Заточённые души

– Можно. Но зачем?

– Просто интересно.

– Меня зовут Нуо Бао.

– Красивое имя. Никогда такого не слышал.

– У нас им никого не удивишь.

– А у него есть значение?

– Да, в переводе с языка праотцев это означает Изящное Сокровище.

– Знаешь, твоё имя тебе очень подходит…

– Перестань льстить, – Нуо застенчиво хихикнула, её прекрасные щёчки порозовели.

– Скажи, как это произошло?

– Что?

– То, что я проснулся в твоём доме.

– Ну, – девушка покраснела ещё больше и отвела взгляд, перебирая в руке палочки, наподобие тех, которые дала мне вместо вилки. Немного помолчав, она поборола свою застенчивость и принялась рассказывать, – ты подошёл ко мне. Начал рассказывать о своих великих приключениях: как один убил десятерых дигров, сжёг стаю чёрных волков и взорвал полдюжины каких-то механических чудовищ, спас неисчислимое количество прекрасных женщин из заточения бандитов, победил работорговцев и вызволил не менее сотни переполненных рабами клеток… (Чем больше она говорила, тем стыдней мне становилось. Такой бредятины я ещё никогда на пьяную голову не выдумывал.) Ещё говорил, что ты великий маг и от тебя зависит судьба мыслящих всего Главного Материка. А потом сказал, что на улице тесно и предложил найти какое-нибудь уютное место. Вот я и привела тебя домой…

Произнеся слово "домой", она подмигнула.

– А что было потом? – терялся я в догадках.

– Потом? Мы выпили сливового вина. Не люблю эль.

– И?

– Много выпили.

– А потом?

Девушка вновь покраснела и отвернулась.

– Я отключился? Скажи, что я отключился.

– Да, ты отключился…

– Ф-ф-у-у-х-х, – выдохнул я с облегчением.

– После того, как мы удачно попытались сделать ребёнка…

Рисовый хлеб у меня в горле застрял. Я долго его откашливал. Нуо Бао принялась заботливо хлопать по спине, пока мне не стало лучше. Так вот, как они в этих краях такие вещи называют! Поэтично, ничего не скажешь…

После долгого молчания, я спросил:

– Со мной был люрт. Ты случайно не видела его?

– Да, видела. Он был рядом, но когда услышал, что ты хочешь со мной уединиться, решил не отставать и отправился к Трине.

– Кто такая Трина?

– Кто такая? Она тоже люрт. Живёт здесь неподалёку…

– Так, с Броком всё ясно… Слушай, Нуо, ты ведь такая красивая девушка. Зачем ты изменяешь своему мужу? Если считаешь, что он тебя недостоин – просто брось. С твоей красотой найти кого-нибудь более достойного труда не составит. Нет, я совсем не намекаю на себя… Ну, ты понимаешь: колдовские дела и спасение всех мыслящих препятствуют личному счастью…

– Глупенький. Зачем мне бросать своего мужа, когда я его так сильно люблю?

– Я немного не понимаю…

– Ох, я ведь всё время забываю, что ты у нас впервые! Понимаешь, большинство живущих здесь мужчин не способны… Нет, не то, что совсем не способны, но все поголовно бесплодны. Мало того, приезжие мужчины, решившие остаться в Линтирфе и прожившие больше года – тоже становятся бесплодны. Никто не знает, почему так происходит. Да и изменилось бы что-то, узнай мы причину? В общем, для продления нашего рода мы каждый год устраиваем праздник Торжества Беззаботности. В эти три дня мы зачинаем детей с пришедшими к нам из соседних поселений мужчинами. В другие дни – это строго воспрещено. По крайней мере, для замужних женщин. Таковы наши обычаи.

– Да, это многое объясняет… – я на мгновение представил себя на месте её мужа. Какие бы мучения мне пришлось испытывать, отдавая любимую в объятья другого. Нет, не завидую я ему. Ох, как не завидую!

– Я впервые попыталась завести ребёнка…

– Это как?

– Ты первый из чужеземцев, которого я посчитала достойным… – совсем уж спрятав взгляд прошептала она.

– Хм… Это забавно… Слушай, я вчера был очень пьян и мог наговорить всего, чего угодно. Ты, наверное, меня представляешь совсем не тем, кем я являюсь…

– Вы, мужчины, слишком много внимания уделяете словам. Это ваша самая большая проблема. А для меня они совсем не важны. Иногда нужно просто уметь заглянуть в своё сердце, отдаться чувствам, интуиции. Ты мне сразу понравился. Думаешь, я не поняла, что ты сильно преувеличиваешь свои заслуги? Вы все так делаете. Считаете, одними только словами можно завоевать девушку? Смешно… Если она сама не захочет, не поймёт, что ты ей нужен, ничего путёвого не выйдет, пусть даже вечность будешь ей про свои богатства и славу рассказывать.

