Волки по ту сторону границы

– Я!

– Тело у стойки, ну, со сломанной ногой – под арест. Попытка насилия в отношении несовершеннолетнего. Ловите на комм материал для обвинения…

– Есть! – сорвавшись с места, ребята споро упаковали находящегося без сознания лейтенанта.

Проводив взглядом выбегающих наружу ребят, я заметила, что пехотинцы не сдвинулись с места. И зарычала:

– Ну, что стоим? Кого ждем? Вам что-то не нравится? Во-о-он!!!

Отправив в госпиталь так и не пришедшего в сознание Тэда, я помогла Томми активировать роботов-уборщиков, и, усевшись за свой столик, вопросительно посмотрела на удивленно молчащую Линду:

– Что-то не так?

– У меня один вопрос. Ты сказала, что игры закончились. То есть, по-твоему, все это – уже не игра… – не отрывая от меня взгляда, Горобец повела перед собой руками. – А что тогда? Глюк?

– Это жизнь, Линда… Самая обычная жизнь… – вздохнула я, и, поманив замершего у стойки бара Томми, усадила его к себе на колени. – Посмотри на него: разве такого пацана можно нарисовать? А его подружку Лизу? А Марка, который лежит в коме после того, как его похитили и чуть не убили? А Рикки, которого с нами уже нет? Почему мы его не перезагружаем? Ты что, совсем не понимаешь, что каждая смерть в этом мире – навсегда? Да посмотри – я, ты, Викки, Циклопы… здесь все НАСТОЯЩЕЕ, Линда!!!

– То есть это… – девушка ошалело посмотрела на свою руку, потом на меня и сглотнула подступивший к горлу комок, – …это все на самом деле?

Я молча кивнула.

– Не может быть… – прошептала Линда и до крови закусила губу.

– Идем. Я тебе кое-что покажу… – я вскочила со стула, и, дождавшись, пока она встанет, рванула к выходу.

– Костин! Мне нужен ваш флаер! – увидев стоящих перед входом в бар 'контриков', рявкнула я. – Можешь лететь с нами. Только молча…

Короткий перелет прошел в полной тишине. Если не считать легкого гудения от двигателей 'Кондора'. И писка координатора, отмечающего пролет контрольных точек введенного мною маршрута. Я подала голос только тогда, когда машина завершила снижение и замерла на огромной, заставленной сотнями гражданских флаеров, стоянке:

– Это – военное кладбище. Место, где захоронен прах тех, кто погиб там, наверху… В некоторых блоках нет даже его – только голографии, таблички и обломки их машин. Идем, я покажу тебе лица тех, кто приходит навестить своих близких… Тех, кто уже никогда никому не улыбнется и не скажет 'здравствуй!'… Ну, что сидишь? Идем!

Сделать второй шаг внутрь первого же попавшегося на нашем пути блока захоронений Горобец не смогла: заскрипела зубами и прикипела взглядом к сгорбленной молодой женщине, стоящей перед небольшим голоэкраном, с которого улыбался молодой парень в летной форме с погонами лейтенанта. По щекам не отрывающей взгляда от изображения женщины текли слезы, а на лице было написано такое горе, что Линда вдруг всхлипнула, прислонилась к стене и медленно сползла на пол…

– Мама…

Увидев встревоженное лицо врача, выскочившего из комнатки для обслуживающего персонала, я отрицательно покачала головой, и, подхватив рыдающую девушку, вынесла ее наружу.

– Мама… Училище… Проект… Циклопы… – бессвязно бормотала плачущая навзрыд девушка, обнимая меня за шею и прижимаясь лицом к моей груди.

– У нас почти все кого-то потеряли… – посадив ее в кресло 'Кондора' и гладя ее голову ладонью, вздохнула я. – Ты – маму… Я – маму, папу и брата… Викки – вообще всех… Да что говорить о нас? Хочешь, слетаем к Бирмингему и Вайттауну? Те, кто там жил… в общем, про двадцать три миллиона человек ты слышала…

– А я… я – ненормальная, да? – вырвавшись из моих объятий, затараторила Горобец. – Я думала, что это игра, и радовалась каждому интересному повороту событий! А тут ПО-НАСТОЯЩЕМУ умирали люди… Зачем вам такая дура, а?

