Кровавая свадьба

— Неужто у нее старые пеньки были? — не поверил он, наливая.

— Какая разница? То до тебя было. Да правильно она делала, что доила старых козлов, так им и надо. Мир повидала, шмотки от лучших кутюрье носила… А возьми меня, что я видела хорошего? Стирка, уборка, плита. И мой скот это не ценит. Давай лучше выпьем.

— Давай, — кивнул он, улыбаясь. — Чтобы елось и пилось, хотелось и всегда моглось. — Выпили, закусили. — Ты права, я тоже не святой. Только мне непонятно, почему Белла вернулась домой?

— Понимаешь, каждая баба мечтает выйти замуж, а это такая, скажу, паскудная лотерея… — Захмелевшая Зоя закурила. — Ты выбираешь, прицениваешься, вот он — думаешь. А потом обнаруживаешь, что под боком спит дерьмо, от которого мечтаешь избавиться любым способом. Скажу по секрету, большинство баб не подсовывает своей половине яду только из-за страха, что посадят. Вот и Белле такой попался…

Настала пора ягодок. Муж ревновал Беллу к телеграфному столбу, стулу, кирпичу на дороге. Наверно, она терпела бы и дальше, если б не обострилась ситуация. С ней добивался встречи фотограф, делавший снимки в «Имидж-классе». Белла убежала к нему на рандеву из простого любопытства. Фотограф предложил ей выкупить негативы и сунул пачку снимков. Глаза полезли на лоб, когда она перебирала фотографии. Белла голая — полбеды, красивая эротика. Но вот она и две девушки, Белла и юноша, Белла и два юноши. Тогда она воспринимала просьбы лечь, стать в ту или иную позу, высунуть язычок вполне нормально. Но сейчас в ее руках была тяжелая порнография, где фотограф умело использовал композиции, улучшив их мастерским фотомонтажом. И вышло: юная Белла лесбиянка, Белла делает минет, Белла занимается сексом с одним, двумя, тремя! Кстати, парни снимались в трусах-стрингах телесного цвета, на фотографиях у них были неправдоподобно большие члены, как у коней.

— Гадость, — швырнула она фото на стол. — Это подделка.

— Да, — гордо сказал он. — Это высокохудожественный монтаж. А помнишь… Ага, вот он. Вполне невинно было. Ты на коленях, а сзади чувак держит тебя за грудь. Ну, у тебя и бюст был… И сейчас такой же?

— Чего ты хочешь, не пойму? — спросила она.

— Чего сейчас хотят в нашей стране? Бабок, дорогуша. Скажем, десять кусков, мелочь, не так ли? С одной мне удалось взять пятнадцать, конечно, зеленых. Брал по семь, восемь, кто сколько даст.

— Почему только негативы? На них и близко нет всей этой мерзости.

— Я и фотки отдам, любуйся. Негативы — это гарантия, что больше фотографий не будет.

Руки чесались врезать негодяю по роже, но Белла лишь закурила, надеясь придумать какой-нибудь ход. Еще толком с мадам Тюссо не расплатилась, теперь эта сволочь пристала. Вся его гаденькая фигура выражала уверенность, что он уложил ее на лопатки. Белла спросила, глядя на него в упор:

— Почему раньше не предложил? У меня было много любовников.

— Любовник не муж. Любовнику на прошлое плевать, а вот самолюбие мужей требует от жен добродетелей, а не сокрытых фактов биографии. Твой из этой породы. Да, спасибо, что напомнила. На еще.

По сравнению с предыдущей фотосессией, эти выглядели невинно, так, поцелуи с разными мужчинами вдвое старше Беллы. Она обомлела:

— Ты за мной по пятам ходил? Все эти годы?!

— Никого из вас не выпускал из виду. Это мой хлебушек. Знаешь, опасное дело я проворачиваю. Мне и морду бьют мужья, и с лестницы спускают.

— Заслуженно, — не преминула заметить Белла.

— Да, — согласился он. — Но редкий муж прощает жене ошибки молодости в таком большом количестве.

— А не пошел бы ты с фотографиями вместе?.. Экспертиза определит липу.

Она встала и направилась к выходу, он бежал рядом:

— Я мастер! На экспертизу уйдет уйма времени и бабок. Ты подумай, даю два дня.

Будь что будет, решила Белла, а выкупать фальшивку не станет.

Муж, конечно, требуемую сумму не дал, но фото купил. Он был вне себя, избил ее, а на предложение расстаться и не мучить друг друга рассмеялся:

— Ты сначала, грязная лгунья, верни мне деньги, которые я на тебя потратил.

