ДЖЕНТЛЬМЕН. А я да. Некоторым образом родственник.
Входит миссис Хэшебай.
МИССИС ХЭШЕБАЙ. Добро пожаловать! Как это мило, что вы приехали.
ДЖЕНТЛЬМЕН. Я так рад познакомиться с вами, Гесиона.
В дверях появляется капитан.
Вы, конечно, простите меня, капитан, что я целую вашу дочь; когда я скажу вам…
КАПИТАН ШОТОВЕР. Чушь. Все целуют мою дочь. Целуйте, сколько хотите.
ДЖЕНТЛЬМЕН. Благодарю вас. Одну минутку, капитан.
Капитан останавливается, оборачивается. Джентльмен предусмотрительно подходит к нему.
Вы, быть может, помните, – а возможно, и нет, это ведь было так много лет тому назад, – что ваша младшая дочь вышла замуж за чурбана.
КАПИТАН ШОТОВЕР. Помню. Она сказала, что выйдет за кого угодно, лишь бы уйти из этого дома. Не узнал бы вас. Голова у вас теперь не похожа на грецкий орех. Вы размякли. Похоже, вас много лет кипятили в молоке с хлебным мякишем, как это делают с мужьями. Бедняга!
МИССИС ХЭШЕБАЙ
ДЖЕНТЛЬМЕН. Нет, я не он.
МИССИС ХЭШЕБАЙ. Тогда с какой же стати вы меня целуете?
ДЖЕНТЛЬМЕН. Да просто мне очень захотелось. Дело в том, что я Рэнделл Эттеруорд, недостойный младший брат Гастингса. Я был за границей на дипломатической службе, когда он женился.
ЛЕДИ ЭТТЕРУОРД
Миссис Хэшебай отходит и усаживается на диване, рядом с Менгеном.
РЭНДЕЛЛ. Как я осмелился – что именно? Я ничего не сделал.
ЛЕДИ ЭТТЕРУОРД. Кто вам сказал, что я здесь?
РЭНДЕЛЛ. Гастингс. Я был у Клариджей и узнал, что вы только что уехали. И я последовал за вами сюда. Вы чудесно выглядите.
ЛЕДИ ЭТТЕРУОРД. Не смейте так со мной разговаривать.
МИССИС ХЭШЕБАЙ. А в чем дело с мистером Рэнделлом, Эдди?
ЛЕДИ ЭТТЕРУОРД
МИССИС ХЭШЕБАЙ. Ты, кажется, незнакома с мистером Менгеном, Эдди?
ЛЕДИ ЭТТЕРУОРД
МИССИС ХЭШЕБАЙ. Леди Эттеруорд. Моя сестра. Моя младшая сестра.
МЕНГЕН
ЛЕДИ ЭТТЕРУОРД
МИССИС ХЭШЕБАЙ. Не знаю. Всего только десять минут тому назад она насмерть поссорилась с моим мужем. И я не видала, кто там еще приехал. Вероятно, новый гость.
ЛЕДИ ЭТТЕРУОРД. Твой муж? Этот красавец мужчина?
МИССИС ХЭШЕБАЙ. Гм. Скажите! А почему же мой муж не может быть красавцем?
РЭНДЕЛЛ
МИССИС ХЭШЕБАЙ. А вот мужья сестер, мистер Рэнделл, обычно очень недурны.
ЛЕДИ ЭТТЕРУОРД. Не будьте пошляком, Рэнделл; и ты, Гесиона, тоже не лучше.
Элли и Гектор входят из сада в двери с правого борта. Рэнделл встает. Элли проходит в угол, к кладовой. Гектор выходит вперед. Леди Эттеруорд поднимается во всем своем великолепии.
МИССИС ХЭШЕБАЙ. Гектор, это Эдди.
ГЕКТОР
ЛЕДИ ЭТТЕРУОРД
ГЕКТОР
МИССИС ХЭШЕБАЙ. Она жаждет, чтобы ты ее поцеловал, Гектор.
ЛЕДИ ЭТТЕРУОРД. Гесиона!
