Джуди. Четвероногий герой

Поняв, что его единственный защитник подвергся жестокому нападению, щенок вышел из своего укрытия посмотреть, что можно сделать для спасения Су. Передвигаясь ползком на животе, кроха скулила от страха, но пыталась сделать свое рычание более грозным, взрослым. Вот она увидела, как несколько человек в мешковатых брюках и начищенных сапогах пинают и бьют ее хозяина.

Один из нападавших заметил крадущегося щенка. Он тут же отступил от Су и сделал несколько шагов к собаке. Еще мгновение — и бедняга получила сокрушительный удар сапогом в живот. Удар был такой силы, что поднял собаку в воздух и отбросил в кучу мусора на другой стороне улицы. Она лежала на мостовой, скулила от боли, надеясь, что обидчик в странной униформе исчезнет.

Компания ушла. Су был настолько избит, что не мог самостоятельно передвигаться. Только сейчас щенок увидел, в каком жалком состоянии находится хозяин. Торговец лежал в темном углу у дверного проема. Собака подползла к нему, ее тело страшно болело, живот свело еще и от голода. Все внутри онемело от побоев и холода, пронизывающего насквозь.

Этой ночью малышка поняла, что побег из питомника обернулся кошмаром. Но, как известно, самое темное время суток всегда наступает перед рассветом.

Кроха все еще лежала на улице, когда солнце осветило город и какую-то знакомую фигуру. Одинокая собака дрожала, скулила. Она так настрадалась, что даже не услышала звука шагов. Человек остановился совсем рядом. Но щенок будто не слышал слов, сказанных в его адрес.

— Шуди? Шуди? О, Шуди! Что случилось? Где ты была?

Хвост пойнтера был уже не белым, а скорее серым от грязи. Он отказывался вилять в знак приветствия. Однако собака все-таки узнала знакомый тембр голоса. У девочки из питомника было гладкое смуглое лицо и темные волосы, спадающие на плечи. Да, это была Ли Минг. Она рассматривала большое яркое пятно на боку псины. Несомненно, перед ней лежала ее собака.

В разросшемся городе с населением в три миллиона человек девушка из питомника именно в это утро проходила по той самой улице, где лежала ее травмированная подопечная. Ли Минг нагнулась и взяла щенка на руки, засунула его под куртку. Затем она быстро пошла по улицам города прямиком к английской леди, хозяйке питомника, чтобы сообщить о находке.

К тому времени, как она прибыла в большой дом, щенок у нее за пазухой уже крепко спал.

— Посмотрите! Посмотрите! Я нашла Шуди! — тараторила девушка.

Англичанка бросила на нее недоверчивый взгляд через стол, за которым сидела. Посмотрев на щенка, она подошла к девушке и взяла малыша на руки. Хозяйка крепко держала собаку, гладила и ласкала, рассматривала, словно сравнивала принесенную малышку с беглянкой. Щенок лениво приоткрыл один глаз, оценил обстановку, затем как бы улыбнулся и вновь погрузился в сон.

Это вызвало у англичанки улыбку.

— Это она. Это именно та собака, которая сбежала! — Она посмотрела на Ли Минг — та светилась от счастья. — Итак, мне кажется, самое время тебе ее искупать и хорошенько накормить.

Ли Минг с энтузиазмом кивнула. Больше всего на свете она любила ухаживать за щенками. Собака снова оказалась в ее руках, и теперь девушка могла о ней как следует позаботиться.

Англичанка спросила:

— А почему ты назвала ее Шуди?

Ли Минг засунула теплую, сонную кроху, свернувшуюся в комок, себе под куртку.

— Я всегда называю собак Шуди, — ответила она. — Шуди значит «мирный». Именно так она сейчас выглядит, правда?

Женщина посмотрела на Ли Минг и сказала:

— Так и есть. Да, так и есть, Ли Минг. Пусть с этого момента она будет зваться Джуди.

Так щенок, который сбежал и теперь вернулся, получил новое, подходящее ему имя: китайское слово «мирный», измененное на английский манер, должно было отныне приносить собаке только удачу.

