Викарии Христа: папы Высокого Средневековья. С 858 г. до Авиньонского пленения

Правление Альберика, продолжавшееся 22 года, подходило к концу. Судьба была к нему милостива, не дав стать свидетелем того, как его отчизна снова подчинилась чужеземному игу. По свидетельству Бенедикта Сорактского, в 954 г., почувствовав приближение своей кончины, Альберик поспешил к св. Петру и там, перед исповедальней апостола, взял клятву со знатных римлян, что они по смерти Агапита изберут папой Октавиана, сына и наследника Альберика. Он передал ему также и светскую власть. Так сильно он желал для него великого будущего, что даже имя дал в честь первого римского императора Августа, чье дело молодой человек должен был продолжить.

Иоанн XII (16.12.955–4.12.964). Ни один из историков не упоминает о том, что двадцатилетний Октавиан, граф Тускулумский, сын Альберика, внук Мароции и короля Гуго Итальянского, получил духовное образование; неизвестно также, был ли он облечен каким-либо духовным саном до того, как занял престол Петра. Зато все летописцы подчеркивают его сильное сходство с понтификом более поздних времен, Бенедиктом IX, таким же молодым и развращенным. Казалось, он унаследовал от своего деда Гуго разнузданность, бессовестность и непостоянство. Этот папа давал основания подозревать себя в полном неверии. Посвятить дьякона в конюшне ему не казалось непозволительным; во время игры в карты он любил взывать о помощи к Юпитеру и Венере. Не то чтобы он был убежденным язычником — просто относился к религии вполне равнодушно. Он был страстный охотник и азартный игрок. Для игры требовалось много денег, и во время понтификата этого папы все стало продажно.

Однако Иоанн не только олицетворял распущенность папства; сам того не зная, он на века определил дальнейшую судьбу Италии.

После смерти Лотаря, сына Гуго, Италия оказалась во власти короля Беренгара II Иврейского. И Беренгар, и сын его Адальберт правили тиранически. Иоанн неосторожно выступил против Беренгара. В 959 г. отец и сын напали на герцогство Сполето, угрожая непосредственно папе. Тот оказался в весьма затруднительном положении. Его власти грозила опасность, так как римляне уже не чувствовали над собой сильной руки Альберика. Порядок, созданный этим выдающимся правителем, рушился. Октавиан, как сын Альберика, еще мог быть силен в Риме, но как папа Иоанн XII он был слаб и внушал к себе ненависть всей Италии.

Наконец, ради сохранения своих светских владений папа был вынужден призвать иностранцев. Беззащитный против вторжения Беренгара, в 962 г. он обратился к Отгону Саксонскому. От папы прибыли послы, призывавшие короля на защиту Италии и Римского государства от «тирании Беренгара». Иоанн не был одинок в своем стремлении найти управу на лангобардских королей. В Италии ширилось недовольство правлением Беренгара и Адальберта. Король Отгон только что изгнал венгров из Ломбардской долины, обладал неоспоримой властью в Германии, управлял своим государством мудро, честно и справедливо, доблестно защищал границы христианского мира от набегов языческих народов и представлял собой доминирующую силу в Северной Италии. Он возобновил старинные каролингские притязания на области Южной Италии и вступил в конфликт с Византией, император которой также претендовал на эти территории.

Отгон, как и вся его семья, был искренне набожным человеком. Позиция, которую он занял по отношению к апостольскому престолу в вопросах церковной организации Германии и распространения христианства среди язычников на Востоке, была подчеркнуто уважительной. В августе 961 г. Отгон с большим войском отправился в Италию. С ним была королева Адельгейда и множество епископов. Сын и соправитель Беренгера Адальберт во главе шестидесятитысячного войска выступил навстречу королю. Однако сторонники из числа знати заявили, что согласны вступить в сражение с немцами лишь в том случае, если отец отречется от престола, передав корону сыну. Беренгер будто бы согласился на это требование, но его супруга, решительная Вилла, резко воспротивилась. Когда Адальберт сообщил об этом своим воинам, они разошлись по домам, и дорога Отгону была открыта. Германский король поспешил в Рим, где Иоанн — без сомнения знавший о плодотворном совместном правлении папы Льва и Карла Великого — обещал короновать его императором и сделать патрицием Рима. Согласно заключенному между ними договору, папа принес клятву верности императору, обещая никогда не изменять ему и не переходить на сторону Беренгара. Принесли присягу Отгону и римляне. Король принимал на себя обязательство охранять церковь и восстановить ее величие, сам же приобретал с некоторым ограничением права имперской власти Каролингов. Отгон вернул Римской церкви все, что у нее было отнято в Италии, подтвердил дарения Пипина и Карла Великого и осыпал папу золотом и драгоценностями. В знаменитом документе, известном под названием «Привилегия Отгона» (Privilegium Ottonis), содержался перечень и подтверждение всех ранее совершенных дарений апостольскому престолу. Согласно этому документу, значительно увеличивалась и территория папских владений.

