Жить, чтобы любить

– А у вас с Эваном много общих классов? – поинтересовалась Вивьен.

– В основном да, Эван посещает те же классы, что и я.

– Надо же, какая ты умница! Замечательно! – сказала она, и на лице ее появилась мягкая улыбка.

Я промолчала, так как абсолютно не знала, что положено говорить в подобных случаях.

– Она еще и выдающаяся спортсменка, – попытался загладить неловкость Эван. – Благодаря ей женская футбольная команда выиграла вчера чемпионат штата.

Но от его замечания мне не сильно полегчало. Мне вдруг стало невыносимо жарко в Сарином шерстяном джемпере.

– Поздравляю, – сказал доктор Экель. – А вы уже выбрали себе подходящий колледж?

– Нет, в кампусах я еще не была, но скауты из некоторых колледжей приезжали посмотреть на мою игру. Я бы очень хотела учиться в Стэнфорде. – В огромной комнате голос мой терялся и звучал совсем тихо.

– Правда? – проявила интерес Вивьен.

– А что вы намерены изучать? – спросил доктор Экель.

– Я еще до конца не определилась.

– Она может выбрать любой предмет, – похвастался Эван. – Представляете, она взяла все классы с продвинутыми программами, и у нее по всем предметам исключительно четыре балла.

– Хмм… – Вивьен была явно заинтригована.

– Что ж, желаю вам всего наилучшего, – еще раз пожав мою руку, произнес доктор Экель. – Эван, всегда рад тебя видеть.

И они с Вивьен направились засвидетельствовать свое почтение следующему гостю.

Я повернулась к Эвану, чувствуя, что мне срочно нужно хоть немного остыть.

– Пожалуйста, никогда больше так не делай, – попросила я.

– Прости, но что я сделал не так?

– Не надо меня расхваливать. Ты меня смущаешь.

– Но ведь все, что я сказал, истинная правда. И я ничего не преувеличил. Извини, если тебе тяжело слышать правду.

– Просто я к такому не привыкла, – с трудом перевела я дыхание.

– Я знаю. – Он ласково сжал мою руку, задержав ненадолго в своей.

– Родители говорили мне, что ты собираешься приехать, – услышала я возбужденный женский голос.

К нам направлялась сногсшибательная блондинка с длинными волнистыми волосами. На ней было маленькое черное платье без бретелек, облегавшее ее стройную фигуру. И на ее фоне я сразу почувствовала себя ничтожной и бесцветной – и это несмотря на все Сарины старания. Она бросилась Эвану на шею и клюнула его в губы. Чтобы ответить ей дружеским объятием, Эвану пришлось выпустить мою руку. Мне не хотелось быть свидетелем столь интимной сцены, и я уставилась в пол, нервно ломая пальцы.

– Кэтрин, это Эмма Томас. Мы учимся в одной школе. Кэтрин – дочь мистера и миссис Джейкобс, – объяснил Эван.

Она резко повернулась ко мне, словно до сих пор не замечала моего присутствия. Но я сразу поняла, почему она так демонстративно прижимается к нему всем телом.

– Приятно познакомиться, – удостоила она меня небрежным кивком.

– Кэтрин учится в Бостонском колледже, – произнес Эван, которого явно задело поведение Кэтрин.

– И что, вам там нравится? – спросила я, чтобы поддержать разговор.

– Да, – даже не посмотрев в мою сторону, лаконично ответила она, а потом повернулась к Эвану и, не обращая на меня никакого внимания, сказала: – Эван, а у меня для тебя есть подарок. Пойдем наверх, я тебе его отдам. – И потянула его за собой.

У меня от ужаса расширились глаза: ведь я осталась совершенно одна.

Но Эван заставил Кэтрин сбавить шаг и что-то тихо сказал ей. Они остановились. Кэтрин бросила на меня сконфуженный взгляд. Эван продолжил говорить, она посмотрела на него, слегка нахмурилась, а затем погладила его по щеке. Вид у нее был страшно недовольный. Она что-то прошептала ему на ухо, потом с призывной улыбкой окинула его долгим взглядом. Он покачал головой, виновато усмехнулся. Тогда она пожала плечами, быстро чмокнула его в губы и исчезла.

Эван, с пылающим лицом, вернулся ко мне. Он явно собирался начать оправдываться, но я его остановила:

– Не надо. Все в порядке. Это не мое дело, и я ничего не хочу знать.

Он внимательно посмотрел на меня и осторожно спросил:

– Правда? Неужели тебя это нисколечко не волнует?

– А почему ты спрашиваешь? – нахмурилась я.

– Потому что она вела себя возмутительно. И если уж меня не могло не задеть ее поведение, то тебя и подавно.

– На самом деле я не знаю, чего ждать, – потупившись, пожала я плечами.

