Четвёртая книга Априуса. В поисках Истины. Наследие Предтеч.

Теперь следовало делать несколько дел одновременно. Тоесть управлять несколькими заклятиями сразу, практически неотрывно, применяя одно за другим. Едва подброшенный напором воды валун, оказался в воздухе, Априус тут же наложил мембрану на открывшийся проем колодца, а каменной глыбе задал нужное ускорение, чтобы она достигла определенной точки в небе над Лесом. В верхних слоях аэра, глыба затормозилась, полыхнула ярким заревом, неимоверно раскаляясь, и низринулась обратно по крутой дуге. Оставалось только вновь ускорить ее, благо дело Силы тут предостаточно, нужно только успевать вливать ее в быстро сплетаемые заклятья.

Огненный болид, с воем понесся к замершему в ужасе лесу, словно падающего метеорита валун, вонзился в чащу. Вспышка. Громовой удар. И вот уже несущаяся во все стороны всесметающая ударная волна буквально укладывает деревья. Толстенные стволы валит, выворачивая с корнями, не взирая на их прочность и длину, но это еще только начало. Небо становиться черным, появляются первые хвостатые воронки смерчей, по-сути обычные столкновение теплых и холодных воздушных потоков, но сейчас это нечто иное, ибо в них сила Хвергельмира. Задул ураганный ветер завыл, засвистел, и наконец превратился в сплошной рев. Гигантские торнадо, нарастая и приобретая необыкновенную мощь, начали медленно, но неотвратимо перемалывать полегший лес.

Сразу за этим настал черед Воды. За неимением другой — той, что билась в недрах, сдерживаемая лишь тонкой перепонкой магической мембраны. Вспучился гигантский пузырь, а потом низвергся, покатился в разные стороны всесокрушающий вал, сдирая даже многовековой покров из сгнившей листвы и зараженной мерзостью, почвы.

Априус отрастивший крылья в личине демона, кружил над беснующимся миром, он ждал противодействия, но не смотря на корчи и агонию Леса, хозяева этого места не спешили появиться. Темным феям тоже явно было не до того.

— Нда ломать, не строить — горестно вздохнул чародей — созидателем быть не каждому дано. Все только и норовят крушить построенное кем-то. Надо будет что-то сделать с этим всем безобразием, как только все уляжется…

Он еще долго кружил над агонизирующим Лесом, а потом полетел к единственному уцелевшему пятачку — зеленому ельнику где виднелась избушка, огороженная частоколом., над которыми синим сетом выделялся силовой барьер. Куру и Рунин постарались на славу — внутри барьера ни одна травинка не дрогнула, правда, и звуки сюда не проникали, потому тишина была более чем неестественная. Уже опускаясь, принял привычный, человеческий облик, и быстро поднялся в избу. Вся компания оказалась за столом, где Вертана развлекала их видениями в блюдце.

— Что работу мою оцениваете? — Живо поинтересовался Рус — так она еще не закончена. Это только первый этап.

— Да ты там такого наворотил — пробасил куатар — год разгребать надо.

— Во-во — вставил свое слово Рунин — и где только научился так буйствовать. Столько лесу повалил, а потом еще и водой залил. Был лес — стало море. Чем вычерпывать будем. Или все так и оставим? Мы ж такие, наломаем дров и тикать.

Априус посмотрел на попугая волком — не до шуток, мол сейчас, и проговорил чуть смущенно:

— Ну не оставлять же все было в таком виде. Старый лес уже было не вернуть. А позволить существовать этому рассаднику… В общем решение было принято. Переждем маленько, пока вода сойдет, а там есть у меня, кой-какая мысля.

— Нас не просветишь? — Тут же вопросил куатар. — может, чем поможем.

— Это врядли. Тут не чародейство, ни волшба не помогут. Нужно нечто иное. И боюсь ни у вас, не у меня этого нет. Потому я пойду мыслить. Там у календаря особо подходящее для этого место. А вы пока подумайте, прикиньте, как дальше путь держать будем.

