Беспокойная Анна

– Ты все это специально. – Отметил он, не сомневаясь в своих догадках.

Мейсон  немного помолчал, глядя туда, где несколько мгновений назад стоял Петра. А потом на его лице расцвела дьявольски ехидная улыбка.

– Конечно, старик… Еще как!

*   *   *

Кай безнадежно проигрывал, причем уже третий раз подряд. Спасовав первый раз, он воспользовался случаем и отнес в свою спальню еду для Анны, которая, к счастью, еще не очнулась. Пасуя второй раз, он старательное игнорировал Оливию и все ее намеки выйти и поговорить. Честно говоря, ему было абсолютно плевать на все, что ей было нужно. Он успешно избегал ее уже продолжительное время, до той встречи в супермаркете и намеревался действовать так и далее. А уж если учесть, что именно она бросила Кая, даже не удосужившись ему об этом сообщить, и радостно свалила в закат в компании другого Жнеца, то он не собирался выслушивать ее сейчас.

Выйдя из игры в очередной раз, Кай повернул свой стул и, опершись грудью на спинку, принялся наблюдать за друзьями.

– Сыграем на желание? – Беззаботно предложил Мо, когда Мейсон выиграл, загребая себе все фишки.

В комнате повисло напряжение, настолько плотное, что казалось, его можно резать ножом. Причиной тому были Петра и Оливия, которые не могли так долго находиться в одном помещении. Девушки обменялись убийственными взглядами и синхронно одарили ими ничего не подозревающего Мо.

– Ну что ж… Хорошо. Только есть одно условие: если выиграю я, то ты объяснишь, чем мы обязаны радости лицезреть твою смазливую мордашку, и сразу же свалишь отсюда. – Ведьма сперлась локтями на стол, уставившись на Оливию. – Согласна?

В ответ та лишь звонко рассмеялась. 

– Я если выиграю я? Ты что, исполнишь три моих желания?

– Она ведьма, а не золотая ры… – начал было Мейсон, но замолчал, махнув рукой, чтобы на него не обращали внимания.

– Только это будут твои предсмертные желания, – язвительно парировала Петра.

– К твоему сведению, – фыркнула Оливия, – это касается только меня и Кая.

Она не учла того, что Кай и сам был не прочь поскорее выпроводить свою бывшую подружку и больше никогда ее не видеть. И уж тем более ему не нужны все эти многочасовые «Бла-бла-бла, мне очень жаль, что так вышло» и «Бла-бла-бла, давай останемся друзьями». Лениво улыбнувшись, он вклинился в разговор:

– А если выиграю я, то ты просто исчезнешь, и оставишь меня и моих друзей в покое… Навсегда.  

Оливия опешила, и застыла с открытым ртом, не веря своим ушам. Операционная система ее безразмерного эго зависла, и девушке понадобилось несколько секунд для того, чтоб она перезагрузилась. Придав голосу прежнюю самоуверенность, она гордо вскинула голову и кивнула:

– По рукам.

Мо довольно улыбнулся и, мастерски перетасовав карты, начал новую игру.   

Прошла уже добрая четверть часа и с каждой последующей минутой игра становилась все более ожесточенной. Каждый из присутствующих за столом, вел себя так, словно был профессиональным шулером с ярко выраженным параноидальным расстройством, и играл так, будто от этой игры зависела вся его дальнейшая жизнь.

Кай с особым пристрастием изучал мимику Мориса, пытаясь понять, какой расклад у него на руках. Вздохнув, он перевел взгляд на свои карты и почувствовал, как по коже прошел мороз. Он изо всех сил зажмурил глаза, надеясь, что когда откроет их, все встанет на свои места… Но ничего не изменилось. Две карты – король и королева пик – ожили в его руках, расплываясь чернилами по гладкой картонной поверхности. Их лица исказились, губы растянулись в хищных улыбках, а глаза исчезли, сменившись белыми полосами, словно кто-то расцарапал их острой иглой.

Тонкие струйки чернил, смешавшись, перетекли с карт на руки, и поползли по ним, обвиваясь вокруг пальцев, словно побеги хищного растения. Парень едва сдержался, чтоб не закричать и не бросить карты. Он опять закрыл глаза и понял, что его собственное сердцебиение перекрывает все звуки. Голоса друзей звучали так далеко и приглушенно, словно их отделяла толща воды. Ощущения обострялись, а тело обмякло, как ватное. Тяжелый туман наполнил голову и принялся душно давить на парня со всех сторон. 

