

Поэты браконьерствуют в Михайловском,Капканы расставляют и силки,Чтоб изловить нехитрой той механикойВитающие в воздухе стихи.Но где ж они, бациллы вдохновенья,Неужто не осталось ничего?Пошарьте-ка в чернильнице у генияДа загляните в шлепанцы его!..Ищите же, спешите же, усердствуйте,Дышите глубже, жители столиц,Затем, чтоб каплю пушкинской эссенцииВ своих разбойных легких растворить!А впрочем, разглядим их в новом качестве,Оставив обличительный трезвон:Ей-богу, в их как будто бы чудачествеЕсть свой – весьма трагический – резон!Всю жизнь они потели от усердия,Хватая друг у друга черпаки,А вот теперь им хочется бессмертия,Щепотку ирреальной чепухи!..Назначенные временно великими,Они в душе измученной таятТоску по сверхтаинственной религии,Религии по имени талант.И хоть они публично почитаемыЗа их, как говорится, трудодни, –Они никем на свете не читаемы,За исключеньем собственной родни.И хоть у них, певцов родной истории,Сияет финский кафель в нужниках, –Им сроду не собрать аудиторииВ родном дворе, не то что в Лужниках.И хоть начальство выдало по смете имОт общих благ изрядную щепоть,–Им вскоре стало ясно, что бессмертиемЗаведует не Суслов, а Господь!..Кто в этом виноват – судьба ли грешница,Начальство ли иль собственный нефарт, –Но им теперь во сне такое грезится–В былое время хлопнул бы инфаркт:Что все они в джинсовом ходят рубище,И каждый весел, тощ и бородат,Что их стихи – отважные до грубости –Печатает один лишь самиздат,Что нет у них призов и благодарностей,Тем более – чинов и орденов,И что они – не мафия бездарностей,А каждый – одарен и одинок!Поэты браконьерствуют в Михайловском–И да простит лесничий им грехи!..А в небесах неслышно усмехаютсяЛетучие и быстрые стихи!..Они свистят над сонными опушками,Далекие от суетной муры,Когда-то окольцованные Пушкиным,Не пойманные нами с той поры!..1988

Кюхельбекер

Ему какой уж месяц нет письма,А он меж тем не ленится и пишет.Что сообщить?.. Здоровьем он не пышет,И это огорчительно весьма.Он занемог и кашлял целый год,Хвала его тобольской дульцинее:Он мог бы захворать еще сильнее,Когда б не своевременный уход.Но что он о себе да о себе,Унылый пимен собственных болезней!Куда важней спросить – да и полезней!–Что слышно у собратьев по судьбе?Как друг наш N.? Прощен ли за стихи?..Он числился у нас в дантонах с детства!..(N. поступил на службу в министерство,Публично осудив свои грехи.)Как буйный R.? Все так же рвется в бой?..О, этого не сломит наказанье!(R. служит губернатором в Казани,Вполне довольный жизнью и собой.)А как там К.? Все ходит под мечом?..Мне помнится, он был на поселенье!..(К. взят на службу в Третье отделеньеПростым филером, то бишь стукачом.)Как вам не позавидовать, друзья,Вы пестуете новую идею.Тиран приговорен. Ужо злодею!Зачеркнуто. Про то писать нельзя.Однако же ему не по себе.В нем тоже, братцы, кровь, а не водица.Он тоже мог бы чем-то пригодиться,Коль скоро речь заходит о борьбе!Таких, как он, в России не мильен,И что же в том, что он немного болен?В капризах тела – точно, он не волен,Но дух его по-прежнему силен.Он пишет им, не чуя между тем,Что век устал болтать на эту тему.Нет добровольцев бить башкой о стену,Чтоб лишний раз проверить крепость стен.Все счастливы, что кончилась гроза!..…А он, забытый всеми, ждет ответа,Тараща в ночь отвыкшие от светаБезумные навыкате глаза…1988

Воспоминание о Пушкине

Песня няньки

Видишь, в небе над трубойСветит месяц голубой?..Экой ты неугомонный,Наказанье мне с тобой!..Я колоду разложу,Посужу да поряжу,Ты поспи, а я покаместНа тебя поворожу…Увезут тебя, птенца,От родимого крыльца!..Слышу оханье кибитки,Слышу всхлипы бубенца…Будут злоба и хулаОмрачать твои дела!..Слышу палки и каменья,Слышу хрупанье стекла…Сорока неполных летТы покинешь белый свет!..Слышу скрип чужих полозьев,Слышу подлый пистолет…Ну и страх от бабьих врак:Где ни кинь – повсюду мрак!..Может, врет дурная карта,Может, будет все не так…Видишь, в небе над трубойДремлет месяц голубой?..Ну-ко спи, а то маманяЗаругает нас с тобой!..

Пущин едет к Пушкину

Как от бешеной погони,Как от лютого врага–Мчатся взмыленные кониПрямо к черту на рога!..Мчатся кони что есть силыВдоль селений и столиц –Нет шлагбаума в России,Чтобы их остановить!..Скоро ветер станет тише,И спадет ночная мгла,И вдали забрезжат крышиДолгожданного села…Выйдет Пушкин, тощ и молод,На скрипучее крыльцо,Опрокинет в синий холодСумасшедшее лицо…Что за гость – почует сердцем,И затеет звонкий гам,И рванет к нему, как сеттер,По нетронутым снегам!..И в глуши далекой ссылкиБеспечально и легкоВдруг засветятся бутылкиПетербургского клико!..Но покамест цель далече,Холод лют и ветер крут,И приблизить время встречиМожет только резвый кнут…Мчатся кони в чистом поле,Мрак и вьюга – все не в счет!..Эй, ямщик, заснул ты, что ли, –Пошевеливайся, черт!..

