Геракл

— Геракл, тебя ожидает полная приключений жизнь! Справедливость должна быть восстановлена! Отомсти своим врагам, которые заставили тебя страдать! Много подвигов ты еще совершишь, но остерегайся узников Аида!

Глава 23. Восстановление справедливости

Геракл уже знал, что будет делать. Первым делом он принялся собирать войско. И так, на шести кораблях он отправился к берегам Трои, чтобы отмстить царю Лаомедонту, чью дочь Гесиону он когда-то спас.

Прибыв в Трою, он поручил Оиклу с небольшим отрядом охрану кораблей, а сам с воинами двинулся к стенам города. Как только отошел Геракл от берега, на Оикла напал царь с войском и перебил весь отряд. Услышав шум, Геракл вернулся к кораблям.

То, что он увидел, разозлило его! Он, закричав во весь голос, побежал на Лаомедонта, и испуганному царю пришлось спасаться в городе. Осада Трои длилась недолго. Сами жители открыли ворота Гераклу, ненавидя своего жадного царя. Так получилось, что первым через городские ворота вошел один из воинов Геракла — Теламон. Разгневался Геракл, самый великий из живущих героев, что посмел кто-то опередить его. Решил он убить Теламона.

Увидев это, Теламон резко наклонился и стал собирать камни. Геракл удивленно спросил:

— Теламон, что ты делаешь?

— О, великий сын Громовержца! Я воздвигаю жертвенник Гераклу-победителю! — хитро посмотрел на героя Теламон. Своим ответом он смирил гнев Геракла.

Геракл с войском без помех вошел во дворец и там убил и Лаомедонта, и его сыновей. И только младший, по имени Подарк, был помилован. А прекрасную Гесиону, некогда спасенную им от морского чудовища, Геракл отдал в жены храброму и хитрому Теламону. Также он позволил Гесионе выбрать лишь одного из пленных и даровать ему свободу. И Гесиона выбрала своего младшего брата Подарка.

— Но именно он должен стать первым рабом! — воскликнул Геракл. — Ты должна отдать выкуп за него, и тогда я отпущу его на свободу.

Тогда Гесиона сняла с головы покрывало и отдала его как выкуп за родного брата. И с тех пор Подарка стали называть Приамом, т. е. «купленным».

Геракл же отправился дальше, в Элиду, где ждало его новое дело — он ехал к царю Авгию, который когда-то не заплатил Гераклу за его труд. Племянники Авгия подстерегли войско Геракла в засаде, но были разгромлены, а сам Авгий был убит отравленной стрелой, пущенной Гераклом. В честь той победы он велел посадить на священном поле оливковые деревья, принес жертвы олимпийским богам и учредил Олимпийские игры.

С легкостью разгромил Геракл и царя Эврита, который когда-то опозорил его и изгнал из своего дома. Легко он подошел к Эхалии и почти без жертв захватил его. Он убил Эврита и трех его сыновей, а также взял множество пленных и отправил их в Тиринф, в свой дом. Среди них была и голубоглазая дочь Эврита — Иола.

Когда Геракл возвращался с Эвбеи, его небольшой отряд на легких кораблях был прибит к острову Кос. Именно тут и состоялась самая опасная битва в жизни Геракла. Богиня Гера, с помощью бога сна Гипноса, околдовала эгидодержавного Зевса, поэтому он не мог догадаться о замыслах своей мстительной жены. Решила Гера навести на Геракла огромную бурю, которая должна была полностью разбить остатки армии Геракла. Жители острова Кос приняли корабли за разбойничьи, и забрасывали их камнями, не давая пристать к берегу. Ночью, когда буря стихла, Геракл высадился на берег и перебил жителей Коса и их царя Эврипила, сына Посейдона.

Проснувшись и узнав о поступке Геры, страшно разгневался Зевс. В гневе он заковал свою величественную жену и подвесил между землей и небом, к ногам же богини привязав две огромные наковальни. Хотел он и Гипноса свергнуть с Олимпа, но богиня Ночи взяла его под свою защиту.

В ту ночь, когда Кос был захвачен Гераклом, ему приснился сон. Снова к нему явилась его воинственная сестра Афина.

