Психология достижений. Как добиваться поставленных целей

В то же время нацеленные на профилактику люди осторожны. Прежде чем стрелять, они хотят убедиться, что видели оленя, и не рискуют ошибиться. Они терпеть не могут ложную тревогу – попытать счастья и потерпеть неудачу. Поэтому в стремлении к профилактическим целям они склонны чаще говорить «нет» или проявлять то, что психологи называют смещением в пользу осторожности. Они не стреляют, а продолжают ждать. Они не станут спугивать оленя или зря тратить патроны, но чаще возвращаются домой с пустыми руками {11}.

Эти смещения в пользу риска и осторожности имеют целый ряд проявлений. Например, люди с профилактической целью менее охотно переходят от одной деятельности к другой. Они из двух зол выбирают известное {12}. Но из-за присущей им осторожности они меньше склонны к проволочкам, чем люди, любящие риск, потому что опасаются не закончить работу вовремя {13}.

Когда перед людьми стоит продвигающая цель, они мыслят пытливо и абстрактно. Они проводят мозговые штурмы, придумывают множество вариантов для достижения своих идеалов. Они проявляют бульшую изобретательность. Им особенно хорошо удается выявлять связанные темы и синтезировать информацию. Но для людей, преследующих профилактические цели, абстрактное мышление и творчество – безрассудная трата времени. Если вы хотите избежать опасности, нужно действовать. Нацеленное на профилактику мышление конкретно: выбирайте план, уточняйте подробности и придерживайтесь его. Следовательно, нацеленным на профилактику людям прекрасно удается работа, требующая внимания к деталям. Они также лучше помнят, что они видели и что еще нужно сделать {14}.

Преследуя разные цели (продвижение или профилактику), люди применяют разные стратегии в отношениях с окружающими. Нацеленный на продвижение человек смотрит на дружбу с точки зрения приобретения выгоды и поэтому применяет инициативные стратегии, чтобы сохранять положительный настрой в отношениях: например, поддерживает друзей или составляет планы совместных вылазок. А профилактика заставляет человека смотреть на отношения с точки зрения возможной потери, так что он применяет для их поддержания бдительные стратегии: например, поддерживает контакт с друзьями. Эти отличия могут также проявляться, когда в отношениях возникают проблемы.

К сожалению, всем знакома ситуация, когда нас отвергали или мы чувствовали себя лишними. При этом способ отвержения может определять, какую стратегию человек применяет в ответ: продвигающую или профилактическую. Психолог Дэн Молден и его коллеги провели исследование, участникам которого сообщили, что они будут заводить друзей в интернете {15}. Каждый испытуемый был уверен, что общается при помощи компьютера с двумя людьми, которые находились в соседних закрытых кабинках и не были ему видны. Затем Молден изменил форму социального отторжения в онлайн-общении: новые виртуальные знакомые или откровенно отвергали участника, или игнорировали. Отвергая одного из участников, двое других в ходе обсуждения допускали такие заявления: «Ты это серьезно?», «Ты шутишь?» и «Я не понимаю таких людей, как ты». При игнорировании они выясняли, что живут в соседних домах, и начинали переписку между собой, полностью исключая третьего участника из общения.

Молден выяснил, что при отвержении (откровенном, активном и прямом социальном отторжении) у человека возникает ощущение потери, которое приводит к реакциям, направленным на профилактику. Эти люди ощущают тревогу, уходят от ситуации и сожалеют о том, что сказали или сделали. Когда человека просто игнорируют (неявное, пассивное и непрямое социальное отторжение), он ощущает, что потерпел неудачу в получении социальной выгоды, упустил возможность. Это приводит к реакциям, направленным на продвижение. Такие люди чувствуют печаль и уныние, но с большей вероятностью пытаются снова вступить в разговор и сожалеют о том, чего не сказали и не сделали.

Применяйте подходящие стратегии

Итак, различные виды направленности располагают нас к использованию разных стратегий для преследования своих целей. Рассматривая цель с точки зрения продвижения, вы с большей вероятностью будете искать способы идти вперед и применять более рискованные стратегии, активно нацеленные на «попадание» и требующие действий, которые приближают вас к цели. Видя цель с точки зрения профилактики, вы с большей вероятностью будете проявлять осторожность и применять консервативные стратегии, которые предотвращают случаи «ложной тревоги» и требуют действий, помогающих избежать ошибок. Но это еще не все: оказывается, крайне важно использовать именно такую стратегию, которая соответствует вашей направленности.

Применяя профилактические стратегии для достижения профилактических целей, а продвигающие стратегии – для продвигающих целей, вы даете своей мотивации дополнительный стимул. Тори Хиггинс утверждает: в целом применение подходящих, удачно подобранных средств для достижения цели повышает ее ценность. Создается ощущение, что так и надо. Как говорится, главное – не победа, а то, как вы играете. Играя хорошо, вы считаете, что поступаете правильно, и это приносит вам удовлетворение. Хиггинс и его коллеги провели десятки исследований, которые демонстрируют: подбирая подходящую данной цели стратегию, которую мы считаем правильной, мы больше увлекаемся процессом и проявляем дополнительное упорство в стремлении к цели {16}. Кроме того, мы с большей вероятностью получаем удовольствие на пути к цели и достигаем успеха.

Один из примеров того, как важно подобрать стратегию правильно, – результаты исследования, которое мы провели с Тори Хиггинсом, Эллисон Баер и Найлсом Болгером. Изучалось, как нацеленные на продвижение или на профилактику люди справляются с повседневными делами. Мы попросили участников в течение трех недель ежедневно записывать в дневнике, как они решали самые трудные проблемы. Им был предложен список стратегий преодоления, направленных на продвижение, например: «Я искал дополнительные средства, чтобы продвинуться к своим целям», «Я сосредоточился на действиях, которые мне точно должны были понравиться» и «Я старался сделать этот день приятным, чтобы сгладить впечатление от сложной проблемы». Стратегии, направленные на профилактику, включали такие возможности: «Я старался больше не делать ошибок» и «В тот день я избегал других неприятных событий».

И хотя успешными могут быть оба способа решения проблем, мы выяснили: в те дни, когда участники применяли стратегии преодоления, которые соответствовали типичной для них направленности цели, они были веселее и меньше расстраивались. Но при неправильно подобранных стратегиях преодоления участники меньше радовались и больше огорчались. Поэтому, когда вы сталкиваетесь с проблемой или стремитесь к цели, мало просто действовать. Ведь не любая стратегия преодоления подходит всем подряд. Нужно действовать в соответствии со своей целью, а понимание сущности продвижения и профилактики поможет сделать оптимальный выбор – тот, который вы считаете правильным {17}.

Когда сильная сторона одной цели – слабая сторона другой

Так как продвигающие и профилактические цели приводят к использованию разных стратегий, иногда один тип цели бывает эффективнее другого. Иными словами, есть действия, которые удаются нам превосходно (или ужасно), когда мы сосредоточены на продвижении или профилактике.

