Русская литература XIX века. 1801-1850: учебное пособие

«Евгений Онегин». «Пусть идёт время и приводит с собой новые потребности, новые идеи, пусть растёт русское общество и обгоняет «Онегина»: как бы далеко оно ни ушло, но всегда будет оно любить эту поэму, всегда будет останавливать на ней исполненный любви и благодарности взор», – предсказание Белинского сбылось. Только за последнее время вышло несколько новых книг и более десятка статей, посвящённых анализу романа.

Пушкин писал своё произведение восемь лет – с 1823 по 1831 г. Его главы выходили в свет по мере их окончания. Первая была напечатана в 1825 г. С тех пор и до сегодняшнего дня роман не исчезает из поля зрения критиков и читателей. И не только в нашей стране. В 1964 г. в Нью-Йорке вышел в свет очередной комментарий к «Евгению Онегину», подготовленный на этот раз

В.В. Набоковым. В 1983 г. в Лондоне был опубликован новый перевод романа на английский язык.

События, описанные в произведении Пушкина, ничего, казалось бы, необычного в себе не содержат. Молодой петербургский дворянин, промотав в светских развлечениях остатки состояния, едет в деревню в надежде на наследство умирающего дяди. Его соседом по имению оказывается молодой помещик Владимир Ленский, познакомивший Онегина с семейством Лариных. Старшая из сестёр, Татьяна, влюбилась в Онегина и написала ему письмо-признание. Между тем Онегин и Ленский поссорились. Произошла дуэль, на которой Ленский погиб. Отвергнув чувства Татьяны, Онегин уезжает путешествовать. Прошло несколько лет. В Петербурге Онегин вновь встречает Татьяну. Теперь он объясняется ей в любви, но в ответ слышит:

Я вас люблю (к чему лукавить?),Но я другому отдана;Я буду век ему верна.

На этой безысходной трагической ноте Пушкин и завершает своё повествование. В чём же секрет произведения, обеспечивающий постоянный интерес к нему и завидное долголетие? Ответ на этот вопрос многое проясняет в одном из самых значительных и сложных творений мировой литературы.

Прежде всего следует сказать об отличительной черте таланта Пушкина – его умении концентрировать в малом огромное, спрессовывать картины мироустройства в поэтическом атоме. «Евгений Онегин» – по объёму сравнительно небольшое произведение. Но Белинский имел все основания назвать его энциклопедией русской жизни: по богатству содержания роман – явление исключительное. В нём с большой полнотой воссозданы картины столичной и деревенской жизни в будни и в праздники, воссоздано историческое время – первая четверть XIX в. – как в его центральных, узловых моментах, так и в деталях, в бытовых подробностях. Не следует только прямолинейно толковать эту особенность романа. «Евгений Онегин» – художественное произведение, а не собрание словесных иллюстраций к русской истории.

Все это богатство фактического материала, достоверностью которого Пушкин очень дорожил («смеем уверить, что в нашем романе время расчислено по календарю»), служит поэту для создания особого художественного мира. Он и похож, и одновременно не похож на мир реальной русской жизни.

«Энциклопедичность» «Евгения Онегина» заключается не только в щедрости и выразительности изображённого, но и в редком богатстве, многогранности проблематики. Безусловно, интерес к роману поддерживается и тем обстоятельством, что многие из поставленных в произведении вопросов относятся к разряду вечных:

Меж ими всё рождало спорыИ к размышлению влекло:Племён минувших договоры,Плоды наук, добро и зло,И предрассудки вековые,И гроба тайны роковые,Судьба и жизнь в свою чреду,Всё подвергалось их суду.

Каждое новое поколение, вступающее в жизнь, вновь и вновь возвращается к этому, обозначенному Пушкиным, кругу проблем.

Содержательность «Евгения Онегина», однако, лишь одна из составляющих его успеха. Другая – заключена в жанре.

В 1823 г., начав работу, Пушкин сообщал Вяземскому: «…я теперь пишу не роман, а роман в стихах – дьявольская разница». Завершая свой труд, в предпоследней строфе последней главы поэт писал:

Промчалось много, много днейС тех пор, как юная ТатьянаИ с ней Онегин в смутном снеЯвилися впервые мне —И даль свободного романаЯ сквозь магический кристаллЕщё неясно различал.