— Брат мой, славный Геракл! Послал меня отец наш Зевс, — как всегда спокойно проговорила Афина своим мелодичным голосом. — Ему нужна твоя помощь в нашей борьбе с гигантами.

— Кто такие гиганты? — удивленно спросил Геракл. — Я прежде не слышал о них!

— Они родились из капли крови бога Урана — бога неба и мужа Геи, которая упала на землю во время сражения Урана со своим сыном Кроносом. Теперь, надеясь на свою силу, исполины решили восстать против власти богов и отнять у них мир. Это огромные создания, у них страшные нечеловеческие лица с длинными бородами и узкими глазами. Вместо ног у них змеиные хвосты, покрытые жесткой чешуей. Их крылья, как у летучих мышей, позволяют им двигаться по земле быстро словно молнии! Мойры предсказали нам, что мы сможем победить гигантов только с помощью смертного, ведь гигант не может умереть от руки бога.

— Афина, я всегда готов сражаться на стороне великих олимпийцев! — ответил Геракл.

Проснувшись утром, Геракл понял, что должен идти в Фессалию, где обитают великие боги. Со своим отрядом он отправился в путь.

А на Флегрейских полях гиганты начали забрасывать небо громадными камнями и стволами деревьев, которые они словно игрушки несли в своих руках. Так началась страшная битва, которую позже назвали гигантомахией.

Зевс выступил первым и двинул на титанов молнии и ливни, Афина разила их своим острым копьем, Аполлон — луком, а Посейдон — своим трезубцем высекал из скал воду, в которой титаны теряли равновесие. Долго длилась битва, и сложно пришлось богам, ведь Гея — мать этих гигантов — защищала их. И тогда по приказу Зевса Геракл вступил в сражение. Как только увидела Гея человека, тут же начала искать волшебное растение, чтобы защитить своих детей от разящего человеческого оружия. Но на равнине было темно, ведь Зевс запретил Гелиосу показываться на небе.

Самым старшим титаном был Алкионей, высотой с гору. Но его первым поразил Геракл своей отравленной стрелой. Знал Геракл, что Алкионей бессмертен, и, прикасаясь к матери-земле возрождался снова и снова. Поэтому, оттащив исполина с поля боя, Геракл бросил его в волны океана.

Порфирион была самым опасным среди гигантов. Он, сраженный любовной стрелой Эроса, влюбился в Геру и напал на верховную богиню, разорвав на ней одежды. Но Зевс тут же поразил его молнией, а Аполлон — стрелой. Эфиальту Геракл выбил правый глаз, а Аполлон — левый. Гигант Полибот, стремясь сбежать, попал на остров Кос, но и там его нашел Посейдон и, отколов трезубцем часть острова, навалил ее на Полибота. Так образовался остров Нисирос. Дионис, Артемида, Гефест, Геката и даже Мойры — все сражались в этот день с гигантами. Один из них, гигант Паллант с ногами козла, попытался бежать, но Афина сразила его и пустила кожу себе на щит.

Боги победили гигантов. Гея впала в отчаяние. Ее сыновья-титаны были заточены под землей, а теперь и гиганты превратились в воспоминание.

Глава 24. Ревность

Когда Геракл ушел в Дельфы, Деянира недолго оставалась в Тиринфе. Женщина с детьми отправилась в город Трахины, что в Фессамии, где царем был друг ее отца, славный Кейк. В Тиринфе все было чужим Деянире, а в Трахинах она часто бывала в детстве. Три года и три месяца не получала Деянира известий от мужа. Геракл не давал о себе знать, и Деянира не знала, жив ли ее муж или сгинул под землей. Женщину мучили самые темные предчувствия. Она поделилась ими с Гиллом, своим старшим сыном.

— Сын мой! Вот уже несколько месяцев от отца твоего нет вестей! Может, случилось что-то! Почему ты не отправляешься на его поиски?

— Мама, — отвечал сын, — Говорят, что после трех лет рабства в Лидии он решил отомстить своим давним врагам! Сначала он убил царя Трои, потом сразился с Авгием, а теперь осаждает Эхалию, чтоб вернуть оскорбление Эвриту.