Выполнение любого задания небольшой сложности – например, чтение книги или покраска комнаты – требует того, что психологи называют компромиссом между скоростью и точностью. Чем быстрее вы действуете, тем больше ошибаетесь. Но неторопливость тоже имеет недостатки, особенно если времени мало, а вы торопитесь. Вас не должно удивить, что в зависимости от своей направленности люди жертвуют противоположными вещами в рамках этого компромисса. Преследуя продвигающие цели, мы предпочитаем скорость. Лучше покрасить весь дом, даже если не все прокрашено равномерно, а на полу остались брызги краски. Если я не понял сразу смысл отрывка, который только что прочитал, то продолжу чтение и наверняка все пойму, потому что очень хочу поскорей отделаться от этой книги {18}.

Но когда смысл наших целей – профилактика, мы предпочитаем действовать не спеша и выполнить задание безупречно. Конечно, оно растянется надолго, но нацеленные на профилактику люди охотно платят эту цену. Согласно результатам исследований, когда они при чтении чего-то не понимают, то просматривают материал до тех пор, пока не осознают его суть. Они читают медленно, но ничего не пропускают {19}. (Интересно, что исследования выявили один пример, когда направленность на профилактику заставляет людей действовать быстрее, чем направленность на продвижение. Нацеленные на профилактику водители оценивают ситуацию с интенсивным движением как опасную и быстрее нажимают на тормоза {20}.)

Существуют доказательства того, что два вида направленности приводят к разным временны́м показателям успеха. Продвигающие цели повышают энтузиазм и мотивацию на короткий срок, но результаты их достижения труднее сохранять надолго. А профилактические цели напоминают нам, что принцип «тише едешь – дальше будешь» может принести победу. Это иллюстрируют результаты двух исследований, в которых рассматривались показатели эффективности программ для желающих бросить курить и похудеть. В первые полгода у нацеленных на продвижение участников доля выбывших и показатели потери веса были выше, а испытуемым, нацеленным на профилактику, легче удавалось не курить и не набирать вес в следующие полгода. Когда цель трудна, наилучшая стратегия – добиваться ее с направленностью на продвижение, сосредоточившись на выгодах отказа от курения (похудения, новой работы). А достигнув этой цели, сохраняйте ее результаты, нацелившись на профилактику, чтобы с трудом завоеванная выгода не ускользнула от вас {21}.

Нацелившись на профилактику, вы все время настороже, чтобы предвосхитить возможные проблемы. В такой ситуации особенно легко заметить препятствия, которые могут сбить нас с пути. Поэтому проще противостоять соблазнам, когда мы рассматриваем цель с точки зрения возможных потерь. Удивительно, но исследования показывают: стремление к профилактическим целям приносит больше удовольствия, когда нужно сопротивляться отвлекающим факторам! {22} В ходе одного эксперимента участники должны были решить математическую задачу, но им всячески мешали, демонстрируя анонсы будущих фильмов и юмористические рекламные ролики. При этом нацеленные на профилактику участники превосходили по результатам не только тех, кто был ориентирован на продвижение, но и направленных на профилактику испытуемых, которых ничто не отвлекало. Когда человек преследует профилактические цели, присутствие искушений повышает его мотивацию бдительности и приводит к более высоким достижениям.

И последний пример: рассмотрим, как продвижение и профилактика воздействуют на ведение переговоров. Когда две стороны торгуются, покупатель должен найти баланс между желанием получить самую низкую цену и осознанием того, что, предложив слишком мало, он может потерять продавца. Проводя исследование, психолог Адам Галински и его коллеги разделили 44 студентов программы МВА на пары и попросили их принять участие в инсценировке переговоров о продаже фармацевтической фабрики {23}. Одного из участников пары назначали «продавцом», а другого – «покупателем». Обоим давали подробную информацию об обстоятельствах продажи, включая пределы колебания цены – от $17 млн до $25 млн. Затем Галински повлиял на направленность цели покупателей. Перед началом переговоров половину из них попросили записать «действия в ходе переговоров и результаты, которые вы надеетесь получить», а также «подумать, как вы могли бы способствовать этим действиям и результатам». Это придало участникам направленность на продвижение. Другую половину покупателей попросили записать действия и результаты, которых они «стремились избежать», и то, как они «могли бы предотвратить» их, что придало им направленность на профилактику.

Каждая пара начала переговоры с первого предложения покупателя. Нацеленные на продвижение покупатели начинали с цены почти на $4 млн меньшей, чем нацеленные на профилактику. Первые охотно шли на высокий риск и активно предлагали низкую цену, и это дало результаты. В итоге нацеленные на продвижение покупатели приобретали завод в среднем за $21,24 млн, а нацеленные на профилактику платили $24,07 млн. Почему? Галински утверждает, что из-за продвигающей цели участник переговоров фокусируется на намеченной цене. Однако профилактические цели, по-видимому, вызывают чрезмерное беспокойство о возможном провале переговоров, поэтому покупатель более восприимчив к менее выгодным предложениям. И об этом стоит задуматься: два участника переговоров владеют одинаковой информацией, имеют похожих оппонентов, но один из них переплачивает почти $4 млн. Единственное различие в том, что один думал о потенциальной выгоде, а другой – о возможной потере.

Вооружившись пониманием продвижения и профилактики, мы лучше осознаем, что стоит за многими нашими действиями (а также за поступками друзей и родных). Возможно, теперь вы знаете, почему всегда охотно шли на риск или избегали его. Вам ясно, отчего вы не склонны к излишнему оптимизму или имеете репутацию человека, абсолютно уверенного в себе. Вы понимаете, почему что-то давалось вам с трудом, а что-то – легко.

Разобравшись в своем прошлом, вы также узнали, как применять полученные навыки с максимальной пользой для себя. Нужно осознать свою направленность на продвижение (или на профилактику) и поступать так, чтобы повышать мотивацию и облегчать себе путь к цели. Вы не будете чувствовать вину, игнорируя советы, которые противоречат направленности вашей цели. Вы поймете, как важно доверять интуиции, когда она подсказывает какой-то ход, и сможете руководствоваться этим ощущением.

Что вы можете сделать

– Продвижение нацелено на приобретение выгоды, профилактика – на предотвращение потери. В этой главе я раскрыла разницу между целями, направленными на продвижение или на профилактику. Когда ваша цель направлена на продвижение, вы думаете о ней как о выполнении чего-либо, о том, чего вам хотелось бы добиться. Если же ваша цель направлена на профилактику, вы думаете о ней с позиции защиты от опасности, воспринимаете ее как то, чего обязаны достичь. Если обобщить, то смысл продвигающих целей – в максимизации получаемой выгоды, а профилактических – в предотвращении потерь.

– Оптимизм эффективен, если вы нацелены на продвижение. Если вы настроены на продвижение (или перед вами стоит продвигающая цель), то уверенность в своих силах и положительное мышление помогут вам достичь желаемого. Оптимизм мотивирует при стремлении к продвигающим целям, помогая бороться с препятствиями с бульшим энтузиазмом.

