Боги славянского и русского язычества. Общие представления

Еще один вариант реконструкции врат Арконы (по Л. Нидерле)

Чернобог из книги А. Г. Маша «Сокровища Ретры» (возможно, хотя сомнительно, что это – прорисовка подлинной культовой фигурки)

Среди традиционных религий индоевропейцев только зороастризм ставит в космогоническом аспекте знак равенства между темным началом и злом. Вот почему даже когда мы узнаем от Гельмольда о «злом Чернобоге» и «добром Белобоге», мы вполне можем понять, что его христианское толкование противопоставления Белого и Черного богов может не иметь ничего общего с идеей добра и зла. Речь идет о разных проявлениях бинарных противоположностей, разных качествах и, в общем-то, понятиях.

Христианство же воспринимает идеи гностиков. Гностицизм был своеобразным ответом средиземноморского язычества на знакомство с малоазийскими мистическим учениями и на общественные проблемы рубежа эр. Основная идея всех гностических течений – непримиримая борьба материального и духовного, злого и доброго начал во Вселенной: «Гностическое раздвоение выступает с полною резкостью именно в космогонии: мир признается прямо злонамеренным созданием противобожественных сил» (Вл. Соловьев). Действительно, по мнению гностиков, тварный мир создает недобрый бог, слившийся позднее с нечистым христиан. Дуалистические легенды о сотворении мира Светлым и Темным демиургами существуют практически у всех соседей древних славян. Следы влияния гностиков и их последователей богомилов прослеживаются и в восточнославянской традиции (Громов, 2002), однако это не значит, что первоначальный дуализм всенепременно нужно сравнивать с христианскими или гностическими представлениями и выводить все из последних (хотя подобное иногда случается) (Васильченко, 2005). Совместное творение (пусть даже в порядке соревнования) и непримиримое противостояние двух противоположных сил – очень разные вещи.

Идол четырехликого божества (Свентовита), найденного в Волине (совр. копия из Польши)

«Отсюда злого бога Дьяволом и Чернобогом, то есть черным богом, доброго же Белбогом, то есть белым богом называли. Фигуру этого идола, высеченную в камне, можно поныне видеть на Руяне, на полуострове Виттов, в народе именуемую как Виттольд, как бы “Древний Вит”. С большой головой, густой бородой он скорее выглядит чудовищем, чем вымышленным богом» (История Каменской епархии, XVII в.).

Веком ранее: «Изображение идола Руяны, высеченное на камне, можно видеть в селе Альтенкирхен, в притворе храма. Более похожего на чудовищного злого демона, чем на какого либо бога; прежние жители острова называли его Святовитом, нынешние же Витольдом…» (Давид Хитреус, «Саксонская хроника», XVI в.). Сопоставляя Черного и Белого богов, упомянутый ранее Петр Альбин привел и иное имя бога света: «XI. Чернобог был черный бог; подобно как Ютробог – бог зари». Явно руяне почитали и такого бога, который, судя по имени, олицетворял утреннюю зарю.

«Фигура с рогом». Славянское изображение на камне, ныне встроенном в стену одной из церквей в Альтенкирхене. Иногда отождествляется со Свентовитом, что спорно (бога все же изображали четырехликим)

На тождество Свентовита и Белобога первым в отечественной науке обратил внимание А. Гильфердинг (Гильфердинг, 1885; История балтийских славян, 1994, с. 177–179).

«У славян имеется много разных видов идолопоклонства. Ибо не все они придерживаются одних и тех же языческих обычаев. Одни прикрывают невообразимые изваяния своих идолов храмами, как, например, идол в Плуне, имя которому Подага; у других божества населяют леса и рощи, как Прове, бог альденбургской земли, – они не имеют никаких идолов. Многих богов они вырезают с двумя, тремя и больше головами. Среди многообразных божеств, которым они посвящают поля, леса, горести и радости, они признают и единого бога, господствующего над другими в небесах, признают, что он, всемогущий, заботится лишь о делах небесных, они [другие боги], повинуясь ему, выполняют возложенные на них обязанности, и что они от крови его происходят [выделено нами. – Авт.] и каждый из них тем важнее, чем ближе он стоит к этому богу богов» (Гельмольд, 1963).