Разговор на балу

– Неужто этот ловеласТак сильно действует на вас,Святая простота?– О да, мой друг, о да!..Но он же циник и позер,Он навлечет на вас позорИ сгинет без следа!..– О да, мой друг, о да!..– И, зная это, вы б смоглиПойти за ним на край земли,Неведомо куда?..– О да, мой друг, о да!..– Но я же молод и умен,Имею чистыми мильенИ нравом хоть куда!..– О да, мой друг, о да!..– И все же мне в который разПридется выслушать отказ,Сгорая от стыда?..– О да, мой друг, о да!..– Ну что ж, посмотрим, кто есть кто,Годков примерно через сто, –Кто прах, а кто звезда!..– О да, мой друг, о да!..– Боюсь, что дурочки – и теВ своей душевной простотеНе смогут вас понять!..– Как знать, мой друг, как знать!..

Подметное письмо

Ах, видать, недобрыми ветрамиК нашему порогу принеслоЭто семя, полное отравы,Это распроклятое письмо!..До чего ж молва у нас коварна,Очернит любого за пятак!..Ангел мой, Наталья Николавна,Ну скажи, что все это не так!..Ах, видать, недобрыми ветрамиК нашему порогу принеслоЭто семя, полное отравы,Это богомерзкое письмо!..Кто-то позлословил – ну и ладно,Мнение толпы для нас пустяк!..Ангел мой, Наталья Николавна,Ну скажи, что все это не так!..Ах, видать, недобрыми ветрамиК нашему порогу принеслоЭто семя, полное отравы,Это окаянное письмо!..Голова гудит как наковальня,Не дает забыться и уснуть!..Ангел мой, Наталья Николавна,Не молчи, скажи хоть что-нибудь!

Дуэль

Итак, оглашеныУсловия дуэли,И приговор судьбыВершится без помех…А Пушкин – точно онЗабыл о страшном деле –Рассеянно молчитИ щурится на снег…Куда ж они глядят,Те жалкие разини,Кому – по их словам –Он был дороже всех, –Пока он тут стоит,Один во всей России,Рассеянно молчитИ щурится на снег…Мучительнее нетНа свете наказанья,Чем видеть эту смертьКак боль свою и грех…Он и теперь стоитУ нас перед глазами,Рассеянно молчитИ щурится на снег…Пока еще он жив,Пока еще он дышит –Окликните его,Пусть даже через век!..Но будто за стеклом –Он окликов не слышит,Рассеянно молчитИ щурится на снег…

Дантес

Он был красив как сто чертей,Имел любовниц всех мастей,Любил животных и детейИ был со всеми мил…Да полно, так ли уж праваБыла жестокая молва,Швырнув во след ему слова:«Он Пушкина убил!»Он навсегда покинул свет,И табаком засыпал след,И даже плащ сменил на плед,Чтоб мир о нем забыл…Но где б он ни был – тут и тамПри нем стихал ребячий гамИ дети спрашивали: «Мам,Он Пушкина убил?»Как говорится, все течет,Любая память есть почет,И потому – на кой нам чертГадать, каким он был?..Да нам плевать, каким он был,Какую музыку любил,Какого сорта кофий пил, –Он Пушкина убил!1977

Баллада о труде, или Памяти графомана

Скончался скромный человекБез имени и отчества,Клиент прилежнейший аптекИ рыцарь стихотворчества.Он от своих булыжных строкЖелал добиться легкости.Была бы смерть задаче впрок –И он бы тут же лег костьми.Хоть для камней имел СизифЗдоровье не железное.Он все ж мечтал сложить из них.Большое и полезное.Он шел на бой, он шел на риск,Он – с животом надорванным –Не предъявлял народу иск,Что не отмечен орденом.Он свято веровал в доброИ вряд ли бредил славою,Когда пудовое пероВодил рукою слабою.Он все редакции в МосквеСтихами отоваривал,Он приносил стихи в мешкеИ с грохотом вываливал.Валялись рифмы по столам,Но с примесью гарнирною –С гранитной пылью пополамИ с крошкою гранитною.В тот день, когда его мослыОтправили на кладбище,Все редколлегии МосквыХодили, лбы разгладивши.Но труд – хоть был он и не впрок!Видать, нуждался в отзвуке –И пять его легчайших строкВитать остались в воздухе…Поэт был нищ и безымянИ жил, как пес на паперти,Но пять пылинок, пять семянОставил в нашей памяти.Пусть вентилятор месит пыль,Пусть трет ее о лопасти –Была мечта, а стала быль:Поэт добился легкости!Истерты в прах сто тысяч тоннОтменного булыжника.Но век услышал слабый стонБесславного подвижника.Почил великий аноним,Трудившийся до одури……Снимите шляпы перед ним,Талантливые лодыри!..1988

