В мире животиков. Детская книга для взрослых, взрослая книга для детей

Появление педального коня вызвало легкую панику в мире конного спорта, а также на ипподромовских тотализаторах. В середине восьмидесятых годов в западном мире широко обсуждалось, допускать ли советскую команду до соревнований. К счастью, тогда нашей команде удалось доказать, что их кони — не педальные, и привезти домой золотые трофеи. Сейчас мы можем раскрыть секрет: педальность коня не проявляется даже при самом тщательном ветеринарном осмотре, необнаружима при анализе крови и может быть установлена только опытным путем.

Один из советских коней, Коппер Второй, принесший команде три золотых медали, и был той самой опытной моделью КП-2, то есть конь педальный-два. Его дальнейшие неудачи связаны с тем, что авторы модели не смогли должным образом наладить регулятор высоты и длины прыжка, вследствие чего КП-2 имел серьезные трудности при взятии препятствий. Как нам стало известно, коллектив института, несмотря на жесточайшие финансовые трудности, продолжает работу над созданием универсального педального коня, КПУ-1.

Дело осложняется тем, что грязный мир тотализатора вмешивается в уникальные научные разработки. Пропажи документации, вербовка и перевербовка работников и даже кражи опытных образцов стали печальными буднями НИИ биотехнологии.

Кислотник стильный

Здравствуй, маленький дружок! Хай, модная молодежь! Сегодня мы расскажем тебе про модного зверька. Про культового персонажа пафосной тусовки. Иными словами, познакомим тебя со зверьком, который до недавнего времени был совершенно неизвестен науке и до сих пор остается малоизученным. Он называется кислотник стильный, а название получил, во-первых, за то, что впервые был замечен в экологически неблагополучных местностях после кислотных дождей, а во-вторых, за свой внешний вид. Это существо ростом с зайца имеет пронзительный голос, длинные тонкие лапы (ученые до сих пор спорят, лапы это или ноги) и редкую клочковатую шерсть густо-синего цвета в оранжевую полоску.

Правда, иногда попадаются малиновые экземпляры в зеленые пятнышки, желтые в фиолетовых разводах, ярко-алые с проседью или черные в голубенький цветочек.

Лапы кислотника заканчиваются непропорционально крупными желто-зелеными копытами, которые позволяют зверьку легко передвигаться в его среде обитания — то есть по свалкам, заброшенным стройкам, заводским пустырям, развалинам снесенных домов и любой другой местности, где природа максимально загрязнена и отравлена продуктами цивилизации. Чем больше мусора, ядовитых веществ и промышленных отходов содержится на территории, тем более она пригодна для жизни кислотника стильного. По-заячьи крупные уши зверька обычно небрежно закинуты за плечи, а изо рта торчат крупные острые зубы, которые позволяют кислотнику разгрызать любую неорганику: пластмассу, алюминиевые банки, стекло, металлическую арматуру, свинцовые решетки от автомобильных аккумуляторов, автомобильные же сношенные покрышки и дырявые камеры. Кстати, найти на свалке ржавую машину — большая удача для стильного кислотника: завидев ее, он испускает истошный вопль: «Уу! Аабаалденный прикол!» — и немедленно ее занимает. С этой целью он подбирает здесь же, в мусорных отвалах, какой-либо дорожный знак или табличку и вешает ее на машину. Это означает, что гнездо занято. Ученые, проводившие специальные исследования, отмечают, что смысловое содержание знака не имеет никакого значения. Так, один кислотник украсил свое гнездо знаком выезда из населенного пункта Выгоничи, другой — табличкой «Вход в зал после третьего звонка запрещен». В гнездах также находили надписи «Выход в город к улице Маршала Алабяна», «Осторожно, дети!», «В связи с ремонтом эскалатора вход на станцию ограничен», «Их разыскивает милиция», «Стоянка только для а/м посольства» и так далее.

