Загадочный мир грибов

Кроме того, что лишайники создают гидротермические неблагоприятные условия для развития напочвенных грибов, они еще и выделяют лишайниковые кислоты, обладающие антибиотическими свойствами, которые концентрируясь в подстилке препятствуют, а иногда и полностью исключают жизнедеятельность подстилочных сапротрофов, и, по-видимому, других групп грибов. В моховых участках указанного сосняка, находящихся в непосредственной близости с лишайниковыми, количество видов подстилочных сапротрофов в 12 раз больше, чем в лишайниковых.

Таким образом, мы убедились, что травяной покров играет большую роль в жизни подстилочных сапротрофов, он может оказывать на них благоприятное или, наоборот, угнетающее влияние; моховой покров, если он сплошной, выступает всегда в роли стимулятора развития грибов, а лишайниковый, напротив,— в роли ингибитора.

Теперь попробуем выяснить, какое влияние оказывают различные леса на выпадающие осадки, поскольку многие микологи придают им решающее значение в развитии и плодоношении макромицетов. Однако, как ни важен этот фактор, нельзя относить все изменения в количественном и качественном составе грибов только за счет поступающих к поверхности почвы осадков. Он действует, как и все остальные, в совокупности и взаимосвязи с другими факторами и физиологическими особенностями мицелия. Так, например, в Подмосковье в начале июня выпадает около 25% от всего количества осадков, поступающих за вегетационный период (май—октябрь), но количество видов и обилие макромицетов в это время года минимальное, так как лесная почва и подстилка не прогрелись и запаса веществ в мицелии не хватает после зимнего анабиоза для плодообразования. Лабораторные эксперименты также доказывают, что не только от влажности субстрата зависит развитие грибов, так как мицелий может выдерживать очень длительное иссушение. По литературным данным, даже после полугодового высушивания более 70% исследуемых мицелиев оставались жизнеспособными при условии связи их с источником питания. Количество и частота выпадения осадков, безусловно, являются важными для грибов, а для некоторых групп, например сапротрофов на опаде, стимулирующими. Большинство их представителей в жаркое сухое время «увядают», однако сразу же после выпадения дождей приобретают способность к жизнедеятельности и энергетические процессы, происходящие в них самих и в обмене с окружающей средой и субстратом, полностью восстанавливаются. Процессы обмена и дыхания «увядших» плодовых тел названных грибов происходят в 7—13 раз замедленнее, чем у экземпляров, взятых после выпадения осадков. Большинство подстилочных сапротрофов относительно быстро реагируют на выпадение осадков (через 3—7 дней), однако это правило справедливо только для определенных сроков и никакие дожди, даже самые сильные и продолжительные, не могут вызвать появление этих грибов ранее отведенного для них времени. На опытных площадках, где постоянно с мая поддерживалась искусственно повышенная влажность субстрата, не было найдено ни одного вида подстилочных сапротрофов, приуроченных в своем развитии к позднелетнему и осеннему времени. Эти эксперименты показывают, что только одна влажность субстрата не может вызвать плодоношение грибов. Необходимо сочетание многих других факторов и физиологического состояния мицелия дня успешного развития плодовых тел макромицетов.

Таблица 2. Соотношение биомассы макромицетов и количества осадков для липо-дубняка снытьево-волосистоосокового

Показатель	Годы исследований
	1965	1966	1967	1968	1969
Количество осадков (май—октябрь), мм	400,7	310,5	301,6	378,2	321,3
Биомасса макромицетов (май—октябрь), кг/га абс. сухого веса	20,5	32,4	11,1	18,7	13,2

Общее количество осадков в Подмосковье за вегетационный период колеблется в пределах от 300 до 400 мм, однако масса плодовых тел макромицетов находится не в прямой зависимости от количества выпадающих осадков, о чем свидетельствует табл. 2.

Помимо сезонных колебаний осадков очень важен для грибов факт их неравномерного распределения в лесу. В результате перераспределения их кронами деревьев в летнее время почва и подстилка увлажняются неодинаково, а зимой создается неравномерный снежный покров. В ельниках, например, отмечается резкое снижение высоты снежного покрова и запасов снеговой воды по сравнению с березняками и осинниками. В смешанном лесу в еловые участки поступает в среднем 30—60% от количества осадков, выпадающих на открытое место (дуг, поле), в участки с дубом — 60—85, с березой — 56—100, с липой — 100%. Осадки, проходящие сквозь крону, увлажняют почву под их пологом и приносят значительное количество веществ, захватываемых ими из воздуха и вымываемых из листьев и коры деревьев. При этом происходят значительные изменения в химизме и водно-физических свойствах подстилки и почвы. Концентрация веществ, содержащихся в дождевых водах, проходящих сквозь кроны деревьев, варьирует в зависимости от породы деревьев. Так, под ель поступает наименьшее количество осадков, а сток по ее стволу в 2—10 раз слабее, чем по стволам дуба, березы, липы. Осадки, прошедшие через крону ели, содержат повышенное количество калия, а иногда и сильно подкисляются. Под дубом и осиной осадки, напротив, обладают довольно постоянной слабокислой реакцией (pH 5,6) и повышенным содержанием кальция. В результате перераспределения осадков под пологом леса, которое зависит от геометрической формы крон и размещения деревьев по площади, у стволов и в межкроновых пространствах подстилка и почва оказываются влажнее, чем под кронами. Поступление осадков на единицу площади в приствольном круге в 3—4 раза превосходит поступление осадков под кроны, что связано с собирательным эффектом ствола дерева. По литературным данным, за четыре месяца (июль—октябрь) в приствольном круге березы (0—10 см) выпадает 670 мм осадков, а под кроной (10—120 см) — 180 мм, для осины эти цифры составляют соответственно 620 и 204, дуба — 220 и 210, для ели — 30 и 58 мм. В последнем случае под кроны поступает почти вдвое больше осадков, чем у стволов ели.

Водный режим и влажность подстилки определяются в основном соотношением влаги и испарением с ее поверхности, так как воднокапиллярная связь подстилки с минеральными горизонтами почв выражена чрезвычайно слабо. Мощность и структура подстилки оказывают самое непосредственное влияние на суточную и сезонную динамику влажности различных ее слоев. Динамика связана как с количеством поступающих к поверхности подстилки осадков, так и с относительной влажностью приземного слоя воздуха. Уменьшение мощности подстилки влечет за собой не только меньшую по абсолютной величине влажность, но и, что очень важно для мицелия грибов, большую амплитуду ее колебаний. Это, безусловно, оказывает влияние на видовой состав и обилие макромицетов.

Распределение осадков под пологом леса зависит также от интенсивности и продолжительности дождей, силы и направления ветра, температуры воздуха и субстрата. Так, например, в очень сухое лето 1972 г. при максимально высоких температурах воздуха Подмосковья (до +36°) изредка выпадавшие дожди совсем не доходили до поверхности лесной подстилки, так как относительная влажность воздуха в это время была очень низкой (45—55%), что и вызывало моментальное испарение осадков.

Одинаковое количество осадков в различных участках одного и того же леса может оцениваться для грибов по-разному. Там, где имеется сплошной моховой покров, влажность подстилки при одинаковом количестве поступающих к поверхности почвы осадков сохраняется гораздо дольше, чем в местообитаниях, лишенных его. Различная по мощности подстилка также неодинаково удерживает осадки. Примесь листьев к еловой подстилке существенно стабилизирует ее влажность. Такой же эффект, как и наличие сплошного мохового покрова, оказывает в отношении влажности подстилки густой подрост из ели. Режим влажности подстилки неразрывно связан с ее тепловым режимом. Сочетание этих факторов во многом определяет развитие, видовой состав и обилие грибов.

В микологической литературе довольно редко встречаются сведения о температурных оптимумах, необходимых для появления плодовых тел грибов в природных условиях. Температурные требования для роста мицелия и плодовых тел одного и того же вида не тождественны. Влияние термического режима на развитие грибов тесно связано с влажностью субстрата. Так мицелий грибов может выдержать в лабораторных условиях температуру до +200° при влажности субстрата не выше 10%. Однако в природе мицелий, как и плодовые тела грибов, содержит, как правило, около 80—90% воды, поэтому пределы выносливости по температуре для развития грибов в естественных условиях, естественно, снижены. Некоторые грибы, образующие ризоморфы, содержат минимум воды в мицелии, что значительно расширяет границы их жизнедеятельности и распространения.

