Я и Я (сборник)

– Вы же только что сказали, что я недостоин…

– С точки зрения цивилизации в целом – да. Ты оказался менее удачным воплощением и в таком виде должен уйти.

Жесткие фразы рубили воздух, скручивали внутренности и заставляли Кирилла стискивать зубы, чтобы не разреветься, как баба.

– Но твоя жизнь сама заканчивается не сегодня. И возможно, не завтра. Как ты думаешь, почему?

Кирилл вскинул глаза на директора. На секунду показалось – вот сейчас он скажет что-то такое, что перевернет все с головы на ноги и отменит приговор. Джокером перебьет все козыри, которые он приготовил как оправдание своего добровольного ухода.

Что все это – розыгрыш, сон. Что угодно, только не реальность.

Ведь жить-то на самом деле ой как хочется!

– Я не знаю, почему именно ты, такой весь из себя плохой и ничтожный, все еще жив. Я не знаю, сколько тебе, лоху и лузеру, осталось. Может – день, может – месяц. Но я, в отличие от тебя, вижу и другие варианты.

– Какие?

– Где гарантии, что не могут остаться оба, если оба будут достойными – каждый по-своему? Никаких доказательств этому нет, но не доказано и обратное. Данные, которые обнаружил второй Кирилл, ничего не говорят: хакеры до такой мысли просто не додумались. У тебя есть шанс проверить.

– К чему вы клоните?

– Ты – лох, лузер и ничтожество только лишь по сравнению со своим двойником. Ты не можешь стать таким же хорошим, как он. Так стань совсем другим! Вы же все равно не идентичны, уже есть различия. Стань таким, чтобы загадочная система, пытаясь вас сравнить, просто зависла. Разве есть хоть что-то общее у банановой пальмы и эн-мерного интеграла? Двух одинаковых людей не может быть в одном мире, а два разных – вполне.

– Легко сказать…

Стать не одинаковыми, а слишком разными? Идея поразила его своей простотой и изяществом, но что-то внутри изо всех сил сопротивлялось любым попыткам отклониться от уже проложенного маршрута.

– И легко сделать, если захотеть. Особенно если будешь не один. Поехали! – директор резко встал и направился к выходу.

– Куда? – Кирилл оторопело уставился ему в спину.

– В офис. Ну же?

– А… да, сейчас… только телевизор выключу!

Кирилл на секунду замешкался, но привычно подчинился приказу, как делал всю жизнь. Куда ему спорить с умными людьми?

– Я понял, в чем ваша беда: вы слишком серьезны! Умное лицо – это еще не признак ума, господа. Все глупости на земле делаются именно с этим выражением лица. Улыбайтесь, господа! Улыбайтесь! – отозвался телевизор.

Кирилл на секунду замер, но все же щелкнул пультом и повернулся к двери.

Игорь Сергеевич стоял, опираясь о косяк, и улыбался.

– Ну что, погнали? – спросил он, подмигнул и вышел.

* * *

Всю дорогу оба молчали. В директорском джипе тихо мурлыкало радио, но Кирилл не вслушивался. Водка еще не полностью выветрилась из организма, подташнивало, в душе и мозгах царил сумбур. Вроде бы мозаика сложилась, но пришел добрый/злой (нужное подчеркнуть) дядька, и все опять смешалось.

Они вышли из машины и направились к зданию.

Все, что наговорил директор, – фигня. Красивая, логичная, но фигня. Бессмысленная и для него бесполезная. Не сможет он стать другим, и – черт!!! – не желает опять подчиняться чужим приказам!

Директор пропустил его вперед, и Кирилл послушно направился к лестнице.

Имеет он право, в конце-то концов, сам решать, что делать со своей собственной жизнью?!

Желание развернуться и уйти все крепло, но Кирилл не успел – отвлекли крики и грохот падающей мебели. Похоже, именно из их офиса. Он обернулся и вопросительно взглянул на Игоря Сергеевича, но тот не отреагировал – тоже не успел. На лестницу вывалился Прохор и полетел навстречу. Волосы его были всклокочены, глаза выпучены и безумны, а костюм помят, испачкан и местами разодран.

– Держи его! – скомандовал директор.

Админ схватил щуплого пацана – тот заверещал, принялся извиваться, брыкаться, будто избалованная девчонка, которую пытаются насильно накормить кашей.

– А теперь тащи обратно в офис!

Это было непросто, но Кирилл все же был покрупнее и посильнее Прохора. С трудом, но он заломил тому руки за спину и втащил в холл.

Там творилось черт знает что. Обломки деревянных стульев устилали пол, стол в центре зоны был пуст, а все бумаги разлетелись по коридору. Пара ноутбуков, которые кто-то оставил на ночь, лежали около секретарской стойки и, судя по их виду, восстановлению не подлежали.

