Помоги проекту - поделись книгой:
– Прошу прощения! Так на чем мы остановились?
– Вы рассказывали о своем захватывающем хобби, которое к тому же неплохо оплачивается. Очень хочется узнать, о чем же речь.
– Извините, Доктор, но, боюсь, я вас разочарую. Ничего интересного здесь нет, правда. Наверное, я вообще зря начал этот разговор.
Они снова замолчали. Доктор чувствовал, что его собеседник напряжен, и это напряжение передавалось ему. И тут молодой человек неожиданно и резко произнес:
– В меня бросают ножи. – Он чеканил каждое слово. – Это такое представление, ночное шоу, знаете? Пользуется большой популярностью, между прочим. Кстати, не желаете посетить? – В голосе незнакомца появились какие-то зловеще-ироничные нотки.
– Благодарю, но я не любитель подобных мероприятий. Предпочитаю спать по ночам, – ответил Доктор. – Значит, получается, вы мишень, – добавил он то ли с вопросительной, то ли с утвердительной интонацией.
– Мишень? – Молодой человек выглядел слегка озадаченным. – А вы знаете, пожалуй, да… Я и правда мишень. Можете даже меня так называть, – усмехнулся он. – Послушайте, – сказал он, бегло взглянув на часы, – сейчас у меня мало времени. Может, пересечемся как-нибудь? Понимаете, недавно одна знакомая в шутку посоветовала мне обратиться к психологу, а тут такой, хм, случай…
– На визитке указан телефон клиники. Позвоните – вас запишут на прием. Обычно я принимаю с 12 до 21 по будням.
При этих словах Мишень недовольно поморщился.
– Послушайте, а нельзя ли обойтись без записи? Я просто очень не люблю все эти поликлиники, больницы, кабинеты, кушетки – они навевают уныние и скуку. Может, просто посидим где-нибудь, скажем, позавтракаем в кафе? Я приглашаю.
Доктор внимательно посмотрел на нового знакомого. Знания о физиогномике сообщали ему, что этот тип волевой и способный совершать рискованные поступки – об этом свидетельствовали широкий подбородок и большой нос правильной формы. Зачастую выражение лица бывало намного красноречивее слов. Еще в часовне Доктор отметил необычный, безжизненный взгляд молодого человека, который резко контрастировал с его деловым обликом и крепким, накачанным телом. Сейчас, при свете фонарей, эта безжизненность стала еще более заметной. А ведь Доктор еще недавно видел подобный взгляд – когда смотрелся в зеркало…
– Мы просто поболтаем, Доктор. Знаете, иногда так хочется поговорить – а не с кем. Я один… Один. Впрочем, – поспешно добавил он, – если вы не можете, то не буду навязываться. Адьес!
Ситуация показалась Доктору смутно знакомой. Это что-то напоминает, но что? И тут он понял. Если одновременно включить множество электроприборов, возникнет перенапряжение, и подача энергии прекратится. Чтобы зажечь свет, необходимо поднять тумблеры на щитке. Вот и это человек, пожалуй, перегорел. Тумблеры опущены, и поднять их некому. Ему, действительно, нужна помощь. Да и потом, Доктор почувствовал, что этот случайный знакомый чем-то близок ему.
Мишень отвернулся и открыл дверцу своей «Феррари».
– Стойте! – окликнул его Доктор. – Давайте увидимся. Когда вам удобно? – После этих слов Доктор замер. Повисла пауза, которая продлилась несколько секунд. На мгновенье в тусклых глазах Мишени появился проблеск света, который, правда, тут же погас.
– А давайте завтра, часов в 9 вечера? Идет?
– Идет.
– Благодарю. До встречи, Доктор.
Мишень сел за руль, завел машину и резко тронулся.