Таким образом, между королем, понтификом и Вечным городом были восстановлены отношения, существовавшие при Каролингах.

Однако с этого времени римская императорская власть была отнята у итальянского народа, передана чужеземному роду саксонских королей и надолго перешла к немцам.

Коронация Отгона и его супруги Адельгейды прошла чрезвычайно торжественно. Но знать, еще помнившая Альберика, смотрела мрачно и сохраняла гробовое молчание. На лицах римлян, терявших свою независимость, Отгон мог видеть и гнев, и смертельную угрозу. Этим коронованием история Германии и Италии была направлена по новому пути.

Впоследствии родилась версия, что дальновидный Иоанн никогда бы не обратился к сильному германскому властителю: наоборот, к Отгону явились противники папы, чтобы свалить неугодного понтифика. В «Хронике Салерно» утверждается, что немецкого короля, пользовавшегося репутацией могучего и справедливого правителя, защитника христианства, к тому же женатого на бывшей королеве Италии Адельгейде, призвали послы лангобардов и римлян. Они таким способом стремились искоренить расплодившиеся беззакония.

Но без согласия со стороны Иоанна едва ли было мыслимо такое приглашение.

Определенное беспокойство должно было вызвать у папы стремление Отгона щедрыми пожертвованиями привязать к себе итальянское духовенство. Настораживал и чрезмерный интерес к делам курии. Иоанн начал понимать, что явно недооценил германского короля и ошибочно рассматривал его как меньшее по сравнению с Беренгаром зло. Он думал, что пригласил в Рим защитника, а оказалось — нового хозяина. Скоро это «недоразумение» переросло в ожесточенную борьбу между первым императором возрожденной Римской империи и римским епископом. Отгон встречал оппозицию со стороны Св. Престола как светский государь и со стороны всей Италии как немец.

Весной 963 г. до императора дошли слухи, что папа, нарушив свои союзнические обязательства, вступил в соглашение с Адальбертом и даже пригласил его в Латеран. Отгон отправил надежных людей в Рим, чтобы узнать истину. Посланцы, досконально расследовав дело, подтвердили факт переговоров. Стала явной и секретная отправка гонцов к византийскому императору и язычникам-венграм. То есть оказалось, что вероломный Иоанн готов вступить в союз не только с отступниками-византийцами, но и с идолопоклонниками. Сверх того послы сообщили множество скандальных сведений о папе и передали много жалоб на беспутный образ жизни Иоанна. Его обвинили в убийстве, клятвопреступлении, кощунстве, кровосмешении с собственными родственницами и двумя сестрами.

В новом качестве император считал себя обязанным следить за чистотой нравов Церкви. Уже одного распутства папы было довольно, но когда тот проявил непочтительность по отношению к императору, которого сам и же и создал, Отгон немедленно собрал синод и сместил Иоанна.

Нравственное падение понтифика вызывало пробуждение церковного сепаратизма, с трудом побежденного Николаем I. Так, Собор в Реймсе называл Иоанна XII «антихристом, который сидит в Божьем храме и изображает из себя Бога». Синод в Риме 6 декабря 963 г. предал Иоанна проклятию и лишил всех прав.

Переждав летнюю жару, в октябре Отгон разбил лагерь под стенами Рима. Большинство горожан стояло на стороне папы, но много было и таких, которые открыто заявляли, что поддерживают императора. Иоанн XII, поначалу настроенный весьма решительно, лично руководил организацией обороны города. Его часто видели на стенах в доспехах, опоясанным мечом. Но, здраво оценив свои возможности, папа посчитал более разумным бежать из города вместе с Адальбертом. По словам современников, они скрывались, «подобно диким зверям». Казалось, падение папства как государственного института неизбежно. Но возрождающаяся в Германии новая империя поставила своей задачей поддержку и реформирование Св. Престола.

Император вновь утвердил церковное государство во всем объеме, какой оно имело при Каролингах, и вместе с тем сохранил за собою право утверждения выборов папы и отправление правосудия в Риме через императорских послов. Оттон настоятельно рекомендовал князьям церкви избрать папой названного им человека. Им стал Лев VIII (6.12.963–1.3.965). Об этом папе известно немного, даже его мирское имя не сохранилось для потомков. Скорее всего, он был римлянином, светским человеком и служил в папской канцелярии. По-видимому, именно там его заметил и оценил Оттон I. Лев не был клириком, но имел безупречную репутацию, заслужив ее своим аскетизмом, подзабытым за полвека разврата. Примерная жизнь Льва способствовала выбору императора, который на место богохульника, конечно, мог поставить только достойного мужа.

