Теймур-ага, вспылив, хватает его одной рукой за шею, другой за ногу, поднимает и бросает в сторону. Везир, точно палас, распластывается посередине: комнаты. Теймур-ага быстро выходит. Через минуту везир приходит в себя.

(К Зибе-ханум.) Ах, негодная, так-то ты хитришь и обманываешь меня.

Зиба-ханум. Это я хитрю и обманываю тебя? Несчастный! Жалкий человек, ты ничего не видишь.

Везир (сердито). Замолчи, бесстыжая! Не мели языком. Теперь я узнал, на какие подлости ты способна. С помощью аллаха я расправлюсь с тобой.

Зиба-ханум. Несчастный, за что ты хочешь расправиться со мной?

Везир. Изменница, ты еще спрашиваешь? Разве мало того, что ты прячешься за занавесом с посторонним мужчиной?

Зиба-ханум. Жалкий человек, ты спроси лучше у своей жены Шоле-ханум что делал этот посторонний мужчина в ее комнате.

Везир. Бесстыдница, прежде всего ты ответь мне: что ты-делала за занавесом с посторонним мужчиной?

Зиба-ханум. Хорошо, я отвечу. Твоя жена Шоле-ханум: обругала мою служанку. Я пришла сюда побранить Шоле-ханум, чтобы она не зазнавалась. Я ее не застала и собралась уже уходить, как вдруг из-за двери послышались голоса постороннего мужчины и Шоле-ханум. Они шли сюда, в комнату. Тогда я спряталась за этим занавесом, хотела посмотреть, что они будут делать, и потом передать тебе. К тому же я не могла показаться мужчине с открытым лицом. Тут неожиданно явился ты, и этот человек тоже зашел за занавес и спрятался.

Везир. Почему же ты сразу не вышла и не сказала мне, если все это правда?

Зиба-ханум. Как я могла выйти и сказать тебе, если он грозил вонзить кинжал в мое сердце?

Везир (задумавшись, обращается к Шоле-ханум). Скажи правду, Шоле, к тебе приходил этот человек?

Шоле-ханум. Твоя жена из породы попугаев, она мастерица болтать и врать. Этого человека я сроду не видела и даже не знаю: кто он такой.

Везир. Как не знаешь? Ты не знаешь Теймур-агу?

Шоле-ханум. Как мог Теймур-ага попасть сюда? Разве ты: не повалил Теймур-агу и не отослал его со слугами к матери?

Везир. Ах ты проказница! Отвечай на мой вопрос! Теймур-ага к тебе приходил?

Шоле-ханум. Если бы Теймур-ага приходил ко мне, ты застал бы его со мной. Зиба-ханум знала, что сегодня я собираюсь в баню, и решила, что моя комната свободна. Вот она и пригласила своего возлюбленного сюда, чтобы отдаться удовольствиям. Она не могла встретиться с дружком в своей комнате, потому что сегодня ее очередь принимать тебя. Случайно в бане не было воды, и нам пришлось вернуться раньше времени. Они не успели убежать и спрятались за занавесом — надеялись выбраться оттуда позже, когда я выйду из комнаты. Вот тебе вся правда. Одумайся! Не поддавайся козням этой бесстыдницы и зря не подозревай меня.

Зиба-ханум (к Шоле-ханум, кричит). Ах ты подлая! Что это ты выдумала? Ты хочешь приписать мне свои проделки? Ах, я наложу на себя руки!

Шоле-ханум. Сама ты подлая, изменница и распутница! Убивай себя, не убивай — как хочешь. Твои козни и плутовство известны всем и каждому в Ленкорани. Криком тебе не оправдаться. У твоего мужа есть глаза, и он сам видит, чьи это проделки — твои или мои.

Зиба-ханум. Боже мой, я покончу с собой! Муж, почему ты не дашь по губам этой клеветнице и позволяешь ей так нагло наговаривать на меня?

Шоле-ханум. Сама ты клеветница! За что это он должен дать мне по губам?! Если он мужчина, то должен тебя изрубить на куски за то, что поймал с посторонним мужчиной.