— Гилл! — прервала его мать. — Твой отец никогда раньше не покидал меня надолго. И в последний раз он уходил в глубокой печали и тревоге. И вот уже три года и три месяца его нет со мной. Уходя, Геракл отдал распоряжения, какие земли должны достаться вам, его детям. Я тревожусь за него. Молю тебя, сын мой, иди в Эхалию и найди отца.

Гилл не смел ослушаться матери и отправился на остров Эвбею в Эхалию. Через некоторое время после его ухода в Трахину прибыл запыхавшийся вестник. Деянира сама выбежала ему навстречу.

— Приветствую тебя, госпожа! Я с вестями, что скоро в Трахину прибудет посланник Геракл а Лихас.

— Добрый человек! Скажи мне, с какими новостями приедет Лихас? Жив ли мой муж? Вернется ли ко мне?

— Да госпожа, Геракл жив и скоро вернется в Трахину.

Замерла в радостном ожидании женщина, ее сердце успокоилось. «Он жив, и это главное», — думала она про себя. И вот в зал вошел Лихас, веселый молодой мужчина, обернутый в дорожный гиматий, покрытый пылью.

— Приветствую тебя, Деянира, — воскликнул Лихас. — Радостные вести принес я! Геракл, твой славный муж, жив и здоров. Он расправился со всеми своими врагами. Он победил даже Эврита, разрушил Эхалию, и скоро вернется в Трахину победителем. Я привел с собой пленников, которых Геракл захватил в городе. Перед тем как вернуться к тебе и отпраздновать свои победы, он принесет богатые жертвы олимпийским богам на Эвбее.

Глаза Деяниры светились счастьем. Внимательно рассматривала она пленных и заметила среди них прекрасную голубоглазую женщину.

— Лихас, а кто эта женщина? Она горюет больше всех. Кто ее родители? — спросила она посланника.

— Не знаю, царица, — отвечал Лихас. — Наверное, к знатному роду принадлежит она. Весь путь из Эвбеи она льет слезы, и ни с кем не разговаривает. Наверное, лишилась всей семьи.

— Несчастная! — с горечью воскликнула Деянира. — Мне жаль ее, я не увеличу ее горя. Лихас, веди же пленных во дворец.

Но как только Лихас отошел, к Деянире приблизился слуга с хитрыми глазами.

— Деянира, правительница, не всю правду сказал тебе Лихас. Он знает, кто эта женщина, это Иола, дочь царя Эврита, за руку которой он когда-то состязался в стрельбе из лука. Самолюбивый царь не отдал свою дочь в жены бывшему рабу. Он оскорбил твоего мужа и прогнал его из Эхалии. Именно ради Иолы Геракл вернулся в город и убил Эврита. Когда Геракл прибудет в Трахины, он возьмет ее себе в жены, а от тебя откажется.

Безмолвно стояла Деянира. Слуга отошел от нее, не дождавшись ответа. Опустошенная и разбитая, она медленно вошла в дом. Лихас уже ждал ее: она с укором посмотрела на него своими темными глазами и спросила:

— Лихас, я знаю, что ты обманул меня. Ты скрыл от меня правду об Иоле.

Опустил глаза посланник.

— Ты права, царица. Геракл пленился прекрасной Иолой, и хочет жениться на ней.

Так говорил Лихас. Он был околдован Герой, которая все еще хотела разбить семейное счастье сына Зевса.

Ни слова ни сказав, Деянира ушла в свои покои. Горюет царица, что теперь делать ей? Ведь она любит могущественного сына Зевса и не отдаст его другой. Вспомнила убитая горем женщина о встрече с кентавром Нессом много лет назад. В большом сундуке она нашла его кровь и словно наяву услышала она его слова: «Натри моей кровью одежду Геракла, и ваша любовь вспыхнет с новой силой. Ни на одну женщину не посмотрит Геракл!».

И решила опечаленная Деянира воспользоваться кровью Несса, хотя сомнения терзали ее. Но страх потерять мужа был сильнее. Натерла Деянира отравленной кровью красивый плащ, который она выткала к возвращению мужа, и, положив в ящик, передала его Лихасу.

