Войны Кромаса

– Понятно…. – пробормотал кромосянин, хотя мало что понял. Он добросовестно углубился в изучение изображения, появившегося перед ним на экране компьюзера, неожиданно спросил, касаясь пальцем одного участка на поверхности экрана:

– А сюда мы слетать сможем?

– Разумеется! – ответила Дита, выводя машину на выбранный Служителем курс.

– Что ты хочешь там увидеть?

– Там всегда была пустошь. Большая каменистая пустошь. Если верить твоим рисункам, то сейчас там – большое поле; я сказал бы даже – гигантское. Причем – орошаемое. Хочу лично проверить!

– Хочешь – значит проверим! – Дита увеличила тягу маршевых двигателей, хотела было уже подняться повыше – туда, где сопротивление воздуха заметно слабее, но вовремя вспомнила о том, что высота и скорость её истребителя могут спровоцировать самого непредсказуемого неприятеля – Око Смерти, снизила скорость, пошла на снижение…. На месте пустоши было поле.

Огромное плодородное поле, засеянное самой «деньгоемкой» культурой – большим желтоголовиком, внешне напоминающим обычный земной подсолнечник.

– Садимся! – скомандовал Верховный Служитель.

Дита не стала возражать. К такому повороту воздушной инспекции она не была готова, и перед тем, как направить машину вниз, он дважды облетела внушительную «загонку» по периметру, проверяя окрестности на предмет наличия в них нежелательных «гостей». Все было спокойно….

Когда спустя два часа Демьян, встревоженный слишком долгим отсутствием патронессы, заглянул в аппаратную «мини-габалы» и попросил Олега подсказать, где в данный момент может находиться Дита, тот лишь удивленно пожал плечами.

– Командир улетели с «вождем», куда-то на юг. Моя РЛС «видит» только то, что происходит на севере. У меня нет информации, где может быть её машина.

Демьян чертыхнулся и пошел искать старшего офицера – коммуникатор Дягилева почему-то никак не реагировал на настойчивые вызовы первого пилота.

Евгения Демьян нашел на берегу водохранилища, в котором землянин на практике показывал, как должно форсировать водную преграду «с полной выкладкой».

Он увидел Паршина, немедленно вылез из воды, сбросил с себя тяжеленный рюкзак.

– Что случилось? – без обиняков выдохнул он по-русски, испытующе глядя в лицо старшего по званию.

– С чего ты решил?

– А ты когда в последний раз сам находил меня? Вот именно, очень и очень давно. Видать, случилось что-то действительно серьезное, если ты пошел искать меня сам. Колись, что произошло!

– Дита пропала!

– То есть как – пропала?

– Часа три назад вылетела куда-то со здешним царьком, и – всё! Ни – слуху, ни – духу!

– Бл..дь! Х..ево! А чё Олег гутарит?

– А чё он может сказать? Дита улетела на юг, а его станция смотрит только на север. Вот и весь сказ!

– Сука! Хреновы наши дела! Если до утра Дита и этот вождишка не вернутся, нас могут и арестовать.

– За что?

– За – то! В превентивных целях, … твою мать! Срочно поднимаем в воздух всех, включая Олега и начинаем «чесать» поверхность». Есть хотя бы приблизительно направление?

– Да, есть! Они улетели в сторону морского порта.

– А что делать Станту?

– Как что?! Я же сказал: на крыло – всех!

– Он еле ходит!

– Не …ёт! Если не найдем Диту и царька, ему и ползать не придется! Так же, как и нам!

Стант на удивление спокойно выслушал приказ о начале патрулирования, уточнил только, как давно пропала бессмертная, медленно, насколько позволяли силы, побрел переодеваться в летный костюм.

Юрий и Женька, отчего-то красные и запыхавшиеся, ждали звездных рекрутов и первого пилота уже у машин.

– Что, есть какая-то информация? – проницательно глянув в лица курсантов, спросил Паршин. Верзила отрицательно покачал головой.

– Девчонки говорят, что еще утром их отец никуда не собирался. Все произошло очень быстро, даже спонтанно. В апартаменты Верховного Служителя зашла Дита, они вышли вдвоем и сели в спарку. Все! Больше ни им, ни кому-то другому во дворце ничего об этом происшествии неизвестно.

– Ладно! – севшим голосом буркнул первый пилот. – Будем искать. Олег разбил южную часть страны на квадраты, сейчас он загрузит каждому из вас в самолет карту местности и его участок. Вылетаем через пять минут! Плотно работаем до захода Лакуса. Увижу, что кто-то вернулся на базу раньше, или сел передохнуть у какого-нибудь озерка – лично расстреляю! Вопросы? Тогда – по коням!

