Веселая вдова

И я вопросительно посмотрела на Сергея Романовича.

– Разумеется, – не стал отрицать он. – Но не настолько солидные, как вам кажется. Основные заработанные средства он уже вложил – в квартиру, машину, дачу. Кстати, когда покупал квартиру, даже кредит брал, он до сих пор не до конца погашен. Теперь я даже не знаю, что будет. Не исключено, что Светлане придется выплачивать… Жилплощадь? Так Светлану вообще-то никто с нее не гнал, она такая же полноправная хозяйка, как и Виталий. Да она с ним как сыр в масле каталась! К тому же у них дочь в Москве учится, она же полностью на его шее была! Ну, работает Светлана, ну, сможет она себя прокормить, но это же совершенно другой уровень! Да и дача! Теперь, наверное, ее вообще продать придется. И машину, думаю, тоже.

– Кстати, насчет дачи! – ухватилась я за поднятую тему. – А зачем они вообще ее купили? Виталий Павлович был таким уж заядлым огородником?

– Ну, огородником я бы его не назвал, – покрутил рукой в воздухе директор автосалона. – Но руками он многое умел делать. И любил. В машине любую неисправность мог устранить, прямо-таки чувствовал ее. Можно сказать, нюх у него был на такие вещи. Я его поэтому и в мастерскую всегда лично отправлял, если там какие-то сложности возникали, знал, что он лучше мастера справится. А с дачей… Виталий говорил, что устает от городской жизни, от суеты. Хотел иметь возможность отдыхать от всего этого. Планы у него были грандиозные: хотел там каменный сад разбить в японском стиле, баню построить, даже небольшой бассейн… Увы, теперь уже этого никогда не будет. – Сергей Романович тяжело вздохнул и подлил себе в стакан пиво «Богемия».

Я дождалась, когда он выпьет, и решилась на важный вопрос:

– Скажите, Сергей Романович, только, пожалуйста, откровенно… На работе у Коваленко в последнее время не было проблем?

Я внимательно посмотрела собеседнику в глаза. Моргунов выдержал взгляд и спокойно спросил:

– Что вы имеете в виду? Если какие-то конфликты или разногласия между нами двоими, то скажу абсолютно откровенно: ничего подобного. Ничего.

– А с другими сотрудниками? Может быть, ему кто-то завидовал?

– Настолько, что решил убить, чтобы жаба окончательно не задушила? – усмехнулся Моргунов. – Нет, у меня, знаете ли, нет таких психов.

– Я просто подумала, что, может быть, Коваленко с кем-то что-то не поделил…

– А он ничего ни с кем и не должен был делить! – снова категорично заявил Сергей Романович.

– Не мог ли кто-то из ваших сотрудников затаить на него зло? Может быть, посчитал себя обиженным?

– Да нет же! – поморщился Моргунов. – Я же говорю, он у меня первый защитник был всех униженных и оскорбленных! А почему вы так прицепились к этому вопросу?

– Понимаете, по словам Светланы, незадолго до смерти Виталия Павловича ему кто-то звонил с угрозами, – раскрыла я карты. – Вы ничего об этом не слышали?

Лицо Моргунова выразило высшую степень удивления.

– Нет, – несколько растерянно ответил он. – Первый раз слышу! Что, действительно угрожали? Но чем, почему?

– Этого не знаю ни я, ни Светлана, – вздохнула я. – Во всяком случае, она так говорит.

– Ну, значит, так и есть! – махнул рукой Моргунов. – Я же говорю, Светлана совершенно не умеет врать. У нее все на лице написано. Виталий даже рассказывал как-то, что она один раз купила себе шубу и не хотела ему говорить. Тоже странно, – хохотнул он. – Виталий никогда не попрекал ее подобными покупками! Но она отчего-то испугалась, что потратила слишком много, и принялась сочинять историю, будто это мама прислала ей денег. Но Виталий сразу же понял, что она выдумывает, и сказал ей. Она разревелась и во всем призналась. Так что тайны хранить она не умеет.

– А вот мне показалось, что Светлана была не очень искренна со мной, – задумчиво поделилась я.

– Да? – снова удивился Сергей Романович. – Ну, знаете, соврать и промолчать – это разные вещи. Если вы умело поведете себя, думаю, у вас есть все шансы, что она «расколется», – засмеялся он. – Так, кажется, выражаются сотрудники правоохранительных органов?

– Так, – улыбнулась я в ответ. – Но это когда дело касается преступника.