— Лихас, друг мой! Я поручаю тебе доставить этот плащ Гераклу на Эвбею. Пусть он наденет его, когда станет приносить жертву своему великому отцу Зевсу. Передай ему плащ в руки. Поспеши, Лихас!

Когда посланник уехал, Деянира охватило необъяснимое беспокойство. Быстро достиг Лихас Эвбеи. Геракл пировал и восхвалял милость богов. Вино лилось рекой, среди жителей был и сын Геракла, Гилл. Уже воздвигнул Геракл жертвенник Зевсу на высокой горе Канейоне. Стоял пасмурный день, и вокруг жертвенника собрались друзья Геракла и жители окрестных деревень. Лихас едва успел к началу жертвоприношения. Запыхавшийся, он вручил Гераклу ящик.

— Правитель, я едва успел к тебе! Твоя верная жена Деянира, наслышанная о твоих подвигах и победах, прислала тебе подарок.

Обрадовался Геракл подарку. Накинул на плечи роскошный плащ и приступил к жертвоприношению.

Сначала двенадцать огромных быков было заколото в честь Зевса, а всего олимпийцами было заклано более сотни быков. Пламя на алтаре разгоралось все ярче. Благоговейно вскинул руки к небу сын Зевса и призвал великих богов. Огонь, горевший на жертвеннике, согрел тело героя. К тому же, солнце выглянуло из-за туч и нагрело плащ. Неожиданно судороги сотрясли тело Геракла. Отравленный плащ прилип к его телу. Страшная боль пронзила его. Воскликнул Геракл:

— Лихас! Кто отдал тебе этот плащ? Зачем ты принес его?

— Геракл, сей плащ выткала сама Деянира, она же и велела привезти его тебе.

Вне себя от боли, не осознавая, что делает, Геракл схватил Лихаса и ударил его о скалу, из которой лила ледяная вода источника.

Бился в ужасных муках герой, его тело словно превратили в огненный шар, к которому невозможно было прикоснуться. Его крики разносились по всему острову. Проклиная свой брак с Деянирой, дрожащим от напряжения голосом Геракл призвал Гилла.

— Сын мой, не оставляй меня, ведь я так страдаю! Не покидай меня! Подними меня своими сильными руками и унеси отсюда! Отнеси туда, где никто не увидит меня, корчащимся в нечеловеческих муках. Если ты сочувствуешь своему отцу, то не дай мне умереть здесь, на чужом острове, вдали от дома!

По приказу Гилла, Геракла погрузили на носилки и перенесли на корабль, плывущий в Трахину.

Глава 25. Долгое возвращение домой

Деяниру разбудил странный звук. Открыв дверь, она увидела, что возле ее ложа стоит Гилл.

— Сын мой! Ты вернулся! Как я рада снова видеть тебя! — с огромной радостью воскликнула она.

Но не ответил на ее объятия Гилл. Бледен он стоял, а глаза его были полны слез. Взглянув на мать, он сказал:

— Ты погубила собственно мужа и моего отца! Я хотел бы, чтоб лучший разум был у тебя, чем теперь. И я не хочу называться твоим сыном.

— О горе! — с ужасом вскричала Деянира. — Что говоришь ты? Кто сказал тебе? Как можешь обвинять меня в этом преступлении?

— Посланный тобою плащ убил славного Геракла на моих глазах!

И рассказал Гилл матери о том, что случилось на горе Канейоне.

— И сейчас ты увидишь великого Зевса сына, и не знаю я, жив ли он или уже мертв. И пусть накажут тебя суровые эринии и справедливая богиня Дикэ! Ты погубила лучшего из людей, и никогда больше земля не увидит столь великого героя!

Вся в слезах, Деянира пошла в дом. Без слов поднялась несчастная на второй этаж, взяла в руки острый меч и проткнула им себя. Старая служанка позвала Гилла, но он нашел лишь мертвое тело матери. С рыданиями бросился к ней Гилл, обнял уже похолодевшее тело, но все тщетно — Деянира умерла. В это время во дворец на носилках приносят Геракла, который мечется в бреду. От боли герой не понимает, где он.