– Оптимизм неэффективен, если вы нацелены на профилактику. Если вы настроены на профилактику или пытаетесь избежать потери, чрезмерный оптимизм вреден. Уверенность в своих силах ослабляет мотивацию и притупляет бдительность. Вероятно, самое лучшее в такой ситуации – определенная доля пессимизма: ничто так не нацеливает на профилактику, как реальная возможность опасности.

– Продвигающие цели дают нам сильные ощущения, а профилактические – чувство облегчения. Стремясь к продвигающим целям, мы встречаем успех с восторгом («Ура! Я молодец!»), а провал – с печалью («Я жалкий неудачник…»). Успешное достижение профилактической цели обычно приносит нам облегчение («Уф, пронесло!»), а провал – усиление тревоги («Ну я и влип!»).

– Продвижение любит риск. Продвигающие цели создают смещение в пользу риска. Они заставляют нас соглашаться на что угодно, лишь бы не упускать возможность, приводят к изобретательности и пытливости. Нацеленные на продвижение люди предлагают новые идеи и неожиданные варианты. Они предпочитают скорость точности и успешно ведут переговоры, потому что не боятся сделать смелый шаг. Они видят общую картину и ловят подходящий момент.

– Профилактика любит осторожность. Профилактические цели приводят к смещению в пользу осторожности: мы чаще говорим «нет», боясь ошибок. Из-за них мы реже пробуем делать что-то новое или применяем необычные методы достижения цели. Но профилактические цели помогают избежать промедления благодаря более эффективному планированию. Нацеленные на профилактику люди уделяют много внимания подробностям, предпочитают скорости точность, лучше работают, когда нужно противостоять отвлекающим факторам, не упускают из виду мелочи.

– Применяйте подходящую стратегию. К успеху могут привести и продвижение, и профилактика. Важно определить направленность цели и применять соответствующие ей стратегии. Они не только приведут к высоким достижениям, но и вызовут у вас ощущение, что вы делаете правильный выбор. Таким образом, путь к успеху принесет вам больше удовольствия.

– Анализируйте ситуацию. Имейте в виду: хотя мы склонны рассматривать цели с точки зрения продвижения или профилактики, иногда их направленность определяет ситуация, в которой вы оказываетесь. Обязательно помните об этом и время от времени меняйте стратегию, чтобы она соответствовала цели.

Глава 5

Цели могут принести вам счастье

Сегодня я встала около пяти утра. Мой сын рано просыпается, так что я вылезла из-под одеяла, сделала себе кофе, села на диван с Максом, прихватив его бутылочку, и стала смотреть нью-йоркские новости. Оказывается, состоялось присвоение титула «Ньюйоркец недели». Его получила Дебора Кенигсбергер как основатель благотворительной организации «Золотые сердца», ежегодно собирающей миллионные пожертвования, на которые приобретает еду и одежду для бездомных женщин с детьми, а также обеспечивает им уход и крышу над головой. Организация помогает им получать образование и при необходимости обучаться профессии. Она проводит ежемесячные званые вечера, спонсирует художественные классы и устраивает экскурсии. Мамам, которым нужно идти на собеседование, подбирают подходящую одежду. Даже найдя жилье, они продолжают получать поддержку и остаются активными членами «Золотых сердец».

Посмотрев этот сюжет, я поняла, что Дебора Кенигсбергер – счастливая женщина. Она просто сияет. Когда репортер спросил ее о работе в «Золотых сердцах», из ее ответа стало ясно: хотя достижения фонда – результат упорного, кропотливого труда и преданности делу, она ни на что не променяет эту работу. Меня поразил блеск ее глаз и лучезарная улыбка, а сам сюжет мигом вывел из утреннего ступора. Дебора вдохновила меня не только потому, что миссия «Золотых сердец» так важна, а бедственное положение подопечных организации трогательно. Глядя на Дебору Кенигсбергер, я подумала: «Хочу стать такой же счастливой!»

Достижение любой цели обычно дает хотя бы мимолетное ощущение счастья. Но оно бывает разное: порой это приятное, но недолгое чувство чего-то хорошего, а иногда – охватывающее вас длительное ощущение благополучия. Оно возникает в результате стремления к определенным целям. Порой я чувствую такое счастье, и вы наверняка тоже. Когда мы влюбляемся, проводим время с друзьями и родными, завершаем этап личностного роста, бескорыстно помогаем людям – коллеге, соседу, незнакомцу в благотворительной столовой, – мы испытываем истинное счастье. Становясь старше и опытнее как психолог, я выбирала то, что могло подарить мне больше счастья. Но я хотела бы ощущать его чаще, и вы, наверное, тоже.

Завязывать полноценные отношения, развиваться как личность, отдавать долг обществу – все это похвальные цели. При этом стремление к славе, богатству и обожанию менее благородно. Эти цели вполне понятны и слишком распространены (похоже, реалити-шоу сыграли здесь не последнюю роль), но вряд ли стоит ими восхищаться. Кроме того, они не так уж полезны. Люди, нацеленные исключительно на поддержание имиджа и финансовую выгоду, как правило, испытывают гораздо меньше удовлетворения от жизни, даже если им удается стать богатыми и знаменитыми. Почему так происходит? Разве достижение целей, какими бы они ни были, не приносит ощущения полноценного счастья?

Как видите, нет. Оказывается, есть цели, которые гораздо полезнее других, потому что они удовлетворяют наши основные потребности. Такие цели обогащают внутренний мир, помогают повысить самоуважение и не нуждаться в подтверждении собственной значимости окружающими. А чтобы стать по-настоящему счастливым (и сохранить оптимальную мотивацию), важно не только содержание цели, но и ее источник. Почему вы терпите тяготы учебы в медицинском вузе: сами этого хотите или выполняете желание родителей? Вы упорно трудитесь над проектом, потому что стремитесь к успеху или просто выполняете приказ руководства? Когда человек преследует навязанные ему цели (даже достойные), снижается не только его энтузиазм, но и качество работы: он применяет упрощенные стратегии, лишь бы поскорее отделаться. У меня много студентов, которые в течение семестра вообще не открывают учебники, а зубрят материал в ночь накануне экзамена. Даже если они его сдадут, через несколько месяцев содержание курса полностью забудется.

Достичь цели – это еще не все. В долгосрочной перспективе такую же важность имеют суть цели и причины, по которым вы к ней стремитесь. В этой главе вы узнаете, действительно ли для вас полезны те цели, которых вы добиваетесь. Вы увидите, что давление извне, включая вознаграждение, иногда разрушает счастье как ваше, так и близких вам людей.

Что нам действительно нужно

На протяжении всей истории психологии ученые азартно спорят о сути и количестве основных потребностей человека: мотиваций, которые есть у всех и должны быть удовлетворены ради психического благополучия людей. Бывает, что мы дискутируем об этом даже в барах или на вечеринках (подумайте, прежде чем приглашать психолога в гости!).