Второй Кирилл с двумя Маринами деловито приматывали скотчем еще одного Прохора к стулу. Тот сдавленно, но виртуозно матерился сквозь зубы.

– О! Поймал-таки? Отлично! Давай его сюда – на второй стул, – админ-два вытер пот со лба.

– Скотча хватит?.. Я сейчас еще принесу… Давай, а то мой закончился… – Марины убедились в крепости пут, и одна из них исчезла из зоны.

Движуха отрезвила его окончательно.

Примотав к стулу и второго Прохора, они отступили и перевели дух. В зону подтянулись директора:

– Успокоил свою охрану?

– Да. А ты?

– Тоже. Пока не лезут.

Они подняли кресла и расставили их вокруг стола. Прохоров тоже подтянули поближе.

– Итак, давайте еще раз с самого начала. Что мы имеем на данный момент… – начал второй директор и вопросительно посмотрел на первого. Тот кивнул, но промолчал. – Есть информация, достоверность которой под вопросом, но задуматься о ней стоит. Может, это домыслы, а может, и нет. Зоны сами по себе не лезут ни в какие ворота, однако их существование нам, здесь сидящим, отрицать глупо. Так что лучше и от новых данных не отмахиваться.

Кирилл наблюдал за начальством, пытаясь понять – что же каждый из них для себя решил? И что заставляет их так спокойно держаться? Второй директор не производил впечатления человека в панике или депрессии. Марины тоже сидели как на обычном совещании.

Только Прохоры дали волю эмоциям. И он…

– Поэтому, – продолжил Игорь Сергеевич, – стоит подумать, что и как мы можем сделать, какую пользу из расклада извлечь.

– Какую пользу, мать вашу? – не выдержал один из Прохоров. – Вы с ума посходили?! О своей шкуре надо думать, а не…

– Цыц! – рявкнул второй Кирилл.

Первый удивленно на него зыркнул: обычно они оба при начальстве предпочитали помалкивать.

Директор поблагодарил админа взглядом и продолжил:

– Варианта ровно три. Либо все же признать это бредом и жить как раньше. Это подойдет для тех, кто сможет выбросить всякие разные мысли из головы. Либо удариться в панику, – он искоса глянул на Прохоров. Кирилл сжался было, ожидая, что и его причислят к этой компании, но пронесло. – Либо же спокойно подумать, что мы можем сделать. Вот последний вариант я и предлагаю обсудить. Все согласны?

Марины кивнули. Прохоры набычились, но промолчали.

– Итак, – перехватил инициативу первый директор, – если принять за основу версию хакеров, то у нас опять-таки есть два варианта. Либо пытаться стать максимально похожими друг на друга, либо наоборот. Ни тот, ни другой вариант не дает никаких гарантий, но нам их и так никто не даст. Кстати, заодно можно будет эту версию и проверить – сработает подход или нет. Когда информация уйдет в народ, – а рано или поздно это случится, – у нас уже будут проверенные способы действий. Если мы…

– Вы вконец охренели? – взорвался первый Прохор. – Нам вот-вот хана наступит, а они эксперименты затевают!

– Заткнись, кретин! – рявкнул на него на этот раз его двойник.

– Сам заткнись! Себе тылы обеспечил, так кончай вякать!

– А кто тебе мешал, урод?

– От урода слышу!

– Молчать!!! – от начальственного рыка вздрогнули все, включая директоров.

Кирилл ошалело воззрился на своего двойника. Он что, совсем голову потерял? Или нервы сдали? Но чтобы он – и так?!

– Два идиота! – уже потише продолжил второй админ. – Вы хоть отдаете себе отчет, что система вполне вас может спутать с миллионами таких же уродов и вычеркнуть обоих?

– Ты кого уродом назвал? – взвизгнул первый Прохор.

– Посмотри налево.

Тот повернул голову – и уперся взглядом в свои же глаза, налитые звериным бешенством и отчаянием на грани безумия. Перекошенное лицо двойника пошло пятнами.

– Продолжай в том же духе и считай, что подписанный приговор у тебя в кармане. Это обоих касается, между прочим.

– С чего ты взял? – огрызнулся Прохор-два.

– Это – один из вариантов. Ничуть не менее возможный, чем остальные.

– Боюсь, что ты можешь оказаться прав, Кирилл, – задумчиво протянул первый Игорь Сергеевич. – Раз мы не знаем, по каким критериям идет отбор, можно допустить, что не только двойников между собой сравнивают, а всех людей, и вычеркивают одного из пары похожих.