Из Аннаберды Агабаева

Мечети Каира

Я стер ботинки чуть ли не до дыр,Знакомясь с заповедниками мира.Есть города почтеннее Каира,Но мне хотелось именно в Каир.Ревниво сознавая мой престиж,Друзья меня заранее корили:«Мечети – вот что главное в Каире!Забудешь… не успеешь… проглядишь…»Не думая о сроках и делах,Я размышлял о том, как на рассветеУвижу знаменитые мечетиВ надвинутых на брови куполах.Судьба меня и впрямь не подвела.Я чувствовал себя в ночном Каире,Как вор в давно изученной квартире,Я знал, где город прячет купола.Вчерашняя ребяческая блажьСегодня обернулась делом чести.И вот передо мной взошли мечети,Неясные, как утренний мираж.Они стояли в несколько рядов –Точь-в-точь отряд дозора на развилке.А как, должно быть, взмокли их затылкиПод шлемами тяжелых куполов!..Окрестный воздух горек был и сух,В нем пыль былых веков еще витала,И возгласы умершего металлаНет-нет да вдруг покалывали слух.Я отдал дань минувшим временам.Потрогал пыль. Взгрустнул о средней школе…Но мой унылый взгляд помимо волиУже давно косил по сторонам.Меж тем над переулком плыл рассвет,И я, дыханьем города овеян,Внимал возне разбуженных кофеенИ слушал аппетитный хруст газет.Каир – как антикварный магазин,Он удивлял меня ежеминутно.Здесь было все. Чадра и мини-юбка.Стекло и глина. Мускус и бензин.Здесь двигались верблюды и автоВ одной и той же уличной орбите.Здесь бронзовые серьги НефертитиСоперничали с клипсами Бардо.Здесь дервиши в засаленном белье,Желая разгадать «гримасы жизни»,Опасливо натягивали джинсыВ примерочных кабинах ателье.Здесь вечером и утром – до зари –Озябший тенор сонного имамаТревожил мир из звездного тумана,Как позывные спутника Земли.И дальними огнями осиян,Взрывая тьму, разгневан и напорист,Как джиннами набитый скорый поезд,Здесь грохотал незримый Асуан.Каир! О, передать ли мой восторгОт этого потока – нет, потопа! –Где сыпала жаргонами ЕвропаИ грамотно витийствовал Восток!..Зажав «путеводитель» в рукаве,Я плыл, влекомый уличной волною,Покамест не возник передо мноюПрохладный грот случайного кафе.Гостеприимный тот полуподвалРасполагал клиентами в излишке,Но сладкую минуту передышкиОн мне великодушно даровал.Я вспомнил благодатнейшую тишьИзмученных авралами редакций,Глаза друзей и их упрек ребячий:«Забудешь… не успеешь, проглядишь!..»Друзья мои, скажите, как мне быть?Я перед вами до сих пор в ответе.Я повидал все лучшие мечетиИ все-таки посмел о них забыть.У древних был вполне пристойный мир,Но лучше мы оставим их в покое.Я покажу вам кое-что другое,Я вам открою нынешний Каир.Дай срок – я перед вами разложуС полдюжины своих карманных книжек,Пером же незакованный излишекЯ – так и быть! – вам устно доскажуИ если слов моих порвется нить,Натянутая в спешке до отказа,То я себе – для связности рассказа –Позволю кое-что присочинить.Ну можно ль быть педантом до конца,Описывая прелести Каира!О, этот город с обликом факира,Душой поэта, хваткой кузнеца!Забывшись, вдохновенный ротозей,Я сам поддался смачному рассказу,И потому, наверное, не сразуЗамечу маету в глазах друзей.И кто-то из писательской родни –Поэты непосредственны, как дети! –Вдруг спросит: «Ну, а были ли мечети?»…Ах да, мечети!.. Были и они.1968

Песня крестьянина

Базарная площадь от пыли бела.Дорожная сумка. Кувшин. Пиала.Хихикает кто-то.Какая заботаТебя, оборванца, сюда привела?В заветном кувшине я прячу ответ:Крестьянский шербет – избавленье от бед.У нас без шербета –И лето не лето.Вы знаете это. Купите шербет.Следы моих ног пропадают вдали.Мой посох не стерт и одежда в пыли.Попробуйте, право.Шербет – не отрава,В нем – чистые соки родимой земли.Завистник, не сетуй, что жизнь не мила.Гляди, как сияет моя пиала!Долгов не убудет.Ума не прибудет,Но хуже не будет – была не была!И ты, неудачник, не стой в стороне:Упавший с коня – у толпы не в цене.Глоток этой влаги,Немного отваги –И недруг в овраге, а ты – на коне!..Доносчик, не кутай лицо в воротник.Напиток мой честен, как горный родник.Награды не надо,Одна мне отрада –Очистить от яда твой подлый язык.И ты не побрезгуй шербетом, поэт.Его приготовил мой знающий дед.Пройди хоть полсвета –Не сыщешь ответа,Что может быть слаще, чем этот шербет.…Лукавый поэт не спешит подойти,Стоит и бородку сминает в горсти:Шербет, мол, для пуза –Большая обуза,А путь мой неблизок, так ты уж прости…Но как виноградинка ярок и желтНасмешливый глаз его – чуточку лжет.Признайся, бездельник:Ты просто без денег,Так выпей задаром, а долг подождет.И дай-то аллах, чтоб твое ремеслоХоть к старости денег тебе принесло.Пусть счастье не в этом –Но жаль, что поэтамВ таком пустяке никогда не везло.Ты снова уходишь бродяжить, поэт?..Я тоже пошел бы, да времени нет.Я нынешним летомТоргую шербетом.Счастливо, приятель!Купите шербет!1968

Казнь Насими

(из поэмы)

