Обыкновенные инопланетяне

— Я бы на твоем месте не шутил, полицай! — грозно посоветовал Мень, но захват все же убрал.

— Ты просто про мое место не всё знаешь! — огрызнулся юноша, скидывая одежду. — Это называется — напросился к родне подзаработать! Думал, буду сидеть на базе, брехальники слушать, а здесь раздевают, вот-вот потопчут!

— Да кому ты нужен, блудодей конченый? — покривился здоровяк.

— Всем! — мгновенно отозвался Сунь. — Всё, я гол, как только что из мамы! Забирай тряпки!

— Ну тогда и я разденусь! — вдруг сказала молодуха Ики.

— Зачем, ты уже четвертой будешь… или пятой? — взялся отговаривать Мень — и недоуменно замолк.

— Я тоже родня полицайская! — криво усмехнулась нюйка. — Думаю, Ян догадался? Заберите кто-нибудь игольник и висюльку, больше у меня ничего нет. Я поварихой в группу шла.

— Ян, эти двое чистые! — удивленно сказал урод. — Действительно просто родня? Мэй, погляди и ты, вдруг чего заметишь?

— После наладчика? — усмехнулась женщина. — Вряд ли. Разве что… говорят, есть специальная ткань…

— Просто слухи! — качнул пальцами Чень. — Как генератор — да, это может быть. При ходьбе вырабатывается достаточно энергии, чтоб заряжать носимые устройства. Вот Уй такое носит, но и я тоже. Уверен, что и ты…

— Не дождешься! — отрезала беззлобно женщина. — Раздеваться не стану! И так лишних нашли!

— Ян! — напряженно сказала малышка из пище-сидельни. — Отойди! Уй — полицайка-главняк! Ее посмертие дожидается!

— Чень, отбери у психопатки оружие! — сердито распорядился Ян Хэк. — И… тихо! Идут сюда!

Бабушка Нико мгновенно и бесшумно переместилась к двери. Мастер Чень одним движением сгреб арсенал Уй вместе с ее одеждой и отступил к стене.

Они вломились в сарай уверенно и нагло, трое здоровых мордастых мужчин, по виду так настоящие господари. Вломились — и замерли, увидев обнаженную худышку Уй, которую держал за плечо Ян Хэк.

— Ян, они у меня на прицеле! — прошептал от стены урод Чень. — Стрелять?

— Ждем! — прошипела Кошка Мэй, чувствуя, как власть снова выскользает из рук. — Здесь все иное, не забываем! Может, они пришли с миром? Может, даже с помощью?

Один из пришедших заревел и ударил с размаху хувентуса по лицу. Сунь благоразумно улетел в кучу травы и не встал оттуда. Какой смысл лезть в драку без игольника?

Бабушка Нико беззвучно возникла за спинами пришедших, быстро прикоснулась к широким спинам раз и другой — и обидчиков хувентуса не стало. И наступила очень неприятная тишина. Все понимали, что бросили вызов новому миру — и тем самым развернули свои судьбы снова на путь борьбы и смерти. Но ведь не хотели!

— Сунь-члюнь! — наконец раздался из травы голос блудодея. — Опять?! Разве поживешь с вами счастливо до конца своих дней?! Уйду!

Хувентус поднялся, держась за лицо.

— Если хотите жить мирно, убивать нельзя! — завопил он. — Особенно — местных! Поменьше гордости, поменьше! Подумаешь, ударили! Ну побили бы нас, ну и что? Ну худышку Уй растянули бы на травке — ну и что? Зато дальше жили бы спокойно! А теперь за нами все полицаи этого мира станут гоняться! Еще все друзья убитых задумаются, куда делись три господаря! Задумаются — и быстро догадаются про нас! Эти-то приходили просто побить, а другие придут толпой и с оружием! С полицаями даже придут! Но бабушка Нико — гордая бабушка, убивает-не задумывается, вызов всем бросает, самой сильной себя ставит, нас под расправу подставляет! А сама не такая уж и сильная, не господарка даже! Как до столь преклонных лет дожила, непонятно!

