Принцип четности

— А вы, стало быть, власть? — спросил Сергей сдержанно.

Полицейский хмыкнул.

— Ну, ну, — проговорил он. — Желаете увидеть что-нибудь вроде удостоверения или еще там какую-то бумагу, да? Как у вас снаружи принято… Он сделал небольшую паузу. — Запомните, Шепилов, у нас в резервации нет никаких удостоверений! Они нам ни к чему. Здесь всё на виду. Так что придется поверить на слово, больше ничего предложить не могу. Между прочим, — добавил он недовольно, — я в форме, если вы заметили.

— Почему же, заметил, — сказал Сергей с вздохом, — Но я не знаком с вашими местными нюансами. Может, такая форма у вас в магазине продается. Откуда мне знать?

— Ну, ну, — снова сказал полицейский и сдвинул брови к переносице, Значит так. Моя фамилия Филин. И давайте оставим всякие фантазии и перейдем к делу. У меня не очень много времени.

— Но я действительно уже все рассказал, — сказал Сергей, — И мэру, и начальнику этого… ну какой там у вас отдел?.. Анкету заполнил. И коллеге вашему тоже объяснял.

— Какому коллеге? — прищурился Филин.

— Кириллу, — ответил Сергей. — Так что я не смогу сказать ничего нового.

Филин снова хмыкнул.

— Я в курсе. И анкету вашу читал, — сказал он, — Просто хочу кое-что уточнить. Надеюсь, от вас не убудет?

— Ради бога, — пожал плечами Сергей.

— Итак, зачем же это вы к нам в такую даль приехали? Чем наш городок, так сказать, глянулся?

— Это вопрос не ко мне, — сказал Сергей. — Договоры заключаю не я, а директор.

— А вы ничего не знаете? — опять прищурился Филин. — Ваш директор держит от вас все в тайне?

— Нет, конечно. Кое-что я знаю… Только мне не понятно, какое это имеет отношение к делу?

— И тем не менее… — Тон Филина был настойчивый. — Зачем вы приехали в наш город?

— Ну, значит это выгодно для нашей фирмы, — сказал Сергей. — Стало быть, здесь есть хороший клиент. Это же очень просто. Что тут непонятного?

— А что конкретно ваша фирма здесь устанавливает?

— Различное оборудование. Игральные автоматы, аттракционы, казино и так далее.

— Понятно, — проговорил Филин, покусывая ус. — Вы утверждаете, что не знали о том, что в городе есть резервация. Странно, как вы могли этого не знать.

— Почему странно? — немного удивился Сергей. — Я здесь раньше не был, никого тут не знаю, родственников не имею — что же странного? Бум на резервации давно, кажется, схлынул… И потом, может, я и знал, но просто забыл. Я это допускаю. Вы допускаете, что можно забыть?

— И в компании, где вы вчера были вечером, — не обращая внимания на его вопрос, продолжил Филин, — вам никто ничего не сказал?

— Как видите. Иначе бы сейчас я был не здесь, а в другом месте.

— Вы никого из этой компании не знаете?

— Нет. Это знакомые Бортникова. Моего начальника, то бишь.

— Как вы все-таки объясните, что вас никто не предупредил о резервации?

— Никак, — произнес Сергей, — И зачем сейчас пытаться это объяснить? Это ничего не изменит. Может, они забыли, может, не думали, что я так неожиданно исчезну. Какая разница? В моем появлении вообще много случайных совпадений…

— Вот, вот, — коротко сказал Филин и хрипло кашлянул.

Ну и смотрит, подумал Сергей. Дыру ведь прожжет.

— Многовато случайностей, — медленно протянул Филин. — Никто не предупредил. Знал, но забыл. Исчез из компании неожиданно. На улице случился провал памяти. Заблудился и вышел именно к транспортеру. Дом принял за гостиницу. Многовато, правда?

В голосе его зазвучали нотки подозрительности, и Сергей слегка растерялся.

— Извините, — пробормотал он, — вы говорите так, будто я специально сюда попал. Это действительно роковая цепь случайностей! Вы что, мне не верите?

— Разве я так сказал? — не сразу ответил Филин. — Я говорю: странно все это.

— Согласен, что странно, конечно… Но…

— Почему Кононов не предупредил вас, когда вы залезли на транспортер? продолжил Филин торопливо.

— Вы меня спрашиваете?! — воскликнул Сергей недоуменно. — Это же, так сказать, ваш Кононов — вам и виднее должно быть!

— Вы даже не поинтересовались у него, куда он так поспешно уходит?

— А зачем? — сказал Сергей, — Послушайте, я все-таки не пойму, куда вы клоните… Причем здесь я-то вообще? Ваш транспортерщик элементарно меня подставил, воспользовался случаем, гад… Я, что ли, виноват, что он такая сволочь? А согласно вашему принципу четности, чисто арифметически, так вообще ничего не изменилось. Ну, был Кононов, стал я. Какая половая разница?