– Значит, я не так уж и плох? – улыбнулся я.

Девушка улыбнулась в ответ самой очаровательной улыбкой на свете, от которой мне сделалось ну до того неловко, что я отвёл взгляд. Нет, не достоин я находиться рядом с этим прекрасным созданием!

– Слушай, Нуо Бао, я, конечно, наврал много, но доля правды в этом была. Мы с друзьями держим путь в Стальню. Нам нужно переправить через реку паровую повозку. У вас портовый город. Скажи, ты, случаем, не знаешь, как это возможно?

– А ты знал, к кому вчера подходить… – многозначительно ответила она.

– Неужели ты можешь мне помочь?

– Возможно… – ещё многозначительней проурчала красавица.

– Нуо, это очень, очень, очень важно.

– Представляешь, мой дед владеет баржей и зарабатывает на жизнь тем, что перевозит торговцев с их караванами с одного берега на другой. Кажется, ваши боги к вам благосклонны, ведь сейчас баржа деда как раз стоит в причале. А это большая редкость. Обычно она стоит близ Тимпануса – там больше всего богатых, желающих переплыть реку. Их городской мост не способен полностью выдерживать всё повышающиеся наплывы караванов.

– Так чего же мы ждём? Ты бы не могла меня к нему отвезти? Пожалуйста.

– Это вполне возможно…

Я вскочил было к выходу, как она продолжила.

– Но…

– Что, но? – неприятные мысли начали закрадываться в голову.

– За всё надо платить… – полным хитрости голосом сообщила она.

– Ах да, я и забыл… У меня с собой немного… В повозке есть больше.

– Глупенький, разве ты не понял, что твои деньги меня не интересуют?

Я начал понимать…

– Этой ночью мы пытались сделать ребёнка. Но одной попытки, как говорят многие мои подруги, мало… Если хочешь получить доступ к барже дедушки – тебе придётся провести со мной ещё одну ночь. И знай, другого способа перебраться на тот берег из этого города нет.

Ещё одну ночь! Но ведь у нас совсем нет времени! Да и не выдумала ли она существование этой баржи? Нет, Нуо почему-то веришь безоговорочно. И что здесь такого, собственно? Ещё один день особой погоды не делает. Ведь я не отказываюсь от путешествия в Стальню. Тем более, путь в Тимпанус занял бы в лучшем случае дней шесть.

Решение было принято быстро. Нуо Бао очень обрадовалась и тут же предложила вновь "попытаться сделать ребёнка". Мне совсем не хотелось отказывать самому себе в таком удовольствии…

С лёгким скрипом отворилась дверь. Я уж было подумал, что это ревнивый муж девушки. Лучше б это был он.

Лишённая дара речи от увиденной картины, на пороге стояла Джина. Я натянул штаны и подбежал к ней. Что-то начал мямлить про баржу и дедушку. Она смотрела ненавистным взглядом то на меня, то на нагую узкоглазую девушку, лежащую на шёлковом матрасе.

– А она красивая, – выдавила из себя Джина, – при всём желании не придерёшься…

Я молча смотрел на Бабочку. Вроде бы и нет повода чувствовать какие-либо угрызения совести. Джина мне ведь только друг и боевой соратник. Но так на душе неприятно стало…

– Я сильно волновалась. Зашла в город, начала расспрашивать прохожих. Тут какое-то сумасшествие творится. Все пьют, гуляют, шумят. Ты даже не представляешь, каких усилий стоило тебя найти. Ну ничего, рада, что всё с тобой в порядке. Развлекайся дальше, а я пошла обратно в повозку. Передам всем, как ты и сказал, чтобы готовились. Завтра поплывём на барже через реку.

– Джина, я ведь ничего… Понимаешь…

– Оставь. Не нужно ничего говорить. Возвращайся к своей красавице. Она заждалась.

Бабочка наигранно улыбнулась, пожала мне руку и пошла прочь. Гордой, прямой походкой. Но столько боли было в той гордости, столько тяжести в той прямоте…

– Это твоя жена? – выпутала меня из мрачных раздумий Нуо.

– Нет, нет, у меня никогда не было жены.

– Любовница?

– Любовницы были. Но она? Нет, не любовница…

– Тогда почему ты загрустил?

– Я не знаю. Просто так, наверное. В самом деле, для грусти повода не должно быть, – говорил я, глядя вслед удаляющейся, постепенно тонущей в хмельной толпе Джине.

