Бумерит

Я оглянулся, чтобы найти Ким. Она сидела справа, тремя рядами дальше. Ким встала и подошла ко мне.

– Ким, это Скотт, Джонатан, Каролина.

– Первой, – начала Ким, усаживаясь рядом со мной, – будет Лиза Пауэлл. Она злая.

– Что?

– Она чёрная, она лесбиянка, и она злая.

– А почему злая?

– Ходят слухи, что прошлым летом она забеременела.

– Я думал, она лесбиянка.

– Ну, вот поэтому она так и разозлилась.

– Её изнасиловали?

– Нет, нет, она влюбилась в того парня, и, конечно же, этого не должно было случиться.

– Потому что она чёрная?

– Потому что она лесбиянка, дебил.

– Но мне кажется, она, эээ, провалила вступительные экзамены в эту категорию.

– Она просто прекрасна, вот увидишь.

– Ребята, клянусь вам, это очень просто. Значит так, – начала Пауэлл с очаровательной и совершенно не злой улыбкой. – У нас есть 8 уровней сознания. Каждый из них определяет себя по-своему, так что мы получаем 8 уровней самоотождествления (или самоидентификации).[58] Все уровни самоотождествления – это разные варианты ответа на вопрос КТО ТЫ?

– В правом столбце таблицы, которую вы видите на слайде, перечислены виды самости. (Рис. 4.1.)

Рис. 4.1. Мировоззрение и самость

– Вы видите несколько общепринятых названий: импульсивная самость, конформистская самость, автономная самость и т. д. Эти восемь уровней самоотождествления – просто различные аспекты восьми уровней сознания, с которыми вы познакомились ранее, так что, пожалуйста, не надо скулить и стонать: боже мой, придётся ещё что-то учить. Мы просто посмотрим на старый материал под новым углом, чтобы даже идиоты, вроде вас, могли его усвоить. – Она обворожительно улыбнулась слушателям, вышла в центр сцены и выкрикнула: – Разве вам самим не интересно, какой у вас тип самости?!

Большинство людей в зале в ответ закричало: «Да!»

– Хорошо, раз вам это интересно, на сегодняшней сессии я открою ещё несколько интересных деталей о стадиях развития самости. А тем, кому-то эти детали неинтересны, понравится завтрашняя сессия, на которой начнутся примеры бумерита. Так что любителям кровавых подробностей осталось ждать совсем недолго!

– А эти подробности и правда кровавые? – спросил я у Ким.

– О да, весьма. Даже шокирующие. В зале становится очень горячо, почти взрывоопасно. Бумеры устраивают что-то вроде моральной драки с применением тухлых помидоров. То ещё веселье, должна тебе сказать.

Пауэлл посмотрела в зал.

– Сейчас мы пробежимся по слайду № 1.

Фальшивые аплодисменты, Пауэлл грустно улыбнулась.

– На архаическом уровне восприятие мира в целом инстинктивное, а самость – импульсивная. Ей в основном управляют физиологические нужды и потребности (бежевый), от которых зависит биологическая жизнь.

– В начале процесса отделения от физического мира самость сохраняет магическую связь с миром (анимизм) и видит себя в его центре. Основные заботы: безопасность и власть (пурпурный и красный). Самость пока остаётся эгоцентрической.

– Со временем самость учится ставить себя на место другого и перемещается с эгоцентрических доконвенциональных уровней на этноцентрические конвенциональные. Тут она сразу оказывается в ловушке предписанных обществом ролей и правил, поэтому самость на данном уровне в основном конформистская. Это самость мифического членства (синий), по рукам и ногам связанная традициями, мифами и условностями доминирующей культуры. Истина на этом уровне обычно пропитана мифическим абсолютизмом: существует один и только один правильный взгляд на любые вещи, и он описан в Книге (в Библии, Коране или «Маленькой красной книжице» Мао).

– Ким, это ведь то же самое, что вчера говорила Хэзелтон, – прошептал я.

– Да. Смысл в том, что разные модели волн развития очень друг на друга похожи. Хэзелтон вчера говорила о мемах. Сегодня речь пойдёт об уровнях развития самости. Это действительно почти одно и то же.

– Тогда зачем всё повторять?