Вместо ответа я активировала комм, и вывесила перед ней кусок первого попавшегося боя с ее участием:

– Видишь? Мы – звено. ТРИ машины. Твоя, моя и Волковская. Вместе летаем, и вместе бьемся. И если бы не мы трое, то вот этот… или вот этот корабль Циклопов мог уронить еще одну СКБ-шку. На Лагос или на какую-нибудь другую планету. И унести еще миллионы жизней! Очнись – ты Демон! Такая же, мы. Как Вильямс, я, Семенов, Краузе! Нужна, конечно: ты же знаешь, как нас мало! Но даже вдевятером мы делаем все, чтобы таких, как она – я мотнула в сторону блока усыпальниц – было как можно меньше! В общем, ты – наш третий номер, слышишь?

– Но я же… – сжав кулаки, начала было она.

– Что 'ты же'? – перебила ее я. – Ты с нами уже достаточно давно. Скажи, ты видела хоть одну кривую улыбку в свой адрес? Или шутку, которую можно было бы воспринять двояко? Или презрение, жалость, пренебрежение? Тогда о чем ты говоришь? Мы – семья! И ты – одна из нас…

– Правда?

– Правда… – кивнула я.

– Спасибо… – шмыгнув носом, прошептала она. И, подумав, посмотрела мне в глаза: – Полетели обратно. Я в норме. И… мне надо срочно поговорить с Викки…

Глава 20. Генерал Харитонов. Зомби в бомбоубежище времен Первой Галактической не оказалось. Так же, как и персонала, доброй трети самого высокотехнологичного оборудования и так называемого 'сырья'. Тот, кто в пожарном порядке эвакуировал лабораторию, явно предполагал возможность нашего появления и сумел к этому подготовиться: жилые комнаты для персонала были практически стерильны, на серваках местной службы безопасности не оказалось ни одного бита информации, а аппаратура аналитического центра вообще исчезла. Осматривая территорию, на которой еще несколько дней назад кипела работа, Харитонов ловил себя на мысли, что проникается уважением к правой руке Брайана Олсена – господину Бену Гронеру. Ибо он действительно оказался гениальным организатором, и использовал имеющееся у него время с максимальной эффективностью. 'Надо было сразу же прыгать сюда. Без захода на Нью-Джорджию. Тогда мы бы точно его прищучили'… – подумал генерал, глядя на хмурое лицо возникшего перед ним майора Тишкина. – 'А теперь его придется искать по всей Конфедерации'.

– Ну, что скажете, майор?

– Тот, кто планировал эвакуацию лаборатории – псих, сэр! В каждом помещении стоят стационарные блоки РОУ-1300 или РОУ-2500. И не просто стоят – девяносто восемь процентов из них уже ОТРАБОТАЛИ!

– И что с того? – пожал плечами генерал.

– РОУ – это растворитель органики универсальный. Цифры, идущие после букв, показывают объем рабочего вещества. В литрах. А вот эта пленка, – Тишкин постучал по полу каблуком, – все, что осталось после его использования. Я не уверен, что Гронер эвакуировал ВЕСЬ персонал. Вполне возможно, что часть тех, кто тут работал, осталась тут. И растворилась! Вместе с волосами, микрочастицами кожи и слюны и всей той органикой, которую обычно можно найти в местах, где находятся люди…

– Я засажу его лет на двести! – разъярился генерал. – Проведите анализ этой самой пленки, мне надо знать, сколько…

– Бесполезно, сэр! РОУ разработали как раз для сокрытия ЛЮБЫХ следов пребывания человека. И я могу сказать уже сейчас – доказать, что тут кого-то уничтожили – абсолютно нереально…

Побуйствовав пару минут, Харитонов с большим трудом взял себя в руки, и, заставив себя разжать кулаки, чуть ли не по слогам произнес:

– Ладно. Пусть так. Но когда мы его поймаем, мало ему не покажется… А пока… в общем, оставим это на потом. Ты уже связывался с Башней?

