Своенравная наследница

— Значит, он был настоящим валлийцем, мистрис Элизабет, — ухмыльнулся Рис. — Для валлийцев расточительность хуже анафемы.

Повернувшись, он сделал приглашающий жест в сторону Флинна:

— Кузины, милорд, могуя представить своего друга Флинна Стюарта?

Флинн, выступив вперед, поцеловал руки женщинам и вежливо поклонился Томасу Болтону.

— Флинн — личный курьер короля Якова при дворе короля Генриха, — пояснил Рис.

— Вот как?! — воскликнул лорд Кембридж, оглядывая молодого человека. — Значит, вы шпион?

— Нет, боюсь, ничего столь почетного, — расхохотался шотландец, — Хотя понимаю ход ваших мыслей. Многие тоже так считают.

Его янтарные глаза весело блеснули. Элизабет отметила: он очень высок, а на голове красуется густая шапка рыжих волос.

— Вы очень похожи на отца, — заметил лорд Кембридж. — Сходство просто поразительное. Вы хорошо его помните?

— Имел такую честь, милорд.

Этот англичанин поразил его, поскольку Флинн, оглядев модное облачение, принял Томаса за придворного щеголя. А при дворе все знали, каково происхождение Стюарта, но никогда не говорили об этом вслух.

— Я провел немало прекрасных часов при его эдинбургском дворе и в его обществе. Совершенно необыкновенный джентльмен! — воскликнул лорд Кембридж.

— Дядя!

Филиппе явно было не по себе.

— Моя дорогая девочка, он мертв, а король Генрих торжествует. И нет ничего дурного в моих разговорах о Якове Стюарте, четвертом короле, носившем такое имя, — пояснил Томас, погладив племянницу по плечу.

— Спасибо, милорд, — кивнул Флинн.

Элизабет зачарованно слушала разговор. Она быстро поняла, что Флинн Стюарт — один из внебрачных сыновей Якова IV. Стюарты, в жилах которых текла королевская кровь, славились своей плодовитостью и способностью населить своими побочными отпрысками всю страну.

— Мадам, — спросил шотландец, — могу я просить вашего разрешения погулять с вашей сестрой?

— Разумеется, — ответила Филиппа. Правда, шотландец не из тех, с кем следовало бы общаться Элизабет, но у нее не было причин ему отказывать.

— Вы, разумеется, будете держаться у меня на виду, — добавила она.

— Разумеется.

Он вежливо поклонился и предложил Элизабет руку. Что ж, по крайней мере у него хорошие манеры, и он — друг их кузена. Нужно же Элизабет с чего-то начинать! Элизабет и шотландец отошли.

— Вы такой же чужак здесь, как и я, — тихо заметила она.

— Ну, о вас этого не скажешь — в таком платье… Светло-голубой вам очень идет.

— Мой дядя тоже так считает, — кивнула Элизабет.

— Вы не похожи на сестру, — продолжал Флинн.

— Мои старшие сестры похожи на мать. Я же пошла в отца, которого даже не помню.

— Можно узнать, почему вы здесь? — неожиданно спросил он.

— Я наследница большого поместья, но еще не замужем. Меня привезли ко двору, чтобы найти мне мужа.

— Странно. Такая красавица, как вы, давно уже должна быть замужем, — удивился Флинн.

— Почему? — лукаво рассмеялась Элизабет. — Только потому, что меня считают богатой и красивой? Хотя моя сестра содрогнулась бы, услышав такие речи. Матушка уверена, что ее дочери должны выходить замуж по собственному выбору. Понимаю, это необычно, но что есть, то есть.

— И в округе нет никого подходящего, поэтому вас послали ко двору? Что же, здесь вы найдете много молодых и не столь уж молодых людей, более чем готовых взять в жены прелестную наследницу.

— Едва ли. Скорее всего я никого не найду, — покачала головой Элизабет. — Мой жених должен согласиться жить во Фрайарсгейте и помогать мне управлять поместьем. Я занималась им с четырнадцати лет и никому не позволю отнять у меня власть. Я смогу только разделить ее с подходящим человеком, но полностью не отдам. Оглядитесь вокруг, сэр. Как по-вашему, кто из этих надушенных щеголей решится поехать на север?