* * *

Априус покинув избу, и впрямь отправился к каменному календарю. Тот, кто сработал эту систему отсчета времен, явно задумывал ее и еще для чего-то. Но на данный момент эти круги и завитушки, подходили для иной цели. А главное при долгом взгляде на них способствовали сосредоточенности и концентрации.

Он уселся, скрестив ноги, некоторое время вглядывался в затейливые узоры каменных обручей и колец, и так задумался, уйдя глубоко в себя. Сосредоточено рылся в памяти. Искал короткий эпизод своей жизни. Вернее жизни того, кем он стал на краткий срок. После того как выкрал Богиню Зеленого Безмолвия, одну из Великолепной Семерки Владык Сущего. Он плохо помнил тот период, когда воды Урда унесли их обоих за грань Бытия, туда, где не было еще ничего, но это был уже не Хаос. Здесь внутри Сферы, Рус, не единожды встречал творение рук, его невольной подруги, но тогда когда они сделались Творцом и Созидательницей по воле Вышнего, она вершила иначе, потому что и сама была другой.

Из глубин памяти всплыло видение того первого островка земли, недавно поднятого из бездн водных, голого и пустого, а затем по велению ее руки быстро обрастающего великолепными древами и кустами. Удивительное сочетание хвойных и лиственных пород, стройных высоких, и кряжистых раскидистых, а там где преобладали растения тропиков слоистые, по мере нужды в свете солнца. Чудные гибкие березки с нежно розовой пленкой коры, неожиданно сменялись бамбуковыми стволами разной толщины, те в свою очередь переходили в побережье с бананово-кокосовыми пальмами. Сандал, бальза, баобабы, кусты орхидей и фикусов, баньяновые деревья….

От себя он тогда добавил эвкалипты, кедры, и секвойи. Как это у него получилось? Вспомни теперь попробуй. И Сила тут явно не для взращивания таких лесов. Нужно обладать настоящей божественностью, чтобы созидать явное, а не иллюзорное. Вырастить из зерна быстрый росток может любой, уважающий себя факир. Но когда семян нет, как это сделать? Хотя стоп, почему нет? Во же рядом ели, шишек полным-полно, потому как птицы не поклевали, и белки не погрызли, по причине отсутствия оных.

Ну что ж и на болотах строят города, осушив те предварительно, и завалив их бревнами и землей. Вот бы достать те орешки или шишки, из сказок народов Даарии, что кинешь, и лес произрастет, но сказки на то и сказки — все лишь легкое воспоминание о былом величии. Придется использовать то, что есть — Силу Источника, да собственные знания. Другого пути нет, тут привычные чары не работают, или работают не так.

Он вздохнул, встал на ноги и пошел по импровизированному огороду Вертаны, в поисках семян разнотравья. Собрав все, какие нашел, отправился за изгородь, большим прыжком преодолев расстояние до ельника. Там поьтратил еще немного времени собирая в опустевший мешок шишки, или если те раскрылись, выбивая в карманы, семечки. Затем отошел на самый край бора, и вновь перетек в демона, отрастил крылья и взлетел.

Уже находясь в воздухе, попытался оценить масштабы предстоящей работы. Но четкой картины так увидеть и не смог — пейзаж внизу затягивала дымка, глаз не выхватывал отдельных элементов, видел лишь сплошную грязную жижу, из которой торчали стволы деревьев и перепутанные корни.

Взглянув в другом спектре, Априус увидел где-то далеко-далеко за горизонтом, Огромный завал высотой до неба, и там за этим завалом рвали друг друга в клочья, пришедшие в себя чудища.

— Ну что ж пусть выживет сильнейший — буркнул Априус с вслух, и понесся к тому месту, где воды Слида, вышли на поверхность.

Вокруг круглого отверстия, земля так спеклась, что превратилась в камень, с идеально ровными краями. Темная вода бурлила, клокотала, но уже не выплескивалась наружу с такой неистовой яростью. Рус спустился ниже, завис над самым колодцем, и невольно подумал:

— Сколько же времени и сил Восставший, положил на то чтобы приручить Кипящий Котел? И не пытался ли кто-нибудь добиться власти над источником Нави, после него?