После избрания Лев VIII в течение нескольких дней прошел все необходимые ступени посвящения и по совокупности отличий мог считаться законно избранным понтификом. В благодарность он передал императору священную реликвию — руку св. Фелицитаты, а тот подтвердил его право на владения Св. Престола, прибавив еще пять городов. Как раз в это время умер находившийся в Риме патриарх Аквилеи, и Оттон сразу же воспользовался своей прерогативой главы имперской Церкви, в состав которой теперь был включен и папа. Он назначил на вакантное место своего протеже и велел Льву VIII вручить ему знаки патриаршего достоинства.

Поскольку престол понтифика оказался под полным контролем немецких императоров, проводивших антивизантийскую политику, углубился раскол между Восточной и Западной церквами.

В Риме между тем росло недовольство иностранным засильем. Низложенный Иоанн XII стал вызывать к себе сочувствие, которое было тем горячее, что он был сыном великого Альберика и папой, которого римский народ избрал свободно. Многие помнили и уважали его отца. Кроме того, поддержать папу-итальянца подвигали патриотические настроения. Многочисленные дамы, составлявшие ближний круг Иоанна, развернули в его защиту широкую кампанию. По-видимому, он обладал природным обаянием, которое с легкостью завоевывало людские сердца, и был неотразим в общении с женщинами.

3 января 964 г. колокола неожиданно стали бить набат, и римляне с оружием бросились к замку, где помещался Оттон, намереваясь захватить оккупантов. Их замысел, однако, не удался. Императорские воины отбросили нападавших, разрушили баррикады, возведенные на мосту Св. Ангела, и преследовали обратившихся в бегство римлян до тех пор, пока сам Отгон не положил конец резне.

Это было первое восстание римского народа против германского императора, жестоко подавленное немецким оружием.

Но стоило Отгону отправиться в Германию, как его враги помогли возвратиться в Рим Иоанну XII. Скоро он с большим войском вернулся из Кампании, где до этого скрывался. Папа объявил, что насилием со стороны императора был обречен на двухмесячное изгнание, что теперь он возвратился на свой престол и предает проклятию осудивший его Собор. Затем последовала расправа с теми, кого он считал врагами: одному отрезали нос, язык и два пальца; другому отрубили правую руку.

Вся тяжесть ненависти, которую Иоанн испытывал к императору, обрушилась на Льва VIII. Самое мягкое выражение папы в его адрес было «проходимец». На третий месяц своего понтификата Лев был вынужден покинуть Рим и, лишенный почти всех средств, в сопровождении немногочисленных спутников бежал к Отгону.

Папа Иоанн в феврале 964 г. созвал в Риме Собор, на котором присутствовало немного прелатов, но ему и этого было достаточно. Он сурово осудил всех духовных лиц, причастных к посвящению Льва VIII и даже просто присутствующих при этом. Но современникам показалось кощунственным такая профанация церковного Собора; его решения не встретили одобрения. Впрочем, молодого понтифика это мало волновало.

После собора папа Иоанн не прожил и трех месяцев. Сохранились сведения, что, «находясь за стенами города в ночное время, он получил ранение в висок». Это ранение все толковали по-разному. Одни говорили, что во время занятий грешника любовью с чужой женой Господь поразил его в голову — в те времена инсульт рассматривался как Божья кара. Другие утверждали, что поразил его вовсе не Всевышний, а обманутый супруг. Так или иначе, через восемь дней его не стало.

С кончиной папы Иоанна XII закончилась пресловутая эпоха порнократии. До наступления Ренессанса больше никогда (за исключением периода папствования Бенедикта IX) скандалы не пятнали трон св. Петра.

Но род Альберика не угас с его сыном Октавианом, а размножился многими ветвями и в XI в. во второй раз приобрел власть над Римом в лице графов Тускулумских.

МЕЖДУ ИТАЛИЕЙ И ИМПЕРИЕЙ

Среди раздоров партий народом Рима был избран и Собором провозглашен папой кардинал-диакон Бенедикт V (22.5.964–23.12.964), чье мирское имя неизвестно. Римляне нарушили присягу, данную ими по принуждению, и не признавали больше папой Льва VIII. Патриоты решили еще раз оказать сопротивление императору. Бенедикт был достойным человеком; он приобрел в варварскую эпоху редкий титул Грамматика, которым и известен в истории. Как обвинитель Иоанна, он подписал приговор о его низложении, но вместе с тем принимал участие в февральском Соборе, осудившем папу Льва. Римляне считали Бенедикта таким человеком, который найдет в себе мужество отстоять независимость церкви от власти немецких императоров.

Несмотря на запрещение Отгона, избранный папа был посвящен и занял апостольский престол.

