Пленница любви

— Из всех твоих махинаций это самая низкая и бесчестная! Ты хочешь сказать, что выдумал всю эту историю только для того, чтобы я сильнее заинтересовалась им?

— Теперь не имеет значения, что я сделал, так как очевидно, что моя затея провалилась. Ты выбрала этого… этого… разве ты не знаешь, что ему нужны только твои деньги?

Крис чувствовала, как в ней закипает гнев, но сдержалась.

— Я очень хорошо знаю, чего Эшер хочет от меня. К твоему сведению, именно твой хваленый Тайнан отвернулся от меня, а не я — от него. Твой драгоценный мужчина «в истинном смысле этого слова» отказался иметь со мной дело.

— И чем же ты вызвала у него такую нелюбовь к себе?

На мгновение Крис прикрыла глаза, изо всех сил стараясь сдержаться.

— Я ничего не делала такого, чтобы дать ему повод невзлюбить меня, — тихо ответила она. — На самом деле я выхожу за Прескотта потому, что ношу ребенка Тайнана.

Эта новость отбила у Дэла желание и дальше орать на дочь.

— Я поеду за ним и привезу сюда. Я…

— Ты ничего этого не сделаешь. Я не выйду за человека, которому не нужна.

Дэл тяжело опустился в кресло.

— Но Прескотт…

Крис села по другую сторону письменного стола.

— Эшеру нужны мои деньги, а мне нужно, чтобы у ребенка было имя. Думаю, это идеальное решение вопроса.

Казалось, что Дэл состарился буквально у нее на глазах.

— Мы с Сэмом думали, что все тщательно распланировали. Мы думали, что перекрыли все лазейки. А оказалось, что мы ошиблись.

— А какое отношение ко всему этому имеет мистер Сэмюел Дайсен?

— Сэм — дед Тайнана. Вообще-то настоящее имя Тайнана Сэмюел Джеймс Дайсен-третий.

Крис на секунду лишилась дара речи.

— Кто он? О чем ты говоришь? Тайнан не знает, кто он такой.

— Да и Сэм узнал об этом лишь недавно.

— Тебя не затруднит объяснить мне, о чем ты тут говоришь? И как давно вы знаете о Тайнане? Ты знал о нем, когда вытаскивал его из тюрьмы?

— Естественно. Неужели ты думаешь, что я доверил бы своего единственного ребенка какому-то преступнику? Я отлично знал, кто он такой. — Дэл откинулся на спинку кресла. — Теперь, когда наши с Сэмом планы рухнули, можно тебе рассказать. Думаю, сейчас это уже не важно. Сэм все еще надеется, что Тайнан вернется, а я уже перестал его ждать неделю назад.

— И решил, что он не вернется из-за меня, так? — пренебрежительным тоном поинтересовалась Крис. — Как ты впервые узнал о нем?

— Ты слишком молода, чтобы помнить события тех лет. Мы с Сэмом знаем друг друга очень давно. Он ухаживал за твоей матерью. — Дэл улыбнулся. — А твоя мать была женщиной разумной. Она поняла, на ком остановить свой выбор. Как бы то ни было, Сэм женился вскоре после меня, и у них с женой родился сын. Его назвали в честь Сэма. Жизнь в их семье текла спокойно, без проблем, пока не женился этот оболтус, брат Сэма. Сэм заработал все деньги своим трудом, а вот его брат терпел крах во всем, к чему бы ни прикасался. Невестка Сэма орала днем и ночью сначала на мужа, а потом и на сыночка, который пошел в отца. Оба умерли молодыми. И только с появлением внука она увидела возможность через него добиться того, к чему так стремилась.

— И этим внуком был Бейнард? — уточнила Крис.

— Да. Долгие годы она считала, что Бейнард станет наследником Сэма, потому что у Сэма-второго не было детей. Но однажды Сэм-второй вместе с женой решил отправиться в Вашингтон, чтобы обсудить покупку участка строевого леса, и не вернулся.

— Их убили, — тихо проговорила Крис. — Тайнан рассказывал, что у его матери было три пулевых ранения в спине.