Одни психологи предполагают, что таких потребностей всего несколько, другие насчитали не менее сорока. Но, несмотря на дискуссии, большинство ученых согласно со значимостью трех врожденных потребностей, предложенных Эдвардом Деси и Ричардом Райаном в теории самодетерминации {1}. Согласно Деси и Райану, все люди стремятся к причастности, компетентности и автономии.

Причастность – это желание ощущать связь с другими людьми и заботиться о них: любить и быть любимым. Поэтому мы завязываем дружбу и близкие отношения в течение всей жизни. По этой же причине мы ощущаем боль, когда эти отношения заканчиваются, и одиночество, если стремимся к ним, но не можем найти. Именно поэтому мы вступаем в клубы, размещаем информацию на сайтах знакомств и часами сидим в Facebook. Цели, относящиеся к установлению связей – знакомство с людьми, усиление имеющихся связей, вклад в жизнь вашего сообщества – удовлетворяют потребность в причастности так же, как вода утоляет жажду, а еда – голод. Человек может объесться или слишком много выпить, но, по-видимому, чрезмерной причастности не бывает: мы всегда можем получить пользу от новых знакомств или от развития старых.

Желание быть компетентным – это стремление оказывать воздействие на свое окружение и получать от него то, чего вы хотите. Интеллект – только один из видов компетентности. Ощущение компетентности может дать владение практически любыми навыками. Когда нужно чего-то добиться от жизни, то умение общаться, физические, организационные и творческие таланты можно сравнить по важности с интеллектом. Потребность в компетентности активизирует любопытство, внутреннюю мотивацию обучения, гордость за выполненное задание. Из-за этой потребности мы часто думаем о себе с позиций того, что нам хорошо удается (например, «Я умен», «Я умею смешить» или «Я умею слушать других»). Цели, которые относятся к усилению способности добиваться результатов – приобрести навык, выучить что-то новое, развиваться как личность, – удовлетворяют желание быть компетентным. Как и с принадлежностью, с компетентностью, похоже, невозможно переборщить. Не бывает, чтобы вам что-то удавалось чересчур хорошо.

Третья базовая потребность – в автономии, то есть в стремлении к свободе в выборе и организации своих поступков и переживаний. Это возможность делать то, что вас увлекает, соответствует особенностям вашей личности. Автономия – это ощущение, что вы сами принимаете решения, уверенность в том, что вы игрок, а не пешка в чужих руках. Когда нас мотивируют собственные желания и мы занимаемся чем-то ради интереса, а не по принуждению, в психологии это называется внутренней мотивацией. Это лучший из всех видов мотивации (позже я расскажу об этом подробнее). И хотя вас вряд ли удивило, что люди нуждаются в общении с окружающими или в умениях, вы, наверное, никогда не осознавали в полной мере, насколько необходима свобода и как ее недостаток может разрушить счастье.

Что нам совершенно не нужно

Как я уже говорила, не все цели вызывают ощущение истинного благополучия, потому что не всегда они удовлетворяют наши потребности в причастности, компетентности и автономии. Каким целям это удается? Тем, которые связаны с формированием, поддержанием или укреплением отношений. А также целям, направленным на личностный рост, физическое здоровье или принятие себя (когда вы пытаетесь устранить свои недостатки, а если это невозможно, то примиряетесь с ними). Цели, связанные с вашим вкладом в общество или с помощью другим, также удовлетворяют эти потребности.

А теперь я перечислю цели, которые не помогут достичь длительного благополучия: желание прославиться, жажда власти и улучшения своего имиджа в глазах окружающих. А также любая цель, связанная со стремлением получить одобрение других людей или приобрести внешние признаки уважения. Страсть к богатству ради самого богатства также не приведет к настоящему счастью (это не означает, что о деньгах вообще не нужно заботиться, просто богатство не гарантия счастливой жизни). Но почему мы так часто пускаемся в погоню за этими целями, если они не приносят настоящего удовлетворения?

Одна из причин – наша склонность верить, что они все же сделают нас счастливыми. Многие из нас полагают, что у богатых и знаменитых нет серьезных трудностей. Но если как следует подумать, мы будем вынуждены признать, что справедливо скорее обратное утверждение: у богатых и знаменитых уйма проблем. Держу пари, что на каждую счастливую и удачливую знаменитость приходится пять других – с целым набором пагубных привычек, багажом несложившихся личных отношений, неуверенностью в своих силах и даже ненавистью к себе.

Психологи Деси и Райан утверждают: мы хватаемся за эти внешние источники самоуважения, когда наши потребности в автономии, причастности и компетентности не удовлетворены. Такое происходит, когда мы находимся под слишком жестким контролем (он отбирает ощущение личной свободы), трудности чересчур велики (это лишает человека чувства компетентности) или когда нас отвергают (что отнимает ощущение принадлежности). То есть, ощущая слишком сильное давление или отсутствие выбора, считая, будто нам ничего не удается, чувствуя одиночество и отсутствие полноценных отношений с другими, мы хватаемся за не очень полезные для нас цели – они становятся нашей оборонительной стратегией. «Если я не могу получить любовь, которая мне нужна, то стану богатым и знаменитым и меня все полюбят!» Трагический парадокс этой стратегии в том, что слава, богатство и популярность практически гарантируют: ваши базовые потребности не будут удовлетворены. Это скверные суррогаты целей, которые мы на самом деле должны преследовать. Они обеспечат занятость, но никогда не принесут истинного счастья.

Чьи цели мы преследуем?

Еще совсем недавно мой племянник Харрисон обожал читать. Заходя к сыну в комнату, мама часто видела его за книгой из личной библиотеки: он увлеченно перелистывал страницы повествования о пиратах или волшебниках. Многие годы он просил меня дарить на Рождество подарочный сертификат в книжный магазин Borders или Barnes & Noble, чтобы подобрать там новые тома для своей библиотеки. Но в последнее время Харрисон открывает книгу только в случае крайней необходимости. По иронии судьбы, ему приходится делать это часто: один из учителей заставил всех пятиклассников читать каждый вечер не менее получаса. Кроме того, один из родителей обязан это подтвердить, расписавшись в дневнике. Моя невестка Пола заметила, что вскоре после начала обязательного чтения Харрисон начал все чаще поглядывать на часы, ожидая окончания мучения. И это мальчик, который прежде читал часами, не получая ни вознаграждения, ни иных стимулов! Теперь он хочет чего угодно, но не читать, потому что это стало обязанностью.

Когда Пола рассказала мне об обязательном чтении, я была возмущена до глубины души. Я уверена, что у учителя были благие намерения, понимаю, как важно (и трудно) добиться, чтобы дети читали, и обязывать их делать это регулярно – один из способов достичь цели. Но какой ценой это дается? Что касается Харрисона, то пострадала его врожденная мотивация к чтению. Она помогла бы ему в жизни, если бы ее защищали и поддерживали.

