Некромант поневоле. Часть 1

А вот его аура меня внезапно заинтересовала — широкая, ярко пылающая зелеными и голубыми сполохами. Настолько сильная, что, будь я истинным «светлым», непременно позавидовал бы чужому богатству.

Однако привлекло мое внимание все-таки не это: прямо над переносицей пристально изучающего меня мага чернело крохотное, почти незаметное пятнышко, от которого во все стороны разбегалась тонкая паутинка соединительных каналов. При виде которых я вздрогнул от неожиданности и, заметив, как они совершенно отчетливо шевельнулись, чуть не выругался. А потом развернулся и, поджав губы, быстро вышел из класса, сделав вид, что не услышал изумленного выдоха за спиной и не понял, почему так громко скрипнули зубы у преподавателя.

— Ну и зря, — наставительно заметил Нич, спрыгнув на мое плечо сразу, как только я покинул учебную комнату. Небось, опять следил. А может, нарыл что-то интересное и пришел поделиться выводами? — «Зеленый» тебе этого не простит — за такое оскорбление живьем сожрет и не поморщится.

Я только покосился по сторонам, не торопясь расспрашивать учителя в коридоре: мало ли на кого нарвемся? Потом накинул на нас обоих заклятие полного молчания и негромко фыркнул:

— Ничего, переживет. Тем более, что на его занятия я ходить больше не собираюсь.

— Это еще почему? — изумился таракан, чуть не сверзившись с моего плеча и лишь чудом успев зацепиться коготками за мантию. — Хочешь, чтобы тебя раньше времени вызвали к ректору?!

— А ты хочешь, чтобы у нас тут нарисовался свежий труп?

— Какой еще труп? Чей? — непонимающе переспросил Нич, а потом уставился на меня с нескрываемым подозрением. — Гира-аш, ты что опять удумал?!

— Я — ничего. А вот ты, похоже, забыл об одной маленькой особенности моего дара…

Таракан издал странный звук и, благоразумно набросив на мое заклинание свое, маскирующее, тут же понизил голос.

— Ничего я не забыл. Но, насколько я помню, мы сделали эту твою способность минимальной. Так почему ты считаешь, что у нас скоро будет труп?

— Потому, — соизволил пояснить я, — что мы закрыли не все каналы, ведущие вовне от моей Печати. И потому, что несколько минут назад я своими глазами видел чье-то старое и ПОКА ЕЩЕ спящее проклятие, которое от одного моего присутствия было готово перейти в активную стадию. Как считаешь, сколько занятий у мастера Руха мне нужно посетить, чтобы это проклятие смогло реализоваться?

Нич растерянно замер.

— Чего? А ты уверен, что это было именно проклятие?

Я только усмехнулся, быстро идя по пустому коридору. Как и следовало ожидать, все адепты были на занятиях, так что некому оказалось удивляться моему присутствию. Впрочем, и преподавателей было не видно — по той же самой причине, — поэтому я смог беспрепятственно выбраться с этажа и направиться к телепортационной арке.

— Когда-то это было темой моей работы на соискательство степени архимага. Полагаешь, я могу перепутать такие вещи?

— Ну… не знаю. Значит, по-твоему, мастер Рух Мкаш проклят? — недоверчиво переспросил таракан.

— Да. И довольно давно.

— Но тогда почему я этого не понял, когда искал тебя, а встретил в коридоре его?

Ага. Значит, он что-то все-таки нарыл!

Я снова усмехнулся.

— Потому что ты — «светлый», а меня учили видеть проклятия еще тогда, когда ты мог без оглядки ухлестывать за молоденькими магичками, не вспоминая ежеминутно про больные суставы.

— Гираш, я тебе за эти намеки…!

— Я просто обозначил временные рамки, — примиряюще поднял руки я. — Не кипятись. И подумай над причинами, по которыми проклятие мастера Руха вдруг отреагировало на мое присутствие.

— А оно точно отреагировало? — снова усомнился мой учитель. — Ты уверен?

Я вздохнул, добравшись, наконец, до арки и активировав переход.

— Да. Причем это случилось именно тогда, когда я на него смотрел. У меня аж руку прострелило до самых пальцев. Как возле «темного» алтаря. Думаешь, я настолько наивен, чтобы не понять, что это означает?

— Разве твоя Печать настолько нестабильна?! — ошарашенно отпрянул Нич, когда мы прошли через телепорт и оказались в еще одном пустом коридоре.

— Нет. Но она до сих пор оказывает влияние на чужие проклятия. Несмотря на наши с тобой усилия и то, что я за последние две недели ни разу ее не трогал. Помнишь, что было с Лиш?