– Ну, как сказал Чарльз, у нас сегодня «день подробностей». Они будут говорить о подробностях, чтобы убедиться, что мы усвоили все базовые понятия. Не волнуйся, тебе не нужно всё это запоминать. Будет достаточно, если ты запомнишь цвета спиральной динамики.

– Кажется, я уже вообще ничего не помню.

– Ну, тогда будет достаточно того, что ты посмотришь на слайд № 1.

Я стал разглядывать Лизу Пауэлл. Она просто заражала интенсивностью своей энергии. Я не увидел в ней злости, и всё же она производила поразительное впечатление. Она была довольно высокой, наверное, почти метр восемьдесят, статной и стройной. Её волосы находились в естественном беспорядке, напоминающем афро-причёски 60-х. Белые брюки и белая рубашка – яркий контраст. Она не ходила, а грациозно кралась, замечая всё происходящее вокруг: казалось, от неё не ускользала ни одна подробность, касающаяся людей или вещей, и от этого создавалось впечатление, что она обладает каким-то панорамным видением, встроенным в затылок радаром. Я посмотрел на слайд № 1.

– Преодолев конформистские обычаи и стадное чувство, сознание учится анализировать конвенциональные истины и оценивать их, руководствуясь более универсальными соображениями. Действительно ли всё, что сказано в Библии, абсолютная правда? Действительно ли моя страна всегда права? Всегда ли применима конвенциональная мораль? Способность анализировать и критиковать появляется с развитием формально-операционального мышления или, проще говоря, рациональности оранжевого мема. Конформистская самость становится сознательной и стремится освободиться от чар группы и её ограничивающих и подавляющих мифов и полуправд. Это начало перехода от конвенциональности к постконвенциональности, от этноцентризма к мироцентризму, от локального к глобальному, от того, что правильно и справедливо для моего племени, моей группы или моей страны, к тому, что правильно и справедливо для всех людей, вне зависимости от пола, расы, цвета кожи и вероисповедания.

Пауэлл медленно и мягко подкралась к краю сцены и посмотрела в зал.

– Но переход к постконвенционализму и мироцентризму – это только начало пути, – сказала она. – Несмотря на множество достоинств, включающих медицину и технологию, формально-рациональная волна сознания обладает таким негативным качеством, как склонность к сухим абстракциям, из-за которых самость теряет контакт как с внутренней природой (élan vital[59], либидо, эмоционально-сексуальной энергией, радостью жизни), так и с внешней природой, и это становится причиной разочарования в мире. Иными словами, недостаток оранжевой рациональности в том, что она стремится подавить всё не являющееся оранжевой рациональностью.

– Вот видишь, сладкий мальчик, ты ведь тоже подавляешь, да? Признайся, сладкий мальчик. Эта рациональная наука отрезала твою голову от тела, не так ли?

Хлоя лежит на мне и трётся своим голым телом о моё тело, обещая заманчивое продолжение.

– Не знаю, Хлоя. Я не знаю.

– Ну конечно, это так, сладкий мальчик. И поэтому ты думаешь, что нас ждёт бестелесное спасение на кибернебесах. Но ты же просто проецируешь на будущее своё собственное подавленное состояние. Ты переборщил с механической наукой, и она отделила твою голову от тела, сладкий мальчик.

– Ты правда так думаешь, Хлоя?

– Я не думаю, я знаю.

– И откуда ты это знаешь, Хлоя?

– Я же говорила, что ты дребезжишь, когда занимаешься любовью. Чёрт, это даже соседи слышат.

Nine Inch Nails всё ещё играют «Downward Spiral» и «Things Falling Apart»[60]. Господи, ну кому они об этом рассказывают?

– Так что рациональность действительно может подавлять. Вообще-то, все мемы склонны отрицать те стороны реальности, которые им не по душе, так что рациональность в этом не одинока. К тому же, «подавление» и «угнетение», в которых обвиняют оранжевую рациональность, по большей части дело рук синего порядка. Просто именно рациональность с её невероятно мощными структурами способна с пугающей самоуверенностью претворять в жизнь свои репрессивные планы. Даже в лучших своих проявлениях мировоззрение всеобщего формализма остаётся довольно бескомпромиссным, твёрдым и непоколебимым.