– Чего угодно, но только не этого. – Он взял меня за руку и слегка приподнял подбородок: – Хорошо?

Когда я подняла на него глаза, у меня перехватило дыхание.

– Конечно, – прошептала я и поспешно отвернулась.

Такого странного вечера в моей жизни еще не было. Я была в самом роскошном доме, который когда-либо видела, меня окружали люди, считавшие себя вправе говорить любые гадости, а Эван вел себя так, словно стал на десять лет старше. Он был абсолютно прав: после всего этого вечеринка у Джейка покажется мне детской игрой.

Затем в течение мучительно долгого часа с нами здоровались все новые гости, меня знакомили с разными людьми. Те задавали Эвану вопрос и тут же начинали говорить о себе. Наконец, когда я уже серьезно рисковала заработать косоглазие, разыгрывая живой интерес к очередной скучнейшей истории, прозвенел звонок и мистер Джейкобс пригласил всех пройти в столовую.

Как это ни странно, но после всех перипетий сегодняшнего вечера я просто умирала с голоду. Мы вошли в длинную, плохо освещенную комнату с выходящими на заднюю террасу сводчатыми окнами с темно-красными портьерами. Верхняя часть стен была покрыта зеркалами, а нижняя – резными панелями цвета слоновой кости, точно такими же, как в комнате, откуда мы только что вышли. Напротив окна я увидела еще один внушительный мраморный камин.

Посреди комнаты стоял длинный стол из темного дерева, к столу были придвинуты массивные стулья с высокой спинкой – скорее сорок, а не двадцать, как должно было быть по прикидкам Эвана. Стол был элегантно сервирован фарфоровой посудой с золотой каймой, изящными бокалами и изысканными столовыми приборами. В центре стояли серебряные вазы с цветами и чаши со сверкающими магическими кристаллами. Над столом висела огромная хрустальная люстра, испускавшая мягкое сияние, что вместе с уютно потрескивающими в камине дровами создавало непередаваемую атмосферу.

Эван сел слева от меня. По прихоти переменчивой судьбы моим соседом справа стал доктор Экель, в котором, в отличие от всех остальных, не было ни капли самодовольства или заносчивости, но доктор в основном молчал. Что тоже было не так уж плохо.

И в довершение всего, наверное чтобы придать вечеру должный импульс, справа от Эвана посадили Кэтрин, которая сразу же придвинула свой стул поближе к нему.

– Эван, а ты почему ничего не пьешь?

– Я за рулем, – объяснил он.

– Вот глупый, мог бы сегодня обойтись и без машины! – прошептала она достаточно громко, чтобы я могла услышать.

Чтобы успокоиться, мне пришлось срочно глотнуть воды. Я не смела поднять на них глаза.

– Эван, я скучала по тебе, – произнесла она задыхающимся голосом.

Я поперхнулась от неожиданности, наверное, вода не в то горло попала. Все тут же повернулись в мою сторону, а мне никак не удавалось прокашляться.

– Прошу прощения, – посмотрев на удивленные лица вокруг, прошептала я и покраснела как рак, причем скорее не от кашля, а от нескромных слов, что я подслушала.

– С тобой все в порядке? – повернувшись к Кэтрин спиной, спросил Эван.

– Да, – извиняющимся тоном ответила я. – Не в то горло попало.

В комнату строем вошли официанты, каждый нес в руках по глубокой тарелке. Словно по мановению волшебной палочки, тарелки одновременно оказались перед гостями. Впечатляющее зрелище!

– Начинай с крайних столовых приборов и потихоньку продвигайся к центру, – прошептал Эван.

Я посмотрела на бесконечный ряд столового серебра. Интересно, сколько всего надо съесть, чтобы все это использовать?

– Эван, ты на меня совсем не обращаешь внимания! – заявила Кэтрин, когда мы приступили к супу.

Похоже, кроме меня, Кэтрин никто не слышал, так как ее шепот тонул в гуле голосов. Просто я сидела рядом с Эваном, и мы с доктором Экелем ели молча.

– Вовсе нет, Кэтрин.

– Когда ты снова навестишь меня в Бостоне? – спросила она. – В прошлый раз мы здорово повеселились. Неужели забыл? – пронзительно хихикнула она.

Неестественно высокий звук заставил меня вздрогнуть. Интересно, она специально это сделала? И кто так себя ведет?! Я попыталась подавить приступ смеха и снова закашлялась, чем в очередной раз привлекла внимание сидящих за столом.

– Знаешь, я сейчас реально очень занят, – бросив взгляд в мою сторону, объяснил Эван.

– Но я не видела тебя с начала занятий в августе. Ты скучал по мне?

Я с нетерпением ждала ответа на ее вопрос.

– Я неплохо проводил время.

«Отлично, Эван!»