Доктор нырнул в метро. Его терзали весьма противоречивые чувства. Зачем, зачем он это сделал? Нужно было попробовать настоять на своем. Все клиенты приходят к психологу в кабинет. Это правило, которому его учили и которое он неукоснительно соблюдал. Но в конце концов, кто сказал, что это будет его клиент? Доктор не раз замечал за собой маленькую слабость – смешивать работу и личную жизнь. Практически в каждом он видел своего потенциального клиента, зачастую забывая о том, что перед ним просто человек. Вот и с этим новым знакомым та же история. Он с первого взгляда задумался о его возможных проблемах, о том, что он, как психолог, должен помочь ему найти решение… Но разве ему нельзя просто пообщаться с человеком, который ему интересен? Он вполне может стать его приятелем, другом, с которым они время от времени будут созваниваться, обмениваться новостями, встречаться за рюмкой чая… Да, пожалуй он остановится именно на этом варианте. Доктор был настолько сильно погружен в свои мысли, что чуть не прозевал свою станцию.
Доктор подумал, что в тот день он проснулся дважды: один раз утром, когда открыл глаза, а второй раз – когда осознал, что его жизнь тесно связана с жизнью других людей. Встреча в часовне подарила ему возможность узнать что-то новое. Человек каждый день открывает что-то новое, и это новое несет знание, которое может изменить ход событий, а может и не изменить – все зависит от применения этого нового.
Этот случай давал надежду, что осень не такая уж «унылая пора».
ПРАКТИКА «СЕГОДНЯ»
Что нового вы узнали сегодня?
Глава 2. Увидеть необычное в обычном
– В жизни все есть, но жить не хочется… – это был ответ Мишени на стандартную приветственную фразу Доктора «Как жизнь?».
«Хм, неплохое начало», – подумал психолог.
С их памятной встречи в часовне прошло почти три недели. За это время Доктор и его новый знакомый виделись еще два раза, и этих двух раз хватило, чтобы понять: никакой дружбы между ними быть не может. Точнее, понял это Доктор. Ему очень хотелось, чтобы они «сделались приятелями», однако профессиональный интерес все-таки взял верх. Он осознал, что Мишени сейчас нужнее психолог, а не «приятель», с которым можно просто скоротать время. Может, попробовать все-таки пригласить его на прием? Однако внутренний голос подсказывал Доктору, что из этой затеи ничего не выйдет. Его визави весьма отчетливо выразил свое отношение к врачебным кабинетам еще на самой первой встрече. Если он будет настаивать, то Мишень, вне всяких сомнений, от него отдалится, и тогда он не сможет ему помочь, не сможет поработать с этим действительно интересным случаем. Но и грань переходить нельзя: клиент не может быть другом. В конце концов Доктор выбрал некий компромиссный вариант: продолжить встречи в неформальной обстановке, но при этом общаться с ним как с пациентом, используя свои профессиональные методы и приемы, и «держать дистанцию» – не допускать, чтобы «деловые» отношения переросли в дружеские. Именно поэтому, кстати, он даже не спросил о настоящем имени Мишени. Его вполне устраивало это прозвище – оно помогало не нарушать границы. Однако легко сказать – трудно сделать: Доктор пока с трудом представлял, как он сможет осуществить свою затею на практике, и сможет ли вообще. Но ведь чем сложнее задача, тем интереснее ее решать. Доктор отважился на этот рискованный эксперимент, хотя и предположить не мог, куда он его приведет.
Семь тридцать утра. Совсем рядом шумел Курский вокзал. Многочисленные жители ближнего и дальнего Подмосковья, для которых электричка стала вторым домом, прибывали в столицу на работу. Доктор и Мишень спускались по подземному переходу в сторону «Атриума». Воздух ноябрьской осени смешался с запахом вокзала, поездов и пассажиров. Сигаретный дым пересекался с изысканным ароматом парфюма.
Внимание Доктора привлекла одна немолодая женщина, которая шла им навстречу. Люди вокруг нее очень спешили, но она не обращала на это никакого внимания и придерживалась своего собственного, весьма неторопливого и неуместного в час пик темпа. Казалось, еще чуть-чуть, и кто-нибудь собьет ее с ног, но ее это отнюдь не волновало.