— Сэму оставалось только гадать, что случилось. Он слышал, будто его сын и сноха погибли в море, так и не добравшись до побережья Вашингтона. Многие годы он думал, что ему все же придется сделать Бейнарда своим наследником, хотя парень ему никогда не нравился. Но шесть лет назад к нему приехала подруга его снохи и поинтересовалась, что сталось с ребенком Лилиан. До того момента Сэм не подозревал о том, что Лилиан беременна. — Дэл бросил на Крис мрачный взгляд. — Иногда отцы последними узнают о том, что происходит в жизни их детей. — Дэл оперся ладонями о стол. — За эти шесть лет Сэм свернул горы, чтобы выяснить, родила ли она ребенка и выжил ли малыш. Он нашел его три года назад. Им оказался твой Тайнан. Мы думаем, что его мать произнесла «Дайсен», а тот старатель просто не разобрал и услышал «Тайнан».

— А кто убил родителей Тайнана?

— Сэм предполагает, что его невестка наняла кого-то для этого. Возможно, она узнала, что у ее внука появился конкурент на роль наследника Сэма.

— Так вот почему мы понадобились Бейнарду! В тот день, в поместье Гамильтона, он имел в виду Тайнана, когда говорил о Сэмюеле, верно?

— Не исключено. Но у Бейнарда не было никаких шансов. Его бабка помешалась и отравила ему душу, настроив против семьи Сэма. Она и его превратила в такого же помешанного, какой была сама. Сэм совершил ошибку, рассказав парню о том, что ему, по всей видимости, наконец-то удалось разыскать своего внука. Бейнард пробрался в кабинет Сэма, украл бумаги на Тайнана и отправился в Вашингтон на его поиски. Многое из того, что в последние годы произошло с Тайнаном, было результатом происков Бейнарда.

— Значит, он похитил Пилар и меня, чтобы добраться до Тайнана?

— Нам не известно это наверняка, но мы с Сэмом думаем, что он знал о… расположении Тайнана к одной из вас, но не знал, к кому именно, поэтому-то и похитил обеих.

Крис молчала несколько минут, переваривая информацию.

— А зачем вы придумали этот сложный план с Тайнаном и мной? Почему мистер Дайсен просто не вытащил внука из тюрьмы и не привез его домой? Зачем понадобилось втягивать меня во все это?

— Сэм знал Тайнана понаслышке. Ему было известно обо всех перестрелках, обо всех случаях, когда Тайнана бросали в тюрьму, о банках, которые он грабил в юности, обо всех полученных им ранах и обо всех его женщинах. — Дэл внимательно посмотрел на Крис, но она никак не отреагировала на его слова о женщинах. — Сэм хотел понять, что представляет собой его внук. Боялся, что он такой же, как Бейнард. А еще мы оба надеялись, что наши семьи соединятся.

— Значит, вы использовали меня, — процедила Крис сквозь зубы. — Вы использовали меня в вашем эксперименте со сводничеством.

— Я думал, — повысив голос, не без раздражения заговорил Дэл, — что ты извлечешь пользу из знакомства с настоящим мужчиной, не таким, как те городские хлыщи, с которыми привыкла иметь дело в Нью-Йорке. Надо же, принимать на работу баб! Большей глупости…

— Давай не будем начинать сначала, — сказала Крис. — Если бы ты хотел познакомить меня с Тайнаном, тебе следовало бы пригласить его к нам и представить мне. Но нет, ты состряпал идиотский фарс, чтобы свести нас. Ты угрожал ему тюрьмой, если он осмелится приблизиться ко мне, более того, ты приплел еще этого Прескотта, который всю дорогу увивался за мной.

— А теперь ты выходишь за него замуж.

— Я вынуждена! Тот самый «настоящий мужчина», которого ты выбрал для меня, даже слышать не хочет о женитьбе! Он до смерти боится мысли об этом! И он не желает возвращаться в тюрьму.

— Он сам тебе сказал?

— Да, сам. Я умоляла его жениться на мне, но он отказался. Можешь радоваться: твой план удался в том, что касается меня. Я полюбила Тайнана — или Сэма, если таково его настоящее имя, — с первой минуты, когда увидела его. Ему же от меня нужно было только… то, что он получил, и сейчас я ношу в себе последствия своей любви к нему.

— Он ушел от женщины, которая носит его ребенка?

— Он об этом ничего не знает.

Дэл встал.

— Мы найдем его и заставим жениться на тебе. Он не имеет права так поступать с моей дочерью.

— Если ты это сделаешь, я уйду из дома, и ты никогда не увидишь своего внука или внучку. Я не собираюсь силой навязываться человеку, которому не нужна. Я говорила с Эшером и сообщила ему о ребенке. Он согласился жениться на мне и растить его как своего собственного. Думаю, мы с ним прекрасно поладим.