Император выразил недовольство своеволием римлян. Он не желал отказываться от своего ставленника Льва VIII, избранного на Соборе. Но могли ли и римляне отказаться от попытки отстоять перед новым императором свое древнее право избрания, не показав тем самым, что они вполне заслужили участь рабов? Избранный ими папа Бенедикт Грамматик поднялся на городские стены, оттуда грозил императору и его войскам анафемой и призывал защитников Рима к сопротивлению.

Дух квиритов был силен, однако их плоть слабела: в городе кончилось продовольствие. После нескольких решительных штурмов мужество осажденных окончательно иссякло. Активное большинство решило, что будет справедливо, если неугодный императору папа один примет смерть за всех и тем самым избавит их от мук голода.

23 июня 964 г. граждане отворили ворота, выдали Бенедикта V и снова поклялись в верности Отгону у гроба св. Петра. Они были готовы к жестокой каре, но император объявил им амнистию.

Бенедикта судили как самозванца и сместили с папского престола. «Если я погрешил, я прошу милосердия», — воскликнул Бенедикт, с мольбой простирая руки. При виде такого смирения Отгон прослезился: теперь у его ног лежала Римская церковь, бывшая при Николае I карающим мечом для королей. И Отгон обратился к собору с просьбой о помиловании Бенедикта, обнимавшего колени императора. Лев VIII разрезал паллий у антипапы, взял из его рук жезл, сломал его, приказал папе сесть на пол, снял с него папское одеяние и затем исключил из духовного звания. Оперативно созванный синод лишил Бенедикта сана, а император сослал его в Гамбург, что итальянцами расценивалось как изгнание.

По официальной хронологии считается, что понтификат Бенедикта V продолжался один год и три месяца.

Отгон заставил всех итальянцев принести клятву в том, что отныне они не будут ни посвящать, ни даже избирать папу без согласия его самого и его сына. Таким образом, Отгон лишил римлян той привилегии, которую они сами всегда считали своим самым драгоценным правом и видели в нем выражение своей независимости, — права, посягать на которое не отваживались даже Каролинги.

Хронист Титмар Мерзебургский истолковывал возникшую вслед за низложением Бенедикта в имперских войсках эпидемию как Божью кару.

Весьма вероятно, что на этот раз Отгон, уже не довольствуясь присягой римлян, издал декрет, которым они были окончательно лишены избирательных прав, и «ручной» папа императора Лев VIII изъявил полную готовность подчиниться положениям декрета. Документ сохранился в редакции XI в. Подлинность этой грамоты возбуждает, однако, сильные подозрения: явные подделки в интересах императоров делают ее содержание сомнительным.

После смерти Льва VIII римляне, опасаясь вызвать недовольство Отгона I своеволием, не стали ни выбирать нового папу, ни приглашать на престол изгнанного Бенедикта V. Однако они отправили послов в Саксонию с просьбой восстановить избранного ими папу. Отгон с почетом принял посольство, но своего решения относительно отвергнутого им папы не изменил. Он направил в Рим в качестве своих уполномоченных верных епископов Отгера Шпейерского и Лиутпранда Кремонского. Под их руководством новым понтификом был избран — якобы единодушно — лично преданный императору епископ Нарни Иоанн.

Годом позже Бенедикт скончался в Гамбурге. В конце своей жизни он пользовался почитанием горожан и духовенства.

Вместе с ним умерли последние живые традиции того свободного папства, которое возвысилось над руинами каролингской империи.

Останки Бенедикта были перевезены для погребения в Италию.

Иоанн XIII (1.10.965–6.9.972) в миру звался Джованни и принадлежал к знатному роду: был сыном сенатриссы Стефании от графа Бенедикта, то есть правнуком Теодоры Старшей и внучатым племянником Мароции. Возвышению этого родственного семейства содействовал Иоанн XII, желая найти в нем поддержку против враждебных ему знатных фамилий.

Вновь избранный понтифик отличался добродетельной жизнью, но, поддерживая Отгона, явно был паршивой овцой в своей семье, яростно боровшейся с германским влиянием.

Это не помешало ему почти сразу проявить очевидную привязанность к родным: своей матери Стефании папа передал в ленное владение городок Палестрину (Пренесте). За ежегодную плату в десять золотых солидов Стефания, ее дети и внуки получили право владеть городом, но затем он должен был быть возвращен Церкви. Брата, тоже носившего, как и отец, имя Бенедикт, папа повенчал с Теодорандой, дочерью аристократа Кресченция, и после того сделал его правителем Сабины. Род Кресченциев вступил на свое блестящее поприще именно в это время. Поскольку значительная часть римской знати продолжала поддерживать потомков Альберика в лице графов Тускулумских, появление их соперников в лице Кресченциев могло быть полезным Отгону I, позволяя контролировать Рим в соответствии с испытанной тактикой «разделяй и властвуй».

