Час до полуночи

— Координирует, — подвёл итог Григорьев и захлопнул блокнот. — Всё, мальчики, на сегодня казино закрыт. Подсчёт выигрышных баллов произойдет после завершения операции. Орлов, обеспечь меня связью.

— Ван момент, Витя, — Орлов протянул трубку Григорьеву.

— Центральная, — сказал Григорьев, — здесь ОГ-80.

— На связи, — прохрипела трубка. — Доложите обстановку.

— Отработали этап сдерживания. Все объекты собраны в определенной планом точке. Перехожу к фазе активного уничтожения. Повторяю — перехожу к фазе активного уничтожения. Прошу поддержки с воздуха. Приём.

— ОГ-80, здесь Центральная. Поддержка с воздуха обещается. В интервале пять, максимум десять минут. Две вертушки, один транспортник с десантом, штурмовик с вакуумным боезапасом для завершающей зачистки. Повторяю: две вертушки с напалмом-А, взвод огневой поддержки и вакуумная бомба. До окончания операции в зоне оцепления устанавливается чрезвычайный режим. Выход исключительно по специальному разрешению. Как поняли? Приём!

— Центральная! Здесь ОГ-80. Вас понял. Приступаем к заключительной фазе операции. Начинаем до подхода подкрепления. Обеспечиваем соблюдение режима чрезвычайной ситуации. Выход — исключительно по спецразрешению, невзирая на лица. Приём.

— Приступайте. До связи.

— До связи. — Григорьев перекинул трубку Орлову. Слышали?

— Так точно, командир.

— Ну, и чего сидим? — Григорьев уставился на Зиброва. — Собирай бойцов, запаливай конфорки.

— Барбекю? — лихо спросил Орлов.

— Барбекю! — так же лихо ответил Зибров. Прижав к горлу ларингофон, он заговорил размеренно — Внимание, ОГ-80, переходим к фазе активного уничтожения. Вариант «Аленький цветочек». Повторяю: вариант «Аленький цветочек» Действовать самостоятельно, согласно складывающейся обстановке. Подкрепление прибудет ориентировочно плюс пять, тире, десять. Повторяю: ожидается ориентировочно плюс пять, тире, десять.

С улицы донесся многоголосый вой, переходящий в рёв. Резко запахло палёной плотью. Зибров протопал через сени и вывалился во двор. Толпа, недавно окружавшая дом была рассечена и рассеяна. Всюду полыхал огонь. Зибров поправил лямки баллона с напалмом и решительно шагнул в огненную стену. Сбоку на него бросился визжащий огненный клубок. Зибров отбросил его струей жидкого напалма под давлением. Воспламенившись, напалм вспыхнул жарким пламенем. Зибров поспешно преодолел пылающую зону. Бойцы ОГ-80, выстроившись цепью, теснили оставшуюся нечисть к деревенской околице. Над лесом низко кружили два ударных вертолета. Из транспортного вертолета, севшего посреди дороги, выпрыгивали бойцы взвода огневой поддержки, в своих защитных доспехах похожие на средневековых воинов.

Прикомандированные к ОГ-80 сотрудники научного отдела паковали прижатого к земле стальными рогатинами вожака. Вожак глухо рычал и извивался, пытаясь освободиться. Его непропорционально огромная голова была испятнана островками разноцветной плесени.

— Видел?! — сказал подошедший к Зиброву Саня Черенков, — напалм эту гадину не берет. Бочку на него потратили и никакого результата. Ноль целых, ноль десятых.

— И пули тоже, — дополнил Черенкова возникший вдруг рядом с Зибровым Паша Чемизов, командир прилетевшего на вертолете подкрепления.

— Паша, цвет души моей, — налетел на Чемизова неунывающий Орлов. — Как всегда, опаздываешь!

— О, какие люди, — расцвел улыбкой Чемизов, — КАкие люди, и не под конвоем…

— За нами не заржавеет, — сказал появившийся Григорьев. — Туда мы всегда успеем.

— Зомби. Доминантная особь, — невпопад произнёс Зибров. — В отпуск хочу, мужики.

— Шестой случай за неделю, — проинформировал присутствующих Чемизов. — площадь покрытия офигенная. И в каждом конкретном случае источником заражения является такая вот падаль.

— Может, у них весенний гон начался? — предположил циничный Орлов.