Закрепив за собой право на автомобиль, кислотник переносит туда из прежнего укрытия личные вещи: коробку с красящими веществами (от засохшей гуаши до выброшенной косметики, банок серебрянки и автоэмали — всем этим он пользуется, чтобы украшать себя); любые светящиеся в темноте предметы: гнилушки, компасы и будильники с фосфоресцирующими стрелками, обломки китайских пластмассовых игрушек с эффектом свечения; запасы еды: моток проволоки, коробку просроченных таблеток, разбитый градусник, мятую пластиковую бутылку с антифризом или машинным маслом. И, конечно, личные игрушки: иголки, булавки, фольгу, полиэтиленовую пленку, ножницы и шильца…

Дело в том, что когда кислотник обустраивается на новом месте, он посвящает все свободное время украшению самого себя. С этой целью он нанизывает на хвост, лапы и уши любые предметы, которые сочтет декоративно ценными (ученые отмечают среди них резиновые эспандеры, крупнокалиберные гайки, корпуса от круглых механических часов, аудио- и видеопленку, свитую в гирлянды). Кроме того, зверек проделывает у себя в шкуре множество отверстий, куда вставляет гвоздики, булавки, проволоку, украшения из фольги, пластмассы и полиэтилена, расписывает себя красками, среди которых явное предпочтение отдает блестящим или светящимся, и обвешивается гнилушками или фосфоресцирующими обломками.

Кислотнику никто не мешает заниматься своими делами днем, потому что местность, в которой он обитает, как правило, бывает совершенно нежилой. Однако зверек считает, что дневной образ жизни скучен и примитивен, а потому днем он спит, а ночью бродит по свалке и проявляет разнообразную активность.

Например, он ведет светскую жизнь. Он вообще любит слова «светский», «блестящий», «гламурный»… Поскольку глаза его все же не приспособлены к жизни в темноте, заветной мечтой всякого кислотника остается прибор ночного видения. Гордо расхаживают по свалке самые стильные, самые горячие, самые крутые зверьки с громоздкими приборами на головах.

Именно из-за неприспособленности зрения кислотника к темноте в колониях зверьков возникают разнообразные моды. Например, однажды зверьки обнаружили, что съеденные в определенном порядке батарейки вызывают слабое свечение шерсти, и в течение нескольких сезонов две или три колонии питались исключительно батарейками.

В конечном итоге часть населения колоний вымерла, а выжившие зверьки подхватили другую моду. Поедание гнилушек уничтожило еще одну колонию: оказалось, желудки кислотников не приспособлены к переработке органической пищи.

Какое-то время было модно обвешиваться светлячками, а теперь считается, что сама ночная жизнь слишком банальна, поэтому она выходит из моды, уступая место сумеречной, или полусветской, жизни, — возможно, мода на сумерки и вечернее время как-то связана с основополагающим для кислотников термином «вечеринка», который обозначает все, что имеет отношение к социальной жизни этих в высшей степени общественных животных.

Группа ученых, исследуя зону экологического бедствия близ города Краснозаводска, обнаружила в заброшенных шахтах и пустующих складских помещениях на окраине излюбленные места сбора сотен зверьков. Кстати, одно из этих помещений было снабжено табличкой «Twilight zone», или «сумеречная зона». Каждый вечер после заката солнца туда стекались до неузнаваемости изукрашенные зверьки и под ритмический грохот своих украшений предавались прыжкам и раскачиванию. К утру часть зверьков обессиленно расползалась по своим укрытиям, а часть оставалась лежать на полу, остывая.

Такое поведение животных сильно озадачило специалистов-зоологов, которые пытались проводить аналогии с такими явлениями животного мира, как бег испуганного стада буйволов, массовый выброс китов на берег, ритуальные танцы пчел или многотысячные самоубийства леммингов. Впрочем, объяснения феномену не найдено до сих пор. Такие сборища зверьков называются вечеринками или тусовками (в подражание звуку тус-тус-тус, который получается при трении обвешанных украшениями зверьков друг об друга в тесном помещении). Некоторые специалисты пытались объяснять массовые сборища зверьков сезонным проявлением инстинкта размножения. Их мнение было быстро опровергнуто: инстинкт размножения этим зверькам не присущ вообще.

Иногда они создают двойные, тройные или даже групповые союзы, которые, однако, могут состоять из одних самцов или самок, а могут быть смешанными. Целью этих союзов никогда не бывает размножение; как правило, они быстро распадаются после того, как зверьки некоторое время потусуются вместе.

Откуда же тогда берутся кислотники стильные? Ответа на этот вопрос наука пока не знает. Существует несколько версий. Согласно одной из них, кислотники получаются из разных зверей, попавших в зону экологической катастрофы: зайцев, лис, волков, барсуков… Они так страшно мутируют, что меняют не только окраску и внешний вид, но и всю биохимию организма.

