Не меньше чем леди

— Ты больше не один, Бенджамин. — Джулия обняла его крепче. Хотя он и не был ей кровным родственником, она начинала воспринимать его как родного. Не как замену ребенку, которого она потеряла, а ради него самого — одинокого брошенного ребенка, боровшегося за выживание. — Я клянусь тебе в этом.

Она ласково гладила его по голове, и его рыдания постепенно затихли. Мальчик наконец заснул. Джулия накрыла его одеялом под взглядом холодных зеленых глаз Мисс Китти, которая ни разу не шевельнулась на протяжении всей разыгравшейся здесь сцены. Кошка гораздо легче приспособилась к хорошей жизни в поместье, чем ее хозяин.

Джулия потихоньку вышла из комнаты. Они с Рэндаллом сделали благое дело, забрав Бенджамина домой. Даже Рэндалл согласен с этим, несмотря на прежние сомнения.

В радостном настроении Джулия отправилась спать.

Глава 34

Неделя, проведенная в Роскоме, благотворно сказалась на мальчике. Джулия была обрадована и глубоко тронута тем, как внимательно Бен наблюдал за ней и за Рэндаллом, подражая их речи и манерам. И у него были для этого широкие возможности, потому что они завтракали, обедали и ужинали вместе. Учился мальчик на удивление быстро. Его провинциальный акцент быстро исчез, хотя и проявлялся, когда он был сильно возбужден.

Ум мальчика был так же жаден до пищи, как и его тело. Джулия каждый день давала ему уроки, занимаясь с ним чтением и арифметикой и обучая основам истории и географии. В Роскоме была богатая библиотека, и Бенджамин обычно пропадал там, если не был занят чем-то другим.

По утрам Рэндалл брал мальчика на верховую прогулку. Он рассказывал Джулии, что Бенджамин прекрасно держится в седле и со временем станет первоклассным наездником.

В свою очередь, Бенджамин восхищался Рэндаллом. Джулия каждую ночь укладывала мальчика спать. Они беседовали о том, как он провел день. Затем она отвечала на некоторые из его бесконечных вопросов, после чего целовала и желала спокойной ночи. Бенджамину хватило всего трех дней, чтобы отказаться от своей прежней мечты стать кучером. Теперь, признался он Джулии по секрету, он хочет стать военным. Армейским офицером. Она подумала, что это занятие, вполне возможно, ему подойдет. Но у него впереди еще масса времени, чтобы принять окончательное решение.

Он еще даже не пошел в школу, а она уже начала скучать.

В день накануне отъезда в Лондон Рэндалл объявил за завтраком:

— Бенджамин, ты усердно потрудился и заслужил отдых. Сегодня в поселке открывается ярмарка. Это совсем рядом. Хочешь пойти туда днем? Мы сможем устроить семейный праздник.

— О да, сэр! — Бенджамин просиял от радости.

Джулия тоже обрадовалась при мысли, что они трое — семья. Поможет ли Бенджамин связать ее с Рэндаллом еще крепче? Если так, то это еще одна причина полюбить мальчика.

— Клянусь, что паренек вырос на дюйм за последнюю неделю, — с любовью сказала Джулия, наблюдая, как Бенджамин вместе с группой сельской детворы веселится на представлении театра марионеток «Панч и Джуди».

— По крайней мере прибавил в весе, — согласился Рэндалл. — Пытается наверстать упущенное за голодные годы.

Вспомнив об аппетите мальчика, Джулия спросила:

— В Уэстерфилдской академии прилично кормят?

— Вполне. Леди Агнес понимает, что хорошо накормленные мужчины любого возраста меньше склонны создавать неприятности. — Рэндалл понизил голос. — Сюда понаехало множество наших соседей, жаждущих быть представленными. Вы в центре всеобщего внимания, миледи.

— Это вполне естественно. Вы здешний крупный землевладелец и к тому же местный герой. Конечно же, люди радуются, что вы наконец-то остепенились и поселились в Роскоме. — Джулия приветливо улыбнулась подошедшей пожилой паре.

Джентльмен предусмотрительно представил себя и свою жену как сэра и леди Джеффри Бриджес, вероятно, предположив, что после стольких лет отсутствия Рэндалл вряд ли помнит их имена. Но многие поколения предков матери Рэндалла жили в Глостершире, и его считали почетным членом местного общества. Сэр Джеффри и его жена были приветливы и доброжелательны.

После нескольких минут легкой беседы Бриджесы двинулись дальше, и Джулия снова взяла Рэндалла под руку. Погода была прекрасная. Сияло солнце, в прохладном воздухе ощущались первые признаки наступающей осени. Вполне подходящий день, чтобы отпраздновать успехи, достигнутые за последнюю неделю.

