Духи школы

В конце этой подъездной дорожки стоял маленький одноэтажный домик, очень похожий на наш. Перед верандой был припаркован старый джип, несколько комплектов воздушных колокольчиков колыхались на ветру.

Сетчатая дверь со скрипом отворилась, вышла женщина и, прищурившись, посмотрела на нас. На вид она была лет на десять старше мамы, сквозь темно-русые волосы, собранные на макушке в неряшливый узел, пробивалась седина. Черная майка, голые руки – бледные и дряблые. На шее болталось с дюжину ниток бус и кулонов, в правой руке женщина держала кофейную чашку.

– Эйл? – спросила она, хмуро глядя на нас.

– Майя, – откликнулась мама и показала на меня. – Не против, если мы с Иззи зайдем на минутку?

Майя перевела взгляд, словно только что меня заметив. Я слегка помахала ей:

– Привет.

Хозяйка в ответ не помахала, а лишь вздохнула и сказала:

– Что-то рановато для визита Брэнников.

Затем пожала плечами и ушла в дом.

Носком ботинка я расковыряла углубление в ракушках.

– Это значит, нам надо уходить?

К моему удивлению, мама только хмыкнула:

– Нет. Если бы Майя возражала против нашего присутствия здесь, поверь, она дала бы знать.

– Кто она такая? – спросила я, но мама не ответила, устало поднялась по ступенькам и скрылась в доме.

И, помедлив, я последовала за ней.

Внутри обстановка была не такой спартанской, как у нас, но все равно никто не назвал бы ее уютной. Никаких картин на стенах, хотя Майя и разжилась дурацкими часами-котом – мотающийся хвост отсчитывает секунды, глаза ходят туда-сюда, будто за чем-то наблюдают. Другими примечательными предметами обстановки можно было назвать лишь продавленный диван, накрытый безобразным оранжево-коричневым пледом, и покосившийся кофейный столик с обожженной во многих местах столешницей. Но не это заставило меня застыть на пороге. На столике лежали не журналы или тяжелые книги, а… ноги. Не человеческие – я по крайней мере ни одной не увидела, – а с полдюжины куриных, несколько брелоков с кроличьими лапками и чья-то коричневая мохнатая лапа. Там же была книга с измятыми страницами и потрескавшимся кожаным переплетом. От всего этого за милю несло магией, но я ничего не ощутила, когда мы вошли, и потому решила, что Майя не относится к экстраординариям. Может, она просто… таксидермист или что-то в этом роде. За многие годы мама обзавелась разными странными друзьями.

И скорее всего она бывала здесь раньше, потому что и глазом не моргнула при виде сей причудливой коллекции. Однако наклонилась ко мне и прошептала:

– Не говори ничего, пока я не дам знак, хорошо? И не пей ничего, что предложит тебе Майя.

Я изо всех сил постаралась не сглотнуть.

– Поняла.

Конечно же, хозяйка появилась из кухни с тремя кружками, над которыми клубился пар. Даже в другом углу комнаты меня затошнило от этого запаха. Тем не менее мама взяла две кружки, прежде чем сесть на диван. Я села рядом с ней, а Майя опустилась на пол перед кофейным столиком. Ее длинная юбка побрякивала при каждом движении, словно в ее складках были спрятаны колокольчики.

– Стало быть, ты – Иззи, – промолвила она, дуя на свое питье. – Твоя мама много раз приводила сюда Финли, но всегда говорила, что ты слишком мала, чтобы заниматься делом. Сколько тебе сейчас, тринадцать?

Я всегда выглядела моложе своих лет.

– В следующем месяце будет шестнадцать, – сказала я, и женщина присвистнула.

– Ну и ну, как летит время. Когда я с тобой познакомилась, Эйл, сколько было Иззи? Пять? Может, шесть? Это случилось сразу после смерти ее отца и…

– Мы пришли сюда не для болтовни, Майя, – прервала ее мама. – Я хотела просмотреть досье.

Хозяйка закатила к потолку большие голубые глаза.

– Вы для этого пришли? Могла бы спросить по е-мейлу, знаешь ли. Ради подобных вещей не обязательно совершать долгую пешую прогулку. Я уж подумала, тебе нужно по меньшей мере новое заклинание поиска. Посмотрим, не посчастливится ли нам найти твою девочку на этот раз.

Глава 4

С этими словами она встала и снова ушла на кухню. Пока Майя доставала из шкафчиков и ящиков разные предметы, я наклонилась к маме.

– Заклинание поиска? Для Фин?

– Тише, Иззи. – Мама произнесла это спокойно, но сидела, напрягшись, и покачивала ногой.

– Она ведьма? – прошептала я. – Ты пришла к ведьме, чтобы поискать Фин, и ничего мне не сказала?