Он и так не отличался мягкостью, а теперь превратился в изверга. Запирал Беллу дома, чтобы не сбежала, потом приходил и бил, после принуждал заниматься сексом. В полной мере она испытала рабство. Летом он не отпускал ее ни на шаг от себя, зимой — пожалуйста, иди куда вздумается, но без шубы и сапог, иди босая. Белла не могла понять, почему он, ненавидя ее, не разводится, и время от времени напоминает:

— Учти, убежишь, я тебя разыщу. Средств у меня хватит, чтоб из-под земли тебя выдернуть. Потом, моя красивая шлюха, пожалеешь, что на свет родилась.

Она и жалела. Мучилась, страдала и боялась его, не сомневаясь, что угрозы он осуществит. С мадам Тюссо встречалась редко-редко, когда удавалось ненадолго сбежать в его отсутствие, та жалела ее, а однажды начала так:

— Да, вляпалась ты. А таким приличным человеком прикидывался. Будет тебе, не реви, не поможет. Думай, что предпринять.

— А что я могу? Даже убежать нет возможности.

— На тот свет ему дорожку проложи. — Белла онемела. — Да, милая, да. Тут уж либо шкуру свою спасай, либо погибай. Твоему садисту надо помочь спуститься в ад, иначе он тебя в могилу сведет. Ишь, вдовец — распинался. Может, он и замучил прежних жен до смерти, теперь за тебя принялся, потом другую найдет. Короче, есть способ остаться в стороне. Подмешивай ему битое стекло. Возьми лампочку, измельчи до пыли и с чаем или компотом давай, чтобы не заметил. Не перестарайся только. При первых признаках болезни, а у него моча и фекалии с кровью пойдут, реже подмешивай. Стекло есть стекло, оно просто так не выйдет. Представь: почки, мочевой пузырь, кишки, сосуды как раздерет. Через месяц может подохнуть, поэтому будь осторожна. Дай ему по врачам побегать всласть. Те спишут на камни в почках и так далее. И ты станешь богатой вдовой, сама будешь выбирать, с кем спать.

— Боже мой… — шептала Белла. — Я не смогу… Ужас!

— Тогда подыхай.

— А если врачи докопаются и поймут, что его…

— Риск, конечно, есть. И большой, не скрою. Но он стоит того.

Как говорится, мадам Тюссо забросила ежа под череп. Белле грезилось освобождение, после очередного избиения она решилась. Нельзя сказать, что выбор дался ей легко, просто выхода не было. Первый раз подмешала стекло в кофе и, когда он выпил, пожалела о содеянном. Избрала тактику покорной жены, раньше, случалось, огрызалась, пыталась драться. Но он и после перемены в ней не изменился, напротив, зверел до крайности. Второй раз уже без сожаления, разозлившись и ненавидя, подмешала стекло в чай, затем еще и еще. И вдруг он занемог, появились первые боли, жаловался на внутренности, бегал по врачам и мстил Белле за то, что она здорова. Белла с ужасом ждала диагноза, прекратив поить мужа убийственной смесью. Он попал в больницу с внутренним кровотечением, она преданно за ним ухаживала, а затем он умер в мучениях. Она искренне оплакивала свой дьявольский поступок, но получила свободу.

Ее ждало самое страшное разочарование, удар едва не свел ее в психушку. Нагрянули кредиторы. Оказалось, что денег у мужа не было ни копейки, все фикция. Он жил на чужие средства, брал взаймы у знакомых, кредиты в банках с поручительством тех же знакомых, чтобы отдать им долг, и так далее. В общем, талантливый махинатор и садист. Белла спустила все, чтобы расплатиться, у нее осталась одежда, кое-какие украшения от прежних поклонников, отечественная машина, на которой она и прикатила в родительский дом. В общем, полный крах.

Разумеется, Зоя пикантных подробностей, например, от чего умер муж Беллы, не знала, следовательно, изложила те факты, о которых была в курсе. За время рассказа успела наглотаться спиртного, подливаемого Германом, и теперь даже проявила сочувствие к подруге:

— Понимаешь, настрадалась она сильно-пресильно. Я приезжала к ней, видела садиста, в смысле — мужа. Мне ее так жалко было, так жалко… Да мой по сравнению с ним просто рыбка. Повезло ей, что он подох. А на вид был здоровый, как… как бык! Да я бы на ее месте удавила его! Слушай. — И Зоя придвинулась к Герману, заговорила шепотом: — А не траванула ли она его, а? Шучу. Белла мухи не обидит… если только она не паук. Ха-ха-ха…

— Зойка! Какого хрена нажралась? — вытаращился Михасик.