Обратим здесь внимание только на один аспект затронутой проблемы. Роман – традиционно, с древнейших времен – вид эпического искусства. Определяющим, ведущим в нём выступает момент объективного художественного исследования. В «Евгении Онегине» (действительно – разница большая!) важную роль играет также начало субъективное, личное. В нём постоянно ощущается присутствие Пушкина в качестве участника описываемых событий. В романе отразились вкусы, симпатии, привязанности поэта. Известны его отношения к театру и актёрам, оценки различных литературных произведений и писателей. Нередко Пушкин, отойдя от основной сюжетной линии произведения, в многочисленных отступлениях рассказывает о своей жизни и своём творчестве. Определение жанра романа как свободного, данное самим поэтом, удачно характеризует его художественное своеобразие.

Необычность повествования – в открытой связи автора со своими персонажами. Он внимательно следит за ними, удивляется их поступкам, комментирует и оценивает их суждения:

Письмо Татьяны предо мною;Его я свято берегу,Читаю с тайною тоскоюИ начитаться не могу.

Поэт признается: «Я так люблю Татьяну милую мою». Ему нравятся её скромность, чистота души, сила чувства, искренность. Татьяна любила природу, любила читать, была мечтательна и задумчива. Это – милый поэтический образ русской девушки. Онегин поразил её воображение: он был так не похож на молодых помещиков, окружавших Татьяну, – «пора пришла, она влюбилась». Письмо Татьяны Онегину – одна из самых задушевных и прелестных страниц русской поэзии. Оценка героини, её место указаны самим Пушкиным: «Татьяны милый идеал». По сию пору, не уменьшаясь, но возрастая, нравственный авторитет Татьяны является непререкаемым. Чистота её облика, глубина её чувства неизменно привлекают симпатии читателей. Воспитательное влияние образа открывается с помощью слов Пушкина: «Цель художества есть идеал, а не нравоучение».

Композиционное значение образа Татьяны в том, что без сопоставления с ним не может быть понята эволюция Онегина.

Своеобразие жанра сказалось и в языке романа. Он полон иронии – от доброй, еле заметной улыбки до язвительного сарказма. Люди, лишённые чувства юмора, вряд ли смогут правильно оценить многие ситуации и характеры в произведении.

Онегин, добрый мой приятель,Родился на брегах Невы,Где, может быть, родились выИли блистали, мой читатель;Там некогда гулял и я:Но вреден север для меня, —

писал Пушкин в первой главе. Ирония в словах «Вреден север для меня» призвана замаскировать намёк на южную ссылку поэта. Именно к этим словам Пушкиным было, на всякий случай, сделано примечание: «Писано в Бессарабии».

Только непониманием пушкинской иронии можно объяснить те суждения критиков о Ленском, в которых он представал карикатурой на поэтов-романтиков, оторванных от жизни. Пушкин действительно посмеивается над юным поэтом, который «пел поблеклый жизни цвет без малого в осьмнадцать лет». Можно вспомнить также строфы 37–39 в главе шестой, в которых Пушкин описывает возможную судьбу Ленского, останься он жив. Конечно же, ирония здесь несомненна. Но где же карикатура? Да и мог ли Пушкин издеваться над тем, чем еще вчера жил сам, чем жили его друзья, поэты-романтики Дельвиг, Вяземский, Козлов и другие?

Отношение Пушкина к Ленскому довольно сложно. Вообще однозначные оценки персонажей и ситуаций романа чреваты ошибками. И особая осторожность нужна в суждениях о главном герое. Недаром Пушкин решительно вступил в полемику с критиками ещё до окончания романа, причем в ряде случаев – прямо на его страницах. Так, предупреждая возможность слияния в сознании читателей и критиков автора и героя, что нередко встречалось в предшествующей романтической литературе, Пушкин писал в конце первой главы романа:

Всегда я рад заметить разностьМежду Онегиным и мной,Чтобы насмешливый читательИли какой-нибудь издательЗамысловатой клеветы,Сличая здесь мои черты,Не повторял потом безбожно,Что намарал я свой портрет,Как Байрон, гордости поэт,Как будто нам уж невозможноПисать поэмы о другом,Как только о себе самом.