Термический и тепловой режимы местообитаний являются функцией многих факторов, и прежде всего освещенности, структуры радиации солнечной, развития напочвенного покрова и др. В многолетней динамике суммы накопленных за вегетационный период положительных температур в условиях Подмосковья наблюдается четкая двухлетняя цикличность, которая зависит прежде всего от количества тепла, приходящего к поверхности почвы в весенние месяцы — апреле и мае. Июнь, июль и август по сумме накопленных положительных температур в различные годы оставались примерно одинаковыми, вполне достаточными для развития мицелия и плодовых тел грибов. Но, как и в случае с осадками, тепло перераспределяется под пологом леса. На этот процесс влияют множество факторов — густота древостоя, наличие или отсутствие напочвенного покрова, геометрическая структура крон отдельных деревьев, фитоклиматические особенности доминантов травяного, мохового и лишайникового покровов, мощность и состав подстилки. Состояние и направленность термического режима конкретного местообитания зависят от абсолютных значений температур и амплитуды их колебаний, которые могут достигать значительных величин в пределах одного и того же типа леса. Наиболее важной характеристикой для грибов является величина теплового штока в лесной подстилке, где расположен мицелий большинства видов. Колебания температур на поверхности подстилки выражены гораздо резче, чем внутри различных ее слоев. Температурный оптимум для большинства грибов в условиях Подмосковья лежит в пределах 20—22°. Некоторые виды могут появляться при низких температурах и даже заморозках. К ним относятся большинство рядовок, осенний опенок, зимний гриб, белый, некоторые паутинники.

Освещенность относится, по-видимому, к факторам, играющим второстепенную роль в жизни грибов. Большинство их образуют плодовые тела в условиях сильного затенения. В густых, темных лесах, каковыми обычно являются молодняки, напочвенный покров из трав, мхов, лишайников полностью отсутствует и представлен исключительно грибами. Вероятно, для них вполне достаточно того небольшого количества рассеянного света, который проникает сквозь кроны деревьев. Для грибов в принципе свет не является сколько-нибудь определяющим фактором, так как они автотрофные, бесхлорофильные организмы. Фотосинтезирующие зеленые растения не могут жить и образовывать свои ткани без света, он им жизненно необходим, а грибы, потребляющие созданные растениями органические вещества к свету по природе своей индифферентны. Они могут развиваться в полной темноте, подвалах домов, шахтах, пещерах — был бы соответствующий органический субстрат, определенные влажность и температура. К грибам, которые образуют плодовые тела совсем без света, относятся всем известные шампиньоны и домовый гриб. Последний является одним из самых распространенных и опасных разрушителей жилых построек и технической древесины. Убытки в результате его деятельности исчисляются ежегодно миллионами рублей. В короткое время, т. е. в течение нескольких месяцев, он может до основания разрушить деревянные части домов, превращая древесину в буроватую порошкообразную массу. Не надо забывать и то, что основная часть гриба — мицелий — всегда погребена в субстрате и живет в полной темноте. Что касается плодовых тел, то структура солнечной радиации влияет только на пигментацию шляпки. В лесу нередко можно видеть белые, подосиновики, подберезовики с плотно прилипшими к шляпкам опавшими листьями деревьев. Под ними шляпки белые, но это не мешает грибам нормально развиваться, т. е. достигать соответствующих размеров и образовывать споры. Освещенность местообитаний может опосредованно действовать на развитие грибов через температуру и влажность, которые являются для них самыми главными, да еще физиологическое состояние мицелия. Плодовые тела грибов появляются в определенное время сезона. Для лесов средней полосы нашей страны самое большое количество видов съедобных и ядовитых грибов приходится на август — последний месяц лета. С конца июля и в течение августа периодически сменяются слои маслят, белых, подберезовиков, рыжиков, лисичек, сыроежек. Заканчивается этот калейдоскоп грибов опятами осенними. К этому времени обычно пропадает большинство съедобных грибов, которые ранее росли в массе. Это связано с погодными условиями, характерными для этого времени года.

«Бабье лето»

Исчезновение большинства съедобных грибов, которые являются микоризообразователями, неразрывно связанными с деревьями, объясняется физиологическим состоянием последних. К концу лета деревья сбрасывают листву, готовясь к перенесению неблагоприятного зимнего сезона, Для того чтобы накопить достаточное количество запасных веществ, они прибегают к помощи своих партнеров — грибов. Хвойные породы тоже действуют по этому принципу. В конце августа желтеют листья на березах, клене, осине, дубе. Уже ударили первые утренники. Звездное, открытое небо по ночам способствует сильному выхолаживанию почвы, а дни стоят еще жаркие. Резкие перепады температур в дневное и ночное время суток вызывают появление густых вечерних туманов. Грибники знают, что такая погода предшествует слою опят. Он непродолжителен, всего 5-10 дней. Все леса в это время стонут от гула голосов. Прочесывается каждый кусочек леса, мечутся лоси, кабаны, косули. Иногда они уходят с насиженных мест в «резервации» — заповедники и охраняемые территории — единственные места, где можно спастись от армии грибников. Поэтому не надо игнорировать ограждения и предупредительные щиты об охранности территории, даже если опят там больше, чем в прилегающих к ним лесах. Грибов на всех хватит, никто не уйдет из леса с пустыми корзинами, их в это время года везде много. Но будьте осторожны — иногда «опятный» ажиотаж приводит к непредвиденным несчастьям. Люди пожилого возраста, не рассчитав своих сил, набирают большие корзины грибов, проходят с ними немалые расстояния, забывая о повышенном давлении, болезнях сердца. В результате — инсульты, инфаркты прямо в лесу, в транспорте.

И вот, наконец, прошел слой опят. Леса вытоптаны до неузнаваемости, им дана небольшая передышка, но впереди «бабье лето». Эта необыкновенная пора осени, которая в Северной Америке называется «индейским летом», во Франции— «бабушкиным», а у нас — «бабьим», наступает обычно в середине сентября и продолжается 7—10 дней. После начавшихся осенних дождей как будто возвращается лето. Дни стоят солнечные и ясные, а ночи звездные и холодные. По утрам трава уже серебрится от инея. Воздух необыкновенно прозрачный, хрустальный. Но главное очарование «бабьего лета» в удивительной красоте осенних лесов. На фоне темно-зеленых елей ярко выделяются желтые березы и липы, коричневатые дубы, багряные осины. Часть листьев уже опала и ковром покрыла почву. Эта пора прощания с летом перед долгой зимой. Но к этой красоте прибавляется еще и возможность найти грибы, которые продолжают расти, но их трудно обнаружить под слоем опавшей листвы. В этом-то и заключается так называемая тихая охота! На опушках березняков можно в это время года встретить белые с коричневой бархатной шляпкой и приземистой ножкой. Они довольно далеко «убегают» из-под полога леса (до 5 м), но при этом связи со своими партнерами — деревьями — не теряют. Корневая система деревьев занимает довольно обширные пространства, а грибы в этом случае выступают в качестве маркеров, указывающих, где проходит ее граница. В елово-березовых лесах грибы в это время года часто прячутся под лапами елей. Здесь для них специфическая экологическая ниша — теплее, чем на лесных полянах и опушках, открытых ночным заморозкам. Но «бабье лето» короткое, оно быстро проходит и венчает собой прощание с летом, грибами. После него наступает пора осенних затяжных дождей и грибов в лесу уже не встретишь.

Химия грибов

Основной источник питания грибов — углеводы и азотистые вещества. Растворимые углеводы, моно- и дисахариды часть грибов (симбиотрофы) получают от растений в процессе симбиотических взаимоотношений. Сапротрофы используют полисахариды — крахмал — и в особенности растительную клетчатку благодаря наличию фермента целлюлазы, с помощью которой клетчатка распадается до глюкозы или других веществ, легко усвояемых грибным мицелием. В отношении азотного питания многие грибы в отличие от растений менее требовательны, потребляя в качестве источника как нитратный, так и нитритный азот или даже в отдельных случаях атмосферный азот. Как правило, усвоенный азот остается в мицелии и в форме хитина закрепляется в составе оболочки грибных гиф. В связи с этим грибы являются биологическим аккумулятором азотсодержащих веществ, накапливая в своих плодовых телах в 2—3 раза больше азота, чем его содержится в среде. Для лесов умеренного климата в плодовых телах грибов содержится 80—100 кг/га азота, который при их отмирании возвращается в почву и потребляется растениями. Это очень большая цифра, учитывая особо важную роль, которую азот имеет для автотрофов.

