Дефект бабочки. Другой мир

— Ты мне потом про свою страну расскажешь, интересно послушать, — задумчиво произнес Лис.

— Ну, да это потом. Если коротко — каждого ребенка в королевстве в семь лет проверяют на наличие способностей. Тех из них кто оказывается магом, определяют в ученики. Первый год конечно учитель только азам ребенка учит и в это время колдовать ученик не может — не получится. А примерно через год происходит обряд посвящения и после него-то и проявляется сила магическая. Слабенькая правда — только свечку зажечь и могут. А ты обряд посвящения не прошла — ты неинициированный маг.

Он на мгновение задумался.

— Вот тут я тебе, девонька одну вещь расскажу не для всяких ушей. Есть запретные заклинания — запретные потому — что на крови, на боли и смерти основаны. Но сила магическая при этом во много раз больше получается, чем при простом колдовстве. Это законом запрещено, иначе сначала один захочет силой заемной пользоваться, потом другой, а дальше и не заметим, как королевство превратится в… даже и сравнить то с чем не знаю.

А вот я представила — жертвоприношения по праздникам, по печальным событиям, по всякому поводу. Сначала только для очень важных целей, потом помельче, а потом… Засуха — жертвы, зима суровая — жертвы, праздник урожая — жертвы, любимая борзая короля лапку поранила — жертвы. И все это с помпой, с представлениями, с философским обоснованием необходимости убивать ни в чем не повинных людей. Просто потому, что так проще.

— У вас такое уже было?

— Было, Ира, было. Я правда те времена не застал. Так вот что тебя касается — чью кровь для таких обрядов использовать — тоже значение имеет. Очень это приблизительно, но кровь одного эльфа — примерно равно крови пятерых человек.

— А кровь одного мага?

— А это даже не подсчитаешь. Но намного, намного больше.

Я задумалась.

— Чего конкретно хочет этот маг?

— Я могу только предполагать, но чего-то чего обычной магией не достичь.

— А почему именно я? Дело в том, что я неинициированная или в том, что беззащитна?

— В том, что посвящение не прошла, а лет тебе уже немало — силу ты набрала уже. У инициированного мага силу не забрать, даже если убить. У малыша непосвященного можно, но смысла нет — мало ее и незачем огород городить.

— И что же мне теперь делать?

— Как что? Как подданная Рондана и выявленный маг ты согласно закону поступаешь на государеву службу — будешь моим учеником.

Вот это поворот! Просто ради интереса я спросила:

— А отказаться я не могу?

— Нет конечно, отказ равен преступлению и карается смертью! Это — ж указ короля! Все кто имеет способности к магии, обязаны служить государю. Да и неужели не хочется магом стать?

На самом деле конечно хочется, но дело в другом. Получилось как в той пословице — без меня меня женили. И главное — как ловко это сделано! Подписала называется безобидные бумажки. Вил между тем продолжал:

— Жить ты будешь у меня. Это так принято, да и мой дом для тебя сейчас самое безопасное место. Если надо куда выйти — то только со мной. Ну, на крайний случай оберег тебе выдам.

Он достал из ящика стола обычную раковину с продетой через нее веревочкой и повесил мне на шею.

— Если что — зажимаешь раковину в кулак, произносишь мое имя и четко называешь место, где находишься. Я тебя услышу и появлюсь. Чем точнее место опишешь — тем для тебя же лучше. А сейчас спрячь под платком. Ну что-ж все мы выяснили, мне еще поработать надо часа два, так ты тут посиди деточка. Вон книжку можешь взять с картинками.

И Вил уткнулся в свои бумаги, изредка бросая взгляды в мою сторону.

Я посидела несколько минут, переваривая обрушившееся на меня «счастье». Нет, у меня и сомнений не возникло в том, что все устроилось наилучшим образом. Вот только оставалась одна маленькая проблема — надо предупредить Тима.

— Господин Лис.

— Ира, можешь называть меня — учитель.

— Учитель, — маг довольно улыбнулся, — мне нужно на час уйти. Прежде чем к Вам отправиться я договорилась о работе и сейчас надо предупредить хозяйку. А то неудобно получится, она на меня рассчитывает.

— Так зачем дело стало? Назови адрес мы ей записку отошлем, — не поднимая головы бросил маг.

— Нет, невежливо это. Мне нужно поговорить самой.

— Ира, тебе сейчас одной по улицам лучше не гулять, — укоризненно произнес Лис.

— Учитель, ну пожалуйста. Вряд ли черный маг знает, что я уже здесь.

— Давай-ка так, — маг проводил задумчивым взглядом птицу в окне, — я дам тебе карету. На ней и поедешь. И про оберег не забывай.