От колодца ощутимо шло тепло, вода в нем бурлила и булькала, и вправду делая похожим на котел с йотуновским варевом, волшебным зельем, что варили инистые великаны, в давно забытую пору. Зажмурившись, Априус сунул туда лапу, и едва не взревел, от нахлынувших ощущений. Ожог, боль, спазм, жар, холод, головокружение, покалывание в пальцах, затем приятное тепло, поднялось по конечности и распространилось по всему телу.

А затем чары начали сплетаться, словно сами собой, губы шептали какие-то заклинания, необузданная, первобытная мощь начала сотрясать все естество последнего из Эльдариусийцев. Перед глазами пролетали отрывки из воспоминаний давно минувших дней, его, и чьих то еще, может самого Сущего. Корни Иггдрасиля, омытые водами Трех Великих Источников, пригвожденный к нему же Отец дружин, Величественный прадуб, что рос где-то на просторах погибшей Даарии… Априус напрягся, и вот оно лапа явственно ощутила нечто округлое и твердое невесть как оказавшееся в ней.

Он выдернул лапу, и всмотрелся в лежавший на ладони предмет. Желудь, самый что ни наесть обычный желудь, только очень большой.

— Намек понял — проговорили занемевшие губы — и Априус-демон с места рванулся в небо.

Некоторое время кружил, всматриваясь, наконец, определил нужную точку, середину — сердце будущего леса, так сказать. Она пришлась на один из приземистых холмов, с которого напрочь снесло все, оголив его, и обнажив лысую, вершину. Опустившись прямо на нее, когтем вырыл ямку, и вдохнув в желудь искру жизни, вложив частичку себя, бережно опустил его в ямку. Аккуратно зарыл, и снова устремился в небо. Уже оттуда кинул заклятие, превращающее все что осталось Леса, в труху, — будет и удобрение и верхний слой.

Дальше Априус словно коршун, что носился над пустынными землями ново — сотворенного мира, кружил над высыхающей землей, и бросал семена. Он сеял новое, пусть и на «фундаменте» старого. Конечно без магии, семена прорастали бы долго, и в малом количестве, но с силой Источника, дело обстояло иначе. Затем он словно слился с этим местом, представляя, как произрастают высокие, темные ели, поднимаются, стремительно стремясь вверх. Ему приходилось выращивать сосны, на одном из парящих островков возле Гиль-Эстэль, но то другое, тут же масштабы о-го-го…

И задуманное начало воплощаться — из еще влажного грунта, медленно, но безостановочно, лезли ростки молодых елочек. Все до единой ровные, одинаково красивые и густые. Становились выше, крупнее, тянулись к небу, надежно укореняясь упругой почве. Лес поднимался как по мановению волшебной палочки. Густой дремучий, естественно никем нехоженый. Между стройными рядами елей сеялись травы, взятые с огорода Вертаны, и вместе с их ростом, уходила недоступность этого мира.

Не следовало, конечно, забывать, что в любой миг, могли нагрянуть хозяева этого места, и тогда нужно будет принимать бой, а Априус несколько забылся, поглощенный творчеством. Но все обошлось, никто не пожаловал, может просто следили с какой-нибудь изнанки мира, может что задумали, а может у них были дела поважнее. В любом случае Априус собирался покидать эти края, и его не особо заботило, кто и как воспримет его поступок. А про то что это могут оказаться некие новые, тайные Силы, он и так предполагал, но сидеть здесь, чтобы это выяснить не собирался. Потому едва новый лес, перестал расти, полетел к одинокой избушке Вертаны.

Дрожь и колебание мира еще ощущались, но явно шли на спад, и нужда в барьере отпала, о чем Рус, не преминул сообщить своим друзьям. И к тому моменту, когда он добрался до частокола, они успели снять поставленный барьер, и вышли за пределы поляны с разрыв-травой. Чтобы своими глазами увидеть, и руками пощупать, только что возведенный лес.

Рунин не утерпев, понесся над верхушками елей, остальные просто покинули пределы, оберегаемые Вертаной, и действительно прикасались к хвойным веткам, проверяя не иллюзия ли это.

— Как… — дыхание ведьмы перехватило — как тебе такое удалось? Это… Это же какая силища тут поработала, боюсь даже представить.