Боевики неловко отводили глаза. Хувентус озвучил очень неприятную мысль, посетившую каждого. Может, стоило склониться, потерпеть? Бабушка Нико неуступчиво молчала.

— Уй тоже убить надо! — кровожадно заявила зеленоглазая малышка. — Заодно!

Уй сжалась и спряталась за спину Яна Хэка.

— У кого парализатор? — поинтересовался Ян Хэк, подумав.

— У меня! — смущенно признался Здоровяк Мень.

— Подстрели малышку! — распорядился профессор.

Робкая Весна дрогнула и упала. Толстяк Мень заботливо отнес ее на мягкое, потом подобрал дыродел и сунул себе за пояс.

Ян Хэк забрал у наладчика одежду Уй, сунул в руки полицайке и выразительно покачал пальцами — мол, давай-давай отсюда!

— Ты что делаешь?! — ахнула Мэй.

Уй затравленно отступила к выходу.

— Ты что делаешь?! — завопила Мэй, правда, даже не двинувшись с места.

Полицайка исчезла в темноте.

— Защищаю нас от ошибок, — устало сказал Ян Хэк. — Может, вы и не обратили внимания, но Уй — единственный среди нас специалист-инженер. Или вы считаете, нам специалисты не понадобятся? И еще — я устал убивать! Особенно — женщин. А вы?

— Она может привести местную полицию! — хмуро напомнила бабушка Нико.

— Это вряд ли. Кому интересны разборки среди бродяг в плавнях? Здесь и сканеров нет.

— И она точно не станет с нами сотрудничать! — хмыкнул Чень. — Раздевания она нам не простит! Женщина! Не то что блудодей.

— Я могу еще раз раздеться! — с готовностью предложил юноша, увернувшись от тяжелой руки Меня. — Ики тоже! Правда, Ики?

— Играться — ночью! — прошипела Кошка Мэй, потеряв терпение. — Бабушка Нико всех подставила, полицаи вот-вот прибегут, а мужчинам шутки в голову ударили? Мастер Чень, ну ты-то умный!

Урод Чень выглянул наружу и осмотрелся.

— Полицайка сидит на соседнем участке, там, где местный маскулин живет! — доложил он, радостно оскалившись. — Думает! Умная, значит, думать умеет! А на дороге господарская колымажка стоит, а больше никого! Скоро ее местные полицаи найдут, и ой-йо что нам будет!

— Надо убрать колымажку в мир иной, пока никто не обратил внимания! — решила Кошка Мэй. — Вдруг не подумают на нас? Сети тотального контроля мы не видели, может, ее здесь нет? Хорошо, если так… Чень, займись! Ты сам говорил, что носишь трусики-генераторы, у тебя энергии должно хватить!

— Уверен, что ты тоже, но у тебя размер больше… — попробовал воспротивиться Чень.

— Я одолжу тебе свои трусы, только иди и сделай! — ласково сказала Кошка Мэй.

Сунь подпрыгнул от восторга и начал высказывать разные предположения насчет мастера Ченя и женских трусов, Ики с хохотом поддержала. Чень стер улыбочку с лица и ушел в темноту. Вернулся он очень быстро, по пояс мокрым — и с рыбиной в руке.

— Что за география у соседнего мира?! — недоуменно сказал он. — Руковод в камень втерся, господари местные вроде в воздух, но уже колымажка — в пруд! Или в аквариум? Тогда он очень большой…

— О, рыбка! — оживилась Ики. — Я могу приготовить! Я умею! Чего улыбаетесь? Рыбу точно умею! Я поварихой в группу шла!

— Останешься поварихой! — решила Кошка Мэй. — Займись едой, только быстрей.

Ики сразу потеряла уверенность и позвала на помощь мастера Ченя. Вместе они подробно исследовали то, что принесла Кошка Мэй, и после колебаний кое-что разложили в центре сарая.