Под «богом богов» автор подразумевает Свентовита, который с его точки зрения есть едва ли не главный противник бога христианского: «Среди множества славянских божеств главным является Святовит, бог земли райской, так как он – самый убедительный в ответах. Рядом с ним всех остальных они как бы полубогами почитают. Поэтому в знак особого уважения они имеют обыкновение ежегодно приносить ему в жертву человека – христианина, какого укажет жребий. Из всех славянских земель присылаются установленные пожертвования на жертвоприношения Святовиту…

Аркона и местоположение храма Свентовита по данным раскопок К. Шукхардта

<…> Святовит, бог земли руянской, занял первое место среди всех божеств славянских, светлейший в победах, самый убедительный в ответах. Поэтому и в наше время не только вагрская земля, но и все другие славянские земли посылали сюда ежегодно приношения, почитая его богом богов… И велел король [Вальдемар] вытащить этот древний идол Святовита, который почитается всем народом славянским, и приказал накинуть ему на шею веревку и тащить его посреди войска на глазах славян и, разломав на куски, бросить в огонь. И разрушил король святилище его со всеми предметами почитания и разграбил его богатую казну. И повелел, чтобы они отступили от заблуждений своих, в которых рождены были, и приобщились к почитанию истинного бога…» (Там же).

Збручский идол как изображение Свентовита (рисунок XIX в.)

Рассматривая изображения Збручского столпа, имеющего трехчастное вертикальное деление и фаллический облик, Б. А. Рыбаков сопоставляет Свентовита и Рода. Этот столп, выкрашенный некогда в красный (рудый, кровяной) цвет – цвет жизни и Верхнего мира, по мнению ученого, есть олицетворение Рода (Рыбаков, 1987).

Кровь считалась признаком рода и родства (ср. выражения «братство по крови», «кровные узы», «кровная родня», «кровосмесительный брак» и т. д.). В пурпур облачались жрецы Свентовита, а его кумир в Арконе скрывался за пурпурным занавесом. Отметим, что «отцов богов» римского Юпитера и этрусского Тина также окрашивали в храмах в красный цвет. Одежду такого цвета могли носить лишь люди, находившиеся на наивысших ступенях общественной лестницы (Василевич, 2006).

Однако Свентовита как Белобога скорее можно сопоставить лишь с верхним четырехликим (как в описании очевидца разграбления Арконы Саксона Грамматика в «Gesta Danorum») изображением на столпе. Если Збручский столп символизирует Единого Бога, изображение соединяет образы четырехликого Белобога-Свентовита в Срединном явном (явленном) мире и трехликого Чернобога (Велеса?) в Нижнем навьем (неявленном) мире. Нижний ярус столпа находился под землей и был невидим (возможно, непосвященные о нем и не знали).

С точки зрения Б. А. Рыбакова, на нижнем ярусе столпа изображен именно Велес. В таком случае Збручский столп воплощает единение в общем роду эвгемерических богов славян, то есть их легендарных вождей-прародителей из Вышнего Мира; их потомков, умерших и ушедших к Чернобогу в Нижний Мир славян-пращуров; наконец, их «внуков»-наследников, живущих на Белом Свете в Срединном Мире пред оком Световита.

Крестильная купель с изображением четырехликого Свентовита в приходской церкви в Альтенкирхене (Германия, о. Рюген). Высказывалось предположение, что купель сохранилась еще с языческих времен, но это маловероятно. Скорее всего, такой вид был придан ей для привлечения вчерашних язычников в лоно церкви

«Слово святого Георгия изобретено в толцех о том, како първое погани суще языци кланялися идолом и требы им клали; то и ныне творят» свидетельствует: «… Проклятого же Осирида рожение. Мати бо его ражающи оказися и того створиша богом и требы ему силны творяху, окньнии… И от тех избыкоша древне халдеи и начаша требы им творити великия – роду и рожаницам пороженью проклятого бога Осира… Извыкоша Елени класти требы Атремиду и Артемиде, рекше роду и рожанице… [рассказ о том, как культ перешел к египтянам и римлянам, опущен. – Авт.]. Тако и до словен доиде се же слова, и ти начали трапезу ставити Роду и рожаницам переже Перуна бога их. А преже того клали требы упиремь и берегыням. По святом крещении Перуна отринуша, а по Христа Господа Бога нашего яшася, нь и ныня по украинам их молятся проклятому богу их Перуну, Хърсу и Мокоши и вилам, нъ то творять акы отдай… » (Паисieв сборн., XIV в.)[9].