Высказывались даже смелые догадки, что некоторые кислотники когда-то принадлежали к виду гомо сапиенс.

Другие ученые (как правило, те, которые поддерживают теорию самозарождения жизни на Земле) считают, что кислотник зарождается в ядовитых отходах примерно так же, как русский секретный мышонок зарождается в мусоре. Кислотник — их излюбленный аргумент в спорах о происхождении жизни на Земле.

Дополнение

Есть еще много разных удивительных зверей, о каждом из которых можно написать большую отдельную сказку. Но тогда придется делать совсем другую книжку: энциклопедию зверьков. А мы уже написали эту. Поэтому о зверьках, о которых мы узнали недавно, мы напишем понемножку.

Скакуша

Скакуша — это очень дикий зверек с длинными задними лапами, как у кенгуру. Скакуша обладает веселым нравом и любит скакать. Она скачет и хохочет даже тогда, когда надо осторожно ходить на цыпочках и говорить шепотом. Например, когда скакушин папа спит и хочет, чтоб его не трогали. Ха-ха! — кричит скакуша, катаясь на двери туда-сюда, пока не падает вместе с дверью. Или когда скакушина мама, проводив гостей, моет посуду и ставит перевернутые тонкие фужеры, красивые стаканы и хрустальные рюмочки на расстеленное по столу полотенце. Хо-хо! — раздается победный вопль скакуши, а дальше только грохот и печальный звон.

Любимые занятия скакуши — стоять на голове, дрыгать задними лапами, махать передними, раскачиваться на хвосте, прыгать на пузе подобно скакопузику и ходить на ушах. Уши у скакуши для ходьбы приспособлены мало, поэтому она падает и рушит все вокруг себя. Скакуши милы и дружелюбны, но с ними надо всегда быть начеку. Они опасны.

Достаточно одного скакушиного прыжка, чтобы подбить вам глаз, разлить по кухне три литра меду или свалить шкаф со всем содержимым. Потом они раскаиваются, плачут, но как только погладишь скакушу по головке, чтобы утешить, она подпрыгнет от радости и так залепит вам задней лапой в челюсть, что может даже и сломать.

Скакопузик

Это кругленький зверек, похожий на мячик. Он скачет на пузике. Скакание помогает ему перетирать и переваривать пищу, находящуюся внутри пузика. Открыл его Андрей Лазарчук, прежде красноярский, а ныне петербургский писатель, специализирующийся на описании того, чего не бывает. Он нашел скакопузика в состоянии вынужденной неподвижности: когда в пузике у зверька пусто, ему не на чем скакать. Лазарчук накормил несчастного, и благодарный зверек тут же ускакал с радостным писком и характерным пришлепом. Дети в сибирских деревнях и селах любят «чеканить» скакопузиков, как мячи. Покупать мячи дорого, а содержание скакопузика, готового есть любые отходы вплоть до картофельных очистков, обходится значительно дешевле. Зверек ужасно глуп, но привязчив. На Западе скакопузики используются как мусорные корзины. Практикуется их роспись.

Крикуша

Зверька крикушу трудно найти в зоопарке. Просто потому, что зоопарковые служащие не выдерживают и увольняются. В тех редких зоопарках, где она есть, ее держат за толстым звуконепроницаемым стеклом. Посмотри на нее повнимательней. Это упитанное плотненькое существо с широко разинутым ртом. Изо рта несутся ужасные крики, и хорошо еще, что из-за стекла их не слышно. Когда крикуша не занята сном или едой, она энергично вопит. Злая крикуша катается по земле, колотит в нее лапами, мечет молнии из глаз и исходит страшным криком. Довольная крикуша носится по клетке взад-вперед с довольными воплями — вот такими: аааааааАААААА-А-А-А!

Когда эти шумные зверьки засыпают, они похожи на маленьких плюшевых ангелов. Они лежат, обняв свои игрушки, разложив по румяным щечкам длинные черные ресницы, и тихо дышат кнопочными носиками. Только в это время служители зоопарка и могут прибрать в клетке, выбросить остатки еды и поставить свежую еду в мисочке. Но стоит нечаянно скрипнуть дверью или поскользнуться на банановой шкурке, как крикуша немедленно подскакивает и орет: ааааааааАААААА-А-А-А!!!