Ведь самую сильную мотивацию и удовлетворенность нам дает не только выбор целей, которые могут привести к благополучию (или тому, что психолог Мартин Селигман называет «истинным» счастьем {2}), но и самостоятельность при выборе целей. Как я уже говорила, самостоятельно выбранные цели создают внутреннюю мотивацию: желание делать что-либо ради самого процесса. Люди с внутренней мотивацией получают больше удовольствия от своей деятельности и считают ее очень интересной. Они глубже усваивают информацию и применяют настоящий творческий подход. Они упорнее стремятся к цели при возникновении трудностей и показывают более высокие результаты. Внутренняя мотивация дает мощный стимул для того, чтобы начать и продолжать действовать.

Внутренняя мотивация усиливается, когда мы имеем возможность сами осуществлять выбор и определять план действий. Собственно говоря, она усиливается, если вы чувствуете, будто сами делаете выбор (хотя это не всегда так). Деси и Райан называют ситуации, где у людей есть выбор (либо его иллюзия), «поддерживающими автономию». Это очень полезная информация для родителей, учителей, тренеров, работодателей – для всех, кому нужно мотивировать других людей вне зависимости от возраста и обстоятельств. Например, однажды было проведено исследование с участием почти трехсот учеников старших классов. Участники, которые считали, что их учитель физкультуры больше поддерживает автономию (они соглашались с утверждениями «Я чувствую, что учитель физкультуры дает мне свободу выбора» и «Я чувствую, что учитель физкультуры одобряет меня»), сообщили, что получают больше удовольствия от физкультуры. Они чаще занимались спортом в свободное время {3}. Убежденность, что вы занимаетесь в спортзале по собственному желанию, потому что сами сделали такой выбор, создает положительный настрой на физическую активность и ощущение, что вы контролируете ситуацию. А если физическая активность вызывает приятные чувства, то логично предположить, что вы захотите заниматься этим и за пределами спортзала.

Ряд экспериментов продемонстрировал: люди более мотивированы и успешны, когда чувствуют, что у них есть выбор и они принимают участие в определении собственной судьбы. Было проведено исследование программы похудения для людей, страдающих ожирением. Участники, считавшие, что медицинские работники поддерживают автономию, теряли больше веса (чем те, кто считал, что за них принимают решения {4}), занимались спортом регулярнее и успешнее поддерживали достигнутый результат в течение 23 месячного контрольного периода. Похожие данные были получены при изучении программ контроля за диабетом и отказа от курения {5}, а также при исследовании пациентов, которые лечились от алкоголизма или проходили метадоновую[13] терапию {6}. Людям даже удается лучше выполнять новогодние обещания, когда они ощущают, что эти решения отражают их собственные ценности {7}.

Автономия особенно важна, когда нужно поддерживать мотивацию у учащихся. Студенты и школьники считают, что преподаватели поддерживают автономию, когда те сосредоточиваются на потребностях учащихся, понимают и поддерживают их интересы, предоставляя нужные ресурсы, и готовы к общению. Признающие автономию учителя дают ученикам возможность сделать выбор и создают почву для совместного принятия решений. Они помогают учащимся принять ценности и задачи школы. При этом «контролирующие» учителя используют для мотивации учеников стимулы, которые не связаны с изучаемым материалом, – например, вознаграждения и наказания. Такие педагоги сами принимают решения и редко дают объяснения. Они требуют от подопечных пассивного усвоения всего, что им задано. Были проведены десятки исследований, в результате которых психологи выяснили: ученики поддерживающих автономию учителей чаще продолжают обучение, получают более высокие оценки, чаще проявляют творческий подход, предпочитают трудные задачи и испытывают настоящий интерес к занятиям {8}. Когда удовлетворена базовая потребность в автономии, молодежи нравится учиться и она усваивает гораздо больше.

Но если потребность в автономии остается неудовлетворенной, возникает противоположная закономерность. Те, кому когда-то нравилось учиться, обладатели внутренней мотивации (как мой племянник Харрисон) откажутся от занятий, когда почувствуют слишком сильный контроль. К сожалению, внутренняя мотивация – вещь хрупкая. Это убедительно продемонстрировало одно из первых исследований воздействия наград на мотивацию детей к игре. Психологи Марк Леппер, Дэвид Грин и Ричард Нисбетт наблюдали, насколько часто и долго группа 3–5 летних детей играла с наборами фломастеров в то время, когда было доступно много других игрушек. Затем психологи сказали некоторым детям, что те смогут получить награду, сделав этими фломастерами рисунки (другим детям такую награду не предложили). Как и предполагалось, ожидавшие вознаграждения дети играли с фломастерами дольше, чем тогда, когда награду им не предлагали. Казалось бы, эти награды мотивировали. В определенном смысле это так. Но самое интересное произошло несколько недель спустя, когда психологи вернулись к детям и обнаружили: те, кому раньше предлагали награду за рисование, вовсе перестали интересоваться фломастерами, когда в ситуации не фигурировал приз. Их внутренняя мотивация была уничтожена наградой: фломастеры стали тем, с чем играешь, чтобы получить что-то взамен. В некотором отношении вознаграждение стало контролировать их поведение. При этом дети, которые никогда не получали награду, продолжили играть с фломастерами ради процесса игры, как и раньше. Их внутренняя мотивация сохранилась. Фломастеры остались тем, с чем можно играть по собственному желанию.

Хочу вас успокоить: вознаграждение не всегда играет пагубную роль или разрушает мотивацию. Судя по всему, иногда можно использовать неожиданные награды или те, которые не зависят от достигнутых результатов. Когда награда преподносилась как сюрприз в конце игры или когда малышей вознаграждали вне зависимости от выбора игрушки, любовь к фломастерам оставалась прежней. Словесное поощрение – например, «отлично сделано» или «прекрасно» – тоже не оказывает отрицательного воздействия. И, конечно, вознаграждение очень полезно, когда речь не идет о внутренней мотивации: например, если задание скучное и у человека нет внутреннего интереса, который можно было бы разрушить.

Но не только награды способны подорвать внутреннюю мотивацию. Это могут сделать угрозы, наблюдение, жесткие сроки и другие разновидности давления, потому что мы ощущаем их как контроль и перестаем чувствовать себя хозяевами ситуации. К сожалению, большинство людей, особенно на службе, подвергается воздействию этих пагубных факторов. И они постепенно лишают их ощущения увлеченности своими действиями.

Когда у людей создается ощущение выбора, а их внутренний опыт получает признание, они возвращают себе контроль над ситуацией. Мы чувствуем, что наши действия – результат нашего желания, и ощущение автономии восстанавливается. И так как вознаграждения, угрозы, жесткие сроки и другие последствия наших действий – это жизненные реалии, нам нужно научиться создавать условия, поддерживающие автономию, и защищать свою внутреннюю мотивацию. Вот как это сделать.