– Приговорили, да? – в голосе привязанного к стулу пацана прозвучали истерические нотки. – Сволочи! Все равно рано или поздно отпустите, никуда не денетесь. И тогда я с тобой разберусь! – это он прошипел уже в адрес своего двойника из второго мира.

– Ну-ну! Попробуй достань! – хохотнул тот. – Я у себя отсижусь, подожду, пока ты копыта отбросишь.

– Похоже, эта пара безнадежна, – с неожиданным горьким сожалением в голосе отметил директор. – Остается только закрыть им доступ к зоне.

– Все не закроете – зон много!

– Тогда хотя бы ваши выходки будут не на моей… нашей совести. Да и кто вас в чужую пустит?

– Ладно, с этими понятно, – хмыкнула одна из молчавших до этого времени Марин. – Приглядим за обоими, а заодно проверим, прав ли Кирилл с версией об уродах. Тоже польза.

– А ты, мымра, вообще молчи!

– Еще раз кто-то из вас рот откроет – залеплю скотчем! – жестко поставил точку второй Кирилл.

Возражать никто не решился.

Первый Кирилл пытался навести хоть какой-то порядок в сумбуре мыслей. Все разом изменились – это очевидно и, в принципе, естественно. Как ни крути, но ощущение близкого конца – ни к чему бояться этого слова, – смерти не может пройти бесследно.

От директоров уже не веяло властной надменностью «самого-здесь-главного», сквозь эту личину начало проглядывать и что-то человечное – во взглядах, жестах, интонациях. Марины сидели рядышком, как два воробышка – как два совершенно спокойных и довольных всем воробышка. Истеричками их бы сейчас никто назвать не решился. Даже внешне симпатичнее стали.

Второй Кирилл раскрылся с совершенно неожиданной стороны – жесткой, резкой. Неужели это всегда было? Тогда и он сам тоже этими качествами обладает? Или это как раз и есть их ключевое отличие? Скорее всего – у первого Кирилла внутри не нашлось ничего похожего. Значит, он все-таки прав и в том, кто из них должен остаться. В новом мире место сильным. Лучшим…

– Мы проверим другую версию, – спокойно сказала одна из Марин. – Хакерскую.

– Мы и так слишком похожи, – подхватила вторая. – Вот и посмотрим, сработает ли и сколько протянем.

Директора молча кивнули.

Черт! Ну как можно так спокойно говорить об этом?!

– А чего дергаться? – пожала плечами Марина. Кирилл вздрогнул – он и сам не заметил, что задал вопрос вслух. – Жизнь и без того конечная штука, никто не знает, какой день станет последним. Планируем лет на …дцать, а завтра на голову упадет кирпич. Что принципиально изменилось теперь? Да ничего! Та же жизнь и та же неизвестность.

– Попытаться измениться можно, но для нас все же слишком сложно, а гарантий никаких. Лучше уж принять что есть и извлечь из этого максимум, – подхватила вторая Марина.

– И вообще, проще надо ко всему относиться, – они с улыбкой переглянулись.

– Хорошо, с вами тоже разобрались, – мягко перебил их первый директор.

Кирилл сник. Сложно не завидовать людям, у которых есть своя позиция, свое мнение. Причем такое, которое нельзя не уважать. Хотя… У него тоже теперь есть. И позиция, и мнение. Он решил, и он это сделает.

– Мы проверим основную версию, – перебил его мысли второй директор. – Посмотрим, как долго система выбирает, если ничего не предпринимать.

– Вы… что? – не удержался Кирилл. – Ничего делать не будете? Просто подождете конца?! Но почему?

– Понимаешь, нам… мне уже не так много и осталось. Месяц я проживу или больше – дело не в абсолютной длительности. Важнее – что я успею сделать за это время. Те решения, которые я все время откладывал на потом, придется принять сейчас, иначе могу не успеть. Я давно хотел помириться с сыном… Если бы не вся эта заварушка, я бы и дальше тянул. Так что все к лучшему.

Второй Игорь Сергеевич говорил ровно, спокойно, с легкой улыбкой. Первый молчал, но в его взгляде не было и намека на превосходство победителя.

«А я так и не дописал программу…»

– Что ж, вам, ребята, на проверку остается последний вариант – стать разными, – встряхнулся директор-один. – Справитесь, или нужна помощь?

Кириллы переглянулись. Первый расправил плечи. Нет уж, хватит с него начальников! Дальше он сам. Пусть недалеко, но сам!

– Нужна, – опередил его двойник. – Я хочу стать вашим замом, – он вперился взглядом в своего директора.

О как! Сам Кирилл тоже бы не отказался от руководящего места, но во время приступов здравого взгляда на самого себя понимал, что не справился бы. Нет в нем начальственной жилки, а в двойнике, оказывается, есть.