Подлиза

Существо подлиза — длинное, узкое, юркое, покрытое короткой шерстью. У подлизы кривые лапы, длинный хвост, которым она любит вилять, и широкий липкий язык, достигающий полуметра в длину. Подлиза любит еду, а заодно и тех, кто приносит ей еду. К ним она ластится и подлизывается — то есть трется о ноги и лижет все, до чего дотянется.

Еда — единственная ценность в жизни подлизы. Подлизы живут на кухнях и возле столовых, иногда кормятся на помойках. На кухне подлиза сидит под столом и ждет, когда хозяйка нечаянно уронит колбасную шкурку, прольет молоко или просыплет гречку. Подлиза мигом подчищает с пола лужи, а потом тянется на радостях облизать хозяйку языком, к которому прилипли соринки с пола.

Если дать подлизе блюдце молока, она может сбить с ног своим интенсивным облизыванием. На тех, кто ее не кормит, подлиза не обращает внимания, ходит по ногам и невежливо пукает в их сторону. Хотя время от времени все же подходит потереться спиной о ноги, чтобы напомнить о своей готовности подлизывать любую еду и лизать любые руки, ее приносящие.

Подлиза никогда не моется, а только вылизывает себя, как кошка. Правда, она делает это не для того, чтобы стать чистой, а для того, чтобы проверить, не застряло ли в ее шерсти еще немного еды. Делает она это даже после сытного обеда, нахватавшись объедков и подлизав с пола весь пролитый компот. После компота язык у нее липкий, и шерсть тоже делается липкая. А значит, к ней вполне может прилипнуть что-нибудь вкусненькое: конфетный фантик или яблочная кожура. Просто подлиза никогда не бывает вполне сыта и постоянно хочет еще.

Облизывания подлизы не только неприятны из-за их липкости и дурного запаха, но еще и антисанитарны: кто знает, что она лизала перед тем, как лизнуть вас в нос? Поэтому, дружок, держись подальше от подлиз. А еще не целуй маму с целью раздобыть конфетку и не пиши хвалебных статей про плохих, но очень богатых дядей. Подлиз не любят даже те, кто их кормит.

Вякля

Вякля — это болотная птица, издающая монотонные жалобные звуки, похожие на «Вяк, вяк, вяк». Особенно громко вякают птенцы вякли, едва вылупившиеся из яиц. Звук привлекает охотников, поэтому вякли вьют гнезда посреди самой непроходимой топи, чтобы никто до них не добрался. Впрочем, злые охотники все равно делают манки (то есть дудочки, подражающие крику птицы) и громким унылым вяканьем подзывают глупых вяклей к себе. Такой манок хорошо принести в класс и противно повякать посреди урока.

В народе есть примета: вякли развякались — к ненастью. Как и множество народных примет, она научно доказана. Ученые российской академии образования установили, что вслед за вяканьем всегда бывают гром, молния, дождь с градом, а иногда даже со шлепками, соплями, слезами и подзатыльниками. Поэтому, даже если у тебя есть отличный манок «одинокая вякля в поисках родственной души», постарайся много не вякать. Мало ли что.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ЗВЕРЬКИ И ЗВЕРЮШИ

Введение

Маленький друг!

Каждому из нас приходится задумываться об устройстве мира и задавать себе большие серьезные вопросы (например, «зачем все», «есть ли Бог» или «кто я»), над которыми думаешь всю жизнь и иногда так ни до чего и не додумываешься. А от ответов на эти вопросы зависит очень многое: например, хочется ли тебе вставать по утрам и бьешь ли ты линейкой соседа по парте. В мире животиков тоже задаются этими вопросами и тоже дают разные ответы, а потому и ведут себя по-разному. Так что весь мир животиков можно условно поделить на два больших народа: зверьковствующих и зверюшествующих. Так их назвали ученые по аналогии с древними сектами жидовствующих и кликушествующих. Секта — это объединение единомышленников, которые верят в Бога по-своему, отгораживаются от других и соблюдают свои строгие правила. Зверьковствующих и зверюшествующих сектами назвать трудно, так что их называют просто зверьками и зверюшами.

Это разделение касается не только животных, кстати. Ты легко найдешь в собственном классе или среди своих дворовых приятелей нескольких зверьков и как минимум одну аккуратную, толстую зверюшу. Наверняка есть среди них несколько зверцов и зверок, но эти вообще ни во что не верят, и потому о них тут говорится меньше, и только когда без этого не обойтись.