– Всё меняется с возникновением зелёного мема и так называемого постформального мышления. Постформальный зелёный мем начинает рассматривать различные варианты и ослабляет строгие правила всеобщего формализма, где это возможно, комбинируя их с пониманием богатства и разнообразия культур, типов личностей и представлений об истине, которые необходимо уважать и оберегать, а не пытаться втиснуть в рамки формальной рациональности.

– Видишь? А ты втискиваешь, сладкий мальчик, ты втискиваешь, – очень убедительно говорит мне голое тело Хлои.

The Offspring вопят «Out Come the Wolves»[61], Rage Against the Machine грохочут «Calm Like a Bomb»[62].

Наверное, она права.

– Не сейчас, Хлоя, не сейчас.

Прямо здесь и сейчас видишь ли ты Того, кто, находясь вне времени, спонтанно сознаёт всё это? Если да, то скажи мне, Кем или Чем ты являешься, когда погружаешься глубже собственной глубины? Облака уплывают прочь, мысли уплывают прочь, но есть ли в тебе что-то, что остаётся? Видишь ли ты Это? Можешь ли ты назвать его Имя?

– В связи с этим стоит отметить, что рост и развитие обычно происходят путём деления и интеграции. Наиболее распространённый пример – развитие сложного многоклеточного организма из одной яйцеклетки. Сначала в результате деления зиготы образуются две клетки, затем – четыре, затем – шестнадцать, тридцать две, шестьдесят четыре и т. д. На каждом уровне деления из клеток образуется ткань, органы и системы организма. Многие люди считают, что деление и интеграция – два противоположных процесса, но на самом деле они дополняют друг друга. Из жёлудя получается дуб – вот вам чудо отделения и интеграции.

Пауэлл стояла в центре зала, волны света нежно омывали её тело.

– То же самое происходит во время роста и эволюции человеческого мировоззрения. Старое мировоззрение отделяется, а затем интегрируется в новое, более сложное и высокоупорядоченное мировоззрение, которое позже тоже отделяется и интегрируется, и так далее вверх по спирали.

– Итак, формально-рациональное мировоззрение делится на множество плюралистических систем. Восприятие множества контекстов, относительных истин и культурного разнообразия – один из многих даров зелёного. Поскольку признаются важные истины всех культур и всех индивидуумов, самость на этой волне является не только чувствительной, но и в большой степени индивидуалистической, как сказано на слайде № 1.

– На следующей, интегральной, волне все эти отдельные системы собираются вместе и интегрируются в сложные модели с холистическими связями. Внимание уделяется не только различиям, но и сходствам систем. Да, дорогие друзья, это и есть знаменитый скачок к интегральному сознанию второго порядка, на котором самость становится автономной. Некоторые исследователи, включая Дженни Уэйд (Jenny Wade) из ИЦ, предпочитают называть эту самость аутентичной – и это тоже корректно.

– Сейчас я покажу тебе кое-что аутентичное, – говорит Хлоя, срывая с себя одежду и совершая до неприличия откровенные движения.

– Кен, ты можешь придумать предложение со словом «колышущийся»?

– Колышущееся тело Хлои начало…

– Это слишком просто.

– Колышущиеся груди Хлои начали…

– Слишком просто.

– Попытки Кена использовать слово «колышущийся» колыхались самым колышущимся образом, так что…

– Кен, сладкий мальчик, чем ты вообще занимаешься?

– Отличный вопрос, Хлоя, просто отличный.

– Но зачем нам вообще нужно знать об этих уровнях развития самости? – в Лизе Пауэлл начала проявляться её знаменитая резкая озлобленность, сделавшая и без того страстное выступление ещё более горячим и пылким.

– Одна из причин заключается в том, что зная их, мы можем понять, действительно ли самость заинтересована во взаимоуважении, взаимопонимании, мироцентрической заботе и сострадании. Ведь постмодернизм и мультикультурализм в рамках своей «политики признания» тоже требовали одинакового уважения и признания всех культурных сообществ, особенно подвергающихся дискриминации. Так что если наша цель – это мироцентрическое уважение и всеобщее равенство, тогда мы прямо сейчас должны принять решение развиваться, чтобы наша самость могла дорасти до постконвенциональной мироцентрической осознанности, да?