Около 90% веса плодовых тел грибов и мицелия составляет вода. Из остальных 10% в среднем 20—40% приходится на белок, 18—20 — на липиды (сырой жир), 17—30 — на маннит, 20—27 — гемицеллюлозу, от 2 до 36 — на лигнин и примерно 3% — на хитин. Грибные белки содержат большое количество аминокислот, в том числе и незаменимых. Наиболее полный набор аминокислот (до 22) обнаружен в белом грибе. В грибах отмечено повышенное содержание глутаминовой и аспарагиновой аминокислот, аргинина и лизина, что характерно для животных белков. Содержание белков и аминокислот в грибах сильно варьирует в зависимости от вида, местообитания, возраста плодового тела и способа заготовки съедобных грибов. Так, например, в сушеных белых, маслятах, опенке осеннем белков больше, чем в маринованных. Общее содержание белка в осеннем опенке в 2 с лишним раза меньше, чем в белом. В шляпках грибов всегда больше белков, чем в ножках. Различается их количество в плодовых телах одного и того же вида, но разного возраста. В молодых грибах белков больше, чем в старых.

Очень противоречивы сведения об усвояемости грибных белков. Наличие большого количества клетчатки и присутствие хитина в грибах существенно ограничивают их усвояемость, которую по последним данным можно приравнять к усвояемости растительных белков, но которая сильно уступает усвояемости животных белков.

В процессе обмена веществ в грибах синтезируются широко распространенные летучие пахучие вещества, составляющие основу их своеобразного аромата. Запах мякоти плодовых тел часто является таксономическим признаком и определяется соответствующими соединениями. Аромат грушевой эссенции вызван присутствием уксусно-этилового эфира, апельсинов — неролома и иононома, яблок — эфиров уксусной и других кислот, аниса — анитола. Запах у чесночника определяется наличием S-аллил-L-цистеин — сульфоксилом, а у млечника камфорного — наличием камфоры. В результате реакций неполного окисления в грибах образуются органические кислоты — лимонная, щавелевоуксусная, фумаровая, яблочная, муравьиная.

Грибы, помимо органических, содержат большое количество минеральных элементов. В составе грибной золы доминируют калий, содержание которого в различных видах колеблется от 33 до 65%, и фосфор — от 6 до 28%. Калий участвует в углеводном обмене, а фосфор в виде соединений фосфорной кислоты — в биосинтетических и обменных процессах. Кальций и марганец составляют 1 и 0,5% от веса золы соответственно. Они оказывают синэргическое действие на процессы роста и накопления массы грибов. Магний встречается также в небольших количествах (от 0,1 до 2,5% к весу золы) и участвует в процессах окисления, являясь активатором ферментов. Из микроэлементов в грибах найдены марганец, литий, цинк, цезий, ванадий, рубидий, медь и железо. Большинство микроэлементов входит в состав ферментов. Содержание марганца в плодовых телах грибов колеблется от 4 до 129 мг/кг сухого веса, но для большинства наших съедобных грибов оно составляет в среднем 30—40 мг/кг сухого веса. Наименьшее его количество обнаружено в плодовых телах трубчатых грибов, наибольшее — в пластинчатых, например в сыроежках (до 90 мг/кг). Цинка больше всего в мухоморах (до 210 мг/кг сухого веса), меньше в лисичках — 140, еще меньше в сыроежках — до 100 мг/кг. Количество меди в грибах сильно варьирует в зависимости от вида, например в подберезовике ее 21,6 мк/кг сухого веса, в шампиньоне — 66,6, в зонтике — 168,2 мг/кг. Максимальное содержание цинка и меди отмечено в шляпках, где наиболее интенсивно протекают обменные процессы, в ножках их количество почти вдвое меньше. Количество лития в грибах невелико и колеблется в пределах от 0,09 до 1,8 мг/кг сухого веса, а рубидия, наоборот, очень много; например, в паутинниках — 1500 мг/кг и более. Содержание других элементов в грибах (в мг/кг сухого веса) таково: фтор — от 0,2 до 1,0; ванадий — от 0,6 до 2,4; молибден и серебро — от 0,1 до 0,7; кобальт — от 0,13 до 1,0; мышьяк — от 0 до 2,4. Количественное содержание микроэлементов в грибах более или менее зависит от присутствия их в субстрате.

Грибы обладают избирательной способностью к накоплению элементов, в частности опасных для здоровья людей. Уровень их содержания служит показателем загрязнения окружающей среды, причем в этом плане индикационные способности грибов ни в коей мере не уступают лишайникам. Особую опасность представляет тенденция съедобных грибов к накоплению тяжелых металлов в районах промышленных выбросов, крупных городов, железнодорожных и шоссейных, магистралей. Эта способность у них выражена гораздо резче, чем у высших растений и других организмов. Вот почему нельзя собирать грибы в местах, загрязненных отходами производства. Это касается абсолютно всех грибов, а не только печально знаменитой в последнее время свинушки. Вот, например, данные о шампиньоне обыкновенном, собранном в аллеях и парках Москвы и местообитаниях Подмосковья, не подверженных антропогенному загрязнению. Содержание меди у грибов в первом случае по отношению ко второму превышало 13 раз, свинца — 2, кадмия — 7, никеля — 2, хрома — 2,5 раза. Биологическим накоплением кадмия отличается подберезовик и зонтик, а меди — свинушка, черный груздь и дождевик-головач. В грибах ртути может быть в 30—550 раз больше, чем в почве под ними. В сыроежках тяжелых металлов накапливается меньше, чем в шампиньонах, подберезовиках, говорушках. Особой способностью к накоплению кобальта и цинка отличается летний опенок. По мере удаления от центра загрязнения накопление в грибах таких элементов, как ртуть, свинец и кадмий, падает. Максимальное содержание ртути установлено для представителей рода «шампиньон», много ее и в белом грибе. Само по себе высокое содержание токсичных элементов в грибах, собранных в местах загрязнения, опасно для здоровья человека, но беда еще и в том, что накопление их вызывает ряд необратимых перестроек в биохимическом аппарате грибов. Это явление пока что мало изучено, но наверняка представляет угрозу именно поэтому.

Высокое содержание тяжелых металлов в плодовых телах съедобных грибов вызывает такое же отравление, как и ядовитые грибы.

Группу безусловно ядовитых грибов составляют около 20 видов. Характер отравления определяется количеством съеденных грибов и состоянием здоровья человека. Отравления со смертельным исходом вызывают: бледная поганка, мухоморы — пантерный, вонючий, красный, весенний, зонтик гребенчатый, паутинник оранжево-красный, шампиньон желтокожий, волоконница Патуйяра, серно-желтый и кирпично-красный опенок, беловатая и восковатая говорушки, серая энтолома, тигровая, белая и серо-желтая рядовка, ложнодождевик, строчок. Некоторые грибы могут вызывать отравления при неправильной их обработке, например при кратковременном кипячении (строчки, черные грузди и другие млечники с едким соком). А вот навозники белый и серый ядовиты только при употреблении их со спиртными напитками, так как содержат токсин, не растворимый в воде и легко растворимый в спирте. Рядовка тигровая, ложнодождевик, шампиньоны желтокожий и пестрый, энтолома выемчатая, как и неправильная обработка названных выше грибов, вызывают кишечно-желудочные отравления, сопровождающиеся рвотой и обезвоживанием организма. Признаки отравления проявляются через 1 ч (не позже) после употребления грибов в пищу и не приводят обычно к смертельному исходу.

Мускарин и производные иботеновой кислоты — трихоломовая кислота, мусцимол и мусказон, присутствующие в мухоморе красном, волоконнице Патуйяра и мухоморе пантерном, вызывают нарушения центральной нервной системы, выражающееся в галлюцинациях, приступах смеха или плача, снижении кровяного давления, потери сознания. В большинстве случаев такие отравления приводят к смерти, особенно детей и взрослых с ослабленным состоянием здоровья. Галлюциногенными свойствами, не приводящими к смертельному исходу, обладают псилоцибин, биацистин и норбеоцестин, выделенные из грибов рода «псилоцибе» и некоторых строфарий. Один миллиграмм псилоцибина вызывает у человека состояние опьянения, а доза свыше 60 мг — галлюцинации и чувство невесомости.