Несмотря на шаги по примирению со своим домом, Иоанн XIII оказался в конфронтации с родными, традиционно являвшимися противниками императора. Брат папы возглавлял движение против немцев, что прибавляло наметившейся ситуации драматичности.

Очевидно, слишком усердно принявшийся проводить линию Оттона I в Риме, к тому же допустивший бестактность и высокомерие по отношению к римской знати, Иоанн XIII скоро вызвал вспышку недовольства в городе. Против него возник заговор, возглавленный префектом Рима Пьетро, которого на эту должность для соблюдения порядка поставил сам император. В число главарей заговорщиков входили также граф Ротфрид из Кампании и Стефан, постельничий папы. Помимо знати в возмущении приняли участие многие представители народа, мечтавшие сбросить навязанного им понтифика, а вместе с ним и иноземное иго.

Иоанна схватили, избили и заперли в замке Св. Ангела, откуда он через некоторое время был переведен в Кампанию, под надзор людей Ротфрида. Те, однако, надзирали за пленным папой недостаточно прилежно, и спустя несколько месяцев Иоанну удалось бежать.

На помощь своему союзнику двинулся Оттон I. По его приказу на заговорщиков были обрушены жестокие репрессии. Император отдал префекта в распоряжение Иоанна XIII, и тот приказал повесить его за волосы на Латеранской площади, на конной статуе Марка Аврелия. Затем Пьетро сняли, раздели донага и посадили верхом на осла, лицом к хвосту, к которому был привязан колокольчик и который префект должен был держать как повод. На голову ему надели мешок, утыканный перьями; такие же мешки прикрывали ноги. В этом виде бывшего префекта провезли по всему Риму, а затем отправили за Альпы в изгнание. Однако жизнь ему папа сохранил.

В Риме установилось спокойствие, хотя и непрочное.

В 967 г. Оттон приказал короновать императорской короной своего сына — молодого Отгона II.

Забота о продолжении своей юной династии двигала в это время императором. Он надеялся придать новый блеск Саксонскому дому вступлением в родство с греческим двором. Оттон отправил посольство к Никифору Фоке, чтобы заключить с ним мир и просить для своего сына руки его падчерицы, дочери Романа И. Посольская миссия была возложена на одного из самых умных людей Италии того времени; это был уже упоминавшийся Лиутпранд, искусный царедворец, последовательно служивший при дворах Гуго, Беренгара и Отгона, а с 962 г. получивший сан епископа Кремонского. Редкое для того времени знакомство с греческим языком, ум, находчивость и придворная ловкость делали Лиутпранда вполне пригодным для выполнения этой задачи, считавшейся тогда современниками одной из труднейших, если вообще выполнимых. Лиутпранд представил Отгону подробный отчет о своей поездке, который и в настоящее время читается с живейшим интересом. В этом отчете изображена картина византийского двора, написанная злым пером, но живыми образами и поэтому в высшей степени ценная.

Лиутпранд писал, что Константинополь — это «город, заполненный ложью, вероломством, мошенничеством и жадностью, пропитанный алчностью и тщеславием». В его суждениях по поводу столицы Византии, как в любых других, исходящих от западноевропейцев, можно обнаружить явное чувство досады по поводу византийского высокомерия и самодовольства. Кроме того, в отчете просматривается и зависть к метрополии, которая намного превосходила Рим по размерам и роскоши, которую еще никогда не грабили варварские орды и которая, несмотря на довольно суровую политику властей, представляла собой глубоко религиозное общество. В нем высоко ценились интеллектуальные способности, а необразованность среди представителей как высшего, так и среднего сословий всячески порицалась. Иными словами, Византийская империя, несмотря на постоянное влияние восточной культуры, сохранила намного больше качеств, присущих единой Римской империи античных времен, чем западная ее часть.

Папа был сторонником сближения Западной и Восточной империй и принял участие в подготовке договора, который должен был быть скреплен браком Отгона II и византийской царевны. Но византийский император[25] смотрел с тревогой на восстановление Западной империи и на возраставшее в Италии могущество германского короля, вассалами которого уже стали государи Беневента и Капуи. Искавшие спасения в бегстве сыновья Беренгара обрели приют в Константинополе и легко могли начать войну из Калабрии.

На этот раз соглашение о династическом браке достигнуто не было.

Наряду с традиционными связями понтифик заботился о распространении христианства на новых территориях. Иоанна можно считать одним из первых пап, начавших из далекого Рима христианизацию бодричей — славянских племен, занимавших земли Мекленбург и восточный Гольштейн. Населявшие их племена еще в VIII в. объединились с Карлом Великим против саксов, чьи поселения вплотную придвинулись к границам славян. Подчинение восточных соседей составляло важную сторону деятельности германских королей из рода Людольфингов. Теперь Церковь стремилась принести язычникам слово Божье: в Мекленбурге по распоряжению папы была основана архиепископия. И хотя христианские проповедники встречали яростное сопротивление — в 989 и 990 гг. возмутились лютичи и бодричи, — миссионеры продолжали продвижение в польские земли.