— Ну Силы тут хоть отбавляй — улыбаясь сказал Априус — нужно только знать как направить ее в нужное русло. Вот только Лес пока только растительный. Ни насекомых, ни птиц, ни животных. Тут уж я не властен. Но думаю если наладить тут настоящие Звездные Врата, все это можно будет добыть, и доставить. Было бы кому всем этим заниматься. Только сразу скажу — этому Лесу, никогда уже не стать обычным, главное не превратить его в сплошное Зло, а для этого тем, кто здесь будет обитать, нужно будет пройти посвящение у Темного Колодца. Он не есть изначально зло, но является Источником Тьмы, потому сами понимаете… А нам пора отправляться дальше. Теперь мест с капищами больше нет, порталы не откроются, значит, будем выбираться методом Дейдры, Лес больше не помеха…

— Я пожалуй останусь здесь — неожиданно сообщил Проныра, искоса поглядывая на ведьму — в Андориносе меня никто не ждет. А тут Вертана одна… В общем помогу ей за Лесом присматривать. Эльфов уцелевших разыщу, мозги им вправлю, я ведь все-таки наполовину эльф, хоть и не знаю, какими были мои предки? Лесными, Горными, или Морскими?

— Думается мне что городскими — выпалил Рунин, уже возвратившийся после краткого облета, и теперь восседавший на пышной еловой ветке. — Так что тебе в лесу не будет особо уютно. Я бы посоветовал тебе вернуться вместе с нами в Андоринос. Там запастись всем необходимым, набрать отряд единомышленников и тогда только возвращаться.

— Вещий птах дело говорит — поддержал попугая Кэфент — это разумно.

— Но как я тогда вернусь? — Не согласился Проныра — Коридор то еще не протянут.

— Ну тут я тебе помогу — ответила Дейдра — сопровожу обратно. Вместе с отрядом.

— И я — настойчиво сказал Кэфент — тем более мне все равно пока заняться нечем. Ищу себя так сказать.

— Ну тут бы я не зарекался — усмехнулся Априус — твои э-э… освободители могут думать иначе… А вообще как знаешь, мне ты ни чем не обязан, да и сам я на месте оседать не собираюсь.

— Ух ты нас цто здут стланствия? — Враз напряг слух недодракон.

— Все возможно — ушел от прямого ответа Априус — но это потом, а пока давайте вернемся в избушку нашей гостеприимной хозяюшки.

Они постояли еще чуть под сенью недавно выращенных елей, и повернули назад. Лес без пения птиц, стрекотания и жужжания насекомых, не располагал к наслаждению, а в тишине никто из присутствующих не нуждался. Небольшой бор что окружал изгородь с избушкой, был все же несколько другим, и мухоморы растут, и мурашки копошатся, и даже пробивается зверобой и бессмертник.

Трава на поляне раздвинулась, словно сама собой, пропуская гостей к частоколу. Ведьма чуть повела рукой и часть бревен, исчезла образуя неширокий проход, Априус ощутил некое напряжение исходящее от хозяйки, и поинтересовался:

— Вертана, тебя что-то тревожит или смущает?

— Да не то чтобы так — проговорила ведьма почти шепотом — просто… Скажи кто ты? Сотворить такое с Черным Лесом… вот так вот враз…. И потом вырастить на его месте новый…. Кем надо быть? Я знала Старых Богов, твоя Сила в чем-то сродни их, но не только… Я не могу прочесть в тебе…. Это меня смущает. Ты не бог, но и не чародей, и не…

— Я Звездный Странник — перебил ее Априус — Путь мой не имеет конца. Потому любой мир мне дом. Я Домовой если считать всю Сферу нашим Домом, ее оберегающий дух. Я есть мир, мир есть я. Такова нынешняя моя суть. А то что было раньше уже не важно. Открываю тебе это, чтобы ты не маялась в поисках ответа, которого нет.