— Орлов, кончай зубоскалить, — строго сказал Григорьев.

— Ну что, игроки, — Григорьев вытащил знаменитый блокнот, — посчитаем?

А в это время…

Докладная записка

за № 74−0307/ОС

В связи с началом сезонной миграции оборотней, прошу Вашего разрешения на увеличение штатной численности охотоведов на 20 (двадцать) штатных единиц и привлечение на платной основе профессиональных охотников-добровольцев в количестве 50−60 (пятидесяти-шестидесяти) человек для создания временных охотбригад по отстрелу мигрирующих хищников.

21.03.07 Директор заповедника «Сосновый Бор» к.б.н. Мартынцов К. Л.

За лугами, за полями, за высокими горами

Гостей встречали двое: сумрачный молчаливый атлет и маленький, юркий старичок, живчик-подхалим, прилипала и болтун-балагур. Атлет находился при шлагбауме, а старичок, подбегая к подъезжающим машинам, подобострастно открывал дверцы, рассыпаясь в приветствиях и шутках. Гости вылезали на укатанный снег, топтались у машин, ожидая сопровождающих их помощников и телохранителей. Помощники несли объемные сумки и зачехленное оружие, телохранители зыркали по сторонам хмурыми и напряженными взглядами. Старичок хитро щурился.

Собрав привезенную с собой свиту, гости уходили по широкой тропинке к заимке. Старичок дожидался, пока они скроются за деревьями, и бегом возвращался к шлагбауму. Атлет доставал сигареты, старичок привычно у него одалживал. Атлет презрительно усмехался, но в просьбе не отказывал. Они дружно закуривали. На плече у атлета висел автомат Калашникова.

Гости были людьми солидными и серьезными, и машины соответствовали их положению: внушающие уважение внедорожники на больших, выступающих за крылья колесах, несоразмерно огромные в сравнении с джипами сопровождения, одинаково черные, увенчанные сверху гирляндами фар на хромированных поперечных трубах, с массивными хромированными «кенгурятниками» спереди и откидывающимися вбок трубчатыми хромированными же держателями, с прикрученными к ним запасными колесами, сзади.

Заимка принимала гостей жаром протопленных печей, треском горящих в камине поленьев, игристым сверканием хрустальных люстр и исходящей из кухни волной аппетитных запахов. На кухне безраздельно царила и самовластно правила Клавдия Ксаверьевна Шпанько, женщина добрая и дородная. Гости скидывали теплые куртки, отсылали охранников и помощников в комнату для персонала и проходили в общую залу, к заблаговременно сервированному столу. Клавдия Ксаверьевна, или тетя Ксава, выступала из кухни, торжественно неся закрытую куполообразной крышкой фарфоровую кастрюлю с фирменным тетиксавиным блюдом — украинским борщом. За Клавдией Ксаверьевной следовал повар с горячими пампушками. Кастрюля водружалась в центре стола, пампушки выкладывались ладной горкой на подносе. Гости угощались зубровкой и сами разливали борщ по тарелкам. Ели молча, не отвлекаясь и не тратя времени на беспредметную застольную болтовню. На второе подавали пельмени непременно под водочку, двух сортов, настоянную на березовых брульках и кедровых орешках. Завершалась трапеза чаем. Охранники заносили из сеней медный двухведёрный дореволюционный тульский самовар, тетя Ксава расставляла чайный набор, украшенный черными прусскими орлами (по слухам, подарок императора Фридриха II принцессе Фике перед отъездом последней в далекую и непонятную для регулярно-правильного ума европейца Россию), заливала в заварные чайники кипяток. Гости закуривали: кто трубки, кто сигары (привет от самого команданте, «барбудос» Фиделя Кастро, бессменного руководителя и революционного вождя Кубы, легендарного острова Свободы). Чувствовалось, все напряжены и чего-то ожидают. Чай пили торопливо-нервно. Поднимаясь из-за стола, прислушивались, не раздастся ли звук мотора. Наконец с улицы доносилось звонкое тарахтение. Громко стуча рубчатыми подошвами утепленных сапог в залу входил директор заповедника. Тетю Ксаву с поваром отправляли наверх под присмотром двух телохранителей. Гости снова собирались у стола. Директор заповедника молодецки выпивал стакан зубровки, вытаскивал из сумки бумаги, разворачивал карту…

…Старший охотовед Берестов развернул карту и сказал:

— Сидайте ближе мужики.

