Слепое пятно

— Мистер Блейк?

Видно было, каких усилий стоило ему взять себя в руки. Грудь его поднялась в долгом вдохе, опустилась.

— Сэр Щен?

Мэгги кивнула было, поняла, что Блейк не видит.

— Да.

— Адский пес? Хеллхаунд? Тот, за которым иногда присматривает мой дядя?

Скорее, наоборот. Сэр Щен — спутник ближайшей подруги Эймс-Бомонта, и действительно, иногда пес остается в доме вампира. Но это трехглавый пес присматривает за Эймс-Бомонтом, и это Сэр Щен защищает дом в часы, когда вампир уступает сну.

Для спящего Эймс-Бомонта единственная реальная угроза — демоны, а они пистолета Мэгги не боятся. Но яд Сэра Щена может демона парализовать, а массивные челюсти запросто разорвут пополам.

Впрочем, Мэгги не была расположена вдаваться в подробности организации охраны Эймс-Бомонта, даже в разговоре с его племянником. Поэтому ограничилась коротким:

— Да.

— В облике демона?

К счастью, нет. Но если Блейк знает, что у Сэра Щена имеется форма демона, то можно понять, с чего он так побледнел. К трем головам Мэгги привыкла, но вряд ли когда-нибудь сможет привыкнуть к той огромной страшной твари, в которую умеет превращаться этот пес.

— Нет, сейчас он выглядит как трехголовый черный Лабрадор. — Очень большой черный Лабрадор. Когда Мэгги присела возле пса, глаза ее оказались на уровне его плеча. — Как только мы выйдем, он перекинется одноголовым. Сбрую, Сэр Щен?

У нее в руках появилась упряжь поводыря. Хаммерспейс — так называется магическая кладовая Сэра Щена, которая всегда с ним — позволяет спрятать почти любой предмет, но даже адский пес не может сделать так, чтобы упряжь размером на ретривера подошла к туловищу медвежьих габаритов.

— А еще прошу сократиться, — сказала Мэгги, закатывая глаза. Эта собачья зараза никогда не упустит возможности заставить себя просить.

На этот раз, наверное, — чтобы Блейк услышал и спросил себя, какого же размера был этот пес раньше. Сэр Щен дружелюбен настолько, что по адским стандартам он плохой пес, но очень любит нервировать окружающих. Просто у него чувства юмора больше, чем у собратьев по породе. И он с меньшей охотой рвет глотки и сжирает все остальное.

Во всяком случае, так Мэгги слышала. Сама она ни разу в Аду не была, и потому с другими хеллхаундами не знакома. И если ей повезет — и если весь сделанный ею при жизни негатив не приведет ее в Яму сразу после откидывания копыт, — то и не познакомится.

А если очень повезет, то и ни с каким демоном она больше не столкнется. Когда она обнаружила, что ее прежний работодатель — из этой породы, ей хватило на всю оставшуюся жизнь.

Приладив сбрую, она почесала Сэра Щена за ушами левой головы. Темные глаза слегка сверкнули алым и закатились под лоб в восторге. Ужасающе мощен и страшен этот пес ада, — но почесывание и пища делают его несколько более покладистым.

— Нигде его не оставляй, — тихо сказала Мэгги, — и я прослежу, чтобы Эймс-Бомонт купил тебе целую мясную лавку.

Очевидно, удовлетворенный посулом, Сэр Щен встал рядом с Блейком. Блейк сжал рукоять поводка.

— А что за проблема, если он оставит меня где-нибудь? Вы же там будете.

Блейк слышал? С ушами, значит, все у него в порядке.

— Меня не будет, — ответила Мэгги, выходя в холл и жестом веля Сэру Щену следовать за ней. — Я вас отвезу в аэропорт, а он будет сопровождать в самолете.

— Что за самолет?

Мэгги остановилась возле входной двери и выглянула в окно. Осмотрела машину за машиной, прохожего за прохожим. Не узнала никого и не увидела ничего, что вызывало бы срабатывание тревожных инстинктов, которым она за много лет научилась доверять.

Хотя пару раз инстинкты ее подвели, и потому она не снимала руки с пистолета.

— Сэр Щен, у тебя слишком много голов, — напомнила она хеллхаунду и только потом ответила Блейку: — Я зафрахтовала самолет, который отвезет вас обратно в Сан-Франциско. Мистер Эймс-Бомонт присмотрит за вами, пока я…

— Не выйдет, — перебил Блейк.