С приходом рассветаТревожно и глухоГремит барабан,И утренний городВ сиреневой дымкеУгрюмо торжествен…Греми, барабан!Собирай стариков,Малолетних и женщин!Греми, барабан!Поднимай из постелейСвоих горожан!И вот я всхожуНа высокий и звонкийДубовый помост,Пропахший насквозьЗолотистой смолойИ древесною стружкой.И внутренний голосНевнятно и хриплоМне шепчет: «Послушай!Довольно упрямства!..Покуда не поздно!..Потом не помочь!..»Палач улыбается.Ровные зубы.Лицо без морщин.Ребячий пушокПокрывает егоМускулистые икры…Он счастлив, как мальчик,Который допущенВо взрослые игры,Не зная их смысла,Не зная последствий,Не зная причин.Толпа негодует.Толпа в нетерпеньи.Толпа голодна –Неужто шайтанНе проронит слезыПеред близкой расплатой?Испуганным зайцемВзметнулся и замерВ толпе соглядатай,И в море головПоявилась и скрыласьЕго голова…Отречься от солнца,От книг и друзейИ от давешних слов –И завтра с рассветомКого-то другогоКазнят на помосте…Опомнись, покудаВгоняют в ладониГорячие гвоздиИ струйкой минутИстекает воронкаПесочных часов!..И вспомнится дом,И колодезный скрип,И пальба петухов,И – как виноградинкаВ желтой пыли–Смуглозадый детеныш…В ту давнюю поруЯ был беспечален,Лукав и дотошен,И – самое главное! –Чист от долговИ далек от стихов…Малыш! Ты покаместНе знаешь своихОбязательств и прав,И взрослая жизньНе вмещается в рамкиРебячьих законов:Ты встретишь врагов,Что сильней и страшнейМногоглавых драконов,С которыми тыБез труда расправлялсяНа сказочной Каф……И вспомнится юность,Такая вчерашняя…О, неужельМне больше не плакатьОт той безотчетнойИ ласковой грусти,Как в полночь, когдаПредо мною взошлиИзумленные груди –Светло и бесшумно,Как в звездных озерахВсплывает форель!..Любимая спит,Утомленная праздникомНашей любви…Светлеет восток…Голосят петухи…Оживают селенья…И я, опасаясьЧуть слышным касаньемСпугнуть сновиденья,Целую святые,Прохладные, чистыеГубы твои!..Тебе ль огорчаться?Ты прожил счастливуюЖизнь, Насими,–Ты знал и любовь,И ночные костры,И прекрасные строки!…Как в солнечном яблокеБродят густыеОсенние соки–Так бродят во мнеСокровенные болиРодимой земли!Держись, Насими,Ни слезинки, ни крика,Ни вздоха, – держись!Пусть память – как книгаШуршит на ветруЗа страницей страница…Палач не позволит –Одна за другой –Им опять повториться,И надо успетьПролистать до концаЭту славную жизнь…Пусть жизнь НасимиПродолжается в этихЗвенящих стихах!..Еще не однаждыНа этой планетеС приходом рассветаСверкать топорам,Воздвигаться помостамИ толпам стихатьПри виде последнегоВсхлипа артерийНа шее Поэта!..Поэты уходятОт теплых домов,От детей, от семьи…Поэты уходят,Послушные вечномуЗову дороги…Но смерть им всегдаОдинаково раноПодводит итоги:Три полных десятка,Четвертый – врагиОборвут на семи…В поэтоубийствеРешает суроваяТочность часов –Из тысячи пульПовезет хоть одной,Но узнать бы – которой?.О, череп Поэта,Он весь – в чертежахПулевых траекторий,Подобно постройке,Опутанной сетьюРабочих лесов…Где может быть спрятан,В каком изощренномИ каверзном лбуТупой механизмДо сих пор непонятногоЛюдям секрета,Согласно которому,Если убийцаСтреляет в толпу, –То пуля из тысячиВсе-таки выберетЧереп Поэта!..Поэты, на васВозлагает надеждуСтарик Насими!Никто из живущихНе вправе за долгую жизньПоручиться…Кто знает, какаяБеда на планетеМогла бы случиться,Когда бы не головы нашиНа откуп,Родные мои…1968

«Чем может быть утешен человек…»

Памяти Сережи

Чем может быть утешен человек,Которого несут к могильной яме?..Не знает он, не видит из-под век,Что окружен любимыми друзьями.Когда в конце концов умру и я,Хочу, чтобы не медля ни секундыКо мне слетелись все мои друзья –Со службы, из больницы, из Пицунды.И чтоб случайный магниевый блицВернул меня на миг из мрака к жизниИ высветил с десяток милых лиц,Которых я б хотел собрать на тризне.Пусть радость и не шибко велика,Но, уходя в последнюю дорогу,Я все же буду знать наверняка,Что я не пережил их, слава Богу…1983

«Всему пора. Уже тридцатый раз…»