Группа аманитинов, фаллатоксинов, вирозин — самые опасные грибные яды, вызывающие некроз печени и почек и растворение эритроцитов крови. Они присутствуют в смертельно ядовитых грибах: бледной поганке, паутиннике оранжево-красном, мухоморе белом и вонючем. Даже очень небольшое их количество вызывает тяжелейшие отравления. Особую опасность они представляют потому, что признаки отравления наступают не ранее 1—2 дней, когда токсины уже произвели необратимые процессы во внутренних органах: жировое перерождение печени, разрушение почек и селезенки, застой крови.

В народе распространено поверие, что если снять кожицу со шляпки мухомора, то их можно употреблять в пищу без особого вреда. Это не так, все части ядовитых мухоморов одинаково опасны. Еще существует мнение, что ядовитые грибы не поражаются насекомыми. Это тоже неверно — бледная поганка и другие виды мухоморов так же «червивеют», как и съедобные грибы. Для личинок грибных комаров и мух токсины этих грибов не приносят вреда. Ядовитые грибы не обладают каким-либо специфическим запахом, у всех обыкновенный приятный грибной аромат, кроме, пожалуй, мухомора вонючего. Поэтому единственный способ избежать отравления грибами — знать их «в лицо» и никогда не собирать незнакомых для вас грибов. Лучше оставить сомнительный гриб в лесу и не рисковать своим здоровьем, тем более что некоторые ядовитые грибы очень похожи на съедобные. История донесла до нас случаи отравления грибами. Жена и дети древнегреческого трагика Еврипида умерли от отравления грибами. Такая же участь постигла Аппия Северина — начальника телохранителей императора Нерона, папу Климента VII и французского короля Карла VI, римского императора Клавдия. Зарегистрированы и в наше время случаи единичного и массового отравления грибами.

Грибы в народном хозяйстве

При современном белковом дефиците в мире вклад грибов как источника пищевого белка может быть значительно увеличен. Интенсификация производства грибных белков в совокупности с животными и растительными поможет успешному разрешению насущной и первоочередной в настоящее время задачи обеспечения населения продуктами питания. В нашей стране леса занимают территорию около 955 млн. га. Если принять величину грибоносной площади даже в минимальном размере, равном 10%, а среднюю урожайность — 10—15 кг/га (абс. сухой вес), то нетрудно подсчитать, что запасы дикорастущих съедобных грибов составляют в СССР 1—1,5 млн. т. и содержат 0,5—0,7 т ценного пищевого белка. При периодически повторяющихся высоких урожаях грибов продукция белка только в плодовитых телах может достигать 50 кг/га и выше, а с учетом мицелия 5000 кг/га.

Грибной белок, по литературным данным, может быть с успехом использован в качестве примеси к мясным и овощным блюдам. Обладая большим набором аминокислот, он является рентабельным и в сельском хозяйстве, так как увеличивает привес бройлерных цыплят на 20% и более и повышает яйценоскость кур на 16%. Область использования грибов в обеспечении животноводства кормами и в повышении плодородия сельскохозяйственных угодий имеет перспективу и, вероятно, в будущем значительно расширится. Некоторые виды вешенок и зимний опенок уже сейчас с успехом применяются при разложении соломы для дальнейшего ее использования на корм и удобрения. Один из видов навозников употребляется при компостировании опилок, в процессе которого образуются эффективные удобрения, используемые для повышения урожайности зерновых культур. Экстракты из плодовых тел шляпочных грибов значительно повышают урожайность томатов (опрыскивание) за счет увеличения процента завязывания плодов и роста их размеров.

Применяются макромицеты и в деревообрабатывающей промышленности, в частности для получения так называемой микодревесины. Для этого используются ферменты букового опенка. Древесина, разрушенная в течение 3—4 мес этими биологически активными веществами, приобретает способность легко пропитываться различными растворами, без нарушения структуры становится в несколько раз легче. Она идет на изготовление карандашей, линеек, а кроме того, для шлифовки металлических изделий и как тепло- и звукоизоляционный материал. Непропитанная микодревесина идет на изготовление форм для выдувки стекла. Срок службы таких форм в 15 раз превышает срок службы форм из груши, обычно применяемых в стеклодувной промышленности.

Особенно широко используются макромицеты в народной медицине, гомеопатии и фармакологической промышленности. Издавна в народе применяли плодовые тела дождевиков и рогатиков (грибная лапша) в качестве кровоостанавливающего средства и перевязочных материалов. Из некоторых видов дождевиков выделен препарат кальвацин противобактерицидного и противоопухолевого начала. Противотуберкулезными свойствами обладают препараты из рыжика и перечного груздя, а также трутовых грибов рода «траметес». Сильными антибиотическими свойствами обладает агаридоксин, полученный из плодовых тел шампиньона обыкновенного. Мочегонными особенностями характеризуется сыроежка пищевая, а белый гриб используется как тонизирующее средство и применяется против грудной жабы. Рядовка обособленная вызывает потогенное действие. Такие широко распространенные в лесах трутовики, как корневая губка, настоящий трутовик, ложный трутовик, скошенный трутовик (чага), лиственничный трутовик, применяются для лечения предраковых заболеваний, рака груди, язвенной болезни и в качестве слабительных средств. Вытяжки и таблетки из красного мухомора употребляют при головных болях, склерозе, сердечных спазмах, а вытяжки из шампиньона обыкновенного рекомендуются при диабете и укусах змей. Порошок из лакированного трутовика снимает воспаление десен. Особую популярность завоевали препараты из чаги, которые представляют собой водную вытяжку из скошенного трутовика, сгущенную до содержания в ней 30% сухих веществ. Выраженная физиологическая активность препаратов определяется наличием большого количества гуминоподобной чаговой кислоты. Лекарства из чаги с успехом применялись при лечении рака в последней стадии и таких предраковых состояний, как хронический гастрит и язва желудка. Полипореновая кислота, выделенная из другого вида трутовика — березовой губки, обладает противовоспалительными и противоопухолевыми свойствами. Полипоравая кислота и ее производные найдены в ежовиковых грибах, в красном мухоморе и толстой свинушке. Они также обладают противоопухолевой активностью.

Псилоцибин и псилоцин, выделенные из галлюциногенных грибов, применяются при лечении душевных заболеваний человека. Они вызывают на какое-то время восстановление памяти, что очень важно для лечения людей с психическими расстройствами. Неправильное и неумеренное использование галлюциногенных веществ (LSD-25, псилоцибин, мецкалин), обладающих психотропными свойствами, приводит к большому количеству тяжелейших психических заболеваний.

Сильным антикоагулирующим свойством обладают вытяжки из плодовых тел широко распространенной в сосновых лесах рядовки — зеленушки и плютея оленьего, растущего в различных лесах на отмершей древесине хвойных и лиственных пород. Они расщепляют фибриноген и тромбин крови и могут с успехом применяться при лечений тромбозов.

Есть сведения о применении водной вытяжки из красного мухомора при лечении острых и хронических ферм ревматизма и артрита.

Все изложенное отнюдь не означает, что Вы сами можете изготовить из грибов лекарства. Во-первых, здесь очень важна дозировка препаратов, а во-вторых, многие любители грибов не смогут отличить названные виды от близких к ним но внешнему виду и совсем не обладающих лечебными свойствами. Намного спокойнее пользоваться рекомендациями лечащего врача и готовыми фармацевтическими формами препаратов.