Джулия начала успокаиваться, с тех пор как Рэндалл прекратил разговоры насчет возможного прекращения их брака. Может, их страстные ночи изменили его намерения? Ей хотелось верить, что между ними сложились особые отношения. Если же это не так — лучше ей об этом не знать.

В течение нескольких последующих часов Джулия перезнакомилась с огромным количеством народу. Они с Рэндаллом посетили все традиционные ярмарочные достопримечательности. Любовались домашним скотом, выступлениями фокусников и жонглеров, одновременно пробуя различные яства и лакомства, предлагаемые уличными торговцами. Джулия отказалась от сосисок на вертеле, но с удовольствием выпила свежего лимонада с яблочным пирогом и перекусила тостами с сыром.

Бенджамин отыскивал их каждые полчаса, словно боялся, что они внезапно исчезнут. Удостоверившись, что они здесь, он снова убегал, присоединяясь к компании местной детворы.

После одного такого мимолетного визита Рэндалл заметил:

— Похоже, годы, проведенные с Джебом Голтом, не испортили мальчика. Он умеет ладить с другими детьми.

Джулия согласно кивнула:

— Думаю, это заслуга его матери. Она воспитывала его первые девять лет жизни и вывела на правильный путь. — Она подавила зевок. — Я очень устала. Наверное, от стольких встреч и знакомств.

— Хотите вернуться домой? — спросил Рэндалл. — Мы уже видели здесь все, что стоило посмотреть. К тому же скоро начнет темнеть.

— Я не против. — Джулия огляделась, заслонив ладонью глаза от солнца. — Куда девался Бенджамин?

— Он вон там, у тех игровых балаганов. Похоже, увлекся бросанием шаров. — Рэндалл взял Джулию за руку, и они двинулись к мальчику. — Бенджамин уже достаточно вырос, чтобы предоставлять ему больше самостоятельности, если он хочет. Я дам ему еще полкроны, если он пожелает угостить своих новых друзей пирожками.

Бенджамин сосредоточенно целился и не увидел, как они подошли к балагану. На рейке теснились головы Наполеона трех разных размеров. Первым броском Бен сбил самую большую. Раздались редкие аплодисменты.

Он замахнулся вторым шаром пару раз, чтобы примериться, затем бросил снова. Наполеон среднего размера свалился.

— Отличный бросок, парень! — воскликнул хозяин балагана. — Думаешь, сможешь сбить самого маленького Бони? Он очень хитер, этот малыш.

Сощурив глаза, Бенджамин взвесил в руке третий тар. Затем замахнулся и, закрутив шар, метнул его в цель. Шар угодил Наполеону между глаз. На этот раз аплодисменты были громче. Если хозяин и был разочарован победой Бена, он хорошо это скрыл.

— Можешь взять приз с этой полки. Хочешь игрушечного солдатика?

Бенджамин с сожалением взглянул на маленьких солдатиков, но покачал головой:

— Лучше одну из этих лент. Сине-зеленую.

— Ага! Желаешь порадовать леди? — Хозяин вытянул длинную сине-зеленую ленту из пучка разноцветных лент и церемонно вручил мальчику.

Усмехаясь, Бенджамин повернулся, чтобы уйти, и удивленно заморгал, увидев перед собой Джулию и Рэндалла.

— Мы уже собираемся уезжать, но ты можешь остаться до вечера, если хочешь.

— Нет, я поеду с вами. — Бенджамин быстро попрощался с мальчиками, с которыми познакомился на ярмарке, и устремился вслед за Рэндаллом.

— Ты здорово набил руку, — сказал Рэндалл, когда они покинули ярмарку и вышли на дорогу, которая вела через лес в Роском. — Тебе уже приходилось играть в крикет и боулинг?

— Иногда мы играли в деревне, когда я был маленький. А в Уэстерфилдской академии играют в крикет? — спросил Бенджамин с надеждой.

— Конечно. Там есть и другие спортивные занятия.

— Мне это нравится. — Бенджамин смущенно взглянул на Джулию. — Я выиграл для вас ленту. Подумал, что этот цвет подойдет к вашим волосам.

У Джулии защемило сердце, когда он протянул ей подарок.

— Какая красота! — воскликнула она и тут же повязала ее на волосы. — У тебя превосходный вкус. Дочь герцога, знающая толк в моде, выбрала ткань того же цвета для моего платья, которое я надела на свой первый бал в Лондоне.

Бенджамин готов был взорваться от распиравшей его гордости. Когда он вприпрыжку убежал вперед по дороге, Джулия тихо сказала:

— Он и в самом деле славный паренек. Так быстро приспособился к здешней жизни.