Ли Минг немного поиграла с Джуди и только тогда осознала, какой опасности та подверглась.

Ли Минг и представить себе не могла, какой знаменитой станет ее питомица впоследствии, во время Второй мировой войны.

Глава 2

Даже летом 1936-го, за четыре года до начала на этих землях войны, на улицах Шанхая и повсюду в Китае можно было заметить следы японской агрессии.

Пользуясь своим военным могуществом, имперская Япония в любой момент могла ударить по Шанхаю и Нанкину, чье название будет еще долго ассоциироваться исключительно с террором и жестокостью. Но все ужасы были еще впереди, а сейчас Шанхай и река Янцзы находились под защитой британского флота и флота союзников.

Британские корабли-«насекомые» были предназначены для патрулирования мелких морей и рек, удаленных территорий Британской империи. Построенные на верфи «Лобнитц» на реке Клайд, подобные корабли играли важную роль во время Первой мировой войны, в частности в Месопотамии. Благодаря им осуществлялось патрулирование рек Тигр и Евфрат.

К 1936-му году им было не менее двадцати лет и они могли бы служить экспонатами в музее военной техники. Но они по-прежнему были довольно быстрыми и хорошо вооруженными. Благодаря плоскому дну и небольшому водоизмещению «насекомые» идеально подходили для навигации на такой реке, как Янцзы. Их называли «большими китайскими лодками». Они были оснащены двумя котлами и двигателями. Каждый двигатель имел собственный винт, вал которого был соединен с корпусом, для того чтобы минимизировать шансы сесть на мель.

Когда Шуди, то есть Джуди, вновь поселилась в питомнике, один из таких кораблей как раз проходил ежегодный осмотр в доках Шанхая. Его готовили к дальнейшей службе, к поиску пиратов и других преступных формирований на самых мелких участках Янцзы. Такое судно способно было преодолевать расстояния в тысячи миль.

Корабль Ее Величества «Москит» нельзя было назвать особо удачливым, и сейчас его команда больше всего была обеспокоена двумя проблемами. Первая — это запас пива. «Китайские» корабли Королевского флота имели особенность: брали с собой на задание определенный запас пива, из которого потом каждый член команды получал авансы. Капитан судна, лейтенант Уолдгрейв, отметил в судовом журнале, что таких запасов хватит всего на несколько недель даже при самом умеренном потреблении.

Вместе с «Москитом» в доках проходило осмотр и американское судно. Офицеры и команда раз в неделю, в субботу (чтобы запасы не иссякали слишком быстро), приглашались на британский корабль для дегустации пива. Взамен американцы приглашали британских моряков на свой корабль для просмотра американских фильмов в собственном кинотеатре.

Второй проблемой для «Москита» являлось отсутствие талисмана, что было для флотилии на Янцзы нетипично. Еще более нетипично, нежели скудость запасов пива на корабле. На других кораблях, таких как «Сверчок», «Цикада», «Божья коровка» и флагман «Пчела», талисманы имелись. Это были кошки, собаки или даже обезьяны. Но у команды «Москита» не было ни пушистого, ни четвероногого, ни пернатого друга, поэтому капитан поручил своим подчиненным все же найти талисман.

Офицеры в очередной раз собрались в столовой корабля, чтобы обсудить, будет ли это птица, млекопитающее или рептилия. Предложений поступало очень много, но большинство из них — китайская черепаха, огромная панда и аллигатор — были отвергнуты или даже подняты на смех по причине непрактичности и неуместности.

Совет постановил, что талисман должен обладать тремя особенностями. Так как в составе команды корабля отсутствовали женщины, талисман должен был быть самкой — это во-первых, приятной на вид — это во-вторых, полезной в несении службы — это в-третьих. В один из ноябрьских дней около полудня команда офицеров покинула корабль и отправилась в питомник.

Как и большинство охотничьих собак, британские пойнтеры обладали неиссякаемой энергией. Они росли сильными, внимательными, никогда не знали усталости независимо от того, в какой местности им предстояло работать. Именно такие качества требовались от собаки, чьей обязанностью должен был стать поиск чего-либо или преследование преступника.