Она посмотрела в зал и крикнула: «Да?!» И зал ответил ей: «Да!»

– Подлинное уважение и взаимопонимание возможно только на постконвенциональных волнах или стадиях универсальной заботы по Гиллиган. Невозможно заставить людей проявлять взаимоуважение. Самое большее, что можно сделать – это издать закон, который регламентирует поведение, но не мысли. Однако сторонники мультикультурализма хотят большего: они хотят, чтобы все группы и индивиды относились друг к другу не просто толерантно, а с взаимоуважением, они требуют внутренних изменений в отношении людей друг к другу, а не просто соблюдения правил поведения, понимаете?

Лиза Пауэлл всё больше заводилась. Она постоянно перемещалась по сцене, всё ещё улыбаясь, но её энергия уже начала фокусироваться в один лазерный луч.

– Лично я убеждена, что общество, все члены которого относятся друг к другу с уважением – это та благородная цель, к которой мы должны стремиться. Но для этого, – она повысила голос, – позвольте мне повторить сказанное! – мы должны каким-то образом помочь как можно большему числу людей развиться до постконвенциональных уровней. Как мы уже видели, для того чтобы достичь постконвенционального мироцентрического уважения, необходимо пройти как минимум пять или шесть последовательных уровней развития. Поэтому если постмодернистам хочется создать культуру, основанную на взаимоуважении, что само по себе кажется мне хорошей идеей, тогда нам необходимо выяснить, как вырасти и эволюционировать до этих более высоких уровней сознания, поскольку без них взаимоуважения нам не видать никогда.

Она замолчала и оглядела зал, как будто говоря: «Только попробуйте пикнуть».

– Но сейчас ситуация такова: пока зелёный пытается достичь взаимоуважения, например, с красным, красный продолжает вытирать о зелёный мем ноги. И зелёный не может понять, в чем же, блин, проблема?! «О-о, давай обсудим это ещё раз», – говорит зелёный, – а красный срать на него хотел с высокой колокольни.

Несколько людей в зале рассмеялось и зааплодировало, послышался недовольный кашель и бормотание.

– Красный согласится с зелёным только в том случае, если сам эволюционирует до синего, потом до оранжевого, а потом до зелёного. Но зелёный просто хочет, чтобы все были друзьями, обсуждали любые проблемы и делились чувствами, не имея не малейшего представления о том, что для этого необходимо.

Пауэлл озарила зал улыбкой.

– Я хочу сказать одну простую вещь: психологическое развитие и культурная эволюция от эгоцентризма и этноцентризма к мироцентризму – единственный способ избежать угнетения и маргинализации. Но зелёный мем, с его изначально плоским убеждением, что все точки зрения одинаково хороши, отрицая уровни, иерархию и эволюцию, отрицает решение самой ненавистной своей проблемы – проблемы угнетения. Так что истово защищающий флатландию зелёный мем неумышленно способствует распространению того самого угнетения, которое ему так хотелось преодолеть. Наряду с откровенно расистским синим мемом, зелёный является основным источником угнетения в нашей культуре.

Несколько человек в зале, услышав такие дерзкие обвинения, от удивления открыли рты, остальные выдали шквал аплодисментов, сквозь который были слышны отдельные грубые и недовольные выкрики. Пауэлл глубоко вдохнула и быстро закончила своё выступление.

– Как называется фиксация на зелёном меме? Бумерит. Значит, бумерит – это один из основных источников угнетения в нашей культуре. И если вы, люди, в этом сомневаетесь, не уходите далеко – эту сложную и очень напряжённую тему мы обсудим на наших следующих сессиях.

Лиза Пауэлл улыбнулась, повернулась и твёрдой походкой спустилась со сцены.

Хлоя нежно скользит своей грудью от моих лопаток к пояснице, её губы сложены так, будто она беззвучно произносит «О». Зачем мне все эти разговоры о бумерите? Я не бумер.

– Затем, – раздаётся звук из сложенного буквой «О» рта, – ты ведь хочешь стать интегральным, да?

– Да.

– Тогда тебе нужно пойти дальше Поколения Я.

Я поворачиваюсь, чтобы взглянуть на Хлою, и не могу поверить своим глазам, когда вижу на её месте Хэзелтон.