Охрана и воспроизводство грибных ресурсов

В последнее время происходит особенно интенсивное использование живого покрова Земли человеком. Оно носит экстенсивный характер и сопровождается глубокими антропогенными разрушениями природных сообществ, деградацией генофонда биосферы, потери воспроизводства биологических ресурсов. Особое место в, этом, смысле принадлежит лесной растительности, во многом определяющей глобальные процессы в биосфере. Леса, взаимодействуя с атмосферой, почвой и водой, поддерживают их качественные и количественные характеристики на оптимальном уровне. Экспериментальные исследования выявили масштаб многих полезных форм влияния леса на окружающую среду. Среди них особую роль в экологической оптимизации отдельных регионов и биосферы в целом играют гидрологические, почвенно-защитные, санитарно-гигиенические и климатические функции леса. Однако площади лесов за последние десятилетия резко сократились не только в результате их интенсивной вырубки, но и за счет распада и отчасти гибели, вызванной рекреационными нагрузками, превышающими допустимые нормы, особенно в центральных промышленных районах. В связи с загрязнением воздуха, почв, воды отходами производства ослабляются процессы самовозобновления лесов. Один из путей лесовосстановления в антропогенно нарушенных районах заключается в их искусственной микоризации. Этот прием пока что не носит универсального характера, но в недалеком будущем, вероятно, приобретет широкое распространение. Поэтому уже сейчас необходимо разрабатывать методику микоризации древесных растений в естественных условиях, проводить изучение ситуаций, в которых она применима, исследовать влияние этих мероприятий на жизненные процессы, происходящие в отдельных деревьях и массивах лесов в целом. При интродукции деревьев в безлесные районы, в местообитания с низкой обеспеченностью питательными элементами или их недоступностью, при рекультивации земель на горно-промышленных выбросах микоризация растений совершенно необходима. В таких условиях безмикоризные сеянцы деревьев либо погибали, либо приживались на 10—20%. У микоризных по сравнению с немикоризными сеянцами резко возрастает прирост листьев и хвои (в 1,5—3 раза), увеличивается масса корней, значительно улучшается приживаемость и жизненное состояние.

Гифы грибов выносят высокое осмотическое давление и засоленность, в связи с чем их симбионты могут значительно расширить границы своего распространения за счет районов, характеризующихся недостатком почвенно-грунтовой и атмосферной влаги и физиологической сухостью почв. Эти регионы особо нуждаются в лесах, выполняющих здесь полезащитную, противоэррозионную и санитарно-гигиеническую функции.

Механизм действия микоризообразующих грибов состоит в распределении гиф на транслокаторы, по которым активно передвигаются питательные вещества, и нетранслоцирующие, где питательные вещества, в частности фосфорные соединения, откладываются (запасаются) до определенного момента и впоследствии передаются дереву. С. другой стороны, содержание ростовых веществ в корнях микотрофных растений — результат подавления рядом грибов симбиотрофов синтеза ферментов, разлагающих эти вещества.

Искусственная микоризация растений должна проводиться не только в районах облесения, но и в ряде других случаев. К ним относятся следующие: 1) если древостой не дает максимума фитомассы без симбиотрофных грибов; 2) после применения в лесах фунгицидов, отрицательно действующих либо полностью исключающих развитие грибов; 3) в местообитаниях, испытавших на себе результат стихийных вмешательств; 4) в районах промышленного производства с сильной степенью загрязнения среды; 5) в лесопарковых зонах крупных промышленных городов, испытывающих интенсивное рекреационное воздействие. В последнем случае мероприятия по искусственной микоризации древесных пород рассчитаны, с одной стороны, на оптимизацию условий среды для растений, с другой — на повышение урожайности ценных съедобных грибов, в частности белого гриба, подосиновика, подберезовика.

При искусственной микоризации следует учитывать и экологические требования симбиотрофных грибов, такие, как кислотность среды (оптимум pH 4—6), аэрация (обеспеченность кислородом), насыщенность почв питательными элементами, количество и качество внесенных удобрений. Удобрения, как правило, подавляют развитие микоризы. Внесение азота в форме гранулированной мочевины, фосфора (гранулированный суперфосфат) и хлористого калия в березняки в первый год эксперимента резко увеличивает фитомассу напочвенного травяного покрова, что отражается на урожайности микоризообразующих грибов, в частности полностью исключает плодоношение ценных съедобных грибов и стимулировало развитие нитрофилов (в основном свинушки), масса которых возросла по сравнению с контролем на 70—73%. Последующее внесение азотно-фосфорно-калийных удобрений значительно снижало урожайность съедобных грибов. Внесение в еловые насаждения доломита и негашеной извести в несколько раз уменьшало продукцию сухого вещества грибов из группы микоризообразователей, одновременно увеличивая урожайность напочвенных сапротрофов в 6 раз. Применение компоста и азотно-фосфорно-калийных удобрений в питомниках при пересадке сеянцев сосны в малоплодородные почвы отрицательно действовало на развитие микоризы, в связи с чем большая часть пересаженных растений погибала.

Гербициды (2, 4-Д, 2, 4, 5-Т, МСРА, паракват, амитрол) и инсектицид малатион в малых концентрациях в противоположность минеральным и органическим удобрениям стимулируют накопление массы масленка позднего и моховика желто-бурого, что связано, вероятнее всего, с уменьшением развития травяного покрова, отрицательно действующего на плодоношение симбиотрофных макромицетов.

Искусственная микоризация деревьев применяется не только для лесовосстановления и создания полезащитных лесных полос, но и для разведения особо ценных съедобных грибов. Соблазнительно иметь свои плантации излюбленных грибов. Но Россия всегда считалась «грибной» страной, и при огромных запасах самых различных съедобных грибов в лесах не было смысла их разводить специально. Однако находились и у нас энтузиасты этого дела. Первые опыты искусственного разведения лесных грибов принадлежат любителю грибов доктору Никитину. В 70-х годах прошлого века он у себя в имении создал посадки 5—6-летних елей и берез, пересадив их из близлежащих лесов. Когда саженцы окончательно прижились, а почва покрылась хвоей и приобрела вид лесной, он посадил туда рыжики. Посадочный материал он взял из мест естественного произрастания рыжиков, включая и плодовые тела, и почву с мицелием из-под них. Перемешанную массу он закладывал небольшими порциями под слой опавшей хвои вблизи от стволов ели. Через 2 нед после посадки в почве появились тонкие фиолетовые нити мицелия. Через год в большом количестве появились плодовые тела рыжиков, но исключительно на северной стороне еловых посадок. Одновременно были посажены рыжики под липами и орешником, находящимися в имении. Здесь рыжики не появились ни на следующий год после посадки, ни в последующие. Подобные эксперименты Никитин проводил с подберезовиками и подосиновиками. Они оказались такими же успешными, как и в случае с рыжиками. Другой способ разведения белого гриба описал профессор Кайгородов. Он заключается в том, что трубчатый слой белых размешивается тщательно в воде, при этом из трубочек в большом количестве вымываются споры гриба. Полученной суспензией поливается определенный участок почвы под деревьями и прикрывается слоем листьев или тонким слоем лесной земли. Этот способ дает тоже положительные результаты.

В популярной литературе и на страницах газет довольно часто рекламируются посадки съедобных грибов, в частности белого, подберезовика, рыжика, прямо на огородных грядках. Этого в принципе быть не может, поскольку они все относятся к микоризообразователям и без симбиотических отношений с соответствующими древесными породами не могут образовывать плодовых тел. На этом основана и невозможность их культивирования в искусственных условиях теплиц и парников. Без присутствия своего партнера-симбионта микоризные съедобные грибы не разводятся.

Мы проводили эксперименты по искусственной микоризации древесных пород в естественных условиях в 1978—1982 гг. В качестве объектов были выбраны массивы березняков и ельников 80—100-летнего возраста, испытывающие интенсивные антропогенные нагрузки в Калининской и Московской областях. Целью работ была отработка методики способов посадки грибов, времени и глубины закладки материала, возможности увеличения урожайности ценных съедобных грибов. Посадки проводились ежемесячно (с июля по сентябрь) тремя способами: кусочками гименофора (6—10 см2), водной суспензией спор (через 10—12 ч после погружения трубчатого слоя в дистиллированную воду в соотношении 1:10) и мицелием с субстратом, взятым непосредственно из мест произрастания грибов под плодовым телом. В качестве посадочного материала взяты белый гриб, подосиновик и подберезовик. Белый и подберезовик отобраны из различных генераций — осеннего и весеннего слоев.

Порции гименофора со спорами предварительно перед посадкой просушивались на воздухе в затененном месте в течение 8—10 ч. Посадки отмечались на месте ориентирами и проводились по зигзагообразной линии от основания ствола к перифирии кроны, в точках на расстоянии 0,3—0,5 м друг от друга, на опушках и внутри массивов. В последнем случае одновременно на участки вносили азотно-фосфорно-калийные удобрения, оставляя для контроля неудобренные площадки. Посадки кусочков гименофора и пронизанной мицелием почвы проводили на глубину 3—5 см, осторожно приподнимая верхний слой подстилки с целью минимального нарушения корнеобитаемой зоны деревьев, а затем неплотно утрамбовывали.