Впрочем, обо всем по порядку.

Здесь живут зверюши

На берегу спокойной светлой речки с рыбами внутри и незабудками по краям, среди цветов, садов и птичьего пения стоит небольшой городок. Дома в нем аккуратные, крытые черепицей, расписанные всякими красивостями и увитые диким виноградом. Возле каждого дома сад-огород, а в нем растет все, что варят, жарят, тушат, солят, едят сырым или превращают в варенье. В этом городе живут зверюши.

Зверюши невелики собой, круглы и чрезвычайно пушисты. У них большие уши на макушке, смешные усы и кисточка на хвосте. Зверьки, которые живут в соседнем городке, сочинили про них дразнилку: «Мы толстые зверюши, чирик-чирик-чирик, у нас большие уши, чирик-чирик-чирик». Зверюши не обиделись и даже сами ее иногда поют, добавляя свой куплет: «Мы очень любим плюши, чирик-чирик-чирик». Плюшами они уважительно зовут плюшки, пончики, булочки и пирожки, которые пекут с величайшим мастерством, и с удовольствием всех угощают.

Познавательное отступление о пирожках с черешней

Особенно зверюшам удаются пирожки с черешней. Даже зверьки, которые не признают этих плюшевых глупостей и любят только жирное, острое и копченое, не могут устоять перед пирожками с черешней и часто тоскуют о них, хотя и стыдятся в том признаваться. Если кто из зверьков делается рассеян, задумчив и не отвечает колкостью на колкость, другие зверьки насмешливо кричат: «А-а, пирожков с черешней захотел!».

Зверюши знают, как зверьки любят пирожки с черешней, и приходят иногда в зверьковый город, чтобы угостить зверьков.

Здесь живут зверьки

В городе зверьков гуляет ветер, таскает по улицам мусор и шелуху от семечек. Со стен сыплется штукатурка, скрежещет кровельная жесть, по ржавым пожарным лестницам с хохотом и визгом лазят молодые зверьки в рваных штанишках. Если ты, маленький друг, смотрел когда-нибудь фильм «Город потерянных детей» или играл в одноименную компьютерную игру, ты легко себе представишь пейзаж зверькового города с его бурыми строениями, обширными помойками и общим ощущением заброшенности. В принципе двух-трех субботников вполне хватило бы, чтобы привести зверьковый городок в зверюшливый вид. Но у зверьков, как они подумают о предстоящей работе, сами собой опускаются лапы. Зверькам больше нравится жить в беспорядке.

Молодые зверьки болтаются сами по себе, шастают по подвалам и чердакам, дерутся, травят глупые анекдоты и нюхают клей. Большие зверьки сидят по домам, бьют тапками тараканов, смотрят телевизор и пьют пиво. Жены их, если у них вообще есть жены, болтают друг с другом по телефону, делают себе завивку и педикюр, смотрят по телевизору кино и ругают своих мужей за то, что они только пиво пить горазды. Эти жены зовутся звЕрками.

Познавательное отступление о звЕрках

Зверьки обычно женятся на звЕрках, причем в ранней молодости, когда зверюши кажутся им скучными, глупыми и заурядными, а зверки — необыкновенными и очень привлекательными. Зверки сразу пленяют зверьков своими длинными задними лапами, острыми белыми зубами и хриплым манящим смехом. Зверки обожают развлекаться, красить ногти и менять наряды. Они редко задумываются и не имеют никаких убеждений, кроме одного: зверка — это венец мироздания, и всякий обязан ей служить в меру своих способностей. Поэтому зверки всегда недовольны своими зверьками и часто бросают их. Они уходят к страшным зверцам, которые в этой местности не живут, а только бывают наездами. Зверцы свирепы и необузданны, у них когти и зубы, они колотят зверок, но зверки всегда тянутся к грубой силе и не возвращаются домой. Когда у зверок рождаются дети, они отдают их зверькам или подкидывают зверюшам, потому что зверюши, как известно, не оставят подкидыша попечением.

Зверята и зверюшата

Иногда некоторые зверьки, устав от глупой неприкаянной жизни, уходят жить к зверюшам: бросают курить, перестают кричать по ночам, начинают сажать морковку и покупают велосипед. Они обрастают мехом и пухом, отращивают кисточку на хвосте и становятся настоящими пушистыми зверюшами.

