Чистилище. Бросок обреченных

– Влипли мы, – сказал он Борису по-русски. – И Кир не отвечает. Что за беда?

– Да уж… – хмыкнув, согласился Борис.

И вдруг Макса осенило. Принимать такое решение без совета с Киром было сложно, но другого выхода не было. И он решился. Не зря же Кир выбрал его для автономной экспедиции такого масштаба!

– Скажи ему, что нам нужно осушить озеро всего на пару дней, – велел он Ахмеду. – Самим нам не под силу открыть шлюз, и нам придется его взрывать. Но если дикие помогут, то мы, возможно, сможем его открыть, потом закрыть, вернуть всем каналам проходимость и снова наполнить озеро.

Ахмед принялся объяснять. Парламентер слушал и запоминал. Конечно, решение принимать не ему, но парню важно было уловить хотя бы суть послания, чтобы передать вождю. Выслушав, он снял куфию с алебарды, поваязал голову, и поспешил обратно, к своим.

– Ты серьезно? – спросил Борис.

– А почему нет? – Макс пожал плечами. – Вдруг выгорит?

Борис неуверенно покачал головой. И тут ожила рация. Оказалось, что у одного из радистов в цепочке отвалился один из проводов рации, и он некоторое время не мог передать сообщение Кира. А когда передал, оно уже потеряло всякую актуальность, так как его приказ немедленно отступить уже не имел смысла. Пришлось Максу объяснять новую обстановку. На это раз, к счастью, обошлось без задержек. Кир одобрил решение Макса и дал «добро» на взаимодействие с дикими, если они выразят желание сотрудничать. Если же нет, вступал в силу приказ к отступлению.

Довольно скоро среди недостроенных зданий показался десяток всадников на верблюдах, двигавшихся со стороны города. Все были одеты, несмотря на жаркое солнце, в черные халаты и куфии. Можно было предположить, что такая одежда отражает какое-то социальное отличие в племени. За спиной одного висела винтовка, причем не с оптическим, а с открытым прицелом. Другие были вооружены саблями, а к седлам были приторочены луки и колчаны со стрелами.

– Похоже, сам вождь решил к нам пожаловать со свитой, – с легкой иронией прокомментировал Борис.

– Храбрости ему не занимать, – гораздо серьезнее ответил Макс.

В Клане не было традиции использовать ездовых животных, так как буера были и быстрее, и выносливее, и более грузоподъемные, но и Макс, и Борис понимали, что с кавалерией шутки плохи. Это доказывали и немногочисленные стычки с дикими, в которых бойцов Кира выручало только огнестрельное оружие. У диких же, похоже, была одна винтовка на все племя. Но чем ближе подъезжал вождь, тем более странной казалась Максу сложившаяся ситуация. Все дело в том, что винтовка была новой. Совсем. Словно ее неделю назад достали со спецхранения. Но никакого спецхранения в округе быть не могло. Даже винтовки Клана, за которыми Кир знал как ухаживать, имели куда более изношенный вид. Возникал вопрос, откуда взялось оружие в таком состоянии. Вот только ответа на него не было. Тем не менее Макс поспешил передать сведения об этом факте в штаб через цепочку радистов. Ему показалось, что это важно. И каково же было его удивление, когда из штаба, быстрее, чем Макс ожидал, пришел ответ Кира. Очень странный ответ. Кир велел быть крайне внимательными и не пренебрегать никакими случайностями. Что он имел в виду? По цепочке не разузнаешь. И та же цепочка не позволяла оценить интонацию Кира. И вот думай теперь.

Всадники подъехали ближе, и один из них, двигавшийся впереди вождя, спросил:

– Кто тут главный?

Макс поднял руку. Вождь смерил его взглядом и подал знак одному из своих людей. Тот соскочил с верблюда и расстелил на песке довольно большой коврик. Вождь, подтянув полу халата и положив винтовку у ног, устроился на ковре и жестом пригласил Макса.

– Если что, ты за старшего! – сказал Макс Борису по-русски. – Ахмед, со мной.

Устроившись на ковре и оставив Ахмеда стоять позади себя, Макс поприветствовал вожака традиционным арабским приветствием. Тот ответил. Его произношение было куда ближе к традициям каирского диалекта, чем невнятная тарабарщина парламентера. Винтовка лежала теперь совсем близко, и Макс удостоверился, что она совсем новая. Явно закручивалась какая-то интрига. Но вот какая?

