Советская водка. Краткий курс в этикетках

Приход Хрущева ознаменовал новую политику, поначалу народ слагал о нем частушки, можно сказать, хвалебные:

С неба звездочка упала — чистая хрусталина. Мы Хрущева полюбили как родного Сталина.

Но вот цены стали расти, и после того, как водка с 21,20 подорожала до 28,70 (после денежной реформы 1961 года — 2,87), народ запел по-другому:

Дорогой товарищ Сталин! На кого ты нас оставил? На Никиту-подлеца: Не попьем теперь винца!

Политическая жизнь давала новые поводы для творчества: в 1957 году на июньском пленуме была разоблачена антипартийная группа Маленкова, Молотова, Кагановича и «примкнувшего к ним Шипилова». Буквально на следующий день около винно-водочных магазинов вместо традиционного: «Третьим будешь?» можно было услышать: «Шипилов?», что означало: «Не желаешь ли примкнуть к компании?»

С приходом Хрущева алкогольно-политическое творчество масс вышло на международный уровень, народ стал складывать побасенки не только про своих, но и про иностранных руководителей:

— В водке есть витамин, — сказал Хо Ши Мин.

— Но ее надо пить в меру, — поучал Джавахарлал Неру.

— Мы пьем ее для аппетита, — утверждал Иосиф Броз Тито.

— А водку надо пить досыта! — убеждал Хрущев Никита.

— Да ну! — удивлялся У Ну[12].

В начале шестидесятых московский завод сыров «Карат» разработал рецептуру новой продукции — плавленых сыров «Дружба», «Волна», «Лето» и некоторых других. Сырку «Дружба» была уготована легендарная судьба — случилось так, что именно он стал одним из обязательных компонентов жизни любой категории населения. Он пережил со страной и самые тяжелые, и радостные годы и жив до сих пор — в 2005 году у проходной завода «Карат» ему даже поставлен памятник! Почему именно «Дружба», а никакой другой — «Любительский» или «Городской», например?

У него оказалась самая «удобная» цена — 13 копеек. Когда мужики скидывались по рублю «на троих», то при цене водки 2,87 на закуску оставалось как раз 13 копеек.

Сделана отметка на стакане, И укромный найден уголок, И, давно разломленный, в кармане Засыхает плавленый сырок[13].

При Хрущеве цена на водку увеличивалась лишь один раз, но это настолько поразило современников, что даже спустя десять лет в фильме Леонида Гайдая «Бриллиантовая рука» (1968 год) заказанное такси на Дубровку имело многозначительный номерной знак: «28–70 ОГО», и это вызывало восторг у памятливой публики. Кстати, в другом фильме Гайдая, «Иван Васильевич меняет профессию», вышедшем в 1973 году, уже после брежневского повышения цен на водку, Жорж Милославский (Леонид Куравлев) звонит по телефону: «Стоматологическая поликлиника? Алё-ё! Добавочный 3—62!»

Однако когда на смену Хрущеву пришел Брежнев, народ был еще полон надежд и радостно выдал:

Товарищ, верь: придет она — На водку старая цена. И на закуску будет скидка, Ушел на пенсию Никитка!

После первого брежневского подорожания, в 1972 году, появилась злая частушка:

Косыгин, Брежнев и Подгорный[14] Нажрались водочки отборной, А наутро с пьяной рожи Сделали ее дороже…

«Водка», которая стоила 2,87, подорожала до 3,62, и у нее появилась новая этикетка, которая в народе получила название «коленвал», потому что буквы на этикетке были расположены в шахматном порядке подобно тому, как на коленчатом валу мотыли смещены относительно оси рамовых шеек, вот так: В_ОДкА- Одновременно была выпущена и новая водка — «Экстра» по цене 4.12.

Острословы быстро придумали и «объяснили» народу аббревиатуру новых водок. ЭКСТРА расшифровывалась как «Эх, как стало тяжело русскому алкоголику». Прочитывалась ЭКСТРА и задом наперед — народ задавался риторическим вопросом: «А разве так создашь коммунистическую экономику?» А «коленвал» расшифровывался и взад, и вперед и даже в два ряда (как были написаны буквы). ВОДКА (вопрос): «Вот очем (в одно слово! — В. П.) думает каждый алкоголик?»;

АКДОВ (ответ): «Алкоголик каждый думает о водке»; В_ОДкА — «Вам, дорогие алкоголики, от Косыгина».