С титаническим усилием парень выдавил призрачное подобие улыбки и встал, опуская карты на стол. В ответ на озадаченные взгляды Мейсона и Петры, он открыл рот и, надеясь на то, что его голос прозвучит адекватно, произнес:

– Никто не проголодался? Я тут подумал о… – он замолк, с ужасом осознавая, что мысли ускользают, словно песок сквозь пальцы.

– Пицца! – Внезапно подхватил Морис, вскакивая из-за стола. – Отличная идея! Я так голоден! М-м-м… Мы с Каем можем сбегать и принести пиццу! Никто не против?

Кай облегченно выдохнул. Сейчас он был настолько благодарен Морису, что скупил бы ему всю пиццерию.

– Но мы не закончили, – нахмурившись, напомнила Оливия, исподлобья разглядывая ребят.

– Мейсон… Мейсон закончит за меня. – Кай уже поспешно натягивал куртку, стараясь не смотреть на свои руки, перемазанные чернилами. – Если он выиграет договоренность остается в силе.

– Чува-а-ак, – разочарованно протянул посланник Купидона, намекая на то, что с его картами шансов мало, а свои Кай уже засветил.

Но Каю было плевать. Единственное, в чем он сейчас нуждался – это выскользнуть отсюда на свежий  воздух и вернуть самоконтроль. Пожав плечами, он направился к Морису, который уже ждал его, придерживая открытую дверь.  

Сбежав по лестнице в вестибюль, Кай пулей вылетел на безлюдную ночную улицу и застыл, опершись руками на колени и жадно хватая воздух. Тошнота подкатила к горлу и он, на всякий случай, нагнулся еще ниже.

– А нам ведь придется топать в пиццерию, – прозвучал позади голос Мориса. – Но мне кажется, тебе нужна минутка.

– Ты прав, нужна, – признался Кай, пытаясь восстановить дыхание. Выпрямившись, он засучил рукава и вытянул руки перед собой. К счастью, наваждение отступало, и чернила медленно исчезли. Бешено бьющееся сердце замедлило ритм, да и все остальное возвращалось к норме.  

– На что это похоже? – Спросил Морис, натягивая капюшон и неотрывно глядя на друга. Кай поднял на не глаза и с удивлением отметил, что во взгляде Мориса не было осуждения и непонимания, на которые он натыкался, когда оказывался в такой же ситуации с Алистером, Мейсоном или Петрой. Показав рукой, что они могут идти, Кай тронулся с места и крепко задумался.

– Знаешь, всегда по-разному, – наконец, ответил он на вопрос Мориса. – Единственное, что всегда остается неизменным – отстойные ощущения. Кстати, я твой должник… Спасибо, что помог. У меня все немножко… вышло из-под контроля. 

– Брось, – Морис расправил плечи, отчего показался еще более высоким и долговязым. – Мне очень жаль, что тебе приходиться проходить через все это. Это твои лекарства больше не действуют или ты прекратил их принимать? Хотя, ты не обязан отвечать… В любом случае, я ничего не стану рассказывать Петре с Мейсоном.

– Они и так знают.

– Оу… А ты это… Ты действительно видишь всех этих демонов?

Кай вздохнул, разглядывая спящие дома вокруг.

– Я уже сам не знаю, что я вижу, Морис… – Помедлив, ответил он, вглядываясь в окна дома напротив. – И в этом главная проблема… Сначала я был уверен что прав. Потом меня заперли дома, угрожая сумасшедшим домом. И мне внушили, что все эти видения – плод моего больного воображения. Что все это происходит только в моей голове… И что когда это все возвращается, я стаю опасен для людей… Можно подумать, что я, будучи Ангелом Смерти, для них пушистая панда.

– Но ведь Анна существует. И она несомненно демон… Даже я, обычный человек, видел ее собственными глазами!

Кай рассмеялся, вспомнив ту встречу.

– Ровно пять секунд, пока не потерял сознание.

Ребята пересекли дорогу, и вышли на соседнюю улицу, в конце которой расположилась круглосуточная пиццерия. За все время они так и не встретили ни одного позднего прохожего, который бы торопился домой, лишь несколько машин прокатились мимо и скрылись за поворотом. Небо было на удивление ясным и полным ярких звезд, а тоненький серп луны повис высоко над головами, освещая все вокруг слабым холодным светом.  