Мужики скучились вокруг Берестова тесным кругом.

— Гляди сюда, мужики, — Берестов прочертил маркером черную ломаную линию. Затем ещё три, сходящиеся в единой точке.

— Не напирай, Петрович, — перебил Берестова промысловик Никифоров, подвигая могучим плечом егеря Дерябина, не в меру рьяно оттесняющего его от карты.

— А что я, Семен Аверьяныч, — Дерябин, в свою очередь, потеснил стоящего рядом с ним охотника. — Меня самого давят…

— Ша, мужики, кончай базар, — прикрикнул требовательно Берестов. — Ровно дети малые. Не в бирюльки играем. Должны понимать…

— Прости, Валентин Андреич, — покаянно пробасил Никифоров, — не сдержался. Навалился, понимаешь… — Никифоров выразительно вздохнул.

— Шут ты гороховый, Аверьяныч, — сказал укоризненно Берестов. — Сами мы не местные, порядков вашенских не знаем… Ажно слезу прошибает. А дело, между прочим, серьёзное.

— Не гони волну, Андреич. Мы тебе тоже… не пацаны пальцем деланные, между прочим… Кажный год с твоим делом разбираться приходится.

— Ладно, Семён, проехали.

— Чего уж… И ты нас извини, товарищ Берестов. Больше такого не повториться. Верно, мужики? Никифоров выдержал паузу. — О! Молчание — знак согласия.

Берестов стукнул маркером по карте.

— Итак, господа охотники, — он показал на линии, — это пути миграции, — тут Берестов несколько замялся и продолжал, — пути миграции зверя. Хищника, и не совсем обычного хищника…

— Да чего уж там, — пришёл ему на помощь Никифоров, — не темни, Андреич. Народ здесь тёртый, опытный, повидавший много чего. Понятливый. По-первости оно, конешно, непривычно было, признаюсь честно.

— Утихни, Аверьяныч, — сказал парень лет двадцати пяти, одетый в зимний собровский камуфляж. — Дай человеку сказать.

Никифоров раскрыл было рот, но смолчал. Берестов откашлялся: «Может, я лишний? Давай, Семен Аверьяныч, говори, а мы с товарищами тебя внимательно послушаем. Нет? Что ж, отлично. Разрешите продолжить? Спасибо».

— Ну, и язва ты, Андреич, — пробурчал Никифоров.

— Заткнись, Семен, — парировал его реплику Берестов, — иначе выведу. В общем, мужики, без долгих предисловий и нудных объяснений: это и зверь, и не зверь, человек и не человек. Оттого и противник чрезвычайно опасный. Умный и крайне жестокий.

— Оборотень, чтой ли? — наобум предположили из толпы.

— В самую точку, паря, — серьезно сказал Никифоров. — И не затыкай ты мне рот, Андреич…

— Ну… ты, Аверьяныч, того, загибаешь… — ошеломленно протянул догадливый охотник. — Оборотней ведь не существует!

— Если шутка, то неумная, — поддержал его парень в камуфляже.

— Отчего же, — сказал Берестов, — очень даже существуют. Как мы с вами. Живут в горах, дважды в год мигрируют. Весной, в начале марта, спускаются в предгорья, затем в конце марта, начале апреля выходят на равнину. Осенью возвращаются к обычным местам обитания. В горы. Начиная с августа. Пик приходится на сентябрь, октябрь месяцы. Редкие особи продолжают оставаться в предгорьях и на равнине в течении всего года. В подавляющем большинстве это самцы-одиночки. Но встречаются и самки. Или, как кому угодно, мужчины и женщины. Самцы ведут уединенный образ жизни, селятся в труднодоступных местах, охотятся в основном на крупных животных. Лоси, олени. Реже медведи. Самки., да, женщины. Предпочитают жить среди обычных людей. Выходят замуж, рожают детей. Дети, кстати, получаются обычные. Весьма изобретательны. Скрытны. Вследствие чего распознать их можно, но чрезвычайно трудно. На моей памяти было от силы три случая. Причем в первом особь обнаружили из-за генетической флюктуации. В результате ребёнок родился получеловеком-полуволком. Буквально. В натуральном, так сказать, виде.