– Да, сэр! За последние двое суток из этого района планеты стартовало шесть транспортов. Все шесть зафрахтованы компанией 'Огрен и сыновья', зарегистрированной на Уорвике… – увидев, что генерал вопросительно приподнял бровь, майор утвердительно кивнул: – Да, на том самом. Захваченном Циклопами. Де-юре компания старая, ведет какую-то хозяйственную деятельность, но я готов дать голову на отрез, что это – обычная 'прокладка'. По задекларированным документам, два транспорта следуют на Кальтор, остальные – на Старую Землю, Ниппон, Бейджин и Хилтти. Самый короткий прыжок – на пять суток в гипере. То есть информацию с места назначения мы получим не раньше, чем через десять дней. Я послал вдогонку уиндеры, но практически уверен, что их там не окажется: этот самый Гронер далеко не дурак…

– Угу. С этим не поспоришь… – вздохнул генерал. – Ну, и куда он, по-твоему, может их отправить?

– Куда угодно, сэр! В любую систему конфедерации. Но я бы на его месте вывесил транспорты в какой-нибудь необитаемой системе в стороне от базовой траектории прыжка, пригнал туда какой-нибудь небольшой грузовичок и вытаскивал бы груз мелкими партиями…

– Без финансов Олсена ему надо будет искать покровителя… – угрюмо кивнул Харитонов. – Хотя… согласно результатам сканирования банкира, в настоящий момент особой необходимости в деньгах у Гронера нет: он располагает сотней готовых андроидов и сырьем для создания еще пяти-шести десятков. Продавай – не хочу!

– Точно. Но 'крыша' будет нужна по-любому. Двадцать миллионов кредитов за штуку – слишком серьезная сумма для того, чтобы прогонять ее по счетам без прикрытия. Отследят. Как минимум – спецы из МБ. Значит, ему понадобится схема. А финансами, насколько я понял, он никогда не занимался…

– Точно. Значит, надо искать тех, кто способен ее представить. Нам предстоит сумасшедший объем работы. Придется напрячь аналитиков. А здесь, насколько я понимаю, делать уже нечего… – окинув взглядом помещение, вздохнул Харитонов. – Ладно, тогда я полетел на Ньюпорт. Хочу встретиться с Климовым: уверен, что Гронер попробует продать Зомби тем, кто уже видел их в работе. А, значит, первыми об этом узнают агенты из Пятого Департамента МБ. Сутки проведу на Ньюпорте, а потом прыгну на Лагос. Гляну, как там Демоны. По дороге еще немного поработаю с Олсеном и с данными его сканирования. Жаль, что он не взял с собой на Новую Зарю этого Саркисянца – улов был бы заметно более весомым… В общем, если что раскопаешь – ты знаешь, где меня искать…