– Хочешь ещё сливового вина?

– Очень. И эля. Как можно больше.

Я сдержал обещание и провёл с Нуо Бао ещё одну ночь. А она сдержала своё. Утром отвела меня к деду. Он без лишних слов согласился нас переправить. Бесплатно. Друзья внучки – его друзья.

Перед отправлением мы пополнили все запасы на местном рынке. Нам даже посчастливилось купить три мешка антрацита. Больше не было, но и на том огромное спасибо.

Наша паровая машина (как назвал её охранник у главных ворот) с лёгкостью заехала на борт баржи. Там места ещё на две таких же хватило бы. Не прошло и часа, как мы уже были на другом берегу.

За всё это время Джина не сказала мне и слова.

Глава 13: Форт Террора

Оживлённая мёртвая масса паровых технологий, металла и магии расступалась перед скачущим на вороном коне Лимбом. Свистящие паром конечности, колёса, замысловатые корпусы. Они все созданы для разрушения и убийства. И повиновения – своим хозяевам. Лимб был одним из них.

Лязгающий металлом, плюющийся дымом и гудящий паровыми двигателями гигантский механизм. Форт Террора. Самый масштабный и чудовищный техномонстр из всех, что сумел создать Тризолус Первый – Верховный Маг королевства Техмаг.

Лимб подъехал к входу. Нижняя горизонтальная створка опустилась на землю, образовав трап, ведущий внутрь. Конь противился, не хотел идти по нему. Сильный рывок за поводья спешившегося драга означал только одно: другого выхода нет.

Путь к стойлам Лимб знал наизусть. Он выучил его вместе с другими важными маршрутами, когда рассматривал карты внутренних переходов. Такие карты мог в руках держать только очень близкий к Тризолусу мыслящий. Лимб был одним из немногих…

В широких коридорах то и дело шныряли карлы. Низкий рост и безропотное послушание делали их идеальной прислугой. Один карл попытался взять поводья, но тут же получил пинком по розовой шерстяной спине. Поднявшись с пола, потирая ушибленное место, он виновато улыбнулся и побежал прочь. Лимб не любил, когда к его лошадям прикасался кто-то ещё. Тем более – жалкий лохматый карлик.

Стойла были переполнены. Должно быть, скот убитых караванщиков. Лимб выбрал лучшее место для своего коня, заколол кинжалом занимавшего это место быка, выволок тушу и запустил вороного внутрь, закрыл. Приказал прибежавшему на предсмертный вопль быка карлу накормить жеребца лучшим овсом. Но не прикасаться к нему. Если ослушается – будет держать ответ перед драгом.

Позаботившись о комфорте своего скакуна, Лимб задумался о своём. Ему бы не помешало поесть от пуза и выспаться. Но это будет возможно лишь после встречи с капитаном Форта Террора.

Долгая вереница лестниц и коридоров. До рубки управления добраться – дело не из простых, даже для знающего дорогу. Но всему настаёт когда-нибудь конец. Панели полные приборов, рычагов и трубок. У смотрового окна стоял Парфлай. Возле рычагов управления молча занимались своим делом примы.

– Что за волк гнался за тобой, – бесцветным голосом спросил стрек.

– Так ты встречаешь старого друга? – Лимб подошёл и обнял его, дружески похлопал по спине. Парфлай ответил тем же.

– От тебя долгое время не было вестей. Мы уже думали, ты погиб… Очень рад тебя видеть Лимб. Очень рад…

– Я вижу, у тебя всё идёт по плану. Когда наступление?

– Думаю, совсем скоро. Жду приказа Тризолуса. А твои успехи.

– Мои?.. – Лимб хитро улыбнулся (насколько это позволяла его варанья мимика). – Да так… Кое-кого к праотцам отправил, кое-что украл… Так, ерунда…- говоря эти слова, он словно невзначай вытащил спрятанный кинжал и принялся разглядывать блеск его драгоценных камней на пробивающемся сквозь смотровые окна свете.

– Святой Летун. Неужели это тот самый кинжал.

– Какой? Этот? – с наигранным изумлением интересовался драг. – И в самом деле. Кинжал Спайкнифа! Кто бы мог подумать? Бывают же радости в жизни…

– Где ты его взял, – эмоций в голосе Парфлая не чувствовалось, но его нервно подрагивающее левое крыло выдавало его волнение с потрохами – на радость Лимбу выдавало.

– Да так… Ограбил шайку молокососов. Важно немного другое… Знаешь, кто был их предводителем?

– Кто, – Парфлай был больше чем удивлён. Такого успеха он даже от Лимба не ожидал.