Всему пора. Уже тридцатый разМы празднуем лицея день заветный…Прошли года чредою незаметнойИ как они переменили нас!..Задержишься у зеркала: порадуй,Напомни юных дней мои черты!..…Ну-ну, браток!.. Спокойнее!.. Не падай!..Неужто это я?! К несчастью, ты…Ровесница моя, постой-ка рядом,Словами лести душу успокой!Неужто тот старик с потухшим взглядом……Да, это ты. Сегодня ты такой.…Прочь от зеркал!.. Карету мне скорее!..Не хнычь, браток!.. Подумаешь, беда!..Ведь и до нас – все жили, и старели,И даже умирали иногда!..И мы – как все. Грех жаловаться нам!..Хоть из детей мы стали пожилыми,Но мы покамест числимся живыми,Что доблестно по нашим временам!..Ведь худо-бедно – Господи, прости! –Мы жили, мы дружили, мы любили…А Лермонтов, мальчишка, тлел в могиле,Не одолев и этих тридцати!Давайте ж кружки водкою наполнимЗа радости и беды прежних лет,Обнимем тех, кто жив, и с грустью вспомнимВсех тех, кого, к несчастью, с нами нет!..О Господи Иисусе, пожалей,Согрей своею милостью, о Боже, –Оставшихся друзей, учителей,Дай жизни и здоровья им побольше!..Хоть память все слабей день ото дня,И образы в ней ваши все бледнее,Теперь я понял: никого роднееИ не было, и нету у меня!..Простите, что вдали я в этот час,Но, губы прокусив и слезы спрятав,Я искренне люблю и помню вас,Чем старше – тем нежнее…Ваш Филатовокт. 1999 г.Москва

Частушки

Ах, куды тебя, парнишка,Занесло?..Возвращался бы ты, Мишка,К нам в село!..

* * *

Ну какой ты Марк Антоний,Сам ты взвесь!..Ты ж от пяток до ладонейСельский весь!..

* * *

Ну, какой ты Третий Ричард, –Рассуди!..Ведь тебя же Мишкой кличутНа Руси!..

* * *

Ты, видать, немножко спятил,Ай забыл?..Ты ж колхозный Председатель,Михаил!..Ты чего ж это играешьКоролей?..Ты ж ведь собственный мараешьЮбилей!..

* * *

Лучше б ты пахал и сеялИ доил!..На тебя ж глядит Расея,Михаил!..

Посвящения

Роберту Рождественскому

Вы достигли несомненных успехов,И успехи ваши вырастут втрое,Только вас компрометирует ЧеховИ его, как говорится, герои.То мелки они, то высокопарны,То грустят они, то недомогают!..Не сказать, что эти хлипкие парниТак уж здорово нам жить помогают!..Эту чайку, эту грустную птицуНадо с занавеса снять и со зданья,И взамен ее пришпилить страницуПротокола одного заседанья!..Это будет современно и смело,Это будет где-то с чем-то смыкаться,И на Чехова уже то и делоНе придется вам тогда отвлекаться!..

Леониду Утесову

1.

Вы пели негромко,Поскольку не бас,Но ваша галеркаУслышала вас!

2.

Такого накалаЛюбви и добраНе знали Ла СкалаИ Гранд-Опера.

3.

Мы ночью бессоннойС надеждой в очахОпять патефонныйПоставим рычаг.

4.

Пластинки салоннойПослушаем шип,И сердце заломит,Как детский ушиб.

5.

На кучу вопросов,Как жить и как быть,Товарищ УтесовОтветит: любить!

6.

И мы закиваем,За вами хоть в ад!Утесов, мы с вами!Утесов, виват!

Леонид Утесов

(пародия)

Я отдал всю жизнь – как актер и певец –Эстраде, кино и театру.Но если вам все же милей Горовец,Вам надо идти к психиатру!..Немедля бежать к психиатру!..Лечитесь, товарищ!..Мне вас, молодые, учить не резон,Пусть всяк при своем интересе, –Но если вы крикнете: «Браво, Кобзон!» –То не появляйтесь в Одессе!..Учтите, товарищ!..Мы, бывшие звезды, не так уж и злы,Чтоб ставить коллегам подножки,–Но если вам нравятся, скажем, «битлы»,То вы на опасной дорожке…На очень опасной дорожке…Очнитесь, товарищ!..

Таганка – «Современнику»

Всему пора. Уж двадцать пятый разМы празднуем лицея день заветный.Прошли года чредою незаметнойИ как они переменили нас!Печальный опыт пушкинской строкиСегодня подтверждается на деле.Да, вы и впрямь изрядно постарели,Но не стареют только дураки.Вам двадцать пять, но как ни посмотри –Следы от ран видны на вашей коже.Издалека вы смотритесь моложе,Вам можно дать от силы двадцать три.Вам в жизни столько выпало утрат –Другим бы выжить было не под силу!..Одни ушли в реальную могилу,Другие в фигуральную – во МХАТ.И все же мы вам киснуть не дадим,Не будет вам ни скидки, ни поблажки!..Мы как-никак бежим в одной упряжке,И как-никак маршрут у нас один.Давайте ж до исхода наших днейПоддерживать друг друга обоюдно!..…Быть нашим современником нетрудно,Быть нашим соплеменником трудней.15. IV.81 г.

Поздравление к 50-летнему юбилею Олега Ефремова

от лица Евгения Евтушенко

На святых подмостках вашей сценыДаже по ночам светло как днем –Это ваши жаркие мартеныПолыхают творческим огнем!..Не случайно западные страны,Не скрывая зависти, твердят,Что из ста процентов нашей сталиПоловину выплавляет МХАТ!..Но добиться истинных успеховВ смысле эффективности трудаМХАТ сумеет, только переехавВ край, где добывается руда!..Раз уж вы взялись ковать и плавить,Вас не остановить – в добрый путь!..Кто теперь посмеет вас заставитьВзять да и поставить что-нибудь!..Больше чугуна, железа, стали!Вам теперь наветы не страшны!Вы, благодаря Олегу, сталиЛучшим предприятием страны!..