— …найду вашу сестру, — закончила Мэгги, не давая себя сбить.

— Где вы ее найдете? У вас есть информация, которой нет у меня, о том, куда он ее увез?

— Нет, — ответила она, открывая дверь.

В любом случае, пока нет.

Глава вторая

Выйдя на тротуар. Джефф впервые за четыре года взглянул на Мэгги Рен. Во всяком случае, впервые при личной встрече. Месяца три назад он видел ее фотографию в папке, которую дядя приложил к ее личному делу. Узнал он ее и ее светлые глаза немедленно. Эти глаза невозможно забыть, учитывая, что в последний раз он их видел поверх ствола ее пистолета за секунду до того, как она спустила курок. Она тогда была сотрудником ЦРУ, выполняющим задание в Дарфуре — где они оба были очень далеко от родного дома.

Хотя где на самом деле ее родной дом — непонятно. Брошенный родителями ребенок, она переходила из приюта в приют, пока в двенадцать лет не нашла себе пристань. Оттуда она пошла в армию и почти сразу ее завербовало ЦРУ. Долгие годы жила в округе Колумбия, но почти все время работала на выездах.

Возврат к гражданской жизни не был простым. Она поселилась у своего работодателя, конгрессмена и по совместительству демона. Узнав об этой последней его ипостаси, она от него ушла и стала работать у дяди Колина.

Джефф не знал ее имени, пока дядя не переслал ему ее дело.

И он не знал, считает ли она дом, приобретенный недавно в Сан-Франциско, недалеко от дядиного особняка, своим домашним очагом. И была эта покупка защитой от дяди или сигналом, что она с ним заодно. В конце концов, она пошла к дяде работать, зная, кто он такой.

И Джефф питал надежду, что эта работа для нее не проходная.

Если судить по внешним признакам, работа ей подходила. Даже Билсуорт — мажордом, господствующий над британским имением еще с тех пор, как Джефф бегал в коротких штанишках, — не мог придраться к идеальному завитку светлых волос на шее, накрахмаленной белой блузке или черному жилету и жакету. Бритвенно-острая стрелка на брюках выдержала перелет и нью-йоркскую влажность.

Что-то нечеловеческое было в этой неукоснительной аккуратности, но назвать это свойство демоническим Джефф не мог.

А вот слово «валькирия» ей бы подошло. Она оказалась выше, чем он думал. Глядя на ее рост и волосы, Джефф понимал, почему коллеги-оперативники называли ее «Брунгильдой-пулеглоткой».

Точнее, он понимал, почему Брунгильда. Очевидно, пули — это совсем другая история, где-то в секретной папке, которую он пока не видел.

Прохожий на тротуаре вскинул глаза на Мэгги. Джефф не мог понять выражения ее лица. С той минуты, как они вышли наружу, на нем ни разу ничего не отразилось.

Его слепота была для нее неожиданна, но сейчас она нашла тому объяснение. Вполне можно было представить себе ее мысли: Что тут может делать слепой?

На это были два ответа. Короткое объяснение звучало так: он не слеп. Просто своими глазами не видит.

Этот факт требовал уже более подробных разъяснений, в том числе рассказа о Люцифере и демонах, развязавших вторую войну против Неба, и о человеке, который положил конец битве, своим мечом убив дракона Хаоса. Этот человек стал Стражем, ангелом-защитником. Есть и другие Стражи, но именно тот меч создал семьи Эймс-Бомонтов и Рэмсделлов, и в конце концов — семью Блейк.

Этот меч, измененный драконовой кровью и пропитанный драконовой мощью, оказался в доме предков Джеффа. Два века назад дядя Колин и пра-пра… прадед Джеффа, Энтони Рэмсделл, совершили этим мечом обряд кровного братства, и меч отравил их кровь. Потом пра-пра… бабка Джеффа — сестра дяди Колина — тоже получила порез этим мечом. Его предки с каждой стороны слегка были изменены этим ядом в крови, и дети их тоже. Время от времени в семье рождался ребенок с чем-нибудь необъяснимым: способностями к телепатии, телеметрии или предвидению.

Родители Джеффа были дальними родственниками, и оба они могли проследить свою родословную до далеких пращуров. Поэтому порча комбинировалась, множилась, и Джефф с Кэтрин оказались необъяснимейшими из необъяснимых.

Джефф был рожден без зрачков и со способностью смотреть глазами любого стоящего рядом. А глазами Кэтрин он мог смотреть всегда, как бы далеко она ни была.