Они как раз поднялись в избу, и Априус сразу забрал у Проныры свой походный мешок, достал и раскатал «скатку» мысленно желая, чтобы та выдала чего-нибудь попить. Из скатерти выдвинулись пара высоких кувшинов, и небольшой бочонок, несколько глиняных мисок с длинными сосисками и жареной капустой, а так же хлебцы, обваленные в пряностях. В кувшинах оказалось кисловатое вино, чему все были несказанно рады, бочонок же вмещал в себя превосходный эль, явно сделанный не человеческими руками. Утолив жажду, принялись неспешно поглощать скромные дары скатерти, понимая, что на большее она просто не способна. Но и этого было уже не мало, учитывая то что, в избе Вертаны, кроме странно пахнувшего варева, в казанке, вообще ничего из съестного не было. Как она, выживала и чем питалась, осталось загадкой. Конечно, у нее был небольшой огородик, но круглый год он явно прокормить не мог. Но ведьма, на то и ведьма, чтобы иметь собственные секреты живучести, и сохранения молодости.

— Вертана, а попытайся припомнить, за последние двести лет кто-нибудь наведывался к тебе? — Запивая последний кусочек хлебца, поинтересовался Рус — Из тех от кого Силой так и разит, чуть ли не за версту?

— Ко мне точно никто не приходил, а вот за остальных сказать не могу, они все от меня далековато обитали. Ко мне вообще мало кто совался, поначалу конечно перли разные… э-э… хитрованы, но я таких охотничков быстро повывела, так что не знаю, были ли в этих краях такие сильные колдуны или нет, ко мне они не совались это уж точно…

— Ясно. Что ж будем мы собираться, как говорится — труба зовет. Ты уж тут постарайся продержаться, до прихода Фиора, пока он соберет все что нужно для нормальной жизни Леса, может не одна седмица пройти.

— Да мне то особо не привыкать. Ты лучше скажи Рус, — чудища то на волю не вырвутся?

— Не думаю, заслон там крепкий, а со временем стражу поставите, на пограничном рубеже. Кто-то ведь их тут растил, узнать бы кто? Вот я им приманку и оставил… Ладно, давайте поклажу в порядок приведите и в путь, друзья мои.

— Какая у нас поклажа? — Пробасил снежный барс, имея в виду себя Яшу, и Рунина.

Все быстро навели порядок в изрядно опустевших мешках, и стали у двери. Прощанье было недолгим, и уже спустя четверть часа, они стояли у кромки нового Леса, в нетерпении переступая с ноги на ногу, пока Дейдра сосредотачивалась на подходящем дереве, пытаясь проецировать такое же в Отражении, а Априус заканчивал свои магические воздействия. Перед уходом, он вплетал в ткань этого мира, сторожевые и охранные чары, так чтобы те вообще невозможно было заметить, по крайней мере, при поверхностном взгляде, на тонкие планы…

— Кажется, получается — медленно проговорила принцесса — давайте сразу за мной, не отставая…

Она двинулась вперед, вроде бы среди тех же деревьев, но в ноздри ударил запах привычного лесного воздуха, а тишина сменилась стрекотанием и птичьим гомоном. Все с облегчением вздохнули, понимая, что все получилось, и мир западня выпустил их из своих объятий.

— Как думаешь — мысленно спросил куатар — а сами бы мы, что не выбрались?

— Выбрались бы — ответил Априус — но зачем им это знать? Я не собираюсь раскрывать карты, хотя конечно что-то и придется объяснить. Кэфент далеко не глуп, понимает, что с Источником, порождающим Тьму, не всякий сможет оперировать, а уж если быть точным то единицы смогут. Нужно иметь Тьму в себе чтобы он не сопротивлялся. И естественно обладать достаточной мощью….

— Скажи, а они ведь были тогда, эти источники, когда еще существовал наш родной мир, или проявились после его гибели?