— Есть разница, — холодно заявил Филин. — И не половая, Шепилов. Кононов не имел права на выход.

— Не понял, — сказал Сергей настороженно. — Чего не имел?

— Кононов был местный, — проговорил Филин с расстановкой, — и права на выход не имел. Доходит? Право на выход из резервации имеют только неместные. Те, кто находятся на подселении. Разве вы этого не знаете? Вот вы, Шепилов, имеете такое право. Поняли теперь разницу?

— Не совсем… — нахмурился Сергей. — Что такое «право на выход»?

— Это вам надо было у Кравца спрашивать, — отрезал Филин. — Мы сейчас говорим не об этом. Мы говорим о том, что, во-первых, у него не было этого права. Но это само по себе ни о чем не говорит. Гораздо интереснее, что во-вторых.

— И что же «во-вторых»? — сухо осведомился Сергей.

— То, что у Кононова не было видимой причины покидать резервацию, бесстрастно продолжил Филин. — У него здесь квартира, жена и сын. Он живет здесь всю жизнь. Я сегодня специально просмотрел его данные. Так вот, у него нет снаружи других родственников. По крайней мере, по бумаге. Какой смысл было ему все бросать и исчезать?

— Ну. Все-таки, свобода… — начал было Сергей.

— Зачем ему нужна эта свобода? — оборвал его Филин, скривившись. — Вы сами-то подумайте! Свобода…

— Знаете что? — сказал Сергей недовольно. — Мне глубоко наплевать, зачем он это сделал. Мне от этого не легче. Почему вы меня об этом спрашиваете? Вам это нужно — вы и думайте. Если у вас есть другие вопросы, задавайте.

Филин опять несколько раз глухо кашлянул, поморщился, на некоторое время отведя от Сергея пристальный взгляд.

— Ладно, — проговорил он сипло. — Оставим Кононова. Вы кого-нибудь из конторы знаете?

— Да откуда? — пожал плечами Сергей. — Я же сказал, что никого в городе…

— Ну, мало ли, — сказал Филин и добавил туманно: — Контора — есть контора. Значит, никого из конторских не знаете?

— Нет, не знаю.

— Ладно, — опять сказал он. — Еще… Сообщить своим родным, о том, что с вами произошло, вы отказались, так?

— Да, я не хочу их волновать. По крайней мере, до того, как все прояснится.

Филин стрельнул в него подозрительным взглядом. Сергею это уже порядком надоело. У него даже пропало первоначальное желание разузнать от него о чем-нибудь.

— А что должно проясниться? — как-то вкрадчиво поинтересовался Филин.

— Да так… — уклончиво ответил Сергей, — Вообще… — Не хотелось ему больше ничего объяснять этому недоверчивому полицейскому.

— Все-таки поясните подробнее, — проговорил Филин твердо. — Почему вы хотите скрыть этот факт?

Ну, ладно, хватит, решил Сергей. Ты мне надоел, господин хороший.

— Между прочим, это не допрос, — сдержанно напомнил он, — И я вовсе не обязан пояснять или объяснять что-то и давать отчет своим действиям. Особенно, если спрашивают в таком тоне.

— В каком? — хладнокровно спросил Филин в усы.

— Мне кажется, что вы мне не доверяете, — сказал Сергей сухо.

— Я только выясняю обстоятельства, — отрезал Филин. — По долгу службы. Любой новый человек в резервации находится под особым вниманием. У нас своя специфика, Шепилов, — сказал он назидательно. — Советую не забывать об этом.

— О вашей специфике я со вчерашнего утра только и слышу, — произнес Сергей. — Не надо только на специфику списывать слишком многое.

— Ну, ну, — буркнул Филин и после паузы добавил: — Запомните: чем быстрее вы усвоите наши правила, тем для вас же лучше будет.

— Ваши правила игры? — спросил Сергей.

— Наши правила жизни, — произнес Филин. — Для кого-то это, может, и игра, а для нас — жизнь. Понятно?

Маленькие глазки Филина сверлили Сергея насквозь.

— Спасибо за совет, — обронил Сергей.

— Пожалуйста, — сказал Филин, криво ухмыльнувшись, и нахлобучил кепку.

После этого он вынул из нагрудного кармана записную книжку и авторучку, что-то торопливо записал, вернул все обратно. Затем извлек из другого кармана портсигар, достал из него папиросу, смял и сунул ее в рот.

Направившись к выходу, у двери он повернулся к Сергею.

— Еще один совет, — сказал он официальным тоном, и папироса задергалась в углу его рта. — Не затягивайте с работой и с медосмотром. С медосмотром особенно.

В руках у него появилась зажигалка, Филин вышел за порог, прикурил и, пыхнув едким облачком, стал спускаться по лестнице.

После его ухода Сергей почувствовал облегчение. Странный тип, подумал он. Уж слишком недоверчивый. Я, видите ли, должен ему объяснить, почему это засранец Кононов предпочел абстрактную свободу вполне конкретной обустроенной семейной жизни!