Увы, цена на водку постоянно поднималась, и уже начавший привыкать к этому народ сочинял вовсе незлобливые анекдоты, ну, например, такой:

— Ты формулу воды знаешь?

— Аш два О.

— А формулу водки?

— ???

— Аж шесть восемьдесят!

Тогда же появилась и частушка:

Стала водка шесть и восемь Все равно мы пить не бросим, Передайте Ильичу[15]: «Нам и десять по плечу Если станет двадцать пять, Будем Зимний брать опять!»

А ведь частушка оказалась пророческой, но в безоблачное брежневское время все казалось безмятежно-стабильным. Именно при Брежневе — в 1982 году — решением международного арбитража за СССР был окончательно закреплен приоритет создания водки как русского оригинального алкогольного напитка и во всем мире было безоговорочно признано, что «Only vodka from Russia is genuine Russia vodka» («Только водка из России — настоящая русская водка»).

Вялотекущий рост цен на водку продолжался; и вдруг в 1983 году появилась новая марка этого напитка. На бело-зеленой этикетке просто и без затей стояло название напитка «Водка». Но цена! Новая «Водка» стоила 4,70, в то время как самая дешевая тогда «Русская» была 5,30 за пол-литра. В народе новую водку сразу же назвали «Андроповка» (так как это было уже при Андропове), и остряки тут же расшифровали: «Вот Оказывается Добрый Какой Андропов», или в другом варианте: «Вот Она, Доброта Коммуниста Андропова».

«Добрый» Андропов Юрий Владимирович, до того как стать Генеральным секретарем ЦК КПСС, долгое время работал Председателем КГБ СССР. Встав во главе государства, он попытался навести элементарный порядок в стране: в рабочее время по магазинам, кинотеатрам, баням и другим «злачным местам» начался отлов прогульщиков и тунеядцев. После таких «репрессий» и «нарушений прав человека» народ уже опасался требовать в магазинах «Андроповку» и стал спрашивать «Первоклассницу». Такое неожиданное на первый взгляд название объяснялось просто: водка впервые поступила в продажу 1 сентября. Иногда эту водку называли и «Юркины рассветы» — был такой телесериал в семидесятых.

Дешевая водка продержалась в продаже не долго. Через два года на макушке политического Олимпа оказался Горбачев, известный всем и каждому в нашей стране по «Указу о борьбе с пьянством и алкоголизмом». В истории он остался как Минеральный секретарь, который и сам не пил, и другим не давал. Сохранилась грустная шутка времен соцреализма: «Что такое национальный по форме и современный по содержанию? Граненый стакан, наполненный минералкой».

Активно стали создаваться добровольно-принудительные общества трезвости. На это событие отозвался Игорь Губерман:

А страшно подумать, что век погодя, Свой дух освежив просвещением, Россия, в субботу из бани придя, Кефир будет пить с отвращением.

Из магазинов сначала пропала водка, а потом все, что можно пить, даже одеколон.

В краткий промежуток, когда водка уже исчезла из открытой продажи, а одеколон еще был, появился анекдот:

— Нам, пожалуйста, два «Шипра» и «Ландыш серебристый» — с нами дама.

Массы перешли на альтернативные виды одурманивания: клей БФ (в миру известный как Борис Федорович), политуру (тетя Поля), гуталин, помарин, репелленты и пр. Куда там Венечке Ерофееву с его скромной фантазией по составлению коктейлей — действительность оказалась богаче художественной выдумки…

Появились талоны на водку, и километровые очереди в придачу к талонам.

Вот еще анекдот того времени:

К длиннющей очереди за водкой подъезжает грузовик. Водитель, не выключая мотора, подходит к хмурой толпе:

— Мужики, пустите без очереди — машина стоит.

— Да пошел ты, у нас заводы стоят!