МИССИС ХЭШЕБАЙ. Зови ее Эдди, поцелуй ее, как добрый зять, и кончайте с этой церемонией.
ГЕКТОР. Веди себя прилично, Гесиона. Леди Эттеруорд вправе рассчитывать здесь не только на гостеприимство, но и на культурное обращение.
ЛЕДИ ЭТТЕРУОРД
Дружески пожимают друг другу руки. В саду под окнами от правого борта к левому проходит Мадзини Дэн.
КАПИТАН ШОТОВЕР
ЭЛЛИ
КАПИТАН ШОТОВЕР. Странное перерождение! Я наблюдал за ним из окна кладовой.
Мадзини Дэн входит в дверь с правого борта, свежевымытый и причесанный, и, благодушно улыбаясь, останавливается между Менгеном и миссис Хэшебай.
МИССИС ХЭШЕБАЙ
МАДЗИНИ
МИССИС ХЭШЕБАЙ. Ах, ну конечно! Как глупо. Мистер Эттеруорд, мм… моей сестры…
РЭНДЕЛЛ
МИССИС ХЭШЕБАЙ. А это мой супруг.
ГЕКТОР. Мы знакомы, дорогая. Не трудись представлять нас еще раз.
Леди Эттеруорд благосклонно усаживается.
МИССИС ХЭШЕБАЙ. Простите. Терпеть не могу знакомить. Все равно, что спрашивать у людей – «ваш билет?»
МАДЗИНИ
КАПИТАН ШОТОВЕР. Гм-да. Вот вы, скажем, что вы такое?
МАДЗИНИ
КАПИТАН ШОТОВЕР. Вор, пират, убийца.
МАДЗИНИ. Уверяю вас, вы заблуждаетесь.
КАПИТАН ШОТОВЕР. Жизнь авантюриста. А к чему это привело? К респектабельности. Дочка – настоящая леди. Речь, манеры столичного проповедника. Пусть это будет предостережением для всех нас.
МАДЗИНИ. Надеюсь, здесь никто не верит, что я вор, пират и убийца? Миссис Хэшебай, простите, я на минутку удалюсь. Нет, в самом деле, надо пойти и объясниться.
МИССИС ХЭШЕБАЙ
РЭНДЕЛЛ
МИССИС ХЭШЕБАЙ. В нашем саду нечего показывать, разве только папину обсерваторию. И песочную яму с погребом, где он держит динамит и всякие такие вещи. Впрочем, на воздухе все-таки приятней, чем в комнате. Идемте.
РЭНДЕЛЛ. Динамит! Ведь это довольно рискованно.
МИССИС ХЭШЕБАЙ. Ну что вы! Мы же не лезем в эту песочную яму во время грозы.
ЛЕДИ ЭТТЕРУОРД. Это уж что-то новое. А зачем это – динамит?
ГЕКТОР. Чтобы взорвать человечество, если оно зайдет слишком далеко. Он пытается найти некий психический луч, который взорвет все взрывчатые вещества по повелению Махатмы.
ЭЛЛИ. У капитана восхитительный чай, мистер Эттеруорд.
МИССИС ХЭШЕБАЙ
ЭЛЛИ. Видите, удалось.
МИССИС ХЭШЕБАЙ. Вот маленький бесенок!
МЕНГЕН. А вы не хотите прогуляться, мисс Элли?
ЭЛЛИ. Я устала. Я лучше возьму книжку с собой в комнату и отдохну немножко.
МЕНГЕН. Ну, прекрасно. Лучше и не придумаешь. Но я крайне огорчен.
Остаются Элли, Гектор и леди Эттеруорд. Гектор стоит у кресла леди Эттеруорд. Они смотрят на Элли, дожидаясь, чтобы она ушла.
ЭЛЛИ
ЛЕДИ ЭТТЕРУОРД
ЭЛЛИ. В таком случае оставляю вас мистеру Хэшебай.
ГЕКТОР. Эта девчонка помешана на приключениях. Чего только я для нее не выдумывал.
ЛЕДИ ЭТТЕРУОРД