— Как же, поладите вы, — мрачно усмехнулся Дэл. — Никогда бы не подумал, что у внука Сэма кишка тонка. Я был о нем другого мнения.

— Он сказал, что делает это ради меня, и я думаю, он искренне верил в свои слова. Он говорил, что не создан для роли мужа и что мне будет лучше с ручным мужчиной.

— Он привык бы. Я же привык.

Крис опустила взгляд в пол.

— Я больше не хочу говорить об этом. Тайнан не любит меня. Вы с мистером Дайсеном мечтали об этом, но этого не случилось. Через неделю я выйду за Эшера, буду жить здесь и растить своего ребенка. Надеюсь, я больше никогда не увижу Тайнана. Кроме того, с его страстью к неприятностям он очень скоро может снова оказаться в тюрьме. А сейчас мне хочется прилечь.

С этими словами Крис вышла из кабинета.

Глава 27

— Ты действительно считаешь, что вправе надеть белое? — спросил Эшер у Крис, сидевшей на скамейке в саду. — То есть ты не боишься, что дашь пищу для сплетен?

Крис не ответила ему. С того момента, как она фактически попросила его жениться на ней, он стал проявлять свою истинную суть. Его ужасно бесило, что она провела ночь с «тем типом», и он не упускал возможности еще раз упрекнуть ее в этом. Они договорились, что ребенок будет считаться его и что Эшер будет себя вести с величавой скромностью, когда малыш появится на три месяца раньше срока. Эшеру было безразлично, как люди отнесутся к тому, что он окрутил богатенькую Нолу Даллас, но он был категорически против того, чтобы стало известно, что у его жены до него был другой мужчина. Он страшно разозлился, когда узнал, что Крис рассказала отцу правду.

— Разве тебе не скоро рожать? — продолжал он.

Крис на мгновение устало прикрыла глаза.

— Откуда мне знать? Я же никогда не рожала. Мой отец поручил тебе какое-нибудь дело? Мне казалось, ты собирался многому научиться у него, чтобы помогать ему.

— Сегодня у меня на это нет времени. На торги во Фредериксоне выставили потрясающую кобылу, и мне нужно перед покупкой еще раз взглянуть на нее.

— Но ты уже купил двух лошадей на этой неделе.

Эшер посмотрел на нее, и по его взгляду Крис поняла, о чем он думает. Дэлу Мэтисону нужно было сбыть с рук беременную дочь, и Эшер согласился взять Крис в жены. Теперь его должны вознаградить за этот доблестный подвиг и вручить ключи от всего королевства. Эшер бездельничал, и Крис стала подозревать, что он никогда не собирался заниматься делом и всегда рассчитывал безбедно жить в доме ее отца, пользоваться всем, что он заработал, и ничего не давать взамен. Отец же не обращал внимания на то, что делает Эшер. Он так сердился на дочь, что не мог думать ни о чем другом. А Сэмюел продолжал смотреть на Крис с тоской во взгляде.

— Я подумывал купить эту кобылу для тебя, — заявил Эшер. — Ведь тебе понадобится лошадь после рождения ребенка?

Крис поджала губы. На людях ребенок будет «их», а между ними — только «его».

— Да, конечно, — проговорила Крис. — Конечно, мне понадобится лошадь.

Она готова была согласиться с Эшером в чем угодно, лишь бы отделаться от него. Глядя ему вслед, она думала о том, что после рождения малыша, вероятно, уедет из Вашингтона на восток. Ребенок получит имя, и ей не придется каждый день общаться с Эшером.

Крис попыталась отвлечься от грустных мыслей и углубилась в книгу, но это не помогло сдержать слезы. Вскочив, она побежала к дому, быстро поднялась по лестнице и скрылась в своей комнате. Остаток дня она проплакала.

День, на который была назначена свадьба, оказался облачным. В любое мгновение мог начаться дождь. Миссис Санберри помогала Крис одеваться. Все были унылыми и мрачными, как на похоронах. Миссис Санберри постоянно плакала и то и дело бросала замечания типа «Ваша матушка не захотела бы для вас такого мужа», или «Он уже потратил в два раза больше, чем ваш батюшка зарабатывает за год», или «Еще не поздно передумать».

Крис скрежетала зубами каждый раз, когда миссис Санберри выдавала очередное замечание. Старая экономка невзлюбила Эшера с первой минуты, потому что он принялся раздавать указания слугам сразу же, как ему стало известно о ребенке.

Крис разгладила складки платья, гордо вскинула голову и вышла из комнаты. Миссис Санберри, всхлипывая, последовала за ней.