– Знаешь… – Сказал Морис, шагая рядом и пристально изучая свои ботинки. – А я ведь в то, что ты их видишь… С одной стороны, это все не может просто так взять и уложиться у меня в голове, но с другой – твою мать, ведь мои лучшие друзья – это два ангел и ведьма, которые живут по соседству с демоном! Кай, я, конечно, понимаю, что когда все вокруг считают тебя сумасшедшим, противостоять им  и доказать обратное практически невозможно, но…  Просто знай, что в этом мире есть как минимум один человек, который не сомневается в тебе.

В ответ Кай благодарно кивнул и улыбнулся, еле сдержавшись, чтобы не задушить Мориса в дружеских объятиях. Он так давно не слышал ни единого слова поддержки, а только безапелляционные сомнения в наличии у него здравого смысла. Когда все это началось, Кай был уверен, что подобные слова он услышит от Мейсона, но, к сожалению, он ошибся. Хотя, винить в этом друга не было причин. Мейсон, равно как и Петра, волновался за Кая, когда он, по их мнению, достиг предела и начал охотиться на «демонов».

Главный зал пиццерии «Ритз» ночью был закрыт, но страждущие отведать пиццы могла заказать ее в круглосуточно работающем окошке возле входа. Просунув головы в окошко, ребята выждали, пока девушка, принимающая заказы, соизволит оторваться от журнала. Она, в свою очередь, долго игнорировала поздних посетителей, но все же, не выдержала и, измерив их раздраженным взглядом, спросила:

– Хотите что-то заказать?

– Три «Маргариты», – ответил Кай и, достав из внутреннего кармана куртки крупную купюру.

– Это займет двадцать минут. – Отсчитывая сдачу, на автомате протарахтела  девушка. – Вы будете ждать или оформить доставку на дом?

– Мы подождем, – ответил Морис, указывая Каю на небольшую летнюю площадку, приютившуюся под навесом в нескольких метрах от них.

Перемахнув через невысокую ограду, Кай облюбовал одну из лавочек и удовлетворенно растянулся на ней, закрыв глаза и прислушиваясь к звукам ночного Эстфолда. Морис последовал его примеру и разлегся на соседней лавке. 

Ночь была прохладной, бодрящей и удивительным образом успокаивала, избавляя от тревоги. Деревья, словно разговаривая с легким ветерком, тихо шелестели, время от времени слышалось пение цикад, а пьянящий запах тепла, исходивший от нагретой солнцем земли, окончательно развеял дурные мысли. Кай расслабился, утопая в волнах сладкой дремы, так обманчиво похожей на покой, в котором он нуждался уже продолжительное время. Его дыхание выровнялось, а сердце, успокоившись, степенно стучало в груди.

Он потерял счет времени, когда довольно громкий и странный грохот заставил его очнуться. Он так резко поднялся, что голова закружилась, а перед глазами заплясали черные точки.

– Еще семь минут, – беспечно сообщил Морис, набирая что-то на телефоне.

Кай встал и, подойдя к ограде, перегнулся, вглядываясь в темноту улицы. Странный грохот приближался. Казалось, что кто-то тащит по асфальту что-то тяжелое и металлическое. Внезапно температура упала на несколько градусов, а в нос ударил сладковатый душок гниения вперемешку с ароматом сточной канавы. Морис, зябко кутаясь в куртку, подошел к другу и встревоженно произнес:

– Похолодало что-то… Кай?

– Ты слышишь этот звук? 

Морис насторожился, внимательно прислушиваясь, но, ничего так и не услышав, отрицательно покачал головой.

– И это очень и очень плохо, – подытожил Кай, перелезая через ограду.

Скрежет, тем временем, уверенно приближался, заставляя стекла в окнах домов дребезжать.

В поле зрения появились три фигуры, вынырнув из переулка между зданиями редакции местной газеты и кофейни. Сделав еще несколько шагов, фигуры остановились в кружке желтоватого света фонаря. Они были достаточно близко, и Кай смог разглядеть их  лица… Вернее, их отсутствие. У демонов не было ни глаз, ни ртов, лишь узкие змеиные ноздри. Гладкая кожа казалась уродливой маской, которую так и хотелось содрать, чтоб прекратить созерцание этого кошмара. Тонкие пальцы были намного длиннее человеческих, сужаясь и переходя и острые жала. Руки также были слишком длинными, и твари неуклюже тянули их за собой, касаясь асфальта и создавая этот противный зубодробительный скрежет.