Понять «свободный» роман Пушкина можно, только учитывая особенности его лироэпического жанра, своеобразие личности и судьбы его создателя. Совершенно прав был Белинский, писавший о «Евгении Онегине»: «“Онегин” есть самое задушевное произведение Пушкина, самое любимое дитя его фантазии, и можно указать слишком немногие творения, в которых личность поэта отразилась бы с такой полнотой, светло и ясно, как отразилась в “Онегине” личность Пушкина. Здесь вся жизнь, вся душа, вся любовь его; здесь его чувства, понятия, идеалы. Оценить такое произведение значит – оценить самого поэта во всём объёме его творческой деятельности».

Французский писатель Антуан де Сент-Экзюпери среди высших ценностей жизни поставил «роскошь человеческого общения». Секрет обаяния «Евгения Онегина» еще и в том, что он выдержан в характере живой, непринужденной беседы с читателем. Интересно и поучительно общаться с таким умным, тонким, ироничным собеседником, как Пушкин!

В истинно художественном произведении нет ничего незначащего. Каждая деталь, даже мелочь, способна сказать о многом. Пушкин часто называл свои произведения именами главных героев – Кавказский пленник, Борис Годунов, Дубровский и т. п. Конечно же, это не случайно. Поэт прямо указывает читателю на ключевую, центральную роль того или иного персонажа в произведении. Естественно, что в поисках ответа о причинах долголетия романа следует обратиться к судьбе его главного героя.

Каждый человек – продукт своего времени. Его взгляды, привычки, манера поведения, иерархия ценностей складываются под влиянием родителей и близкого окружения. В другое время и в другом обществе они могут выглядеть странными и неприемлемыми. Сегодня, например, абсурдной покажется сама постановка вопроса, что важнее – честность или хорошее французское произношение. Однако было время, когда подобный вопрос в определённых обстоятельствах решался в пользу произношения. В таком уродливом, с нормальной точки зрения, виде формировалась исходная позиция в мировоззрении Онегина. С общечеловеческих позиций ему предстоял путь, какой обычно совершает мыслящая личность, пробиваясь к истинным ценностям сквозь предрассудки и ложные мнения, обретённые в результате дурного воспитания или соответствующего окружения. Ведь главное в романе Пушкина – история становления человеческой личности: Онегин, с которым читатель расстаётся в конце романа, совсем не похож на того юнца, с кем встретился вначале.

С иронией рассказывает Пушкин об отце Онегина, который жил долгами, «давал три бала ежегодно и промотался наконец»,

о детстве своего героя, которого учитель, «француз убогой, чтоб не измучилось дитя, учил его всему шутя». Мальчика готовили к тому, чтобы, оказавшись в светском петербургском обществе, он был как все, и добились многого:

Когда же юности мятежнойПришла Евгению пора,Пора надежд и грусти нежной,Monsieur прогнали со двора.Вот мой Онегин на свободе;Острижен по последней моде,Как dandy лондонский одет —И наконец увидел свет.Он по-французски совершенноМог изъясняться и писал;Легко мазурку танцевалИ кланялся непринужденно;Чего ж вам больше? Свет решил,Что он умён и очень мил.

Слова и поступки Онегина, каким он был в восемнадцать лет, диктовались не естественными внутренними, интеллектуальными или эстетическими, потребностями, а стремлением во всем походить на людей своего круга. Молодой человек совершенно не задумывался над своими обязанностями по отношению к окружающим людям и миру. Он уверен в своём праве эгоистично срывать цветы удовольствия.

Пушкин тонко показывает ограниченность своего героя. Конечно, он – не злой, не жестокий человек, не тиран, каких немало было в его среде. Более того, из модных веяний он улавливает и вольнодумство. Не стоит забывать, что по году рождения Онегин – сверстник многих декабристов. В светском обществе того времени они имели определённое влияние. Но Онегина все это затрагивает лишь поверхностно. Оказавшись в деревне, Евгений облегчил судьбу своих крепостных. Пусть для того, «чтоб только время проводить». Но не пустился же он в дикие феодальные потехи, каким предавались иные его современники.