– Мое имя Саид, – представился вождь, открыв лицо, замотанное концом черной куфии.

– Я Макс.

– Мне доложили, что вы собираетесь осушить озеро, – без обиняков сообщил вождь. – Мы не хотим этого допустить. Но и вступать с вами в конфликт нам невыгодно. – Он выразительно глянул на стрелков с ружьями, укрывшихся за канонерскими буерами. Вы готовы искать решения, которые могут быть выгодны и вам, и нам?

– Готовы. – Макс кивнул.

– Зачем вам вообще осушать озеро?

Макс был готов к такому вопросу, поэтому вкратце обрисовал план взятия топливных складов аэропорта Нузха. Вождь внимательно выслушал. Макс поймал себя на мысли, что беседует с ним как с равным, хотя до этого дня представлял себе диких почти животными, едва умеющими говорить. Впрочем, парламентер как раз вписывался в подобное представление. А вождь нет. Если бы не возраст меньше двадцати лет, он походил бы скорее на Кира, чем на опустившегося местного, способного, в отсутствие огня, есть сырую козлятину.

– Вы очень усложнили себе жизнь, – усмехнулся Саид. – Выбрали тот путь, из-за которого Аллах наказал всех нас. Но не мне вас судить. Что выбрали, то выбрали. Ваш выбор дает вам силу, нам приходится с этим считаться. Я хочу спросить, вы сможете вернуть чистые воды Нила в каналы, если мы вам поможем забрать вашу вонючую воду из баков в аэропорту?

– Запросто. Пара взрывов, и вода вернется, – уверенно ответил Макс.

– Хорошо. Тогда я вам предложу не ломать ворота, сдерживающие воду в озере, а поднять их.

– Там чудовища. Они никого не подпустят к отпирающим механизмам.

– Вы столько всего сделали из железа, а не видите простых вещей, из которых состоит мир. Говорю, вы слишком все усложняете.

– Не понимаю, – признался Макс. – Стоит мутантам почуять людей, они тут же напирают толпой. Никакая оборона не выдержит.

Саид рассмеялся.

– Прости! – Он поднял руку в извиняющемся жесте. – Вы очень шумные. Что бы вы ни делали, вас слышно на берегах озера Итку, да и в Каире, наверное, слышно. Если мы вас слышим, знаем о каждой вашей вылазке, то чудовища тем более слышат вас. У них очень, очень тонкий слух. Болезненно чувствительные уши.

– Ты хочешь сказать, что они не чуют нас, а именно слышат?

– Конечно. Вы когда ходите, у вас брякает железо в ваших мешках, скрипит ваша обувь из толстой кожи, шумят непонятные голоса в коробочках, а ваши собаки, одетые в панцири, грохочут так, что поднимают дремлющих у воды птиц за тысячу шагов от вас. Ваши ветряные телеги тоже издают много шума. А уж когда вы начинаете стрелять или что-то взрывать, у нас в селении у женщин крышки с котлов падают. Вы к этому привыкли, не замечаете. Даже между собой говорите громко. Если же двигаться тихо, нет большой необходимости сражаться с чудовищами. Можно просто прятаться от них, пережидать, когда пройдут, а потом делать, что надо.

– Непривычно звучит, – признался Макс.

– Ты мне не веришь? – напрягся Саид.

– Верю. Просто плохо представляю, как это реализовать на практике.

– Что сделать?

– Претворить в жизнь! – Макс забыл, что надо подбирать слова попроще.

– Понятно. Вы не умеете тихо ходить. Поэтому надо послать моих воинов.

– Они справятся с механизмами?

Саид задумался, потом честно ответил:

– Нет. Скорее всего, нет. Нужен один ваш специалист, который покажет моим людям, что делать. Там есть сложности?

– Если и есть, то лишь в плане применения силы. Ворота могли заржаветь, даже наверняка заржавели, нужно будет усилие, чтобы сдвинуть их с места.

– Сколько человек надо? Чем меньше, тем больше шансов пролезть незамеченными.

– Тогда десяток, – со вздохом произнес Макс.

– Хорошо. Я дам десяток людей. Кто из твоих пойдет?

– Я сам, – уверенно заявил Макс.

– Ты же вождь? – удивился Саид.