Приведенные слова – повод затронуть еще раз проблему бога Рода.

Гадание на будущий год в день осеннего равноденствия. Подмосковье, 2007 г.

Род явственно сопоставлен со светодавцем Аполлоном («Атремидом»), а Рожаница – с нерожавшей Артемидой (см. раздел «Рожаницы»). Светоносного Аполлона и тогда, и впоследствии христианские книжники вполне могли отождествлять с Люцифером (Светоносным, в трудах отцов церкви «Сыном зари»), то есть основным противником библейского бога. Возможно, отсюда и упоминание Рода. Однако обращает на себя то известное обстоятельство, что культ Аполлона еще в античности связывали с Гипербореей – землями севернее Фракии и Скифии. Это согласуется с областью почитания «бога богов» славян, подобно Аполлону, властителя света и предсказателя. То, что Аполлона сравнивали еще с каким-то божеством, помимо Рода (если считать Рода и Свентовита одним и тем же богом), свидетельствует текст «Поучения духовным детям»: «Уклоняйся перед Богом невидимых: людей, молящихся Роду и рожаницам, Перуну, и Аполлону, и Мокоши, и Перегине, и ко всяким богам мерзким требам не приближайся…» (Азбукин, 1896).

По мнению ряда польских авторов, на реплике средневекового славянского медальона – знак бога Свентовита

… По свидетельству Диогена Лаэртского (II в. н. э.), греческих и персидских богов сопоставляли разные авторы поры расцвета античной культуры: «Аристотель в первой книге “О философии” считает, что маги древнее, чем египтяне, что они признают два первоначала – доброго демона и злого демона и что первого зовут Зевс и Оромазд, а второго – Аид и Ариман, с этим согласны также Гермипп (“О магах”), Евдокс (“Объезд Земли”) и Феомп (“Истории Филиппа”)» (О жизни, учениях и изречениях…, I, 8).

Иными словами, древние греки называли Аидом ту же сущность, что зороастрийские маги именовали Ариманом (Ангхро Майнью). Правда, едва ли древний эллин воспринимал властителя царства мертвых как злое начало, но что-то же позволило носителям Традиции провести такое сопоставление: «Аид несмирим, Аид непреклонен; но зато из богов ненавистнее всех он и людям» (Илиада, XI, 155)! Что характерно, до нас почти не дошли гимны, посвященные Аиду, хотя в честь других олимпийских богов их достаточно.

Возможно, гимнов было немного, но для нас главное, что «благое они (эллины) приписывают Зевсу Олимпийцу, дурное – Гадесу (т. е. Аиду)...» (Плутарх). Аид – «повелитель ушед ших от жизни», никому нет возвращения из его владений (Гесиод, Теогония, 850, 869–775). У орфиков Аид – «не данный в ощущениях, невидимый, незримый» (Орфей. Языческие таинства, 2001, с. 272); («Шлем Аида-владыки сумрак ночной сохраняет» (Гесиод, «Щит Геракла», 227), «Афина шлемом Аида покрылась, да будет незрима Арею» (Илиада, 5. 844). Одно из имен Аида – Плутон. По свидетельству современников, это – эпитет, связанный с богатством: «Имя же Плутона пошло от богатства, так как богатство приходит из-под земли» (Платон, «Кратил», 403а). Согласно орфическому гимну «Плутону», он – «хтонический Зевс», то есть неявленная третья ипостась Зевса[10]:

Дух, обитающий в доме подземном,таинственный мрачныйлуг Тартарийский,покрытый густой, непроглядною тенью,скипетродержец, хтонический Зевс,о, прими благосклонножертвы священные, благочестивые почести наши.Ключник пречистый, Плутон богатей,подземелья властитель,Что ежегодно с плодами достаткаявляется к смертным;Ты – и обитель бессмертных богов,и опора для смертных,Трон утвердивший под мрачной страной,уходящей в глубины.Неугомонный, Аид бездыханный,чьи действия слепы.(Орфей. Языческие таинства…, с. 178–179)Был ты третейский судья громогласных и скрытых деяний.(Там же).