— Наверное, Печать набирает силу, — неохотно согласился Нич, нервно дернув усиками. — Пока у тебя не было возможности ограничить круг ее воздействия, она сбрасывала свои запасы вовне и расходовала их на все подряд. В том числе на поддержание активности твоих «птенцов», горгулий и умсаков, развитие каналов внутри твоего тела, проклятие Лиш, появление Глюка… Но потом мы поставили на нее заклятия-ограничители и оборвали большую часть старых связей!

— За исключением случайно брошенных проклятий, которые так просто не отследишь, — кивнул я, быстро оглядевшись и, учуяв знакомый запах, ускорил шаг.

— Да. При этом проклятие с Лиш было снято, твоя нежить стабилизировалась и перестала требовать много сил, кого-то ты вовсе погрузил в стазис, так что расход энергии резко уменьшился, а процесс ее накопления, наоборот, ускорился в разы…

— Но мы прикрыли его татуировкой и использовали рассеиватель, который должен был избавить меня от проблем.

Нич озадаченно поскреб лапкой нос.

— Вот именно. Это что же, получается, твой дар растет даже без дополнительной раскачки? Да так быстро, что одного рассеивателя уже недостаточно?!

Я пожал плечами, постаравшись его не уронить.

— Видимо, так. Поэтому, если я еще пару раз столкнусь с Рухом, то Академия очень скоро лишится преподавателя по магии Земли и Жизни.

Нич обреченно вздохнул, признавая мою правоту.

— Ты не выяснил, чье это проклятие?

— Нет. У меня было мало времени. И я не рискнул обращаться к Печати, потому что не был уверен, что смогу скрыть следы ее использования в такой близи от опытного мага. Но проклятие явно старое — оно успело прочно обосноваться в его ауре. И оно точно смертельное, потому что его ниточки уже проросли ее насквозь. Однако посмертным я бы его не назвал — слишком слабые следы вокруг того пятна. Посмертное бы изменило ауру гораздо сильнее.

— Приблизительные сроки знаешь?

— Думаю, несколько лет. Может, пять. А может, и все десять. Но я склонен полагать, что проклятие с самого начала было отсроченным — следов противодействия со стороны «светлого» я не заметил. Так что, вероятно, Рух даже не знает о том, что его прокляли.

— А это что, возможно?! — изумленно вскинулся Нич.

— Конечно. Грамотный мэтр способен наложить проклятие так, что его не заметит никто, кроме такого же мэтра. Особенности дара, так сказать… мне ли тебе об этом говорить?

— Но, Гираш… разве в Сауле еще остались такие специалисты?

Я резко остановился и, повернувшись, внимательно посмотрел на озадачившегося таракана.

— А вот это я тоже очень хотел бы знать. И не только из-за проклятия.

— Эм, — растерянно замер Нич, когда я так быстро отвернулся и снова продолжил путь. После чего огляделся, понял, что мы ушли слишком далеко от арки, и опомнился. — Гираш… а куда мы, собственно, идем?

Я фыркнул и решительно толкнул дверь столовой.

— Сюда. Пока все на уроках, можно нормально позавтракать и решить, что делать дальше. У нас есть два с половиной часа до тех пор, как тут станет людно. Или у тебя еще другие идеи?

Мастер Твишоп только покачал головой. А я тем временем принюхался и, уловив бесподобный аромат пирожков с мясом, с довольной улыбкой устремился к раздатке.

* * *

— Ну и что ты решил? — поинтересовался Нич через час, когда я насытился и умиротворенно откинулся на спинку стула. — Как объяснишь свое отсутствие на уроке Руха?

Я сыто икнул.

— Личной неприязнью и взаимным несовпадением целей учителя и ученика.

— Три «ха-ха», — саркастически откликнулся таракан. — Можно подумать, кто-то купится на твою ложь.

Я с достоинством отвернулся.

— А я и не лгу — я фантазирую. И если буду относиться к этому, как к фантазии, никто не упрекнет меня в искажении фактов.

— Да? А как попасть в башню к «темным» — ты тоже, надеюсь, придумал? И идея твоя столь же остроумна, как эта?

— Я еще не решил, — лениво отмахнулся я. — Но пока мои колебания находятся где-то между мыслью о некроманточке и банальным взломом защиты башни.

— Взлом заметят!

— Знаю. Поэтому-то и оставляю этот вариант на крайний случай. Не дергайся, Нич — время еще есть: мы здесь всего третий день. Что-нибудь непременно подвернется.

— Ну да, конечно, — проворчал он, с раздражением покосившись на мое довольное лицо. — Смотри, как бы поздно не стало — у тебя в замке остались должного присмотра люди и нелюди, способные без разнести его на части одним только…

Неожиданно скрипнула входная дверь, и он тут же осекся. А мгновением позже со скоростью молнии юркнул под мой рукав, умудрившись втиснуть туда длиннющие усы так, что снаружи их было совсем не видно.