Ледяная горная вода отняла у звёздных рекрутов последние силы. Сашка устало выбрался на берег, опустил на песок беременную девушку. Её сильно знобило; она сжалась в комочек, пытаясь хоть как-то согреться, но холодный вихрь, закруживший плотный воздух провала отнял у её тела последние капли тепла. Девушка присела у ног землянина, её заколотило от холода; а зубы выбивали мелкую дробь.

– Ар'рахх! Зеленый верзила даже не шелохнулся.

– Ар'рахх! Я с тобой разговариваю, зеленое чудовище!

Зеленое, а точнее – позеленевшее от холода «чудовище» медленно повернуло голову, вяло пошевелило клешней в знак того, что оно слышит своего командира.

– Саш'ша! – зашипел драк. – Я не могу…. Дв… Двигаться….

– Это – только холод! Ерунда! Скоро пройдет! Не нужно поддаваться! Быстренько собери вокруг себя ветки и разведи костер! Немедленно!

Молодой охотник встрепенулся, как от хорошего пинка, стал барабаться руками вокруг себя, собирая мелкий мусор.

– Теперь – поджигай!

Драк с большим трудом вынул зажигалку, хотел добыть пламя, но «огниво» выпало из его клешней.

Сашка метнулся к «брату по крови», подобрал зажигалку, чиркнул колесиком по кремню. Желтый огонек лизнул одну веточку, другую, весело поскакал по груде хвороста, собранной зеленым верзилой.

Пока Ар'рахх приходил в себя, землянин перетащил поближе к костру девушку, перенес и Машу, полностью оцепеневшую в ледяной воде.

Однако уже через десять минут богомолка начала подавать признаки жизни. Она шевельнула сначала одним пальчиком, потом – другим. Еще через четверть часа насекомое начало двигаться – медленно, неловко, но «процесс пошел».

– Так, а что же нам с тобой-то делать? – в который уже раз спрашивал Заречнев у спасенной девушки, внимательно наблюдая за её лицом. Не нужно было быть большим специалистом, чтобы понять – девушка дохаживает перед родами последние недели, если не дни.

Однако молодая будущая мама упорно молчала, уткнувшись лицом в свои ладони.

– Для начала нам тебя нужно одеть! – он выразительно посмотрел на богомолку. Та отрицательно покрутила головой, показала что-то руками. Но и так, без её жестов, было ясно – Маша не сможет подняться по стене провала еще какое-то время. Но – какое? Кажется, ответ на этот вопрос не знала она сама.

Сашка прошелся по берегу озера, собрал охапку плавника. Он щедро сыпанул веток и корней в костер, довольно усмехнулся, видя, как высоко взметнулось пламя.

Пока его команда приходила в себя, Александр вытащил плот, а точнее – то, что от него осталось, на берег.

Осмотр показал, что осталось от плавсредства не так уж мало. Чудовищная «рыбина» разорвала борт, однако если его удалось бы чем-нибудь склеить, то надувное плавсредство вполне еще могло послужить своим новым хозяевам.

Сашка почесал затылок, соображая, что именно можно было бы использовать в качестве клея, но ничего путного в голову так и не пришло.

Маша, борясь с проходящей оцепенелостью, заметила его характерный жест – землянин всегда именно так скреб свой затылок, когда задача казалось ему неразрешимой. Она на четвереньках приблизилась к человеку, уточнила, в чем его проблема.

– Да, собственно, проблемы никакой нет! – Сашка попинал ногами лохмотья плота. Но если бы нам удалось найти клей и склеить вот этот и этот куски, то плот можно было использовать для передвижения. А с учетом того, что эта река – пока лучшее, что нам может предложить северная половина планеты, это стало бы оптимальным выходом – как выбраться поскорее из этих ледяных предгорий.

Маша ничего не ответила. Она подползла к плоту, внимательно осмотрела дыры.

– Вот что! – неожиданно предложила она. – Погуляй-ка ты где-нибудь. Где-нибудь подальше от этого места. А еще лучше – займись человеческой девушкой. А я пока посмотрю, что здесь можно сделать!

Александр недоуменно пожал плечами и пошел смотреть, как себя чувствует «человеческая девушка».

Спасенная выглядела плохо. Её по-прежнему бил озноб, она безумно вращала глазами, похоже, совершенно не понимая, где она, и что с неё.

– Во-во-во…. – стучала она зубами. – Во-во-во….

– Воды хочешь? – спросил землянин, растягивая над костром для просушки большую тряпку, вынутую им из плота. Девушка отрицательно покачала головой, показала пальцем на низ живота.