Поздравление Софье Гиацинтовой

от лица Евгения Евтушенко

Я – тоже гиацинтовский поклонник,Но вижу, оглядевшийся кругом,Что все мы от Гонконга до СалоникДолжны сейчас подумать о другом!..Мы предаемся буйству и разгулу,Мы празднуем с усердием коняг…Меж тем простые люди ГонолулуНе всякий день имеют на коньяк.Мы затеваем споры о культуре,Мы мчим на «Жигулях», взметая пыль,Меж тем не всякий дворник в СингапуреИмеет шанс купить автомобиль!..Мы веселимся, денег не жалея,Мы лопаем икру и пьем боржом…Меж тем секс-бомбы Рио-де-ЖанейроВ буквальном смысле ходят нагишом!..Я тоже приготовил вам речугу,Я мчался к вам едва ли не бегомИ все-таки признаюсь вам, как другу,Сегодня надо думать о другом.Я понимаю все величье мига,Я понимаю, я у вас в долгу…Но вспомнил о шахтерах Сан-ДомингоИ чувствую… не выйдет… не смогу!..

Поздравление Ленинградскому Дворцу Искусств

В День Его 50-Летия

от лица Андрея Вознесенского

Застыньте же немо,Уганда, Панама, Канада!..Скончалась поэма,Она была баба что надо!..Я отдал ей время,Я рифмы лудил со стараньем!Погибла поэма,Почтим ее память вставаньем!..Вы, Юрский, при Вашем – простите заРезкое слово – таланте – Встаньте!..Вы, Стржельчик, сорвите с себя мишуруИмператорских мантий – Встаньте!..И Вы, Товстоногов, имеющий право сидетьПри любом министерском гиганте, –Привстаньте!..

Кстати, «покойница» начиналась такими словами: «В день пятидесятилетия ленинградского Дворца Искусств…» Впрочем, сейчас это уже не имеет никакого значения.

Вчера в 19.00 двое неизвестных кокнули мою последнюю поэму.

Убили поэму!А тех, кто убил, я и сам бы за эту поэмуУбил бы поленом.Убил бы и сжег на костре и пепелРазвеял по ветруУбили поэму!..Рыдают Рязань и Нью-Йорк,Кострома и Палармо.Венков не приемлю.

Поздравление к юбилею Софьи Гиацинтовой

В мире – мания гигантизма,В мире – гениев невпроворот…Но простого гиацинтизма –Вот чего им недостает.Это то, без чего российскийНаш театр был бы сер и хил…Это то, без чего Радзинский, –Славный парень, но не Эсхил!..Это то, без чего на шарикеНевозможно прожить и дня,Это то, без чего ОшанинуНе возвыситься до меня!..Всем известная повсеместноСекс-богиня Софи Лорен.Тоже Софья, но, если честно,Что в ней есть, окромя колен?..Сколько было таких Брижитток –Не запомнили никого…Мода, в сущности, – пережиток,Ибо главное – мастерство!Гениальность и артистизмСоставляют ГИАЦИНТИЗМ!..

Старшему другу моему

Михаилу Козакову

в день его рождения с любовью

«Уеха-а-ал!..» – крик со всех сторон!..Так вслед тебе заголосилаОсиротевшая Россия,Слезами моючи перрон.И у таможенных дверейЗастыл таможенник от факта:Неужто где-то, в чем-то, как-тоИ Козаков слегка еврей?..Твой эмигрантский чемоданОна слезами оросила,Как будто провожала сынаВ бессрочный путь на Магадан.И был тот крик ничуть не лжив,Он шел от сердца, не от позы…Но год спустя, стирая слезы,Москва вздохнет: «Смотри-ка, жив!..»А ты, кликушам вопреки,Без слез, истерик и надрываСмотрел на нас из Тель-Авива,Как мудрый Ребе сквозь очки…Ты все свое увез с собой,Увез и Пушкина, и Блока,Ты окружен с любого бокаВсе той же дружною гурьбой!..Со мной ты встречи не искал,Я сам пришел, без упрежденья,Чтобы почтить твой день рожденьяИ за тебя поднять бокал.И, озирая Тель-Авив,Сидел на улице СпинозыИ улыбался через слезыИ повторял: «Смотри-ка, жив!»16 октября 1992 г.Тель-Авив

К 100-летию МХАТа

Эта песня, может, слишком старовата,Но и МХАТу нынче – целый век!..Нету в мире места лучше МХАТа,Нету званья выше, чем Олег!..Припев:Но у МХАТа есть и младший братик:В том театре тоже мхатовцы живут.Младший братик, – но зовут не мхатик!Табакеркой братика зовут!..Тот театр тоже ярый трудоголик, –Плоть от плоти мхатовских коллег,Табакеркой управляет Лелик,Лелик – значит, маленький Олег!..Припев:Пусть сегодня пафос наш неистов –В праздник можно быть чуток навеселе!Поздравляем сказочных артистовЛучшего театра на Земле!..

Поздравление Николаю Сличенко

Хотя твои полвека –Не срок для человека,Но все же – кто ликуя, кто скорбя –Цыгане и цыганкиТеатра на ТаганкеСпешат поздравить с праздником тебя!