– Взгляни-ка на нее! Почему ее все обходят? Такое чувство, что ее не замечают и замечают одновременно. Все куда-то спешат, но куда? Что случится, если кто-нибудь из них не успеет прийти на работу в должный час? Наступит конец света? Нет. Но они этого не понимают и поддаются всеобщей текучке. Она же идет так, как ей нравится и как ей удобно, несмотря ни на что. Знаешь, она похожа на корабль способом управления, а толпа вокруг нее – это шторм. Необычно, – заметил Доктор.
– Что же тут необычного? – хмыкнул его спутник.
Доктор не стал отвечать.
Тут их внимание привлек чудесный ванильный аромат свежевыпеченных круассанов, и они завернули в кафе. Сделав заказ, они продолжили разговаривать о той женщине. Точнее, говорил Доктор. Она казалась ему необычной. Необычна ее скорость.
–…И мне кажется, она интересна сама себе. А самое важное состоит в том, что мы не прочитали об этом в учебнике по философии, а обнаружили сами – в повседневной жизни.
Этот вопрос был не случаен. Данный прием он довольно часто использовал в работе: вовлечь собеседника в реальность «здесь и сейчас», чтобы вывести из дебрей внутреннего диалога.
Молодой человек немного задумался и почти сразу ответил:
– Ну, недавно я в течение дня трижды встретил близнецов. – Он улыбнулся.
– И что ты подумал? – серьезно спросил Доктор.
– Да ничего особенного… Что в жизни всякое бывает… А, вот еще… Недавно я получил отказ, хотя был абсолютно уверен в положительном ответе. Это было необычно. До сих пор не могу понять, почему это произошло. Предполагал одно – а получилось другое… Как ты считаешь?
– Мне кажется, причина в картинках, – с легкой улыбкой сказал Доктор, переводя тему к практическим моментам.
– Как это? Всему виной мое воображение? Но я всегда четко представляю, чего хочу…
– Я тоже. Только я разбавляю свои представления реальными фактами. А еще я всегда учитываю, что в мире есть то, что не подвластно нам. Например, ты не мог знать состояние человека, его настроение и истинные мотивы на тот момент. Ты мог только предполагать, верно? Но ты думал только о картинках в твоей голове – и в результате тебя постигло разочарование.
Наступила пауза, но она не была неловкой. Доктор уловил искру внимания в глазах собеседника и продолжил:
– А знаешь, что необычного случилось со мной? Рано утром через открытую форточку ко мне залетела одна мысль и угодила мне прямо в голову. Я проснулся и понял: в любой ситуации есть выбор и любая ситуация – результат нашего свободного выбора.
При этих словах Мишень прищурился.
– Ты говоришь, выбор? Значит, моя жизнь – это тоже результат моего выбора?
– Безусловно. Тебе не нравится, как ты живешь? Ты говорил, что один…
– Да, хотя вокруг меня много народа, но по сути я один, один…
Доктор напрягся. Он почувствовал, что сейчас его собеседник отважится на откровенность.
– Я обманываю сам себя. Понимаешь, я занимаюсь тем, что мне не нравится. Работа, общение, образ жизни, который я веду, – все это мне претит, но ведь все это с моего же позволения, как ты говоришь, я сам сделал такой выбор. Но меня преследует чувство, что я предал себя, свои мечты. Заигрался в деньги. Я привык делать то, что не приносит мне удовольствия, но приносит выгоду… Когда я подбирал себе квартиру, то понял, что в сфере недвижимости можно неплохо заработать – и занялся недвижимостью. Люди, которые меня окружают, интересуются моими финансами гораздо больше, нежели моими чувствами. У меня медицинское образование, но я лишь два года проработал по специальности – мне стало скучно. А все потому, что я поступил не туда, куда хотел, не мое это было желание… А отношения… Говорить даже не хочу, видимо, любовь обиделась на меня… Вначале я страдал, а теперь научился жить и не чувствовать боли, забил на все. Боль сопровождает меня всю жизнь – с самого детства. Но я, наверное, сам неосознанно стремлюсь к ней, раз выбрал такое занятие… Я живая мишень. Почти каждый день моя жизнь висит на волоске. Я слышу свист пролетающих клинков, слышу, как они втыкаются в деревянное покрытие диска. Один за другим… Их всего тридцать три. Тридцать три шанса умереть… Адреналин зашкаливает, и это помогает забыться. Это и заполняет пустоту.