Мы подергали везде и нажали! — сообщила Ики робко. — Ничего не разогрелось, не разбухло, не запахло. Значит, вот это — готовая еда. Можно есть. Наверно, можно. Мастер Чень так считает. Он пробовал, и пока что жив…

Беглецы без приглашения тут же расселись в круг и принялись за очень поздний ужин — совсем как одна дружная семья. Даже угрюмая Робкая Весна очнулась и подсела к общему кругу, потому что очень хотела есть. Толстяк Мень с виноватым видом вернул ей дыродел. Бабушке Нико уступили почетное место рядом с едой.

Еда оказалась… странной, как и все в новом мире. Но по крайней мере они поели. И накатила вялость. Умотала всех проклятая биозащита!

— Братья, не расслабляться! — устало пробормотала Кошка Мэй. — Сил нет, я понимаю-сочувствую. Но надо выставить охрану. Мы не знаем, почему напали местные, но они напали, и я заметила, у них оружие было. Без охраны нельзя, братья!

Предложение не вызвало энтузиазма. Все украдкой поглядывали на кучу травы. Сейчас и такое ложе казалось элитной ночевальной ячейкой! Потом Чень с силой потер изуродованное шрамами лицо и вздохнул:

— Кошка Мэй сказала "надо". Мастер Чень согласный. Дели по сменам, Кошка Мэй. Наверняка уже решила, кому с кем?

Женщина неуверенно повела пальцами.

— Я делила, — призналась она. — Ох. И делила, и делила. И решила: пусть Ян Хэк разделит. Он профессор, он с фактами умеет работать, он про нас все понял. Ему и делить. Я вот не поняла, как он чиновников определил.

И Кошка Мэй внутренне усмехнулась. Пусть неприятную работу Ян Хэк делает, пусть недовольство на него копится! Как он разделит, интересно?

— Да, Ян Хэк, как про худышку узнал? — оживился мастер Чень. — А вот я не узнал, мне худышка Уй даже понравилась!

— Я ученый и поэт, — спокойно отозвался профессор. — Умею подмечать факты и выделять суть. Жизнь сделала нас всех очень разными. Я жизнь прожил и очень хорошо это вижу. Вижу каждого.

И Ян Хэк подарил уроду безучастный взгляд. Мастер Чень почему-то смешался и отвернулся.

— Первая смена — Кошка Мэй и хувентус Сунь, — сказал неожиданно Ян Хэк.

Кошка Мэй еле сдержалась, чтоб не вспыхнуть от чувств. Хувентус подарил ей загадочный и серьезный взгляд.

— За ними бабушка Нико и уважаемый богатырь Мень, — продолжил Ян Хэк. — Потом я и нюйка Ики. Мастер Чень с Робкой Весной в охране последние, вам досталось больше всех, отдыхайте. Мастер Чень, ты единственный знаешь, как выключить осветительный шар — сделай это. Ики, иди ко мне, нам вставать вместе и спать рядом…

Старого профессора проводили озадаченными взглядами все без исключения. Он явно разделил на пары по каким-то признакам — но вот по каким? Что он узнал про всех, что разделил столь странным образом?

Кошка Мэй и стройный хувентус выскользнули в темноту. На беглецов наконец опустилась ночь, так непохожая на ночи родины — без тотальной сети наблюдения, без россыпи спутников на низких орбитах, без сполохов небесной рекламы и сияния разметок полетных коридоров. Только вдалеке смутным малиновым светом напоминал о себе мегаполис.