– Нет, ну, Виталий, а? – продолжал недоумевать Сергей Романович. – Почему он ничего не рассказал мне об этих звонках?

– А он действительно ничего вам не говорил? Даже не намекал?

– В том-то и дело, что нет! – горячо воскликнул директор салона. – Вот уж кто умел держать язык за зубами, так это Виталий! Супруге можно было бы у него поучиться! И главное, выглядел он при этом так, что ни за что не подумаешь, будто у него какие-то неприятности. Даже наоборот!

– Что вы имеете в виду? – навострила я уши.

– Да то, что в последнее время Виталий пребывал в чудесном настроении, даже частенько что-то напевал, хотя никогда не питал слабости к музыке и начисто был лишен слуха! Я еще подшучивал на этот счет, а он только улыбался и млел. Я даже подумал – может, любовницу завел человек?

– А кстати, – насторожилась я. – Может быть, и в самом деле?

– А вот и нет, – хмыкнул Моргунов. – Я его прямо спросил, он только рассмеялся. Виталий вообще не склонен заводить связи на стороне. Во-первых, он очень сильно был занят по работе, а во-вторых, искренне привязан к Светлане. Да, да, встречаются и в наше время такие раритеты, – улыбнулся он.

– К сожалению, именно раритеты, – вздохнула я. – То есть в связях, порочащих его, Виталий Павлович не был замечен?

– Нет, – уверенно сказал Моргунов.

– А его супруга?

– Ну вот этого, простите, не знаю! – развел руками Сергей Романович. – Во всяком случае, со мной она этим не делилась, как вы понимаете, а Виталий никогда не жаловался. – Он вздохнул, вспомнив о неприятностях в жизни своего компаньона: – Эх, ну почему же он со мной не поделился? Уж наверное, я нашел бы выход из ситуации! Ведь мы не раз выручали друг друга! Из разных передряг приходилось выкручиваться!

– Не знаю, – задумавшись над этой ситуацией, сказала я. – Почему он так хотел сохранить это в тайне от всех? Кстати, Сергей Романович… – Я снова вернулась к важному вопросу, который так и не успела задать: – Насчет передряг и прочего… Скажите, не было ли у вас проблем в работе посерьезнее, чем внутриструктурные конфликты с сотрудниками? Бандиты, конкуренты, налоговая – вы понимаете, что я имею в виду?

– Понимаю, – просто кивнул Моргунов. – Вынужден вас снова разочаровать. Никаких серьезных конфликтов. Вы, Татьяна, давно в Тарасове живете?

– Всю жизнь, – пожала я плечами.

– Так вот, – продолжал Моргунов. – Наверное, вы должны знать, что автосалонов, сопоставимых по уровню с «Эврикой», у нас не так много?

– Да, знаю, – согласилась я.

Салон «Эврика» в самом деле был наиболее известным и масштабным.

– А работаем мы уже почти десять лет. В современных условиях это большой срок! Посудите сами, разве мы добились бы успеха, если бы у нас что-то было не в порядке? Да нас бы давно съели – те же бандиты, конкуренты и налоговая. Но конкурентов, способных на такое, в Тарасове практически нет, о чем я уже упоминал. Налоги мы платим исправно. А с бандитами… Поверьте, я давно научился находить с ними общий язык и не ссориться. Увы и ах, но это – реалии нашего времени. Так что… Не хочу со своим уставом лезть в ваш монастырь, но осмелюсь предположить, что работа Виталия не имеет отношения к его гибели. Искать надо где-то в другом месте.

– Где? – с надеждой спросила я.

– Не знаю! – как-то весело ответил Моргунов. – Я умею продавать автомобили, а не раскрывать преступления. Кстати, не хотите приобрести машину? Могу лично вам помочь с выбором. И скидочку организуем! – Он снова подмигнул мне.

«Ах, господа бизнесмены! – мысленно улыбнулась я. – Все вы, оказывается, одинаковы: когда речь заходит о вашем поприще, вы не упустите возможность попытаться втюхать свои товары и услуги!»

– Спасибо, Сергей Романович, но я совсем недавно приобрела автомобиль, – покачала я головой.

– Да? – оживился Моргунов. – Какой?

– «Ситроен», – коротко ответила я.

– «Ситроен С5», у входа стоит? – продолжал Моргунов.

– Верно, – кивнула я.