Маленькие зверюши веселы и смешливы, они любят познавательные игры и никогда не ходят за мамой хвостом с нытьем «мне скучно, мне нечем заняться». Они серьезно относятся к жизни, слушаются родителей и хорошо себя ведут — поэтому маленькие зверьки, завидев юную зверюшу с большим бантом, дружно кричат: «Все зверюши — дуры!». Зверюша важно проходит мимо, долго делая вид, что не замечает их, а потом, не выдержав, с достоинством произносит: «Очень неумно так говорить, молодые зверьки».

Зверьки, которые иногда родятся у зверюш, еще с пеленок громко кричат, капризничают и доставляют своим мамам много хлопот. Они дерутся с маленькими зверюшами, шалят, придумывают мелкие пакости или со скуки пишут на стенах и вырезывают ножичком глупости на новом столе. Подрастая в зверюшливом городке, некоторые юные зверьки становятся довольно зверюшливы, хотя никогда вполне. Другие же, очарованные зверками и чужой жизнью, вольной и праздной, чувствуют неясную тягу к перемене мест, странствиям и приключениям и уходят жить к зверькам. Иные из них возвращаются, иные нет. Молодые зверюши тоже иногда уходят странствовать, но, как правило, возвращаются домой. Они от рождения благоразумны, поэтому мамы-зверюши не так боятся за них, как за уходящих из дому зверьков. Вольготная жизнь без правил и без родительского попечения юным зверюшам быстро надоедает, от табачного дыма слезятся глаза, а от пива тошнит.

Во что верят зверьки и зверюши

Зверюши очень религиозны. Они искренне верят в Бога и стараются не грешить. Согрешив, они горько раскаиваются. В городке у них есть беленькая церковка, куда каждое воскресенье собираются нарядные зверюши со своими зверюшатами. Среди зверюш есть зверюшливые батюшки, но и сами зверюши стараются проповедовать христианскую любовь и милосердие среди зверьков. Зверьки над ними смеются, спорят с ними, сердятся на них и зовут ханжами, фарисеями и демагогами. Зверюши обиженно плачут и молятся о возверюшении зверьков.

Зверюши часто недовольны собой, потому что знают за собой много больших и маленьких недостатков и дурных поступков. Они очень боятся впасть в самодовольство, в которое легко впасть при такой радостной и добродетельной жизни. Но, чтобы избежать этого, зверюши не занимаются самобичеванием, как сделал бы на их месте всякий зверек, а с ехидцей подшучивают над собой и другими. Зверюши часто зверюшествуют: сложив на толстеньких пузичках лапки, они умиляются и говорят с характерным оканьем: «До чего Божий мир-то хорош!». Зверьки, услышав это, горестно машут кулаками и плюются.

Зверьки думают о мироустройстве гораздо больше, чем зверки (которые никогда о нем не задумываются и верят только в силу, хитрость и деньги), и гораздо печальней, чем зверюши. Зверьки полагают, что мир устроен несправедливо, что Бог жесток, а страдания бессмысленны. Зверьки регулярно зверьковствуют, то есть, грозя небу кулаком, произносят обличительные речи о несправедливости мироустройства. Зверьки считают, что их никто не ценит по достоинству, и хотели бы для себя лучшей доли.

Зверюши полагают, что не заслуживают всех тех благ, что имеют, и очень радуются всякой большой или маленькой приятности. Они воспринимают зло как досадную и привычную неизбежность, а добро — как неожиданный подарок без повода. Они не впадают в уныние, видя зло, и всегда находят причину обрадоваться — поэтому они всегда веселы и считаются оптимистами.

Зверьки думают, что добро в мире — норма, а зло — аномалия, потому любую приятность они воспринимают как должное, а неприятность — как внезапный и незаслуженный пинок под зад. Поэтому зверьки всегда так грустны, унылы и обижены. Поэтому же, кстати, они считаются пессимистами.

«Зверек создан для счастья, как зверюша — для цветоводства, — говорят они. — Отчего же мы, зверьки, должны влачить столь жалкое существование?».