Не хватало не только водки, но и обыкновенной тары, так как стекольные производства вместо бутылок приступили к выпуску стеклоблоков. Какое-то время из-за отсутствия нормальной тары водка фасовалась в бутылки 0,33 литра из-под пепси-колы; за этой необычной для водки емкостью укрепилось название «раиска». Так в историю попала и жена первого президента СССР — Раиса Максимовна Горбачева. Другое название емкости 0,33 было «Чебурашка» — вроде и шкалик, но какой-то большой «с ушами».

Когда после опереточного августовского путча оказавшиеся у руля демократы начали проводить шоковую терапию над «этой страной» и в начале 1992 года отпустили цены, «Русская» сразу подорожала более чем в четыре раза и стала стоить 40 рублей; в сентябре того же года она уже стоила 150 рублей, а в ноябре — 300. Далее диаграмма стоимости напоминает вертикальный взлет ракеты или пробки от шампанского, да и общегосударственные цены ушли в небытие: каждый водкопроизводитель отныне сам определял стоимость и рецептуру водки.

Часть II. На постсоветском пространстве

Славянские водки

Поля неведомых планет

Души славянской не пленят,

Но кто почел, что водка яд,

Таким у нас пощады нет.

Борис Чичибабин

В советское время вся водочная продукция считалась общесоюзной. Были марки общеизвестные, которые продавались по всему Союзу: «Русская», «Столичная», «Московская особая»; а были такие, которые выпускались только в союзных республиках, где в основном и распивались. Довольно много водок разливалось на Украине: «Украинская горилка», «Особая львовская», «Киевская юбилейная», «Древнекиевская», «Золотые ворота», а также знаменитый украинский горлодер «Украинская с перцем». Белоруссия не могла похвалиться таким разнообразием — там пили общесоюзную водку, а из своих, как раньше говорили, «фирменных», напитков выпускалось разве что несколько сортов горьких настоек, типа «Беловежская», «Брянская» и кое-какие еще.

Справедливости ради надо сказать, что в Белоруссии всегда предпочитали самогон. В конце тысячелетия в Дудутках был открыт музейный комплекс белорусской культуры и быта. Главная фишка этого предприятия культуры — бесперебойно работающий самогонный аппарат и дегустация произведенной продукции. Кстати, кроме музея в Дудутках самогоноварение в Белоруссии официально разрешено только на территории национального парка «Беловежская пуща». Как загуляли там в 1991 году — так и не могут остановиться…

Как бы там ни было, получилось, что после осуществленного в Беловежской пуще всесоюзного развода Россия и Украина оказались со своими водками, а Белоруссия была вынуждена начинать все с чистого листа. Впрочем, поначалу и Украина, и Белоруссия (да и все остальные республики, которые, как нам объяснили после 1991 года, все семьдесят лет доблестно сражались за свою независимость) производили бывшую общесоюзную продукцию. Производить-то производили, но учитывая политические веяния — в разных объемах.

О чем это я? Например, водка «Московская особая» была признана политически неблагонадежной практически во всех новорожденных государственных образованиях и одномоментно перестала выпускаться везде, кроме России. Разве что братский белорусский народ продолжал какое-то время разливать ее в Гомеле со старой этикеткой. Да со временем (правда, уже в новом оформлении) к ней вернулись казахи («Москваныц айрыкша арагы») и узбеки. Казахи, видимо, рассудили — раз уж живет в Казахстане много русских, значит, будут пить знакомую водку. Вероятно, ту же причину выдвинули американцы, убедив узбеков выпустить водку «Moskovskaya oddiy arogi» на совместном узбекско-американском предприятии. Американский подход тоже понятен — «ничего личного, только бизнес».

«Русская» какое-то время продолжала выпускаться повсеместно (видимо, по инерции) и даже со старой этикеткой; правда, вскоре на Украине она превратилась в «горшку», в Белоруссии — в «гарэлку» и т. д.