В животе у Сергея отчаянно заурчало от голода. Времени было десять минут первого. Ох, и провалялся же я, мелькнула мысль. Что ж, посмотрим на вашу столовую для начала, решил он и стал одеваться.

Видимо, природа вздумала присвоить появлению Сергея в резервации статус исторической вехи и по этому поводу сменила погоду. Сегодня было также сухо и солнечно как вчера. Стало даже заметно теплее, и Сергею пришлось на улице расстегнуть плащ.

Когда он проходил мимо серого здания конторы, то в глаза ему бросилось необычное зрелище. В резервации, очевидно, было время обеденного перерыва. Во дворе конторы толпилось очень много женщин в синих халатах. Некоторые из них были к тому же в белых платках. Сборище интенсивно перекуривало и оживленно болтало. Женский монастырь какой-то, а не конструкторское бюро, удивленно подумал Сергей. Ему пришлось повидать в своей жизни разные отделы разных инженерно-технических контор, но это столпотворение никак не подходило ни под одну из категорий. Что-то было в этой галдящей, одноцветной и однополой массе явно непохожее на то, с чем он привык иметь когда-то дело. Он постарался пройти мимо этой странной массы одинаковых женщин как можно быстрее, поскольку физически ощущал на своей шкуре пристальные, оценивающие взгляды. Даже гомон слегка утих.

На ступенях мэрии на этот раз никого не было. Столовая тоже оказалась почти пуста — для нее, наверное, еще не наступил час пик. Это была самая обычная, довольно опрятная столовая с залом, вмещавшим около двух десятков квадратных столов. В числе немногих посетителей Сергей прошел к раздаче, набрал на поднос тарелок, расплатился в кассе и сел за стол недалеко от выхода. То ли приготовлено было на самом деле неплохо, то ли сильный аппетит заглушал все остальное, но Сергей ел с удовольствием. Краем глаза оглядывая убранство столовой, он вдруг понял, что эта мэрия на самом деле — просто школа. Обыкновенная школа, часть которой отдали под чиновничьи кабинеты. Этим и объяснялось постоянное присутствие здесь множества детей. За едой он стал размышлять о том, куда сейчас следует податься. В повестке дня, по всей видимости, значилось два пункта: медосмотр и трудоустройство. Обо всем остальном он старался пока не думать, чтоб снова не впасть в уныние, которое ему бы только повредило. Сейчас ему нужен был ясный разум, трезвый анализ и сбор информации. Придется, нанести Кравцу еще визит, решил он. Похоже, что за кадром остались многие интересные вещи из жизни обитателей резервации. «Право на выход» какое-то… В общем, местные особенности. Нюансы. Правила игры, так их разэдак…

Он почти уже закончил обедать, когда в столовую вошел Кирилл. Увидев Сергея, он быстрым шагом приблизился к его столу.

— Вот ты где! — бросил он. — Там к тебе твой начальник пришел. Давай беги.

— Где там? — не понял Сергей.

— Да возле транспортера, — ответил Кирилл. — Я сначала к тебе домой пошел… Он минут десять уже там ждет.

— Спасибо, Кирилл, — пробормотал Сергей и торопливо допил чай.

В коридоре Кирилл догнал его.

— Ну, ты как? — спросил он. — Как хозяева?

— Вроде нормально. Там разберемся…

— С работой еще не узнавал? Ходил к Губину?

— Нет еще… Слушай, — сказал Сергей, — Кто такой этот ваш Филин?

— Такой же полицейский, — ответил Кирилл. — Какие-то проблемы, что ли?

— Приходил сейчас домой, допытывался чего-то… Таким тоном, будто я в чем-то виноват.

— А, не обращай ты внимания, Сергей, — улыбнулся Кирилл. — У него просто характер такой, у Филина. Тяжелый, замкнутый… Разговаривать с ним трудновато.

— Так он по собственной инициативе ко мне пришел или его кто-то уполномочил?

— Скорее всего, по собственной. Натура у него такая, понимаешь, дотошная. Любит сам все посмотреть и потрогать. Я говорю — не обращай внимания! Да и потом, у него обязанности такие — он вроде участкового у нас. Если на характер не обращать внимания, так он, по идее, нормальный мужик. Дело знает… Барновский ему очень доверяет. Это шеф наш, — пояснил он. — Большой такой, грузный… Не видел?

— А сколько у вас тут полицейских?

— Трое, вместе с Барновским. Точнее, три с половиной.

— Это как?

— Да Вовка Лобан еще… Наш таможенник, так сказать. Хороший парень. Он прямого отношения к нам не имеет. Но подчиняется тоже Петровичу. Занимается досмотром грузов, частных посылок… Короче, всего, что попадает в резервацию через транспортер. Ему даже оружия не положено. Мы, правда, иногда привлекаем его к нам на помощь. Когда авралы всякие случаются или еще какие-нибудь случаи…

Они вышли из коридора в холл.