Отец ждал Крис у лестницы. Он подставил ей локоть, даже не взглянув на нее. Дэл был в ярости, и гнев проявлялся не только в выражении его лица, но и в каждом движении. Сэм пошел позади них. Он пытался улыбаться, но улыбка получалась грустной, и он выглядел ужасно несчастным.

Крис едва сдерживалась, чтобы не закричать на обоих. Ведь если бы они не вмешались, всего этого, возможно, и не случилось бы. Если бы они не заявили Тайнану, что он вернется в тюрьму, где его ждали побои и голод, он, возможно, не испугался бы мысли о женитьбе.

Глаза Крис обожгли слезы. Все это чепуха. Вовсе не страх перед тюрьмой помешал Тайнану жениться на ней. Просто он не любит ее.

В церкви было полно людей. Крис не видела такой толпы с детства. Многие из присутствующих были ей незнакомы. Родственники матери, представители семейства Монтгомери, стояли в стороне и наблюдали за тем, как она медленно идет по проходу под руку с отцом. Эшер поджидал ее у алтаря и победно улыбался.

— Наверное, мечтает о табуне чистокровных лошадок, которых купит завтра, — еле слышно проговорил Дэл. — А ты знаешь, почему его бизнес потерпел крах?

— Даже знать не хочу, — прошептала ему в ответ Крис. — Ты сам его выбрал.

— Для контраста. Я думал, у тебя хватит мозгов понять это.

— У меня хватило. У Тайнана нет.

— Ты могла бы…

— Родить ему двойню? — осведомилась Крис, когда они подошли к алтарю, и сердито посмотрела на отца.

Только когда священник начал церемонию, Крис в полной мере осознала всю серьезность того, что делает. Сейчас она даст обет любить и почитать этого человека до конца дней своих. Слезы снова подступили к глазам, горло сдавил спазм. Пастор трижды задал ей главный вопрос. Крис молчала, хотя и знала, что Эшер смотрит на нее, причем с таким видом, будто он отвесит ей пощечину, если она не даст правильный ответ. Позади уже начали перешептываться гости.

Именно в тот момент, когда Крис пыталась произнести ответ, торжественность церемонии была нарушена. Снаружи прозвучали выстрелы, и в следующее мгновение церковь стали заполнять вооруженные люди. Они проникали внутрь через окна, через главный вход. Двое, вероятно, уже давно прятались на хорах. Сейчас они встали в полный рост и нацелили свои ружья вниз.

— На вашем месте, мистер, я бы не рисковал, — сказал один из вновь прибывших, направляя пистолет на одного из родственников Крис, — мужчина как раз протянул руку к внутреннему карману сюртука.

Все присутствующие застыли, глядя на чужаков, оцепивших церковь. Двойная дверь бокового входа была распахнута, и ее охраняли три человека.

У Крис глаза расширились от изумления, когда она услышала стук копыт на крыльце бокового входа. А всадник, сидевший на лошади, выглядел так, будто у него весь мир был в кармане.

Неторопливо, как на воскресной прогулке, Тайнан въехал в церковь верхом на огромном гнедом жеребце. Его ружье было зачехлено. Он остановился примерно на полдороге к алтарю. Забыв о том, что их держат под прицелом, гости изумленно наблюдали, как он вынул табак и принялся медленно скручивать папиросу.

— Знаешь, Крис, я не могу допустить, чтобы ты так поступила, — негромко проговорил он, облизывая край бумаги и заклеивая папиросу.

Крис шагнула вперед, но путь ей тут же преградил отец.

— Ты возьмешь мою дочь только после того, как женишься на ней, — заявил Дэл. — Ты не сделаешь из нее шлюху.

— А я и не собирался. Поэтому-то и приехал в церковь.

Тайнан упорно не смотрел на Крис, его взгляд был устремлен на папиросу, которая почему-то требовала от него полной сосредоточенности и все никак не склеивалась.

Дэл отступил в сторону.

— Можно продолжать. На моей дочери женится этот парень.

— Но… — начал было Эшер, однако Дэл схватил его за ухо, как нашкодившего мальчишку, и потащил к скамье.

— Все могут сесть! — прокричал Дэл, обращаясь к гостям. Он вел себя так, будто не видел ничего необычного в том, что жених восседает в церкви верхом на лошади. — А вы, ребята, — сказал он вооруженным людям, оцепившим помещение, — снимите шляпы.

Те безмолвно подчинились.