Натаниэль Фладд и логово василиска

Нат устроился рядом. Хоть бы тетя рассказала что-то воодушевляющее!

– В пятнадцатом веке один из сыновей Манго Фладда, Исидор, поступил в Школу навигации принца Генри Мореплавателя. Закончив обучение, он нанялся матросом на корабль. Экипаж получил приказ от принца Генри пройти Океан Тьмы, опасный и загадочный район возле побережья Африки. Были сведения, что там живут странные существа и столько опасностей, что еще никто не возвращался живым из тех районов. Но Исидор и его команда прошли опасные места. Мало того, они добрались до торгового поселения в устье реки Гамбия. Там Исидор сошел на берег и отправился исследовать Африканский континент. Он первым из европейцев добрался по реке Гамбия до самого Нигера. Ему даже удалось побывать в легендарной стране Тимбукту и познакомиться с Санни Али, королем империи Сонгхей. Исидора, чужестранца, поначалу встретили враждебно. Но Санни Али был хитер. Он предложил Исидору сделку: поможет справиться с василиском – не только останется в живых, всему его роду до конца времен будут открыты двери в его стране. И Исидор смог придумать, как справиться со зверем.

– Мы сейчас едем к тому же самому василиску? – спросил Нат.

– Нет, конечно. За минувшие века василисков было много. Через два года Исидор Фладд вернулся в Англию, и его рассказы об африканском открытии облетели весь мир. Однако переписчик, копирующий его дневники, сделал ошибку, и поколения исследователей отправлялись в Тимбукту на поиски «африканской сокровищницы с бриллиантами», хотя на самом деле Исидор писал о «сверкающем, как бриллиант, африканском сокровище», имея в виду василиска. Спустя сто лет правнук Исидора, криптозоолог Флориан Фладд, приехал в империю Сонгхей. За минувший век василиска никто из исследователей не видел, и Флориану захотелось пройти дорогой прадеда. Народ Сонгхей сдержал обещание и тепло встретил путешественника. Но тут на империю напали вооруженные марокканцы, и сонгхейцы не смогли дать им отпор. Империя начала рушиться. Флориан помог сонгхейцам в отступлении и с небольшим отрядом спрятался у скал. С тыла их защищали горы и василиск. Сонгхейцы отбили атаку, а после заключили с василиском священный договор: они будут его охранять и кормить до конца его дней, а он их не тронет. А после дугхани, потомки сонгхейцев, взяли на себя заботу о василисках и на протяжении веков не оставляют ее.

Тетя Фила закончила рассказ, когда солнце уже опускалось к горизонту. В последних лучах солнечного света Нат рисовал в альбом. Уже в сумерках Жан-Клод повернул лодку к берегу, а Квами, опираясь на шест, втащил лодку на землю, чтобы ночью она не дрейфовала. На ужин у них были консервированные бобы, а потом все растянулись на полу лодки и накрылись тонкими одеялами.

Нат был уверен, что от усталости тут же заснет, но в ночи на лодку налетели полчища москитов размером с кузнечика. Они кружили над головой, грохоча, как мотор в самолете тети Филы. Отчаявшись, Нат крикнул Мазе:

– Сделай ты с ними что-нибудь! – попросил он, отмахиваясь от очередного москита.

Мазя только плечами пожала, и Нат понял, что она до сих пор злится на дневной выговор. Он огляделся: все в лодке мирно спят.

– Давай договоримся, – предложил он. – Я разрешаю тебе вылизать капли с мотора – и только капли! – если ты обещаешь отгонять москитов, пока я сплю.

– Ты серьезно? – просияла Мазя.

– Да, – сказал Нат.

Мазя пробралась к мотору и вылизала все до последней капли. Потом она подбежала к Нату и устроилась над его головой. В надежде хоть немного поспать, Нат закрыл глаза. Москиты жужжали по-прежнему, но тоньше и тише: Мазя отгоняла. И вдруг жужжание кончилось. Нат открыл глаза и увидел, что Мазя жует.

– Неплохо! – сказала она, схватила еще одного москита и с голодными глазами опустила его в лужицу под мотором. – А с маслом еще вкусней!

Ната передернуло от отвращения, он натянул одеяло на голову и заткнул уши.

Глава восьмая

За завтраком Нат разглядел на лице и шее капитана два огромных укуса. Тетя Фила тоже пострадала. А у него ничего! В благодарность за ночное спасение мальчик поделился с Мазей своей порцией.

Они тронулись в путь, но не успели проехать и получаса, как двигатель зачихал и захлебнулся. Жан-Клод тихо выругался и отправился к мотору посмотреть, в чем дело. Через пару минут он в сердцах швырнул тряпку.