— Великий Зевс! — кричит он. — В каком краю я нахожусь? Я в Фивах у отца Амфитриона? Или в Тиринфе с подлым Эврисфеем? О, помоги мне, отец! Я умираю! Ради людей я очистил землю от чудовищ, от зла, но никто не спасет меня! Избавьте меня от страданий, вонзите острый меч мне в грудь. Аид, мой старый друг, брат Зевса, забери меня скорее вниз, туда, где боли нет. Пошли мне смерть, молю!

— Отец, — обращается к нему Гилл, — мать невольно совершила злодеяние свое. Узнав, что ты умираешь, она пронзила сердце свое лезвием меча!

— О, боги! Умерла Деянира, — воскликнул Геракл со страшной мукой на лице. — А я ей не отомстил! Никто не испытывал меня так, как Деянира, даже Эврисфей. Погубили меня не гиганты, не чудовища, а лишь коварство жены моей. Без меча сражен я.

— Отец, забудь про месть! Она не виновата! — говорил Гилл, — Увидев дочь Эврита, златокурую Иолу, слуги, направленные Герой внушили ей, что хочешь ты Иолу сделать своей женой. А мать всего лишь хотела волшебным средством вернуть твою любовь. Она натерла плащ кровью убитого тобою кентавра Несса, не зная, что кровь отравлена ядом Гидры.

— Горе! Горе! — шепчет Геракл. — Так вот сбылось предсказание оракула в Додоне! Был прав он — я погибаю от того, кто сошел с Танатосом за руку в подземное царство. Так умер я от козней Несса, сраженного мною когда-то! И о таком покое говорил оракул, — и правда, ведь у мертвых нет тревог. Гилл, мой лучший сын, исполни последнюю волю умирающего отца: отнеси меня на высокую гору Оэту, что возвышается рядом с Трахиной и сложи на вершине погребальный костер. Потом положи меня на него и подожги. Сделай это, сын мой, останови мои мучения!

— Отец, не заставляй меня стать твоим убийцей! — взмолился Гилл.

— Нет, не убийцей, а избавителем от страданий! И еще одну просьбу мою исполни — возьми в жены прекрасную пленницу Иолу, дочь Эврита, — просит Геракл.

— Нет, отец, и не проси меня о таком! Как же я могу взять в жены ту, кто стал причиной материнской смерти?!

— Мой Гилл, покорись воле отца! Не заставляй меня страдать! Я так хочу спокойно отойти к Аиду! — молит Геракл.

Со слезами на глазах Г илл покоряется.

— Хорошо, я покорюсь твоей предсмертной воле!

— Поторопись, сын мой, пора идти на высокую Оэту! Нет сил терпеть боль от яда. Несите же меня!

Друзья погрузили Геракла на носилки и медленно понесли вверх по горе. Там уже разложили костер, но который положили великого героя.

Еще сильнее страдает Геракл. Он срывает с себя плащ и вместе с прилипшим плащом отрывались куски кожи с тела, и муки становились еще нестерпимей. Лишь одно есть спасение у Геракла — это смерть.

Но никто из друзей не решается поджечь костер. И только Филоктета уговорил Геракл сделать это, пообещав подарить ему свой лук и стрелы. Взметнулось пламя костра, и засверкали молнии на небе. И Афина на золотой колеснице пронеслась над Оэтой и вознесла героя на Олимп, где ласково встретили Геракла боги. И даже Гера, забыв о мести, отдала ему в жены вечно молодую и прекрасную богиню Гебу.

Зевс сказал ему тогда:

— Геракл, сын мой, ты прожил достойную жизнь. Во время всех ударов судьбы, которые обрушивались на твою голову, ты всегда возвышал добро и никогда не подавался злу. Ты поселил в людях надежду на то, что и она способны победить любого своего врага. Ты будешь воспет в веках, славный сын мой! Не смог я уберечь тебя от мести Геры, и много ты страдал из-за ее ревности. Но ты все вынес. Ты со всем справился. Теперь ты стал бессмертным богом — и это тебе награда за твои великие подвиги и твои великие страдания.