— Думаю были, только выполняли совсем иную задачу, а когда «Сердце Мира» взорвалось, нарушилось вся система течения магии, и они заняли главенствующее положение. Магические силовые линии, именуемые еще линиями Лей, существуют в каждом мире, так было и со Сферой, она просто была переполнена ими, как и всякий мир в начале своего воплощения. С веками, по разным причинам линий становилось меньше, из них ведь забиралась Сила, даже впрок, тоесть ею наполняли различные предметы, именуемые теперь артефактами Предтеч, плюс войны и сражения, в общем, было от чего им по — уменьшится. А сейчас еще посредством Источников, творятся сырые миры, для скармливания Подателю…. Боюсь даже представить что случится если Три Великих Источника иссякнут. Хотя пример есть, в небезызвестной тебе Ки, такое считай, произошло. Там еще в древности, было нарушено равномерное течение Силы… магию собирали, накапливали, бездумно использовали, зная, что она постоянно восполняется. Но все оказалось далеко не так, вот и попытались сохранит ее заряжая все что только возможно — оружие, украшения, кристаллы, одноразовые заклятия, написанные на свитках, но все равно магии там осталось с гулькин нос, теперь как помнишь там процветает наука…

— Да уж, магический дождик перестал даже капать, не то, что лится…

— Вот-вот, так что получаются — запасы Силы во Вселенной не бесконечны, и нам, пожалуй, следует продумать, как быть, если вдруг что…

— Может выстроить свой собственный накопитель? — Мысль куатар была явно не лишена смысла, и Априус молча кивнул, обрывая мыслесвязь.

Дейдра как раз вывела их на большой зеленый луг, и в нерешительности остановилась.

— Я не знаю, куда идти дальше — задумчиво проговорила она — все известные мне Тени отбрасываемые Эмбером, наврядли ведут в нужном направлении.

— Хорошо, тогда дальше поведу я. Ты вывела нас из глухой зоны и это главное — останавливаясь, ответил Рус — сейчас-сейчас ухвачу нужное направление… так насколько я понимаю, нужен ключевой мир, который отбрасывает много Теней…. Ага, есть такой… все ухватил…

Он смотрел на луговую траву, растущую вперемешку с цветами ромашек и васильков, и представлял такую же точно, там, в одном из миров уже знакомого, почти родного Сектора. Шаг другой, пространство вокруг почти не изменилось, луг как луг, но за его концом замаячила извивистая речка, которой не было раньше.

Пройдя еще немного, они оказались на ее берегу, абсолютно лишенном растительности, а когда оглянулись назад, там уже не было ни луга, ни далекого леса.

— Мозно я искупаюсь? — неожиданно попросил Яша — Смотлите какая цюдесная водицька… плозлацьная и такая манясцяя.

— В такой водичке всегда бывают сюрпризы — проворчал Априус — как правило, зубастые и голодные. Но ты прав искупаться действительно хочется. Вперед!

Он перестал оперировать с Отражениями, и просто направился к воде, стягивая кольчугу. И естественно опоздал. С шумом и плеском, прямо с берега в воду вошли два стремительных тела. Спустя миг на поверхности воды появилось две довольные морды — куатара и ящера, и издав созвучное веселое похрюкивание, нырнули опять. Кэфент помог Дейдре освободится от одежды, и провел ее к отмели что выступала, чуть дальше, а Априус с Пронырой бултыхнулись следом за первопроходцами. Предоставленный сам себе попугай, от нечего делать принялся гоняться за стайками мелкой рыбешки, мелькавшими на поверхности.

От реки и впрямь исходило желание напитать усталого путника силой, утолить жажду и голод. А это означало что ее божество живо, и в прекрасном настроении. В свое время это место явно не подвергалось зачистке воинствами Великолепной Семерки, которые уничтожили практически всех Прежних, что обладали хоть какой-то силой, и не изъявили покорности.

Вдоволь наплававшись, и нанырявшись, позволили себе немного полежать в теплой, словно парное молоко прибрежной воде, наблюдая за игрой мелкой рыбешки и скользящими по гладкой поверхности водомерками. Вокруг не переставая, носились большие стрекозы, великолепной раскраски бабочки и крупные шмели. Безмятежный мир, нетронутый никем, такие места особенно нравились Априусу, видимо потому что напоминали детство с его беззаботностью и любопытством ко всему.

Справа раздался неожиданно громкий всплеск, недодракон подскочил от неожиданности и неверяще уставился на громадную рыбину что судорожно хватала воздух раскрытым ртом.