— Но если вы считаете, что зря тратите время, зачем же приехали сюда?

— Для того чтобы угодить моей семье, и особенно матери, — невесело улыбнулась Элизабет.

— Что же будет, если вы вернетесь без супруга?

— Матушка наверняка расстроится и рассердится. Мой отчим, лэрд Клевенз-Карна, попытается уговорить младшего сына кого-то из своих друзей. Но постепенно все успокоится, — вздохнула Элизабет. — Понимаю, что я должна выйти замуж и родить наследника, но ни один мужчина не кажется мне тем самым, настоящим.

Она вдруг встрепенулась:

— Вы задаете множество вопросов, сэр, а я почему-то на них отвечаю, хотя не должна бы. Мы совсем друг друга не знаем.

— Теперь уже знаем, — возразил он. — Хотите познакомиться с другими молодыми людьми? Возможно, ваша сестра не найдет их достаточно подходящими, но, если ваше пребывание при дворе будет не слишком длительным, вам по крайней мере нужно хорошенько повеселиться.

— Значит, нам нужно ускользнуть из-под надзора Филиппы? — прошептала она.

Флинн, ухмыльнувшись, кивнул.

— Тогда ведите, меня, сэр, — согласилась она.

— А вы не так просты, — поддразнил он.

Она рассмеялась.

К удивлению Элизабет, Флинн повел ее туда, где сидела окруженная группой джентльменов мистрис Болейн.

— Мистрис Болейн, позвольте представить вам сестру графини Уиттон, которая только что прибыла ко двору, — сказал Флинн Стюарт.

Анна резко вскинула голову и впилась взглядом в девушку. Красивая. В очень модном платье из светло-голубого шелка. Корсаж и манжеты вышиты серебром и жемчугом. Нижняя юбка из парчи. Французский капюшон [2] тоже вышит жемчугом. Настоящая английская роза. Именно такие нравятся королю.

Анне стало не по себе. Она слегка кивнула Элизабет. Та присела в реверансе.

— Значит, вы — Мередит! — воскликнул сэр Томас Уайатт.

— Так и есть, милорд.

— И сэр Оуэн Мередит был вашим отцом? — продолжал допытываться он.

— Да, упокой Господь его душу, — кивнула девушка.

— Так вы охотитесь на мужа, мистрис Мередит? — нагло спросил он.

— Не я. Моя семья, милорд.

Анна и ее компаньоны весело рассмеялись. Очевидно, девушку ничуть не пугает общение с сильными мира сего. Приятное открытие, но все же… она слишком красива.

— Вы богаты? — выпалил Джордж Болейн, брат Анны.

— Богата. А вы, сэр, воспылали желанием просить моей руки и отправиться на север в Камбрию, чтобы жениться на мне?

Она издевалась над ним, и все это понимали.

— Камбрия? — с ужасом переспросил Джордж Болейн. — Это не там выращиваются овцы, мистрис Мередит?

— Совершенно верно, сэр. Я выращиваю шевиотов, шропширов, гемпширов и мериносов.

— У овец есть имена? — вырвалось у Джорджа.

— Это породы, сэр, — пояснила Элизабет.

— И вы способны их различить?

— Я способна различить любое животное, включая осла, — ответила Элизабет с лукавой улыбкой.

— Кровь Господня, Джордж! Ты подорвался на собственной петарде! — воскликнул сэр Томас Уайатт.

Придворные разразились дружным смехом.

— Что здесь за веселье? — спросил подошедший король, пожимая пальчики мистрис Болейн. Но тут взгляд его упал на Элизабет. — Как! Да ты последняя из дочерей Розамунды! И похожа на отца, упокой Господь его душу! Твоя сестра сказала, что ты здесь. Добро пожаловать, Элизабет Мередит.

Он протянул ей большую, унизанную кольцами руку. Элизабет поспешно ее поцеловала и низко поклонилась.

— Спасибо, ваше величество.

— А как поживает твоя драгоценная матушка? Все еще замужем за приграничным шотландским бандитом, на свадьбе с которым так настаивала?

— Да, ваше величество, — со смехом ответила Элизабет.

— И скольких детей он ей сделал? — допрашивал король.

— Четверых сыновей, ваше величество.