На старой почтовой открытке – голова Свентовита как деталь отделки городской ратуши в Познани (Польша)

В других вариантах перевода формулировки более точные: «Плутон, земными ключами всеми ты обладаешь»; «Отец единый дел непроявленных; проявлений – Судья святейший и вседержитель блестящеславный» (Книга Орфея, 2001, с. 52–53). Не случайно, видимо, Вергилий именует Плутона immitis tyranni, то есть безжалостным тираном, ведь в царстве Аида терпят наказание многие, преступившие законы богов (Вергилий, IV, 492).

Святилище Аркона находилось на северной оконечности о. Руян (Рюген). Современная карта острова

Гравюра, изображающая рюген ского бога Свентовита (по Montfaucon Bernard de. L’Antiquité expliquée et represetneé en figures. Paris, 1722)

Славяне «…Плутона прозывали Ныя (Nya); его считали богом подземного мира, хранителем и стражем душ, покинувших тела, и просили у него после смерти провести в лучшие места преисподней, и поставили ему главное святилище в городе Гнезно, куда сходились изо всех мест» (Длугош, I, I, 47–48; II, VII, 447).

Подчеркнем именно «загробный» характер судейства Плутона/Ныя, отличный от земного суда Прове. «Запрещаем также пляски и песни, в которых призываются имена идолов Ладо, Леля, Йеша, Ныя, что обычно делают во время праздника Троицы» (Статут…, 1980, с. 39). Мацей Стрый ковский в «Хронике польской, литовской и всей Руси» (1582) пишет: «Плутона же, бога пекельного, которого звали Ныя, почитали вечером, просили у него по смерти лучшего усмирения непогоды».

Д. Громов убедительно показал, что персонаж Старый Старик из сказки «Бой на Калиновом Мосту» («Иван Быкович») или родственный ему Вий, былинный слепой отец Святогора, а также св. Касьян в народном православии – позднее переосмысление образа некоего черного бога, одного из властителей Навьего мира (Громов, 1999). Возможно, этот бог и есть Nya Я. Длугоша.

Ранее уже выявлены основные черты архетипов белого («светлого») и черного («темного») богов (Белкин, 1997; Гаврилов, 2000; Гаврилов, 2001; Гаврилов 2002; Гаврилов, 2004), но, полагаем, здесь умест но перечислить их еще раз, внеся ряд уточнений.

Чур Свентовита (современная работа, Польша)

– Белый и Черный боги – прабоги, боги старшего поколения. Изначально они могут восприниматься ипостасями Единого бога или Великой Матери, нести и рождение, и смерть. Позднее они часто отходят на второй план, им на смену приходят поколения младших богов, которые отражают появление новых социальных отношений и зарождение классового общества.

– Белый и Черный боги – соперники. Первый обладает атрибутами белизны или Света, а второй – хтонический, «темный» персонаж. Помимо черноты под землей, ему подчинена чернота на земле и чернота на небе.

– Черный бог связан со смертью и миром мертвых, ему подчиняются менее значимые «темные» персонажи. Белый бог, напротив, противостоит смерти и миру мертвых.

– Черного бога символизируют животные (ворон, волк или пес, и змей, выезжающий из/из-за воды) как ипостаси Черного бога или проявления, подвластные ему. Белый бог зооморфически связан с благородными птицами, крупным скотом (бык или корова, тур, олень) и чаще всего противостоит змею.

– Иногда Белый бог обладает подчеркнуто светлым (зорким) взглядом, а Черный бог частично или полностью «слеп» в Свете Белом. Это символизирует их власть в явьем (явном) и навьем (не-явном) мирах. Предположительно можно думать, что Белый бог также ограничен во владениях Черного (правда, указания на это отсутствуют).