Тем временем на родине

Фэй Цайпань включил связь. Нет, сначала-то он хотел брехальник выкинуть в бассейн, уж очень не к месту тот начал зудеть. Так удачно сложилось! Жена на курорте, где-то там… непонятно где, но далеко, раз не появляется, и умница Дяньчи давно спит, и как не посетить понятливую нюйку террасой ниже? А тут брехальник. И надо бы его выкинуть в бассейн, и чуть не выкинул уже, да призадумался. Он ведь не просто так зудит, брехальник-то. Кому-то что-то надо, вот что это значит. И стоило бы включить связь да пошипеть, так пошипеть, чтоб надолго желание зудеть начальнику выветрилось! И он уже собрался пошипеть, и даже слюны подкопил. А потом струсил. Вдруг пошипит на кого не надо? Вдруг это сам распределяльщик средств континента интересуется, как дочку ищут?! Ух, что тогда будет! Распределяльщик — он не слюной, он ядом шипеть может!

Так что Фэй Цайпань просто включил связь. И не ошибся.

Лицо главного полицая округа было багровым, даже в глазах красные прожилки. Вот как сердился главный полицай!

— С нюйкой играешься?! — сразу завизжал главный полицай. — Лоботомник! А у меня дворец воет! Немедля инженеров ко мне! Есть у тебя инженеры?! Лоботомник! И сам ко мне! Чтоб немедля!

Когда сам главный полицай округа визжит, чтоб немедля, лучше бежать. И Фэй Цайпань побежал.

Вот что за неудачный вечер? Хотя утро хорошо начиналось, и днем ничего не предвещало, а как сразу навалилось к темноте! Наследница распределяльщика всех средств континента пропала, и станция перемещений сгорела так неудачно. Хорошо, референт знает, что делать. И можно бы заглянуть к понятливой нюйке террасой ниже, и даже заглянул — но вот главный полицай визжит, и надо бежать! И дома-то тоже беда! Дяньчи, умничка и послушница, отчего-то бьется в истерике! А спрашиваешь, что случилось — только заикается! Так ведь и спрашивать некогда, главный полицай визжит! Так что Фэй Цайпань дал на всякий случай слугам по загривкам — вот и всё, что успел. И на полной скорости в управление. Тут не до соблюдения правил. Да и не помял никого, так, немного разве что.

Инженеры уже толпились возле площадки перемещений. Лоботомники! И нюйка-референт там же стояла. Эта не толклась, знала себе цену. Все равно лоботомница.

— Мой руковод, библиотека резонансных частот восстановлена, — доложила она гордо. — Как только получим новую станцию перемещений, можно будет сразу приступить к поискам боевиков!

— В хозяйство главного полицая округа всех давай-давай! — прошипел Цайпань. — Всех туда! И сама! Там станция перемещений стоит, особая станция! Быстро прыгайте в заповедник господарей, к главному полицаю! У него дворец воет! Техники ждут, бегом!

Нюйка-референт странно переменилась в лице, когда услышала, что станция перемещений, которую она униженно выпрашивала, оказывается, стоит преспокойно в соседнем блоке без дела. Цайпань даже позлорадствовал: умна нюйка, а до простых секретов не допущена, и не будет допущена, хоть какой ум имей!

— Оборудование какое брать? — все же спросила референт.

— Не умничай! Бери, чего надо!

— Надо десант-комплекты, а они на выдаче отсутствуют! — угрюмо сказала нюйка. — Хотя должны были поступить, я сама заказывала!

— Давай-давай!

Цайпань еле сдержался, чтоб не ткнуть референта в загривок. Заказывала она, лоботомница! Десант-комплекты давно по отчету прошли, как полученные! Фэй Цайпань знает, как распределять! Умная, а не понимает, что их еще списывать надо. Вот на этот выход и списать! Сама и спишет, лоботомница…

Собирались долго, тащили чего-то, нюйка-референт ругалась с инженерами, командовала. Ну, может, она и понимала, чего командовала. А вот Фэй Цайпань понимал, что бегом надо! Там главный полицай визжит!

Главный полицай уже не визжал. Он хрипел. Рядом крутили мордами две охранные твари, искали, кого порвать. Фэй Цайпань обзавидовался: дорогие были у главного полицая твари! С такими и живощиты не нужны!