— Ни за что бы не поверил, что у Брэнфорда может быть такой хороший сын, — согласился Рэндалл. — Надеюсь, Давентри признает Бенджамина. И не попытается забрать его у нас.

— А он может сделать это по закону? — сразу же забеспокоилась Джулия.

— Не знаю. Он не был назначен опекуном по завещанию. А поскольку я тоже кровный родственник, у меня будут законные основания, если возникнет спор. — В голосе Рэндалла засквозил холод. — Давентри, вероятно, будет так занят в связи с ожиданием нового наследника, что не слишком заинтересуется незаконнорожденным внуком.

— Нам остается только надеяться. — Джулия снова задумалась: не лучше ли вообще не говорить Давентри о Бенджамине? Нет, он непременно должен об этом узнать! Как и Рэндалл, она надеялась, что граф будет так поглощен рождением нового сына, что просто признает своего внука, но не захочет его отобрать.

Взглянув на Рэндалла, Джулия увидела, что он насторожился и пристально всматривается в заросли по обеим сторонам дороги.

— Что-то не так? — с тревогой спросила она. Губы Рэндалла на мгновение изогнулись в улыбке.

— Пока я жив, я, наверное, всегда буду опасаться засады в таких местах, как это. Военные привычки.

Джулия оглядела деревья, освещенные лучами близящегося к закату солнца, проникавшими между густых ветвей. Птицы беззаботно распевали свои песни, и белка хлопотала на ветке.

Это была абсолютно мирная картина, по слова Рэндалла напомнили Джулии о происшествии с каретой в Лондоне. Может быть, в зарослях скрывается опасность? День показался ей не таким мирным.

Она убеждала себя не дурить, но против своей воли с опаской поглядывала на старое деревянное строение без окон, видневшееся впереди. Что-то вроде деревенского амбара. Но когда Бенджамин резво пробежал мимо сараюшки, Джулии пришло в голову, что там могут скрываться злоумышленники.

— Богатое воображение — истинное наказание, — сказала она, поеживаясь, когда они проходили мимо развалюхи. — Теперь, когда вы заставили меня задуматься о возможных неприятностях, мне везде чудится опасность…

И в этот момент амбар взорвался.

Глава 35

Джулию оглушило и подбросило в воздух, но Рэндалл поймал ее в стремительном броске и перекатился на другую сторону дороги, подальше от места взрыва. Вокруг них сыпались обломки, но Джулия была вне опасности. Муж закрыл ее своим телом. Почувствовав, что на лицо ей льется его кровь, она, задыхаясь, окликнула:

— Алекс?!

В зловещей тишине, внезапно воцарившейся вслед за взрывом, раздался пронзительный крик Бенджамина. Джулия слышала приближающийся к ним топот его ног, с трудом выбираясь из-под неподвижного тела мужа. Она перевернула бесчувственного Рэндалла на спину. Глаза его были закрыты, а из длинной рваной раны на голове обильно лилась кровь. Но она не текла бы так сильно, если бы он уже умер.

Напомнив себе, что раны на голове всегда сопровождаются сильным кровотечением, Джулия достала сложенный носовой платок и как тампон прижала к ране. Потом оторвала шарфик от шляпки и использовала его как повязку, чтобы закрепить платок. Когда Бенджамин опустился рядом с ней на колени, она давила на тампон поверх раны, надеясь остановить кровотечение.

— Леди Джулия, что случилось? — задыхаясь, спросил в ужасе Бенджамин. — Майор Рэндалл умер?

Рэндалл открыл глаза.

— Со мной все в порядке… почти. Пока не умер.

— Но умрешь! — Удовлетворенно ухмыляясь, из зарослей показался Джозеф Крокетт с двустволкой в руках. — Слишком уж ты прыток, Рэндалл. Если бы ты не схватил свою суку жену и не выскочил из зоны взрыва, вы оба уже кормили бы стервятников. Теперь ты увидишь, как придет твоя смерть!

Пока он говорил, его вооруженный дробовиком сообщник, с лицом, словно высеченным из гранита, выступил из зарослей слева. Джулия узнала в этом крупном мужчине самого свирепого сообщника Крокетта, участвовавшего в ее похищении.

Глядя в безумные, полные ненависти глаза Крокетта, Джулия в отчаянии спрашивала себя: как она могла поверить, что он удовлетворится чем-то меньшим, чем ее смерть?

Потрясенная, словно в тумане, она с трудом поднялась на ноги. Джулия понимала, что у нее мало шансов спасти Рэндалла и Бенджамина, но все равно она должна была попытаться.