– Не твоего ума дело.

Сейчас мамин голос прозвучал резче, пальцы просто впились в бедра, и я отпрянула, будто получила пощечину Честно говоря, я прямо-таки почувствовала ее на своей щеке.

Затем мама вздохнула, придвинулась ко мне поближе и уже мягче произнесла:

– Из.

Я покачала головой, воздерживаясь от расспросов о Фин. Сказала только:

– Я ее не почувствовала. Майю. А я всегда ощущаю ведьм.

– Я ведьма-самоучка, – объяснила та, входя в гостиную с папкой, лопавшейся от бумаг, несмотря на все перетягивавшие ее резинки. – Твоя мать здорово оскорбляет меня, используя для сбора подобных вещей. – Она легонько взмахнула папкой, и оттуда вылетело несколько закладок.

– А что там? – спросила я, и Майя со вздохом стянула с папки резинки.

– Статьи, странные сообщения, проскользнувшие в Интернете… В общем, я слежу за всеми новостями, которые так или иначе связаны со сверхъестественным.

Я повернулась к маме.

– Значит, так ты находишь свои дела?

Я готова была поспорить, что мама никогда в жизни не выглядела смущенной, но сейчас на ее лице отразилось что-то очень близкое к этому выражению.

– Не всегда. Но иногда имеет смысл… воспользоваться внешними источниками.

Я знала, что у мамы есть друзья, которые время от времени помогали при выполнении заданий. Был один парень, давший ей лодку, когда требовалось найти русалок-убийц, и у нас всегда, кажется, было много денег, поступавших из таинственных источников. Но средних лет особа, живущая где-то в Тмутаракани и собирающая статьи о предположительно сверхъестественных случаях? Как-то… неубедительно.

Пока Майя усаживалась перед кофейным столиком, я засучила рукава и спросила:

– Что такое ведьма-самоучка?

Убрав со стола все лапы, Майя открыла папку.

– Те ведьмы, к которым привыкли вы, такими и рождаются. Каким нелепым словом они себя называют?

– Экстраординарии, – в один голос ответили мы с мамой.

– Да, правильно, экстраординарии входят в силу в каком возрасте – в двенадцать лет? В тринадцать? И они берут и занимаются магией. Им не обязательно иметь волшебные палочки, книги заклинаний, если только они не пытаются практиковать супертемную жуть. То есть у них эти способности врожденные.

Майя принялась перебирать листки бумаги. Некоторые были распечатками газетных статей с крупными, кричащими заголовками. В глаза мне бросился один, извещавший, что «МОРСКОЕ ЧУДОВИЩЕ ОБЛЮБОВАЛО НОВЫЙ АНГЛИЙСКИЙ КУРОРТ!».

– Ну так вот, мне это кажется невероятно несправедливым, – продолжала хозяйка. На шее у нее на унизанной бусинами цепочке болтались очки, и она пристроила их на кончик носа, продолжая просматривать бумаги. Статья – кажется, о кругах на полях – скользнула на ковер. – Почему одни люди рождаются богами, а остальные, простые смертные, вынуждены пробиваться сквозь грязь человечества, пытаясь…

– Хватит, Майя. – Мама повернулась ко мне. – Ведьма-самоучка – это ведьма, которая владеет магией, но научилась ей, как, наверное, понятно, по книгам. И способности у них весьма ограничены по сравнению с натуральными ведьмами.

– Меня возмущает термин «ведьма-самоучка», – проговорила Майя, надменно поведя плечами. – Все, что я делаю, так же естественно, как и то, чем владеют модные ведьмы-латинки. Если уж на то пошло, книжная магия гораздо утонченнее.

Я глянула на кучку лап на ковре и оставила при себе саркастическое замечание.

– Вот, – наконец сказала Майя, вытаскивая большой лист бумаги. – Это сообщение я и искала. Оно привлекло мое внимание, потому что случилось совсем неподалеку.

Она передала листок маме, и я наклонилась, чтобы прочесть поверх ее плеча. Это была ксерокопия газетной заметки. С зернистой фотографией, на которой из большого кирпичного здания вытаскивали носилки, повсюду виднелась натянутая лента полицейского ограждения. Заголовок гласил: «ПО-ПРЕЖНЕМУ НИКАКИХ ЗАЦЕПОК В ДЕЛЕ О НАПАДЕНИИ НА ПОПУЛЯРНОГО УЧИТЕЛЯ».

– Что произошло? – постучала я пальцем по фотографии.

– Это случилось несколько месяцев назад, – сказала Майя. – Я помню, поскольку тот город в Миссисипи достаточно близко от моих краев, и потому происшествие попало в местные новости. Учителя-естественника нашли полумертвым от удара по голове.