Каменная голова Свентовита, найденная в г. Свентоборге (Дания)

– Белый и Черный боги связаны с зарождением новой жизни и судьбами людей.

– Блага в мире от Белого бога: Белый бог – просветитель, он добывает и дарит людям и иным Богам знания; Белый бог активно преобразует мир. «Вред» в мире от Чернобога: он препятствует изменению мира Белым богом или выступает как подстрекатель своего светлого противника.

– Иногда Белый бог ассоциируется с молодостью, а Черный бог – со старостью. Тогда их встреча – это испытание Белого Черным, а Света – Тьмой. В соперничестве с Черным богом Белый бог обретает целостность и избавляется от собственной ущербности, обретая Силу.

– Белый бог участвует в творении Вселенной либо препятствует ее порче. Чернобог не в меньшей степени задействован при создании Вселенной либо портит только что созданный Мир, внося в него изменения, которые впоследствии послужат к поступательному развитию сотворяемого Мира.

– При взаимодействии Белого и Черного богов появляются Время–Пространство и движение. Безоговорочное господство любого из них влечет за собою смерть и застой. Поэтому столкновение, спор между ними необходимы как условия развития сущего и поэтому, в конечном счете, ни один из них не может победить окончательно[11].

Идея противостояния и неразрывности противоположностей, в том числе Чернобога и Белобога пронизывает все традиционное мировоззрение. Она находит отражение в противопоставлении основных (архетипических) образов: Тьма – Свет, черное – белое, левое – правое, женское – мужское, низ – верх, плохое – хорошее и т. д.

Однако с точки зрения язычника мир все же един.

Пусть Свет и Тьма различны, в особенности на физиологическом уровне, они оставляют единое целое. Идея в первую очередь «единства», а потом уже «борьбы» противоположностей присутствует в мировоззрении всех индоевропейских народов вплоть до поры проникновения в него мировых религий, отрицающих единство Света и Тьмы.

Образы «темных» богов можно разделить на два основных типа:

Первый – образ разрушителя или Трикстера, приводящего старый мир и отношения в нем к краху.

Второй – образ культурного героя, Бога магии, повелителя Дикой Природы и охоты, властителя или стража Иного мира или проводника туда. Зачастую они смыкаются, но в любом случае тесно переплетены. Роль культурного героя чаще выполняет Белый Бог, собственно Творец. В таком случае, в дуалистическом мифе о творении соревнующийся с ним второй демиург выступает как трикстер…

Вопросы и сомнения

– Каково соотношение Свентовита, «бога богов» – с Творцом? Если продолжать проводить древнеиранские параллели: как у Спента Майню с Ахура Маздой (или даже Зерваном)? Или он в понимании славян-«гиперборейцев» и есть Белый Творец? При поиске ответа на вопрос есть смысл обратить внимание на такое обстоятельство: «Верованиев то, что “Световiт – бог Слонца i самы глауны”, отмечено в этнографических записях по Белоруссии еще в 80-х годах прошлого [XIX. – Авт.] века» (Беларуская мiфалогiя, 2006, с. 455-456).

– Не является ли все-таки противопоставление Белобога и Чернобога как «доброго» и «злого» не христианским? Вдруг налицо некое, допустим, древнеиранское (Ахура Мазда и Анг хро Майнью) или подобное ему гностическое влияние? И если это так, то как соотносится Митра с Радегастом Сварожичем?

– Во Львовской области известен заповедник «Вознесение» (в народе «Кайзервальд»). Среди прочих объектов имеется два, интересующих нас в рамках данной работы. Первое – капище на горе Баба, и Святовидово Поле (топоним местный). Какова же на деле география почитания Свентовита? Насколько широко славяне знали его именно под этим именем?

Радегаст Сварожич

«Готтофред в хронике 402 года по Христе от древних писателей сказует, что вандалы с королем их Радогостом в двести тысяч числом в Италию нападение учинили… И сии имена королей довольно свидетельствуют славян, ибо имя Радегаст самое славянское и славяне идола Радегаста почитали. К тому же имя Радегаста видно от владетеля вандалов дано… » – записал В. Н. Татищев в 1748 г., составляя «Историю Российскую» (Татищев, 1995, гл. 39).