Джуди доказала свою боевую готовность, когда совершила побег из питомника. Всем пойнтерам присуща живость, но Джуди продемонстрировала, что ее запасы энергии больше, чем у ее собратьев. На первый взгляд кажется, что это не самое главное качество для талисмана судна — трудно собаке куда-либо расходовать энергию на борту корабля размером двести тридцать семь футов от носа до кормы и тридцать шесть[2] — поперек. Но как только старшие офицеры привезли Джуди на судно, сразу стало понятно, что она станет частью команды.

На тот момент ей было шесть месяцев и она уже полностью восстановилась после недолгого периода уличной жизни. У Джуди был ясный взгляд и правильная стойка, что сразу делало ее ярким представителем своей породы. Шея ее была изящна, темные, словно уголь, глаза глубоко посажены, морда вытянута. С высоко поднятой головой она смотрела на странных мужчин в униформе, которые пришли взглянуть на нее. Видно было, что природа щедро наградила ее.

Ко времени своего поселения на борту «Москита» Джуди превратилась в настоящую леди, отраду для глаз. Кроме того, будучи охотничьей собакой, она могла искать и охранять дичь для камбуза. Хотя это и не первейшая задача для пойнтеров, их легко можно обучить приносить убитую добычу.

Но вернемся на наш корабль. Все было подготовлено к скорому отплытию: запасы хлеба, мяса, топлива (бензина и керосина), а также уголь. Пара мазков краски избавила корабль от следов ржавчины в нескольких местах на его обшивке. Китайские юнги, занятые на камбузе, также были полностью готовы к работе на борту.

Кучка моряков толпилась на носу палубы, собираясь переодеться в белую парадную форму для последнего выхода на сушу. Это было уже после того, как открылся люк и показалась голова Коксвейна, офицера, выполнявшего обязанности рулевого и старшего в команде. Он объявил:

— Всем быть на палубе через десять минут!

Облачившись в форму, моряки задумались, чем можно заняться в городе. Разумеется, вряд ли что-то могло изменить их планы спуститься на берег. Шанхай, несомненно, был городом развлечений, диких и экзотических. Здесь тяжело было держаться вдали от баров, где пиво льется рекой… в отличие от корабля, где его запасы иссякают.

Мужчины собрались в носовой части и построились согласно рангу под тентом, тянувшимся практически во всю длину корабля. Тент придавал судну странный вид, издали делая его похожим на трамвай на воде. Тем не менее тент доказал свою полезность за время патрулирования Янцзы: он создавал тень и защищал от солнца или дождя, которые так часто мешали службе моряков на великой реке.

— Смир-р-рно! — рявкнул Коксвейн, когда вся команда была в сборе.

— Команда корабля в сборе, сэр! — доложили ему.

Старший лейтенант Уолдгрейв сделал шаг вперед и поставил на пол пустой деревянный ящик из-под боеприпасов — пулеметов «Максим» 303 калибра. Они являлись символом могущества колониальной Британии и размещались по три с каждой стороны судна, создавая впечатление того, что корабль вооружен до зубов. Но сейчас, как показалось старшему лейтенанту, ящик меньше всего напоминал о войне. Отдав команду «Вольно!», он обратился к мужчинам, слегка улыбаясь, хотя на его лице редко присутствовали какие-либо эмоции.

— Вернемся к нашему совещанию в столовой. Мы пришли к выводу, что на корабле нужен питомец. — Он сделал паузу, изучил исписанный лист бумаги в своих руках, и его улыбка стала более широкой. Затем лейтенант продолжил: — Напомню вам, что одним из условий являлось то, что животное должно быть женского пола. В общем, нам нужна красотка, достойная того, чтобы служить с нами. Я выслушал множество ваших пожеланий, большинство из которых, к сожалению, отверг.

Старший лейтенант посмотрел на товарищей, стоявших перед ним.