— Застрели меня, и покончим с этим, Крокетт! Только оставь моего мужа и этого мальчика в покое. Они ничего тебе не сделали.

— Ошибаешься. — Глаза Крокетта были темны, как агат. — Твой драгоценный майор убил одного из моих людей и постоянно доставлял неприятности. Ты бы давно была мертва, если бы не он. — Он ткнул в сторону Рэндалла ружьем. — И если я оставлю его в живых, он отомстит мне.

— Ты абсолютно прав, — произнес Рэндалл хриплым шепотом. Распростертый на спине, залитый кровью, он больше походил на мертвеца, чем на живого. Но его взгляд, устремленный на Крокетта, был холоден как лед. — Однако ты не должен убивать мальчика.

— Это твой ублюдок, Рэндалл? — Взгляд Крокетта метнулся к Бенджамину, смотревшему на него со звериной ненавистью в глазах. — Я с радостью уничтожу твое отродье, чтобы навсегда искоренить твои род. Конечно, может быть, у тебя полно и других ублюдков повсюду.

Крокетт перевел взгляд на Джулию.

— Ты умрешь последней, твоя драгоценная светлость, потому что ты беспомощна. Посмотрим, как ты будешь кричать, наблюдая, как умирают твои мужчины.

— Бенджамин не мой сын, Крокетт, — сказал Рэндалл с кривой улыбкой. — Он сын Брэнфорда. Ты намерен убить единственного ребенка твоего приятеля?

Крокетт вздрогнул от неожиданности.

— Брэнфорд оставил сына? Он никогда мне не говорил! — Негодяй жадным взглядом впился в лицо Бенджамина. — Боже мой! — прошептал он. — Ты говоришь правду. Иди сюда, мальчик. Твоей матерью была та толстушка трактирщица? Я позабочусь о тебе. Я воспитаю тебя, как своего собственного.

— Нет! — крикнул Бенджамин Крокетту, в глазах его блестели слезы.

— Делай, какой говорит, Бенджамин. — Рэндалл с усилием приподнялся. Взяв Бенджамина за руку, он спокойно сказал: — Если ты хочешь стать солдатом, ты должен научиться в нужный момент выйти из игры. Крокетт с сообщником вооружены, а мы нет. Поэтому у нас с Джулией не осталось никаких шансов. Но нам будет легче умирать, зная, что ты в безопасности. Ты понимаешь, что я тебе говорю? Так иди к Крокетту. Он будет добрее к тебе, чем Джеб Голт.

Бенджамин сдержал слезы и кивнул. Опустив голову, сунув руки в карманы, он неохотно подошел к Крокетту и встал рядом с ним.

Рэндалл посмотрел на Крокетта.

— Ты ведь был солдатом, как я слышал?

— Да, черт возьми. Я был сержантом и всегда терпеть не мог проклятых офицеров, таких, как ты. — Крокетт поднял ружье и прицелился.

Голос Рэндалла дрогнул:

— Как солдат солдату… можешь ты позволить мне встретить смерть стоя, а не быть пристреленным как собака?

Крокетт заколебался, затем коротко кивнул.

— Если ты можешь встать, поднимайся. Потом я тебя застрелю. Только поспеши. Взрыв наверняка привлечет сюда людей. В любой момент здесь может кто-нибудь появиться.

Рэндалл протянул руку Джулии, и она помогла ему подняться на ноги. Его пожатие оказалось на удивление сильным, и было что-то странное в его словах к Бенджамину. Неужели Рэндалл способен спокойно смириться с поражением?

Джулия пыталась разобраться с этим чувством несоответствия, но в этот момент случилось непредвиденное. Когда Крокетт прицелился в Рэндалла, Бенджамин одной рукой ухватился за ствол ружья, резко дернув его вниз. Другой рукой он перерезал Крокетту горло.

Кровь хлынула фонтаном во все стороны, в том числе и на Бенджамина. Ошеломленный Крокетт издал жуткий булькающий звуки повалился навзничь.

В тот самый момент, как Бенджамин атаковал Крокетта, Рэндалл с силой оттолкнул Джулию, так что она снова упала на землю, и стремительным броском навалился на сообщника Крокетта. Дробовик злодея выстрелил, а сам он опрокинулся назад. Рэндалл кинулся на него, и они вместе грохнулись на землю.

Обрывки листьев дождем посыпались на дорогу, когда заряд дроби угодил в дерево, и едкий запах пороха наполнил воздух. Мгновением позже Джулия услышала ужасный хруст и увидела, что шея злоумышленника сломана.

Джулию вырвало. От избытка насилия и крови ей стало плохо. Но сейчас не было времени разбираться с капризами своего желудка. Она с трудом поднялась на ноги.