В Византии на престол, убив своего предшественника, в Рождество 999 г. вступил Иоанн Цимисхий. Новый император дружески принял послов Отгона I, явившихся с пожеланиями благополучного царствования. Для Отгона II наметилась возможность взять в жены племянницу Цимисхия. Многие современники оспаривали ее царственное происхождение, но родство с правящим императором сделало свое дело. В конечном итоге она стала ценным приобретением для Германии. Нежной высокообразованной девушке, отличавшейся умом и красотой, предстояло провести жизнь среди суровых воинственных саксов в мрачных холодных городах. Зато с женихом ей повезло: белокурому цезарю, полуитальянцу, было семнадцать лет; имея привлекательную наружность, он выглядел совсем юным, но был смел, хорошо образован и обладал богатыми способностями; «в его небольшом теле жила душа героя». В руки этих двух достойных молодых людей отдал состарившийся Отгон будущее империи.

Иоанн XIII повенчал Феофано с Отгоном II Рыжим и одновременно короновал ее в присутствии знатных лиц Германии, Италии и города Рима

Это было одно из последних известных деяний Иоанна XIII: 6 сентября 972 г. он спокойно опочил от мирской суеты.

Его смерть вновь всколыхнула внутренние раздоры, так как римляне, несмотря на утрату ими избирательных прав, все-таки продолжали выставлять своих кандидатов на Св. Престол. В противоположность императорской партии, предложившей кандидатуру Бенедикта, римлянина из знатной семьи германского происхождения, национальная партия выдвинула кардинала Франко, сына Ферруция, который был провозглашен квиритами Бонифацием VII.

Ставленник немцев Бенедикт VI (19.1.973–6.974) принадлежал к знатному роду Гильдебранди-Альдобрандески. Его семейство находилось в вассальной зависимости от императора; представители дома соперничали за влияние в Риме с родом Кресченциев. Отцом Бенедикта был некий Гильдебранд, который в старости выбрал себе духовный путь и к 972 г. стал монахом в одном из монастырей.

В сентябре 972 г., когда скончался папа Иоанн XIII, Бенедикт служил в Риме, будучи кардиналом-диаконом Св. Теодора. Он был избран на апостольский престол в период между сентябрем и декабрем 972 г., но еще некоторое время должен был ждать прибытия императорских посланников, так как престолом римского первосвященника в то время распоряжался император Отгон Великий. За дальностью расстояния императорское утверждение последовало нескоро, и Бенедикт VI был рукоположен только 19 января 973 г. Бенедикт прославился прогерманскими симпатиями; именно это и стало причиной его выдвижения на римскую кафедру.

Сразу же после своего избрания новый папа провёл в Риме синод, на котором был отлучён сбежавший в Константинополь кардинал Франко, провозглашенный ранее папой Бонифацием VII.

За недолгий и трагический период понтификата Бенедикта VI в Церкви всё же произошли важные события. 973 год стал годом обращения в христианство венгров, ставших новым христианским народом Европы. В этом же 973 г. папа по представлению императора Отгона I официально учредил Пражское епископство.

Пока старый император был жив, его властная рука держала римлян в страхе, но великий монарх, сделавший германцев господствующим народом в Европе, умер 7 мая 973 г. Римляне немедленно восстали против прогерманского папы. Возглавил восстание Джованни Кресченций, а духовным лидером восставших стал кардинал Франко. Папу Бенедикта арестовали и бросили в тюрьму, которой владели Кресченций. В Риме не прекращались беспорядки, и церковная жизнь пришла в полный упадок.

Некоторое время спустя по неизвестной причине Бенедикт был освобожден, но ненадолго. По приказу Франко, опиравшегося на военную силу Кресченциев, папу заточили в еще более страшный застенок: замок Святого Ангела. Представитель императора потребовал от его имени освободить папу. В ответ на это в июле 974 г. враги Бенедикта VI задушили его, а тело выбросили в Тибр. Однако сторонники несчастного папы выловили останки и похоронили их в крипте собора Св. Петра.

По смерти папы Бенедикта VI последовал трехмесячный понтификат Домна II (7.974–10.974), от которого практически не осталось сведений. Некоторые историки, занимающиеся ревизией прошлого, заявляют, что такого папы вовсе не было.