Одним из страстных увлечений юного Пушкина был театр. Титул «почётного гражданина кулис», каким увенчал поэт своего героя, по праву мог носить он сам. Но как ведет себя Евгений в театре?

…Онегин входит,Идёт меж кресел по ногам,Двойной лорнет скосясь наводитНа ложи незнакомых дам;Все ярусы окинул взором,Всё видел: лицами, уборомУжасно недоволен он;С мужчинами со всех сторонРаскланялся, потом на сценуВ большом рассеянье взглянул,Отворотился – и зевнулИ молвил: «Всех пора на смену;Балеты долго я терпел,Но и Дидло мне надоел».

Онегин ездит в театр, потому что это входит в набор тех действий и поступков, которые отличают светского человека: он должен бывать в театре, и он туда едет. Им руководят отнюдь не эстетические потребности. Недаром Пушкин снабжает процитированную строфу специальным примечанием: «…Балеты г. Дидло исполнены живости воображения и прелести необыкновенной…» Но Онегин равнодушен к красоте. Это подтверждается и позднее:

Деревня, где скучал Евгений,Была прелестный уголок;Там друг невинных наслажденийБлагословить бы небо мог.Что же Онегин?Два дня ему казались новыУединённые поля,Прохлада сумрачной дубровы,Журчанье тихого ручья;На третий роща, холм и полеЕго не занимали боле;Потом уж наводили сон…

Как не мог Евгений воспринять и оценить красоты театрального искусства, точно так же не в состоянии он почувствовать очарования русского пейзажа. Такова расплата за бездумное, пустое, светское времяпрепровождение, за эгоизм и равнодушие. Для Пушкина эстетическая глухота в человеке – существенный изъян, важный показатель.

Образ жизни молодого Онегина многие дворяне вели до старости: полнейшее безразличие ко всему, кроме личных материальных благ, карьеры, орденов, поместий. Но герою романа Пушкина был уготован другой путь:

Недуг, которого причинуДавно бы отыскать пора,Подобный английскому сплину,Короче: русская хандраИм овладела понемногу,Он застрелиться, слава Богу,Попробовать не захотел,Но к жизни вовсе охладел.Как Child-Harold, угрюмый, томныйВ гостиных появлялся он;Ни сплетни света, ни бостон,Ни милый взгляд, ни вздох нескромный,Ничто не трогало его,Не замечал он ничего.

Не стоит спешить с оценкой происшедшего с Онегиным. Томная разочарованность, жалобы на скуку, на однообразие жизни тоже входили своеобразным компонентом в тот облик светского молодого человека, какой был моден в Петербурге в то время.

Однако несколько месяцев, проведенных в деревне, показывают, что состояние Онегина на этот раз не вызвано желанием выглядеть, как все, не отстать от моды. Оно оказалось глубоким и стойким. Что же произошло?

Видимо, в какой-то мере Евгений почувствовал, что жить так, как жил он, – недостойно человека. Может быть, это случилось под влиянием друзей? Ведь среди них находился Каверин, приятель самого Пушкина. Может быть, под влиянием чтения? Поэт не называет книг в интерьере кабинета «философа в осьмнадцать лет». Другие вещи занимали тогда его внимание:

Янтарь на трубках Цареграда,Фарфор и бронза на столе,И, чувств изнеженных отрада,Духи в гранёном хрустале;Гребёнки, пилочки стальные,Прямые ножницы, кривыеИ щётки тридцати родовИ для ногтей и для зубов.

Позже, правда, книги появились:

Томясь душевной пустотой,Уселся он – с похвальной цельюСебе присвоить ум чужой;Отрядом книг уставил полкуЧитал, читал, а всё без толку:Там скука, там обман иль бред;В том совести, в том смысла нет;………………………………..Как женщин, он оставил книги,И полку, с пыльной их семьей,Задёрнул траурной тафтой.