– Воды отошли?! – догадался, наконец, человек. Беременная облегченно кивнула, стала заваливаться на бок. Заречнев испугался.

О том, что все женщины рожают, он, разумеется, знал. Но чтобы самому участвовать в этом процессе? Такое не могло ему прийти в голову даже в самом кошмарном сне.

– Черт! Черт! Черт! – забегал Сашка по песку. – Чё делать? Чё делать-то?

– Что стряслось? – зеленый верзила отогрелся возле костра и теперь выглядел «как новенький».

– Девушка! Она рожает!

– И – что? – не понял драк. – Что в этом такого страшного? Все рожают. У нас вообще за раз знаешь, сколько яиц откладывают?

– Да пошел ты – со своими яйцами! – замахал на него руками человек. – Я не знаю, что делать? Понял?

– Ага. Понял! А что ваши делают, когда самка – того? Рожать?

– Не помню. Знаю – воду греют. И чтобы чистые тряпки были. Да! И пуповину надо отрезать. Но это потом, когда ребенок – того…. Появится. То есть родиться!

– Ты успокойся! – посоветовал из-за спины скрипучий голос Маши. – Не суетись. Я помню, нам говорили, что делать, когда человеческая самка – рожать!

– И – что?

– Сначала её надо раздеть!

– Уже! Уже раздета! Что дальше?

– Потом – не суетиться! Человеческий детеныш выходить на свет очень долго. Иногда – половину дня, иногда – весь день! Нужно положить женщину на ровную поверхность. А дальше она все сделает сама!

– Что – сама?

– Сама – родит!

– Ага…. Родит – сама! Хорошо! Ладно! Маша, что у нас с плотом?

– С плотом все нормально! Осталось его наполнить воздухом!

– Ты это – серьезно?

– Да! Там есть такая штучка для нагнетания воздуха. Попроси Ар'рахха заняться!

– Ар'рахх! Слышал? Вперед! Чтобы через десять минут плот был накачан!

– Бегу! – стукнул челюстями драк, действительно, бегом направляясь к трофейному плавсредству.

– У наших конвоиров были тряпки! – напомнила Маша. – Не знаю уж, насколько они чистые…. Но их можно, в крайнем случае, постирать в озере и высушить у костра!

– Поднимешься?

– Поднимусь, но…. Подстраховка нужна. Видишь – с другой стороны опять «зрители» вызверились. Словно ждут чего-то еще. Надо спешить. А на верху нас может ждать сюрприз. Вместе надо лезть!

– Это как?

– Ты – по канату, я – по скалам. Так – как, ты готов?

– Я – как пионер, – всегда готов! – Заречнев быстрым шагом направился к тросу, свисающему по стене провала. Наверху никого не было.

Сашка быстро опрокинул вещмешки «почивших» пограничников, собрал все тряпки и одеяла, которые удалось из них вытрясти, сбросил весь этот скарб вниз.

Маша проворно собрала холодное оружие – ножи, упаковала его в одну из тряпиц, сбросила следом.

Сашка подошел к краю провала, еще раз, более внимательно осмотрел его. Было в этом природном явлении что-то такое, что «цепляло» не глаз, а скорее – подсознание. Некая несуразность между формой и содержанием. Но – какая?

Землянин посмотрел себе под ноги, внимательно осмотрел края подковы и её окрестности….

На противоположной стороне провала, метрах в ста, небольшая группа «зрителей» устанавливала что-то вроде треноги. Спустя какое-то время над сооружением что-то пумкнуло, взвился клуб белого дыма, в камень у ног землянина ударилось что-то твердое.

– Бл..дь! – зло сплюнул на камень Заречнев. – Они, что, еще и повоевать с нами хотят?

Он перекинул базуку, прицелился…. Оба «мушкетона» – его и Маши – бабахнули одновременно. (Сашка даже не заметил, когда богомолка тоже изготовилась для стрельбы – насекомое находилось позади землянина).

На противоположной стороне провала два взрыва слились в один, в мелкие щепки разнося «треногу» и всех, кто в этом момент находился рядом с ней. Оставшиеся в живых «зрители» бросились врассыпную.

Звездные рекруты закинули оружие на его «законное» место – за спины, быстро спустились вниз, к плоту. Как ни велик был испуг аборигенов, никто не дал бы гарантию, что «зрители» не вернутся через полчаса, или через час.

Девушка перекатилась на спину, закричала от боли. Её лицо исказила гримаса, пальцы судорожно вцепились в края полотна, которым её укрыли землянин и драк.