Римляне заместили его своим кандидатом Франко Феруччи, принявшим имя Бонифаций VII (антипапа) (6.974–8.974 — первый раз), которого иногда называли просто Франко. Этот честолюбец упорно стремился занять папский престол и в своей деятельности ориентировался не на молодую германскую империю, а на древнюю царственную Византию. Еще в бытность кардиналом он неуклонно поддерживал Никифора Фоку в ходе всех разногласий, возникавших у последнего с Отгоном I. Длительное противодействие Франко-Бонифация Западной империи и его приверженность Константинополю вызвали недовольство немецкой администрации. Он был вынужден бежать из Италии после двух месяцев правления и нашел приют у своих покровителей-греков. Смещенный папа прихватил с собой всю казну Св. Престола, которая помогла ему найти себе сторонников и впоследствии снова занять римскую кафедру.

Вместо покинувшего Рим Бонифация наместник молодого императора Отгона II поставил папой представителя семьи графов Тускулумских, имевшего сан епископа Сутрийского и принявшего имя Бенедикт VII (10.974–10.7.983). Одним из первых действий нового понтифика стало отлучение от Церкви предшественника, громившего его анафемами из Константинополя.

Бенедикт поддерживал политику немецких императоров и был в прекрасных отношениях с епископатом Германии. 18 января 975 г. он пожаловал трирскому епископу Теодору такие же привилегии, какие имел архиепископ Равеннский (например, несение перед ним креста). Ярким проявлением умонастроений этого папы служила горячая приверженность идеям Клюнийской реформы. Аббату клюнийского монастыря — св. Майолу — папа отдал в управление остров Лирина, также являвшийся центром монашеской жизни. Интересно отметить, что св. Майол в 974 г. рассматривался как самый реальный кандидат на римский престол, и лишь его решительный отказ помешал этому избранию.

В 977 г. Бенедикт VII возродил в Риме на Авентине монастырь во имя святых Алексея и Бонифация, принявший монахов-бенедиктинцев из Византийской империи, равно как и монахов-василиан. Таким образом, эта обитель стала неким подобием современного монастыря в Шеветони (Бельгия), где служат по латинскому и по византийскому обрядам[26]. Римский монастырь явился колыбелью, воспитавшей многих миссионеров для обращения славянских земель Европы, а также Африки. Здесь нашел себе приют изгнанный арабами из Дамаска митрополит Сергий, здесь жил и служил св. Войцех, ставший в 982 г. вторым пражским епископом.

Поскольку Рим хранил недобрую память о бурных событиях 973–974 гг., Бенедикт не спешил перебраться в Вечный город. Сначала он поселился со своим двором в знаменитом бенедиктинском монастыре Субиако, затем жил в Равенне и лишь конец понтификата провёл в Риме.

1 апреля 981 г. папа Бенедикт VII направил герцогу франков Гуго Капету буллу, которая ставила аббатство Сен-Валери-сюр-Сомм под непосредственную власть Святого престола. Этой реформе предшествовало перенесению в монастыри аббатства мощей святого Валерия и святого Рихария, которые были похищены графом Фландрским, Арнульфом Великим и, в свою очередь, отняты Гуго у Арнульфа.

Папа осуждал агрессивную политику Западно-Франкского королевства (Франции). Лотарь (954–986) задумал совершить поход на Ахен и захватить Отгона и Феофано. Франки ворвались в королевский дворец, но императорской чете удалось спастись бегством, бросив королевские инсигнии[27]. После этого франки возвратились назад. Осенью Отгон II, заручившись одобрением папы, предпринял ответные меры: собрал большое войско и выступил в поход на Францию. Он опустошил земли до самого Парижа. На этот раз врасплох был застигнут Лотарь, который в беспорядке отступил за Сену во владения Гуго Капета. Немцы захватили и разграбили королевское поместье Аттиньи и дворец в Компьене. Карл Лотарингский, брат Лотаря, участвующий в походе на стороне немцев, был провозглашён в Лане франкским королём в присутствии духовенства и вельмож. Лотарь вместе с Гуго Капетом и сильнейшими франкскими герцогами преградил путь Отгону под Парижем. Император, ввиду приближающейся зимы, не без помех вернулся в Германию.

После своего окончательного возвращения в Рим Бенедикт VII в марте 981 г. в Латеранском соборе в присутствии императора Оттона II провёл второй синод, посвященный проблеме симонии, которая в те годы стала для Церкви страшным бедствием. В частности, на этом синоде было принято правило, определяющее, что если священника, возведённого в епископское достоинство, митрополит отказывается рукополагать в связи с отсутствием у этого священника денег, требуемых митрополитом, то такой священник должен отправиться в Рим, где и будет совершена его епископская хиротония. Это правило ярко демонстрирует, насколько симония разъедала церковь той эпохи.

Последний год правления принес Бенедикту бедствия и разочарования.