Я же только улыбнулся и вполголоса промурлыкал:

— На ловца и зверь бежит. Очень вовремя…

— Кто там? — шепотом поинтересовался Нич, когда услышал звуки шагов.

— «Темные», — удовлетворенно откликнулся я и подался вперед, рассматривая тихонько вошедших в столовую адептов. — Так я и знал, что они предпочтут не рисковать. И смотри: тут есть мои новые знакомые…

Нич недоверчиво засопел, рискнув высунуть наружу нос, а я хмыкнул и поднялся, привлекая к себе внимание.

Это и правда оказались юные мэтры, явившиеся перекусить раньше остальных, чтобы не накалять обстановку в Академии. Каким уж чудом их отпустили до окончания уроков, не знаю, но, видимо, подаренные ректором поблажки распространялись не только на опоздания, но и на многое другое.

Правда, сегодня они пришли не все — «темных» было всего тринадцать человек. Причем, пятерых из них я видел я Лечебнице у мастера Ворга и кое-кого даже собственноручно тащил до телепортационной арки, когда этот «кто-то» сомлел возле разделанного трупа, а среди остальных выделялась одна-единственная девица — худющая и бледная, как смерть, но зато возвышающаяся над ними на целых пол-головы. Та самая приметная особа, которую я собственными глазами видел на построении два дня назад среди новичков. И именно та «некроманточка», о которой Нич мне уже все уши прожужжал.

Иными словами, это оказались два первых курса «темного» отделения АВМ. Которые при виде меня дружно застыли на полпути к раздатке и принялись так же дружно сверлить настороженными взглядами.

— Привет, — на пробу помахал я, чувствуя, как невидимый за моей спиной Нич нагло карабкается по мантии к шее. — Вы чего так рано? Уроки же еще не закончились.

— Ты что тут делаешь? — выступил вперед Шарк, враждебно уставившись на мое приветливое лицо.

— С занятия ушел. А вас сюда каким ветром занесло?

— Не твое дело, — огрызнулся малолетка и отступил к своим, стоило мне только сделать пару шагов навстречу.

Я понимающе усмехнулся.

— Что, решили воспользоваться своими привилегиями и перекусить не у всех на виду?

— Тебя не касается, — вызывающе вздернул подбородок Шарк и сделал знак своим. — Пошли, народ. Это всего лишь первогодка.

— Что такое, Шарк? — ласково осведомился я, подходя ближе. — Никак, ты меня опасаешься?

«Темный» оскорбленно всхрапнул.

— Еще не хватало!

— Тогда почему ты пятишься? И почему пришел сюда не один, а с группой поддержки? Разве подобает хорошему мэтру прятаться за спины сокурсников?

— Да я… — мгновенно побагровел мальчишка, но неожиданно вперед выступил Верен и, внимательно меня оглядев, с подозрением прищурился.

— Невзун?

— Привет, — я мирно развернул ладони, чтобы все видели, что они пусты. — Кажется, твой приятель сегодня не в духе. Или с секционного стола шмякнулся, не пожелав стать жертвой очередного эксперимента мастера Ворга.

Верен мгновенно насторожился.

— Откуда ты знаешь, что у нас сегодня было Целительство?

— Расписание висит на виду, — хмыкнул я. — Но у Шарка и без того слишком красноречиво позеленела физиономия, так что догадаться было нетрудно. Как вам Лечебница? Кошмары потом не снились?

— Нет, — нахмурился Верен, мельком покосившись на побледневшего Молчуна. — Но тебя это и правда не касается. Ты дашь нам пройти?

— А я разве кому-то мешаю? — удивился я. — Ешьте себе на здоровье, если боитесь перекусывать вместе со всеми. Мне все равно.

Юные мэтры мгновенно ощетинились.

— Мы не боимся! — враждебно зыркнула на меня девочка, которую Нич хотел от чего-нибудь спасти. — Отстань от нас, «светлый»!

— Уйди с дороги, — поддержал ее какой-то мальчуган и сделал угрожающий жест, от которого кончики его пальцев засветились крошечными голубоватыми огоньками.

— Ого, — усмехнулся я, оставаясь на месте. — Да ты, никак, в этой кучке самый смелый? Собрался духа-защитника призвать? Или уже успел собственного зомби создать? Поздновато в твои годы, ребенок. Давно пора бы полноценным умертвием обзавестись.

— Не лезь к нам, — мрачно посоветовал Верен, положив руку на плечо оскорбленно вскинувшегося мальчика. — Ты — «светлый», мы — «темные»… и мы — сами по себе.

— Самостоятельные, значит, — с умным видом покивал я. — А что ж тогда сюда-то толпой явились?

— Невзун, нас тринадцать, — тихо напомнил Верен, набычиваясь. — А ты один.

Я только улыбнулся.

— Полагаешь, это имеет значение? Или мэтры настолько измельчали, что могут все вместе напасть на слабого меня?