— На «Пчеле» живут две кошки, — продолжал он. — На «Цикаде» — и вовсе обезьяна, да поможет им бог! — Длинная пауза. — Что касается нашего корабля, то с этого момента мы не будем возвращаться сюда с охоты, подстрелив двадцать перепелов, а найдя только одного.

Он повернул голову и громко крикнул:

— Старшина!

В дверном проеме появился силуэт, затем на уровне колен старшины в проеме показалась собачья голова. Собака начала с любопытством озираться по сторонам. Тогда старшина поманил животное, и на свет божий вышел белый английский пойнтер. Красоту собаки дополняли коричневые пятна по всему телу и на голове.

Все глаза были устремлены на нее. Она еще была щенком со странной, довольно ленивой походкой. Собака медленно прошлась по палубе, ее лапы казались неестественно большими для ее роста. Старшина торжественно сопроводил ее к шеренге. Джуди продолжала перемещаться вразвалку. Она тяжело дышала, язык выпал наружу, отчего казалось, что она глупо улыбается.

Все выглядело таким комичным, что каждому из них трудно было сдержать улыбку.

Старший лейтенант театрально воздел руку кверху и плавно опустил — собака присела перед ним.

— Вот она, джентльмены! Встречайте нашу первую даму на корабле, Джуди!

Присутствующие щедро поприветствовали «даму» аплодисментами. Они дополнили ее кличку, чтобы подчеркнуть аристократическое происхождение красавицы, — Джуди из Сассекса. Сассекс был выбран по понятной причине. От Шанхая до него было очень далеко, но некоторые члены команды были родом из этой части Англии.

На должность опекуна собаки был выбран матрос Ян Танки Купер. Танки отвечал за пополнение продовольственных запасов, а также выполнял обязанности мясника, а это значило, что в его закромах всегда можно было найти лакомые косточки.

Танки, как и предполагалось, отвел собаке место в коробке из-под боеприпасов, рядом с капитанским мостиком; жилище было снабжено одеялом. Проходили недели и месяцы. Джуди часто спала, уютно свернувшись калачиком возле кого-либо из членов команды.

Ей даже был присвоен официальный номер в судовом журнале. У всех служащих были собственные номера, например JX125001. Номер определял принадлежность к одному из пяти классов: матросы и связисты; кочегары; офицеры; повара и стюарды; все остальные. Номер Джуди был с приставкой «MX». Это означало, что она принадлежала к категории «все остальные». Еще это говорило о том, что она начала службу после 1925 года, потому как до этого была другая система нумерации.

Номер Джуди не предоставлял ей особого статуса, так как она еще не была зарегистрирована в Адмиралтействе. Но, как решил офицерский состав «Москита», они могли уплыть и без этих формальностей, так как все понимали, что эта система несовершенна, и не принимали ее всерьез. У многих моряков были одинаковые номера, отличалась лишь приставка.

В любом случае Джуди не нужно было платить жалованье.

Жизнь собаки на корабле можно, наверное, оценить как близкую к собачьему раю. По крайней мере, в первые месяцы службы на борту «Москита» она действительно была такой. На корабле Джуди из Сассекса могла позволить себе все, что ни пожелала бы, включая достаточное количество пищи, тепло и общение в хорошей компании.

Как и предполагалось изначально, Джуди держалась поближе к офицерскому составу, базировавшемуся в передней части корабля. Но поскольку именно капитан судна лейтенант Уолдгрейв и старшина Чарльз Джеффри «скинулись», чтобы приобрести «это чудо», они считали, что имеют больше прав проводить с ней время. Обычно они тратили его на то, чтобы потренировать любимицу. Джуди предстояло стать «офицерской охотничьей собакой».

Уже в названии породы «пойнтер» заложено ее главное свойство — указывать на добычу. Обычно пойнтер принимает жесткую стойку, как только учует добычу. Хотя каждая собака может действовать по-своему, классический британский пойнтер становится в стойку так: голова опущена, хвост торчит горизонтально, одна лапа приподнята и согнута на конце. Этой лапой собака указывает охотнику направление добычи.