— Верно. Об этом в районке ещё писали. А потом и в республиканской газете заметка появлялась.

— ПисАли, пИсали, — скривился как от зубной боли Берестов. — В разделе «Курьезы и тайны». Необъяснимые, блин, случаи. Был у нас тут одно время писарчук из молодых-продвинутых, скорый, да борзый. Борзописец. Падок оказался до нездоровых сенсаций. Насочинял, понапридумывал, выдал непроверенные домыслы за реальные факты. За что и был уволен. Где он и что с ним — я не знаю. Выбыл в неизвестном направлении.

— Валентин Андреич, ты нам что, сейчас угрожаешь?

— Не угрожаю, Саша. А сообщаю. Информацию. Для размышления… И осознания момента. Всё, что вы тут слышали, тут и останется. Начнёте болтать… мало не покажется.

— Отказаться можно?

— Отчего же, мы ж не изверги какие-нибудь, — Берестов покрутил маркером. — До того, как вы получите табельное оружие, любой из вас имеет полное конституционное право отсюда уйти. Подпишете бумагу о неразглашении и скатертью дорога.

— Деньги возвращать?

— Не надо. Подъемные вам оставим и на билеты добавим.

— А что с оружием? На такого зверя с нашими берданами… как на танк с саблями.

— Вот, — сказал Берестов, — разговор приобретает осмысленные черты. Сразу видно деловой подход и профессиональную хватку. Однако прежде определимся с отказниками. Повторяю вопрос: «Кто решил уйти?». Шестьдесят секунд на размышление. Время пошло. Никто. Прекрасно. Семен Аверьяныч, не в службу, а в дружбу…

— Да нет проблем, Андреич! Нут-ка вы, двое, — Никифоров указал на мужиков покрепче, — подь ко мне. Цепко оглядев охотников, он продолжал: — Ты, ты, ты, и ты. Выходи. — Пожалуй, хватит. — Давай за мной мужики. Будем обеспечивать сознательных граждан средствами защиты.

Берестов окинул крышку, отвернул шуршащую промасленную бумагу, скрывающую содержимое ящика: «Знакомтесь, господа охотники. Универсальная автоматическая винтовка «Беркут-М» Прохорова — Бакланова. Производство Ижевского механического завода. Калибр: 9 милиметров. Количество стволов: шесть. Ствольный блок — барабанного типа, свободно вращаемый. Стволы безнарезные. Вращательный импульс пули задаётся, извините за тавтологию, непосредственно через вращение ствольного блока. Привод ствольного блока: электрический сервомотор, плюс гироскоп. Аккумуляторный отсек расположен в прикладе. Охлаждение ствольного блока: воздушное. Боекомплект. Штатный: двести патронов в круглом магазине. Соответственно нештатный: от шестисот до тысячи включительно в коробках пулеметного типа. Комплектуется оптическим и лазерным прицелами. Возможно использование в качестве ручного пулемёта: есть разъемы для сошек. Винтовка изготовлена полностью из композитных материалов, имеет оптимальный вес и размеры. Боеприпас нестандартный. Усиленный пороховой заряд, гильза из металлокерамики, выдерживающая давление пороховых газов, пуля разрывная, пистолетная, отлита из химически чистого серебра, наполнение: концентрированная святая вода. Скорострельность: что-то там выстрелов в секунду. Однозначно — офигенная. Данный тип вооружения аналогов в мире пока не имеет».

Парень в камуфляже выдернул из ящика винтовку, оценивающе взвесил, крутанул барабан, прицелился в потолок.

— Как оно, Сашок? — поинтересовался Дерябин.

— Солидная штука, — Саша посмотрел на Берестова.

Берестов сказал: «Разбирайте мужики. Магазины в картонных коробках, снаряжение, подсумки в пакетах. Боезапас берите больше, кто сколько сможет унести. Всем хватило? Великолепно. Теперь показываю, как оно стреляет. Предохранитель находится справа. Переключатель режима огня расположен там же, только чуть ниже. Всего режима стрельбы три. Верхний сектор — одиночными. Средний сектор — короткими очередями и нижний — очередями. Кнопка включения лазера — на прицеле. Сам лазер крепится на центральном штоке. Магазин вставляем снизу — до щелчка. Выставляем нужный режим огня, снимаем с предохранителя, передергиваем затвор, нажимаем на спусковой крючок. Последовательность усвоили? Шутка. Остальное в процессе… Задавайте вопросы».