– Ну да, конечно, это кажется ужасным, но не обязательно сверхъестественным, – заявила я.

Но мама покачала головой и, указывая на абзац в статье, произнесла:

– Прочти эту часть. «Особое недоумение полиции вызывает то, что Дэвид Снайдер был найден в комнате, запертой изнутри». Нет ни свидетелей, ни отпечатков пальцев. И он клянется, что был один в комнате.

Я все это прочла, но по-прежнему не прониклась.

– Да, мурашки бегут по спине, но все равно на случай для Брэнников не похоже.

Мама посмотрела на меня, уголки ее губ опустились.

– Если только здесь не замешано привидение.

Изо всех сил впившись пальцами в диванные подушки, я удержалась, чтобы не закатить глаза.

– Мама, я тебя умоляю. Изгнание призрака?

В списке сверхъестественных угроз призраки стоят в самом конце. По большей части они просто летают и пугают людей, и их до смешного легко прогнать.

Но мама и правда улыбалась:

– Идеальный вариант, Из. Как раз такой случай, с которым ты справишься самостоятельно, вернешь себе уверенность…

Тут уж я не сумела сдержать раздражение, прорвавшееся в голосе:

– Мама, устранение призраков и за работу-то не считается. Для Бронников это… все равно что кататься на велосипеде со вспомогательными колесами.

– Скажи это мистеру Снайдеру, – пробормотала Майя, и мама кивнула:

– Если это привидение, оно несет потенциальную угрозу. Мы обязаны обеспечить безопасность учеников… – она, прищурившись, глянула в текст, – средней школы Мэри Эванс.

Перекинув косу на грудь, я поудобнее уселась на диване.

– Я понимаю, но… – Я села прямо. – Постойте, это случилось в средней школе?

Мама всегда из кожи вон лезла, чтобы не заниматься происшествиями в школах. Она никогда не говорила почему, но я предполагала, что это как-то связано со мной и Фин и маминым нежеланием знакомить нас с «обычной жизнью». Поэтому-то мы всегда и учились дома, хотя, думаю, немногие дети писали на каникулах эссе по «Молоту ведьм». И конечно, несколько лет назад я не то чтобы… нет, не могу сказать, что затосковала, но мне подумалось, средняя школа обладает определенной привлекательностью экзотики. Но тогда я была совсем ребенком.

Что-то в этой газетной заметке внезапно очень заинтересовало маму, и внутри у меня похолодело.

– Мам, значит… мне придется пойти в эту школу?

Она не подняла глаз.

– Для тебя это будет лучшим способом провести необходимую предварительную разведку. – Мама плотно сжала губы, и я поняла, что все, что сейчас будет сказано, станет приказом, а не просьбой. – Сейчас это наш случай, Изольда. Дело, которое нам и требуется.

Когда мама говорила таким голосом, возражать было бесполезно. Этим тоном она обычно заставляла меня провести дополнительный час на тренировочной площадке.

Тем же самым тоном она сказала, что мы прекращаем поиски Финли.

– Слушаюсь, мэм, – откликнулась я, надеясь, что мрачный настрой не отразился в моем голосе. Но… средняя школа. Обычная средняя школа, с… с… Ну да, я и понятия не имела, что это такое на самом деле, кроме смутного представления о школьных танцах и индивидуальных шкафчиках для вещей. И пусть наша хижина в лесу ничего особенного собой не представляла, это был дом.

– Город всего милях в пятидесяти отсюда, могу проехаться с вами, все показать, – предложила Майя и посмотрела, прищурившись, на маму. – И, полагаю, вы найдете где разместиться, как только попадете на место.

– Я сделаю несколько звонков, – коротко ответила мама.

– Нам не нужно размещаться, – возразила я, вставая с дивана. – Размещаются те, кто выполняет задачи посерьезнее, чем преследование Каспера.

Мама принялась собирать листки бумаги. Несколько заметок привлекли ее внимание, и она, аккуратно их сложив, убрала в карман куртки.

– Хватит, Из.

Потом поднялась и сказала Майе:

– Нам нужно вернуться домой и сначала кое-что взять. А туда мы поедем на следующей неделе.

Услышав это, я нахмурилась. У нас был автомобиль, но не самый надежный, и при всей моей ненависти к путешествиям при помощи итинериса они были намного быстрее.

Пока мама и Майя строили планы, я снова уселась на диван с газетной статьей в руке. Я понимала, что мне следовало бы проявить больше озабоченности в отношении того парня, которого несли на носилках, но мой взгляд снова и снова возвращался к большому кирпичному зданию позади него. К средней школе Мэри Эванс.

По спине у меня пробежал холодок, и я была абсолютно уверена, что ни к какому привидению отношения это не имеет.