Охотничьи попытки Джуди не сразу увенчались успехом. Как минимум первые сорок восемь часов на борту корабля ее способности работали в другом направлении: ее нюх воспринимал только аромат обеда. Она могла безошибочно найти лишь камбуз, откуда доносились такие манящие запахи!

Офицеры долго спорили между собой, как развивать ее навыки в нужном направлении. Решено было начать тренировки: утки, перепела, антилопы и газели — вдоль берегов Янцзы встречается немало дичи. Казалось, невозможно было сдержать ее неуемную энергию. Любопытный нос приводил ее к каждой щели, включая каюты персонала и опять-таки кухню, где она, увы, не могла рассчитывать на восторженное приветствие.

С самого начала службы Джуди стала офицерской любимицей. Как единственная собака на корабле, она для каждого была компаньонкой. У нее не было конкретного хозяина, и в то же время ее владельцем был каждый, а это могло стать препятствием для успешных тренировок. К тому же все попытки Танки Купера упорядочить ее питание приводили к разочарованию. У него за спиной исчезал не только шоколад, но порой даже бокал с пивом: все это отправлялось Джуди на десерт. Каждый хотел ее побаловать.

К тому времени, когда «Москит» готов был отправиться из Шанхая, во вторую неделю ноября 1936 года, капитан и старшина — те, кому команда была обязана появлением питомицы, — давно уже смирились с ее недостатками. Она была первой и единственной их корабельной собакой и пользовалась большим успехом. Не было на борту человека, который бы относился к ней холодно, а ее присутствие всегда поднимало команде боевой дух.

Джуди выжила на жестоких улицах Шанхая, теперь ей предстояла длинная и счастливая карьера на судне «Москит». Но и здесь она повстречалась с опасностью очень скоро, почти сразу же после запуска корабельного двигателя.

И снова к смерти чуть не привело ее любопытство.

Глава 3

Десятилетиями научное изучение собак и теория дрессировки опирались на особенности повадок их древнего предка — волка. Большинство ученых сходятся во мнении, что все собаки, от пекинеса до дога, — потомки одного вида — сanis lupus, или серого волка. Собаки взяли 99,96 % от его ДНК.

Более тридцати тысяч лет ушло на формирование собачьих пород и, что еще важнее, одомашнивание. Человек и собака начали свое партнерство и дружбу много веков назад. Собака стала первым прирученным животным, и эта связь сохранилась до сих пор.

Сомнения по поводу того, что без определенной работы с ними собаки будут показывать свой волчий нрав, долгое время определяли тактику общения двуногих с четвероногими. Исследователи предполагают, что волки ранее жили в больших стаях с двумя доминантными особями — взрослыми самцом и самкой — и могли быть очень жестокими по отношению к тому, кто был рангом ниже. Люди слишком часто стремились подчинить собак, объясняя это тем, что собака очень близкий родственник волку, а значит, надо четко дать ей понять, кто тут доминирует.

Более поздние исследования заставили человека изменить мнение. Наблюдения показали, что в природе стая волков обычно ограничивается одной взрослой парой и ее подросшими потомками, которые помогают родителям в воспитании малюток. Стая может проявлять жестокость, но только по отношению к другой стае, в случае, если те посягают на их территорию. По природе волки очень общительные и семейные животные. Внутри своей семьи — или стаи — они проявляют сотрудничество, доброту и заботу друг о друге.

Так же и большинство собак любит быть частью семьи и участвовать в семейной жизни наряду с другими ее членами, причем уже неважно, состоит она из людей или собак. Исходя из этого дрессировка и обучение собак правильному поведению развивается по тому же сценарию, что и воспитание ребенка. Больше всего собаки откликаются на любовь, поощрение и игру, но, что самое важное, животное должно быть полноценным членом семьи. К счастью для Джуди, она попала в самую большую, добродушную и готовую к играм семью, которую только мог пожелать себе пес.

Атмосфера на борту корабля была дружелюбной и родственной. Команда, насчитывавшая более пятидесяти человек, включая юнг и поваров, представляла собой подобие волчьей стаи, поскольку также делилась на группы. Могли иметь место конфликты, но, как правило, все разрешалось очень легко. Главным правилом здесь было сотрудничество, а не принуждение.

Первые пару дней на борту Джуди одинаково общалась со всеми членами команды. С ними она чувствовала себя дома. К тому моменту, когда «Москит» был готов к плаванию, Джуди из Сассекса успела полностью привыкнуть к корабельному быту. Она прекрасно освоилась и была готова к длительному путешествию вглубь страны.

Ровно в восемь часов утра 10 ноября 1936 года команда корабля закончила приготовления к отплытию. В девять один из членов команды уже был готов отдать швартовы. Как все собаки, Джуди сверхъестественным чутьем умела расшифровывать язык тела человека и понимать его действия. Она возбужденно забе´гала по кораблю.

Десять минут спустя корабль поднял якорь, заработали оба двигателя, задрожала палуба. Еще двадцать минут спустя судно вновь пристало к берегу и пришвартовалось на верфи азиатской топливной компании, чтобы залить около шестидесяти восьми тонн топлива. Для Джуди это был первый выход в море, и вся команда была потрясена ее спокойным поведением. Но надо отметить, что все это происходило в сравнительно тихих водах шанхайского порта.

С таким запасом топлива судно должно было двигаться тысячу двести двадцать часов до следующей верфи, где планировалось пополнить запасы оружия. Кроме шести пулеметов «Максим», вмонтированных на корме корабля, «Москит» теперь мог похвастать 12-фунтовым противовоздушным орудием и парой 6-дюймовых орудий «Марк VII», способных метать снаряды весом в сорок пять килограммов на расстояние более десяти километров.

Жизнь на кораблях, патрулирующих Янцзы, была красочной, но иногда таила в себе опасность. И часто та исходила от вражеских кораблей, курсирующих здесь же. Кроме того, Янцзы — дикая и непредсказуемая река, в любой момент можно было удариться о ее каменистые берега. Постоянное напряжение и опасность вынуждали молодых моряков искать возможности расслабиться и снять стресс. Шанхай с его шумными барами и подземными клубами давал им такую возможность.

Частенько загулявшие моряки с большой неохотой отрывались от береговых радостей. В последние несколько дней капитан Уолдгрейв вынужден был отправить двух членов команды на тридцатидневное наказание в соответствии с военным трибуналом. Причиной послужило то, что они добрались до запасов корабельного пива и не прошли мимо известной категории девушек, дежурящих неподалеку. В то же время капитан решил наградить других членов команды. В целом они прекрасно уживались между собой, и Уолдгрейв старался поддерживать определенные традиции на борту, чтобы еще больше сплотить коллектив.

Что касается Джуди, то оказалось, что она может доставлять команде не только радость, но и определенные проблемы.

Это случилось утром 14 ноября, когда «Москит» уже приближался к морю. Сейчас он будто устремлялся в бурлящую пасть, образованную огромным потоком речной воды в устье. Корабль по команде «Полный вперед!» двинулся на своей максимальной скорости, лавируя в узких местах реки. Судно изо всех сил боролось с течением скоростью в десять узлов[3], которое гнало этот огромный объем воды к морю.

Здесь, где могучая Янцзы впадала в Восточно-Китайское море, дельта имела ширину более двадцати миль, то есть такую же, как Ла-Манш в своем самом узком месте. И человеку, и собаке нужно было пристально вглядеться в серую ноябрьскую воду, чтобы лишний раз убедиться, что это река, а не океан. Дикие вихри течения бушевали под ровной поверхностью корпуса корабля; мощные волны омывали его борта. Холодная, мутная, серо-желтого цвета вода была очень тяжелой из-за ила. Постоянно то тут, то там образовывались водовороты, всасывающие в себя мусор.

Порт давно скрылся за горизонтом, земля едва виднелась. Теперь вместо шума и гама шанхайской гавани уши моряков наполнили другие звуки. Это было ожесточенное сражение судна с потоками воды. Корабль пробирался вдоль песчаных берегов и мусора, который несло к выходу в море. Судно то и дело издавало оглушительный рев, когда проплывало в мелких местах, практически садясь на мель, а затем вновь оказывалось в просторах глубиной около ста футов.

За то время, пока Джуди жила на улицах Шанхая, она привыкла к городскому шуму: звукам двигателей, голосов, производства… Но тут было совершенно другое. Этот рев, вой третьей по длине реки в мире, непосредственная близость стихии… Эта мощь, эта сила природы не давали Джуди покоя… как мотыльку пресловутое пламя.

Старшина Джеффри был первым, кто осознал опасность. Он пересекал корму, когда увидел у перил собаку — Джуди принюхивалась. Он крикнул ей что-то, предупреждая об опасности, но тут же увидел, что она поскользнулась и не смогла удержать равновесие. Ее тело оказалось по ту сторону перил у самого края палубы. Джуди смотрела на плещущуюся внизу воду. Собака услышала крик Джеффри, но не обратила на него никакого внимания, как и на вопль Ли Минг в питомнике шесть месяцев назад.

Она переминалась с лапы на лапу, возбужденно лая на громогласного серого монстра, который отвечал ей шумом водоворотов где-то внизу. Мгновение спустя Джуди окончательно потеряла равновесие и с отчаянным лаем скрылась из виду. Те, кто говорят, что любопытство убивает кошек, наверное, ничего не знают о корабельных собаках!

Джеффри побледнел и с воплем взбежал на мостик, стараясь кричать как можно громче, чтобы его услышали:

— Собака за бортом! Собака за бортом! СОБАКА ЗА БОРТОМ!

Крик «Человек за бортом!» — это последнее, что хочется услышать любому моряку, а особенно, если корабль плывет по Янцзы. Корабль шел со скоростью крейсера — четырнадцать узлов (около двадцати шести километров в час), а это значит, что Джуди уже осталась далеко позади. Крик Джеффри не на шутку взбудоражил всех, кто его слышал, ведь каждый из присутствующих на борту души не чаял в питомице.

К счастью, капитан был одним из тех, кто услышал крик. Он немедленно начал действовать:

— Стоп, полный назад!

Капитан Уолдгрейв точно знал, что может случиться, если его корабль не сменит курс. Еще оставался шанс развернуть судно и прийти на помощь вовремя. Климат Восточно-центральных районов Китая близок к европейскому континентальному: он умеренный, с теплыми веснами, жарким летом, холодной осенью и еще более холодной зимой. Янцзы в ноябре могла даже промерзать. В этих условиях организм, в том числе и собачий, очень быстро перестает бороться. К тому времени, как капитан повернул корабль, Джуди уже сильно отнесло течением и она скрылась из виду.

Собака упала с высоты чуть большей, чем дюжина футов. Надо отметить, что речная вода в отличие от морской имеет меньшую выталкивающую способность, а стало быть, у Джуди было меньше шансов выбраться на поверхность. Капитан все же надеялся, что собака — умелый пловец, что в ее крови силен инстинкт выживания, как у других охотничьих собак, и что его хватит до тех пор, пока они до нее доплывут. Тем не менее даже он не оценивал ее шансы высоко. Если они не доберутся до нее в следующие несколько минут, холодная вода Янцзы станет для Джуди могилой.

К тому моменту, когда капитан приказал остановить корабль, старший матрос Вик Оливер был готов к выполнению команды. Он «воевал» с румпелем, а его коллеге, китайскому юнге по имени Вуг, было поручено выхватить собаку из воды. Что-то крошечное показалось за бортом, фигурка качалась на волнах, но в следующий миг Оливер неожиданно потерял ее из виду.

Последнее, что он видел, — маленькое пятнышко, уплывающее вниз по реке. Он попробовал запомнить местонахождение собаки. Все, что ему оставалось, — это направить корабль нужным курсом. Разобравшись, где они сейчас находятся, он запустил двигатель на максимум. Корабль мчался по реке со скоростью пробки, вылетающей из бутылки шампанского.