Твари заметили прибывшую цель и начали подбираться для прыжка. Живощиты нервно выставили скорострелы. Фэй Цайпань похолодел от ужаса. А если выстрелят?! За тварей главный полицай сам загрызет, они же штучные, других таких не найти! А не стрелять — твари загрызут! Ой, фэй-блей, что делать-то?

Твари вдруг разом повернули морды к парку. И рванули с места. Фэй Цайпань обмер. Вот это скорость! Кинулись бы на него — не успели б живощиты! Но твари кинулись на каких-то маскулинов в парке. Ну, маскулинов не жалко. Здоровые такие маскулины, головы без волос — и светлые, фэй-блей! Кто они такие? Как попали в заповедный мир господарей?!

Здоровенный маскулин крутнул бритой головой на мощной шее, увидел тварей и переменился в лице. И потащил что-то из-за пазухи, и двое других потащили тоже. Цайпань даже сразу не понял, что. И живощиты не поняли, лоботомники. А маскулины начали стрелять, да так метко! Охранные твари кувыркнулись одна за другой… и сдохли! А маскулины вытаращили бешено глаза и поперли на живощитов! Живощиты опомнились, застрекотали скорострелы…

Главный полицай округа сипел и держался за бок. В парке поверх убитых тварей валялись издырявленные маскулины. И Фэй Цайпань точно заметил, что живощиты и тварям на всякий случай добавили, чтоб те не встали. Всё равно же их маскулины пристрелили, разве не так? И правильно живощиты сделали! Но вдруг и главный полицай заметил? Ух, что будет!

— Убийцы! — сипел главный полицай. — Убийцы Аспанбека здесь! Во дворце воют! В парке стреляют! Цайпань, спаси меня! Я жить хочу! Цайпань!..

Фэй Цайпань обошел главного полицая и осторожно подошел ко дворцу. Ничего такой дворец, Цайпань и себе такой хотел бы, да не пускают пока что Цайпаня в заповедный мир господарей! Один фасад сколько стоит! Это же не фасад, а стена с барельефами с Новых Островов! За одну такую стену два дворца в предгорьях купить можно, и неплохих таких дворца, не хуже, чем у Цайпаня!

И эта стена действительно выла. И пахла.

Нюйка-референт подошла к стене, прислушалась и заинтересованно сунула травинку в какую-то щель. Стена закашлялась.

— Повезло дураку! — хладнокровно отметила нюйка. — Срезонировал в камень, а около лица щель. Будем ломать, иначе сдохнет дурак!

— Пусть дохнет! — засипел главный полицай. — Не трогать стену! Такой стены и у главного распределяльщика всех средств континента нету!

Нюйка раздраженно взмахнула пальцами и отошла к инженерам, которые расставляли какое-то оборудование. Видимо, она понимала, что инженеры делают, потому что и сама взялась крутить и подключать. И Фэй Цайпань с сожалением понял, что не его круга нюйка. И умна, и костюм техника как ладно на ней смотрится — но не господарка. Ну и что, что отчим — старый вор? Граница не по сословиям проходит, а по головам! Господари распределяют! А белхалаш — работают! Вот и нюйка — пошла работать. И тем решила свою судьбу. Плохо ее отчим наставлял!

Подковылял главный полицай.

— Какой вечер плохой! — просипел он с одышкой. — А так день хорошо шел! Пораспределял — и неплохо пораспределял! И нюйка загостилась, ничего такая нюйка, старательная! И тут стена завыла! Твари мечутся, нюйка напугалась, заикается, живощиты, лоботомники, в стену чуть не выстрелили! И что-то ты, Цайпань, не спешил! И твои живощиты моих тварюшек убили, я видел! И стену мне ломать хотел! Фэй Цайпань! А ты в моей ли команде?

Цайпань похолодел. Главный полицай пялился подозрительно и страшно.

— Главный полицай! — бесцеремонно вклинилась нюйка-референт. — Два трупа опознаны! То живощиты нашего отдела! Мы рассчитали — из смежного мира переброски! И если задействуем вашу станцию перемещений — прямо сейчас проведем поиск боевиков!