Макс не стал его разочаровывать и объяснять, что вождь Клана находится в поселении. Пришлось объяснить понятными вождю терминами:

– У нас вожди всегда берут на себя самый большой риск. Такой обычай.

– Глупый обычай, – уверенно заявил Саид. – Но это твое дело. Хочешь идти, собирайся.

– Прямо сейчас?

– Конечно. Чем жарче солнце, тем меньше чудовищ бродит в округе. Все свое железо оставь тут. Ничего брать не нужно. Мы тебе дадим саблю. Умеешь с ней обращаться?

– Справлюсь.

– Тогда идем. – Саид поднялся и жестом велел свернуть и убрать коврик.

Макс поспешил рассказать обо всем Борису, оставить его старшим и дать все необходимые распоряжения. Нельзя сказать, что такое положение дел привело Бориса в восторг, но спорить он не стал – субординация.

Закончив с приготовлениями, Макс вернулся к диким, поджидавшим его поодаль уже в седлах верблюдов.

– Ездить на верблюде, конечно, ты не умеешь, – уверенно произнес Саид. – Так что ступай следом. Если хочешь, можешь держаться за стремя, так легче.

– Перебьюсь, – фыркнув, ответил Макс.

Пустыня быстро кончилась, потянулись пятачки, а иногда и целые кварталы недостроя, среди которых местами торчали уже достроенные отели от шести до десяти этажей высотой.

Макс решил, что его вряд ли порубят на куски саблями, если он спросит у вождя, откуда в племени столь новенькая винтовка. Этот вопрос не давал покоя, в нем крылась какая-то интрига, и Макс интуитивно чувствовал ее значимость.

Выслушав вопрос, Саид хмыкнул и, поправив на плече винтовочный ремень, ответил:

– У моего отца была винтовка, он научил стрелять брата, брат научил стрелять меня…

Макс про себя усмехнулся, насколько точно реальность совпала с его предсказанием. Но кое-что в эту картину не вписывалось.

– Это же не отцовская винтовка, – уверенно заявил Макс. – Слишком новая. Даже у нас таких нет.

– А я и не говорил, что это винтовка отца. Та давно сломалась. Просто я знаю, как пользоваться таким оружием. Эта винтовка попала ко мне вчера вечером, когда мы с воинами приехали обследовать окрестности озера после ваших взрывов.

– Не понял… – признался Макс. – Никто из наших не мог оставить винтовку. И, говорю же, у нас у самих таких новых нет.

– Конечно, она не ваша. Вы же хотите озеро слить, чтобы добраться в аэропорт за вонючей водой. Без слива воды вы туда соваться боитесь. – В интонации Саида мелькнула едва заметная издевка. – А нашлась винтовка именно там. Она прилетела с севера, из-за моря.

– Что? – опешил от такого ответа Макс. – Прилетела? Из-за моря? Что ты такое говоришь? Как винтовка могла прилететь?

– Не сама, конечно. С хозяином. Но он умер.

– Твои люди убили его?

– Нет. Его убила жара и страх. Спасаясь от чудовищ, которые там бродят вдоль озера, он забрался на крышу аэропорта и сидел там, пока не сошел с ума и не прострелил себе голову из этой винтовки.

– Что за человек? – Макс даже не пытался скрыть крайнего удивления.

– Вроде тебя. – Саид покосился на Макса, чуть наклонившись в седле. – Белый. Волосы белые. Но твою кожу солнце сделало темнее, а его так и осталась белой. Он с севера, из-за моря. Прилетел на такой штуке, вроде вашей. Только у вас плоская, а у него была огромная, похожая на шар с подвешенной снизу корзиной. Ветер дул сильный, он зацепился корзиной за крышу здания и рухнул на взлетную полосу.

– И шар там остался?

– Да. Нам он не нужен. А винтовку забрали. Я один из нее умею стрелять.

– Так это ты Юра пристрелил? Зачем?

– А как с вами еще разговаривать? – Саид вздернул подбородок. – Вы ничего, кроме языка силы, не понимаете.

– Кто вам мешает к нам примкнуть? – Макс недовольно пожал плечами.

– Нам не нравится путь, который вы выбрали, – холодно пояснил Саид. – Опять железо, опять вонючая вода, из-за которой вы уже сегодня готовы были обречь нас всех на голодную смерть, взорвав шлюз… Еще деньги верните, и будет то же самое, за что людей покарал Аллах. Нам это не нужно. Счастье не в этом. Вы его вообще не там ищете. Счастье внутри человека, а не снаружи.