На заре незалежности украинский концерн «Укрспирт» и акционерный комбинат «Приднiпровський» выпустили водку «Горiлка Руська» с классической этикеткой «Русской» и даже с указанием ГОСТа 12712—80, но на месте, где обычно указывалась цена, стояло «Перед вживаниям охолоджувати», а сверху и снизу вместо «RUSSKAYA» и «RUSSIAN VODKA» стояло «RUSSKA» и одновременно — «UKRAINIAN GORILKA». Позже этикетка бывшей «Русской» несколько модифицировалась, но оставалась вполне узнаваемой до тех пор, пока выпуск превратившейся в украинскую горилку русской водки вообще не был прекращен на Украине. Вместо «Русской» стали разливать новую водку под названием «Оковита», которая, впрочем, выпускалась по рецепту «Русской» и по тем же ГОСТам — зачем выдумывать что-то новое…

Выпуском этого напитка на Украине впервые, пожалуй, обозначили свою принадлежность к Западу в противовес Москве. Название «Оковита» — происходит от польского «okowita» — искаженное «aqua vita» — сиречь «вода жизни» или спирт. В католической Польше латынь понимали довольно хорошо, и выражение «aqua vita» не калькировалось, а употреблялось в фонетически неизмененном виде. В просторечии «aqua vita» постепенно трансформировалась в «okowita», а во времена, когда значительная часть Украины была под поляками, «оковита» стала одним из синонимов водки.

Первоначально этикетка «Оковиты» была красно-белая. Впоследствии в водке появились добавки, она «превратилась» в горькую настойку и сменила этикетку. Сейчас ее сине-голубая этикетка с морозными разводами и синей птицей очень напоминает этикетку российской «Гжелки» девяностых годов, не по рисунку, конечно, а по дизайнерскому замыслу — в общем, содрали идею.

Через какое-то время к идее «Русской» на Украине решили возвратиться, но уже под новым соусом — она была реинкарнирована под названием «Российская». На этикетке по зимнему тракту мчится на тройке мужик; от старой «Русской» в наследство ей достался узнаваемый шрифт: красная заглавная буква «Рцы» и весь остальной текст синей кириллицей. Много позже — уже в 2000-е — появились новые этикетки водки «Росiйска горiлка»: с картиной «Витязь на распутье» Виктора Васнецова, с захмелевшими хлопцами на берегу реки и другими картинами из жизни российской (или украинской?) глубинки…

В Белоруссии «Русская» тоже подверглась политическим модификациям. Сначала там оставили старую советскую этикетку «один в один», написав разве что: «РЕСПУБЛИКА БЕЛАРУСЬ» (вместо бывшей Белоруссии). Вскоре, правда, «Русская» вышла, сохранив советское обличье, под названием «Руская гарэлка». У этой этикетки были варианты — на одной сверху и снизу на красных полосках дополнительно стояло то же «Руская гарэлка», а на другой было коряво выведено, «Русская водка». А потом появилась и оригинальная этикетка «Гарэлка Руская» с теремами, тройками и хороводами. Эпоха «Русской» в Белоруссии закончилась с рождением «Гарэлки Беларуской новой». Этикетка ее была словно вышита национальными узорами с курочками, цветочками и дубовыми листочками.

А вот водка «Столичная» оказалась ко двору во всех республиках — ведь у всех теперь была своя столица с оравой доморощенных чиновников. Не остались в стороне от ребрендинга «Столичной» и производители братских славянских республик. Укрспиртдрiжджпром сразу выпустил этикетку «Росiйска горiлка Столична». До поры до времени выпуск этой водки шел ни шатко ни валко, но, когда украинская алкогольная промышленность набрала обороты, наряду с новыми торговыми марками такие производители, как «Олiмп», «Союз-Виктан», «Перша столиця», выпустили «Ukrainian vodka Столична горiлка». Этикетка была вполне узнаваема — красно-белая с «элеватором», но зато какое было оформление! Мелованная, иногда металлизированная бумага, с тиснением золотом и прочими новомодными печатными фокусами.

Белорусы, повыпускав какое-то время обычную столичную, придумали новый бренд — водку «Стольградную», на этикетке которой красовались башни-близнецы с главной площади Минска.