Тафта, однако, оказалась задернутой не навсегда. Когда Онегин после дуэли покинул деревню, его кабинет посетила Татьяна. Она с интересом прочитала его книги: «Хранили многие страницы // Отметку резкую ногтей».

Почему же все-таки Пушкин не сказал о причинах нравственного переворота в душе своего героя более определённо? Здесь, видимо, сказалась та особенность его художественной манеры, которая будет названа (в отношении, правда, к его прозе) «психологизмом без психологии». Пушкин действительно редко описывает душевное состояние героя непосредственно, прямо. Он рассказывает о его поступках. А читатель сам по поведению героя должен представить себе то, что происходит в его душе.

Происшедшее с Онегиным трудно переоценить. Его разочарование и тоска оказались следствием сомнений и колебаний: он начал мыслить. Важнейший момент в эволюции личности – переход от бездумного, эгоистического существования к сознательному, человеческому бытию, к духовности. Рушится прежняя, возникает новая система ценностей.

В деревне Онегин знакомится с Ленским, с Лариными. Евгений уже знает, что жить по-прежнему, по-петербургски, он более не сможет. Но как, чем жить дальше?

В общении с новыми знакомыми, в чтении и раздумьях идут подспудные поиски ответа. Прошлое, однако, цепко держит Онегина. Оно не даёт ему увидеть и понять Татьяну. Оно выводит его на дуэль с Ленским:

Не засмеяться ль им, покаНе обагрилась их рука,Не разойтиться ль полюбовно?Но дико светская враждаБоится ложного стыда.

Потребовалась катастрофа, чтобы Онегин смог окончательно освободиться от прежнего и осознать всю глубину своего падения.

…Убив на поединке друга,Дожив без цели, без трудовДо двадцати шести годов,Томясь в бездействии досугаБез службы, без жены, без дел,Ничем заняться не умел.

Верный своим принципам, Пушкин и теперь не впускает читателя во внутренний мир своего героя, лишь слегка приоткрывая завесу над ним. Очевидно только, что когда через несколько лет Онегин после странствий возвращается в Петербург, ему открывается наконец в Татьяне её внутренняя красота и благородство, которые в деревне он ещё не мог ни разглядеть, ни оценить.

Известно, что, закончив роман, поэт составил его план, где указаны предположительные названия глав, место и время их создания:

Часть первая. Предисловие.

I песнь Хандра Кишинёв, Одесса.

II Поэт Одесса.1824

III Барышня Одесса Мих.1824

Часть вторая

IV песнь Деревня Михайлов. 1825

V Именины Мих.1825.1826

VI Поединок Мих. 1826

Часть третья

VII песнь Москва Мих. П.Б. 1827. 8.

VIII Странствие Моск. Павл. 1829.Болд.

IX Большой свет Болд.

Впоследствии Пушкин отказался от названий глав, ограничившись эпиграфами к ним. Восьмая глава была исключена. На её место передвинулась девятая – «Большой свет». Кроме того, была написана десятая глава, которая для печати не предназначалась. 19 октября 1830 г. Пушкин сжёг ее.

Вернемся к плану романа. Обращает на себя внимание пятилетний перерыв в работе над образом главного героя. Закончив в 1826 г. шестую главу с описанием дуэли, Пушкин возвращается к судьбе Онегина только в 1830, так как в седьмой главе герой участия не принимает, а восьмая была исключена. В чём же дело?

Пушкин работал над произведением восемь лет. За это время многое изменилось в России. Изменился и сам Пушкин. Эти изменения отразились в романе. Судьбы и характеры его персонажей показаны в развитии, в движении. Еще в романтических поэмах «Кавказский пленник» и «Цыганы» Пушкин писал о героях, не удовлетворённых жизнью, ищущих счастья. Эта же тема, но уже в реалистическом плане была поставлена в «Евгении Онегине». Она была подсказана поэту русской действительностью того времени.