Как создать ощущение выбора

Внутренняя мотивация усиливается, когда людям позволено самим выбирать и решать, что предпринять и какие цели преследовать. К сожалению, позволить всем и всегда самостоятельно принимать решения невозможно. Иногда требуется, чтобы другие следовали вашим указаниям. Студентам и подчиненным необходимо давать задания. У детей недостаточно жизненного опыта, а их мозг еще не полностью сформировался, так что им нужны подсказки родителей, чтобы принимать оптимальные решения. Как распределять задания и поощрять принятие определенных целей, не разрушая внутреннюю мотивацию (если она уже есть)? Оказывается, важна не столько фактическая свобода выбора, сколько ее ощущение. Выбор создает впечатление самоопределения, даже когда он иллюзорен. К счастью, создать такое ощущение легко.

Рассмотрим исследование, в ходе которого психологи Диана Кордова и Марк Леппер дали маленьким детям ощущение выбора в обучающей игре {9}. Этот эксперимент проводился не с подростками, потому что, по данным статистики, внутренняя мотивация в школе неуклонно снижается начиная с третьего класса. Маленькие дети любят узнавать новое, но присущая им любовь к обучению постепенно исчезает в подростковом возрасте. Крайне важно разобраться, как остановить этот процесс или даже повернуть его вспять. Для этого Кордова и Леппер предложили ученикам компьютерную программу по обучению математике, оформленную с элементами научной фантастики. Программа разработана для обучения порядку математических действий (чтобы правильно решить пример 6 + 4 × 5–3 =? нужно сначала выполнить умножение, а потом сложение и вычитание). Здесь, как это обычно бывает на занятиях, взрослые принимали за ребенка решение, что ему выучить; у него не было свободы выбора. Однако некоторым ученикам предложили выбирать варианты аспектов учебной деятельности, которые «не имели отношения к изучаемому материалу». Ученикам с параметром «ощущение свободы выбора» позволили выбирать значок, представлявший их в компьютерной игре, из четырех вариантов. Еще им предложили придумать название для своего космического корабля, выбрать значок, изображавший их врага-инопланетянина, и придумать название для его корабля. Ученики с параметром «отсутствие выбора» играли в ту же игру, но значки и названия за них выбирал компьютер.

Кордова и Леппер обнаружили, что ученикам с ощущением выбора игра нравилась намного больше и они гораздо чаще хотели продолжить ее после урока, жертвуя переменой. Испытав ощущение выбора, даже если он совершенно не был связан с изучаемой темой, дети также применяли больше стратегических приемов. А в контрольной по математике, которая должна была продемонстрировать, как они усвоили материал, их результаты оказались намного лучше. Они сообщили, что их уверенность в собственных силах выросла и что в будущем они с радостью поиграли бы в более сложную версию этой игры. Создание ощущения выбора, даже если предлагаемые варианты не имеют особого значения, удовлетворяет нашу потребность в автономии и питает внутреннюю мотивацию. Это значительно повышает удовольствие от деятельности и намного улучшает ее результаты.

Создание ощущения выбора – не просто способ повышения мотивации. Есть доказательства, что удовлетворение потребности в автономии необходимо для нашего психологического благополучия. Возможно, лучшая иллюстрация этого – исследование, проведенное в начале 1970-х годов психологами Эллен Лангер и Джуди Родин {10}. Они предположили, что стремительное ухудшение психического и физического здоровья многих обитателей домов престарелых частично вызвано тем, что им не нужно принимать никаких решений. Все – от меню до проведения досуга и даже личной гигиены и уборки в комнатах – планировалось и проводилось без влияния постояльца. Даже в домах, где о пожилых людях заботились с большой любовью, недостаток автономии был поразительным.

Лангер и Родин разработали простой эксперимент. Часть постояльцев пригласили на собрание, где главный администратор дома объявил: теперь они могут сами решать, как будут обставлены их комнаты, чем заниматься (предлагался целый ряд вариантов), и сообщать персоналу, что они хотят изменить. Им также дали возможность заботиться о растении – самостоятельно, без помощи персонала. Администратор подчеркнул, что выбор видов деятельности полностью зависит от каждого постояльца.

Формально у контрольной группы были те же варианты действий, но их сформулировали как «разрешения», а не свободный выбор (например, «Вам разрешено посещать людей на других этажах» вместо «Вы можете посещать людей на других этажах, если захотите»). Постояльцам в этой группе напомнили, что персонал усердно трудится, чтобы им было хорошо, и считает это своей обязанностью. Вместо «сообщите нам, что вы хотели бы изменить» постояльцам предложили «сообщить, как мы можем вам помочь». Им выдавали растения, но ухаживали за ними нянечки.

Результаты эксперимента поражали. Участники группы с ощущением выбора сообщали, что они счастливее и активнее, чем те, за кого делали выбор другие. По оценкам нянечек, постояльцы из первой группы стали бодрее, их психическое и физическое состояние улучшилось, а здоровье участников контрольной группы ухудшилось. Участники группы с ощущением выбора чаще посещали других постояльцев и знакомых вне дома престарелых и активнее общались с персоналом. При изучении результатов полтора года спустя оказалось, что эта группа продолжала оставаться счастливее, общительнее и бодрее, активнее проявляла инициативу. А самым удивительным оказалось то, что за полтора года умерло 15 % участников группы с ощущением выбора и 30 % – в группе без выбора. Смертность сократилась вдвое только потому, что людям позволили самим поливать растения, решать, как должна быть обставлена их комната, и выбирать между игрой в бинго и просмотром фильма. Как я уже говорила, мы часто недооцениваем важность свободы выбора для нашего благополучия. Но ее последствия мы все равно ощущаем.

Как вы присваиваете цели, которые перед вами ставят

Создавать у людей ощущение выбора и автономии, когда вы ставите перед ними задачу, выгодно еще по одной причине: это самый эффективный способ добиться, чтобы они добровольно приняли вашу цель как свою собственную. В психологии этот процесс называется интернализацией. Подразумевается, что люди принимают полученные извне правила и начинают поддерживать их как личные ценности. Например, дети перенимают привычки своих родителей. Это произошло и со мной: когда-то мама ругала меня за то, что я затаскиваю в дом грязь, а теперь я ругаю за это свою дочь. Когда-то я усвоила мамину любовь к чистоте и цель – сохранять в доме порядок. (Но не полностью: я так и не дотягиваю до маминых стандартов. Но она немка, а немцы ценят порядок превыше всего. В нашем доме хватало мест, где можно было бы поесть, но разрешалось принимать пищу только за столом. По-моему, я даже не знала, как выглядит пыль, пока не поступила в колледж. Впрочем, я отклонилась от темы.)