Я и не ожидала, что все будет так просто. К карете меня провожал все тот же слуга, что накрывал на стол — мужчина средних лет в синей ливрее. Я попросила кучера остановиться на углу, рядом с двухэтажным домом, не доезжая примерно двадцати домов до трактира. Низкий забор с нависшими над ним густыми кронами деревьев как нельзя лучше подходил для моей затеи. С независимым видом войдя в калитку, прошла мимо удивленной дородной служанки, подобрала юбки и вспрыгнув на тележное колесо перелезла через забор с другой стороны. Этой милой женщине теперь на неделю темы для пересудов хватит. Замечательно, а теперь в трактир.

Тим уже сидел за столом в углу и судя по довольному виду ему удалось наняться к купцу. Я села рядом и стараясь говорить потише, рассказала ему свои новости. Тим слушал молча, глядя в окно с немного растерянной улыбкой. Под конец я забеспокоилась.

— Тим, ты думаешь я поступила неправильно?

Он словно проснулся:

— Нет, что ты Ира, это для тебя самое лучшее. Одно дело — простолюдинка, и другое — маг. Теперь тебе не придется всю жизнь горбатиться. И господин Лис тебя защитит.

Он расправил плечи и улыбнулся, отчего вид у него стал немного залихватским, хорошо мне знакомым — «все нипочем!». Тим действительно устроился конюхом и условия на удивление неплохие, если учесть, что никаких рекомендаций нет. Конечно, надолго оставаться в приграничном городе ему нельзя — как только накопит денег, придется уходить. Но пока все складывается неплохо. Мы договорились пока передавать друг другу записки, раз уж встречаться сложновато.

В трактире становилось все больше народу. За центральным столом сидела шумная компания лесорубов — ребята набирались пивом и над чем-то громко смеялись. В углу в зюзю пьяный мужичек азартно втолковывал мужчине с невзрачным, незапоминающимся лицом о преимуществах железного шомпола перед деревянным. Тот кивал с усталым видом и с безнадежностью во взгляде осматривал посетителей. В другом углу чинно ужинали рабочие. Эти молчали, поэтому осталось неизвестным, чем занимаются они. Нам пора уже было возвращаться.

Трясясь в карете на неровно мощеной дороге, я размышляла о мотивах, побудивших Тима мне помочь. Влюблен он в меня не был — никакой страсти в его отношении я не замечала, он даже поцеловаться со мной не пробовал. Скорее — покровительство, привязанность, симпатия. И похоже, матримониальные намерения тоже. Получается — сейчас он остался у разбитого корыта.

Карета остановилась у ратуши и в нее запрыгнул Лис. Следом за ним появился молодой мужчина в щегольском костюме. Карета медленно тронулась.

— Ну, объяснилась с хозяйкой?

Я только кивнула, глядя в сторону. Неприятно врать, но другого выхода не вижу.

— Вот и ладненько, а сейчас домой. Вот познакомься Ира — это Альрик Мирато дядя нашего барона Тарринского и мой коллега.

Представленный маг поклонился и затем высунувшись в окно сорвал с ветки яблоневый цветочек. Спрятав его между ладоней он как-будто на минуту задумался, даже прикрыв глаза, а затем протянул цветочек мне. Я взяла его и вдруг, прямо у меня в руках цветок превратился в маленькую белую бабочку. Она сидела на пальцах, тихонько раскрывая и складывая крылышки. Тут я заметила, что все еще чувствую подушечками пальцев стебелек. Бабочка рассыпалась золотистыми искрами а в руках остался цветочек. Маги рассмеялись, глядя на мое лицо, на котором расплылась улыбка. Да, я наверное сейчас ребенка в цирке напоминала. Я присмотрелась к Альрику. Его нельзя было назвать красивым, но когда он улыбался, черты лица менялись. Располагающая улыбка — такая бывает только у людей очень уверенных в себе, но без пренебрежения к остальным.

— У Иры уже есть фамилия? — спросил он. — Я думаю не стоило-бы затягивать с ее представлением. А бал по случаю пробуждения Вески для этого очень подойдет.

— Моя бы воля, я бы ее с год никому не представлял. Но Вы правы баронет — ничего не поделаешь. Ох уж этот этикет. Вот в мое время никто не представлялся без нужды, всем кому не попадя. Нравы были проще.

— В ваше время господин Лис женщину вообще могли запереть в замке и никому не показывать, как у эльфов сейчас. Ира, вот Вам бы такое понравилось? — рассмеялся Альрик.

Я отрицательно покачала головой, стараясь не слишком широко улыбаться, заражаясь его настроением. Из одного такого замка я уже сбежала, и повторять сей подвиг еще раз что-то не хотелось.

— А насчет фамилии ты Ирочка, действительно, подумай. Бал-то уж через неделю. Каждый маг должен иметь фамилию. Если ее нет — сам придумывает. Я ведь тоже из крестьян бесфамильных, — отсмеявшись пояснил Лис. — Вот и взял себе — Лис. Это я сейчас седой как лунь, а был рыжий. А учитель утверждал, что и хитрый. И с чего это он так думал-то, в толк не возьму.