— Нету вопросов, Андреич.

— Либо всем всё ясно, либо никто ничего не понял. — Берестов вернулся к карте. — Обращаюсь к новичкам! Чудесно. От себя дам два ценных совета. Во-первых — повторю. Берите больше патронов. Патронов мало не бывает. Во-вторых: жмите переключатель стрельбы вниз. До упора. — Хорошо. На чём меня прервали? На путях миграции… Оборотни, товарищи охотники, в силу присущего им инстинкта, редко изменяют маршруты передвижения. В этом их слабость и наша удача. Через территорию заповедника таких троп проложено четыре. Все они нанесены на карту. Здесь, в точке их пересечения, устроена большая лежка, где мигрирующие стаи отдыхают и утоляют голод перед броском в равнинные леса. Нам поставлена задача: установив заслон, перекрыть одну из троп и любыми способами не допустить рвущуюся с гор нечисть в долину. Это в идеале. Реальные цели скромнее. Раздробить и рассеять сплоченную стаю и нанести ей максимально возможный урон. Фактически мы являемся передовым отрядом глубоко эшелонированной обороны. Основные группы охотников концентрируются вокруг лежки.

— Андреич, — сказал Никифоров, — ты им про оборотней разъясни, по-подробней. Чего опасаться, а чего нет.

— Про оборотней, — отчеканил Берестов, — объясняю кратко и популярно. Научно доказано, что ликантропия или оборотничество есть одновременно наследственная аномалия и инфекционное заболевание. Исходя из этого, выделяют два вида ликантропов: наследственные и обращенные. Первичными переносчиками инфекции были наследственные оборотни. Вторичными являются обращённые. Возбудитель болезни передается исключительно через слюну при укусе. Подавляющее большинство ликантропов — обращённые. Отличие первых от вторых следующее: наследственные оборотни способны изменять облик по желанию, обращённые подвержены «лунному безумию» — неконтролируемым превращениям в периоды полной луны. Рост типичного ликантропа выше среднего, заметно сутулятся, передние лапы свисают ниже колен, шерсть грязно-серого цвета, морда волкоподобная, уши вытянутые, заостренные, глаза глубоко посажены, надбровные дуги выступающие, зубы крупные, видоизмененные, клыки массивные. Речь малопонятная, преобладают воющие и рычащие звуки. Обладают развитой мускулатурой. Крепки, выносливы, быстры, терпеливы, сообразительны, бесстрашны, способны длительное время обходится без пищи и воды. Охотятся в одиночку или мелкими группами: две-три особи, максимум пять. Собираются в стаи в период миграции. В это время в их организме происходят определенные физиологические изменения, позволяющие нам противостоять им почти на равных… Почти! Серебро для них смертельно, святая вода по воздействию схожа с кислотой. Думаю, достаточно.

— Вникайте, мужики, — внушительно подытожил Никифоров.

— Пора, — сказал Берестов. — Выступаем.

— С богом, — Дерябин прочертил в воздухе фигуру, отдаленно напоминающую крест.

— На бога надейся… — ответил ему кто-то.

— Не ссы, не оплошаем, — зло отрезал парень в камуфляже.

…Не было вообще никакой тропы. Не бы-ыло. И следочка не просматривалось. Охотники взобрались на пригорок.

— Остановимся тут, — сказал Берестов. — Это наша позиция.

— А де-ж тропа-то? — недоуменно вопросил Дерябин.

— Тропка, тропочка, тропинка, — Берестов умял лыжами снег. — Вот она, тропа, перед тобой, Дерябин. Вправо, она, тропа, и влево, тоже она, тропа. Спереди тропа и за спиной тропа. Я на ней стою, и ты на ней, стоишь, егерь Дерябин. — Слушай сюда, мужики. — обратился Берестов к охотникам. — Сейчас быстро распределяемся вдоль высотки, дистанция между стрелками полтора — два шага. Лыжи лучше снять. Стреляем по моей команде. Аверьяныч, тебе, по-старшинству и опыту, командовать на правом фланге, а тебе, Саша, быть старшим на левом. Дерябин., остаёшься со мной.