Доктор смотрел на него во все глаза. Все оказалось гораздо серьезнее, чем он мог себе представить.
– Чтобы не сойти с ума на этом диске, я вспоминаю мгновения из детства: мне десять лет, август, вечер, закат, и я сижу рядом со своей бабушкой на скамейке под окнами дома…Теплые руки, запах картошки и семейной любви… Впереди кромка леса и поднимающийся туман. Даль, в которой надежды и мечты. Васильки и ромашки, полынь и душица – целый букет чувств. Вот оно, родное… Но вот, – его голос резко изменился. – Тридцать третий просвистел рядом с сердцем, шоу закончилось, и воспоминания мои тоже закончились. Я человек – мишень. И знаешь, зрители отдают немалые деньги. Но я уверен на сто процентов: на самом деле все они тайно ждут, что нож попадет в меня… Ждут, затаив дыхание… Между жизнью и смертью один миг, одна тоненькая ниточка, которая может оборваться. И каждый пролетевший мимо клинок – это новый шанс жить. Такое чувство, что я точно заново рождаюсь. За один такой номер мне платят тысячу баксов – очень даже неплохо, учитывая, что это, по сути, месячная зарплата врача в поликлинике… Но самое главное, для меня это что-то вроде анестезии. Я радуюсь тому, что остался жив, чувствую какую-то наполненность… Этой адреналиновой прививки мне хватает на несколько дней. За такой трюк я получаю тысячу баксов.
Он замолчал. На его лице проступила ясная, безотчетная боль… Казалось, еще мгновение, и в его глазах заблестят слезы.
Исповедь Мишени удивила Доктора, но лишь отчасти: он понимал, что рано или поздно это случится. Их ранние беседы были поверхностными, «подготовительными». Доктора, безусловно, задело упоминание о необычном «хобби» на первой встрече, но развивать эту тему самому, тянуть из него признание клещами ему не хотелось. Сейчас, на третьем «сеансе» – встрече, Мишень уже сам был готов «раскрыться», поделиться с Доктором своими сокровенными переживаниями, и эта готовность вылилась в такой пусть не совсем связный, но искренний речевой поток, полный горечи и отчаяния.
Говорить не хотелось: Мишень переводил дух, а Доктору нужно было время, чтобы осмыслить услышанное. Они молча допили кофе и съели остывшие круассаны. Два часа пролетели незаметно. Казалось, воздух стал другим, больше осенним, нежели вокзальным. Потеплело, уходить совсем не хотелось, но человек-мишень надел свою темно-синюю куртку. Он положил на стол деньги, посмотрел в задумчивые глаза Доктора, хотел что-то сказать, замер на миг и вместо слов сделал глубокий выдох.
– Благодарю за то, что выслушал. Я позвоню.
– Что же необычного произошло с тобой сейчас, точнее, сегодня? – спросил Доктор низким голосом. Он не хотел спрашивать, ему пришлось проявить усилие, чтобы задать этот вопрос.
Мишень не сразу, но ответил. Практически шепотом он произнес одно слово:
– Искренность.
Он ушел, а Доктор погрузился в размышления. Его терзали противоречия. Пожалуй, самое интересное только начиналось. Он взглянул на деньги, оставленные Мишенью: их было намного больше, чем сумма, указанная в счете. О чем это говорит? Пожалуй, о его щедрости и расточительности. Доктор постарался припомнить все известные ему детали: дорогая машина (пусть и купленная в кредит), своя квартира в престижном районе на западе Москвы, работа, которая приносит весьма достойный заработок, брендовая одежда, дорогой парфюм, стильные аксессуары… Он явно заботится о себе – уж очень ухоженным выглядит. В меру накачан и в меру… Но мера есть у него снаружи, а вот внутри баланс явно нарушен. Казалось бы, у Мишени есть все, но он чувствует себя одиноким и несчастным. Значит, эта насыщенность на самом деле – пустота? Иначе откуда столько негативных мыслей? Откуда этот регулярный неоправданный риск?