Получив наследство, Онегин поселился в деревне и решил заняться хозяйственными делами, читать и писать, «но труд упорный ему был тошен; ничего не вышло из пера его». С помещиками, жившими по соседству, Онегин отношений не поддерживал: их разговоры «о сенокосе, о вине, о псарне, о своей родне» были ему неинтересны. Он не находит себе места в окружающей жизни, не находит достойного дела и глубоко страдает от этого. Трагедия Онегина – это трагедия многих «очнувшихся» молодых людей того времени. Русская жизнь не давала им возможности приложения своих способностей и сил. Некоторые из них нашли свое призвание в общественной деятельности, немногие – в научном и художественном творчестве. Но Онегин был просто «добрый малый, как вы да я, как целый свет», и путь в эти сферы был для него до поры до времени закрыт.

Складывается впечатление, что пятилетний перерыв в работе над характером главного героя был вызван неясностью для автора его дальнейшего пути. В критике много говорили о том, что Пушкин в заключение романа собирался сделать Онегина декабристом. В доказательство приводили книги, вошедшие в круг чтения героя после его возвращения из странствий. Они были настольными у многих декабристов. Но такой навязанный подход к судьбе персонажа в принципе невозможен для Пушкина. Вспомним его письмо, где он делился с приятелем своими чувствами: «Представь, какую штуку удрала со мной моя Татьяна. Она замуж вышла. Этого я никак не ожидал от неё».

В 1830 г., вернувшись после пятилетних раздумий к судьбе своего героя, Пушкин в соответствии со своими новыми принципами даёт ему возможность возродиться через любовь.

Белинский справедливо писал: «Силы этой богатой натуры остались без приложения, жизнь без смысла, а роман без конца». В таком «открытом» финале заключен глубокий художественный смысл. Читателю предоставлена возможность поразмышлять над различными вариантами судеб персонажей произведения. Но для самого Пушкина их дальнейшие конкретные пути не так важны. Он сказал главное – о необходимости и важности духовности в человеке, той духовности, которая внушает ему высокие идеалы свободы, добра и справедливости. На это обстоятельство обратил внимание ещё Белинский, отметив, что в романе «Евгений Онегин» Пушкин является не поэтом только, но и представителем впервые пробудившегося самосознания – заслуга безмерная.

Евгений Онегин – человек пушкинского времени. На это обстоятельство указывали ещё современники поэта, называя его роман историческим произведением, хотя в числе его героев нет ни одного исторического лица. Но и как во всяком подлинно художественном произведении, в «Евгении Онегине» сквозь конкретно-историческое просвечивает общечеловеческое. Мучительные нравственные и духовные терзания, пережитые Онегиным, могут быть уделом любой человеческой личности независимо от национальности и эпохи. Вот еще почему ярлык «лишнего человека», старательно наклеиваемый на персонаж Пушкина столько десятилетий, не просто ошибочен – он оскорбителен.

Одна из самых сильных сторон поэтического дарования поэта – умение рисовать поэтические картины обыкновенных заурядных сторон жизни. Особенно ярко это умение проявилось в «Евгении Онегине». В нём Пушкин совершил поэтическое открытие русской действительности.

Подчеркивая новаторский реалистический характер романа, Белинский назвал его «энциклопедией русской жизни и в высшей степени народным произведением». Но это определение, как уже говорилось, нельзя понимать буквально. В «Евгении Онегине» нет, например, картин жизни крестьян, составлявших тогда большинство населения России. Белинский говорит не столько о том, что изобразил поэт, сколько о том, как изобразил. Когда он описывает, к примеру, жизнь поместных дворян, то делает это с исчерпывающей полнотой, не забывая о мельчайших деталях быта.

Особенности в высшей степени народного произведения разъясняются в словах Н. Гоголя: «Истинная национальность состоит не в описании сарафана, но в самом духе народа; поэт может быть даже и тогда национален, когда описывает совершенно сторонний мир, но глядит на него глазами своей национальной стихии, глазами всего народа, когда чувствует и говорит так, что соотечественникам его кажется, будто это чувствуют и говорят они сами».

Роман Пушкина – подлинная сокровищница русского языка. Словарное богатство его огромно.

Объектом пристального изучения остаётся стих романа. Четырнадцатистишная онегинская строфа благодаря своей удивительной гибкости, музыкальности, выразительности чудесным образом сумела передать все богатейшие оттенки мыслей и чувств поэта. Русский стих под пером Пушкина приобрёл необыкновенную свободу и естественность.