Похожая ситуация сложилась и с «Пшеничной». Белорусы выпустили разве только одну узнаваемую этикетку «Пшанiчная гарэлка», а на Украине вышла «Pshenichna Ukrainian gorilka» и целая серия «Пшеничной горилки» с самыми разными этикетками.

Сегодня алкогольный рынок Украины фонтанирует новыми идеями — новые водки появляются едва ли не ежедневно, уж каждую неделю — точно! Украинские производители работают настолько эффективно, что, пожалуй, четверть водки, которая выпивается в России, имеет украинское происхождение. Белорусские производители не могут похвастаться такими успехами, хотя и у них появилось много новых водок: «Белая Русь», «Беларусь Синеокая», «Водолей», «Кристалл Люкс», «Белый Король», «Бульбаш», «Минская», но как-то так получается, что все эти водки в основном не выходят за пределы республики. Однако белорусы пошли другим путем — они организовали для западных туристов ставшие весьма популярными «водочные туры» в Беларусь. Как говорится — если гора не идет к Магомету…

Какой национальности водка?

Любое горе отлегло,

Обидам русским грош цена,

Когда заплещется она

Сквозь запотевшее стекло.

Борис Чичибабин

В Советском Союзе наряду с общеизвестными водками выпускались и менее известные — для республиканского употребления, так сказать. Но такой чести были удостоены далеко не все республики.

Согласно Прейскуранту № 008 «Розничные цены на водку и ликеро-водочные изделия» за 1985 год в СССР выпускалось не так уж и много водок. В разделе первом «Водка и питьевой спирт» значатся (с разновидностями по объему и вариантам оформления) следующие напитки:

1. Спирт этиловый питьевой.

2. «Виру-Валге».

3. «Украинская горилка».

4. «Сибирская».

5. «Кауно (водка особая Каунасская)».

6. «Кристалл-Дзидрайс».

7. «Лиетувишка скайдрейи (Литовская прозрачная)».

8. «Ноуйойи дегтине (Новая водка)».

9. «Водка особая Львовская».

10. «Киевская юбилейная».

11. «Водка особая Древнекиевская».

12. «Посольская».

13. «Пшеничная».

14. «Русская».

15. «Старорусская».

16. «Столичная».

17. «Золотое кольцо».

18. «Московская особая».

19. «Водка».

20. «Золотые ворота».

И все. «Старка», «Охотничья», «Кубанская» и прочие наряду, кстати, с «Жальгирисом», «Лиетувишка Кристаллине», «Винницкой особой», «Дзинтар дзидрайс», «Житомирской ароматной» и прочими попали в раздел двенадцать «Настойки горькие крепкие».

То есть из девятнадцати «классических водок» в России в 1985 году выпускалось лишь девять наименований — меньше 50 процентов. Остальные — в четырех республиках: пять на Украине (в том числе — на Западной), «Виру-Валге» — в Эстонии, «Кауно» и «Лиетувишка скайдрейи» — естественно, в Литве, там же — «Ноуйойи дегтине», «Кристалл-Дзидрайс» — в Латвии. Как интересно: привилегиями были наделены именно те республики, которые в период развала СССР кричали, что они обделены больше всех: Прибалтика и Украина, особенно — Западная. Ну ладно Украина, ту же «Украинскую горилку» в СССР воспринимали как общесоюзный напиток, другое дело всякие «Виру-Валге» — что за экзотика такая?

«Виру-Валге» — самая известная водка в Эстонии и до сегодняшнего дня. В Интернете попалась дискуссия — как переводится эта самая «Viru Valge». Один из участников дискуссии утверждал, что название этой эстонской водки по-литовски звучит как «Мужская еда». Однако в ходе дискуссии выяснилось, что похоже лишь произношение, но не написание, а с эстонского название переводится как «Вируская белая» — от названия местности Виру. Как все просто оказалось, обидно даже. В советское время «Виру-Валге» считалась одним из наиболее популярных сувениров из этой республики — ведь кроме как в Эстонии эта водка практически нигде и не продавалась. «Виру-Валге» появилась еще в 1962 году. Тогда же на основе гравюры местного художника Пауля Лухтейна была сделана и этикетка — трубач в национальных одеждах дует в огромный рог. Наклейка получилась серая, блеклая и даже на фоне других не слишком ярких этикеток советских водок не смотрелась.