Но со вчерашнего вечера ее глаза не открывались. Скорее всего она спала.

А это скорее всего значило, что она накачана снотворным. Просто чтобы вела себя тихо, или похитителю было известно об этой зрительной связи, Джефф точно не знал. Но если учесть, что об этой связи знали только родители и дядя Колин, то, наверное, просто чтобы тихо было.

Кэтрин, когда очнется, найдет способ сообщить ему, где она. А тем временем опыт Мэгги Рен может оказаться полезным.

Если она непричастна к исчезновению Кэтрин.

Увидев портрет, он стал надеяться ее увидеть, просто увидеть. Он был ею просто заворожен. Едва удержался, чтобы не засыпать дядю вопросами о ней, как влюбленный школьник.

Хотя никого не удивило бы, если бы он заявил о своем интересе во весь голос. В его роду мужчины часто были одержимы женщинами.

Джефф был первый, кто стал одержимым заочно.

И он не представлял себе, что встреча будет такой. Но если она может предать семью, лучше будет узнать об этом сейчас.

Он смотрел на нее глазами пса, пока не был вынужден перейти к чьим-то чужим глазам. Теперь, когда у Сэра Щена была только одна голова, уже не казалось, что все вокруг вертится волчком, как было, когда Джефф только подключился к мозгу пса. Но зрение у собаки было такое четкое и ясное, что мозг у Джеффа слегка заболел.

А потом он стал смотреть глазами Мэгги.

К ним невозможно было приладиться. Он привык сразу одним взглядом воспринимать все детали, но здесь просто не успевал. Она то и дело переводила взгляд, глаза ее ни секунды не смотрели в одну и ту же точку. Внимательный взор не пропускал ни одного встречного, и она использовала любую отражающую поверхность, чтобы видеть, что происходит позади.

Ему были доступны ее глаза, но не ее мозг, а только этот мозг, наверное, и умел ими пользоваться. У Джеффа голова кружилась почти так же, как когда он смотрел глазами пса. Он умел передвигаться по людным тротуарам, определяя свое положение относительно владельца глаз, которыми смотрел, но с Мэгги это не получалось. Впервые он обрадовался, что в руке у него поводок, а рядом идет пес. Дядя Колин послал Сэра Щена для его защиты, но сейчас он пригодился, чтобы Джефф хотя бы не налетал на препятствия, торопясь за Мэгги.

Он переключился на глаза мужчины, идущего позади.

Этот хмырь таращился на ее задницу. Видит бог, его можно было понять. Мэгги Рен, от макушки до нескончаемых ног стоила того, чтобы на нее смотреть. Но есть же какие-то приличия! Посмотрел — отведи глаза. Нельзя же таращиться даже на самую лучшую задницу, как волкодав на свежее мясо!

Джефф остановился, обернулся. Взгляд прохожего остановился на его лице. Подождав, пока этот извращенец рассмотрит как следует сплошную синеву глаз, Джефф осклабился. Взгляд этого хмыря метнулся в строну, и он быстро зашагал прочь.

— Что-то случилось, мистер Блейк?

— Нет, ничего.

Он снова стал смотреть ее глазами. Поле зрения Мэгги слегка сузилось и сверху чуть затенилось, будто лоб стал ниже.

Она посмотрела в глаза Джеффу, потом на его рот. И снова устремилась вперед, бросая резкие быстрые взгляды через его плечо на идущих позади прохожих, пристально разглядывая лица. Она снова возвращалась взглядом к нему, потом надолго — для себя надолго — задержала взгляд на проходившем мимо мужчине.

Джефф узнал того извращенца. Мэгги рассмотрела его шею, колено.

Джефф перепрыгнул в чьи-то еще глаза, еще в чьи-то, пока не нашел того, кто смотрел ей в лицо. Увидел ее глаза, серые, холодные и опасные, а потом она надела пару темных очков без оправы, вынув их из внутреннего кармана. Суровая улыбка тронула губы, когда извращенец обернулся на нее, увидел ее глаза и быстро отвел взгляд.

Да, это она, Джефф узнал это выражение. Женщина, которая может в мужчину всадить нож или пулю, и Джефф видел в ее исполнении и то, и другое.

Они пошли дальше, и он снова вошел в ее глаза. Взгляд из-под очков окидывал каждого, кто попадался навстречу, и едва заметно задерживался на коленях, руках, животах и шеях.

Она не угрозы ищет, понял он. Она ищет слабые места. Каждый проходящий рассматривался как цель.