В результате проведенных экспериментов выяснилось, что грибы весенного слоя внутри лесного массива не плодоносили ни на контроле, ни на участках с внесенными удобрениями. Внесение удобрений на второй год полностью исключало плодоношение присутствующих ранее в этих местообитаниях моховиков, польских грибов и четырех видов сыроежек. Зато здесь в большом количестве появились плодовые тела свинушки тонкой, количество экземпляров которой в 10 раз превышало численность гриба до внесения удобрений.

Различные способы посадки всех видов экспериментальных грибов осеннего слоя внутри массивов также не дали положительного результата, т. е. мицелий посаженных грибов присутствовал в субстрате, но плодовые тела не образовывались.

При тех же способах посадки на опушках лесов, в парках и лесопарковых зонах на второй год у ориентиров появились отдельные экземпляры посаженных грибов. Различий в количестве плодовых тел симбиотрофов между способами микоризации не обнаружено. Таким образом, из предложенных трех способов посадки съедобных микоризных грибов можно с равным успехом пользоваться любым, удобным для исследователя этой интересной микологической проблемы.

Раскопки мест посадки на второй и третий годы эксперимента показали значительное увеличение массы микоризных корней и мицелия по сравнению с контролем. Последующие годы опытов доказали, что урожайность симбиотрофов в местах посадок не отличалась от естественных «грибных» местообитаний и зависела от конкретных погодных условий. При искусственных посадках съедобных грибов в естественных условиях лесов Подмосковья необходимо учитывать, что грибы весеннего слоя не воспроизводятся. Экологические формы микоризообразователей, связанных в своей жизнедеятельности с определенной древесной породой, не образуют плодовых тел с другой породой, т. е. грибы из-под ели, например белые, не растут под березой независимо от их моно- или полихозяйственности. При посадках нужно с возможной максимальной точностью воспроизводить ту экологическую ситуацию, в которой произрастал гриб, учитывая и расстояние от ствола дерева, и наличие (видовой состав, проективное покрытие) напочвенного травяного, мохового, лишайникового покровов, и характер подстилки, и гидротермический режим местообитания.

Таким образом, эксперименты по искусственной микоризации древесных пород в природных условиях дают устойчивые положительные результаты и могут быть использованы в лесохозяйственной практике и воспроизводстве видов съедобных грибов в антропогенно нарушенных лесных массивах.

В настоящее время из всех видов антропогенных воздействий на растительность на первый план выступают изменения, связанные с рекреационной деятельностью человека. Практически все леса, расположенные вокруг крупных городов, находятся в различных стадиях разрушения.

Рекреационные воздействия вызывают глубокие изменения исходного состояния лесных сообществ. Они приводят к резким различиям состава и обилия травяного и мохового покровов, а иногда и к полному уничтожению некоторых видов, прореживанию подлеска, уменьшению мощности, частичному или полному уничтожению лесной подстилки, а также к уплотнению верхнего горизонта почвы и изменению ее физических и химических свойств. Таким образом, основная тяжесть рекреационных нагрузок, в частности вытаптывание, приходится на нижние ярусы лесных сообществ и верхний, корнеобитаемый, слой почвы, что, в свою очередь, приводит к нарушениям аэрации и обнажению корневой системы деревьев. В таких тяжелейших для лесов условиях деревья не могут обходиться без симбиотических взаимоотношений с макромицетами, которые тоже по-разному реагируют на рекреационные воздействия. Так, например, при сравнении одновозрастных березняков Подмосковья, подверженных в одном случае сильнейшим антропогенным нагрузкам, в другом — абсолютно лишенных рекреационного воздействия, оказалось, что видовой состав и численность симбиотрофов в них резко различаются. В первых в результате интенсивного вытаптывания полностью исчезли представители микоризообразователей с трубчатым гименофором и грузди, связанные в своем развитии с березой. Но здесь в большом количестве появились сыроежки (17 видов), в то время как в ненарушенном березняке их оказалось всего четыре вида. Можно сделать вывод, что увеличение разнообразия грибов рода сыроежек служит верным признаком рекреационного воздействия на березняки. В них целесообразно проводить искусственные посадки ценных съедобных грибов, уменьшающих антропогенный стресс на деревья.

Микоризообразующие съедобные грибы нельзя круглогодично выращивать, так как в помещениях нужно было бы сажать и деревья, без которых они не образуют плодовые тела, и создавать всю лесную обстановку. Иное дело сапротрофы, для которых необходим только субстрат — древесина или гумус. Сейчас в мире культивируется большое количество дереворазрушающих сапротрофов, дающих крупные и вкусные плодовые тела. К ним относятся вешенки — обыкновенная и флоридская, кольцевик, сиитаке, зимний гриб, иудино ухо, опенок летний. Их выращивают как в открытом грунте, так и в специальных помещениях и заброшенных шахтах, используя самый различный субстрат — отходы древесины, опилки, малоценные отходы сельскохозяйственной продукции, солому и даже городской мусор. Грибная индустрия особенно развита в странах Юго-Восточной Азии (Япония, Китай, Южная Корея) и в государствах Западной Европы (Франция, Голландия, Чехословакия, Венгрия). Здесь постоянно отрабатываются новые технологии культивирования грибов, ведутся селекция грибов и поиски новых субстратов и сред для выращивания съедобных грибов. В результате рентабельность производства ценного и оригинального продукта питания постоянно повышается.

У нас в стране практически культивируется только шампиньон двуспоровый. В дореволюционной России выращивание шампиньонов было особенно развито в Петербурге и отчасти в Москве, теперь специальные шампиньоновые хозяйства построены в окрестностях Москвы, Ленинграда, Киева, Одессы, Кишинева, а также в Прибалтике. В шампиньонницах с одного метра полезной площади за год собирают до 400 кг грибов. Поскольку при культивировании шампиньонов большая доля приходится на ручной труд, стоимость грибов оказывается высокой.

Культивируют грибы и в открытом грунте, а также в естественных местообитаниях. Так, выращивают в основном дереворазрушающие сапротрофы — опята, вешанки. Для опят хороший результат дает следующий способ посадки. В неглубокие ямы и траншеи (до 15 см) укладывают кружки или обрезки начинающей гнить древесины, сверху насыпается слой лиственной земли с примесью древесного перегноя. Поверх этого слоя укладывается грибница и плодовые тела грибов, а сверху все снова засыпается нетолстым слоем лиственной земли. Как и в случае со съедобными микоризными грибами, здесь необходимо следовать принципу приуроченности к определенному виду растений. На остатки березовой древесины закладываются грибницы и плодовые тела грибов, собранных в лесу с этого субстрата, а не с ели, например. Лучший эффект дает закладка древесины с ризоморфами (темными шнурами) опят. Таким способом грибники-любители могут устраивать на своих дачных участках грибные сады.

Для воспроизводства грибных ресурсов применяется и метод заражения пней на вырубках мицелием дерево-разрушающих грибов, например летнего опенка. Посадки мицелия под кору в этом случае вызывают плодоношение опенка уже на следующий год. У нас в стране не распространено выращивание грибов в естественных условиях, так как запасы дикорастущих съедобных грибов в лесах огромны и реализуется (заготавливается) не более 10% от их массы. Причиной этого является отсутствие сети грибозаготовочных пунктов даже в лесах европейской части СССР, не говоря об огромных просторах лесов Сибири.

Плохо у нас поставлено и дело охраны редких видов, не разработана теория и принципы классификации охраняемых грибов, критерии определения их статуса. В настоящее время в Красную книгу СССР редких и находящихся под угрозой исчезновения занесены 20 видов грибов из различных систематических и экологических групп. Основной преградой для установления статуса грибов является чрезвычайно плохая их изученность в отношении видового состава на огромной территории СССР. Немногочисленные специалисты — микологи — практически не могут охватить все бесчисленное многообразие условий местообитания грибов в различных природных зонах нашей страны. Их жесткая зависимость от погодных условий, определяющая спорадичность плодовых тел, а также кратковременное их существование (от 1 до 10 дней), требуют для выявления видового состава грибов постановки длительных стационарных условий. Для составления полного списка грибов отдельных регионов необходимы не менее чем 10-летние исследования. Только тогда можно установить многолетнюю цикличность, характерную для многих видов грибов, и выяснить их биологические и экологические особенности. Эфемерность плодовых тел грибов в отличие от животных и растений не позволяет вплотную заняться их популяционной структурой и многими другими биологическими проблемами, легко решаемыми на уровне других, постоянно присутствующих и видимых в природных сообществах групп организмов.