– Я могу предложить тебе кое-что получше. Почему бы тебе не приехать на следующий уик-энд?

– А у тебя разве не будет выходных по случаю Дня благодарения?

– Тогда приезжай ко мне сюда.

– Не могу, брат возвращается. Наверное, поедем кататься на лыжах.

– Эван! – произнесла она капризным тоном. – Не заставляй меня умолять тебя.

Она что, серьезно? Я снова сделала глоток воды, чтобы не расхохотаться. Затем еще один. И вот так, незаметно, выпила весь бокал. Возникший словно из-под земли официант в смокинге тут же налил мне воды из серебряного кувшина.

Когда подали второе и третье блюдо, Кэтрин молчала. Похоже, обиделась на Эвана. Я понятия не имела, что ела, поскольку кушанья меньше всего напоминали привычную еду, но мне, как ни странно, понравилось.

– Ну, как твои дела? – спросил Эван.

– Спасибо, все замечательно, – ухмыльнулась я, не поднимая глаз, чтобы не видеть Кэтрин и случайно не выдать себя насмешливой гримасой. – А как твои ?

– По правде говоря, я уже созрел, чтобы уйти, – признался он.

Я хотела улыбнуться, но опять закашлялась.

После пятого блюда, которое, насколько я поняла, было говядиной, я уже выпила три бокала воды и неожиданно почувствовала, что сейчас описаюсь. При мысли, что придется вставать и на глазах у всех выходить из столовой, меня словно парализовало, и я приросла к стулу. Но потом поняла, что долго не выдержу.

– Мне срочно нужно в туалет, – прошептала я Эвану.

– Извини, но я не помню, где здесь туалеты, – признался он. – Спроси у кого-нибудь из официантов. Они скажут, куда идти.

Слава богу, дверь была прямо за нашей спиной. Затаив дыхание, я стала медленно отодвигать стул. Раздался громкий скрип, и все разом замолчали. Я нахмурилась, в очередной раз почувствовав на себе раздраженные взгляды присутствующих. Потом тихонько соскользнула со стула и направилась к двери, стараясь ступать по возможности легко и грациозно. Рядом с дверью стояла женщина в смокинге, ее темные волосы были стянуты аккуратным узлом на затылке.

– Простите, – прошептала я. – Вы не подскажете, где здесь туалет?

– Туалеты сразу за лестницей, с обеих сторон. Можно пользоваться любым.

– Спасибо, – улыбнулась я и вышла из комнаты.

Но по дороге я зацепилась каблуком за порог и потеряла равновесие. Сделала несколько неуверенных шагов, изо всех сил пытаясь не грохнуться. Мне все же удалось удержаться на ногах, но мои тяжелые шаги эхом разнеслись по огромному вестибюлю.

На шум из столовой пулей выскочил Эван.

– С тобой все нормально? – спросил он, очевидно уже готовясь собирать меня по частям.

– Все замечательно, – выпрямившись, ответила я и, поправив джемпер, направилась в туалет.

Там я просидела гораздо дольше, чем было нужно, обмахиваясь полотенцем в надежде вернуть нормальный цвет лица, чтобы оно из пунцового стало хотя бы просто красным.

Когда я вернулась к столу, то обнаружила, что нетронутую говядину успели убрать. Передо мной теперь стояла тарелка с кусочками сыра, украшенными клубникой и виноградом. Кэтрин, склонившись к Эвану, что-то нашептывала ему на ухо и одновременно поглаживала его сзади по шее. Поэтому когда я садилась обратно, то старалась на него не смотреть.

Уж не знаю, что там Кэтрин говорила Эвану, делала она это достаточно тихо, и я ничего не расслышала. Закончив с сыром, Эван извинился и встал из-за стола. Он поспешно вышел из комнаты, лицо его было непривычно красным. Кэтрин, хихикая, глядела ему вслед. Я посмотрела на нее с немым вопросом в глазах. Она подняла одну бровь и, самодовольно улыбнувшись, пригубила вино. Тогда я поспешно отвернулась, нервно положив в рот виноградинку.

В столовую Эван вернулся через другую дверь. Он подошел к родителям, сидевшим рядом с хозяевами во главе стола, и что-то шепнул им, после чего Вивьен небрежно клюнула его в щеку. Затем Эван подошел к мистеру и миссис Джейкобс, обменялся с ними парой слов, пожал им руку, вышел из комнаты и вошел уже через дверь за моей спиной.

– Ну что, готова? – склонившись надо мной, тихо спросил он.

– Конечно, – ответила я, поставив обратно бокал с водой.

Он помог мне отодвинуть стул, причем сделал это гораздо тише, чем я. Мы вышли в вестибюль, Эван протянул карточку, чтобы получить наши пальто из рук слуги.

– Уже уходишь? – спросила Кэтрин, скользящей походкой вышедшая из столовой.