Ну да, так и поверила в Вашу наивность. Фамилия Вам очень подходит.

Дом Вила Лиса оказался недалеко от магистрата. И почему я не удивилась, увидев двухэтажный дом, с фигурами на фронтоне изображающими местную фауну? Только теперь уже тазики с орехами и цветами держали белочки. А грибочки где-же? Непорядок.

Баронет предложил мне руку, а Лис пошел вперед. В доме нас встретила седенькая румяная старушка в кружевном чепчике и зеленом платье с крупными цветами.

— Вот знакомься Диная — моя новая ученица, Ира, — представил меня Лис. — Это Диная, моя дочь. Прошу любить и жаловать.

Дочка мага видимо уже была обо мне предупреждена, поскольку не высказала никакого удивления.

— Милости прошу к ужину, — захлопотала она. — Тобой, деточка потом займемся.

Маг меня деточкой называет, теперь вот и дочка его — как бы мне и впрямь в дитятю не превратиться.

В крепости было принято за ужином есть немного, здесь же придерживались других правил. Сначала подали куриный бульон с сухариками, потом саму курицу, фаршированную яйцами и зеленью и обложенную жареными грибами. На десерт был пирог с изюмом. Маги тихо переговаривались о чем-то своем, половину слов я не понимала. Диная расспрашивала меня о том сколько мне лет, кто мои родители, есть ли жених, при этом время от времени приказывая слуге подложить кому-нибудь вкусный кусочек или налить вина. Вот обычай запивать все вином несколько напрягал, впрочем, я решила разобраться с этим позже.

А пока я чувствовала себя ну, если не как дома, то как у давних близких друзей. Свечи в подсвечниках ярко горели, в отблесках пламени мерцали хрустальные бокалы, барон с хозяйкой завели какой-то шутливый спор по поводу современной моды — барон с азартом уверял Динаю, что ей стоит отказаться от высокой прически. Та смеялась, грозя ему маленьким пухлым пальчиком. А у меня в голове уже все путалось — одновременно думалось о красивых руках молодого человека, украшенных пятью великолепными кольцами, о том, что надо выяснить какие прически сейчас в моде и в чем я пойду на бал. Как будто и не было черного мага, мечтающего забрать мою силу вместе с жизнью.

Диная заметила мое состояние и пожелав мужчинам спокойной ночи отвела меня в приготовленную комнату. Лежа на мягкой перине и уплывая в сон, я размышляла, какая странная штука — моя жизнь. Вчера в это-же время я сидела в холодной камере без надежды на избавление. Я не знаю как, но просто обязана помочь Тиму.

Глава 8

После завтрака маг поехал в магистрат, наказав мне на улицу не высовываться. Как он объяснил на его дом наложены охранные заклинания и здесь можно ничего не бояться. Диная получив от него полный карт-бланш развила бурную деятельность по превращению меня в «приличную барышню». К портнихе была послана служанка. Я ожидала, что меня быстренько обмеряют и этого достаточно. О, как я ошиблась! Прежде всего, портниха пришла не одна и сама меня не обмеряла. Это делали две ее помощницы. В корзинках помощниц лежали не только их инструменты но и образцы ткани. Диная приказала служанке принести ткани из своих запасов, а так-же некоторые из своих платьев, по ее словам «совсем не ношенных». Вскоре ее будуар стал походить на мануфактурную лавку.

— Девушка сутулится! — заявила портниха тоном главнокомандующего. — будем подбирать корсет.

— Да, куда-ж ей корсет, Нила, — возмутилась Диная — если мы эту худобу затянем, там совсем смотреть будет не на что!

Нила подумала и согласилась на компромисс:

— Затягивать сильно не будем, — я мысленно перекрестилась. — Но в спинку вставим металлические косточки.

Одна из помощниц окинула меня цепким взглядом и резво побежала в мастерскую. Вернулась она уже с корзиной, в которой оказалось с дюжину корсетов, ленточки и узкие металлические полоски длинной в полметра. Из двенадцати подошел только один. Меня заставили выпрямиться, девицы выхватили две металлические пластинки и начали их выгибать, иногда примеряя их к моей спине для проверки и советуясь. В тоже самое время Диная и портниха прикладывали отрезы и кусочки ткани к моему лицу и отчаянно спорили по поводу цветовой гаммы. Затем девушки начали вшивать пластинки в корсет, а дамы перешли к обсуждению фасонов. Эта круговерть четырех не самых тихих женщин ввела меня в полную прострацию. Я хотела уже только одного — убежать в свою комнату и там спрятаться под кровать. Лишь только надев на меня готовый корсет помощницы меня обмерили, причем все мерки они никуда не записывали, а просто запоминали. Диная и Нила наконец определились с моим гардеробом.