– Святая Дева Мария! Мотор протекает! Все масло вышло.

Квами отложил шест, пошел на корму и стал что-то быстро обсуждать с Жан-Клодом. Тетя Фила обратила на Ната тяжелый вопросительный взгляд и поманила его к себе.

– Ничего не хочешь мне сказать, Нат?

– Нет, мэм.

– Точно? А про гремлина и мотор?

Ната захлестнуло чувство вины.

– Я ей разрешил вылизать капли, и только. Она ничего не ломала!

Тетя Фила поставила руки в бока:

– Откуда ты знаешь? Она могла первым делом сделать пробоину, чтобы мотор дал течь. Именно этим и занимаются гремлины: они ломают двигатели!

– Она мне обещала! – сказал Нат.

Тем временем под ноги к нему подобралась Мазя.

– Я ничего не трогала, – сказала она тихо-тихо, глядя на тетю Филу. – Я держу слово.

– Это ты сейчас так говоришь, – фыркнула тетя Фила. – Отправь ее в рюкзак и смотри, чтобы больше не вылезала. Надо решать в конце концов, что с ней делать.

Нат взял Мазю на руки.

– Прости, – прошептал он, аккуратно сунул ее в рюкзак и крепко завязал ремешки.

– Мы не можем ехать дальше, – объявил Жан-Клод.

– Запас масла на борту есть? – спросила тетя Фила.

– Нет, у нас нет запаса масла на борту, – сказал он, передразнивая ее произношение. – Мотор никогда раньше не протекал.

Тут Квами очень странно посмотрел на Жан-Клода, и Нат догадался, что Жан-Клод врет.

– Придется взять шесты.

– Шесты! На них мы будем плыть целую вечность! – воскликнула тетя Фила.

– Да, – коротко ответил Жан-Клод. – Хотите добраться на место к ночи, немедленно принимаемся за работу.

Весь день Нат сидел, съежившись и не вставая. Когда солнце опустилось к горизонту, капитан повернул лодку к берегу.

– Почему мы остановились? – спросил Нат.

– Потому что приехали, – ответила тетя Фила.

– Приехали? – Нат снова огляделся. Не ослышался ли он? На берегу не было ничего, только голая земля и два колючих дерева.

– Видишь те песчаные скалы?

Она указала куда-то очень далеко, и Нат разглядел высокие каменистые скалы.

– Нам туда.

Ступив на землю, Нат увидел под одним из деревьев человека. Он поднял руку в знак приветствия. Нат помахал ему в ответ.

– Кто это? – спросил мальчик у тети Филы.

– Наш гид, – ответила она, вытаскивая из лодки загадочную клетку.

Выгрузив поклажу на берег, Квами и Жан-Клод стали обсуждать, что дальше делать, и решили, что Квами сходит пешком за материалами для ремонта. На дорогу уйдет три дня, ровно столько, сколько тетя Фила будет отсутствовать. Оставив капитана в дурном настроении, тетя Фила и Нат подошли к гиду, пожилому человеку с кожей темной, как полночь, и белой жесткой бородой. Он уважительно склонился перед тетей Филой.

– Я – Атану, – сказал он. – Слуга Долона. Я боялся, что вы не успеете сегодня.

Тетя Фила тоже поклонилась.

– Прошу прощения за задержку, – сказала она и с раздражением глянула на рюкзак Ната.

– Что такое Долон? – спросил Нат, обрадовавшись, что человек говорит по-английски.

– Духовный лидер народа дугхани, – прошептала тетя Фила в ответ.

– Если готовы, немедленно выезжаем в деревню, доктор Фладд.

Они быстро погрузили снаряжение на трех ослов, стоявших неподалеку, и тетя Фила усадила Ната в седло. На осле было гораздо удобней, чем на верблюде, правда, животное выказывало ровно столько же упрямства.

– Хат, хат, хат! – прикрикнул Нат, хлопнув поводьями. – Ну же, пошел! – и дал каблуками по толстым и круглым бокам осла.

Раздраженно крикнув, осел затрусил вслед за остальными, да таким шагом, что у Ната от тряски зуб на зуб не попадал. Вскоре мальчик догнал тетю Филу и Атану.

Нигер остался позади, а красные скалы стали больше, и их острые вершины на фоне неба стали похожи на зубы крокодила. «Жаль, что нельзя тут же их нарисовать», – подумал Натаниэль.