Южная и Средняя Италия были беззащитны от нападений самого страшного из всех врагов — арабов, которые в 976 г. под начальством Абул Касима[28], наместника Северной Африки, огнем и мечом опустошили Апулию и Калабрию и угрожали ломбардским княжествам Беневентскому и Сполетскому, составлявшим как бы преддверие Рима.

В сентябре 981 г. император выступил в поход, пытаясь захватить Южную Италию как приданое жены, византийской принцессы, но только в следующем году дело дошло до решительного сражения. На самом юге Италии, близ древних городов Кротона и Тарент, была одержана блестящая победа над арабами. Сам Абул Касим, «король язычников Булликассинус», пал в битве. Но вскоре обстоятельства изменились. Подробности катастрофы неизвестны, но на обратном пути из Южной Италии войско императора попало в засаду или подверглось столь яростному нападению арабов, что лишь чудом Отгону удалось ускользнуть от гибели, добраться до моря и сесть на стоявший у берега корабль, к несчастью, оказавшийся греческим. С него при приближении к дружественным берегам Оттону пришлось спасаться вплавь для спасения жизни и свободы.

Развитие южных областей Италии шло независимо от остальной территории страны, без влияния римского престола и уж тем более без оглядки на немецкое королевство. На Сицилии правили сарацины, Калабрию и Апулию занимали греки.

Наблюдая ослабление позиций германской империи на юге Италии, византийский двор решил, что все отношения с Римом, обидевшим Бонифация VII, должны быть разорваны.

Но папу Бенедикта VII уже не волновали земные страсти: он готовился предстать перед Всевышним. Точная дата его кончины неизвестна — он умер 10 июля или в октябре 983 г. и был погребен в римском храме Св. Креста Иерусалимского.

Оттон, присутствуя при выборах нового папы, способствовал избранию преданного ему человека. Им стал Пьетро де Павиа, принявший имя Иоанн XIV (10.12.983–20.8.984) — «достойный муж». До избрания он занимал епископскую кафедру в Павии и служил Отгону II в качестве канцлера.

Это было одно из последних деяний земного покровителя папы Иоанна. Император Оттон II скончался в начале декабря 983 г., оставив трехлетнего сына и наследника Отгона III.

Отсутствие сильного правителя на престоле империи привело к новым нестроениям в Церкви.

Восьмимесячный понтификат Иоанна XIV беден событиями и вместе с тем трагичен. Вскоре после кончины императора римляне, побуждаемые Кресченциями, возмутились против тевтонов. Папа попал в руки своего противника — кардинала Франко, который вернулся из изгнания, низложил его и, заключив в тюрьму, уморил голодом.

В империи началось женское правление: мать Отгона II императрица Адельгейда и его супруга и соправительница Феофано пытались противопоставить интересы империи стяжательству и властолюбию своих мощных вассалов. Для них было жизненно важно, чтобы на папском престоле оказался дружественный империи понтифик. Но сначала обстоятельства им не благоприятствовали.

В апреле 984 г., с помощью византийского правительства Франко Феруччи, Бонифацию VII (второй раз 8.984–7.985) удалось возвратиться из Константинополя в Рим. Здесь его уже поджидал вернувшийся на родину раньше Кресченций Старший. Бонифаций низложил Иоанна XIV, преемника своего врага, и вернул себе трон понтифика. По словам недоброжелательных современников, «ужасное чудовище Бонифаций, был обагрен кровью своего предшественника… В своих злодеяниях он пошел дальше всех других преступных людей. Изгнанный из Рима и низложенный собором, Бонифаций… вернулся в Рим, низложил Петра, заключил его в тюрьму, подверг ужасным мучениям и затем умертвил». По-видимому, он не церемонился с противниками, и из-за своей жестокости был непопулярен в народе.

На этот раз Франко-Бонифаций пробыл на престоле пятнадцать месяцев, до самой смерти в следующем году. В политике этот папа проявлял себя верным сторонником Византийской империи. Он погиб при невыясненных обстоятельствах, однако почти несомненно его отравили. По свидетельству хронистов, обнаженный труп папы протащили через весь город и оставили прямо на Капитолии, у подножия конной статуи императора Марка Аврелия. Там он валялся до тех пор, пока его не обнаружили священники и не предали земле.

Тем временем вдова Отгона I императрица Адельгейда отправилась в Павию, откуда осуществляла управление Итальянским королевством. Как вдова национального короля Италии Лотаря II, она обладала громадным авторитетом. Адельгейда сумела проявить себя и как способный политик. Заслуга в привлечении ее к дипломатической деятельности принадлежала не только ее второму мужу — Отгону Саксонскому, — но и, в первую очередь, ее свекру Гуго Прованскому, который преподавал ей науку государственного управления в королевском дворце в Павии, когда она была еще ребенком.