На первое время решено было сшить два повседневных платья, одно бальное и одно для верховой езды. Я робко заметила, что не умею ездить на лошади, но они только отмахнулись занятые друг другом. На этом мучения не закончились — выбрав из принесенных платьев Динаи подходящее, его принялись ушивать. Это несчастное платье я мерила пять раз, пока наконец портниха не осталась довольна. Закончили мы только в обед. Я так и осталась в корсете и перешитом платье. Радовало одно — корсет действительно ничего не перетягивал. И платье, как ни странно мне нравилось. Зато от постоянно прямой осанки устала спина, а вечером Лис повез представлять меня губернатору — барону Тарринскому.

С фамилией я определилась быстро — просто взяла свою собственную, в несклоняемом варианте.

— Значит, Ира Крамин, — медленно, словно покатав слово на языке, протянул Лис. — Что-ж вполне подходит.

Резиденция барона находилась на другом берегу реки. Мы миновали каменный мост, за окнами кареты проплывали особняки. Карету перестало трясти — в этом районе за мостовой следили не в пример лучше. Наконец въехали в парк, окруженный высокой кованой оградой. Лошадки процокали по мощеной дорожке широкой аллеи к парадному входу двухэтажного здания. Статный пожилой лакей в коричневой ливрее проводил нас в кабинет губернатора.

Губернатор оказался сухоньким, но бодрым стариком лет семидесяти. При виде нас он встал из-за стола и приветливо улыбнулся.

— Добрый вечер виконт, — поздоровался он, при этом глядя на меня.

— Рад вас видеть, барон. Разрешите представить вам мою ученицу — Иру Крамин.

Я присела в реверансе, которому полчаса меня обучала Диная. Оказывается, не такое простое дело — разным людям кланяться полагалось по разному.

— Ира, разреши тебе представить — барон Леон Мирато Тарринский.

— Что-ж, я рад появлению нового мага в нашем благословенном королевстве. Надеюсь, вам у нас понравится.

— Я в этом не сомневаюсь барон, — подтвердила я.

— Я полагаю, вы еще ни с кем не знакомы в городе?

— Нет, Ваша светлость, я в городе только со вчерашнего дня.

— Да, я что-то слышал о вашей истории. Я приглашаю вас на бал, который состоится через неделю. Это очень удобная возможность представить вас здешнему обществу. Уверен, такую очаровательную девушку примут благосклонно, — сыпал любезностями губернатор.

— Благодарю вас.

В этот момент открылась дверь, и появился Альрик под руку с дамой средних лет. Нас представили друг другу — дама оказалась женой губернатора. Пока мы знакомились, вошел лакей и произнес:

— Господин Лис, господин Д'Айн хотят видеть вас по важному делу.

— Д'Айн? — переспросил барон. — Проси его сюда.

Этого я не ожидала. Первым побуждением было спрятаться за спину Лиса. Я растерянно посмотрела на учителя. Он с обычной своей спокойно-любознательной улыбкой смотрел на входящего эльфа.

Если Таниэль и удивился, увидев меня, то ничем этого не выдал, только чуть дольше задержал на мне взгляд.

— Добрый вечер, господа, — поздоровался помощник коменданта. — Дамы, мое почтение.

— Таниэль, как я рада вас видеть! — улыбнулась баронесса. — Вы нас совсем забыли.

Как интересно — он позволяет называть себя просто по имени. Таниэль склонился поцеловать ей руку:

— Дела, баронесса. Поверьте, только они могут отвлечь меня от вашего чудесного общества.

Ну надо-же, оказывается эльфы и так с людьми разговаривать могут. Таниэль не отпуская руки губернаторши, внимательно взглянул на меня, а затем вопросительно посмотрел на нее.

— Разрешите представить вам — Ира Крамин, ученица виконта Лиса. Ира — это Таниэль Д'Айн из дома Бабочки, — поняла его немой вопрос дама.

— Мы уже в некотором роде знакомы, баронесса, — мягко сказал Таниэль и, обращаясь ко мне, добавил. — Вам нравиться учиться госпожа Крамин? Магия — это увлекательно.

— Я стала учеником только вчера, господин Д'Айн. Мне сложно судить. Но я уверена — господин Лис прекрасный учитель.

— Я в этом не сомневаюсь, — и он легко поклонился Лису.

Тот вернул поклон, сопровождая его сладкой улыбочкой.

— Мне неловко перед Вами баронесса, — продолжил Таниэль, — но я вынужден вас покинуть. Надеюсь побеседовать с вами в более удобное время. Господин Лис?

— Барон вы не будете возражать, если мы воспользуемся гостиной? — попросил Лис.