Глава 21. Виктор Волков. Три с половиной недели после прилета с Нью-Джорджии прошли в непрерывных тренировках: с шести и до одиннадцати утра мы гоняли Пятнадцатый флот, с двенадцати и до пяти – Шестнадцатый, с шести вечера и до одиннадцати ночи – Шестой. Потом прыгали в одну из ближайших систем Циклопов и жгли всех, кто там был. С таким расчетом, чтобы в шесть утра снова оказаться у Лагоса. И, желательно, в сознании. Четыре часа сна в сутки, и те в гипере, выматывали так, что я периодически засыпал в столовой. Но другого выхода в сложившейся ситуации не было: судя по данным разведки, в системах Кройса и Алтора уже формировался новый флот вторжения. Гораздо крупнее предыдущего. Атаковать любую из этих систем силами одного нашего подразделения было глупо: в каждой висело по три орбитальные крепости. И не было ни одного патруля – не желая терять корабли 'просто так', Циклопы не реагировали даже на разведывательные уиндеры, вплотную подходящие к границе зоны досягаемости вражеских ключей. Вести туда на убой любой из придворных флотов мне не позволяла совесть. А срывать с места единственный действительно боевой флот Окраины – Шестой – элементарное желание подстраховаться: в наше отсутствие удержать Циклопов вдали от планеты могли только подчиненные Железного Джо. Поэтому, зверея от невозможности как-то влиять на ситуацию, я гонял и в хвост, и в гриву всех тех, кого мог. И игнорировал даже совещания, проводимые генералом Роммелем. И при этом умудрялся получать новые разведданные практически из первых рук. Пашка Забродин, днюющий и ночующий в штабе, питался исключительно в нашей компании. И, появившись в 'Подкове', сразу же скидывал мне на комм всю имеющуюся у него информацию. Она-то и оказывалась лучшим в мире будильником: стоило мне прочитать первые же строки сводного файла, как желание спать, появившееся после сытного завтрака, обеда или ужина, мгновенно куда-то испарялось. А на его место приходил самый настоящий страх: я не понимал, что можно противопоставить эскадре из пяти с лишним сотен вражеских кораблей… Короткое появление в системе Харитонова тоже прошло мимо меня – мы только вернулись от Велинды, и почти ничего не соображали от усталости. Поэтому генерал, быстро оценивший наше состояние, отправил нас спать. Вместо планируемой беседы скинув мне на комм два терабайта информации. И сопроводив этот процесс странной формулировкой 'для ознакомления'. Поэтому просматривать их я не стал – не было сил… Естественно, не понимать, что такой режим тренировок подрывает боеспособность подразделения, я не мог. Поэтому звенья Семенова и Вильямс напрягал значительно меньше: Игорь со своими напарниками пропускали первую тренировку, Элен, Гарри и Яша – вторую. И спали, как убитые. А я успокаивал себя тем, что у меня есть хотя бы два вменяемых звена. Не зевающих на каждом вираже и не пытающихся впороться в орбитальную крепость или спутник связи при первом же маневре. Или сразу же после взлета. Естественно, ребята возражали. Но не очень сильно: знали, что переупрямить меня шансов практически нет. В принципе, оба парадных флота отрабатывали всего один тип упражнения – атаку в ордере 'Обратная воронка', экстренное торможение и перестроение в новую защитку , которую почему-то обозвали 'Туманом'. Видимо, из-за того, что секторы ТВФ в программе визуализации чем-то напоминали именно его. Правда, синего цвета. Ежедневные дрессировки постепенно делали свое дело – линейные корабли выстраивались в узловые точки практически без ошибок, а истребители, выполняющие функции их прикрытия – вовремя закрывали тяжелые машины своими щитами. Только вот скорость выполнения флотами из Метрополии этого упражнения убивала меня наповал: как правило, первые атаки моего звена всегда завершались уничтожением как минимум пары-тройки крейсеров или эсминцев. И это в режиме 'номер раз'! То есть в ордере, в котором каждый из нас занимался не своим делом! Правда, уровень работы нашего звена даже в альтернативном режиме мало чем отличался от звена того же Семенова: Ира была отличным универсалом, а Линда, после знаменательного разговора , прогрессировала со страшной силой. И, оказавшись такой же упертой, как и моя Иришка, непрерывно доставала меня просьбами 'погонять ее еще немного'. Чтобы и летать, и работать со щитами 'хотя бы на вашем уровне'. С пилотированием у нее получалось не очень – по моим прикидкам, за месяц она доросла только до шестого места в подразделении, обогнав Гашека и Краузе. А вот щитовик из нее получался просто замечательный. Как сказала Ира, 'еще месяц, и… свое место я ей не уступлю НИ ЗА ЧТО' – в общем, своим звеном я гордился, как мог. Но молча. И только тогда, когда мог хоть что-то соображать… Шестой флот мы гоняли намного серьезнее – каждая тренировка с ними превращалась в полноценный бой, в котором мы редко обходились без потерь. И побеждали далеко не всегда: подчиненные полковника Ридли, поймав кураж, работали с генераторами интерференции и защитными полями так, что даже при атаке в нормальном режиме я не всегда умудрялся выжечь хотя бы пару эмиттеров. А два-три промаха подряд легко становились предвестниками будущего проигрыша: количество ремонтных роботов на кораблях флота было утроено, и за время, требующееся нам для нового захода, они, как правило, успевали починить хотя бы один… Вообще, на мой взгляд, Шестой флот мы выдрессировали так, что его можно было спокойно выставлять против сорока-пятидесяти бортов Циклопов в 'поле', и против полутора сотен – под Ключами. И при этом быть уверенными в его победе. Впрочем, это мое мнение разделяли все, кроме самого Железного Джо и командиров его кораблей. По их мнению, Демоны требовались даже для совместного похода в столовую. Или для поддержания в тонусе диспетчеров башни. Поэтому тоже требовали увеличения времени совместных тренировок, в приватных беседах советуя 'забить на столичных девочек'. Только вот забить у меня, увы, не получалось – где-то там, в восьми часах гипера от Лагоса, собирался флот вторжения, и я жутко боялся, что он прыгнет НЕ к нам… …День, когда в системе всплыло три новых звена Демонов, я запомнил на всю оставшуюся жизнь. Прежде всего его началом: проснулся я почему-то не от вибрации комма, не в своем 'Кречете' и не в скафандре. А от запаха жарящегося шашлыка, лежа на теплом песке метрах в двадцати от какого-то озера. Поэтому минут пять я был твердо уверен, что это сон. И, услышав вопль чем-то страшно довольного Гельмута, не сразу понял, что он обращается ко мне:

– Але, засоня! Жрать будешь или как?

– Викки! Мясо будет готово через пять минут… – мурлыкающий голос Линды, раздавшийся откуда-то сверху, заставил меня рывком сесть и растерянно поинтересоваться:

– Так! Где это мы? И почему не на тренировке?

– Тебе нужны точные координаты или… достаточно названия системы? – ухмыльнулась возникшая передо мной Элен. – Кстати, как тебе мой новый скафандр?

Я ошалело посмотрел на нее и понял, что она бредит: никакого скафандра на ней не было. Три малюсеньких бирюзовых кусочка ткани, ничем не соединенных между собой, выглядели обычным купальником! Ну, может, чуть более эротичным, чем обычно.

– Эх, ты, джентльмен… – обиделась Вильямс. – Я-то думала, что ты оценишь, как настоящий мужчина. Ну, там, потянешься руками или хотя бы облизнешься…

– Так! Кто мне объяснит, что за бардак тут творится? – вскочив на ноги и увидев, что все без исключения ребята и девчонки одеты приблизительно так же, как и она, зарычал я. – Ира!!!

– Тут она я… Да, мой повелитель? – стоило мне рассмотреть то, что на ней было одето… и как она ко мне идет, как у меня тут же начало сносить крышу: моя женщина смотрелась настолько сексуально, что я мгновенно забыл про все и вся. И с большим трудом сглотнул подступивший к горлу комок.

Дикий хохот наблюдающих за мной ребят заставил меня покраснеть. А замечание Вильямс – окончательно проснуться:

– Мда. Гарри! Вот как надо смотреть на любимую женщину! Эх… я тоже хочу, чтобы на меня так смотрели… Учись, пацан…

– Я тебя люблю, Вик! – прижавшись ко мне грудью так, что у меня перехватило дыхание, прошептала Орлова. – И устала смотреть, как ты уродуешься. Поэтому посовещалась с ребятами и устроила небольшой пикничок…

– А… тренировки? – механически поинтересовался я, чувствуя, что они меня, в общем-то уже почти и не интересуют.

– Сегодня их проводит Ридли. Шестой флот против 'девочек'. Четыре раунда по два часа. Ничего, денек обойдутся без нас…

– Мы… на Лагосе?

– Угу. 'Кречеты' вон за тем пригорком. В минуте бега. Стоят с полным боекомплектом. Только вот до завтрашнего утра ты никуда отсюда не улетишь. Это я тебе обещаю…

– За пригорком? А это что за хрень? – запрокинув голову в зенит, откуда на нас падало девять кораблей, обалдело поинтересовался я.

– Эта хрень – первые три звена Второй Очереди! – захихикала Иришка. – Заходят по пеленгу на мою машину. Двадцать минут, как всплыли. Так что переодевайся в парадку и дуй их встречать…

– В какую парадку?

Смотреть на складывающуюся пополам от хохота Орлову мне быстро надоело, и я, подхватив ее на руки, с разбега метнул в озеро. Потом отловил неосмотрительно подпустившую меня слишком близко Горобец и отправил ее туда же. Жаль, не удалось поймать Элен: сначала она спряталась за спину Гарри, потом на мне повисли Игорь и Яшка, и мы чуть не перевернули мангал.