Цыганки с Таганки поют величальную песню Николаю Сличенко:

Дорогой ты наш,наш неистовый,Золотой ты наш,аметистовый!Был ты маленьким,жил ты в таборе,Приносил домойдвойки в табеле.Кабы знали всетвои прадеды,Как прославишьсяна эстраде ты!И в Париже ты,и в Лондоне ты,И в Америкетобой домняты!Ах, проклятаяжизнь цыганская,То берлинская,то миланская!Даже в Арктике,средь моржей и льдинИзо всех цыгантолько ты один!Вот и думают –из соседних стран,Что в России естьлишь один цыган!Лишь один цыган,но какой зато –В дорогом пальто,в дорогом авто!..А у них пускайзнаменитых – сто,Но поют не таки поют не то!Ты про жизнь своюпой – рассказывай,Золотой ты наш,наш топазовый!Ты презренья к намне испытывайЗолотой ты наш,малахитовый!..Пели в таборетвои прадедыИзо всех одинна эстраде ты!Даже в Арктике,средь моржей и льдинИзо всех цыгантолько ты один!Вот и думают –из соседних стран,Что в России естьлишь один цыган!Распроклятаяжизнь цыганская,То берлинская,то миланская!Лишь один цыган,но какой зато!В дорогом пальто,в дорогом авто!..

Письмо Сергею Образцову

Все мы куклы, Сергей Владимирович,В нашей крохотной суете,Но кому-то дано лидировать,А кому-то плестись в хвосте.И, когда нам порой клиническиИзменяют чутье и такт,Вы подергайте нас за ниточку,Если делаем что не так.Как Вы властвуете шикарно!Нас – до черта. А Вы – один.Вы – единственный папа КарлоНад мильенами Буратин.Если вдруг Вам от наших штучекСтанет грустно и тяжело,Если вдруг Вам вконец наскучитВаше трудное ремеслоИли если Вам станет тошноОт Кучумов и Держиморд,Вы отдайте нас всех лотошникуИ закройте мир на ремонт!Но покамест Вам аплодируютХоть один-два-три пацана, –Вы держитесь, Сергей Владимирович,Потому что без Вас – хана!..

* * *

Ничей Вы не слуга,ничей не господин,Другие прут в толпе,а Вы всегда один!Но если Вас судьбазаденет за живое,То Вас из одногомгновенно станет двое.И если враг внезапноударит Вас под дых, –Согнется Бондаренко,но сдачи даст Седых!Желаем Вам хранитьВаш самый редкий дар –Умение всегдадержать любой удар!ПОЗДРАВЛЯЕМ!!!театр «Содружество актеров Таганки»

Свой интерес

Циклы песен для спектаклей и фильмов

«Театр Клары Газуль»

Пролог

Пролог перед пьесой – пустые слова,И все же – пред тем, как начать представленье,Хочу, чтоб у вас создалось представленьеО главной причине сего торжества.Уж больше полутора с лишним вековУмчалось с того отдаленного мига,Когда родилась эта мудрая книгаИ стала пособием для остряков.Вы спросите с хитрой смешинкой в глазу,Почуяв обманчивый запах интриги:Скажите, а правда ль, что автором книгиЯвляется некая Клара Газуль?..Да как ты ее ни зови, – о-ля-ля! –Она, безусловно, достойная дама,Поскольку решалась отважно и прямоНацелить стрелу в самого короля!..И как ни глазаст королевский патруль, –Пришлось и ему удрученно сознаться,Что легче найти говорящего зайца,Чем эту проклятую Клару Газуль!..А нынче в любой благородной семьеЛюбому ребенку известно от века,Что Клара Газуль – псевдоним человека,Которого звали Проспер Мериме!..

Песенка о чиновниках

Для вашего счастья,Для вашего благаПридуманы в миреПеро и бумага.На горном ли пике,На дне ли оврага –Вас всюду отыщутПеро и бумага.И кто бы ты ни был,Запомни, бедняга, –Тобой управляютПеро и бумага.Ковбой и священник,Шериф и бродяга –Вас всех уравняютПеро и бумага.Ах, там не помогутНи ум, ни отвага,Где пущены в делоПеро и бумага!..

Песенка о дуэлях

Не важно то, что вас нечаянно задели,Не важно то, что вы совсем не из задир,А важно то, что в мире есть еще дуэли,На коих держится непрочный этот мир!..Не важно то, что вы в итоге не убиты,Не важно то, что ваша злость пропала зря,А важно то, что в мире есть еще обиды,Прощать которые обидчику нельзя!..Не важно то, что вас мутит от глупой позы,Не важно то, что вы стреляться не мастак,А важно то, что в мире есть еще вопросы,Решить которые возможно только так!..Не важно то, что для дуэли нет причины,Не важно то, что ссора вышла из-за дам,А важно то, что в мире есть еще мужчины,Которым совестно таскаться по судам!..

Песенка Клары Газуль

Ни стрела, ни рапира, ни пуляНе смущали лихого Газуля:В нем текла мавританская кровь.Но не знал простодушный бедняга,Что мужчин не спасает отвагаТам, где их атакует любовь.Как-то, мчась на коне спозаранку,Он увидел в предместье цыганку –Краше нету на целой земле.Черноглазая, точно косуля,Та сверкнула зрачком на Газуля –И Газуль покачнулся в седле.Было б глупостью думать, однако,Будто этот отважный рубакаПревратился от робости в нуль, –Как-никак при его соучастьиВы сегодня имеете счастьеПознакомиться с Кларой Газуль!

Песенка актрисы

Чем большеЯ думаю о счастье,Тем горшеМне хочется рыдать…На сценеПо мне бушуют страсти,А в жизниИх что-то не видать!..Чем большеЯ странствую по свету,Тем горшеДушевный неуют…На сценеМне подают карету,А в жизни –Руки не подают!..Чем большеЯ чту любовь и верность,Тем горшеМне мстит за это жизнь.На сценеГероев мучит ревность,А в жизниИх мучит ревматизм!..Чем большеЯ пробую влюбиться,Тем горшеОтчаянье в груди…На сценеОт рыцарей не скрыться,А в жизниПопробуй их найди!..