Роман «Евгений Онегин» во всех своих компонентах – подлинный шедевр высокого искусства. Обращаясь к нему, читатель удовлетворяет свою потребность в прекрасном. И в этом тоже заключён секрет неизменного и большого интереса к произведению.

Пушкин писал: «…между тем, как понятия, труды, открытия великих представителей старинной астрономии, физики, медицины и философии состарелись и каждый день заменяются другими – произведения истинных поэтов остаются свежи и вечно юны».

Такой свежей и вечно юной предстает и сегодня его великая книга – роман «Евгений Онегин».

Творчество 30-х годов

18 февраля 1831 г. Пушкин обвенчался с Натальей Николаевной Гончаровой. У них было два сына – Александр и Григорий и две дочери – Наталья и Мария. «Жена моя прелесть, и чем до-лея с ней живу, тем более люблю это милое, чистое, доброе создание, которого я ничем не заслужил перед Богом», – писал поэт матери Натальи Николаевны в августе 1834 г.

Литературные занятия Пушкина в 1830-е гг. поражают своим многообразием и глубиной. Продолжая писать гениальные стихи, он создал русскую прозу. Итогом его научных исследований в области русской истории стали «История Пугачёвского бунта» и неоконченная «История Петра Великого».

Лирика 1830-х гг. представлена рядом актуальных политических стихотворений – «Клеветникам России», «Бородинская годовщина», «Перед гробницею святой», «Полководец», «На выздоровление Лукулла» и др. Выше уже говорилось о цикле религиозных стихотворений Пушкина, появившихся в эти годы. Незадолго до смерти он писал: «Есть книга, коей каждое слово истолковано, объяснено, проповедано во всех концах земли, применено ко всевозможным обстоятельствам жизни… Сия книга называется Евангелием, – и такова её вечно-новая прелесть, что если мы, пресыщенные миром или удручённые унынием, случайно откроем её, то уже не в силах противиться её сладостному увлечению и погружаемся духом в её божественное красноречие». Результатом такого погружения и явились стихотворения «Странник», «Напрасно я бегу к сионским высотам», «Подражание итальянскому» и др. В стихотворении «Отцы пустынники и жены непорочны…» Пушкин блестяще переложил популярную великопостную молитву Ефрема Сирина:

…Владыко дней моих! дух праздности унылой,Любоначалия, змеи сокрытой сей,И празднословия не дай душе моей.Но дай мне зреть мои, о Боже, прегрешенья,Да брат мой от меня не примет осужденья,И дух смирения, терпения, любви И целомудрия мне в сердце оживи.

Надо заметить, что в последние годы жизни Пушкин не раз возвращался к своим кумирам прежних лет – к Шекспиру («Анжело»), Данте («И дале мы пошли – и страх обнял меня»), к античным авторам («Подражания древним», две оды из Анакреона, «Кто из богов мне возвратил…» и др.).

Начиная с 1830 г. Пушкин пишет сказки: «Сказку о попе и работнике его Балде» (1830), «Сказку о медведихе» (1830), «Сказку о царе Салтане, о сыне его славном и могучем богатыре князе Гвидоне Салтановиче и о прекрасной царевне Лебеди» (1831), «Сказку о рыбаке и рыбке» (1833), «Сказку о мёртвой царевне и о семи богатырях» (1833), «Сказку о золотом петушке» (1834).

Сказки – это еще одно доказательство постоянного и глубокого интереса поэта к устному народному творчеству. Они свидетельствуют, что он превосходно знал не только русский, но и зарубежный фольклор.

Сказки Пушкина любят прежде всего дети. С младенческих лет ребёнок очарован неповторимой мелодией пушкинского стиха:

Ветер на море гуляетИ кораблик подгоняет;Он бежит себе в волнахНа раздутых парусах.

Вместе с Балдой он смеется над незадачливым попом, с замиранием сердца следит за приключениями князя славного Гвидона, возмущается жадной старухой из «Сказки о рыбаке и рыбке».