Но ведь она уже три года не в ЦРУ. Не пора ли уже отучиться от того, чему научилась за всю жизнь?

Может быть, от этого отучиться невозможно.

Арендованный ею вездеход оказался черным и угловатым, со снятыми задними сиденьями. Сбруя исчезла под рукой Джеффа, когда Мэгги открыла заднюю дверь. Сэр Щен прыгнул внутрь, лег и вырос до того размера, в котором был, когда Джефф увидел его на лестнице — глазами Мэгги. Хеллхаунд вытянулся, заняв почти все грузовое отделение.

Мэгги распахнула пассажирскую дверцу и взяла Джеффа за локоть. Он не мешал ей сажать себя в машину. Она умна, наблюдательна и знает, что на земле и в небе есть много такого, что средней человеческой философии и не снилось. Прояви Джефф слишком большую самостоятельность — она может заподозрить, что не так уж он слеп.

Он подождал, пока она села на место водителя.

— Нам нужно заехать ко мне в гостиницу…

— Она была нам по дороге из аэропорта, поэтому мы уже заезжали. Ваши вещи в хаммерспейсе у Сэра Щена. — Он увидел ее глазами собственное недоуменное лицо. — Это нечто вроде кладовки в ином измерении.

Джефф кивнул. Ему приходилось слышать, что у демонов и Стражей есть нечто общее.

— И мой компьютер тоже там? — Немедленно он ощутил на коленях знакомую тяжесть. Джефф поискал пальцами наушники, ощупывая края лэптопа. — Здесь был микрофон и… — да, спасибо, — сказал он, ощутив, как наушники с микрофоном положили ему на ладонь. Удобная это штука, хаммерспейс.

Мэгги уже не смотрела на него, выезжая на улицу, но ему для этой работы глаза не нужны. Сочетанием прикосновений и голосовых команд он поискал на компьютере нужные файлы… и был слегка удивлен, когда их нашел.

— В номере кто-нибудь побывал? Что-нибудь взяли?

— Если да, то очень аккуратно. — Машина сбавила скорость. Взгляд Мэгги показал ему желтый светофор, потом его собственный профиль. — Тот, кто вам делал укол, что-нибудь говорил о мисс Блейк? Почему ее похитили, или кто он такой?

— Нет. Но за несколько часов до того, как он меня схватил, мне об этом сообщила е-мейлом охрана гостиницы. Вот это сделано в тот день, когда исчезла из своего номера Кэтрин.

Он повернул лэптоп, показывая ей выведенную на экран фотографию.

Мэгги мельком глянула на экран, потом посмотрела еще раз и уже не отвела взгляда.

Ее глазами Джефф видел то же лицо, которое увидел водитель такси за секунду до того, как Джефф потерял сознание. То же лицо, которое увидел некто снаружи старого кирпичного дома, через пару секунд после того, как этот человек взял у Джеффа кровь и оставил прикованным к батарее.

Он видел то лицо, которое видела Мэгги, но понятия не имел, что видит она, глядя на фотографию. Друга, бывшего любовника, врага? Или просто мужчину, с которым когда-то пришлось работать?

— Это в гостиничном лифте. Он вышел на этаже, где номер Кэтрин.

Мэгги моргнула один раз, медленно. И сказала ровным голосом:

— Интересный след. Я по нему пойду.

— Это пока я буду улетать подальше от опасности? Подумайте еще раз. Когда я вчера вечером не вышел на связь, о чем попросил дядя Колин свою невесту первым делом? — Мэгги промолчала, и он ответил сам: — Ручаюсь, он попросил Сави вытащить все мои записанные телефонные разговоры и взломать все почтовые ящики. Она выяснила, какая мне почта приходила в последние часы, кто со мной контактировал, куда я мог уйти. И она не могла не найти эту фотографию.

Мэгги закрыла глаза, открыла их снова. Уставилась перед собой на зеленый свет.

— У Сави, при ее фотографической памяти, не заняло бы много времени сопоставить это лицо с вот этим.

Вторая фотография была сделана на политическом собрании в Вашингтоне, за несколько месяцев до того, как Мэгги ушла из ЦРУ. Исходный снимок увеличили, чтобы показать изображение Мэгги — слегка размытое, но узнаваемое, — стоящей на заднем плане в темном костюме и с хорошей военной выправкой. Рядом с ней стоял мужчина с первой фотографии.

Позади загудел клаксон. Мэгги оторвала взгляд от компьютера и проехала перекресток.