Интенсивное хозяйственное использование природы и негативное антропогенное воздействие на естественные сообщества, резко различные в отдельных регионах, привели к созданию республиканских и региональных списков редких и исчезающих видов. Грибы вошли в красные книги Белорусской, Латвийской, Литовской, Казахской, Таджикской, Туркменской ССР.

Практически осуществлять меры охраны редких видов грибов можно только на территории уже существующих государственных и биосферных заповедников и на охраняемых территориях. В ведущихся в них летописях природы, к сожалению, почти всегда отсутствуют сведения о грибах, в результате чего микологи лишены уникального источника информации. Необходимо срочно восполнить этот пробел, особенно по отношению краснокнижных видов, произрастающих на территории соответствующих заповедных территорий. При регистрации местонахождения редких и исчезающих видов грибов следует как можно точнее указать географическое положение точки, привязав ее непосредственно на месте к ближайшему населенному пункту, отметить местонахождение гриба, учитывая состав и возраст древостоя, наличие подлеска, травяного, мохового и лишайникового покровов, а также условия увлажнения и характер почв. Очень важно отметить сопутствующие редкому виду грибы, образующие плодовые тела перед, одновременно и после его появления. Для характеристики биологии вида необходимо охарактеризовать его частоту встречаемости, начало и конец плодоношения, обилие и характер распределения на площади плодовых тел. Для микоризообразователей указать древесную породу, к которой он приурочен, и расстояние от ствола дерева; для сапротрофов — мощность, сложение и состав подстилки и гумуса; для дереворазрушающих грибов — вид субстрата (хвойные, лиственные), степень разложения субстрата, цвет разложившейся древесины. В связи с морфологической изменчивостью, в особенности цвета, следует подробно описать плодовое тело, а еще лучше зарисовать. Желательно указать причины, по которым гриб может исчезнуть или резко сократить свою численность (хозяйственное освоение территории, антропогенное воздействие, лесохозяйственные мероприятия, неумеренный сбор плодовых тел, необычные, резко отличные от среднемноголетних, погодные условия).

Все виды грибов, внесенные в Красную книгу СССР, как правило, имеют причудливую форму, окраску или большие размеры. Многие из них не представляют пищевой ценности, но собираются именно по причине их необычности. Может быть их редкость и исчезновение непосредственно связаны с этим. Не надо их срывать и выбрасывать, ведь можно полюбоваться диковинным грибом и на месте их произрастания, не уничтожая!

А теперь подробнее познакомимся с краснокнижными грибами. Сморчок степной имеет яйцевидно-шаровидную до шаровидной шляпку размером до 25 см, сросшуюся с ножкой буровато-сероватого цвета, покрытую сетью неправильно-прямоугольных ячеек. Ножка цилиндрическая, складчатая, серовато-белая высотой до 15 см и толщиной 8—10 см. Растет в апреле-мае в злаково-луговых степях Украинской, Казахской, Узбекской, Таджикской и Туркменской ССР и в Ростовской области.

Русский черный трюфель образует клубневидные плодовые тела черно-бурого цвета, покрытые твердыми бородавками и выступами размером до 8 см. На срезе имеет ячеистую структуру, обладает типичным грибным запахом. Растет в дубово-грабовых, дубово-буковых и дубовых изреженных лесах Закарпатья, Крыма, Черноморского побережья Кавказа, в лесостепях Украинской ССР (июль-сентябрь). Для большего распространения трюфеля и увеличения его численности можно применить разработанную во Франции методику культивирования в природных условиях. Причиной исчезновения вида считается его неумеренный сбор как ценного в пищевом отношении гриба.

Чешуйница древесинная имеет выпуклую густоворсисто-чешуйчатую шляпку желтого или рыже-бурого цвета размером до 9 см. Пластинки белые. Ножка до 9 см высотой, одноцветная со шляпкой, паутинисто-хлопьевидно-чешуйчатая. Растет на гнилой, часто замшелой древесине березы с конца июля до середины сентября в равнинных и горных кедровых и кедрово-широколиственных лесах. Отмечена единичными экземплярами в районе Телецкого озера (Алтайский край), на севере Красноярского края, в лесах Прибайкалья и на юге Приморского края.

Лейкоагарик длиннокорневой имеет плоско-выпуклую, к старости распростертую шляпку (диаметром до 15 см) грязно-серо-буроватого цвета (по краю почти кремовая), покрытую крупными чешуйками и войлоком. Пластинки вначале белые, потом кремоватые, тонкие и частые. Ножка (5—8 см) цилиндрическая, суживающаяся книзу, сверху беловато-кремового, а к основанию коричневого цвета, при надавливании темнеет. Растет единичными экземплярами на полях, пашнях, в каменистых пустынях на высоте 600—1500 м с июня по октябрь. Встречается в Армянской, Украинской (юг), Узбекской (Ташкентская область) ССР.

Гриб-зонтик девичий имеет вначале шаровидную, затем зонтиковидную белую шляпку (диаметр до 10 см), покрытую белыми треугольными отстающими от поверхности чешуйками. Пластинки тонкие, частые, в молодости белые, потом светло-розовые. Ножка тонкая, до 12 см высотой, цилиндрическая, к основанию клубневидная грязно-белого, с возрастом коричневого цвета, с широким подвижным кольцом. Пластинки от прикосновения становятся грязнокоричневыми. Растет на почве как гумусный сапротроф в хвойных и хвойно-широколиственных лесах Прибалтики, Украины, Приморского края и о-ва Сахалин (юг) в августе-сентябре.

Цезарский (кесарев) гриб имеет в молодости почти шаровидную, к старости — плоско-выпуклую, голую, оранжево-желтую или красную шляпку диаметром до 20 см. Пластинки толстые, частые, очень широкие, желтые. Ножка, (8—15 см) булавовидная, желтая, мелкобородавчатая, с широким, тонким желтым кольцом. Растет в буково-грабово-каштановых и дубовых лесах Закарпатья, Крыма, Кавказа, а также на юге Приморского края и о-ва Сахалин. Относится, к микоризообразователям дуба. Интенсивно собирается населением как ценный съедобный гриб, чем и объясняется уменьшение его численности и редкая, встречаемость.

Мухомор щетинистый имеет вначале шаровидную, затем распростертую беловатую (в центре светло-охряную) шляпку диаметром до 7 см, покрытую выпуклыми пирамидальными, грязно-белыми бородавками. Пластинки, широкие, желтовато-зеленоватые. Ножка клубневидно-утолщенная у основания высотой до 8 см, белая, книзу покрыта концентрическими рядами белых бородавок. Мякоть с неприятным запахом, беловатая с зеленоватым оттенком. Кольцо тонкое, белее, широкое, снаружи полосатое, внутри хлопьевидное. Образует микоризу с березой, растет в березово-осиновых лесах нижнего пояса гор в Азербайджанской и Казахской ССР.

Филлотопсис слабогнездящийся обнаружен на древесине платана единственный раз в реликтовой, платановой роще Армении. Относится к группе ксилотрофов. Шляпка боковая (6—10X4—5 см) почти плоская, шиповато-чешуйчатая по краю и голая в центре, белого цвета с мясо-красным оттенком, в месте прикрепления к субстрату беловойлочная. Пластинки широкие, розовые, лучеобразно расходящиеся. Поскольку на территории СССР больше нигде не обнаружен, рекомендуется полностью заповедовать местообитание гриба.

Шишкогриб хлопьеножковый имеет шляпку, густо покрытую черепитчато-расположенными, приподнимающимися крупными, буро-черными чешуйками, диаметр ее 6—7 см. Трубочки приросшие или нисходящие длиной 1—3 см, сначала беловато-сероватые, затем серые до темно-коричневых, поры крупные, угловатые. Ножка (до 15 см высотой) серо-коричнево-черного или черного цвета с хлопьевидными чешуйками и сероватым, быстроисчезающим кольцом. Мякоть серовато-белая, на разрезе сначала краснеющая, потом чернеющая. Относится к группе гумусовых сапротрофов. Растет в лиственных, сосновых, широколиственных в хвойно-широколиственных лесах на всей территории СССР (Прибалтика, Украина, Кавказ, Приморский край). Несмотря на широкое распространение, встречается единичными экземплярами не каждый год.