– Так! Я не посмотрю, что ты – командир! И если уронишь мясо – дам по шее… – грозно нахмурился Босс-повар. – И вообще, чем скакать тут и девок щупать, лучше бы тарелку подал… Эти два шампура пора снимать…

…Когда ребята из Второй Очереди добрались до места нашего отдыха, то увидели совершенно сногсшибательную картину: их старшие товарищи – то есть мы – усиленно уминали сочащийся соком шашлык и упорно не хотели замечать ошалевшие лица новичков.

– Господин, э-э-э, майор! – кое-как построив деморализованное нашим видом подразделение в одну шеренгу, подал голос капитан Кощеев. – Первые три звена из Второй Очереди Проекта прибыли для совершения контрольных тестов…

– Что ж, господа офицеры. Тест номер один. Минута на раздевание, тридцать секунд на распределение обязанностей, и… вперед, жарить шашлыки. И себе, и нам… – почему-то возомнив себя майором, рявкнул Шварц. Впрочем, возмущаться я не стал – сам собирался предложить что-то в этом духе…

Тест номер один ребята сдали на четыре балла: шашлык в исполнении Гельмута оказался вкуснее. Зато в остальных оказались на уровне – уже через час ребята перестали чувствовать себя лишними и вписались в продолжающееся веселье.

…Забавно, но мой втык о необходимости привыкать друг к другу оказался далеко не лишним – даже сейчас, на отдыхе, ребята все делали тройками. И при этом уже не испытывали какого-либо неудобства.

…Смотреть на результаты выпускных тестов я не стал: во-первых, отдыхал, а во-вторых, мог предсказать их достаточно точно. Наверняка лучшим из трех звеньев оказалось Кощеевское, вторым должна была оказаться тройка Валентины Шмаковой, а третьей – Бренда Стоун и ее компания. И не только потому, что Алексей летал лучше всех. Просто в его звено я вписал лучшего щитовика второго потока Джоуи Маккормика и весьма неплохую оружейницу Мари Реми. Вторым номером второго звена я поставил Джеффа Уилкинса – и щитовика, и пилота, а третьим – Лиз Робертс – лучшую оружейницу потока. А напарники Бренды – Майкл Клифф и Ольга Минина – были твердыми середнячками. По крайней мере, на момент моего отлета с Нью-Джорджии. Поэтому их результаты были предсказуемы. По крайней мере, для меня.

Мои подчиненные радовались другому. Тому, что девушек во Второй Очереди больше, чем ребят. Поэтому мои ловеласы вели себя нереально галантно и посматривали на дам с плохо скрываемым интересом. Что доставляло море удовольствия глумящейся над ними Элен – к заходу солнца окончательно озверевший от ее издевательств Гельмут даже пытался утопиться. Но, просидев в воде двадцать минут и не дождавшись спасения, решил уйти в монастырь. Естественно, в женский.

Единственным парнем из первого выпуска, практически не обращавшим внимания на вновь прибывших дам, был Игорь. Нет, конечно же, он с удовольствием с ними общался, поддерживал все их начинания и принимал активное участие в большинстве придуманных забав, но… делал все исключительно в паре с Линдой. И млел от каждого ее слова или взгляда. Что, как ни странно, не вызвало ни одной шутки со стороны Шварца или Вильямс: как потом рассказала Иришка, Гельмуту все-таки потребовался втык. Даже два. А Элен… Элен радовалась началу этих отношений чуть ли не больше, чем сам Семенов. И ревниво поглядывала по сторонам, пытаясь защитить вновь образованную пару…

Развлекаться закончили в третьем часу ночи. А в девять утра, после плотного завтрака, я поднял новичков в космос и устроил им кровавую баню. Кровавую – в прямом смысле этого слова: после двухчасового боя 'звено на звено' мало кто из Второй Очереди смог встать в строй перед своими кораблями без ускоряющих регенерацию инъекций. Вымотанные до предела, еле стоящие на ногах, с полопавшимися капиллярами в склерах и кое-как замытыми следами от крови на лице, они смотрели на меня с плохо скрываемым ужасом. И ждали моего решения. А за моей спиной в парадной форме и с полным иконостасом на груди стояли бодрые и выглядящие ничуть не уставшими 'старички'.