– Ну что ж, хороший выбор, – развел руками Сергей Романович. – Но все же если вы надумаете сменить машину, то вот, пожалуйста, моя визитка, – он положил на стол передо мной ламинированный прямоугольник. – Всегда милости просим.

– Спасибо, Сергей Романович. – Я из вежливости убрала визитку в сумку. – И за разговор спасибо. Надеюсь, он был откровенным.

– Можете не сомневаться, – выпятил нижнюю губу Моргунов. – Я считаю своим долгом помочь вам в поисках убийцы Виталия!

Фраза показалась мне несколько пафосной, но я не стала заострять на этом внимание.

– Попробуйте побеседовать со Светланой, – еще раз проговорил Моргунов. – И постарайтесь вычислить звонки с угрозами. Вот что я сделал бы в первую очередь.

– Благодарю, – кивнула я и поднялась. Разговор можно считать исчерпанным.

– Не за что, – ответил Моргунов и вздохнул, то ли притворно, то ли искренне: – Ну вот, хотел подвезти красивую женщину на дорогой машине, а она, оказывается, сама за рулем! Женщины скоро станут обходиться без нас, мужчин!

«Хорошо бы!» – подумала я, но вслух сказала:

– Думаю, что до этого все-таки не дойдет. Всего доброго, Сергей Романович.

– И вам удачи! – кивнул Моргунов и принялся за десерт.

«Основательно он обедает, однако!» – подумала я, идя к выходу.

Сев за руль, я чуть помедлила. Фрагменты беседы с Моргуновым крутились в голове, я чувствовала, что необходимо их тщательно проанализировать. Несмотря на то, что он вроде бы не сказал ничего конкретного, все же я ощущала всю важность этого разговора. Погибший Виталий Павлович Коваленко теперь стал мне как-то ближе и понятнее, равно как и его супруга.

Анализа пока не получалось. Я чувствовала, что очень сильно устала за день, оказавшийся очень длинным и насыщенным. Дело близилось к вечеру, и я все-таки поехала домой. На сегодня у меня больше не было планов.

Дома, переодевшись и напившись кофе, я прилегла на диван немного передохнуть. Однако не лежалось. Несмотря на усталость, я хотела действовать или хотя бы определить направление действий. Не усидев на месте, я поднялась и достала из сумки мешочек с гадальными костями. Увы, это было единственное, что я сейчас реально могла сделать. Кости послушно посыпались на диван.

«25+1+17» – «Обстоятельства вашей жизни улучшатся и, приложив своевременно усилия, вы сумеете добиться желаемого».

Увы, ничего конкретного. Хотя звучит обнадеживающе. Вздохнув, я решила положиться на собственный опыт и интуицию, как и советовали мне кости, и сгребла их обратно в мешочек. Проведя остаток вечера за ничегонеделаньем, отправилась спать пораньше, решив завтра с утра распланировать очередной рабочий день.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Проснувшись утром в бодром настроении, я, не вставая с постели, снова мысленно вернулась к делу о смерти Виталия Коваленко. Теперь я последовательно припоминала вчерашние разговоры.

Дружеская ревность, сдобренная завистью, голословные подозрения в каких-то махинациях, к данному делу не относившихся, оправдательные излияния Масленникова, удивление Моргунова по поводу телефонных звонков, упомянутых Светланой…

Да, с родинкой получилось здорово! Почти как в индийском кино. Которое, увы, не увенчалось пока что хеппи-эндом…

Достоверно известно только одно: за последний месяц что-то случилось. Что-то очень хорошее для Коваленко. Неужели он ни с кем не поделился причиной своего приподнятого настроения? Даже с женой? И еще: помимо приятных новостей, были и удручающие. Ведь кто-то же звонил Виталию Павловичу и чего-то требовал от него! И вот что заставило меня крепко задуматься: Коваленко никому ни слова не сказал – ни о хорошем, ни о плохом. Но хорошее настроение его было замечено практически всеми, кто его окружал. Тревоги же или подавленности не заметил никто! Что это означает? Что Коваленко слишком легкомысленно отнесся к угрозам? Какие-то благоприятные для него события настолько вскружили ему голову, что он потерял бдительность и не заметил опасности? Или – объективно радостные новости значительнее? А угрозы – просто блеф? Но ведь он все-таки погиб! От этого никуда не денешься…

Я просто не находила себе места. В голове словно крутилась одна и та же заезженная пластинка, которую и слушать надоело, и выбросить не хватает решимости.