Везир (Зибе-ханум). Конечно, тебя надо изрубить на куски. Дай срок! Сперва я повидаюсь с ханом и расправлюсь с твоим любовником, а потом и до тебя доберусь. Всю жизнь ты только и делала, что лгала и обманывала.

Зиба-ханум (сердито). Это я лгала и обманывала? А ты всегда говоришь правду? Ты это только что доказал нам, когда рассказывал, что произошло у хана.

Везир. Прочь с глаз, бессовестная!

Зиба-ханум выходит.

Скажи мне правду, Шоле, замешана ли ты в этом деле?

Шоле-ханум. Я ни в чем не виновата.

Входит Хаджи-Масуд с чашкой кофе и приближается к везиру, стоящему к нему спиной.

Хаджи-Масуд. Пожалуйте кофе, ваша милость!

Везир (поворачивается к нему и опрокидывает чашку кофе проливается на Хаджи-Масуда). Провались ты, проклятый! Какой кофе, когда я так расстроен? Я сейчас же отправлюсь к хану. (В сильном раздражении.) Вели сейчас же подать мне красную лошадь и оседлать гнедую шубу, слышишь?

Хаджи-Масуд направляется к выходу, вытирая одежду, залитую кафе.

Хаджи-Масуд. Слышу, сударь! Будет исполнено в точности, как вы велели.

Выходит. Вслед за ним выходит и везир.

Шоле-ханум. Велик аллах! Ну и попала же я в историю! И как только удалось вывернуться! Слава тебе, господи!

Входит Ниса-ханум.

Какое удивительное происшествие, Ниса! Везир застал Зибу-ханум за занавесом вместе с Теймур-агой.

Ниса-ханум. Что ты говоришь? Как очутилась Зиба-ханум за занавесом?

Шоле-ханум. Не знаю. И когда успела эта несчастная прийти и спрятаться там? Ведь она спасла мне жизнь! Но теперь хан, без всякого сомнения, казнит Теймур-агу. Не знаю, что придумать и как его спасти.

Ниса-ханум. Не бойся, хан не осмелится казнить Тейму-ра. Но было бы лучше, если бы всего этого не случилось. Теперь дело затянется. Мать зовет тебя. Пойдем к ней, а там пошлем Хаджи-Масуда во дворец узнать новости.

Обе уходят.

_{Занавес}

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Происходит во дворце Ленкоранского хана, на берегу моря. Хан восседает в тронном зале на троне. Перед ним с дубинкой в руке стоит начальник наружной охраны Селим-бек. По обе стороны стоят в ряд ленкоранские беки. У входа начальник полиции Самед-бек, начальник слуг Азиз-ага и несколько молодых слуг. Ниже тронного зала стоят в ожидании просители возле них помощник начальника наружной охраны Кадыр-бек. Тут же за дверью сидят фарраши.

Хан. Сегодня прекрасная погода. Как приму просителей, хочу покататься по морю, немного развлечься. Азиз-ага, прикажи матросам приготовить лодку.

Азиз-ага. Слушаюсь! (Уходит.)

Хан. Селим-бек, распорядись впустить просителей.

Селим-бек (из зала). Кадыр-бек, вводи просителей по очереди.

Кадыр-бек вводит двух просителей, которые низко кланяются.

Первый проситель. Милостивейший хан, у меня жалоба к тебе.

Хан. На что ты жалуешься?

Первый проситель. Сегодня я повел свою лошадь на водопой. Вдруг она вырвалась и убежала. Этот человек шел навстречу. Я крикнул ему: «Эй, ради аллаха, гони лошадь ко мне». Он нагнулся, поднял с земли камень, бросил в лошадь и выбил ей правый глаз… Теперь лошадь ни на что не годна. Я требую чтобы он возместил убыток, а он отказывается.

Хан (ко второму просителю). Правда это?

Второй проситель. Милостивый хан, это правда, но ведь не нарочно так бросил камень.

Хан. Не говори вздор! Как можно поднять и бросить камень не нарочно? У тебя есть лошадь?

Второй проситель. Есть, милостивый хан!