— Это тебе приятель — послышалось сверху — подарочек от меня. Попробуй эту златоперую, весьма редкий нынче экземпляр.

— Рунин как ты ее добыл? — Изумился Проныра, вытаращив раскосые глаза.

Априус сердито глянул на попугая — мол, нечего показывать свои возможности, но то в обычной своей манере возмущенно ответил:

— А что я? Она сама выпрыгнула, я лишь шуганул ее немного в Яшину сторону.

— Спасибо Лунин — послышалось довольное урчание недодракона — ух ты какая класивая… не делгайся… ум-ням — ням.

— Лопай-лопай — снисходительно прокаркал попугай — и помни мою доброту, а то в последнее время совсем от лап отбился. Вырос видите ли…

— Ладно, хорош, прохлаждаться — Априус нехотя поднялся из воды — пора дальше двигаться. Давайте обсыхаем и потопали.

Посвежевшие, и отдохнувшие, получившие заряд бодрости и хорошего настроения они нехотя оделись в пыльную и изрядно изорванную одежду, которую почему-то посредством магии никто чинить и приводить в порядок не желал. Свои обычные вещи, Априус бы конечно не испортил, но купленную на рынке перед походом, не стоило того, чтобы на него расходовать хоть каплю Силы.

Отряхнув звездную пыль с одежды и сапог, накинув почти пустые мешки, медленно побрели вдоль берега, Кэфент и Дейдра, Априус улыбнулся поглядев им вслед — пара явно складывалась, и это не могло не радовать, ибо не упроси он Третью Силу, вернуть парня к жизни, принцесса тоже была бы уже мертва. А так вон, оба живы, и похоже обрели настоящее чувство, что тоже не так часто встречается.

Он перевел взгляд на полуэльфа, который казался грустным, и проговрил:

— Не тоскуй, ты так. Ни куда твоя Вертана не денется…

— Почему это она моя? — Вскинулся тот.

— Ой, да ладно тебе, все ведь заметили, как ты на нее смотрел. Остаться решил. Запал ты на нее это ясно как божий день. Так что не дрейфь, собери все необходимое, и сразу как вернешься «атакуй».

— Да я для нее мальчишка… младенец.

— Ну и что? Ты думаешь, когда срок жизни за век переваливает, разница в возрасте кого-то волнует? Было бы притяжение и все такое… Как известно… — ровесников не ищет.

— Ну да — ну да — смешался Проныра, и перевел тему — ладно зови этих голубков — пора идти, я теперь спешу.

— Как скажешь — улыбнулся Априус, и помахал влюбленной парочке рукой, подзывая к себе.

Спустя минуту отряд шагал уже по живописным лугам, неосвоенных прерий, но это еще не значило что каждая отбрасываемая ключевыми мирами Тень, всегда будет иметь хорошую погоду. Отражения лежали несколько в иной плоскости бытия, и Априусу приходилось напрягаться, чтобы удерживать их. Это походило на своеобразный веер миров, который когда-то развернули, и теперь переходя из одного мира в другой, можно было добраться к самому крайнему.

Порой невидимая стезя выводила их в красные пески пустынь, порой в заснеженные предгорья, где царил лютый холод, но в основном это были обжитые края с засеянными полями, или ровными квадратами огородов. Они увидели множество рек которые мерно несли свои воды, на их берегах безбоязненно паслись стада диких лошадей и и других копытных, которых так нравилось вспугивать Рунину.

По-своему это было веселое и красочное путешествие, и чтобы его описать, понадобилось бы отдельно повествование, но и оно под конец прискучило Априусу, да и Проныра поспешал, потому, в конце концов, Рус, снова прибег к кокону, который аккуратно вобрал в себя слегка подуставшую компанию, и понес согласно заданному заклинанием курсу.

Самая простая, и древняя магия, способ передвижения в коконе известен был еще на заре времен, потому срабатывал всегда безотказно, и единственной его проблемой была возможная неточность, в случае колебаний времени и пространства. Но сегодня все было стабильно, поэтому перенос закончился правильно, и кокон распался, опустив свою драгоценную ношу на землю, в пределах Андориноса, известного еще как город-ярмарка.