У подножия скал приютилась заброшенная деревушка: ни людей, ни пения птиц, ни криков петухов, даже мухи не жужжали. Вокруг только сожженные солнцем корявые деревья с коричневыми сучковатыми ветвями да большие валуны. Темные, покосившиеся хижины, крытые травой, походили на кучи обгорелых бревен: один порыв ветра, и они превратятся в пепел. В воздухе стояла жуткая вонь.

– Прикрой рот и нос, – тетя Фила протянула Нату плотный платок. – Кто знает, сколько тут еще яда.

В удушающей жаре Нат дважды обмотал платком лицо.

– Василиск был здесь два дня назад, – сказал Атану. – К счастью, все жители деревни сбежали. Никто не погиб.

Хотелось верить, что им с тетей Филой так же повезет.

Глава девятая

Путешественники подъехали ближе к горам. В теплых красных лучах заката они вспыхнули огнем, и Нат рассмотрел остроконечные крыши, похожие на изящные шляпы. Деревня была построена прямо в скалах.

Ослы спокойно протрусили вверх по извилистой тропке вдоль отлога и зашли в деревню. На деревенской площади их встретили дружелюбные жители и расступились, пропуская пожилого человека в белой одежде и красной шапочке. Выше локтя у него блестел браслет с огромной жемчужиной в оправе. Тетя Фила молча ему поклонилась до земли. Человек поклонился в ответ.

– Приветствую вас, доктор Фладд, и благодарю за прибытие. Как ваше здоровье?

– И я приветствую вас, Долон, – ответила тетя Фила. – Мое здоровье очень хорошо, благодарю вас.

– Как ваша семья?

– Прекрасно!

«Вот это да, – подумал Нат. – Вся ее родня, то есть его родители, пропала без вести в море. Что же тут прекрасного?»

– А как ваше здоровье, Долон?

– Очень хорошо, – и Долон посмотрел на нее с одобрением: – Вы здороваетесь, как истинный дугхани.

Тетя Фила улыбнулась и снова поклонилась.

– Мы с племянником благодарим вас за приглашение.

– Будущий криптозоолог? – спросил человек, внимательно глядя на Ната.

– Да, – ответила тетя Фила. – Его зовут Натаниэль.

Не зная, что делать, Нат на всякий случай кивнул:

– Приятно познакомиться, сэр.

– Мне тоже приятно с тобой познакомиться, – ответил Долон. – Кажется, вы приехали к нам впервые примерно в его возрасте, – сказал он тете Филе.

– Да, мне было почти столько же.

– А вы рассказали ему о нашей первой встрече?

Нату показалось, что тетя Фила вспыхнула.

– Нет.

– Ей было двенадцать, – обратился Долон к Нату, – и она приехала с дядей Сеймуром, криптозоологом.

– Вряд ли эти старые истории, – перебила его тетя Фила, – интересны Нату.

– А я уверен, что все как раз наоборот. – И Долон ему подмигнул, как будто у них теперь один общий секрет. – Твоя тетя все время хотела заглянуть василиску под хвост!

Тетя Фила вспыхнула.

– Она хотела узнать, мальчик он или девочка! – захохотал Долон. Его звонкий заразительный смех эхом прокатился между скал, и Нат не сдержал улыбки. Правда, веселая история.

– Идемте, – сказал Долон, вытирая слезы смеха. – Что вы хотите в первую очередь: устроиться на ночлег или пообедать и послушать, как сбежал василиск?

В животе у Ната громко булькнуло.

– Пообедать, – улыбнулась тетя Фила.

Долон провел их на маленькую площадь. Нат хотел присесть на горку камней в центре, но тетя Фила остановила его за руку:

– Нельзя. Священное место.

Нат смутился, пробормотал «извините» и устроился на плотной куче сухой земли рядом с тетей Филой. Жители опустились следом за гостями и внимательно уставились на них. Подошли две женщины, принесли еды. Одна из них с улыбкой протянула Нату миску, если можно было так назвать подобную посудину.

– Это тыква, – объяснила тетя Фила. – Ее сушат на солнце, а потом пьют из нее и едят.

В сушеной тыкве была желтая каша, похожая на овсянку. В каше плавали кусочки мяса. Нат посмотрел на тетю Филу: она поднесла тыкву ко рту. Нат сделал то же самое. На вкус неплохо, «овсянка» оказалась рисово-ореховой. Он сделал еще глоток, и ему попался кусочек мяса. Нат раскусил его и ощутил на языке что-то мягкое, похожее на пасту. Печень! Надо что есть силы сдержать тошноту. Однажды мисс Ламптон покормила его печенью, и его стошнило прямо на обеденный стол. Только этого не хватало! На них смотрит вся деревня! Нат набрал полный рот каши, чтобы забить неприятный вкус.