Песенка короля

Король вас может сделать всесильным богачом,И все на этом свете вам будет нипочем!Но если вы отпетый повеса и бездельникИ если вас прельщают игорные дома –Король вам может выдать любую сумму денег,Но вряд ли он сумеет прибавить вам ума!..Король вас может сделать военным трубачом,И все на этом свете вам будет нипочем!Но если вы боитесь расстаться с одеяломИ если вас пугает мечей и сабель звон, –Король вас может сделать известным генералом,Но сделать вас героем не в силах даже он!..Король вас может сделать врачом иль палачом,И все на этом свете вам будет нипочем!Король изыщет способвозвысить вас над веком,Король вам даст возможностьсыграть любую роль, –Но сделать негодяя приличным человеком –Вот этого, простите, не может и король!

Песенка о мистификаторах

Мир привык менять одежду:День прошел – уже в другой, –Так что нет различий между,Так что нет различий междуГосподином и слугой,Господином и слугой.Показал толпе бумагу,Где печать и вензеля, –И, глядишь, тебя, бродягу,И, глядишь, тебя, бродягу,Все сочли за короля,Все сочли за короля.Пропустил стаканчик лишку,Покуражился слегка, –И, глядишь, тебя, трусишку,И, глядишь, тебя, трусишку,Все сочли за смельчака,Все сочли за смельчака.Изменил хотя бы простоВыражение лица,И, глядишь, тебя, прохвоста,И, глядишь, тебя, прохвоста,Все сочли за мудреца,Все сочли за мудреца.Но, подняв бокал кларета,Скажем добрые слова –В адрес тех, кто делал это,В адрес тех, кто делал этоТолько ради озорства,Только ради озорства.Кто, служа перу и кисти,В мире пестрой мишурыНе знавал иной корысти,Не знавал иной корысти,Кроме радости игры,Кроме радости игры.Кто, блефуя всенародно,Потешаясь над толпой, –Был порою кем угодно,Был порою кем угодно,Но всегда самим собой,Но всегда самим собой!

Бродячий театр

Цветные лохмотьяНа солнце пестрят, –Кочует по светуБродячий театр!..На свете жилось быСкучнее стократ,Когда б не явилсяБродячий театр!..За честность и смелость,За ум и талант –Поклон тебе низкий,Бродячий театр!..Напрасно иныеУпрямо твердят,Что нынче не в модеБродячий театр!..От этих унылыхИ глупых тирадНичуть не стареетБродячий театр!..На троне сменяетТирана тиран,Но не умираетБродячий театр!..Я знаю, вовекиНе выйдет в тиражМой старый товарищБродячий театр!..1975

«Мартин Иден»

Молитва моряка

Жизнь на суше всегда опасна,А особо – для моряка.Здесь без карты и без компасаПропаду я наверняка.Не убьет меня малярия,Не погибну я от цинги…Пресвятая Дева Мария,Ты на суше мне помоги!..Я с драчливыми не был хлипок,Если злость им кривила рты…Но спаси меня от улыбок,От смертельной их доброты.Где свои тут, а где чужие,Где друзья тут, а где враги?..Пресвятая Дева Мария,Ты на суше мне помоги!..Я не мчался к тебе с обидой,Если видел кругом ножи…Но спаси меня от любимой,От ее беспощадной лжи.Ведь не зря с сотворенья мираТебе молятся моряки…Пресвятая Дева Мария,Не оставь меня, помоги!..

Простите, мисс

Повеял с моря легкий бриз –И сердце бьет тревогу…Простите, мисс,Простите, мисс,Но мне пора в дорогу!..Бродить по свету – мой девиз,Штурвал – моя отрада…Простите, мисс,Простите, мисс,Но ждать меня не надо!..Вы говорили мне: уймись,Попробуй жить на суше…Простите, мисс,Простите, мисс,Но в море жизнь не хуже!..Вы говорили мне: займисьДоходным предприятьем…Простите, мисс,Простите, мисс,Но нищим быть приятней!..Вы говорили мне: стремисьК признанью и почету…Простите, мисс,Простите, мисс,Но мне они ни к черту!..Мне дорог каждый ваш капризИ ваши ласки – тоже…Простите, мисс,Простите, мисс,Но море мне дороже!..Я не пойду на компромиссСпокойствию в угоду…Простите, мисс,Простите, мисс,Но я люблю свободу!..

Баллада об упрямстве

Я от рожденья был моряк,Мне снились мачты и маяк,Родня решила: он маньяк –Но время пыл его остудит…Отец сказал: да будет так!А я ответил: так не будет!В одной из жутких передрягНаш бриг вертело, как ветряк,И кок, пропойца и остряк,Изрек, что качка нас погубит…Мне кок сказал: да будет так!А я ответил: так не будет!Врачи вертели так и сякМой переломанный костяк,И про себя подумал всяк:Отныне плавать он забудет…Мне врач сказал: да будет так!А я ответил: так не будет!Меня одели в черный фракИ погрузили в душный мрак,И черт решил, не будь дурак:Одной душой в аду прибудет.Мне черт сказал: да будет так!А я ответил: так не будет!Господь смутился: как же так?..Ну коль он так… ну коль он так…То пусть он – так его растак! –Живет и в здравии пребудет!..Господь сказал: да будет так!А я ответил: так и будет!..