— Имею право раз в год! — отмахнулась она и чуть не свалилась со стула, муж подхватил ее, расстроился:

— Ну все, изговняла весь вечер. Загружайся в машину.

— А мы? — спросила Белла Германа.

— Я сегодня до утра, — развел руками тот. — Видишь компанию в углу? Дебоширы, сто пудов. Извини, дорогая, но казино не могу оставить. Михаил, отвезешь Беллу?

— Нет проблем.

Едва машина Михасика скрылась, Герман прыгнул в свою и рванул домой. Белла, прошедшая огонь и воду, не так давно сочинявшая сказку про любимого мужа, Белла, о которой он составил мнение по экстерьеру, не та штучка, за какую себя выдает. Интересно, а почему Зоя пошутила, мол, не она ли траванула мужа? И про паука сморозила… «Хорошее» отношение к подруге. Одно понятно: и Зоя дерьмо, и Белла не конфета. Но теперь Герман уверен: Белле было что скрывать, чего не должен был заметить Герман, потому она и стерла запись.

Не переодеваясь, он сел у телевизора. Случайно на экране появилось изображение ног, бегущих на фейерверк… Герман напрягся. Что-то не то. Второй раз мелкнула мысль, что ноги…. Он отмотал пленку назад. Взрывы фейерверка, камера упала вниз… Так, побежали ноги…

Вот!!! Одна пара ног подошла к двери, которая сразу открылась, и вошла в кабинет, где находился отец! Вот он, убийца!!!

— Кто это? — подскочил Герман. — Кто был в белых брюках? Ага, я был в белом костюме, черной рубашке и в белом галстуке. Кто еще? Марат, так? Андрей пришел в белом костюме, голубой рубашке… Твою мать! И дядя Петя! Итак, четверо. Четверо! Я не убивал! Нет, еще одна подобная находка — и я буду сомневаться в себе. Значит, трое. Стоп. Мог еще кто-нибудь явиться в белых брюках, а я этого не помню. Надо посмотреть заново все записи, чтобы исключить остальных гостей.

18

В этот же субботний вечер Свете не сиделось дома, она слонялась по улицам. Звонил Марат, предупредил, что уезжает в командировку, значит, не приедет к ней. Одолевала скука. Заняться есть чем, но в голову ничего не лезет. Что ж, появилась возможность немного переосмыслить события последних месяцев. Все так стремительно развивалось, Света не успевала подумать, разобраться, все катилось как бы без ее участия, но варилась-то в этом она. И вот Света думала… ни о чем. Только настроилась на «подумать», а мысли улетучились. На лекциях то же самое. Что бы это значило?

Неожиданно ее охватило беспокойство. Навстречу шел человек, похожий на бомжа. Он был небольшого роста, неопределенного возраста, одет в старое полупальто, засаленные брюки, вязаную шапочку — когда-то синюю, на ногах стоптанные и грязные туфли с разными шнурками. Что в нем необычного? Да он попадается ей не впервые. Собственно, это не повод для паники, но он как-то особенно смотрит на нее. При встречах замедляет шаг и в упор смотрит! Вот и сейчас. Оба прошли небольшой отрезок неторопливо, глядя друг на друга. Только у Светы учащенно забилось сердце. Что ему нужно? Ведь явно он чего-то хочет. Света рассказала о странном бомже однокурснице, та озабоченно сказала:

— А вдруг это маньяк? Выжидает, чтоб напасть.

— У него была возможность напасть, почему не сделал этого?

— У психопатов мозги набекрень, у меня тетка психолог, так она просветила, что у маньяка, случается, главное — преследование жертвы. Он своими хождениями вокруг да около нагоняет на жертву страху, доводит ее до истерики и уже получает кайф. Когда жертва надоедает, он ее зверски убивает, завершая тем самым этап преследования. Это у него апогей. Потом ищет новую.

— Но почему меня? — ужаснулась Света.

— Кино посмотри про маньяков, там все наборы сдвигов. Может, ты ему напоминаешь его мать, а она была тварью. Или ты похожа на его первую любовь, которая вышла замуж за другого, вариантов миллион.

— Что же мне делать?

— Иди в милицию.

— И что мне им сказать?