В устах парня младше двадцати лет такая философия звучала довольно странно, но Макс задумался. Во всем этом было рациональное зерно. Каждый день Клан хранил искру былой цивилизации, часто ценой жизней. Но стоила ли она того? Впрочем, Киру виднее. Он жил при настоящей цивилизации, и только он мог ее оценить. А Киру доверяли все, и Макс не был исключением.

Наконец прибыли на место стоянки диких. Макс беглым взглядом оценил степень организованности, подметил расставленные по периметру караулы. Вождь со свитой спешились, а подбежавшие мальчишки увели верблюдов за стены развалин, заросших кустарником и тростником.

– Жди здесь! – велел Саид. – Мне надо поговорить с людьми.

Воинов на стоянке было не так много, как говорил Саид, но, впрочем, тут могли быть не все. Все были примерно одинакового возраста, но одеты по-разному, и Макс заподозрил, что разный цвет и покрой одежды действительно отражал нечто вроде кастовых различий или воинских рангов. Мальчишки из прислуги одеты были в мешковатые штаны и короткие полосатые куртки, а куфии у них были в красную клетку на белом фоне. Часть воинов была в белых халатах, часть в черных. Но главное, в зависимости от цвета одежды люди и сидели в разных местах, не смешиваясь. Все были вооружены холодным оружием, даже слуги. Кто-то саблями, кто-то пиками, кто-то короткими алебардами с широкими лезвиями. У ног некоторых лежали луки со стрелами. В принципе, такой отряд, а в нем Макс навскидку насчитал около сотни воинов, мог представлять серьезную опасность, если не полезет на пушки напролом, а применит хоть сколько-нибудь эффективную тактику. Даже без учета приказа, отданного Киром, Макс был рад, что не втянул свою группу в стычку с дикими.

Вскоре Макса окликнул один из мальчишек-слуг:

– Эй, белый! – сказал он на совершенно жутком диалекте, до предела упрощенном в фонетике. – Иди со мной. Шейх Саид говорить будет.

Мальчишка провел Макса через заросли тростника к небольшому шатру из ткани, перед которым выстроилось десять воинов в две шеренги. Все они были одеты в черное, у каждого на боку висела сабля. Перед строем прохаживался Саид.

– Вот люди, которые пойдут с тобой, – сообщил он, когда Макс приблизился. – Старшим я назначил Заира, так что общаться со всеми будешь через него.

Вождь жестом подозвал Заира, тот покинул строй.

– Я Макс, – представился Макс.

Заир молча кивнул.

– Дай Максу саблю, – велел Саид. – Возьми из тех, что в шатре.

Парень бросился выполнять приказание и меньше чем через минуту передал Максу саблю и матерчатый пояс, которым ее следовало примотать поверх халата.

– Заир проведет вас до водяных ворот, – объяснил Саид. – Дальше ты покажешь людям, что делать. И не шуми. Смотри, что делают другие.

– Не первый день живу, – чуть скривившись, ответил Макс.

– Надеюсь, и не последний, – усмехнулся Саид.

Глава 5

Так близко в воде Макс не подбирался еще никогда. Было очевидно, что отряд под предводительством Заира давно уже вторгся в зону, где мутанты бродят в поисках пищи, но пока ни одной твари видно не было. И если бы не постоянная мысль об опасности, место было бы просто замечательным, куда более приятным, чем прокаленная солнцем пустыня. Северный ветер, пролетая над водами озера, напитывался прохладой, а заросли тростника, кусты и редкие пальмы давали тень. Поэтому продвигаться вперед было легко, силы при этом почти не тратились.

Воины Саида скользили через заросли почти бесшумно. Максу же это давалось не без труда. Один раз он оступился и промахнулся ногой мимо кочки, с плеском угодив башмаком в лужу. Заир глянул на него искоса, но ни слова не произнес.

По сторонам возвышались шестиэтажные остовы сгоревших отелей, некогда входивших в фешенебельный прибрежный полумесяц. Через минуту боец, двигавшийся первым, поднял руку. Все тут же залегли в зарослях. Макс, не спускавший глаз с остальных, тоже бросился в тростник. Совсем рядом послышались грузные шаги и хруст тростника. Так топать мог только хрипун. В стороне раздались шаги еще одного мутанта.