По дороге на работу Доктор продолжал размышлять о Мишени. Все-таки было в этом человеке что-то необычное, притягательное и… близкое. Вообще, в каждом человеке, даже если он кажется ординарным и посредственным, есть нечто удивительное… О любом человеке можно написать захватывающий роман, ведь что может быть интереснее, чем сама жизнь со всеми ее горестями и радостями? Может, и он, Доктор, когда-нибудь напишет книгу о своем необычном клиенте? Почему бы и нет?
Жизнь состоит из печали и счастья… Стоп. Поводы для печали мы часто придумываем сами, а радостей нас никто не лишает. Получается, что жизнь – это испытание. Мы ставим перед собой задачу, решение которой зависит от правильно выбранного инструмента. Прав был учитель Доктора, который утверждал, что самая эффективная практика, которую можно использовать каждый день, – это сама жизнь. Именно эти слова и содержащийся в них смысл в свое время помогли ему изменить отношение к жизни. Научили его видеть необычное в обычном.
Но вот уже он на пороге своего кабинета. Пора приниматься за работу.
ПРАКТИКА «УВИДЕТЬ»
Что же необычного произошло с вами сейчас, точнее, сегодня?
Глава 3. Открыть грань любви
Прошло две недели, а Мишень все не объявлялся. Доктор даже начал беспокоиться. Он даже думал позвонить ему, но внутренний голос психотерапевта-профессионала говорил: «По этическим нормам, первым звонит клиент – это показатель его мотивации».
И вот наконец на экране мобильного телефона высветились заветных шесть букв: «Мишень», и секунду спустя Доктор услышал знакомый глубокий голос, чем-то напоминавший голос чревовещателя.
– Здравствуй, Доктор!
– Здравствуй, Мишень, рад тебя слышать! Как дела?
– Да все нормально. Если не считать того, что не хочется жить, – проговорил он с той же самой злорадно-ироничной интонацией.
«Что ж, он называет вещи своими именами и смотрит правде в глаза. Уже неплохо», – подумал Доктор, а вслух сказал:
– Хорошо, что осталось желание позвонить! – Он разговаривал с Мишенью в этакой шутливой манере, которая казалась ему достаточно эффективной. – Если нашлись силы для звонка, может, найдутся и для встречи?
Доктор почувствовал, что контакт снова установлен.
– Давай. Скажем, через пару часов?
«Ох, – мысленно посетовал Доктор, – через два часа мне как раз нужно быть у стоматолога. Я и так нарушаю правила, не принимая Мишень в кабинете, а уж если буду переносить собственные дела ради встречи с ним, это будет и вовсе из ряда вон.
– Нет, я буду занят, – спокойно ответил он. – А вот через четыре часа уже освобожусь.
– Понял. Еще наберу, – голос прозвучал тихо и неуверенно. – Благодарю.
В трубке раздались короткие гудки. Доктора сразу начали терзать сомнения: правильно ли он сделал, отказав Мишени? Если бы речь шла о любом другом клиенте, он бы поступил так, не задумываясь… Но ведь Мишень – особый случай. Он не объявлялся больше двух недель, и нет никакой гарантии, что снова не исчезнет. Вообще Доктор чувствовал ответственность за всех своих клиентов, за тех, с кем работал, а в данной ситуации это чувство было особенно обостренным – ведь речь шла не только о профессиональном, но и о личном участии. Состояние Мишени было знакомо ему не понаслышке, и он понимал, что просто обязан помочь – ведь тем самым он не только вылечит его, но и спасет ему жизнь. Мишень хочет с ним общаться, доверяет – после недавнего признания в этом не оставалось никаких сомнений. Но связь между ними еще очень непрочная и может оборваться в любой момент. А что, если этот момент наступил сейчас? При нынешнем положении дел любая мелочь может стать роковой… Может, зря он все-таки пытается оставаться врачом и вести себя соответствующе? Может, раз Мишень видит в нем приятеля, то и вести себя с ним по-приятельски?
Его размышления прервал телефонный звонок. Это была стоматолог: она попросила перенести время приема на завтрашний вечер. Доктор был приятно удивлен и одновременно озадачен. Вот оно, решение проблемы! Все само собой сложилось в пользу Мишени. Доктор тут же набрал его номер.