— Что тебя пасет псих.

— И что они должны сделать?

— Ой, я не знаю. Приставят охрану к тебе, выловят маньяка, получат премию.

Однокурсница не тундра типа Светы, знает, о чем говорит. Выйдя из университета и завидев бомжа, Света с видом «я тебе сейчас покажу» отправилась в ближайшее отделение милиции. Милиционер в пятнистой форме и с автоматом наперевес, очень «вежливо» спросил:

— Тебе чего?

— Мне сказали, я должна к вам обратиться. За мной ходит маньяк…

Его губы расползлись в насмешливой улыбке:

— Тебе в дежурную часть.

И указал подбородком направление. От подобного приема захотелось убежать, но теперь вроде уже неудобно. Молоденький лейтенант выслушал сбивчивый рассказ тоже скептически. Света краснела, бледнела, толком не изложила сути. Подошел еще один, наклонился над столом, уперся подбородком в ладонь и с насмешливыми искрами в глазах поинтересовался:

— Что вы говорите, девушка, за вами ходит маньяк? И как, страшный?

— Он не страшный, он на бомжа похож.

— Вот бумага, пишите заявление.

Света написала, отдала. Лейтенант сказал, что надо переписать, форма не та. Света разозлилась:

— Издеваетесь? Почему сразу не сказали, как писать?

— Вы разве не знали, что писать следует на имя начальника, если излагаете в произвольной форме?

— И не хочу знать. — Света вырвала лист, разорвала его и ушла.

Вот и вся эпопея с милицией. Больше никогда туда не пойдет, клялась она.

* * *

— Ага, видимо, здесь причина, — разговаривал вслух Герман, с упорством глядя на экран. — Она испугалась. Во всяком случае, ведет себя… вон и глаза бегают со скоростью белки в колесе. А что она вырвала у мента? Еще раз… Нет, не пойму. Так, юношу отловить нужно. Эх, как она с ним! Ведь отвлекающий маневр делает, как я раньше не замечал? Да, у пацана что-то в руках… а Белла забрала. Сначала на него наехала, потом и ручку пожала, и поцелуем наградила. А если через компьютер увеличить предметы? Черт, техникой я не очень владею. Придется подучиться.

Начал накрапывать дождик. В сумерках последних дней сентября мелкие капли завораживали. Света не захватила зонт, а дождь набирал силу. Совсем не холодно, легко дышится. Маньяка нет, значит, напугала она его своим походом в милицию. Света стала под навес над витриной магазина, яркий свет витрины осветил длинные струйки. А дождь разошелся. Прохожие опрометью понеслись по образовавшимся лужам и вдруг…

— Девочка, — услышала возле себя Света.

Повернула голову… Под одним с ней навесом стоит бомж!!! Народ разбежался, только дождь, бомж и Света. Он повторил, сделав к ней шаг:

— Девочка, послушай…

Света ринулась под дождь. Бежала, попадая ногами в лужи, набирая полные туфли воды. Ноги принесли ее домой. Едва вставила ключ в замочную скважину — руки тряслись, да и вся Света дрожала. Повернув ключ в замке, очутилась у себя, захлопнула дверь и прижалась спиной к стене, безотрывно глядя на дверь. Чудилось, что сейчас она откроется сама собой и войдет маньяк. Ту-дух, ту-дух — заполняло сердце мертвую тишину.

* * *

Живя в маленьком городе, не встретиться невозможно.

— Здравствуй, Рита, давно тебя не видел. Как ты?

— Здравствуй, — после паузы неловко произнесла она и потупилась. — Я нормально.

Ему стало стыдно: кого подозревал? Случись подобное с ее матерью, она ни за что не подумала бы на Германа, а он…

— Прости меня, Рита, — сказал тихо.

— За что? — вскинула она на него глаза.

— За все. Я виноват перед тобой.

— Ты говорил мне это десятки раз. Нашел убийцу? — Рите не хотелось продолжать тему кающегося грешника.

— Нет. Но найду. Скоро.

— Извини, Герман, я тороплюсь. Желаю удачи.

Он долго смотрел ей вслед. А она ни разу не оглянулась. Ему надо тоже в ту сторону, но он пошел другой дорогой на урок к программисту. Если выбрать кадры с ногами подозреваемых, увеличить их на компьютере, а потом выяснить, кто в каких туфлях пришел на свадьбу, — таким образом можно вычислить убийцу по обуви. Очень просто.

— Поспать бы денька два, — размечтался Герман.