Интернализация проходит легче, когда поддерживаются наши основные потребности. Она происходит, когда мы ощущаем принадлежность к обществу других людей – родителей, друзей или коллег. Она также требует от вас компетентности по отношению к ценности, которая интернализируется – то есть вы должны считать, что она вам по силам. Вероятно, мои стандарты чистоты ниже маминых потому, что я просто не способна обеспечить такой уровень. Ощущения принадлежности, а также компетентности значительно усиливаются, если мы можем понять обоснование ценности – иными словами, когда нам объясняют, почему эта цель так важна. Понимание совершенно необходимо для интернализации. Чрезмерный контроль может нарушить этот процесс, лишая людей ощущения автономии. В результате они будут преследовать данную цель только по принуждению. Мама не только подробно объясняла мне, почему чистоплотность – важное качество (то и дело повторяя: «Что подумают люди?»), но и возложила на меня обязанность – убирать в своей комнате. Со временем я стала гордиться тем порядком, который наводила сама. В итоге поддержание чистоты стало моей собственной потребностью.

Важно ли это? Очень! Если цель интернализирована, вы получаете все преимущества, которые дает повышение внутренней мотивации (то есть творческий подход, более глубокое усвоение информации, улучшение результатов, повышение удовольствия и желания работать). Вам уже не нужно тратить силы на вознаграждение, наказание или контроль, чтобы добиться необходимого вам поведения. Но у интернализации есть еще одна выгодная сторона: переняв цель, считая ее своей собственной, мы испытываем больше счастья. В этом смысле интересны результаты исследования, проведенного Ричардом Райаном и его коллегами. Он спросил у верующих, представлявших различные направления христианства, часто ли они ходят в церковь и молятся и почему они это делают {11}. Райан обнаружил, что у людей, которые посещали церковь и возносили молитвы по внутреннему порыву, уровень психологического благополучия был выше. Но этого не наблюдалось у участников, которые совершали эти действия под внешним воздействием. Так что действия, связанные с вашей верой, сделают вас счастливее, только если вы совершаете их по зову сердца.

Я хочу сказать еще несколько слов об автономии, так как считаю, что ее очень легко спутать с независимостью или даже с эгоизмом. Удовлетворять базовую человеческую потребность в автономии – не означает желать все делать самому или пренебрегать чужим благополучием и чувствами. Если бы автономия означала, что нужно быть полностью независимым от других людей и заботиться только о себе, то осталась бы совершенно неудовлетворенной другая, такая же важная основная потребность – в причастности. Суть автономии в ощущении, что вы действуете по собственному желанию, сами делаете выбор. Это уверенность, что вы сами источник ваших действий, что они отражают ваши убеждения и ценности. Но все это вовсе не противоречит взаимозависимости – ощущению, что вы сотрудничаете с другими, заботитесь о них. Если у вас одна цель с членами вашей семьи, команды или вы преследуете цель ради других, а не для себя, от этого она не становится чужой. Вероятно, такие цели принесут даже больше счастья, чем любые другие, которые вы преследуете.

Что вы можете сделать

– Существует три основных человеческих потребности. Не каждая цель принесет длительное благополучие, даже если вы ее успешно достигнете. Это ощущение дадут вам цели, которые удовлетворяют основные человеческие потребности: в причастности, компетентности и автономии.

– Причастность укрепляет ваши отношения с людьми. Вы удовлетворяете потребность в причастности, преследуя цели, суть которых – в создании и укреплении отношений или в помощи обществу. У вас есть такие цели?

– Компетентность развивает новые умения. Вы удовлетворяете потребность в компетентности, преследуя цели, суть которых – расти как личность, учиться на своем опыте и развивать новые умения. Вы стремитесь к целям, которые удовлетворили бы эту потребность?

– Автономия отражает ваши увлечения. Вы удовлетворяете потребность в автономии, преследуя выбранные вами цели, так как вам это интересно или потому, что эти цели отражают ваши личностные особенности и основные ценности. Это описание подходит целям, на которые вы тратите основную часть своего времени? Можете ли вы делать то, что хотите?

– Не все то золото, что блестит. Цели, суть которых – получить подтверждение собственной значимости от других (например, стать популярным, знаменитым или богатым), не только не приносят истинного счастья, но и активно ослабляют ваше ощущение благополучия: они мешают стремиться к целям, которые принесут вам реальную пользу. Если у вас есть такие вредные цели, пора от них избавиться.

– Внутренняя мотивация лучше всего побуждает к действию. Добровольно выбранные цели создают внутреннюю мотивацию, благодаря которой возрастает удовольствие от деятельности, изобретательность, дольше проявляется упорство, а результаты улучшаются. Эту мотивацию уничтожает все, что мы воспринимаем как давление, включая вознаграждения, наказания, жесткие сроки и излишний контроль. Когда вы стремитесь мотивировать других людей, применяйте стимулы с осторожностью.

– Автономия питает мотивацию. Внутреннюю мотивацию можно защитить или даже восстановить, когда мы считаем, что находимся в условиях, поддерживающих автономию. Если мы полагаем, что наш внутренний опыт признан и у нас есть варианты выбора (даже если он малозначителен или иллюзорен), наша потребность в автономии удовлетворяется, а мотивация и благополучие возрастают. Постарайтесь использовать эти элементы, когда вы ставите цель перед ребенком, студентом или подчиненным. Это также лучший способ облегчить интернализацию целей, потому что наилучшие достижения – результат стремления к целям, которые мы начинаем воспринимать как свои собственные.

Глава 6

Цели, которые вам подходят

Из предыдущих глав вы выяснили, какие бывают типы целей. Теперь вы сможете применять свои знания, чтобы решить, какие цели следует выбрать для себя, а какие ставить перед своими подчиненными, учениками или детьми (или просто поощрять их стремление к этим целям). Но когда нужно выбирать тип цели, вы можете растеряться от обилия вариантов: продвижение или профилактика? «Быть хорошим» или «стать лучше»? «Зачем» или «что»?

Прежде чем принимать решение, полезно обдумать, чего вы пытаетесь достичь. Перед вами стоит трудная задача? Она потребует упорства? Что понадобится для успеха: сопротивляться соблазнам или чем-то пожертвовать? Важно ли для вас не только достижение цели, но и получение удовольствия от самого процесса? Требуется ли от вас творческий подход? Как нужно выполнить задание: быстро или с безупречным качеством? Увы, не существует цели, которая идеально подходила бы ко всем ситуациям. У каждого типа есть свои сильные и слабые стороны. Чтобы правильно избрать цель для себя, нужно найти ту, что лучше всего соответствует вашей ситуации. Выбор важен, потому что он один из ключей к успеху.

В этой главе я описываю несколько типичных ситуаций, в которых мы оказываемся при достижении целей. Для каждой проблемы вы найдете цели, которые лучше всего подходят, чтобы ее решить.

Когда задача не вызывает затруднений

Иногда мы ставим перед собой цели, которых не трудно достичь. Бывает, что для этого нужно выполнить простую задачу – по крайней мере для вас. Возможно, вы уже делали нечто подобное, и этот путь вам знаком, или обладаете нужными для успеха навыками. Когда для достижения цели нужно сделать что-то привычное, лучше всего сосредоточиться на результате («быть хорошим»). Как упоминалось в главе 3, возможность проявить ум, талант или навыки очень мотивирует, особенно если за это полагается вознаграждение. Считая, что на кону стоит нечто важное и от результатов ваших действий многое зависит, вы ощущаете прилив энергии. Именно это и нужно, чтобы проявить себя наилучшим образом.