Иллюстрация

Вот, например, идет дождик. Или дождь. Или ливень проливенный. Зверюша, выглянув в окно, с удовольствием замечает: «Вот и дождичка Господь сподобил, теперь все в рост пойдет». Зверек потрясает кулаком и восклицает в небо: «Да что же это такое делается? Что Ты мне тут устроил? Что это за жизнь, я Тебя спрашиваю? Мало мне всего, еще и ливень!».

Или, допустим, разразится страшный ураган. «Ахти, страх какой!» — скажет зверюша, всплеснув мохнатыми лапками, и побежит снимать с веревки белье, чтоб не сдуло ветром, и закрывать окна, чтоб не выбило стекол. А потом, ошеломленно глядя через окно на бурную стихию, будет с восторженным ужасом петь про себя псалом, но и с тоскою думать, сколько деревьев повалит ветром.

Зверек же, выйдя на двор или на балкон, сначала по привычке завопит: «Что же это такое делается!» — но потом, зачарованный дикой пляской ветра, веток и сдуваемых вещей, заверещит урагану: «Дуй, дуй сильней, сдувай все на фиг! Пусть ничего не будет! Ну и пусть все поломается! Чем так, лучше совсем никак! Чем так жить, лучше сразу сдохнуть!». А потом, видя, как трудолюбивые зверюши убирают бурелом и чинят заборы и кровли, зверек посмотрит на свое окно с выбитым стеклом, на кусок жести, сорванный с крыши, на занесенный песком порог, и только протянет: «Ой, бли-и-ин!» — и почувствует такую неопределенную тоску, и недовольство собой, и ненависть к миру, и нежелание хоть чего-нибудь сделать, что пойдет пить дурную воду, которую зверки настаивают в банках на дурак-траве, и будет жаловаться соседскому зверьку: почему я, такой умный, талантливый и прекрасный зверек, должен влачить такую жалкую жизнь в этой юдоли скорби?

Познавательное отступление о способах самозащиты

При виде такой идиллии, как городок зверюш, при виде их аккуратных домиков, скатертей, салфеточек и этажерочек, при виде их круглых мордочек и смешных усов у всякого здравого существа, даже если оно не зверек, возникнет вопрос: как же они защищаются от внешнего врага?

Со зверьками-то, положим, все понятно. Во-первых, они мало кому нужны. У них ужасная грязь, дурной нрав и взять с них нечего. Во-вторых, они и сами довольно воинственны, хотя в душе часто трусоваты. Им приходится брать горлом. Набежит внешний враг, зверьки затрубят в дудки, загремят в ржавую жесть, заорут воинственными голосами — и противник в панике ретируется, бросая боеприпасы, которые не брезгуют подбирать иные зверьки. Сами же обитатели зверькового города обычно ни на кого, кроме захожих зверюш, не нападают, потому что им лень. Иногда только ходят обзываться друг к другу под окна.

Иное дело зверюши, которых так соблазнительно обидеть, особенно если вы какой-нибудь алчный зверец или глупая, хищная зверка. В таком несовершенном мире, каков наш, добрая и пушистая зверюша выглядит прямо-таки вызовом для сил зла, ходячей приманкой для любого, кому нравится подергать добро за усы. Вопрос о самозащите зверюш долгое время занимал зверьков, пока они сами не стали свидетелями следующей сцены.

Один опрометчивый зверек долго задирал зверюшу, обзывая ее сначала ушастой дурой, потом усатой обжорой, а под конец страшно даже сказать чем мохнатым. Зверюша, будучи от природы существом терпимым и скромным, сносила оскорбления безропотно, потупив грустные глазки. Но когда зверек в запале позволил себе оскорбительно отозваться о зверюшиной религии, сказав, что плевать он хотел на всякие высшие силы, потому что Бога нет, — зверюша подняла на него глаза и очень решительно сказала:

— Ты вот что, зверек. Ты больше так не делай.

В голосе ее была такая решимость, что зверек насторожился, и тут бы ему и заткнуться, но зверьки устроены так, что во всем доходят до логического предела — или, как писал один возверюшившийся с годами зверек, до самой сути.

— Опа, опа, зеленая ограда! — запел зверек, кривляясь и приплясывая. — Мы ограбили попа, так ему и надо!

— Прости, Господи, — быстро произнесла зверюша, зажмурилась, чтобы не видеть собственного зверства, и со всей силы — надо признать, лапы у зверюш тяжелые — засветила зверьку промеж глаз.