Жестом подозвав друга, Кай тихо прошептал ему на ухо:

– У меня для тебя три плохие новости. С какой начать?

– На твой выбор, –  голос Мориса прозвучал необычайно низко.

Безликие тем временем заметно оживились и зашевелились, оглядываясь и вертя своими уродливыми головами в поисках запаха, который и привлек их сюда. Унюхав искомое, они синхронно развернулись и медленно направились в сторону ребят. Кай проглотил подступивший к горлу комок и сказал:

– Значит, первая: сюда идут трое Безликих, и они с радостью полакомятся свежей человеческой кровью. Вторая: их вижу только я, и смею предположить, что вместо демонов ты видишь лишь обычных людей, так?

Морис лихорадочно закивал головой.

– А третья?

– В отличие от тебя, я уже давно мертв… Слушай меня внимательно, – Кай ухватил друга за плечо и потащил за собой. – План А: не обращаем пока что на них внимание, вдруг они не голодны и пройдут мимо. Но та девушка так же в опасности, поэтому, на всякий случай, поторчим возле нее, поговорим… А если они направятся к нам, сможем ее предупредить… Так что просто улыбайся…

– И еще раз доброй ночи… – Они как раз подошли к окошку и Морис, не дав Каю закончить, расплылся в улыбке, достойной серийного маньяка, застуканного с поличным. В его руке не хватало лишь ножа для полной схожести с куклой Чаки во плоти [16].

– Ради Бога, мы ведь поговорить хотим, а не запугать ее до смерти, – процедил Кай сквозь зубы, слегка двинув друга по ребрам. – Как ваш вечер, Астрид? – Поинтересовался он, прочитав имя девушка на бейджике. 

– Минуту назад я была уверена, что прекрасно, но вы заставляете меня в этом усомниться, – холодно отрезала девушка, недовольно посмотрев на ребят.

– Ауч, – Кай наиграно поморщился и отвернулся, делая вид, что ее слова задели его самолюбие. Убедившись, что Безликие все еще здесь, он резво вернулся к разговору. – Что читаете?

Астрид с тяжелым вздохом закатила глаза, молча продемонстрировав обложку журнала.

– На тридцать шестой странице у них замечательная рубрика с полезными советами, – подхватил Морис, опережая Кая.

Девушка и глазом не повела.

– Ваш заказ почти готов, – равнодушно произнесла она спустя мгновение, перелистывая  страницы.

– Мы никуда не спешим.

– А зря, – Астрид демонстративно зевнула.

Безликие, тем временем, двинулись на человеческий запах в сторону пиццерии. От создаваемого ими скрежета Кай почти ничего не слышал. Тихо  выругавшись, он схватил Мориса за воротник куртки:

– Они идут сюда. Переходим к плану Б!

– План Б? – Друг удивленно вытаращил глаза.

– Ага. Беги! – Велел Кай, отпуская Мориса, и первым сорвался с места, отбежав на несколько шагов. – Эй, уроды! Мы здесь! – Прокричал он демонам, размахивая руками.

Морис ошеломленно уставился на друга:

– Ты что делаешь?!

– Послушай, эта Астрид, возможно и ведет себя, как последняя стерва, но это не значит, что я могу позволить им убить ее. Кроме того, мне очень нравиться эта пиццерия, и я не хочу, чтобы ее закрыли из-за жесткого убийства, – Кай на бегу развернулся, чтоб убедиться, что демоны последовали за ним. Твари позабыли о девушке, уверенно направившись за парнями. Бежать они были не способны, но все же, двигались с поразительной, для таких непропорциональных существ, скоростью. – Козлы, я вас вижу!

Свернув за угол и догнав старательно улепетывавшего Мориса, Кай добавил:

– А теперь самое главное: ты тихонечко поворачиваешь влево и вовсю мчишься ко мне домой, а я увожу их за собой!

– Это хреновая идея!

– Нет, это отличная идея! Пробежишь между теми домами, а потом срежешь путь по дворам. Ну, ты готов?

– Кай ...

– Готов?

– Да!

– Давай! – Скомандовал Кай и, проследив за живописным маневром, который пытался провернуть испуганный друг, выдохнул: – Налево…  Нет, другое лево, Морис!

Виновато что-то пробормотав, Морис наконец свернул в нужном направлении и вскоре исчез в переулке между домами. Кай еще раз обернулся, чтоб убедиться, что вся троица Безликих следует за ним, и прибавил скорость.