Еще один способ достичь несложных целей – думать о них с точки зрения продвижения. Понимание, что задача проста, вселяет в нас оптимизм, а продвигающие цели мотивируют особенно сильно, когда мы уверены в успехе. (В этом случае профилактических целей следует избегать. Когда вы нацелены на профилактику, чрезмерная уверенность в своих силах может привести к бездействию.) Чтобы придать своей цели направленность на продвижение, спросите себя, что вы можете выиграть по ее достижении. Как она связана с вашими устремлениями?

Когда вам нужно усилить мотивацию

Бывало так, что вы очень хотели достичь какой-то цели, но так и не смогли найти мотивацию, чтобы начать к ней стремиться? Время идет, дни складываются в недели, недели – в месяцы, а вы топчетесь на месте… Это случается очень часто. Например, именно так обстояли дела с моими попытками регулярно заниматься спортом. Я очень хотела этого, но никак не получалось. (До недавних пор. Я изменила подход. Впрочем, об этом позже.) Продвижения к цели не происходит по разным причинам. Думая о ней определенным образом, мы можем или понизить свою мотивацию и тянуть время, или усилить мотивацию и избежать проволочек.

Один из способов заставить себя действовать – начать думать «зачем». В главе 1 вы узнали, что можно думать о цели либо с точки зрения причин, по которым мы ее преследуем («зачем»), либо в свете фактических действий для ее достижения («что»). Цель «больше заниматься спортом» можно мысленно сформулировать как «я хочу стать физически крепче и привлекательнее» («зачем») или как «ходить в спортзал три раза в неделю, чтобы заниматься на беговой дорожке» («что»). Исследования показывают, что мысли о целях с позиции «зачем» сильнее повышают и мотивацию, и энергию. Причину нетрудно понять. Думая о целях с точки зрения общей картины, мы понимаем, почему так важно их достичь.

Еще один способ избежать отсрочек – ориентироваться на профилактику, когда вы думаете о цели. К сожалению, вряд ли есть лучший способ прекратить заминку, чем серьезно обдумать все печальные последствия возможной неудачи. Нацеленные на профилактику люди почти никогда не медлят, потому что это их нервирует. Они считают, что единственный способ избежать опасности – немедленно действовать. Так что если вам нужно бороться с проволочкой, попытайтесь представить все, что вы потеряете в случае провала. Я понимаю, что делать это неприятно, но крупные достижения не даются легко.

Когда дорога полна препятствий

Цели бывают трудными по ряду причин. Например, вы работаете в незнакомой сфере или столкнулись с чем-то необычным: например, с появлением первого ребенка или освоением новой профессии. Иногда стоящая перед вами задача требует напряжения всех сил или выхода из запутанной ситуации. Возможно, это управление собственным бизнесом или ведение трудных переговоров. Не исключено, что перед вами стоит множество препятствий, не все из которых легко предвидеть и обойти. Так, придерживающийся диеты человек постоянно подвергается искушению, видя вкусные, но калорийные продукты: они подстерегают повсюду. (Практически в каждом офисе есть человек, который регулярно оставляет коробку домашнего печенья в переговорной. Я считаю, что это особая форма пыток.)

Иногда ключ к достижению цели – способность быстро восстанавливаться после неудач. Это особенно относится к случаям, когда провалы – правило, а не исключение. Подумайте только, через что приходится пройти актеру на протяжении своей карьеры. Даже известные артисты получали множество отказов и сталкивались с плохими рецензиями. Но им удается прийти в себя после каждого удара и двигаться дальше. Политики проигрывают выборы, адвокаты – дела, изобретатели конструируют неработающие устройства, а врачи теряют пациентов, несмотря на все свои старания. Мало найдется преуспевающих людей, у которых за плечами нет неудач. В этом есть и хорошая сторона: когда цель трудна (неважно, почему) и вам нужно держаться несмотря ни на что, можно применить несколько очень полезных приемов.

Во-первых, формулируйте желаемое конкретно. В главе 1 я писала о том, что самые мотивирующие цели трудны (но реалистичны) и четко сформулированы. «Похудеть на пять килограммов» – более эффективный призыв, чем «немного похудеть», потому что вы сможете точно понять, достигли вы цели или нужно еще поработать. Когда формулировки нечеткие, есть соблазн преждевременно расслабиться, особенно если цель сложна и приходится потрудиться.

Скорее всего, будет также полезно изменить тип мышления с «зачем» на «что». Думать о том, «что именно нужно сделать для достижения этой цели», – отличное подспорье при продвижении к непростой цели. Сосредоточившись на необходимых действиях, вы эффективнее работаете и лучше справляетесь с возникающими сложностями.

Легкие цели вызывают у нас оптимизм, а трудные часто приводят к сомнениям в собственных силах и шансах на успех. Когда нет уверенности, лучше всего придать цели профилактическую направленность. Пессимизм идет на пользу, когда мы стремимся к профилактической цели. Понимание, что возможны неприятности, усиливает бдительность и повышает мотивацию достичь цели несмотря ни на что. Когда мы думаем о возможных потерях, а не выигрыше, вероятность, что мы бросим преследовать даже сложную цель, снижается.

Обычно в случае трудных ситуаций я советую одно: обязательно думайте о цели с точки зрения «стать лучше», а не «быть хорошим». Вспомните главу 3: когда мы нацелены на личностный рост и прогресс, а не на самоутверждение, мы достойнее справляемся с трудностями. Мы склонны рассматривать неудачи как уроки, а не признаки своей несостоятельности. Нас меньше беспокоят шансы на успех, потому что мы знаем: даже если никогда не удастся выполнить задание идеально, мы все равно станем лучше. (Ведь наша цель – самосовершенствование.)

Когда у меня родился первый ребенок, дочь Анника, я стремилась стать хорошей матерью. Конечно, я прочла массу книг о воспитании детей и пересмотрела множество передач на эту тему. К тому же я как психолог знала множество полезных вещей, например, как «формировать прочную привязанность» и «проявлять отзывчивость в воспитании». Я собиралась стать для своей малышки лучшей мамой в мире и идеально справляться со всеми превратностями воспитания. Без сомнений!

Реальность потрясла меня. Анника с самого начала оказалась, как говорили в нашей семье, «беспокойным» ребенком (хотя сейчас принято говорит корректнее – ребенок, «требующий много внимания»). Она непрерывно кричала, с первого дня жизни и почти до полутора лет, замолкая только на время еды и сна (последнее случалось нечасто). Так как я была полна решимости стать лучшей мамой в мире, я принимала ее бесконечную раздражительность за признаки собственной некомпетентности в воспитании. Считая себя во всем виноватой, я каждый день переходила от тревоги к депрессии и обратно. Я мечтала сесть в машину и уехать куда глаза глядят от этого крика и серьезных сомнений в своих силах.