Рогатик пестиковый имеет широкобулавовидное плодовое тело высотой до 15 см желто-охряно-красноватого цвета, продольно-морщинистое. Основание булавы бело-войлочное. Ткань плотная, губчатая, белая, на изломе окрашивается в пурпурно-буроватый цвет. Относится к группе гумусовых сапротрофов, растет на почве в лиственных, хвойных и смешанных лесах. Распространен по всей лесной зоне СССР, но встречается единичными экземплярами с августа по ноябрь.

У ежевика коралловидного плодовое тело до самого основания древовидно-разветвленное, мясистое, белое, с розоватым или желтоватым оттенком, все усаженное шипиками длиной около 1 см, прямыми или слегка изогнутыми. Главные ветви толщиной до 1 см, от них отходят более тонкие, сильноразветвленные, расходящиеся во все стороны веточки. Относится к группе ксилотрофов, растет на древесине (разной степени разложения) березы, липы, бука, пихты с августа по октябрь. Грифола курчавая, гриб-баран. Плодовое тело состоит из повторно ветвящихся пеньков, исходящих из общего основания и переходящих на концах в черепитчато-расположенные круглые шляпки диаметром 1,5—4 см. На одном плодовом теле насчитывается до 200 и более палево-охристых или серых мелкочешуйчатых или сероволокнистых, вдавленных посередине, шляпок. Трубочки белые, короткие (до 2 мм), нисбегающие на ножку, поры очень мелкие. Гриб достигает диаметра до 50 см и до 4 кг веса. Растет у основания стволов или на отмершей древесине бука, дуба, граба, клева, реже пихты и ели в широколиственных и смешанных лесах европейской части СССР, на Кавказе и Полярном Урале, а также в Казахстане.

Спарассис курчавый, грибная капуста. Плодовое тело почти шаровидное диаметром до 35 см, многократноразветвленное, мясистое, достигающее 40 кг веса. От малозаметной, толстой, темной ножки отходят волнистые, роговидные лопасти, по краю извилистые, беловато-кремовато-желтоватого цвета. Относится к группе сапротрофных или слабопатогенных ксилотрофов. Встречается чаще всего у основания стволов хвойных пород — сосны, кедра, ели, пихты, лиственницы. Распространен довольно широко, но с единичной встречаемостью в Прибалтике, Белоруссии, на Украине, в Хабаровском, Красноярском и Приморском краях, а также в лесах Крыма и Кавказа.

Решеточник красный имеет в молодости шаровидное или яйцевидное плодовое тело высотой до 10 см, с тонким исчезающим наружным слоем оболочки и толстым студенистым внутренним слоем. Зрелое плодовое тело представляет собой сетчатое, куполообразное образование без ножки, снаружи красного, внутри зеленовато-оливкового цвета. Петли сетки эллиптические, округлые или многоугольные. Растет на почве единичными экземплярами в широколиственных лесах Крыма и Закавказья, Прибалтики, а также в окрестностях Москвы и Ленинграда. Образует плодовые тела не ежегодно.

Цветохвостник веретеновидный, такое же фантастическое образование, как и предыдущий гриб. Они похожи скорее на цветы. Молодое плодовое тело его яйцевидное или шаровидное, закрытое белой оболочкой, которая впоследствии разрывается лопастями и остается у основания ножки, короткой, ячеистой и полой. От нее отходят от 3 до 8 лопастей, сросшихся сверху, отчего гриб приобретает веретеновидный вид. Лопасти снаружи белые, а затем розовато-красные, изнутри — оливковые или почти черные. Общая высота гриба до 6,5 см. Имеет неприятный запах, но грибной, впрочем, как и предыдущий вид. Растет на гумусной почве или гниющей древесине в лиственных лесах Крыма, Закавказья, юга Приморского края. Встречается единичными экземплярами не ежегодно.

Диктиофора сдвоенная, сетконоска. Молодое плодовое тело яйцевидное или шаровидное диаметром 4—5 см, покрытое желтовато-коричневатой оболочкой, с мицлиальным шнуром у основания. Из растрескивающейся ножки вырастает цилиндрическая, полая, грязновато-белая ножка высотой до 20 см, на вид пористая. Шляпка ребристосетчатая, коническая, с воротничкововидным диском на вершине, в зрелости слизистая, оливково-зеленая. От места прикрепления шляпки с ножкой отходит сетчатое образование, спускающееся до половины или до конца ножки желтовато-белого или буровато-белого цвета. Гриб имеет неприятный запах. Растет в лиственных и смешанных лесах на богатой гумусом почве или на гниющей древесине с июля по сентябрь. Единичные находки гриба отмечены в Белгородской и Московской областях, в лесах Литовской и Украинской ССР, в Красноярском и Приморском краях, в Забайкалье и в Средней Азии.

Мутинус собачий в молодом виде так же, как и предыдущие виды, представляет собой яйцевидное образование диаметром 2—3 см, покрытое белой оболочкой, которое разрывается на 2—3 лопасти, сохраняющиеся у основания ножки. Шляпки у гриба нет, и он похож на заостренную кверху ножку губчатой консистенции, полую внутри, оранжево-желтовато-красноватого цвета, на самом верху окраска бледно-красная, покрытая оливково-зеленой слизью, издающей резкий неприятный запах. Растет гриб в лиственных лесах на гумусированной лесной почве или гниющих остатках древесины. Распространен в Прибалтике, Крыму, на Кавказе, в Приморском и Хабаровском краях, Западных Саянах. Встречается обычно группами из 5— 6 экз.

Феллориния шишковатая тоже мало похожа на гриб в нашем понимании, как и предыдущие грибы-цветы. Ее плодовое тело высотой до 25 см и шириной 20 см разделено на хорошо выраженную ножку и шляпку, состоящую из многочисленных (4—5 и более) граней наслоений конической формы желтовато-кремоватого цвета. Характерно чередование кремовых и желтовато-оранжевых зон. Ножка вверху в 3 раза шире, чем внизу желтоватая и деревянистая.

Гриб обнаружен на солончаках и в саксаульниках республик Средней Азии и Казахстана. Встречается небольшими группами, но очень редко. Занесен в Красную книгу Казахской ССР.

Многие из перечисленных видов, к счастью, встречаются в заповедниках, где принимаются меры к их охране. Для других редких видов грибов необходимо устраивать специальные микологические заказники, создавать искусственные посадки грибов с учетом главного принципа — подбора мест с максимальной идентичностью экологических условий тем условиям, из которых взято плодовое тело гриба для интродукции.

Для сохранения генофонда краснокнижных видов грибов необходимо выделение, поддержание и хранение их в коллекциях чистых культур микроорганизмов. Культуры некоторых видов грибов, занесенных в Красные книги СССР и союзных республик, уже хранятся в отечественных коллекциях. Несколько видов включены в каталоги коллекций США, ГДР, ЧСФР, Нидерландов, ФРГ, Польши, Японии, Норвегии.

Не менее важным, чем сохранение краснокнижных видов, является охрана грибовищ в естественных условиях. Неумеренный сбор грибов, особо ценных в пищевом отношении, антропогенное воздействие на среду их обитания приводят к истощению грибных ресурсов и выпадению некоторых видов съедобных грибов, особенно вблизи крупных городов.

Итак, если читатели этой книги получили представление о разнообразии грибов-макромицетов, об их экологических и биологических особенностях, о роли, которую они играют в природных и особенно лесных сообществах, то автор будет считать свой долг выполненным.

Литература

Васильков Б. П. Съедобные и ядовитые грибы средней волосы европейской части СССР. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1948.

Васильева Л. Н. Съедобные грибы Дальнего Востока. Владивосток: Дальневост. кн. изд-во, 1971.

Горленко М. В., Гарибова Л. В., Сидорова И. И. и др. Все о грибах. М.: Лесн. пром-сть, 1986.

Дудка И. А., Вассер С. П. Грибы. Киев: Наук. думка, 1987. Жизнь растений / Под ред. проф. М. В. Горленко. M.: Просвещение, 1976. Т. 2.

Жуков А. М., Миловидова Л. С. Грибы-друзья и враги леса. Новосибирск: Наука, 1980.

Сержанина Г. И., Яшкин И. Я. Грибы. Минск: Наука и техника, 1986.

Шубин В. И. Грибы карельских лесов. Петрозаводск: Карел, кн. изд-во, 1965.

Цирюлик А. В., Шевченко С. В. Грибы лесных биогеоценозов, Киев: Выща шк., 1989.