– Итак, господа офицеры, результаты тестов говорят сами за себя: сегодняшнего уровня вашей подготовки недостаточно, чтобы справиться со своими старшими товарищами… – глядя, как тускнеют их глаза, я чуть было не перешел к заключительной части своей речи. И был вынужден сделать небольшую паузу, чтобы все-таки заставить себя высказать все, что считал необходимым: – Да, мы вас нисколько не жалели. Но ведь и Циклопы не отличаются особым гуманизмом. Каждый бой с ними – хуже любого теста. Торпеды, попадающие в ваши корабли – настоящие, а любая оплошность, как правило, заканчивается смертью. Вашей, вашего напарника, кого-то из пилотов флота ВКС. Или гибелью миллионов жителей Конфедерации. Вы и ваши корабли – это та сила, которая способна остановить и повернуть вспять превосходящие вас по силам эскадры врага. Но только в том случае, если каждый из вас сможет выложиться по полной. И сделает все необходимое для того, чтобы наша основная боевая единица – звено – показало максимальный КПД. Согласны?

Молодежь угрюмо промолчала. Только Алексей Кощеев согласно кивнул.

– С другой стороны, за месяц, который прошел с момента моего отлета с Комплекса, в каждом звене появилось чувство локтя. Ваши тройки стали похожи на единый организм: вы действительно стараетесь вложить душу в свою часть работы и… делаете это неплохо. Говоря словами одного из вас, капитана Алексея Кощеева, вы уже доросли до категории 'задохлик'…

Увидев всплеск безумной надежды в глазах автора моей любимой градации, я почувствовал себя садистом. И быстренько завершил свою речь:

– А это первый признак того, что летать вы все-таки научились. И достойны занять место в строю за моей спиной! Поздравляю со вступлением в подразделение Демон, друзья…

Рев радости, исторгнутый девятью глотками, чуть не лишил меня слуха. Поэтому команду 'разойдись' я подал в общем канале мыслесвязи. И… в первый раз за этот месяц почувствовал себя счастливым…

Глава 22. Ирина Орлова. Через два дня после нашего пикника в системе стало тихо. Закончив базовую подготовку, оба флота 'девочек' отправились к местам нового базирования. К Квидли и Арлину. Где, кроме них, обретались еще три флота – Второй, Седьмой и Двенадцатый. Что меня слегка удивило. Впрочем, обсуждать ротацию войск с начальством было некогда, так как мы, наконец, смогли нормально заняться нашей молодежью. И стали гонять их в тренировочных боях по десять-двенадцать часов в сутки. А потом, еще часа по три – терзать в слегка модернизированной 'Альтернативе'. Кстати, программу для виртуально-имитационного комплекса писали под моим чутким руководством: объяснять нюансы работы нормального щитовика в реальном полете было достаточно сложно, поэтому мне требовался инструмент, позволяющий контролировать каждое действие второго номера. И, с грехом пополам, но я его получила. А уже дня через три увидела первый результат – Джоуи Маккормик умудрился порезать несколько БЧ. В тренажере. Еще через день то же самое удалось Форду, а Горобец, продвинувшаяся гораздо дальше, начала осваивать полеты 'без щитов'. Правда, последний факт радовал меня постольку поскольку – пересаживать лучшего оружейника подразделения на второй номер было бы идиотизмом. С подготовкой первых номеров тоже все шло нормально – Игорь, наконец, освоил контроль девятки и как минимум по часу в день отрабатывал атаку на орбитальную крепость. Кощеев легко держал по шесть машин, а Шмакова и Стоун вытягивали пять. Вик с первой же попытки взял все восемнадцать, но толку от этого было немного – я могла контролировать только четырнадцать щитов и страшно из-за этого расстраивалась. Зато с оружейниками получалось не очень: если Мари хоть иногда, но умудрялась чувствовать Кощеева, то Лиза и Ольга работали исключительно на рефлексах. И частенько не успевали за маневрами своих первых номеров . Поэтому всаживали торпеды в собственные защитные поля и промахивались мимо идеально вывешенной цели. В общем, львиную долю летных тренировок тройки новичков занимала отработка именно пилотажа со стрельбой. А мы, старички, обкатывали упражнения, которые придумывал Вик. И периодически крыли матом его неуемную фантазию, выносливость и работоспособность. Впрочем, называть эти тренировки неинтересными ни у кого не поворачивался язык: каждый раз, получая боевую задачу, Игорь и Элен выпадали в осадок. И минут по десять-пятнадцать терзали расчетные блоки своих БК-ашек: выполнить эти задачи с нахрапу было нереально. Да и без 'нахрапа' – тоже: как правило, на то, чтобы добиться запланированного моим любимым мужчиной результата, у них уходило часов шесть-восемь. Короче говоря, поднявшись с космодрома ранним утром, подразделение разлеталось по всей системе, и пахало до потери пульса. Ровно десять дней. А утром одиннадцатого Роммель запретил нам летать. Напрочь. И посадил на землю три четверти Шестого флота… …Разведывательное звено Циклопов появилось в системе в четыре ночи по общегалактическому. И спокойно ушло – Роммель, получивший информацию об их появлении одновременно с нами, отменил боевую тревогу. И, связавшись с Виком, приказал нам 'идти досыпать'. Обалдевший от такого 'плана действий' Волков попробовал было возмутиться, но нарвался на возмущенный рык командующего:

– Поднимать в космос ВАШИ корабли никакой необходимости нет…

Поднятый с кровати Забродин долго вникал в суть возмущенной тирады Викки, а потом, улыбнувшись, заявил:

– Он прав! Чего вы дергаетесь? Зачем, по-вашему, в системы Квидли и Арлина нагнали столько войск? Вот там в пространстве не продохнуть: круглые сутки сотни кораблей изображают бурную деятельность. Кроме того, если вы не в курсе, в каждой из них вывешены новые Ключи, и теперь в каждой из них их по девять штук. Приблизительно такая же картина у Дабога – восемь орбитальных крепостей и три флота…

– И теперь Лагос выглядит самым слабым? – понимающе усмехнулась Горобец.

– Угу… Кроме того, во всех трех непрерывно летают 'Кречеты'. Штук по десять-пятнадцать… – Пашка довольно ухмыльнулся. – Правда, на автопилоте, но все равно создают очень неплохую иллюзию вашего присутствия…

– Ясно… – слегка успокоившись, буркнул Вик. – Тогда, получается, что очередное вторжение не за горами?

– Трое-четверо суток. От силы… – вздохнул аналитик. – За последние четверо суток эскадра Циклопов не выросла ни на один вымпел…

– И сколько в ней сейчас бортов? – спросила я.

– Порядка шестисот…

– Застрелиться… – выдохнула Элен. – Это чересчур…

– Угу. И если они прыгнут НЕ СЮДА, то мы их не удержим… – кивнул Забродин. – Ни в одной системе, включая Старую Землю и Ньюпорт…

Очередное вторжение началось через шестнадцать часов. Циклопы атаковали Лагос. И все десять минут, потребовавшихся им на всплытие, все командиры боевых кораблей системы не отводили взгляда от тактических экранов – цифры, показывающие количество вражеских бортов, сменяли друг друга с катастрофической быстротой.

– Шестьсот двенадцать… – через минуту после появления последнего корабля криво усмехнулся Шварц. И даже попробовал пошутить: – Ровно по тридцать четыре машины на брата. Или по сто две – на звено… Терпимо…

Поддерживать шуточный тон не захотелось никому: сидя в своих машинах и ожидая разрешения на взлет, каждый думал о чем-то своем. Я – о том, что если бы встретила вражеский флот в пространстве, то не успела бы испугаться. А смотреть на это с космодрома оказалось страшно. Даже слишком…

– Как ты там, милая? – голос Вика, возникший в персональном канале, оказался как нельзя кстати: мой страх вот-вот грозил перерасти в нечто большее. Например, в панику.

– Я боюсь… – честно призналась я. – Их слишком много…