«Может быть, позвонить в милицию? Узнать, как продвигается дело у них?» – подумала я, но тут же откинула эту мысль.

Я вздохнула, встала и прошла в кухню. Колдуя с кофе, включила радиоприемник, чтобы скрасить музыкой слишком тихий и спокойный утренний час. «Эхо Москвы», долетающее по радиоволнам до достаточно удаленного от столицы Тарасова, прервало трансляцию «тонизирующих» мелодий и ритмов для очередного выпуска новостей. Российские события, международные… И среди прочего под конец подборки диктор зачитал сообщение об урагане, пронесшемся над просторами Индии, вдоль океанского побережья. Сообщалось о всевозможных разрушениях и прочих напастях, которые повлекли за собою стихийные явления природы.

«Кстати, насчет стихийных бедствий, – вдруг подумала я. – Телефонным звонкам от неизвестного, о которых мне рассказала Светлана, предшествовал маленький незначительный эпизод с опрокинутой бочкой на даче. Возможно, между этими событиями имеется какая-то связь?»

То, что вдова Коваленко вела себя несколько странно, было очевидно. По-видимому, она все же о чем-то недоговаривает. Но почему? Боится? Возможно, возможно…

Мне предстояло узнать, что кроется за недомолвками. Я снова решила нанести визит не до конца искренней вдове в надежде изменить этот «режим секретности» и получить более открытый допуск к информации, касавшейся прошлой жизни семьи Коваленко. Об этом после завтрака я и оповестила Светлану по телефону. Вдова не стала возражать против моего очередного визита.

– Хорошо, приезжайте, – ответила она и нетерпеливо поинтересовалась: – Скажите, Татьяна, вам уже удалось что-то узнать?

– Нет… Пока нет, – я вынуждена была разочаровать ее. – Но не расстраивайтесь. Прошло не так много времени. Все еще впереди.

И я снова устремилась на своем «Ситроене» к дому, где располагалась модернизированная квартира Светланы Коваленко.

Хозяйка была одета отнюдь не по-домашнему. Видимо, на то имелись какие-то свои причины.

– Вы куда-нибудь собираетесь? – осведомилась я, проходя в комнату.

– Нет. Не беспокойтесь. Времени у меня достаточно, – ответила Светлана, воздержавшись от объяснений.

Мы сели за накрытый светло-кофейного цвета скатертью стол, и я вкратце рассказала Светлане о том, как продвигается расследование:

– Я поговорила с некоторыми друзьями вашего мужа. Ничего существенного мне узнать не удалось. Знаете, что меня больше всего настораживает в этой истории? Телефонные звонки, о которых вы упомянули в прошлый раз.

Я не стала рассказывать о неудачной попытке отыскать человека с родинкой и настороженно-испуганным взглядом.

– Но мне нечего вам больше сказать, – поспешила заверить меня Светлана. – Я все объяснила в тот раз.

– Меня очень заинтересовало одно совпадение, о котором вы говорили, – произнесла я, не поверив ей.

– Какое? – неподдельно удивилась Светлана моим словам.

– Вы сказали, что звонки с угрозами вашему мужу начались в тот самый день, когда у вас на даче опрокинули бочку с водой. Может быть, это вовсе не стечение обстоятельств? И мальчишки, как вы говорите, здесь совершенно ни при чем?

Вдова сначала недоуменно посмотрела на меня, словно заранее обвиняла меня в психической неадекватности, а потом призадумалась.

– Скажите, а на самой даче никто не побывал в ваше отсутствие? – спросила я.

– Нет, – покачала головой Светлана. – Во всяком случае, там был полный порядок. Замки на месте… Окна целы… Так что больше никаких неприятностей.

– А может быть, какие-нибудь вещи находились не на месте? Возможно, что-то пропало, а вы не сразу обратили внимание?

Светлана пожала плечами:

– У вас есть какие-то соображения?

– А может, что-то искали? – спросила я в лоб.

– Что там можно найти? – ответила вопросом на вопрос Светлана.

Откровенного разговора, на который я рассчитывала, все же не получалось. Видно, не хотела Светлана делиться со мною своими мыслями.

«А может, она действительно больше ничего не знает и мне все только кажется? – подумала я. – Вполне вероятно и такое. Скажем, всему виной моя разыгравшаяся подозрительность. Что ж, попробуем начать издалека».

– Светлана, давно у вас эта дача? – спросила я.

– Нет. В прошлом году купили.