Зверек полетел с копыт, которых у него к тому же не было, и покатился по склону холма, на котором стоял зверюшин домик. Искры, сыпавшиеся из его глаз, опаляли свежую траву. Холм этот с тех пор носит название Паленого. Легенда гласит, что большая проплешина в самой его середине образовалась там, где стремительно катившийся зверек наконец остановился и долго грыз землю в сердитом бессилии. Испуганная зверюша кинулась его поднимать и спрашивать, не ушибся ли он. При этом она приговаривала с мягкой укоризной:

— Ведь предупреждала я тебя, зверек… Что ж ты меня во грех-то вводишь?!

Замаливая свой грех, зверюша плакала всю ночь. Но зато все зверьки теперь знают, что когда зверюша серьезным голосом говорит: «Ты вот что, зверек… Ты, пожалуйста, больше так не делай», — шутки кончились, и пора либо просить прощения, либо превращать все в шутку, либо сматывать удочки и поворачивать оглобли. Знают об этом и зверцы, и зверки, и все прочие, кому еще не до конца ясно, что быть добрым гораздо лучше и полезнее, чем злым.

Дмитрий Быков и Ирина Лукьянова

Сказка о цветных стеклышках

* * *

Вниманию родителей! Это специальная воспитательная сказка. Если вы хотите обратить своего ребенка к добру, внушить ему жалость ко всему живому и вызвать благодетельные слезы раскаяния, непременно расскажите ему эту сказку на ночь. Возможно, к утру он все благополучно заспит, но семена добра уже дадут в его душе полезные ростки. Если же вы не хотите обращать ребенка к добру и вызывать благодетельное хлюпанье носом, вам и самим не помешает такая сказка.

* * *

Поскольку зверюши считают своим долгом просвещать зверьков и обращать их на путь истинный, они обязательно хоть раз в неделю, но прокрадываются в зверьковый городок с намерением принести бедным, неухоженным зверькам немного домашней еды (жены зверьков не умеют готовить и в лучшем случае разогревают полуфабрикаты), а заодно и поговорить с ними о божественном. Зверьки в душе очень ждут прихода зверюш, поскольку все время хотят еды и сострадания, но из гордости никогда не признаются не то что зверюшам, но и себе. Поэтому на входе в зверьковый городок обязательно висит запретительный дорожный знак — круг, внутри которого издевательски изображена круглая ушастая зверюша, и надпись: «Зверюши не пройдут!».

Как мы знаем, большую часть своего времени зверюши посвящают домашнему хозяйству. У каждой зверюши в уютном хлеве или сарайчике живут веселые, толстые коровы. Поскольку зверюши — убежденные вегетарианки, они никогда не едят мяса и вообще не убивают живых существ ради еды (они и клопов-то стараются не давить, а тараканы у них и так не заводятся). С крыночками свежего парного молока, с кувшинчиками простокваши, с кругами домашнего сыра и прочими прелестными молочными продуктами (среди которых особенно славится сливочное масло, лучше всего удающееся вологодским зверюшам) они спешат на зверьковый базар, чтобы подкормить несчастных соседей.

Зверьки толком не охраняют своего города и не очень-то следят за тем, чтобы не пускать туда зверюш, но зверюши все равно стараются пробраться на базар незаметно, поутру, когда ленивые зверьки с женами еще дрыхнут. Заняв привычные места в торговых рядах, аккуратные пушистые зверюши терпеливо ждут первых покупателей. Когда зверьки начинают печальными похмельными вереницами стягиваться на базар, зверюши выставляют товар на прилавки и завлекательно зовут:

— Звере-ок!

Перед этим напевным и умильным призывом, как говорится, устоять невозможно. Зверьки, косясь по сторонам, чтобы никто из товарищей не видел их падения, воровато подходят к прилавкам:

— Ну, чего тебе?

— Молочка парного хочешь? — спрашивают хитрые зверюши.

* * *

(Вниманию родителей! А особенно — вниманию родителей-зверюш! Далее рассказывается сказка, содержащая измышления, неприятные и обидные для зверюш, а также неподходящие для детей младше десяти лет. Зверьки всегда все путают и рассказывают ерунду. Ее можно просто пропустить и читать с того места, где зверюши рассказывают свою версию событий).

* * *

— Ммм… можно, — не сразу соглашается зверек.