Xан (первому просителю). Ступай, выбей глаз у его лошади. Сказано в священном Коране: зуб за зуб, око за око, рана за рану. При решении этого дела не может быть никаких сомнений. Самед-бек, снаряди стражника, пусть отправится с ними и помирит их.

Самед-бек, кланяясь, спускается вниз, выделяет одного из фаррашей и, отправив с ним просителей, возвращается наверх.

Селим-бек, вели впустить следующих просителей. Да поживее. Мне надо на прогулку.

Селим-бек. Кадыр-бек, введи следующих просителей!

Кадыр-бек вводит еще двух просителей.

Хан. Ах, ханская власть! Что может быть тяжелее тебя на свете? Каждый озабочен только мыслью о своей семье и детях, а мне приходится заботиться о тысячах людей, вникать в их горести. С тех пор, как принял ханство, по сей день не было случая, чтобы я прогнал просителей, не выслушав их.

Селим-бек. Молитвы стольких людей — награда за ваши заботы. Весь народ поистине считается вашей семьей. Своим благоустройством весь Ленкоранский край обязан вашему справедливому правлению.

Просители кланяются.

Первый проситель. Всемилостивейший хан, у меня заболел брат. Мне сказали, что этот человек лекарь. Я пошел к нему, заплатил три тумана и привел к брату — надеялся, что он вылечит больного. Он пришел к больному и тотчас же пустил ему кровь. Как только прекратилось кровотечение, брат мой отдал богу душу. Теперь я говорю ему, чтобы он вернул хотя бы деньги. А он не только отказывается вернуть деньги, но еще спорит, уверяет, что если бы он не пустил кровь, могло быть еще хуже; и еще чего-то требует от меня. Помоги мне, милостивый хан!

Хан (ко второму просителю). Господин лекарь, как это могло быть еще хуже, если бы ты не пустил кровь?

Второй проситель. Милостивый хан! Его брат был поражен неизлечимой болезнью. Если бы я не пустил ему кровь, он, несомненно, умер бы, но через шесть месяцев. Пустив кровь, я избавил этого человека от шестимесячных бесполезных трудов и затрат на неизлечимого больного.

Хан. Так ты полагаешь, господин лекарь, что этот человек обязан как-то отблагодарить тебя?

Второй проситель. Да, хан, именно так, если только у него есть совесть.

Хан (обращаясь к бекам). Клянусь аллахом, я не знаю, как их рассудить. Мне не приходилось еще сталкиваться с таким трудным делом.

Один из беков. Милостивый хан, сословие лекарей заслуживает уважения, они приносят пользу народу. Прикажи этому человеку сделать лекарю подарок, по заслугам отблагодарить его. Тем более, что я знаю этого лекаря как искусного мастера своего дела.

Хан. Если он тебе знаком, пусть будет по твоему. (Обращаясь к первому просителю.) Ступай и подари лекарю еще чоху, чтобы он остался доволен тобой. Самед-бек, выдели одного стражника, пусть возьмет у этого человека чоху и передаст лекарю.

Самед-бек спускается вниз. В это время, тяжело дыша, входит везир, подходит к хану и кладет перед ним свой каламдан.

Везир. Да буду я жертвой твоей, хан! Довольно мне быть твоим везиром. Я уже награжден за мою службу. Теперь передай обязанности везира тому, кого ты посчитаешь более достойным. Я же покину этот край и пойду скитаться по свету.

Хан (удивленно). Что с тобой случилось, везир? Чем ты так расстроен?

Везир. Хан, по всей стране до сих пор только и говорят в народе о твоей справедливости. Страшась твоего гнева, ни один человек не осмеливается протянуть руку к собственности самого бедного из твоих подданных или посягнуть на честь его близких. А твой племянник Теймур-ara нисколько тебя не боится; средь бела дня врывается в дом такого человека, как я, и пытается посягнуть на честь его жены.

Xан (в гневе). Что ты говоришь, везир? Как может Теймур решиться на такую дерзость?

Везир. Пусть я буду проклят, если я сказал тебе неправду! Я видел своими глазами и даже схватил его, чтобы привести к тебе, но он вырвался и ушел.