Но менялись времена. Рынок требовал новых, более броских наклеек; эстонцы начали менять печать и оформление этикетки, но саму идею трубача оставили. Фирма «Ливико» (AS Liviko), одна из трех крупнейших алкогольных фирм в балтийских странах, в конце 2009 года исключительно для «Виру-Валге» разработала эксклюзивную бутылку. Она была отлита из стекла повышенной прозрачности и имела рельефные украшения в виде национального орнамента, но главное — на задней стороне бутылки появилась фигурка трубача, ставшая символом этой водки. На обновленной этикетке изображена та же графическая работа, что и на самой первой этикетке «Виру-Валге». Разумеется, этикетка не «один в один», но характерный, узнаваемый вид сохранен. Что тут скажешь — молодцы эстонцы; остается только порадоваться за них и за их традиционный напиток.

В 2006 году с «Виру-Валге» случился европейский скандал. Как раз в это время Евросоюз стал пропихивать постановление, что водкой может называться алкогольный напиток, изготовленный из любого спирта — хоть из бананов. Некоторые производители водки возмутились, первыми были поляки и эстонцы. В ответ Эстонию изящно придавили. Дело в том, что при вступлении в общий рынок ей было указано резко сократить количество вырабатываемого спирта, и поэтому свои водки эстонцы последнее время вынуждены были делать не на своем, а на привозном американском спирте. А раз в основе «Виру-Валге» лежит не эстонское сырье, европейские конкуренты потребовали убрать с этикеток гордую надпись «Estonian Vodka». И заносчивые эстонцы прогнулись и проголосовали в Европейском парламенте за нужное постановление. Отныне в Евросоюзе можно водку гнать хоть из опилок, даже из кокосовых. Эстонии же милостиво разрешено и дальше обозначать на этикетке «Viru Valge» национальную принадлежность водки, несмотря на то что она делается из заокеанского спирта.

В это же время, кстати, Франция и Италия лоббировали идею, что вином может называться напиток, приготовленный только из винограда. Эстонцы и в этом вопросе были в контрах с Евросоюзом, поскольку производят изрядное количества вина из яблок и ягод.

В Литве с алкогольным наследием коммунистического прошлого поступили жестче. Здесь произошла полная водочная революция — все водки, которые выпускались в советское время, были сняты с производства (вероятно, как политически неблагонадежные), и сейчас литовцы находятся в поиске.

То они выпустят водку «Putin» (раньше российской «Путинки», между прочим) и утверждают, что к Путину она отношения не имеет, то объявляют о скором выходе водки «Abramovitch», не уточняя, Абрамович или Абрамович сподвиг их на этот бренд, то собираются наладить выпуск газированной водки. В 2004 году на литовском рынке появилась новинка: на этикетке новоиспеченной водки на фоне красного флага и советских символов красовалось название — «СССР водка», а для тех, кто русского не понима-а-ает, было добавлено и на английском «USSR vodka». Ой, что началось — местные политики и правозащитники чуть слюной не захлебнулись. Некто Альгис Раманаускас в прессе заявил: «Если потребитель — отброс общества, он купит бутылку с такой этикеткой. Я бы никогда не купил». По его словам, «размещать на бутылке знак СССР все равно что размещать на ней портрет Гитлера». Вот возбудился мужик — и это только от одного вида этикетки! А если бы он выпил граммульку, что было бы — страшно подумать! Интересно, отчего у нас никто не требует запретить колбасу «Краковскую» или «Рижский бальзам» — настоящих буйных мало?

А вот в соседней Белоруссии вышла такая же водка, и ничего — пьют и получают удовольствие. Более того, белорусская водка «СССР», выпущенная Климовичским ликероводочным заводом, в 2006 году была выбрана организаторами Каннского кинофестиваля в качестве официального спиртного напитка для кинематографической элиты мира. Возглавлял жюри фестиваля, кстати, американец — Девид Линч, и ничего с ним не случилось от водки с советской символикой.