— Счастливец он, этот шотландец, — заметил король. — Хорошо проводишь время, Элизабет Мередит? Твоя мать, невзирая на уверения в обратном, всегда наслаждалась визитами ко двору.

— Сегодня я здесь впервые, ваше величество, но все встретили меня приветливо, и особенно мистрис Болейн и ее друзья.

— В самом деле?

Король повернулся к Анне:

— Ты очень добра, милая, и ничто не могло сделать меня счастливее, чем слова Элизабет. Отец ее был верным слугой Тюдоров, а мать провела несколько лет своего детства сначала при дворе моей матушки, а потом в доме бабки. Розамунда Болтон и моя сестра Маргарет были близкими подругами. Они и сейчас переписываются, мистрис Элизабет?

— Время от времени, ваше величество. Я привезла вам поклон от матушки. Она велела передать, сир, что всегда остается вашей верной и покорной служанкой.

— Когда будешь писать ей, передай: будь она такой верной, какой желает казаться, не вышла бы замуж за своего шотландца и не уехала бы жить по ту сторону границы, — со смехом ответил король.

— Я все передам слово в слово, ваше величество, — пообещала Элизабет.

Флинн Стюарт не пропустил ни единого слова из этой беседы. Значит, мать Элизабет Мередит — подруга матушки его единокровного брата! И замужем за шотландцем. Как тесен мир!

Король засмеялся еще громче, когда мистрис Болейн рассказала, как остроумно подшутила Элизабет над Джорджем Болейном.

— Поосторожнее, Джордж, — остерег он его. — Если мистрис Мередит хоть немного похожа на свою мать, ты никогда не возьмешь над ней верх.

— А вы тоже не смогли взять над ней верх? — шепнула Анна.

— Ни разу, милая, — честно ответил король.

Он знал, как умеет ревновать Анна, и не хотел, чтобы она переносила ревность к давней дружбе с Розамундой Болтон на Элизабет Мередит. Тот роман был самым тайным в его жизни, и придворные так о нем и не узнали.

— Мистрис Мередит — красавица, Хэл. Тебе нравились блондинки, — пустила она пробный камень.

— Верно, — согласился король. — Но она похожа на отца. Однако предпочитаю я все-таки брюнетку со сверкающими глазами и острым умом. Не расстраивайся, Анни, любимая. Я, как друг родителей мистрис Мередит, никогда не подумал бы обратить на нее свой взор, это было бы нечто вроде кровосмешения.

Анна облегченно вздохнула. Она страшно боялась потерять милость короля. Уступить его другой женщине. Не столь целомудренной. Вот уже несколько лет она умело водила короля за нос. Отделывалась пустыми обещаниями и, хотя позволяла ему самые смелые ласки, все же так и не легла в его постель, оставаясь девственницей. Она не такая шлюха, как ее глупая сестрица Мэри. Анна добивалась звания королевской жены. Но теперь она может подружиться с мистрис Мередит, поскольку девушка явно не представляет угрозы ее амбициям.

Ее родственники, Говарды, были вне себя отярости. Они требовали от нее отдаться Генриху Тюдору и получить в результате все возможные милости. Глава семейства, герцог Норфолк, считал ее безумной, но все же не покинул родственницу. Рано или поздно Анна покорится Генриху, и все они получат выгоду от ее потерянной добродетели. Но королева?! Она никогда не станет королевой. Король женится на принцессе, как ему и подобает, Анне дадут мужа, и на этом все кончится.

Об этом ей твердили все, но Анна не сдавалась.

— Я буду королевой, — твердо заявила она своему дяде-герцогу.

— Помню, твоя мать говорила, что у тебя способности к музыке, — обратился король к Элизабет.

Собственно говоря, Элизабет играла на нескольких инструментах, но знала, что при дворе предпочитают лютню.

— Я играю на лютне, ваше величество, и немного пою, — скромно отозвалась она.

— Я сочиняю песню специально для некоей леди, — сообщил король. — Когда она будет закончена, ты выучишь ее и споешь.

— Для меня это большая честь, ваше величество, — ответила Элизабет, приседая.

— Милорд, поедем кататься на лодках! — внезапно вскричала мистрис Болейн. — День сегодня безветренный и ясный, да и река спокойная!