– Слушай, Мишень, у меня изменились планы. Встретимся через два часа, как ты предлагал?
– Ладно. Давай в Сокольниках на выходе из метро?
– Договорились.
Когда Доктор пришел, Мишень уже был на месте.
Доктор сразу обратил внимание, что выражение безжизненности и усталости на лице его клиента проступило гораздо отчетливее. Одет он был примерно как всегда: черная кожаная куртка, под которой виднелась белоснежная рубашка, темно-синие джинсы, дорогие коричневые ботинки – но экспрессия, характерная для его облика, куда-то исчезла. Казалось, только его руки были живыми. Своей безжизненностью Мишень напоминал восковую фигуру. Доктор осознал, что состояние его необычного клиента на этот раз намного хуже, и мысленно поблагодарил стоматолога, перенесшего встречу.
– Может, прогуляемся немного, а потом зайдем в кафе? – предложил Мишень. Доктор согласился.
Они шли по улице, меняясь ролями: каждый из них был то ведущим, то ведомым. При этом они практически не разговаривали, знаками и жестами приглашая друг друга проследовать в том или ином направлении. Доктора не покидало чувство, что Мишень хочет начать разговор. С каждым шагом он будто собирался с духом, чтобы сказать что-то важное, но пока не произносил ни слова. Доктор же был верен себе и не вступал в разговор первым.
Над ними нависло мрачное, свинцовое, серое ноябрьское небо. Панельные десятиэтажки смотрели на них с хмурым и немного укоризненным видом. Город не смолкал: стучали каблуки, шумели автомобили, гудел экскаватор (видимо, неподалеку шла стройка). Лица снующих туда-сюда людей были холодными и безучастными, как осенний ветер. Доктор посмотрел на своего спутника: да, в его душе царит тоска, а сердце уснуло. Где-то он все это видел… И похожие чувства испытывал, причем совсем недавно… Что же это было? Вспомнил! На днях он пересматривал фильм Андрея Тарковского «Сталкер»…
И вот, как в том самом фильме, из «панельных» 80-х они попали в другое время. Точнее, это было место вне времени. Взору Доктора и Мишени предстало небольшое, но необыкновенно красивое озеро, которое еще не успело покрыться корочкой льда. Внимание обоих привлекли два черных лебедя, которые легко и свободно плыли по прозрачной воде. Спутники подошли чуть ближе и сели на скамейку. Минут пять они сидели молча, наблюдая за тем, что происходит вокруг. И тут Мишень наконец-то сказал:
– Я устал жить.
Доктор молчал. Перебивать человека, готового к откровенности, нельзя ни в коем случае. Минуту спустя Мишень продолжил.
– Устал засыпать с тоской и просыпаться в пустоте.
Далее он заговорил очень быстро, точно боялся, что Доктор начнет возражать, хотя тот и не думал этого делать:
– Я просыпаюсь по утрам, но не могу заставить себя встать с постели. Лежу и не хочу открывать глаза. Пытаюсь ответить на вопрос: «А ради чего мне, собственно, подниматься?», но у меня ничего не получается. Встаю только, чтобы сходить в туалет или на кухню и чего-нибудь перекусить. Ну вот сегодня я встал, выпил кофе, посидел в кресле, затем включил ноут, загрузил электронную почту, но, так и не прочитав ни одного сообщения, снова лег в кровать, свернулся в клубок, обнял подушку и пролежал еще час… Зачем мне все это? Что со мной происходит?
Доктор попытался встретиться с ним взглядом, но безрезультатно: Мишень отводил глаза.
– Главное проснуться – а там увидишь. Возможно, сегодня я проснулся ради встречи с тобой, – ответил Доктор.
Видимо, Мишень не ожидал подобного ответа. Он взглянул на Доктора, и тот увидел в его потерянных глазах нечто похожее на проблеск интереса.
– Доктор, так что ты думаешь об этом?
– Думаю, что ты будешь в этом состоянии, пока не встретишь ее.
Поделиться книгой: