Истинное мужество. Реальные истории о героизме и мастерстве выживания, сформировавшие мою личность

В октябре 1861 года он вышел в поход. В его команде было десять человек и семьдесят одна лошадь.

Большинство мужчин были пьяны, и зрители с удовольствием наблюдали, как они с трудом попадают ногой в стремя. Неужели эти люди смогут найти путь через всю Австралию? Сделать то, что не удавалось никому раньше?

Вначале это и впрямь казалось невозможным, особенно когда возглавлявший экспедицию Стюарт упал с лошади, а идущая следом наступила ему на руку. Были порваны сухожилия и вывихнут сустав. Далее последовало заражение, и вскоре рука выглядела так, что возникали мысли о необходимости срочной ампутации.

Однако Стюарт исцелился, по крайней мере, чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы управлять людьми. Экспедиция миновала центр страны, но каждый раз при попытке прорваться к северному побережью тяжелый климат и нехватка воды заставляли их повернуть назад. Так случалось пять раз подряд, пока, отправившись в путь в шестой раз, Стюарт ни нашел, наконец, источник воды, где можно было пополнить запасы.

Освежившись, люди с новой силой бросились на борьбу с природой и вскоре достигли реки Аделаиды. Стюарт понимал, что путешествие почти завершено, впереди их ждет местность, рельеф которой уже нанесен на карту другими исследователями. Если они смогли пересечь ее, значит, удастся и ему.

После шести месяцев напряженного похода команда вышла к северному морю. Стюарт первым ступил на пляж и умылся в водах Индийского океана.

Победа. Наконец-то. Но Стюарт не собирался отдыхать и ждать поздравлений.

Двадцать четыре часа спустя он уже вел людей в обратный путь. Им предстояло преодолеть 3100 километров. И настоящие проблемы их только поджидали.

Невозможно подвергать себя столь жестоким испытаниям и предполагать, что они никак не отразятся на состоянии здоровья тела. Несмотря на невероятную стойкость, борьба Стюарта с климатом Центральной Австралии должна была стать тому подтверждением.

Проблема была не только в нехватке продовольствия или в том, что с приближением к югу увеличился падеж лошадей. Основное беспокойство вызывало правое плечо Стюарта. Жгучая боль усилилась и распространилась по всему телу, вызвав затруднение дыхания. Глаза, подвергавшиеся на протяжении нескольких лет нещадному воздействию солнечного света, стали почти незрячими. Мастер ориентирования стал полагаться на другие органы и прибегать к помощи подручных средств, чтобы не заблудиться. (Например, карт, составленных им же самим во время долгих странствий.)

Запасы воды иссякли, и часто они по три дня страдали от жажды. Три дня без воды в таком жарком климате приводят к самоотравлению организма, не говоря уже о том, что боль в пересохшем горле и распухший язык означают, что наступил тот предел, который невозможно преодолеть человеку, даже одержимому желанием выжить.

Доведенные до отчаяния люди складывали куски глины в носовые платки и давили, надеясь получить хоть несколько капель воды. Ноги Стюарта почернели. Дрожащее, покрытое потом тело билось в лихорадке.

От цинги десны покрылись гнойными язвами и кровоточили. Единственной его пищей была собственная кровь.

В момент, когда нехватка еды, казалось, сведет их с ума, они обнаружили нору со щенками динго. Выживание важнее всего. Щенков сварили и съели.

Почти на пороге смерти, едва способный говорить, Стюарт отдал приказ забить одну из лошадей — поступок, который он никогда не позволял себе прежде. Члены команды приготовили для него питательный суп из губ животного, что придало Стюарту сил продолжить путешествие и, к счастью, завершить его через сорок четыре недели на южном побережье континента. Это было истинное чудо. Пример мужества, стойкости и выносливости.

Стюарт был настолько серьезно болен, что ему было приказано отдыхать, иначе он умрет. Впрочем, это не помешало остальным людям в Аделаиде устроить массовые уличные гулянья в его честь.

Героическое упорство и навыки Стюарта позволили ему добиться успеха там, где не смог бы никто другой. Однако исследования необходимо было завершить. Он добился желаемого, дошел до конечной цели, и теперь его тело уже ни на что не было способно.

Через восемнадцать месяцев он покинул Австралию.

К великому несчастью, Стюарт скончался в возрасте 50 лет, одинокий и нищий, в Лондоне, где жил с сестрой. Он просто сгорел, настолько обессилен был его организм.

На похоронах Стюарта присутствовало лишь семь человек.

Он покоится на кладбище Кенсал-Грин — вдали от континента, где были задуманы и реализованы самые дерзкие и смелые его планы. Великие достижения не принесли Стюарту богатства или широкой известности в своей стране. Но такие непостоянные ценности никогда не имели для него значения. Он сделал то, что намеревался. И выполнил свою миссию достойно.

Теперь его имя увековечено и встречается на всей территории Австралии, от южного до северного побережья. Шоссе Стюарт, связывающее Аделаиду с Дарвином, названо в его честь, как и обнаруженная им гора Стюарт. Существует и множество других памятников.

Его успехи сейчас, к счастью, признаны и оценены по достоинству.

Цели подобного масштаба недостижимы без огромных жертв, они также неминуемо приводят к тому, что мы забываем о страданиях, перенесенных при восхождении к заветной мечте.

Потраченные усилия часто приправлены некоторой эксцентричностью.

Я готов это принять. Я приветствую все причуды Стюарта, его слабости и нежелание приспосабливаться.

Покорение больших высот требует огромной силы характера. А Джон Макдуал Стюарт был велик, как и его цели.

Мне приятно думать, что он согласился бы поднять за это кружку рома.

Капитан Джеймс Райли: 

Рабы в Сахаре

Боже! Позволь нам больше не жить в таких муках!

Из дневника капитана Джеймса Райли

Дата: 28 августа 1815 года. Место: западное побережье Африки.

Американский корабль «Коммерция» был в пути уже три месяца. Отплыв из Коннектикута, он совершил остановку в Новом Орлеане, затем взял курс через Атлантику на Гибралтар, а теперь двигался на юг. Предполагаемый маршрут был таков: западнее Карибских островов, Кабо-Верде, где предполагалось загрузить драгоценную соль, и возвращение в Америку.

Ни при каких обстоятельствах судно не должно было дрейфовать неподалеку от дикой пустыни, известной сейчас как Западная Сахара, где, по рассказам, моряков-христиан захватывали мусульманские кочевники, обращавшиеся с ними хуже, много хуже, чем с собаками.

Капитаном корабля «Коммерция» был Джеймс Райли: муж, отец и профессиональный моряк, беспокоившийся о благополучии команды, как о своем собственном. Впоследствии он станет рьяно критиковать работорговлю. И у него будет для этого причина.

Капитан Райли едва сам не стал рабом.

Как и каждый из его людей.

* * *

В XIX веке корабль мог сбиться с курса по двум причинам: ошибка в навигации и шторм. В конце августа 1845 года на пути от Гибралтара вдоль побережья Африки «Коммерция» столкнулась с обеими трудностями.

Из-за сильного ветра и опасных течений корабль сбился с курса. Паруса раздувались, мачты скрипели, палубу захлестывала закрывавшая небо соленая волна.

Была ночь — вокруг черно. Не представляя, как близко к берегу они находятся, капитан Райли отдал приказ повернуть на юго-восток. Далее произошло нечто ужасное. С жутким, оглушающим треском «Коммерция» села на мель.

Норовистые волны били в борт и толкали корабль на скалы. У моряков не было выбора, пришлось покинуть судно. Райли приказал каждому собрать столько воды и продовольствия, сколько сможет унести, и погрузить в лодки. Затем они вышли в открытый океан, моля Бога помочь им доплыть до берега.

Каким-то образом им это удалось, но опасность все еще была очень велика.

Кораблекрушение произошло у западной части Сахары, одной из самых жарких и жестоких пустынь в мире.

Но хуже всего, что в пустыне было много кочевников-работорговцев.

Матросы попали в страшный регион, где неверные белые считались не людьми, а товаром, который можно выгодно продать, к ним относились хуже, чем к животным.

Суровые жители Сахары вряд ли окажут им радушный прием, но непременно их найдут.

Как и следовало ожидать, едва рассвело, на пляже появилась фигура направлявшегося к ним человека. Это был темнокожий мужчина с изборожденным морщинами лицом и бородой, закрывающей торс.

Райли сделал попытку подружиться с незнакомцем и даже предложил ему часть запасов провизии.

Человек молча взял все, что хотел, и, все так же не произнеся ни слова, зашагал прочь.

Матросы заключили, что он отправился за подкреплением.

И оказались правы.

Вскоре появились соплеменники визитера, мужчины и женщины. В руках у них были острые ножи, топоры и копья. Они забрали все ценное, что нашлось у команды.

Райли пытался вести с ними переговоры, но им это было совершенно не нужно. Вожак схватил капитана за волосы, резко запрокинул его голову и приставил к горлу ятаган. Райли был уверен, что через секунду будет мертв, но вместо этого человек лишь разрезал и сдернул одежду капитана. Мертвыми эти белые не принесли бы им никакой пользы.

Капитан Райли соображал быстро, поэтому сказал захватчикам, что в песке они зарыли еще много монет. Когда те бросились на поиски, матросам удалось бежать. Преодолев бушующее море, они вернулись на корабль.

С ними не было лишь старого матроса Антонио Мишеля. Стоя на палубе корабля, они смотрели, как кочевники продолжают избивать его, и так уже окровавленного.

Затем на Мишеля, как на животное, нагрузили все награбленное, хлестнули несколько раз, словно подгоняли лошадь, и погнали к дюнам. Теперь он был их рабом.

У команды капитана Райли оставалось две возможности: вернуться на берег и отдаться в руки варваров или попытаться залатать баркас и выйти в море.

Они единодушно выбрали море.

Райли и его команда разместилась на баркасе: одиннадцать выживших мужчин, бочонок воды, двенадцать бутылок вина и свинья, чудом уцелевшая в кораблекрушении.

Им было тесно, как сельдям в бочке. Баркас протекал, и у него не было руля. Люди проводили дни вычерпывая воду, чтобы не затонуть, и попеременно гребли, борясь с большими волнами.

Еды не хватало. У них был небольшой кусок соленой свинины. Ежедневно они делили на всех бутылку воды, что означало чуть больше глотка на каждого.

Они гребли на восток, надеясь добраться до Канарских островов, но ветер и волны были против них. За несколько дней они незначительно продвинулись на пути к цели.

На третий день они зарезали свинью. Когда кровь брызнула из ее перерезанного горла, моряки аккуратно собрали ее в емкость, чтобы позже было чем утолить жажду. Затем они с аппетитом съели сырую, сочную печень.

И все же при тяжелой работе на жаре обезвоживание организма было одной из основных проблем.

Опустошенные бутылки с водой они наполняли собственной мочой, которую потом пили.

Шли дни, языки их распухали от жажды. Ухудшился и слух из-за пересыхания слизистой. Их мучили судороги и лихорадка.

Не защищенная от солнца кожа обгорела и покрылась волдырями, положение ухудшалось от соли и постоянной гребли веслами. Каждый день команда делила между собой истощавшиеся запасы свинины, которая уже стала прогорклой на вкус. Пополнить запасы воды не представлялось возможным, поэтому из экономии они позволяли себе лишь смочить рот мочой. Она находила выход из организма, чтобы вновь попасть в бутылки матросов, отчего становилась все более концентрированной. В результате она превратилась в вонючий яд. Райли называл ее «жалким и отвратительным облегчением».

Однако больше у них ничего не было.

Волны и солнце их не щадили.

Состояние моряков было настолько опасным, что увидеть на горизонте землю было для них счастьем. Они решительно направили баркас к берегу, полагая, что даже жестокость местных жителей не может быть страшнее испытания морем.

Как же они ошиблись.

Их выбросило на крошечную полоску песка. Люди не представляли, где находятся (на самом деле они проплыли 300 километров к югу). Они приняли решение идти на восток по суровой пустыне Сахара.

Следующим утром отправились в путь.

На Земле мало мест, в которых так трудно выжить. Сахара простирается на 3000 километров в одном направлении и на 1200 в другом. Уровень влажности может опускаться до 5 процентов. Морякам не удалось найти ни воды, ни растений, ни животных. От жажды у них начались галлюцинации, каждый второй был на грани смерти. Рты пересохли и кровоточили, они, не раздумывая, отдали бы жизнь за глоток воды.

Увидев вдалеке свет костра, моряки без колебаний направились к нему. Люди понимали, какой прием их может ждать, но на другой чаше весов была смерть в бескрайних дюнах.

Им оставалось только молиться, и они молились.

Добравшись до костра, они увидели сидящих вокруг мужчину, двух женщин и нескольких детей. Мужчина взмахнул саблей, вынуждая Райли и еще двоих — Джорджа Уильямса и Аарона Сэвиджа — снять одежду. Затем он подошел к четвертому моряку по имени Деслайсел и заставил его взять вещи товарищей.

Все было предельно ясно. Четверо моряков теперь принадлежали ему.

Женщины заставили раздеться остальных.

Внезапно поднялось облако песка, и вдалеке показалась группа людей. Некоторые шли пешком, другие сидели верхом на верблюдах. Между местными завязалось сражение, кровь текла рекой из-за права владеть одиннадцатью рабами.

Через час борьба прекратилась, рабы были поделены. Райли и Деслайсел остались собственностью человека, встреченного ими у огня. Его звали Мохаммед, женщины были его сестрами. Мохаммед потащил рабов к колодцу, сестры подхлестывали и без того истерзанных и измученных мужчин толстыми, сухими палками.

Потом им принесли миски с дурно пахнущей похлебкой, показавшейся изголодавшимся людям нектаром.

Человеку, чей организм обезвожен, нужно воздерживаться и пить понемногу. Организму будет очень трудно справиться с непривычным количеством жидкости. Райли было это известно, но он не мог сдержаться. Они с Деслайселом пили жадно и без остановки. Желудки среагировали мгновенно и выбросили все содержимое к их обнаженным ногам.

С остальными их товарищами, ставшими рабами, случилось то же самое. Сколько бы они ни пили, все заканчивалось диареей. Пот разъедал выжженную солнцем кожу.

Кочевники готовились покинуть оазис с новыми рабами. Их разделили, и вскоре Райли и его спутники расстались с товарищами. Сначала их заставили набирать воду и грузить ее на верблюдов, затем караван двинулся в пустыню.

Райли и его товарищи были настолько слабы, что не могли идти, и упали на колени. Сначала кочевники смеялись над ними, потом избили палками по спинам так, что обожженная кожа сползла, обнажая плоть.

Новые хозяева обращались с рабами как с самыми ничтожными существами из всех живущих на Земле. Однако, когда стало ясно, что идти по пустыне они не могут, их посадили на верблюдов, за горб. Грубая верблюжья шерсть раздирала голые тела, и кровь, стекая по ногам, капала на белый пустынный песок.

Райли поймал себя на мысли, что высматривает на земле камень, которым мог бы убить себя. Не увидев ни одного, он понял, что у него нет другого выбора, кроме как терпеть.

На следующий день их заставили идти пешком. Подошвы их ног превратились в кровоточащее месиво.

Кочевников это не волновало. Белые были их собственностью, с ними можно обращаться как захочется.

Кочевники путешествовали по пустыне небольшими группами, временами присоединяясь к большим караванам. Таким образом, через несколько дней или недель пути Райли встретился со своими товарищами. Все они были в таком же плачевном состоянии. Кожа Джорджа Уильямса свисала кусками, под ними появлялась новая, но тут же покрывалась красными язвами. Но во время их следующей встречи он увидит, что положение стало катастрофическим. Верхний слой кожи Джорджа полностью сгорел. Один из кочевников смазал тело раба верблюжьим жиром в попытке спасти его, но это явно не помогало. Жир зажаривался на солнце, доставляя рабу-матросу еще больше страданий.

Райли ничего не мог сделать для несчастного. Хозяин оставил бесполезного раба в пустыне, чтобы его никто никогда больше не увидел.

Райли неоднократно перепродавали членам кочевых племен. Каждый новый хозяин был так же зверски жесток, как и предыдущий. Они тыкали палками в участки воспаленной кожи и гоготали, когда люди выли от боли. И конечно, рабов содержали на грани голода и жажды. Каждый раз, когда Райли видел, что верблюд собирается помочиться, он мчался к нему и подставлял ладони. Вкус был ужасным, но, по крайней мере, жидкость была свежей (и стерильной).

Людям удавалось поддерживать в себе жизнь, но симптомы обезвоживания становились все страшнее. Суставы болели, слизистые оболочки пересохли. Их тела были неспособны вырабатывать ни слюну, ни слезы.

До рабов дошли слухи, что в Сахаре живут людоеды. Но прошли недели, и моряки сами стали каннибалами. Сначала они жадно съели кожу, слезающую с рук и ног. Обезумев от голода, они буквально поедали себя заживо.

Однажды совершенно случайно Райли узнал, что один из рабов, принадлежавший его хозяину, похитил ребенка арабов. Теряя рассудок от голода, рабы готовились убить ребенка.